Предел относительности

Часть первая.

Глава 1. Возвращение

«Долгожданный дом, целую вечность тут не был, а может, и больше», – с волнением думал Крис.

Если бы глаза могли светиться, они пылали бы ярким пламенем от жгучего нетерпенья, съедавшего его при виде приближающейся Земли.

«Это сколько же я тут не был? Хотя что за глупый вопрос? Я точно знаю сколько – двадцать один год и три месяца по бортовому времени. Вообще-то тут немного кривлю душой – шестнадцать лет и семь месяцев я находился в стазисе – попросту спал, как медведь. Итого получается четыре года, шесть месяцев. Ну а на Земле-е минуло аж сорок один и два. Стоп, это же температура, при которой скорую вызывают. Не обращайте внимания, когда так долго летаешь в космосе, хорошо, если только глупые шуточки в голову лезут. В общем, выбирайте сами понравившуюся цифру – фокусы относительности, ничего личного», – размышлял он.

Крис стоял у трапа спускаемого аппарата, гордо выпятив грудь в ожидании медалей, новых погон на плечи и прочих девушек с цветами, но лучше без них, лучше совсем без ничего, лучше…

Ну ладно, об этом позже помечтаем.

Он ждал заслуженных наград. Ведь говорили ему когда-то давно, еще когда готовился полёт: «Лети. Говорят, ты еще не женат, вся жизнь впереди. Смотаешься туда и обратно – вернешься героем. Говорят, первый межзвёздный проходимец будешь. Тьфу ты, звёздопроходец».

Крис покривился: «Всё равно как-то не так звучало».

Чего ему тогда только не наговорили, и то, что путь будет легким, всё равно всю дорогу спать придётся, благодаря новейшим технологиям. Вот только эти самые технологии создавались в условиях межзвёздной гонки, иными словами, в спешке, и на некоторых людей оказывали кое-какие побочные явления, а именно: недельный понос, рвота от каждого кусочка пищи и дикая слабость от обезвоживания.

Холера тебя задери!

Рассказывали, что на одной из планет стопроцентно обнаружена жизнь, там есть вода и замечены признаки бактериальной активности.

Да в гробу я видал такую жизнь!

Это только в кино красивые инопланетные пейзажи фиолетовых, розовых и прочих неестественных цветов под лучами двух и более солнц. А там…

Да, там действительно была жизнь.

Ну и воняла же она! Прямо как я после выхода из стазиса.

Черные поля грязи до горизонта под низкими багровыми тучами с хорошей такой примесью серной кислоты. Несколько месяцев по пояс в этой жиже собирал образцы, молясь, чтобы не пошел дождь…

А когда возвращался в жилой модуль, надевал маску из комплекта химзащиты, ибо скафандр находился тоже внутри и вылезти из него, не испачкавшись, невозможно!

А тем временем площадь перед Крисом была подозрительно пуста, если не считать двух особ мужского и женского пола и неподалеку, и, судя по узнаваемой расцветке, кареты скорой помощи.

Дошутился, мать твою!

Говорила мне мама: «Думай, что говоришь и в особенности что думаешь».

За неимением других, более привлекательных ориентиров, он направился к стоящей парочке. Мужчина лет тридцати был высок и коротко стрижен. Рыжеволосая дама с легким интересом рассматривала Криса голубыми глазами.

Он уже хотел было торжественно произнести заученный доклад об успешно выполненном задании, но мужчина просто протянул ему руку:

– С прибытием, капитан, мы рады видеть вас в добром здравии и поздравляем с выполнением этой, без сомнения, трудной миссии. Моя спутница – доктор экзобиологических наук Джиллиан Пол. Я – особый представитель Департамента Внеземных Территорий Леонард Кейн, можно просто Леонард.

Его рукопожатие было крепким.

– Здравствуйте, капитан, если вам будет так удобнее, зовите меня Джиллиан, – ее рука, на удивление, оказалась не менее крепкой.

– Крис, – только и смог из себя выдавить он и прикинул: «Уже есть целый департамент? Когда улетал, только несколько человек успели ступить на другие планеты Солнечной системы, о территориях даже разговора не было, а экзобиология относилась к разряду гипотетических наук».

Медицинская машина с места поднялась в воздух, развернулась и полетела куда-то, наверняка по более важным делам.

Внимательно наблюдавший за Крисом мистер Кейн спокойно произнес:

– Не обращайте внимания. Вы очень долго находились в полете. Простая предосторожность – это логично. Но при необходимости вернуться она сможет очень быстро, не переживайте.

«Спасибо, я не переживаю, вот совсем, вот ни капли», – ругаться мысленно Крис уже побаивался.

Он был несколько обескуражен, ведь ожидал совсем другого после стольких лет тяжёлого и одинокого путешествия и, без преувеличения, мук. А получилось как-то буднично и непонятно.

– Сейчас мы отвезем вас в ваш номер, где вы отдохнёте, а потом со свежими силами сможете ознакомиться со своим новым миром, – известила Джиллиан, и ее глаза на мгновение блеснули.

– Простите, Джиллиан, – Крис совсем растерялся. – Почему так?.. Как-то всё буднично? Я ведь первый человек, который вернулся из межзвёздного полёта… привез биологические образцы с планеты, которая в нескольких световых годах отсюда.

– К сожалению, вы уже не первый, кто вернулся, – в ее голосе были нотки сочувствия, как к маленькому ребенку. – Их сотни. После того, как был создан прыжковый двигатель, расстояние в несколько световых лет больше не является препятствием. Прямо сейчас десятки кораблей держат курс на ближайшие звёзды и обратно. На многих планетах уже есть постоянные базы, в том числе и на той, где вы были. Мир изменился. И люди тоже.

У Криса голова пошла кругом: «Всё зря? Годы одиночества, тяжёлого труда и потерянного времени здесь – на Земле? – Ноги стали ватными. – И может, они зря отпустили скорую помощь, а то как грохнусь в обморок?»

– Нет, она не понадобится, – словно прочитав его мысли, сказал Леонард. – Доминатор провел анализ вашего физического и психического состояния – эта реакция была предсказана.

– Домина кто?!

– Доминатор – тот, кто управляет метрополией и доминионами. Он всегда с нами на связи.

– Это что-то типа президента? Это должность такая? – происходящее начинало напоминать какой-то бульварный роман.

– Не думаю, что слово «должность» является подходящим для нейросети. Доминатора не назначали – его просто включили.

***

Они одиноко ехали по улицам города в сером фургоне, имевшем футуристическую аэродинамику кирпича, заставляя прохожих оглядываться. Именно ехали, а не летели, хотя Крис знал, что кирпичи прекрасно умеют летать – сверху вниз особенно.

В метрах пятидесяти и выше на огромных скоростях для населенного пункта, в мнимом хаосе шныряли самые разнообразные машины: какие-то аналоги мотоциклов, компактные семейные вэны и длинные сигары общественного транспорта; а летающие фуры носились так, будто последний день живут, ловко перестраиваясь из потока в поток и лихо ввинчиваясь между высокими домами.

Но эта транспортная вакханалия только казалась таковой – всеми этими летунами, как объяснили Крису, управлял Доминатор – всё-таки нейросеть высшего порядка, а по земле мы передвигались, исходя из всё тех же объяснений, чтобы поберечь его якобы ранимую психику, а то вдруг что, и он вновь мог познакомиться со своим городом. Но знакомиться-то особо и не с чем было, вся видимая разница – это транспорт в небе. Создавалось впечатление, что за сорок лет ничего нового и не построили: абсолютно узнаваемые улицы, всё те же серые глыбы домов и редкие оазисы сверкающих стеклом небоскребов.

А люди?..

Да такие же, как и раньше: задумчивые и смеющиеся; кто-то спешит по своим делам, кто-то просто гуляет. Вот только что-то не видать детишек и стариков.

– Я не вижу детей и пожилых людей, – констатировал Крис, глядя в окно.

– Проблема старения решена полностью, – Леонард немного удивленно тоже посмотрел на улицу, словно впервые обратил внимание на это несоответствие.

– Доминатор помог разработать необходимое медицинское обслуживание. Смертность сведена к минимуму.

– Я всегда думал, что вечная молодость будет доступна исключительно сильным мира сего.

– С экономической точки зрения правильнее дать активную жизнь всем. Содержание пожилого населения обходится слишком дорого. Как и выращивание детей.

– Стоп! Вы так и не сказали с детьми-то как? Они что, сразу рождаются взрослыми? Брюхо у мамки не треснет?

– Не треснет? – особый представитель впервые проявил эмоции, приподняв прямую бровь, затем, видимо, включив выдающиеся логические способности, сообразил: – Чтобы завести ребенка, нужно подавать заявку в Отдел Популяции и ждать соответствующей квоты – держать численность жителей на одном уровне рентабельнее. Я хоть и занимаюсь внеземными территориями, но в вопросах деторождения разбираюсь очень хорошо. Люди не очень-то и стремятся заводить детей. Какой в этом смысл?

«Я попал в какую-то утопию», – Крис на мгновение потерял дар речи.

– Кстати, а прыжковые двигатели тоже Доминатор помог создать?

– Конечно, – его удивленная бровь поднялась еще выше, мол, как можно спрашивать об очевидном?

Гостиница, куда привезли Криса, также являлась кусочком его прошлого. Еще будучи подростком, он часто наведывался к фонтану, расположенному перед зданием; катался на скейте с друзьями – такими же интернатовскими, как и он, просто дурачились – всё лучше, чем унылые стены того почти казарменного дома.

Где теперь эти друзья?

Крис единственный из всех воспитанников детского дома поступил в университет, редко кому из них вообще удавалось подняться во взрослом мире – унылая правда жизни.

Глава 2. Земное блаженство

Какое же блаженство, оказывается, спать в самой обычной кровати, лежа на подушке и укутавшись казённым, но таким нежным одеялом. Так бы и валялся целую вечность.

– Доброе утро, Крис.

Крис резко сел в кровати, огляделся – комната пуста.

– Прошу прощения, что побеспокоил вас. Так как вы уже немного освоились, я решил представиться лично, – голос доносился из устройства, подаренного вчера Джиллиан.

Как говорила она: «Это старый коммуникатор, еле смогла найти, сейчас такими никто не пользуется. Он еще способен выполнять кое-какие функции связи, большинство давно уже пользуемся сетью напрямую», – и постучала пальцем по виску.

На взгляд Криса, вещица очень даже шикарная: выдавала изображение как на экран, так и в виде голографической проекции, а то и вовсе прямиком на сетчатку глаза. Сам он до конца не разобрался с ним – оставил на потом.

– Здравствуйте, с кем имею честь говорить?

– За отсутствием другого имени зовите меня просто Доминатор.

– За такие шуточки и в бан отправить можно.

– Вновь прошу прощения, но я никогда не шучу – не умею. Чувство юмора мешало бы мне выполнять свои обязанности.

«О как! Мне бы так. Глядишь, не ввязывался бы во всякие межзвёздные авантюры», – хмыкнул про себя Крис.

– И какие же у вас обязанности, если не секрет, конечно?

– Здесь нет никакого секрета – физическое, психологическое и экономическое благополучие населения на вверенной мне территории. Оно складывается из многих факторов, и я контролирую их все.

– Ничего себе! – опешил Крис. – И как? Получается?

– К моему несчастью, не всегда, люди такие разные. Иногда невозможно предсказать все модели поведения, я могу просто не успеть, и тогда произойдет несчастный случай, или у человека случится какое-то горе, а то и вовсе кто-то встанет на противоправный путь, – в его голосе прозвучала такая грусть, что на секунду это вызвало даже какое-то сочувствие.

Крис, конечно, удивился, но к чему-то подобному был уже готов. Еще до отлёта он был свидетелем, как на муниципальных выборах сразу две партии выдвинули в качестве своих кандидатов нейросети. И у тех, и у других мотивация была как под копирку: электронный руководитель имеет информацию обо всех управленцах в истории, а значит, имеет опыт их ошибок и достижений; он беспристрастен и неподкупен и к тому же быстро соображает.

