Преданность животных

Моя рука легла на гладкую чёрную шерсть, услышав вновь лишь недовольное рычание. Пантера, что лежала на моих коленях головой, прикрыла глаза, и с каждым моим прикосновением, недовольное рычание, всё больше напоминало мурчание котёнка. Мы сидели у оврага, снова вместе. Мне на голову падали листья, от небольшого ветра. Наступила ещё одна осень, прошёл уже год. Мы с отцом переехали и всё произошедшее, кажется сном, или сказкой, но я буду гордиться, что хоть в какой-то промежуток жизни, была счастливой… Рядом слышались шуршащие шаги, я знала, что отец с Жанной, уже начинают волноваться… .

Вернёмся к началу лета, позапрошлого года, точнее, то была пора расцвета, полная весна. Сейчас живя в загородном доме, я не представляю, как выживала в вечной суете большого города. Стоя на высоте двадцатого этажа, отец считал это престижем, и смотря в панорамное окно своей комнаты, я много думала. О матери, как, вроде бы совсем недавно, хоть прошло уже пять лет, я отпустила её тёплую руку, под прекращение писка аппарата жизнеобеспечения. Думала, о том, как мне не хватает любви от отца, который стал ещё усерднее работать, чтобы забыть горе. Последнее время, я видела его только в деловом костюме… Михаил, так его звали, внешне походил на медведя. Большой дядька, с вьющимися кофейными волосами. Его увлечённость работой, действительно подняла доход, мы могли позволить себе многое, но деньги не заменяли мне родителей. Дома, было довольно одиноко… Вновь задумавшись об этом, я провела пальцем по стеклу, обводя сгусток света из соседних домов, рисуя из него мордочку котёнка. В еле заметном творении на стекле, отразились мои зелёные глаза, они тоже, будто у кошки, светились в темноте, но я стёрла рисунок, и закрыла лицо прядью своих каштановых волос. Больше, думать не хотелось, от этого, я только сильнее грустила. Желание любви, и вечно высказаться кому-то, породило желание, засыпать вместе с мягким комком шерсти. Я хотела питомца, упрашивая отца снова и снова, но его ответ повторялся:

«Ты ещё безответственна, пусть тебе исполнится хотя бы семнадцать!»

И вот я почти дождалась этого момента. Как только пришла весна, Я отчитывала каждый день до двадцать восьмого мая. Когда я снова смогу попросить отца о друге, и в этот раз у меня больше шансов не получить отказ.

За неделю до моего дня рождения, папа решил поинтересоваться, чего же я желаю на такую дату, на что получил весьма очевидный ответ:

- Питомца… - холодно, как лед, отрезала я, кладя себе в рот ещё один ломтик сыра. Отец еле слышно зарычал, но кивнул, натянув кривую улыбку.

- Какого? – тут улыбнулась уже я, но как сказать, не знала. Хотелось бы мне хомячка, проблем бы не было…

- Дикая кошка…

- Точнее?

- Пантера. - я подняла на отца щенячий взгляд, продолжая пережевывает полные щеки сыра.

- Ч-чего? – папа отпрянул от меня, как от огня. Теперь, о пантере он слышал каждый день, хоть и в тот раз разговор замялся, под предлогом его ухода работать в кабинете.

«Пап…» - вновь, ответ получен – «я занят», а до моего рождения, оставалось всё меньше времени. Надежда оставалась, лишь на то, что отец, принесёт мне под бок двадцать восьмого мая, хотя бы подвального кота, или лабрадора. Первое прельщало больше, но моя увлечённость экзотическим животным не давала покоя. Меня манила их чёрная, как уголь шерсть…Короче говоря, я хотела засыпать, с большой кисой. Звучало по детски, знаю, но желание – есть закон. Особенно на день рождение. Особенно на моё!

Утро двадцать восьмого, было не посильной ношей. Всю ночь, мне не давали уснуть мысли и сейчас проснуться от крика отца, вбегающего в комнату с разноцветными шарами, было очень тяжело.

