Право на счастье. Плюшки тоже мечтают о любви

Иногда кажется, что твоя жизнь — это чужая книга. Ты листаешь страницу за страницей, знаешь каждую главу наизусть, но нигде не находишь своего имени. Ты — лишь фон для чужих диалогов, декорация для чужих драм.

Алиса знала это чувство лучше, чем кто-либо. Ее жизнь была аккуратно расписанной пьесой, где она играла второстепенную роль без права на главные сцены. «Друг». «Подруга». «Славная девчонка». Ярлыки прилипали к ней, как осенние листья к мокрому асфальту, скрывая под собой то, что она боялась показать даже самой себе, — жгучую, почти детскую жажду любви.

Ее тело было невидимым щитом, словно прятавшим ее от мужчин. Она была милой, с теплыми серыми глазами и мягкой улыбкой, но в этом мире «быть милой» означает «быть другом». Лишний вес, круглые щечки и мягкие руки — именно это мужчины замечали в первую очередь, называя ее отличной подругой, рассказывая свои тайны, но не желая чего-то большего. Чувствуя себя в безопасности, они доверяли ей свои самые сокровенные тайны. Они искали в ее добрых глазах понимания — и находили его. Они опирались на ее плечо — и находили опору. Но ни один из них никогда не заглядывал дальше. Не видел за мягкостью форм — стальной стержень воли. За улыбкой — готовность к бурям и подвигам.

Она была тихой гаванью, куда заходили на время переждать непогоду, чтобы потом, не оглядываясь, умчаться в открытое море. И каждый раз, провожая взглядом очередной удаляющийся парус, Алиса шептала про себя одну и ту же фразу: «А что, если когда-нибудь...» Что, если кто-то, наконец, захочет остаться не потому, что снаружи шторм, а потому, что в ее гавани — его небо?

Но пока ее сердце оставалось книгой, которую никто не спешил открывать. Историей, ожидающей своего рассказчика.