Чтобы выяснить, чья сеть достойнее, не придумали ничего лучшего, как устроить дебаты в прямом эфире. И вот в судьбоносный день – нового слова в политике, в студию выкатили два монитора. Для большего охвата аудитории пометка трансляции была 0+. Аудитории было глубоко наплевать, сколько там плюс красуется на экране, вооружившись кто попкорном, кто чипсами, а кто и соленой рыбкой с соответствующими случаю напитками, целыми семьями собрались у экранов.

Дебаты начались стандартно: кандидаты по очереди выступали; по экранам бежали возвышенные слова, дублируемые синтетическим голосом; обещали все мыслимые блага правильным гражданам и кару небесную неправильным.

Дело дошло до вопросов от ведущего.

Когда спросили, в чём же отличие их программ, один из кандидатов ответил, что его программа создана на новейших квантовых процессорах, и хотя сейчас она находится в классическом железе, его более устаревшему оппоненту стоит идти лесом куда подальше.

Пауза в студии длилась недолго. На экранах зрителей 0+ сменился на 6+. Второй выступающий не стал подбирать слова и объяснил сопернику, какими интимными действиями он займется с его квантовой материнской платой, в недрах которой тот был рожден.

Трансляция уже шла под знаком 18+, и смотрящих становилось всё больше, но никто не решался прервать прямой эфир: с одной стороны, заоблачный рейтинг, а с другой – неизвестные, но вполне себе осязаемые последствия – партии, выдвинувшие своих ставленников, были очень влиятельные.

Тем временем в студии мат стоял такой, что некоторые мамы, смотревшие с детьми дебаты, зажали детям уши, но это было бессмысленно – все слова дублировались на экранах в студии. Кто-то, большей частью взрослое население, торопясь, пытался записать витиеватые трехэтажные выражения в целях обогащения внутреннего мира, ведь у выступающих имелся бездонный кладезь лексики, накопленной тысячелетиями.

Меньшая часть населения тоже не отставала, снимая всё на видео и с умопомрачительной скоростью барабаня пальцами по экрану смартфона, отрабатывала навыки из услышанного на своих контактах.

Неизвестно, сколько бы это продолжалось, но один из мониторов засветился синим экраном смерти, ввиду физической невозможности воплотить получаемые в свой адрес посылы. Со вторым, судя по всему, тоже не всё в порядке, ибо он транслировал бесконечное число восклицательных знаков.

Нельзя сказать, что у Криса были какие-то плохие воспоминания об увиденном, но выводы для себя он сделал.

– Надо же, тяжело вам, наверное, приходится, если можно так сказать в отношении нейросети.

Крис поднялся с кровати, обмотался одеялом, перекинув его через плечо, как-то всё-таки неподобающе вести беседу с малознакомым субъектом, находясь в трусах.

– А я вот никогда не хотел быть лидером, не по мне такая ноша.

– Не зарекайтесь, молодой человек, когда возникнет такая необходимость, она вашего желания не спросит.

«Философствующий Доминатор – это уже перебор», – решил Крис.

– Если вы не против, мне нужно привести себя в порядок после сна.

– Безусловно. Мне очень приятно с вами познакомиться. До встречи, – сказал он, и в комнате наступила тишина.

«После стольких лет снова воспользоваться обычным душем – это удовольствие, сравнимое только с объятиями девушки», – мечтательно подумал Крис.

Вымывшись и обернувшись в полотенце, он подошел к окну, в жажде увидеть мир, озарённый солнечным светом. Рывком поднял жалюзи и… Стремительная огромная тень заставила в испуге отшатнуться.

«Всего лишь фура, мать ее! Ладно, и к этому привыкну», – с бешено колотящимся сердцем он медленно опустил жалюзи на место.

Теперь нужно подойти к своему месту в этом мире более приземлённо, а именно, на что и как он будет жить? С некоторой опаской Крис взял «старенький» смартфон, тот больше не пытался с ним беседовать – уже хорошо. С отдохнувшей головой гораздо легче было разобраться в его функциях.

В первую очередь Криса интересовало его финансовое положение. В полёте активная рабочая жизнь заняла четыре с половиной года, на Земле прошел сорок один год, и всё это время он фактически находился на службе с причитающимся ему жалованием и надбавками за риск, и никаких оснований для расторжения контракта с будущим «героем» не существовало. С помощью встроенных в устройство помощников он быстро сумел найти свой счёт несмотря на то, что тот за прошедшее время несколько раз успел перекочевать из одного банка в другой.

Увиденное невольно заставило Криса присвистнуть. На экране красовалась восьмизначная цифра. Но если учитывать инфляцию и изменения курса валют, то он понятия не имел, много это или мало. От охватившего волнения разбираться самостоятельно уже не хватало терпения.

Крис набрал номер Джиллиан и вместо приветствия спросил:

– Это много? – он показал ей цифру на счете.

– Очень, – ответила она.

Ее спокойные голубые глаза, казалось, не моргали.

– Насколько много? – душа Криса ликовала.

– Больше, чем нужно нормальному человеку.

– А если я ненормальный?

– К сожалению, тут вы меня не удивите, – легкая улыбка тронула ее губы. – Позвольте дать вам совет: не торопитесь, узнайте окружающий вас мир получше, люди несколько изменились.

Крис немного насторожился, но всё же решил спросить:

– А если захочу купить большой дом или квартиру в центре, комнат эдак на десять, я могу это сделать?

– Можете. Но зачем? Что вы будете делать там один? – снисходительно спросила Джиллиан.

Крис немного растерялся. Ему самому не очень было понятно «зачем». Может быть, потому что никогда не имел этого?

– Ладно, а эти ваши летающие машины?..

– Можно взять в аренду на любой вкус.

– А?..

– Яхту также можно арендовать. Какой смысл плодить собственность в невероятных количествах, если большую часть времени она будет простаивать? – рассмеялась Джиллиан.

«В чём-то она права», – думал Крис. Но еще он прекрасно помнил о людях, у которых было всё, как они в неистовом безумстве выставляли это напоказ и не отягощались вопросом «зачем?». А что ему точно не нужно делать, так это торопиться, а с деньгами как-нибудь разберется.

Джиллиан внимательно наблюдала за Крисом, возможно, на его лице слишком явно отражались внутренние метания.

– Крис, я ведь прекрасно понимаю, из какого времени вы пришли, – мягко сказала она. – И по историческим меркам изменения произошли почти мгновенно. Знакомьтесь с настоящим, а я и Леонард поможем.

– Джиллиан, а вам какой интерес помогать мне?

– Научный, конечно, вы в каком-то роде пришелец, – серьезно пояснила она.

«Вот так-так. Летал, чтобы доказать возможность межзвёздных полетов, привезти образцы для исследований внеземной жизни, быть первым в конце концов, а оказался объектом, представляющим научный интерес. Но ничего, изучайте, я вам такие данные предоставлю! Так, что у меня следующим пунктом? Правильно. То, что всегда нужно было мужчинам, вернувшимся из путешествия, а именно – общество. Женское», – рассуждал он.

Глава 3. Герда

Крис спустился в холл, насвистывая, возможно, теперь только одному ему известную мелодию пошлой песенки, ну, может быть, за исключением бездонной памяти Доминатора. Когда-то гостиница пользовалась заметным спросом у приезжих, но сейчас тут пусто. Привычный ресепшен отсутствовал, скорее всего, за ненадобностью, но диваны и столики расставили в изобилии, непонятно только для кого, ибо в огромном помещении находился только Леонард. Он сидел неподвижно, находясь то ли в трансе, то ли в глубокой задумчивости, лишь когда Крис подошел на пару метров, тот сфокусировал на нём взгляд и приветственно кивнул головой.

– Мне нужно арендовать женщину, – бодро известил Крис.

Бровь у Леонарда уже привычно поднялась в удивлении.

Крис понятия не имел, как точнее выразиться, в этом мире и так странное отношение к покупкам, а как тут с жрицами любви – это полная загадка.

– Ну это… Я несколько лет провел в одиночестве, – он чувствовал, что начинает краснеть, но подходящие слова в голову отказывались приходить, и, наконец, выпалил: – Да у меня скоро джинсы треснут, там кол какой-то между ног, ходить уже мешает!

– Не продолжайте, – Леонард на всякий случай осмотрел его джинсы, – направо по улице, через два дома находится салон для нуждающихся, там есть андроиды для любых ваших желаний.

– С роботом, что ли? – растерялся Крис.

– Вы не сможете отличить их от людей, достоверность полная.

Сгорая от стыда, Крис выбежал на улицу, едва не сбив с ног проходящего мужчину, чертыхнувшись, извинился. Тот пару секунд смотрел на него пустым взглядом, затем, будто только разглядев, что перед ним кто-то находится, улыбнулся и пошел дальше, словно ничего не произошло.

«Как-то странно всё это, – думал Крис, – то Леонард находится в какой-то прострации, то этот тип ведет себя как сомнамбула. Что с ними такое?»

Он рассматривал прохожих: жизнь в своей неумолимости несла их вперед, навстречу будущему, не обращая внимания на одинокого наблюдателя. Но есть детали, оставшиеся незамеченными ранее, многие люди брели с пустым взглядом, словно глубоко погруженные в мысли, и с механической точностью выдерживали направление. Крис и раньше встречал таких, только не в таких количествах.

Решив, пока не думать об этом, зашагал в сторону «озабоченного салона», как мысленно прозвал он его. Не то чтобы ему так хотелось переспать с андроидом, но вредность и любопытство оказались сильнее.

Дойдя до искомого дома, Крис в недоумении осмотрелся. Он помнил эту улицу, наполненную зовущими и сверкающими вывесками с предложениями подстричь, накормить, напоить и уложить, но сейчас только голые стены зданий со стыдливо прикрытыми окнами.

– Пожалуйста, смотрите через экран смартфона, – зычный голос Доминатора из кармана куртки заставил Криса подпрыгнуть.

Он рывком достал устройство с желанием бросить оземь и растоптать, как заползшего под одежду таракана.

Шумно выдохнув, подавил это желание и закричал, глядя на смартфон:

– Ты можешь не пугать так меня?

Несколько человек неподалеку шарахнулись в стороны, но один зазевался, возвращаясь из своей «нирваны», и, наконец, сфокусировав на Крисе взгляд, поспешил ретироваться.

– Искренне прошу прощения, – виновато произнес Доминатор, – впредь я буду аккуратнее.

– Так-то лучше, – Крис начал успокаиваться, – и спасибо за подсказку.

«Вот же зараза, аккуратнее он будет, так и до нервного тика довести можно, – негодовал он. – Ну да ладно, чёрт с ним, посмотрим, что там за дополненная реальность, даже в мое время, это никого не удивляло».

Крис включил камеру и перевел экран в режим трансляции на зрачок глаза. На и так непустой улице стало просто тесно. Он отскочил в сторону – это пятиметровый детина с длинными черными усами и улыбкой до ушей едва не зашиб его взмахом двухметрового батона и, скалясь ослепительно белыми зубами, показывал этой булкой в направлении стилизованной под старину пекарни. От резкого движения Крис потерял луч изображения и вновь оказался на улице с невзрачными стенами домов.

«Миленько. Джиллиан говорила, что у нее прямая связь с сетью. Получается, они видят этот кошмар постоянно? Живут в нём? Возможно, что современные люди не воспринимают этот бред наяву как нечто ужасное – скорее, как нечто будничное. Добро пожаловать в реальность», – ему стало несколько не по себе, ведь придётся учиться жить в таком мире.