- С днём рождения! – он открыл дверь с ноги, привязав связки шаров на обоих запястьях. Был бы он, чуть меньше по размерам, давно бы улетел на них. Я смотрела на всё это с презрением, ещё не понимая, какой сегодня день и то что я проснулась. Потерев веки руками, зареклась - больше никогда допоздна не сидеть.

- Пап… - отец подхватил меня за руку, отчего шарики бились по моему лицу, пока мы бежали по лестнице. Он даже не дал мне времени переодеться, отправив завтракать в одной пижаме.

- Давай, быстро, быстро! Нас ждут… - глаза закрылись, открылись – я бегу по лестнице, вновь закрылись и снова их открыв, передо мной уже стояла тарелка с моим любимым круассаном и кофе с пенкой, которая выходила за края кружки. Глаза снова закрылись, в этот раз меня пробудили, падающие на лицо вещи. Надев джинсовую куртку, я залезла клубочком в машину отца, наконец-то попытавшись уснуть. И о чудо, у меня получилось. Не знаю, сколько я спала, но проснулась бодрой, как только автомобиль стал ехать, по настолько плохой дороге, что меня, чуть ли не носило по всему салону. С каждым треском, после ямы, мне казалось, что из мотора выпала, какая-то важная деталь. – Приехали, девочка моя. И только попробуй потом сказать, что я плохой папа… - я с неким недоверием посмотрела в салонное зеркало, чтобы встретиться с отцом глазами.

- Ты меня пугаешь…

- Это ты обычно меня пугаешь! – я пожала плечами, но как-то даже возгордилась собой, от его слов. Мы остановились, у огромного здания. Белые стены, которых почти не было, считая панорамные окна. Удивительно но в одном из этих окон, что-то шевельнулось.

- Да ну… - я приоткрыла рот. Со второго этажа на меня смотрела пара золотистых глаз, что светилась от света солнца.

- Закрой… - отец с силой взял меня за запястье, и потащил за ворота. Я улыбалась бессознательно, теперь всё, казалось, таким интересным, но особенно то самое окошко. Глаза с него уже не смотрели, но уверенность, что где-то там действительно находилась большая кошка, давала волю полетать бабочкам в животе.

На пороге здания, нас уже ждали. Стройная тётенька, что поприветствовала отца, поцелуем в губы. Я неосознанно скривилась и отвернулась.

- А у кого это у нас сегодня день рождение? – она была выше меня, на голову точно, плюс роста ей добавляли каблуки. Женщина нагнулась надо мной, почти оперившись своим лбом, на мой.

- Мне не десять лет… - пробурчала я.

- Да я в этом и не сомневаюсь… - её хищная улыбка, не вызвала у меня доверия. Странная тревога в груди, сжала сердце и настроение упало на дно. Отец медленно повернулся на меня, подмигнул, этим сказав, вести себя прилично, как обычно он и предупреждал меня на важных переговорах.

- Так, какой подарок на день рождения ты хотела? – на лице моего папы, появилась наигранная улыбка.

- Ты знаешь… - тихо пробормотала я.

- Повтори ещё раз, ради Жанны, она же не знает! – я взглянула на тётку, та улыбалась также, как и сейчас отец, во все свои тридцать четыре зуба.

«Ради Жанны…» - моё лицо скривилось ещё сильнее.

- Пантеру. – от моих слов, женщина захлопала в ладоши от радости. Я повернулась на отца, с немым вопросом «это что?», он только пожал плечами, я повторила за ним, вжимаясь в куртку. Мы прошли пару ветвистых коридоров, после остановились у лестницы, всё это время Жанна не умолкала:

«Если вы, как отец, согласились и полностью приняли решение вашей дочери, о приручения, такого рода, животного, должны понимать, что для того, чтобы ваш ребёнок и вы были в полной безопасности, надо хорошенько заняться дрессировкой. Лучше нанять специально обученного человека, как я знаю, финансы вам позволяют… - всё это время, папа внимательно слушал и кивал. А я зациклилась на Жанне, их поцелуи в губы с моим отцом и упоминании «финансов». – Это серьёзная работа, и при хорошем исходе… - она замолкла. – Девочка, как тебя зовут, напомни?»

- Диана… - еле слышно сорвалось с губ, я уверена, она этого не услышала.

- Так, вот, девочка сможет нормально поиграть с животным, минимум, через три месяца. Как понимаете, минимум редкий случай. Кошка дикая, поэтому транспортировкой мы займёмся, выделим клетку, но лучше оборудовать специальную комнату и сделать для животного манеж…

Слова звучали, как бред. Я мечтала о питомце, с пяти годиков, может даже раньше. И как только мы оформим большую кису на меня, я бы хотела засыпать с ней вместе в одной пастели, гулять и гладить. Чтоб она рычала, пока я рассказывала ей, о своих проблемах…

Наконец-то, моё недовольное лицо сменилось видом второго этажа и искренней улыбкой. Здесь было до невозможности красиво, украшенный лианами коридор, нагонял атмосферу джунглей. Я уже чувствовала, как иду по школьным коридорам, с этим огромным зверем на поводке, как меня сторонятся и боятся. Бабочки в животе, начинали летать более резво от предвкушения, пока отец не взял меня подмышку и не приблизил к себе:

- Слышала? Выберем тебе дрессировщика…

- Надеюсь красивого!

- Я специально подберу женщину… - от слов отца, я разочарованно выдохнула.

- Тогда не надо, я сама справлюсь!

- Ты глупая что-ли? Это не обсуждается! – я ещё сильнее закатила глаза и шикнула на отца. Жанна, что всё это время шла впереди, уже даже не бормоча ничего себе под нос, наконец-то свернула в одну из комнат. Я вырвалась из хватки отца и быстро побежала за ней. По дороге обернулась, показала ему язык и скрылась за дверью. Тут пахло странно, похоже на деревню, а не джунгли.

- Фу… - я тут же зажала нос двумя пальцами, будто прищепкой. Жанна цокнула языком и указала рукой на стеклянный вольер. Вид на чёрных кошек, с блестящей шерстью, избавил меня от мыслей о неприятном запахе за долю секунды. Они кидались на ограду, ходили туда-сюда, будто Я была их жертвой. Моё лицо прильнуло к стеклу.

«Какие красивые…» - глаза загорелись, я разглядывала каждую, а они будто чувствовали моё присутствие и рычали.

- Можешь выбрать любую… - «ещё бы не могла» - подумала я. В это время, отец успел зайти в помещение, с таким же презрением зажав нос и рот ладонью.

- Не могу представить, что у нас дома, будет так пахнуть… - он сморщился. – Поэтому я всегда был против животных… - папа обращался уже к Жанне, пока я приложила руку к лапке животного по ту сторону. – Ди то, ответственная девочка, за это я не переживаю. – Его подруга лишь тяжело вздохнула.

Они все, выглядели практически одинаково, поэтому меня привлекла только одна, что отличалась. Выглядела, как избранная. Пантера лежала на спине, в конце клетке, сжав лапы крестом на груди, будто умерший человеку, чье тело положили в гроб. Золотистые глаза не показывались, и казалось, животное действительно так спит.

- Я выбрала… - от моего резкого крика, на стеклянную стену бросилась одна из особей, а лежащая в углу пантера, только лишь приоткрыла глаза и повела одной лапой, чтобы перевернуться на бок.

- Не кричи, ты их пугаешь! – Жанна вновь нагнулась надо мной. – Какая? – я провела пальцем по стеклу, создавая над её ухом максимально неприятный звук и ухмыльнулась. – Та, которая лежит? – проскрипела она, голос у этой женщины был странноват, будто прокурен. Я кивнула, пантера, на которую, я указала, словно услышала нас и с прищуром в глазах, смотрела в мою сторону. – Сомнительный выбор, ну ладно… - она пожала плечами, а я поджала губу, продолжая смотреть на кошку. Та, выглядела так, будто недовольна, что её забирают. Пасть прибывала в лёгком оскале, глаза бегали, а лапки стали нервно царапать пол.