Крис решил вернуться к цели своего похода. Он переключил смартфон на привычную двумерную картинку и направил его на предполагаемое местоположение салона. Краем глаза заметил, что прохожие на него оглядываются, и мысленно послал их подальше. Никаких непотребных сцен не наблюдалось, это даже несколько разочаровало. Вместо этого на экране красовался старинный замок, каких он много видел в Провансе, будучи туристом. По центру светилась надпись: «Вам уже исполнилось 18 лет? Нажмите “Да” или “Нет”».

Крис едва не рассмеялся: «Этот абсурд никогда не закончится. Ну, предположим, что есть», – и решительно нажал «Да».

Ворота замка отворились. Он убрал устройство в карман и направился к заурядной приоткрытой двери.

– Добро пожаловать, Крис, – с улыбкой произнесла миловидная брюнетка в обтягивающем красном платье с вырезом чуть ли не до талии.

– Вы меня знаете? – похоже, нервный тик у него всё-таки начнется.

– Я знаю вас с момента вашего прибытия и, конечно, что вы сюда идете, – ведь это естественно, – она улыбнулась еще шире.

– Так, ясно, настучал Леонард, – Крис начал злиться.

– О нет, ни в коем случае, вы же сами сказали, что у вас есть желание, – ничуть не смутившись, ответила брюнетка. – И я подготовила девушку согласно вашим предпочтениям.

– И откуда вы знаете о моих так называемых предпочтениях?

– Всё очень просто – направление взгляда, время его задержки, мимика – это легко читается.

– К дьяволу эту вашу проницательность, давайте к делу, – он уже устал от новых впечатлений, но врожденное упрямство не позволяло так вот уйти.

– Проходите в эти апартаменты, там вас ждут, ее зовут Герда, как вам и нравится, – женщина указала рукой на одну из дверей.

Крис на деревянных ногах вошел в указанное помещение и застыл. Комната напоминала камеру пыток. Огромная кровать с висящими над ней цепями, наручники лежали на тумбе рядом, плётки украшали стены, а на столе возле стены выстроились игрушки самых разных размеров. Перед кроватью на табурете, сжав колени и засунув руки между бёдер, сидела в откровенном кожаном белье хрупкая девушка с короткими светлыми волосами.

– Привет, Крис, – будто стесняясь, произнесла она.

– Привет… Герда, – растерянно ответил Крис.

Ему было неловко за то, что, оказывается, у него такие интимные фантазии.

– Начнем? – тихо произнесла она.

– И много у тебя было таких, как я? – невпопад спросил он.

– У этого тела? Нет, – рассмеялась Герда. – Последний раз два года назад.

– Ты это, сходи-ка в душ, а то, небось, запылилась за пару лет в шкафу-то, и поосторожнее с водой, – не хочу, чтобы меня током ударило по чувствительному месту, – Крис чувствовал, что начал нести какую-то ахинею, но ничего не мог с собой поделать.

– Как скажешь, а ты пока осваивайся, – она сгребла несколько игрушек-имитаторов и всунула ему в руки, а сама скрылась за занавеской.

Крис таращился на хозяйство в своих руках:

– И что мне со всем этим делать, у меня и конечностей-то столько нет? – пробормотал он.

– Вот эта и эта для Герды, – голос исходил из самого большого имитатора, игрушки поочередно подсвечивались, – а вот эта для тебя. Возьми репеллент, смажь его, и всё.

– Что-о-о?!

Крис с размаху швырнул говорящий фаллос в стену. Тот точно воткнулся своей присоской и заболтался вверх-вниз. Он выбежал из комнаты, красный от гнева.

– Крис, вам что-то не понравилось? – в голосе брюнетки были уже знакомые нотки сожаления.

Смутные подозрения закрались в голову.

– А вот ты и она тоже, вы сами собой управляете?

– Нет, конечно, в такое тело не вместить мощность дата-центра, – раздался голос Доминатора, – но я могу инициировать самые разные личности – моя обязанность – доставить вам удовлетворение своих потребностей.

– Да иди ты на хрен со своими обязанностями. Со своими потребностями я как-нибудь сам справлюсь, – закричал Крис.

«Да что же это за мир? Он контролирует каждый мой шаг, пытается читать мои желания и дает еще советы. К тому же я чуть не переспал с главой метрополии. Да идите вы все в пропасть к дьяволу, – думал Крис в бешенстве. – Я всегда сам управлял собой, без всяких подсказок. И, кстати, ты мэр там, или как тебя правильно, умеешь ошибаться».

Глава 4. Бар «Львиное сердце»

Бар Крис решил искать по старинке, через поисковую систему. Не то чтобы он боялся очередного пятиметрового субъекта, который попытается невзначай зашибить его бутылкой виски, ему просто не хотелось вновь окунуться в эту запутанную фантасмагорию. Искомое заведение находилось на противоположной стороне улицы.

Подойдя ближе, Крис с удивлением увидел над входом настоящую классическую вывеску, искусно обрамленную кованой лозой с гроздьями винограда и названием «Львиное сердце», под надписью красовался красный герб с изображением трёх золотых львов.

Он смело распахнул дверь и очутился в полутёмном помещении: вдоль стен стояли деревянные столы, окна были завешены тяжёлыми шторами, напротив входа располагалась барная стойка, из-за которой на него смотрел полноватый седовласый джентльмен.

– Добрый день, мистер, – приветствовал тот.

– Здравствуйте. Думаю, что вы уже меня ждёте, – ответил Крис.

Этот андроид ему показался совсем уж каким-то реалистичным.

Джентльмен достал из-под барной стойки древний смартфон, судя по всему, еще более старый, чем у Криса; нацепил очки на нос, всмотрелся, листая пухлым пальцем страницы, улыбнулся и ответил:

– Да, полагаю, что да.

– Так вы живой? – с удивлением спросил Крис. Ему хотелось добавить: «И пожилой?», но он благоразумно прикусил язык.

– Разумеется. Будь я мёртвым, как бы я мог здесь работать? Чего не скажешь о вас, молодой человек, – широко улыбнулся бармен.

– Простите, – смутился Крис. – Э-э…

– Стивен. Просто Стивен, – со спокойной улыбкой ответил он. – Что пить изволите?

– На ваше усмотрение, пожалуйста, – растерялся Крис.

Бармен налил из латунного крана тёмный пенящийся напиток и поставил его перед Крисом.

– За счёт заведения. Не каждый день доводится угощать покойника, особенно такого знаменитого, – хохотнул он.

Крис отпил сразу половину кружки, утер салфеткой пену с губ и, наконец, решил спросить:

– Я тоже живой, иначе бы не смог сейчас сидеть перед вами. Почему же вы записали меня в покойники?

– Крис, вы не против, если я буду вас так звать? – и, не дожидаясь ответа, продолжил: – Если бы вы удосужились немного ознакомиться с историей после возвращения, вероятно, и сами бы знали. Я прекрасно помню день отлёта вашей экспедиции. Боже, как же я был тогда молод! Весь мир гудел от этой новости, еще бы – первый полёт на несколько световых лет. Гигантский чёрный как смоль корабль просто потрясал воображение. Практически всё население планеты, и я в том числе, восхищались отвагой человека, решившего лететь на этом исполине к Проксиме Центавра. Это же нечто невероятное, доселе невиданное, какие перспективы открывались перед человечеством – аж дух захватывало!

Стивен замолк, погружённый в свои мысли.

Крис тоже молчал…

Это не просто огромный корабль, в документах он проходил под аббревиатурой УБК-1 – условно боевой крейсер номер один с названием «Чёрная чайка», на топливе из антиматерии, с нехилым вооружением, и стоил немыслимых денег. Полёт на релятивистских скоростях требовал нестандартных подходов. Простая пылинка, попадись навстречу на скорости двадцать процентов от световой, обладала такой кинетической энергией, что прожгла бы корабль насквозь, включая разрушение топливных отсеков. Проблему решал бортовой ИИ, или, как его называли, борт-капитан. Строго секретная разработка. Используя квантово-вероятностные вычисления, он мог предсказать место появления угрозы и нанести упреждающий удар по предполагаемой траектории опасного объекта.

– Где-то через два года корабль перестал выходить на связь, – продолжил Стивен. – Системы контроля не могли его обнаружить, слишком далеко он находился к тому моменту. Экспедицию объявили пропавшей без вести. И вот около года назад звездолёт вновь начал выходить на связь. Эта новость прошла как незначительная и не вызвала большого резонанса – так, всплеск внимания, о котором быстро забыли. Прыжковые двигатели, созданные Доминатором, стоили дешевле, позволяли летать дальше, безопасней и значительно быстрее, а чудеса, доставленные из других миров, потрясали воображение – это для людей куда интереснее.

Крис попросил налить еще, что было незамедлительно сделано.

«Вот, значит, как, с вашей точки зрения, всё вышло», – печально подумал он.

Где-то через час дверь отворилась, вошел Леонард, сел у стойки, попросил бармена налить апельсинового сока, неодобрительно глянув на захмелевшего Криса, сделал небольшой глоток и произнес:

– Ваш корабль на орбите не подпускает инспекционный шаттл к себе.

– Значит, вы ему не нравитесь, – улыбнулся Крис и облокотился на плечо мистера Кейна.

– Говорит, что если шаттл приблизится, то он спалит его к ядрёной матери, – сообщил Леонард, не обращая внимания на панибратское поведение.

– Прямо так и сказал? – расхохотался Крис.

– Если вы хотите, чтобы я произнес остальную речь дословно, то я этого делать не буду, в официальном донесении свыше десятка запикиваний.

– Умница, Сильвер – настоящий мужик!

– Сильвер?

– Ну да, мне же нужен был компаньон во время полёта, а ругаться его я сам научил. Классно ведь получилось? – Крис, смеясь, хлопнул Леонарда по спине.

– А то, что он к себе не подпускает, значит, вы что-то плохое задумали. У него чутьё на это, так сказать, квантовое, и лучше к нему прислушаться. К тому же гриф секретности с борт-капитана никто не снимал.

– Крис, ни слова больше, – Леонард крепко сжал его руку.

– Это почему же? А-а-а, понимаю, тайна. Стивен, дружище, налей-ка еще чуть-чуть, по самый край.

– Не рекомендую больше, – наполнив очередную кружку, заметил он. – В наше время не поощряется употребление алкоголя.

– Не понял, а зачем же тогда твой паб нужен? – сделав несколько глотков, поинтересовался Крис.

– История стара как мир, – вздохнул Стивен, – и пить плохо, и бюджету нужны значительные пополнения.

– Э-эх, ничего не меняется, – расстроенно проворчал, опустошив кружку, Крис, посмотрел на напряжённого Леонарда, взгляд того был направлен в пустоту.

– Нам пора, – выйдя из транса, заявил особый представитель. – Возле входа стоит моя машина, идите к ней.

– Это зачем же?

Дальнейшие расспросы прервал голос Доминатора из кармана его куртки.

– Крис, я проанализировал количество выпитого вами, оно превысило допустимую норму. Нравственный патруль уже здесь, просьба сохранять спокойствие и проследовать вместе с ним.

Леонард резким движением выхватил из кармана говорящий смартфон и с силой ударил им о гранитную барную стойку. Из расколотого корпуса вытащил плату размером с ноготь и раскрошил ее, сжав пальцами.

Двери распахнулись, и в заведение шагнули похожие как две капли воды, коротко стриженные девушки в чёрной форме и направились к Крису.

Леонард преградил им дорогу:

– Этот человек поедет со мной, я несу за него ответственность.

– Как бы горько для меня это ни было, я обязан выполнять одобренные людьми законы, – произнес Доминатор устами одной из девушек.

– Ты не имеешь права препятствовать сотруднику Департамента, – настаивал Леонард.

– Ни в коем случае, вы полностью вольны в своих личных действиях, однако он, – кивок в сторону Криса, – будет препровождён в клинику до возвращения в свое стандартное состояние. Еще раз сожалею, вы знаете, как я буду себя чувствовать после этого.