Отец вновь отвёл меня в сторону, сославшись на то, что нужно немного подождать у ворот. Я успела только кинуть последний взгляд, в сторону загона, и улыбнуться им помахав рукой.

- А теперь скажи мне, почему именно пантера? – папа смотрел строго, он редко смотрел строго, точнее, вообще никогда.

- А что у тебя с обещанием «любить маму вечно»? – он остановился, замотал головой.

- Это тут причём, я спрашиваю тебя про…

- Может про Жанну? Та ещё дикая кошечка…

- Не порть праздник.

- Я и не порчу его, папуля! – дальше мы шли молча, никто не хотел говорить, понимая, что ещё один звук, слово или жест, и скандала не избежать. Отец нахмурил брови и брёл через ворота сгорбившись и побледнев, я же наоборот радовалась, что сегодня стану обладательницей, настоящего дикого зверя.

Когда облокотившись на чёрную, очень горячую, папину машину, я наконец-то услышала долгожданный рык, то встрепенулась. Расслабляться было нельзя. Отец еле успел добежать до меня, пока я сломя голову и пару раз чуть не зацепившись ногой за ногу, бежала навстречу к новому другу. Пантеру вела не Жанна, а какой-то симпатичный молодой человек. Кудрявый, с большими серыми глазами. У меня чуть слюна не потекла, фокус взгляда сместился.

- О, а вы? – на секунду остановившись, я поняла, что не могу сказать и слова.

- Эрнест… - он еле заметно улыбнулся и чуток смутился, это было видно, по покрасневшим щекам.

- Диана…

- Приятно… - Эрнест не успел договорить и протянуть руку, как я его перебила. Кошка в это время спокойно прилегла, на тёплый асфальт и грелась на солнце.

- Вы случайно, не дрессировщик?

- Не совсем, но для тебя могу им побыть… - я видела, как лицо отца, в одно мгновение поменялось, он выхватил у парня поводок и с силой потащил животное. Оно нехотя привстало, но идти не хотело. – Сэр, его надо погрузить в клетку и…

- Знаю я! – шикнул отец. – Тут есть более знающие люди, чем совратители малолетних! – папа развернулся, и не выпуская поводок из рук, взял меня за обе щеки так, чтобы я смотрела на парня, хотя, я итак на него смотрела. – Ты хоть знаешь, сколько ей лет!? – на самом деле, рассмотрев, этого мальчика повнимательнее, я бы не дала ему сильно больше, чем мне. Худощавое телосложение, с лица не ушла детская припухлость, да и щетины не было, а из глаз не ушла искорка.

- Двадцать? – он нервно улыбнулся.

- Какой двадцать!? Ей восемнадцати даже нет! – парень поник, но подмигнул мне. К нам подошли люди, встревоженно смотря, на отца, который взял на себя полное управление пантерой, и на саму пантеру, что решила вновь улечься на асфальте.

- Месье, отдайте пожалуйста! – два амбала, дрожали от страха, перехватывая поводок. Я лишь хихикнула в кулак, Эрнест тоже.

- А кто он хоть? – громилы переглянулись, и подняли, не очень сопротивляющийся пантеру за подмышки, демонстрируя спросившему отцу, животик животного.

- Мальчик… - усмехнулась я.

«Теперь буду обнимать большого мальчика по ночам… - улыбка стала ещё шире, но скорее от смеха. – Защитник…»

- А может он больной? – поинтересовался отец. – Что-то, слишком спокойный! – в тот момент, когда отец задал этот вопрос, мне показалось пантера закатила глаза, А после послышался наигранный, короткий рык.

- Да, нет, вроде! – будто икая, делая большие паузы между словами и переглядываясь, говорили громилы, практически в один голос.

- Где паспорт животного? – пока папуля, рылся в своем мобильном, явно решая вопросы, связанные с бизнесом (даже здесь), показалась она. Во всей красе. С подправленным макияжем и походкой, от которой качалась её «эс».

- Я занесу завтра, дорогой… - «дорогой», моё лицо скривилось от одного её вида, будто я собиралась чихнуть. Почему-то отец, не отводил от неё взгляд, далеко не из-за презрения. Жанна поцеловала его в щеку, что-то прошептала на ухо и хихикнул ушла. Готова поклясться, я слышала в её шёпота своё имя.

…

Ехали мы довольно быстро, но в этот раз, меня не привлекали даже сменяющейся пейзажи лесов за окном. Мысли ветвились, лишь в два направления. То я смотрела на отца, ведущего автомобиль и вспоминала Жанну и её хриплое «дорогой», то мой взгляд переходил на зеркало с боковой стороны машины, где отражался грузовик с прицепом. Я знала, что моя зверушка где-то там и скоро, она избавит меня от одиночества. И плевала я, на предательство отца и на Жанну, что скорее всего скоро заявится на порог, с объявлением, что стала мне «новой матерью».

- Как назвала хоть? – холодно спросил отец, видимо боясь, что я вновь вспылю, но меня уже начало клонить в сон, да и ссорится особо не было желания.

- Дай мне время… - эта фраза относилась также к появлению Жанны в нашей жизни… возможному появлению.

- Я уже оформил дрессировщика, он будет приходить к нам, кормить и заниматься вместе с тобой уходом за пантерой.

- Сомневаюсь, что с ним будут трудности. Спокойная такая киса…

- Это пока что спокойная, дикость – довольно обманчивая штука.

- Сомневаюсь… - вновь повторила я, и замолкла, заметив, что машина остановилась. Я обошла автомобиль, проверила ключи и телефон и взглянула на отца. Он, одарил меня доброй и теплой улыбкой.

- Помнишь, бывший кабинет матери, в котором вёлся ремонт уже пару лет?

- К чему клонишь?

- Как только ты рассказала, о пантере, я…

«Оборудовал её» - эти слова крутились у меня в голове, и когда мы поднимались на лифте, на двадцатый этаж. Пантера ехала следующим рейсом, вместе с амбалами. И когда, я слышала скрип проворовавшегося ключа, в дверной скважине и даже когда наконец-то увидела, во что превратился бывший творческий кабинет, моей покойной матери.

- Не может быть… - небольшое пространство, было усыпано различными игрушками для животных: узелками, кругами, мячиками. Ещё на кухне, я заметила, большие куски сырого мяса, явно не предназначенные для нас с отцом, лежащие под столом, в дешёвом пакете. Дальше шла сеть, огражденная железным порогом, оббитым шёлковой тканью. Напоминало цирковую арену. Я запрыгала от счастья, чуть не уронив отца, во время объятий.

- А сейчас, иди к себе. Я скажу когда её заведут и…

- Его…

- И сможешь войти сюда снова, хорошо? – я быстро и часто закивала, так, что моя голова, чуть не отлетела к игрушкам, для тренировок, и наконец-то, к счастью отца, слезла с его шеи.

Сидеть почти час в своей комнате, в полной пустоте и вслушиваться в каждый звук, даже настолько малый и нестоящей моего внимания, было просто невыносимо. Я слышала, как открылась дверь, как его мягкие лапки шуршат по ковру, как дыхание животного иногда переходило на рычание. Клетка захлопнулась с железным скрипом и этот еле слышный звук, заставил меня выскочить из комнаты. Отец, вместе с одним из тех громил, что держали животное на поводке, вышли из бывшей маминой комнаты, аккуратно захлопнув дверь.

- Пап… - Я облокотилась на стену, с надеждой смотря в его большие, карие глаза.