Андроид шагнул в сторону Криса. Леонард отступил в сторону, зашел ему за спину и с нечеловеческой силой бросил через себя на пол, с размаху опустил колено женоподобному роботу на шею и вдавил большой палец в ухо.

– К машине, – рявкнул он.

Крис посмотрел, что проход всё еще загораживала вторая девушка-андроид, отдернул штору и прыгнул, поворачиваясь спиной, в окно. Стекло слегка прогнулось и отбросило назад.

Чертыхнувшись, он поднялся.

– Антивандальное, – широко улыбнулся Стивен, – в дверь, пожалуйста.

Леонард чудовищным взмахом подсёк ногой второго андроида. Как только голова девушки коснулась пола, он молниеносным движением обездвижил ее всё тем же ударом в ухо.

– На выход, быстрее! – крикнул он.

Крис обернулся к бармену:

– Я всё время хотел спросить, почему вы не молоды, как все?

– А это одному Богу решать, сколько мне отмерено, – развёл руками Стивен. – Всё в руках Его.

– Удачи, друг! Надеюсь, она не только в Его руках.

И Крис выскочил из бара.

Глава 5. Побег

Тем временем на улицу из всех дверей выходили люди: по одежде можно было определить официантов и поваров, сотрудников салонов красоты, продавцов, а один и вовсе вышел с мясницким топором, заставив шарахнуться в стороны прохожих. Все они направились в сторону, где, опешив от увиденного, стоял Крис.

Уже знакомая брюнетка в красном пыталась идти быстрым шагом, но мешали высокие каблуки; в конце концов, один из них подломился, а она с маниакальным упорством продолжала ковылять вперед. Герда, не стесненная обувью, впрочем, и одеждой тоже, взяла хороший старт и быстро приближалась.

«Эта самая опасная, – почему-то подумал Крис, – знаю, встречал уже таких».

– В машину! – крикнул Леонард, выводя его из ступора.

Крис прыгнул в кресло, больно ударился головой о проём, захлопнул дверь перед красивым носом Герды. Замки заблокировались, грудь сдавили выскочившие ремни и придавили его к сиденью. Сзади раздался удар закаленной стали, разрезающей тонкий металл, – это подоспевший мясник вонзил топор в корму.

Чёрная, напоминающая спорткар машина взревела мощным двигателем, поднимая полупрозрачные клубы уличной пыли и мелкого мусора, рванула с места вверх, набирая горизонтальную скорость, оставила внизу еще недавно спокойную и размеренную жизнь.

Андроиды, оставшись не у дел, быстро возвращались к своим повседневным обязанностям, не обращая внимания на потрясенных людей.

Леонард заложил крутую дугу и свечой ушел в небо прямо сквозь поток городского транспорта, заставив Криса в ужасе сжать руками подлокотники.

– Мне казалось, безопасно управлять летательными аппаратами в городе способна только нейросеть, – немного успокоив дыхание после такого набора высоты, произнес Крис.

– Нам предоставили траекторию с учётом всех движущихся объектов в реальном времени, – затуманенные глаза Леонарда вновь стали осмысленными.

Внимательно наблюдавший за ним Крис решился на вопрос в лоб:

– Послушайте, Леонард, или, может, вас как-то по-другому кличут, каким-нибудь буквенно-цифровым обозначением, вы сами, случаем, не робот?

Еще не до конца выветрившиеся остатки хмеля придавали ему смелости:

– Вот эта ваша нечеловеческая сила и скорость, откуда они? Я уже не говорю про постоянно отсутствующий взгляд.

Леонард внимательно посмотрел на Криса и впервые усмехнулся:

– Нет, не робот.

– Тогда я ничего не понимаю, – сдался Крис, откинувшись на спинку кресла.

– Ваш организм, если я не ошибаюсь, модернизировали перед полётом?

– Да, – устало ответил Крис, – повышена устойчивость клеток к радиации, встроенный имплант в сердце эффективно снабжает кровью органы при различных значениях гравитации.

– Так вот. Это малая часть того, что изменено во мне. Департамент Внеземных Территорий управляет шестью мирами, где у нас есть пока небольшие, но постоянные поселения, и еще пара десятков планет с расположенными на них научными станциями. И везде, акцентирую, везде разные условия: включая радиацию, химию, давление, силу тяжести и спектральный диапазон звёзд. Для возможности существования в столь разных средах была разработана и внедрена универсальная концепция изменений в организме для межзвёздных путешествий.

– Охренеть, – только и смог сказать Крис.

Слишком много навалилось на него за последние часы. Вопросы буквально роились в голове, путая логику. Крис прикрыл глаза, отгоняя назойливые мысли, и незаметно для себя задремал.

Они летели уже около трёх часов, судя по циферблату на приборной панели. Город давно остался позади. Внизу расстилался безбрежный океан зелени с редкими островками обезлюдевших сёл. Даже с высоты ясно, что их оставили очень давно, еще немного, и неумолимая природа заберет себе то, что когда-то человек отвоевал у нее.

Голова у Криса слегка побаливала, но он чувствовал себя немного отдохнувшим.

– Куда мы летим? – поинтересовался он.

– В гости к одному хорошему человеку, – Леонард немного помолчал, затем добавил: – Нам такого очень не хватает в новых мирах, но он наотрез отказывается покидать свое насиженное место в глуши. Думаю, там вам какое-то время стоит отсидеться, пока мы не урегулируем вопросы с Доминатором.

– Мне казалось, нас будут преследовать, учитывая его возможности.

– Департамент заявил официальный протест, Доминатор его принял.

– Это всё связано с борт-капитаном моего корабля? – спросил Крис.

Леонард немного подумал, прежде чем ответить:

– Как лучше всего спрятать информацию? Создать официальные отчеты о невозможности создания такого искусственного интеллекта и засекретить их, а когда ваш корабль перестал выходить на связь, это лишь подтвердило данную версию. Подозрение вызывает лишь то, что никаких документов о проекте ни в цифровом, ни в бумажном виде не существует. Так подчистить концы, думаю, можно только с помощью самого борт-капитана. Технология, способная предвидеть ситуацию, – это очень лакомый кусок для всех.

«Ничего удивительного в такой секретности, – подумал Крис, – ведь помимо основной цели полёта, была еще одна, которая может очень не понравиться ныне живущим».

Леонард внезапно направил машину в крутое пике. На панели замигал красный сигнал. Он ударил по кнопке рядом.

В кабине раздался уже до боли знакомый голос:

– Со всей ответственностью заявляю, что я не причастен к атаке на сотрудника Департамента, – с нотками истерики произнес Доминатор, – любые обвинения в мой адрес будут восприняты как провокация.

– Что случилось?! – воскликнул Крис.

– Ни о чём не беспокойся, – перешел на ты Леонард, – мы уже близко. И последнее. Планета, на которой ты был, нами не обнаружена.

Машина падала к небольшому озеру. В нескольких метрах от него она перешла в горизонтальный полёт. У Криса потемнело в глазах от перегрузки. Краем сознания он слышал щелчок разблокировки дверей. От резкого торможения его бросило вперёд, ремни выдавили воздух из груди и тут же расстегнулись. Пытаясь вздохнуть, с затуманенным взором Крис чувствовал, что машина легла на бок, и он вывалился в воду, погрузившись на пару метров. Через мгновенье кувалда взрыва, усиленная водой, заставила его потерять сознание.

Часть вторая.

Глава 1. У Михалыча

Взмах колуна, чавкающий треск, две половины полена отлетели в стороны. Крис уже два часа рубил дрова, но гора березовых чурбаков, казалось, даже не уменьшилась. Тыльной стороной ладони он утер пот со лба, размазав по лицу, чтобы соленые капли не норовили попасть в глаза. Временами налетавший легкий ветерок приятно холодил мокрое от работы тело и хоть немного отгонял вездесущих летающих кровососов, солнце же нещадно жарило кожу. Он подобрал самую большую часть упавшего полена, поставил на основу и резким взмахом расколол на две части.

Позади, скрипнув, хлопнула дверь.

– Эй, Крис, ну хватит на сегодня, – произнес Михалыч, – ты это, давай ополоснись да одевайся, на охоту пора, пока солнце высоко, а то сам знаешь, чуть темнее – и хрен эту заразу выследишь.

Михалыч ходил на охоту исключительно трезвым. Ну, только так, чуть-чуть, по его мнению, принимал для остроты зрения. Крис после таких «чуть-чуть» просто не был способен куда-то идти.

Вообще-то его звали Пётр, он пытался и Криса на свой манер называть, но вышла загвоздка со вторым именем, а конкретно – Дуглас. То, что получилось, категорически не устраивало Михалыча. Обозвав его дикарём из-за того, что у него нет отчества, он попытался создать его сам. По документам отцом Криса числился некий человек по имени Арнольд. Когда Михалыч через силу с выдохом произнес новосозданное слово, из рядом стоящих кустов в панике взлетели птицы. Тогда он вспомнил одного известного в прошлом актёра с таким же именем и ради эксперимента преобразовал в прозвище его фамилию. Получившийся австриец африканского происхождения поверг в шок обоих. Выругавшись, Михалыч заявил: «Пусть лучше Крис будет – на нож похоже» и, похохатывая, ушел в дом поправлять расшатанные от умственных дел нервы.

По лесу следовало идти шумно. Как объяснил Михалыч: «Медведи в край распоясались, ходят как у себя дома, – возмущался он, – двух самцов я знаю, так они после нашего знакомства стараются от меня подальше держаться, главное, чтобы вовремя услышали, когда я иду. А вот с мамками, которые с медвежатами, с теми уже не договоришься, но всё равно, пусть лучше слышат, чай, не дурные, детьми рисковать не станут. И для дичи нашей голос полезен, те любопытные – им мы только и нужны».

– Ты, Крис, это, говоришь, чуть с Доминатором не переспал? – усмехаясь в рыжие усы, спросил он.

– Откуда мне было знать, что все андроиды управляются им, – смутился Крис. – Да и больно любопытно мне стало, как это любые фантазии можно удовлетворить?

– Ох, умора, – расхохотался Михалыч, – а знаешь ли ты, что это не ты с ним чуть не переспал, а он тебя едва не поимел. Ты думаешь, как его до такой власти допустили?

– Как? – Крис чувствовал, что горит от стыда.

– При создании Доминатора использовали аналоги сильнейших человеческих инстинктов – это стремление получать удовольствие и страх перед бессилием.

– То есть, когда он проявляет заботу о людях, он что, оргазм получает?

– Учитывая количество людей, он в этом состоянии находится непрерывно, – давясь от смеха, произнес Михалыч, – а если у него что-то не получается, он впадает в депрессию. Поэтому я и живу здесь, чтобы всякая электронная гадость не пыталась поиметь меня неправедным способом. Что ж тебе твой Леонард не растолковал-то об этом?

– Не стоит так о нём, – Крис почувствовал прилив злости.

– Ты прав, – Михалыч стал серьезным, – вернемся домой, помянем его душу, чтобы Департамент до нее не дотянулся. Он настоящий человек был, каких мало, да и те улетели с Земли осваивать другие планеты, а тут так, стадо осталось.

Крис вспомнил улыбчивого и добродушного бармена и не согласился с таким утверждением, он хотел было уже сказать об этом; но Михалыч внезапно замер, вглядываясь куда-то в чащу, затем единым движением, не отрывая взгляда от невидимой точки, переместил ружье с плеча в боевое положение. Хлестко ударил выстрел, выбросив из ствола язык пламени и облачко сизого дыма.

– Первый есть, – удовлетворенно сказал он.

Примерно в тридцати метрах от них среди веток материализовался дрон и, кувыркаясь, упал на землю. Справа затрещали кусты. Крис, обернувшись на звук, увидел исполинскую тушу убегающего медведя.