- Он спит, оставь животное в покое. Завтра пообщаетесь… - я надула губки в обиде, а он подошёл и приобнял меня за плечи. Отец не часто меня обнимал, поэтому прикосновения от него, были неожиданностью, но сейчас они помогли успокоится. – Выбирай, куда поедем отмечать, или ты с друзьями пойдёшь? – я надула губы ещё сильнее. – А… - папуля нахмурил брови и грустно улыбнулся. Мне это было понятно, никто не хочет, чтобы его ребёнок вечно сидел дома и скучал, а я последнее время, занялась этим всерьёз…

- Да, с друзьями! Вернусь, через часов пять. Закажи нам покушать, отметим вечером! – натянув улыбку, выдавила из себя я, уже представляя, как провожу эти пять часов в одиночестве, бродя по городу.

- Хорошо радость моя… - он опустил плечи, и наконец-то успокоился. Проводил за дверь и сказал на прощание, что любит меня.

Знал бы он, как мне хотелось провести это время, наблюдая за пантерой, которая спокойна спит у себя в манеже. Поворошить гладкую блестящую шерсть, но на деле, я проминала диван, в каком-то кафе в пяти минутах от дома и пила свой любимый фраппучино на кокосовом. Вечер выдался скучным, знакомые, которых я могла бы позвать, как и ожидалось не ответили на звонок.

«Не очень-то и хотелось» - заседая в полном одиночестве, я рассматривала людей, внимание от скуки привлекало всё: какая-то старушка, что громко говорила по телефону, молодой парень в очках, что читал книгу, преимущественно что-то из классики и полушепотом, бариста, весь в татуировках и с длинными, осветлёнными волосами по плечи, молодая пара студентов…

Парень, хотя скорее – мужчина, кормил свою даму с ложечки мороженным и улыбался, смотря на то, как у той сверкали глаза. Я позавидовала ей. Мне тоже хотелось попасть в сказку, о любви, преданности и верности. Последняя попытка увенчалась крайне неудачно, после этого я и лишилась друзей.

«В день рождения, должны случаться чудеса…» - мой взгляд вновь упал на бариста. Он поймал его и не думая ни секунды, я направилась к стойке.

- Хотите заказать, что-то ещё? – от улыбки, у него появились еле заметные ямочки на щеках.

- Да, тортик можно… - парень отвернулся, подойдя к прилавку.

- Конечно, выби…

- И свечку… У меня день рождения. – он, с нисходящей улыбкой, хмыкнул.

- Вот этот возьмите, я сам его брал недавно. – я кивнула. – Он будет за счёт заведения.

- Спасибо… - я смутилась, думаю покраснев. – И как на вкус?

- Что?

- Ну вы же сказали, что уже брали его. – мой кусочек торта, уже лежал на стойке, в милой бумажной тарелке с единорогом, и со свечой воткнутой в застывший шоколад на верхушке, отчего тот немного треснул.

- Ах, нет, жена всё съела! Предоставляете, даже не поделилась… - улыбка и смущение во мгновение спали с моего лица, и быстро взяв кусочек тортика, я вновь промямлила сухое «спасибо» и удалилась есть на улицу. Вечер был тёплый, но мне вновь было не с кем поговорить. Свеча горела и ветвилась, воск уже начинал капать на шоколад с подставки. Набрав в лёгкие побольше воздуха, я задула её, только с одной мыслью, моим желанием:

«Хочу оказаться в сказке о любви…»

- Привет? Ты меня помнишь? – раздалось откуда-то справа. Я вся красная от того, что задерживала дыхание, в выставленными во всю ширь плечами, обернулась. Около меня, чуть сзади стоял тот самый мальчик из питомника. – Значит, мы и живём рядом, или ты просто гуляешь? – я молчала. – О, у тебя что? День рождения? – кивнула. – Поздравляю мадмуазель, жаль не знал, подарок бы хоть подготовил!

- Так хочешь мне что-то подарить?

- Ну это просто неприлично, оставлять такую девушку без подарка!

- Ты можешь…

- Нет, у меня сейчас с деньгами…

- Погулять со мной… - он окинул меня взглядом, своих огромных от удивления глаз.

- Просто… погулять? – вновь кивнула. – Я думал таким девушкам как ты…

- Просто нужна компания… - перебила его я. Неловкая пауза молчания продлилась недолго, Эрнест практически сразу позвал меня жестом за собой. Я не задавала глупых вопросов, по типу «Куда мы идём?», или «Зачем мы сюда повернули?», просто шла, и слушала. Эрнест рассказывал историю, как оказался в том питомнике, как было страшно по-началу, но он объяснил мне одну истину:

«Кто боится, тот не живёт!»

- А чего страшного в пантерах? – он покачал головой, цокнул языком, на манер Жанны и пошел дальше молча. После фонари включились, сумрак ушёл, сменившись ночью, я отмечала всё: погоду, пробегающих собак, голубей доедающих остатки крошек от хлеба.

- Так удивляешься всему, будто на улицу впервые вышла!

- О! О! О! Смотри! -Я не заметила, как схватила его за руках водолазки, заставив смотреть туда, где проезжал картеж невесты. Кони били по асфальту копытами, будто не шагая, а отплясывая. Эрнест только рассмеялся.

- Девочкам же нравится такое, да?

- Тебе что, не нравятся пышные свадьбы? – он покачал головой, но будто задумался. После сам схватил меня за рукав, и с силой заставил сесть на лавочку в парке, который незаметно сменил дворы многоэтажек.

- Хочешь поговорить о любви?

- Нет, хочу узнать нравятся ли тебе пышные свадьбы! – парень вновь тихо рассмеялся, прикрывая рот рукой. – Нет не стоит! – Я отдернула его руку ото рта.

- Что?

- Заслонять свою улыбку! – Эрнест еле заметно смутился и улыбнулся шире.

- А я вот хочу, поговорить о любви… - его рука медленно слегла со спинки скамейки на мою ногу. Я вздрогнула и отодвинулась. От него стала исходить, некая опасность, отчего сердце забилось чаще. По-началу, я думала от любви, но сейчас…

- Мне домой пора… - не попрощавшись я развернулась и пошла быстрым шагом. Эрнест не пытался меня догнать, а лишь крикнул «Ну пока» вдогонку. Как только, удалось скрыться из его поля зрения, перешла на бег. Домой, конечно, я вернулась напуганная и запыхавшаяся. В коридоре стоял запах животных, как в питомнике, но его перебивал аромат жаренного мяса. Отец решил приготовить ужин сам, и как только я пришла к нему, то надела маску спокойствия и счастья, не желая посвящать его в недавний инцидент.

«Сбежала вовремя и хорошо…» - после пары кусочков ужина, мягко тающих во рту, меня перестали беспокоить мысли. Теперь я думала лишь о предстоящем лете, которое я проведу за дрессировкой своего нового питомца.

Отец расспрашивал о моей встрече с друзьями, но я отвечала сухо, не желая вспоминать. Единственное, чего я сейчас хотела, была кровать и крепкий сон, и чтобы поскорее наступило завтра. Папа, как образцовый отец, быстро понял, что я устала, отправив спать и вновь невзначай сказав, что любит меня. Глаза сразу закрылись, ноги отдавали усталость в тёплую постель, за окном слышалась ночная суета. Жизнь в большом городе не останавливается никогда…

Ночью меня разбудило недовольное бормотание рядом с кроватью. Я нехотя открыла глаза.

- И на что она способна… - встав лапами на край моего одеяла, вырвалось из пасти пантеры. Зверь буквально прожигал меня золотым, недовольным взглядом.

- Киса… - пробормотала я. Из-за недосыпа параличи были частым явлением и поэтому, я не задумываясь погладила её по макушке, спустив всё что происходит на сон.

- Киса… - вновь сказал он, приподняв губу в прозрении. Я полностью открыла глаза. – Что смотришь? – я резко присела, завернувшись в одеяло, отодвинувшись от кота говорящего басом.

«Если я могу двигаться, значит, это не паралич…» - ещё секунда осознания и из моего горла вырвался крик, который сразу заткнули мягкой лапкой.