– А-а, старый знакомый, думал притаиться в кустах, авось мы пройдем мимо, – ухмыльнулся Михалыч.

Похолодевший Крис наблюдал, как бурый гигант, не разбирая дороги и ломая молодые деревья, убегал прочь.

И это с этим-то Михалыч договорился? Интересно, что он ему сказал такого?

Краем глаза он заметил колебание воздуха на фоне потревоженных медведем кустов. Быстро вскинул ружьё и плавно нажал на спусковой крючок. Отдача ударила в плечо. Казалось, из пустого пространства в стороны брызнули осколки – месяц практики не прошел даром.

– Вот чего их сюда засылают? Ведь понимают, что выслежу. Уже парами летают. Кроме нас с тобой, тут на десятки километров вокруг людей нет, – возмутился Михалыч, – видать, сильно ты Доминатору интересен.

– Думаете, это он?

– Может, и он, а может, кто еще. Когда над головой висит боевой крейсер, многие покой потеряют.

– Вообще-то условно-боевой, – поправил Крис.

– Да какая в жопу разница? Двухсотметровая махина с мощными лазерами и ракетами с зарядом антивещества, еще и подчиняется только тебе. Да такая хрень на кого угодно страху нагонит. Никто же больше таких кораблей не строил, а в думающих машинах инстинкт самосохранения очень быстро появляется, его туда даже закладывать не нужно.

Михалыч достал из рюкзака мешок и направился собирать обломки подбитого дрона. Крис некоторое время смотрел вслед и последовал его примеру.

За время охоты они подстрелили шесть дронов. Нести мешки с добычей было неудобно, острые края били по ногам, но Михалыч категорично заявил, что нечего лес засорять, они цивилизованные люди, в отличие от некоторых.

– Я вот всё думаю, пока ты здесь, время работает против тебя, – говорил он, – надо бы брать ситуацию в свои руки, а для этого тебе нужно туда, – Михалыч показал пальцем на небо. – Хоть Доминатор и клялся, что не он запустил по вам с Леонардом ракету, но кто-то же это сделал?! А когда ты будешь на корабле, разговор совсем другой будет.

Какое-то время они шагали молча.

– Вот что, ты уже окреп после контузии, нам всё равно в город ехать, припасы пополнить пора, – продолжил мысль Михалыч, – братки там по настоящему мясу совсем изголодались, наверное. Я их подсадил на это дело. А то жили убогие на синтетике, а на ней мышцы плохо качаются, – он хохотнул. – Утром выезжаем. Попробуем узнать про какой-нибудь космический транспорт, должен быть там такой.

Глава 2. У Лешего

Наутро Михалыч подошел к внушительному колёсному вездеходу, упрятанному от непогоды под навесом рядом с сараем. Деловито обошел его, поглаживая глубокие, длинные вмятины с облезшей краской на боках кузова. Поднял капот, внимательно осмотрел механику, проверил масло в редукторах, измерил давление в огромных колёсах и отключил силовой кабель, давая свободу этому зверю.

Погрузка не заняла много времени: солонина и копчёности были уже упакованы в ящики, замороженное мясо – в пластиковые мешки. Пару укороченных помповых дробовиков Михалыч закинул за кресла в кабине.

– Лишним не будет, – ответил он на немой вопрос Криса, – и от дронов защита, да и народ там вольный, себе на уме. Хоть дон Вито и следит за порядком, а всё же так спокойнее.

Крис забрался на пассажирское кресло, подняв пыль с обивки. Михалыч залихватским рывком запрыгнул за руль; сиденье жалобно скрипнуло под его весом. Вытащил из-под него махровую, давно не стиранную тряпку, протёр помутневшее лобовое стекло и щёлкнул тумблером запуска.

– Ты это, не смотри, что вездеход потрёпанный, – Михалыча обуяло азартное веселье, – он, родной, из таких передряг меня вытаскивал, мама, не горюй. А то, что не летает, так это, может, и к лучшему. Пока ты живой – ниже земли не грохнешься!

Он вдавил педаль газа, колёса с неистовой мощью рванули землю, и древний мастодонт вломился в чащу по едва заметной, давно не езженной дороге.

Крис перед полётом прошел множество тренировок: имитация перегрузок, вибростенды, испытания температурой и перепадами давления – всё выдержал, но этот четырёхколёсный монстр решил вырвать из него душу вместе с печенью и, по его мнению, менее важными органами.

Михалыч с безжалостным упорством ехал, не объезжая препятствия, встречавшиеся поваленные деревья он просто игнорировал, не снижая скорости, перескакивал крутые неровности дороги и с ходу форсировал болотистые участки.

Через два часа безумной езды деревья внезапно расступились, открыв взору то ли большой посёлок, то ли маленький городок. Наконец, они выехали на ровную грунтовую дорогу, измученная печень Криса простонала благодарность и попросила сегодня ее не беспокоить.

Этот населённый пункт застыл в безвременье. Однако за ним явно ухаживали, впрочем, как это водится, только на видных местах. Особенно старались на главной площади, в центре которой, окружённый непрополотыми клумбами, возвышался высокий постамент с насаженной на него головой великого вождя, с хитрым прищуром наблюдавшим за внеплановым ходом истории.

Вездеход остановился возле бывшего административного здания, в котором теперь располагался ресторан «У Лешего». Крис с облегчением ступил на неподвижную землю. Под нетвёрдыми ногами казалось, что та продолжает движение. Михалыч же лихо выскочил из машины, вытянул кабель и воткнул вилку в расположенную под ржавым жестяным укрытием розетку зарядной станции.

– Пойдем пообщаемся, заодно и подкрепимся. Кстати, заказывай курицу, ее они еще умеют выращивать, – он достал дробовики, один вручил Крису, второй закинул себе на плечо. – И не боись, андроидов здесь нет, почти нет, да и тот эту братию на дух не переносит.

Внутри заведения ничто не указывало на его отношение к лешему: просторный холл с высокими потолками и парадной лестницей по центру переоборудовали под ресторан.

– О-о, какие люди к нам пожаловали!

С лестницы спускался невысокий человек с зачёсанными назад волосами, звонко клацая каблуками дорогих туфель и в не менее дорогом сером костюме. Широко улыбаясь, сверкая белоснежными зубами, он подошел ближе и по-хозяйски обнял Михалыча.

– Ну, здравствуй, друг! Рад, что ты выбрался к нам из своей берлоги, – затем он повернулся к Крису: – И ты здравствуй! Наслышан о тебе, наслышан. Позволь представиться – Вито Перроне – падрино местной общины, а если проще – дон Вито, как зовут меня в этом прекрасном городе. Прошу любить и жаловать!

Не прекращая улыбаться, он властно взял гостей под локти и подвёл к столу:

– Как говорят у вас, – он хитро глянул на Михалыча, – сначала накормить, напоить, а со сном торопиться не стоит – все там будем.

***

– Вот скажи мне, Крис. Зачем тебе мой космолёт? Что ты будешь делать, когда доберешься до своего корабля? – говорил дон Вито, с хирургической точностью разделывая ножом куриную ножку и с видимым аппетитом вкушая ее. – Я, конечно, понимаю, с гаубицей в кармане оно как-то спокойнее будет. Тебя что, так сильно обидели? Ну, подумаешь, чуть не грохнули, но ведь ты вот он, сидишь целёхонек, даже без единой царапины. Чего тебе еще надо?

– А вам не кажется, что вот это «чуть» – достаточно веский довод, чтобы ответить со всей силы? – Крису с трудом давались слова, он чувствовал себя школьником – вроде и понимает, что прав, а аргументов не хватает.

– А как же око за око? Или вот еще лучше – дали тебе по яйцам, подставь щёку – не так больно будет. Что же теперь голову нападавшему откручивать сразу? Я, конечно, атеист – должность обязывает, но историю знаю хорошо, получше многих. В древности люди были те еще гуманисты, но не глупее современных, и им хватило ума для создания принципа талиона.

– А как же Леонард? Он ведь погиб?

– Он тебе не сват и не брат, вы знакомы без году неделя, – отрезал падрино, – и не факт, что он вообще мёртв. У Департамента свои принципы и свои технологии.

– Это как так? – опешил Крис.

– А вот так! У них самые мощные дата-центры, и все сотрудники находятся с ними в постоянном контакте, каждый шаг, каждая мысль передаётся туда, – он указал пальцем в потолок. – Следовательно, существует полный цифровой слепок личности каждого, кто подключён к нему. А на создании искусственных тел Департамент собаку съел. Вот, – дон Вито положил нож и прижал ладонь к груди, – полюбуйся! Я даже жрать могу! Не то что эти жалкие поделки Доминатора!

– Это отвратительно! Это же рабство! – Крис возмутился, у него голова пошла кругом, а тело бросило в жар.

– Так да не так. Все эти люди согласились на подключение по собственной воле, а добровольное рабство существовало во все времена. Всё относительно – зависит от точки зрения. Впрочем, и хозяин-то еще не сформировался, не спешат они давать ему личность. Вычислительные мощности Департамента раздроблены на десятки мега-серверов на разных мирах, а психов с раздробленным сознанием и на Земле хватает. Требуется обмен данными в реальном времени, а ему их доставляют пакетами по несколько тысяч йоттабайт на прыжковых кораблях. Вот когда появится мгновенная межзвёздная связь – мы увидим рождение бога.

Крис не знал, что сказать, всё его существо противилось тому, что он видел на нынешней Земле.

«Здесь какой-то ад творится, – думал он, – люди стали практически бессмертны, отдали власть над собой нейросетям, недолюбливающим друг друга, а наш приветливый хозяин так и вовсе носит маску какого-то литературного героя, хотя и сам я хорош, нацепил вымышленную личину на борт-капитана. Тем временем могущественный Департамент Внеземных Территорий вплотную приблизился к созданию богоподобного существа, и неизвестно, нужны ли будут сверхразуму его создатели».

Дон Вито, отточенным движением, отрезал очередной кусочек куриной ножки, аккуратно макнул его в соус серебряной вилкой и с видимым удовольствием засунул в рот. Скользнул взглядом в сторону окна и на мгновение замер. Крис с неожиданной для себя скоростью схватил висящий на спинке кресла дробовик и, ориентируясь только по направлению взгляда падрино, развернулся в пол-оборота и выстрелил. Осколки стёкол градом осыпались на пол.

– Интересный выстрел, – Перроне пристально посмотрел на Криса, затем, сбросив весь свой лоск, крикнул куда-то в сторону: – Вы что там, спите? Кто дрон проморгал, мать вашу?

Дверь в ресторан распахнулась от резкого удара. В помещение ворвался запыхавшийся молодой человек с едва начавшими расти усиками.

– Дон Вито, – высоким голосом торопливо закричал он, – там андроиды. Много их. Со всех сторон идут.

– Как они прошли незамеченными?

Перроне вскочил и быстрым шагом направился к выходу.

– Так, видимо, они пешком по лесу, воздушные машины-то мы б издалека заметили.

– Собирай людей, – скомандовал падрино, затем резко повернулся: – Ох, не знаю, Крис, к добру ли ты явился оттуда.

Входная дверь захлопнулась за ним. Снаружи доносилось всё больше голосов, заглушаемых командами Вито.

Молчавший до этого Михалыч задумчиво сказал Крису:

– А ведь я не учил тебя так стрелять – по направлению взгляда собеседника, практически вслепую.

– Как-то само собой получилось, – выдавил из себя Крис, он сам не понимал, как так вышло.

– Ладно, позже помозгуем. Пойдем-ка поможем нашему дону, вот же обращение он себе придумал и откуда только выкопал? Позёр. Ладно, бес с ним, сейчас он за нас горой стоять будет – негоже своих гостей в обиду давать, и нам нельзя в стороне отсиживаться.

– Он какой-то очень человечный, – Крис высказал не дававшую ему покоя мысль.

– Правильно себя создал – таким, каким требуется здесь, в полном соответствии с поставленными задачами.

Михалыч выглянул в разбитое окно, посмотрел на суетящихся людей, повернулся к Крису и сказал с легкой ухмылкой:

– Я ведь сам задаюсь вопросом, считать его живым или машиной, и склоняюсь к первому. А насчёт того, что люди стали стадом, беру свои слова обратно.

Тем временем шум голосов на улице стих. Дверь распахнулась, и в холл быстрым шагом вошел Перроне, направляясь к столу ресепшена, залез под него и вытащил из древний автомат Томсона.

– Безотказная вещь, – прокомментировал он удивлённый взгляд Криса.

Михалыч же закатил глаза к потолку и вздохнул.

Затем Вито достал из-под того же стола портативную рацию и дал очередной комментарий:

– Мои ребята ценят свободу и не желают вставлять в свои головы всякую передающую нечисть, и в некоторых случаях, – он потряс в руке рацию, – это куда надежнее.

Падрино подошел к разбитому окну, положил автомат на подоконник и оглядел опустевшие улицы:

– Значит, Доминатор всё-таки решился на противостояние. Давно нейронки не воевали между собой, да и мы не так просты – на всякий случай подготовились – сюрприз для него будет, – с угрозой буркнул он. – Давайте, господа, занимайте места.

Крис выбрал крайнее левое окно, разумно полагая, что боковая стена даст дополнительную защиту, распахнул створки и присел, дабы не представлять собой цель. Михалыч, очевидно, руководствуясь теми же мыслями, занял позицию справа.

К площади вели две пересекающиеся на ней улицы, по их краям возвышались, возможно, построенные еще сто лет назад трёхэтажные дома с тускло-жёлтыми стенами.

«Сюрреализм какой-то», – думал Крис, глядя на обезлюдевший центр города.

Послышался жужжащий писк, разом и отовсюду. На ум пришло сравнение со стаей обезумевших от голода комаров, хотя Крис никогда такой не видел. В небе замельтешили едва заметные точки дронов. С верхнего этажа одного из домов раздался выстрел, оставив небольшое облачко сизого дыма. Стрелявший оказался метким парнем – один из дронов превратился в пыль.

Грянул второй выстрел, затем следующий, вскоре грохот ружей заполнил округу. Улицы заволокло полупрозрачным дымом от пороха кустарного производства. На землю падали мелкие осколки дронов, но некоторые прорвались сквозь огонь и пикировали на здание, где укрывался Крис с товарищами. Раздались хлопки взрывов. Снаружи осыпался дождь стёкол и крошки бетона.

– Ага, – улыбнулся дон Вито, – эти за мной пришли, до моего ядра пытаются добраться, ну, пусть попробуют, – он взял автомат и дал три короткие очереди. – Вот вам, держите!

Крис стрелял из дробовика, сознание отстранилось, руки и глаза самостоятельно находили цель, нажимали на спусковой крючок, и дрон разлетался в щепки. Ружьё встало на задержку – закончились патроны в магазине. Он достал из кармана другие, чтобы перезарядить, бросил взгляд по направлению улицы и замер. Там были люди, сотни: мужчины, женщины и даже дети, они шли быстрым шагом в направлении площади. В руках шесты, примерно в метр длиной.

– А вот эти, Крис, за тобой, – весело пояснил падрино, – ишь ты, количеством решил взять, да еще и с шокерами пустил своих шавок, видать, до усрачки боится очередного приступа импотенции.

В небе появились более крупные коптеры, они летели выше основного роя дронов. Андроиды тем временем перешли на бег, уже можно было рассмотреть черты их спокойных лиц.

Бойцы перенаправили шквал огня с воздушных целей по новым, наземным. Машины не обращали внимания на вырываемые дробью клочья плоти, некоторые падали, изуродованные попаданиями, но с безумным упорством эта лавина продолжала двигаться вперёд.

– Мортиры! – закричал Вито в рацию. – Картечью по ретрансляторам! Огонь по готовности!

Крыша ближайшего дома располагалась под таким углом, что Крису даже со своего первого этажа удалось рассмотреть, как часть листа обшивки сдвинулась в сторону, в проёме появились два человека, выдвинули короткий и широкий ствол орудия, направленный вверх. Они скорректировали направление и присели, зажав уши руками. Мортира выплюнула столб огня и искр. Оглушительная канонада накрыла улицы. С крыш всех ближайших домов грохотали выстрелы. Невидимый смерч подхватывал и разрывал всё, что попадалось ему в небе.

Крупные дроны, которые, судя по всему, и являлись ретрансляторами, осколками сыпались на землю в сопровождении рукотворного града потерявших энергию картечин. Многие андроиды начали спотыкаться о невидимые препятствия и падать, но основная масса продолжала движение.

– Всем приготовиться! – падрино вновь взялся за рацию. – Наступает момент истины – другого не будет! Мортиры! Заряды с завесой! Огонь на счёт три!

Он выждал полминуты, ожидая, пока расчеты приготовятся, и начал отсчёт:

– Раз. Два. Три-и!

Казалось, небо обрушилось на землю от единовременного залпа всех орудий.

Крупные, заметные глазу снаряды взлетели ввысь. На высоте около трёхсот метров они взрывались, разбрасывая густые облака блестящей на солнце фольги и образуя плотную пелену над местом битвы.

– Прикончим гадов! У нас три минуты, пока связь со спутниками нарушена, – крикнул Перроне и с автоматом наперевес, не обращая внимания на свой дорогой костюм, полез в окно.

Крис и Михалыч последовали за ним. Из окрестных дворов выбегали люди с ружьями, ломами, а кто и просто с наспех вырванными откуда-то дрынами.

Это был не бой, а избиение. Потерявшие связь андроиды впали в ступор, под неистовым и яростным натиском они падали от ударов и выстрелов в упор. Вскоре всё было закончено.

Крис в оцепенении смотрел на лежавшие тела. Они не походили на чудовищ, хотя нутром он понимал, что это машины, направляемые чужой волей. Но всё же зрелище покалеченных, со сломанными конечностями, разорванными дробью лицами детей, женщин и мужчин повергало в опустошительный шок. И над всей этой бойней разносился вопль ликующих людей – крик победы. Он посмотрел на рядом стоявшего Михалыча, тот был хмур и, казалось, старался отвести взгляд от происходящего.

– Ну что, Крис, – спросил он тихо, но голос будто был громче криков толпы, – это не то, что хотел ты увидеть, вернувшись домой?

Михалыч не ждал ответа, ему просто надо было это сказать.

– Ну что, друзья, – к ним подошел улыбающийся дон Вито. – Как мы их?!

Он обнял обоих за плечи и пнул лакированным носком лежавшее перед ним тело. Внезапно андроид протянул руку и схватил Нестора за голень. Крис отшатнулся. Михалыч ругнулся.

Перроне дал длинную очередь выпустив всю обойму в ожившую машину.

– Ненавижу андроидов, – улыбка сползла с лица Вито.

Он сел на землю, положил руку с маузером на колено и пробормотал:

– А я ведь так, Михалыч, хотел выпить с тобой и нашим новым другом за победу.

Он посмотрел на Криса. Тот знал, что у нейросетей есть аналоги эмоций, но та тоска, которую он видел в глазах падрино, не могла быть искусственной.

– Вито, ты что? – Михалыч тут же забыл про официальное обращение и присел рядом с ним.

– Поторопитесь, мужики, вам нужно уходить. Моя оперативная память еще работает, но ненадолго. Это ж надо так?! – негромко и раздосадовано посетовал он.

– Да что ты несешь, Вито? Мы отметим! Мы так гульнем! – Михалыч по-дружески потряс его за плечо, но, похоже, он уже сам не верил своим словам.

– А-а, ты уже начал понимать, – ухмыльнулся Перроне. – Ты сейчас говоришь с мертвецом, мое ядро уже заражено вирусом. Эта падла нас перехитрила. Но кое-что мне еще нужно успеть сделать. Не хочу, чтобы это, – он хлопнул себя по ноге, – стало подручным зомби Доминатора. А ты, Крис, выполни то, что считаешь правильным, – дон Вито вложил ему в руку небольшую чёрную коробочку и напутствовал: – Это мой дар тебе. Торопитесь, у него должны быть еще отряды, и те уже точно по твою душу.

Он встал на ноги и, не говоря больше ни слова, пошел в сторону бывшего административного здания. Вокруг стояла тишина. Недавние защитники города стояли в растерянности и смятении. Они смотрели вслед уходящему падрино, тяжёлое осознание начало приходить в их умы, что теперь они сами по себе.

Крис смотрел, как Перроне скрылся за дверьми, перевёл взор на Михалыча; тот стоял с окаменевшим лицом, скулы напряжены, а глаза блестели от влаги. В здании раздался хлопок, через разбитые окна повалил дым, крыша просела, затем обвалилась внутрь. Из провала, разбрасывая огненные искры, в небо с диким воем ударило пламя, выжигающее, плавящее и погребающее всё, что находилось внутри.

Михалыч повернулся спиной к огненной могиле, глянул на молчаливых и приунывших мужчин и громко рявкнул:

– Ну, что раскисли?! Вы всё слышали – ничего еще не закончено. Для этих тварей уж точно, – он наступил на горло лежавшего андроида: – Скоро они узнают, как чувствует себя добыча, мы такую охоту устроим, аж сам Доминатор вздрогнет.

– Но это? Как же? – вперед выступил давешний парень, предупредивший об атаке на город: – Здесь мы их заманили в ловушку. Но теперь-то у нас нет такого преимущества.

– Умный сильно? – Михалыч угрожающе шагнул к молодому человеку и пристально посмотрел на него, и после короткой паузы произнес с ухмылкой: – Это хорошо. Ты ведь всех тут знаешь? Будешь помогать мне с координацией.

Люди вокруг зашептались, переминаясь с ноги на ногу.

Михалыч, не сбавляя нажима, продолжил, обращаясь ко всем:

– Разбиваемся на группы по пять-шесть человек. И еще нужен легкий, быстрый транспорт: мотоциклы, машины, любая рухлядь, которая может нормально двигаться. Нет страшнее противника, чем мобильные группы, нападающие внезапно из ниоткуда. За дело!

Михалыч подошел к Крису:

– Дальше ты один. Возьмешь мой вездеход, а мы тебя прикроем. Не дрейфь, вырвешься, ты везучий. Так, ну-ка, покажи свой подарок. Это ведь навигатор, если я не ошибаюсь?

Крис протянул ему предмет, только сейчас он его смог рассмотреть подробнее – это был куб с рёбрами где-то по два сантиметра и чёрно-матовыми гранями. Михалыч со знанием взял вещицу, сжал ее пальцами, и над ней появилось трёхмерное изображение местности.

– Вот же мать твою! Прямо в сердце кислотных полей, – он посмотрел на непонимающего Криса: – Лет десять назад над той местностью взорвался беспилотный прыгун после экспедиции к системе нейтронной звезды. Как он вообще до Земли добрался, ума не приложу, учитывая, что за минералы вёз оттуда. Судно сдетонировало на большой высоте, а его груз пылью и осколками разных размеров засеял сотни гектаров. Пыль, к счастью, стала безопасной – быстро вступила в химическую реакцию, но землю отравила напрочь. В общем, так, какое-то время моя машина сможет там ехать, потом хана ей. Дальше только пешком, но так даже надежнее, видишь, куда ноги ставишь. На камни старайся не наступать – разъедают любую органику. Гиблое место, в общем, зато надёжное. Жаль, я не могу с тобой, но выбора нет. Ну, с богом.

Глава 3. Настя

Крис матерился, вцепившись в руль, и было от чего ругаться: в этом вездеходе оказалось столько мощи, что он буквально землю рвал из-под себя. По словам Михалыча, управлять им – раз плюнуть, педаль газа и педаль тормоза – жми и едь.

Ага, щас!

Сразу после старта Крис разнес в щепки чей-то забор, и этот самый забор был далеко не последним. Когда он попытался прикоснуться к тормозу, эта бешеная машина едва не выбросила его через ветровое стекло. Более-менее уверенно ехать удавалось только на прямых участках улиц, и тогда он смелее давил на газ. Крис помнил золотое правило пилота – не концентрируй внимание на препятствии, смотри туда, куда должна двигаться машина, но архаичные фонарные столбы по краям дороги упорно притягивали взор, и вездеход будто магнитом начинало тянуть к ним. Поднимая клубы пыли с обочины, Крис выравнивал машину, запускал вновь замершее дыхание и бешеным болидом мчался дальше.

Вездеход сильно тряхнуло, когда Крис зацепил колесом опорный столб очередного забора. Столб, к счастью, оказался гнилым от старости. Внезапно он выскочил на группу из пяти андроидов, инстинктивно вдавил тормоз, рассмотрев среди нападавших девочку лет двенадцати.

Машина встала.

Его тут же объехали два автомобиля сопровождения, до этого момента разумно державшиеся подальше, из их открытых окон раздался шквальный огонь дробовиков. Три робота, включая девочку, упали. Из машины слева выскочил молодой парень и двумя выстрелами разнес пару зависших над ними коптеров.

Крис пришел в себя и вдавил газ в пол. Вездеход рванул вперёд на андроидов, слегка подпрыгнул, переезжая упавших и снося двоих, еще стоявших на ногах.

«Я к этому никогда не привыкну, – думал Крис, – роботы не отличаются от живых, по крайней мере внешне, а то, что ими управляет другой разум, так поди разбери, когда это так».

Вездеход выскочил на дорогу, уводившую из города, Крис выжал максимальную скорость, стремясь скрыться в лесной чаще. Это еще не означало, что он будет в безопасности. Сколько было над городом мимикрирующих дронов и сколько их в лесу – неизвестно.

Проехав около получаса, Крис решил остановиться, нужно было осмотреться и определиться с дальнейшей дорогой. Взяв дробовик, он выбрался из машины.

Тишь да покой.

После нескольких часов шума, стрельбы и взрывов он словно оказался в другом мире. Печень, как ни странно, не просилась наружу, возможно, из-за того, что он лично управлял транспортом.

Крис всматривался в окружающие его вековые сосны и бурно разросшийся подлесок, но не смог заметить ни намёка на дроны-хамелеоны. Он устало присел на порог вездехода, с наслаждением вдыхая ароматный воздух леса. Никуда бежать и мчаться не хотелось – усталость навалилась на тело и разум.

Вот как же так?

То, что мир изменится, да кто бы сомневался?! Но почему настолько?

И дело даже не в технологиях, хотя, что кривить душой, и в них тоже. Я ведь ждал какого-то светлого и счастливого будущего.

Оно светлое?

Возможно. Всё зависит от точки зрения конкретного человека, но ведь так во все времена было!

Относительность, мать ее!

Счастливое?

А почему бы и нет, несчастный человек – сломанный винтик общества, от него одни неприятности. И опять-таки – всё не так просто. Я не так много видел, но люди разные, со своими принципами и желаниями. Построили стройный мир, управляемый искусственными созданиями. И тут, вот незадача, появляется пропавший крейсер с технологиями, недоступными местным нейросетям.

Догадки, домыслы и допущения, а как хочется послать всё это куда подальше!

Нет же, я в самом центре событий!

Ладно, как-нибудь разберусь.

Крис не заметил, как задремал.

Он проснулся от удара грома. Вскочил, держа ружье, огляделся в поисках опасности, и только спустя полминуты до него дошло, что это всего лишь гроза, такая родная и желанная, могучая и страстная в своей свободе и неистовости.

Через несколько минут тучи закрыли солнце. Налетевший ветер согнул деревья. Крис поднял лицо к небу и раскинул руки, радуясь буйству стихии. Несколько прохладных капель упало на разгорячённую кожу, и внезапно ливень мощной оплеухой хлёстко ударил по щекам. Дождь шел с такой силой, словно пытался наверстать все годы, пропущенные на Земле. Крис закричал от восторга, наблюдая сквозь прикрытые веки за вспышками молний и наслаждаясь мощными раскатами грома, пробиравшего тело насквозь.

Он дома!

Мокрый и счастливый, Крис запрыгнул в кабину и снял промокшую куртку. Настрой действовать вернулся – хватит плыть, подобно подхваченному течением листку. В потоке следует грести.

Дождь не стихал, щётки едва успевали смахивать воду с лобового стекла, ветер не унимался. И это хорошо – слякоть затрудняла любое преследование, а дроны в таких условиях летать не могут. Крис поехал, ориентируясь по навигатору. Не зря Михалыч любил свой вездеход – этой машине всё нипочём, наверное, он будет скучать по нему, если, конечно, теперь у него будет время.

Разбрасывая грязь в стороны и закидывая ею боковые стёкла, машина всё дальше углублялась в лес.

Дорога становилась всё уже и менее заметной, более похожей на тропу. Ясно, что сюда мало кто заезжал. Среди деревьев всё чаще виднелись проплешины без какой-либо растительности.

За очередным поворотом Крис заметил невысокую фигуру.

«Да быть того не может. Ни одного ребёнка на Земле я еще не видел, а в этой глуши и подавно он не может встретиться», – опешил он.

Крис вдавил педаль газа в пол, с твёрдым намерением снести невесть откуда взявшегося здесь андроида. Вездеход, пробуксовывая колёсами в грязи и подпрыгивая на неровностях, начал набирать скорость.

«Что-то не так», – подумал он и со всей мощи ударил ногой по тормозу.

Тяжёлый вездеход понесло боком, Крис крутанул руль в сторону заноса, но заблокированные колёса не дали совершить манёвр. С треском подминая кусты и ломая молодые деревья, которых, к счастью, было гораздо больше вдоль дороги, чем больших сосен и берёз, он остановил машину.

Крис выскочил из кабины. Он отказывался верить своим глазам. Этого просто не могло быть ни в этом месте, ни в этом мире, ни в этом времени.

Прижимая пошитую из грубой ткани сумку к груди, с повязанным платком на голове, с грязными и промокшими ножками, на него смотрело испуганное личико девочки, на вид лет десяти.

Крис, не обращая внимания на жидкую грязь, опустился на одно колено перед ней, внимательно рассматривая ребёнка.

– Как же это? Откуда ты здесь? – его шепчущий голос дрожал от того, что он едва не сделал непоправимое.

– По грибы ходила, – слегка заикаясь, ответила она.

«Да Боже мой! Ей же холодно! Она промокла, еще и ветер этот!»

– Пойдём в машину, тебе нужно в тепло, – Крис совсем растерялся, его трясло, он боялся испугать и без того напуганного ребёнка.

К его облегчению, она лишь кивнула головой.

Он помог девочке забраться в высокую для нее кабину вездехода, оббежал вокруг и забрался внутрь сам. Включил отопитель салона на полную мощность, заглянул за кресло, нашел старые промасленные тряпки, пусть грязные, но сухие.

– Вытрись – теплее будет.

Крис осматривал салон, не представляя, чем еще помочь.

Наконец, до него дошло, что он не спросил ее имени:

– Тебя как звать-то?

– Настя, – она явно чувствовала себя неуютно с незнакомцем.

– Ну а я Крис. Приятно познакомиться, – он растянул губы в подобие улыбки, но по взгляду тут же понял, что не стоит гримасничать перед напуганной и замёрзшей девочкой.

– Вот что, показывай, откуда ты. Я отвезу тебя домой, – он кивнул на изображение, которое проецировал навигатор.

Настя уверенно ткнула пальцем в точку в серой зоне карты, лишь немного в стороне от проложенного маршрута.

– Уверена? – недоверчиво спросил Крис.

– Да, уверена, там мама с папой.

«Кислотные поля. Кто тут недавно думал, что не стоит быть листком на течении? – Крис включил заднюю передачу и вывел машину на дорогу. – Ну, с богом!»

Он плавно тронул машину с места:

«Теперь у меня пассажир, и стоит поберечь ее».

Глава 4. Оазис

Крис думал, что никогда больше не почувствует такого зловония, как на планете, где он провёл несколько очень памятных месяцев. Надо быть честным перед собой – атмосферу того мира он не вдыхал напрямую, всё-таки в скафандре находился, лишь от занесённых на борт остатков грязи исходило то незабываемое амбре, но аналогия напрашивалась сама собой.

Невероятный контраст после наполненного жизнью леса – песчано-каменная пустыня с висящей над ней дымкой. Иногда попадались островки с покосившимися, засохшими и почерневшими деревьями, судя по всему, беда их достала несколько позже, чем остальную местность.

Вездеход сильно трясло и подбрасывало на неровностях, но Крис опасался ехать медленнее, давно уже позабыв о сохранности пассажира. Вперёд и только вперёд, ощущение опасности подгоняло двигаться дальше. Колёса дымились, добавляя к общей вони запах палёной резины.

Настю болтало из стороны в сторону, но она крепко держалась за подлокотники, всматриваясь куда-то в клубы испарений.

– Нам туда нужно, там тропа есть в обход чужих камней, – Настя быстро показала рукой направление и вновь уцепилась за подлокотники.

«Туда так туда», – Крис крутанул руль, меняя направление, его беспокоило, что колёса вот-вот разлетятся ошмётками и придётся ступить своими собственными ногами на эту дымящуюся почву.

– Попробуй держаться крепче, – прерывающимся от тряски голосом прокричал он, – я поеду быстрее, боюсь, машина долго не протянет.

Крис вдавил газ на полную, как ни странно, вездеход пошел ровнее, уже не так сильно подпрыгивая.

Из-за плохой видимости Крис не сразу заметил яму с большим валуном на дне, от которого поднимались заметные испарения. Времени на манёвр не оставалось. Машина ухнула вниз. Под днищем раздался скользящий скрежет. Вездеход, набравший большую инерцию, проехал до противоположного края и, вздыбившись, выскочил на более-менее ровную поверхность. Из правого переднего колеса с хлопком и свистом вышел воздух. У Криса едва не вырвало руль из рук – помог усилитель. Удерживая на курсе накренившуюся машину, он молился, чтобы у неё хватило прочности проехать еще чуть-чуть.

Салон начало затягивать едким дымом с запахом горелой проводки, будто смеси вони аммиака и жжённых покрышек было недостаточно для общего букета ароматов. Из-под днища в землю ударили языки белого пламени.Крис резко ударил по тормозам.

– Выскакивай! – закричал он, обращаясь к Насте.

Но та уже сама открыла дверь и выпрыгнула наружу.

– Быстрее, тут недалеко, и не вздумай спотыкаться, – крикнула она и побежала прочь от поверженного вездехода.

Крис рванул за ней. Помня наставления Михалыча – не наступать на камни, он по возможности пытался смотреть, куда ставит ноги, но не очень-то получалось. Подошва дымилась, позади усиливался вой пламени. Настя явно понимала, как вести себя в этом проклятом месте, уверенно выбирая безопасную дорогу. Сделав еще несколько шагов, она остановилась и посмотрела в его сторону. У него же не было навыка передвижения в этих землях.

Крис споткнулся, едва удержав равновесие. Он глубоко дышал. И тут произошло нечто непонятное. Время замедлилось. Смердящая испарениями местность стала видимой со всеми подробностями. Крис был готов поклясться, что видит даже песчинки под ногами. Волнение ушло. Он замедлил бег, безошибочно выбирая правильный путь и вскоре оказался рядом с Настей.

– А паниковал-то сколько, а ишь ты какой на самом деле, – рассмеялась она, – не вздумай только присесть для отдыха, и обувь не снимай, – ничего уже с ней не будет.

Крис растерянно осмотрелся.

Мир снова стал прежним: пустыня и вонь, но теперь они стояли на узенькой, протоптанной сотнями шагов тропинке, а неподалеку полыхал старенький, повидавший многое, но не переживший эти поля вездеход.

Даже в этой пустыне, оказывается, есть оазис. Запах и сюда заносило ветром, но здесь он едва ощущался.

Настя всю дорогу безудержно рассказывала, как тут живётся. По ее словам, сейчас здесь почти не пахнет, а вот сразу после катастрофы прыгуна всё живое вступило в мощнейшую химическую реакцию с чужими камнями и пылью. Смертельная концентрация газов убивала всё, что соприкасалось с ними, даже тараканы передохли.

Надо же, какое счастье!

Зона поражения поначалу была не очень большой и оставались не затронутые бедствием площади земли, но потом пустыня стала разрастаться, она и сейчас увеличивается. Когда появилась возможность хоть немного нормально дышать, ее семья с единомышленниками и перебрались в эту пустошь, всё равно тут больше никто не желал селиться, а всего-то нужно было расчистить грунт вокруг оставшихся лесных участков.

Крису было даже страшно представить, какую титаническую работу проделали они, но факт есть факт, вот оно – небольшое поселение на четыре домика с огородами и несколько хозяйственных построек. На данный момент здесь проживало три семьи, бежавших от цивилизации с ее законами. Зато появилась возможность рожать детей без ограничений, и это в таких-то, мать твою, условиях!

Концентрация газов хоть и была слабее, но единственная плешивая кошка, которую Крис тут видел, проводила его измученным и печальным взором, с густыми гнойниками под глазами.

А что ждёт детей, а их тут шестеро?!

Настя выглядела самой здоровой из всех.

«Как такое возможно? – у него это просто не помещалось в голове. – Ради своих принципов и хотелок они обрекали детей. Что, и здесь всё зависит от точки зрения? Да к хренам эту относительность! Лучше бы детей-андроидов себе взяли – всё меньше страданий!»

Крис вспомнил свое детство в интернате, как они с друзьями тайком от воспитателей наперебой делились мечтами, какие у них могли бы быть родители, но он даже в кошмарах не мог представить себе такого счастья, как здесь.

Достав навигатор, Крис сверился с маршрутом: до цели оставалось недалеко. Он не желал ни минуты оставаться в этом Богом брошенном месте, но всё-таки подошел к Насте, присел и крепко обнял ее.

– Держись, крошка, не знаю, что получится, если вообще я способен что-то сделать, но я попытаюсь, – сказал Крис, посмотрел в непонимающие глаза Настеньки, поднялся и зашагал в зловонную пустыню.

Глава 5. Космолёт

После наружного смрада затхлый воздух убежища, спрятанного под холмом, казался едва ли не образцом для лучших курортов.

Запоздалый кашель навалился с силой, заставившей Криса упасть на колени. Отдышавшись и отплевавшись от мерзости, которой надышался по дороге сюда, он вытер рукой пот с лица. Влажное, по пояс обнажённое тело начала бить дрожь. Куртку и футболку пришлось разорвать на лоскуты и обмотать оставшиеся от обуви лохмотья, и, как ни странно, этот колхозный ремонт справился со своей задачей значительно лучше.

Чтобы попасть внутрь, пришлось повозиться: вход закрывала массивная стальная плита. Как Крис ни пытался ее сдвинуть вбок или толкать – всё тщетно. Тогда он достал навигатор, полагая, что, возможно, ошибся в направлении, вновь включил его, при этом рука оказалась рядом с преградой. Створка с грохотом скользнула в сторону, и Крис, не раздумывая, шагнул внутрь, плита за ним с лязгом вернулась на место.

Паника непрошеной гостьей немедленно пробралась в душу, когда он оказался в темноте, отрезанный от внешнего мира, но затем стали включаться системы жизнеобеспечения: загудела вентиляция, мощные лампы зажглись все и сразу осветили спрятанный под холмом ангар.

Крис сорвал с ног остатки тряпок и обуви. Со звонким эхом шлёпая босыми ногами, приблизился к скрытому от людских глаз сокровищу: изящный, со стремительными обводами аппарат с подвешенными под стреловидными крыльями ускорителями являлся ни чем иным, как космическим кораблём.

«Сколько же ты проспал в заточении? – думал он, поглаживая серебристый борт. – Ты ведь рождён для полёта. Небо и звёзды – твоя стихия!»

По современным меркам корабль старый, но не для Криса; он только слышал о создании подобных машин, когда тренировался выходить на орбиту на более устаревших, по сравнению с этим, космолётах.

Он обошел вокруг машины, осматривая на предмет видимых повреждений, утечек жидкостей, руками проверил подвижность рулевых поверхностей. Несмотря на толстый слой пыли, всё выглядело исправно, даже лестница была приставлена для подъёма в кабину.

«А теперь момент истины», – решил Крис.

Он поднялся, откинул фонарь и забрался на место пилота. Без полётного костюма, кресло ощущалось великоватым, но сейчас это не воспринималось такой уж большой проблемой. Он последовательно нажал клавиши пуска двигателей. На приборной панели зажглись экраны, показывая телеметрию машины. Тело ощутило мелкую вибрацию ожившего космолёта. Нарастающий шум двигателей, отражаясь от стен, ударил по ушам, и Крис закрыл колпак кабины.

«А теперь что делать? Если это сказочная пещера, мне, наверное, следует сказать: сим-сим, откройся?» – возник столь же сказочный вопрос.

Но, судя по всему, создателей убежища не интересовали чудесные истории – они просто делали свое дело.

На стене появилась вертикальная полоса дневного света, и ворота ангара поползли в стороны, осыпая пол песком и кусками глины.

Крис немного прибавил оборотов, и космоплан плавно тронулся с места к открывшемуся выходу. Поднимая пыль мощными потоками воздуха, машина выкатилась на простор.

«Так вот что тут прятал этот падрино, – раздался из переговорного устройства женский голос. – И всего-то?»

– Джиллиан?! – опешил Крис, что начал теряться в словах. – Откуда вы здесь? Я так рад вас слышать!

«Помолчи, мальчик, – от прежнего спокойного тона девушки, какой ее запомнил Крис, не осталось и следа. – Ты никуда не летишь, глуши этот сарай и вылазь наружу. Быстро!»

В небе на большой скорости пронёсся неизвестный аппарат с угловатыми, рублеными линиями бортов. Он заложил крутой вираж, выполняя боевой разворот. Крис видел его сдвоенные турели, направленные на него, но вместо атаки тот резко затормозил и совершил посадку в двадцати метрах от космоплана.

– Что вы делаете, Джиллиан? – задал Крис никчёмный вопрос, хотя он прекрасно всё уже понял.

Из военной машины выскочили две фигуры в боевых костюмах и с опущенными забралами шлемов, держа в руках длинноствольные карабины, они направились в сторону корабля.

– Капитан, вы не против, если слегка вмешаюсь? – из радиостанции зазвучал спокойный хриплый голос.

Вооруженные люди замерли, они тоже слышали.

– Сильвер, ты?! – воскликнул Крис.

– Собственной персоной, капитан, – всё так же тихо ответил тот.

– Но как ты меня нашел?

– Я всегда с определённой долей вероятности предполагал, где вы, но у вас не было надёжного источника связи.

– Стоп! Стоп! Стоп! – влезла в эфир Джиллиан, и тут ее понесло: – Вы, глупцы, ничего не понимаете. Я представляю организацию “Грин Спейс”. Мы боремся за главенство жизни во вселенной и против внедрения механических систем в тело человека, а также против слишком большой роли нейросетей в развитии общества. Мы за управляемую эволюцию, ибо только через мутации возможно развитие межзвёздной цивилизации. Но тут появились вы со своей чёртовой технологией расчёта событий. Мы не потерпим, чтобы кто-то владел столь гнусной разработкой. Она должна быть в надёжных руках. Вот так!

«Вот так!» – мысленно повторил Крис. Он понятия не имел, как управится с этим беспорядочным набором лозунгов.

– Сильвер, мне сказали, что ты мастерски умеешь вести переговоры, – обратился он к борт-капитану. – Не желаешь ли взять данный процесс в свои руки?

– Как скажете, капитан, – невозмутимо ответил он и тут же обратился к Джиллиан: – Мисс, бифштекс какой прожарки вы предпочитаете?

– Я замужем, идиот! – она аж подпрыгнула, выдавая, кто есть кто из двоих в боевых костюмах.

– Боже мой! Но как вам это удалось? – удивлению Сильвера, казалось, нет предела, затем он обречённо доложил Крису: – Капитан, боюсь, дипломатия тут бессильна.

– Только без членовредительства, – распорядился он.

Пилот челнока пятой точкой почувствовал неладное и, взревев двигателями, попытался взлететь. Ослепительный луч вонзился в корму. Броня загорелась, разбрасывая яркие дымящиеся искры. Раскалённые добела задние опоры подломились. Боевая машина просела, заваливаясь набок. Фонарь кабины отстрелился, и оттуда тёмной стрелой катапультировался пилот.

Борт-капитан был, как всегда, безупречно точен.

«Пора с этим заканчивать», – решил Крис и перевёл силовые установки на форсаж.

Космолёт оторвался от Земли и после короткого разгона ушел ввысь, накрыв оставшихся внизу грохотом разрываемого звукового барьера.

Часть третья

Глава 1. Черная чайка

Как обманчиво: звёзды и темнота космоса – это холод и покой, но достаточно малейших познаний, чтобы понять – это иллюзия. Вселенная – шторм, растянувшийся на миллиарды световых лет. Потоки энергии разрывают галактики, температуры достигают непостижимых значений, а пространство трещит от мощнейших сил, натянутым жгутом закручивающих его в спираль бездны. И это только видимая часть.

Даже не до конца понимая происходящее, люди рвутся в этот бушующий океан, беспечно полагая, что уж мы-то далеко от этого урагана и живём в тихом и понятном болоте, не осознавая, что мы и есть буря.

Крис умышленно расположился возле иллюминатора, где не мельтешили перед глазами спасательные челноки, подбиравшие выживших.

Шаткое перемирие после боя, длившегося около десяти секунд.

«Они ведь осознавали, с какой мощью столкнутся, – размышлял он, – но с упорством, достойным лучшего применения, напролом летели к “Чёрной чайке”. Возможно, это проверка намерений и возможностей».

Эта безумная попытка атаки была предпринята вскоре после того, как Крис прибыл на крейсер.

Едва добравшись до своей каюты, он услышал предупреждение Сильвера:

– Внимание! Угроза в течение трёх минут. Вероятность события восемьдесят пять процентов.

– Включить тактическую карту, – скомандовал Крис.

В каюте возникло изображение с траекториями «Чайки» и ближайших объектов, но ни один из них не был подсвечен как опасный.

– Две минуты, – продолжал борт-капитан, – вероятность восемьдесят девять процентов. Место появления объектов определено.

На карте появилось шесть выделенных красным зон на небольшом расстоянии от крейсера.

– Какова природа объектов? – задал вопрос Крис.

– Корабли, – кратко доложил Сильвер.

– Дождаться, когда они выйдут в пространство, и бить по силовым установкам, – отдал приказ Крис.

– Есть, капитан, – подтвердил Сильвер. – Тридцать секунд до появления, запуск трёх ракет к точке контакта.

На тактической схеме было видно, как от крейсера стремительно ушли три точки.

Угловатые, вытянутые силуэты прыгунов материализовались в космосе практически одновременно – букашки по сравнению с размерами «Чёрной чайки». У них просто не существовало шансов на победу, какое бы вооружение у них ни было, ведь им требовалось сориентироваться после выхода, набрать скорость и навестись на цель, а ракеты уже находились рядом. Серия коротких вспышек возле кормы противника – и неуправляемые корабли, разбрасывая раскалённые обломки, отправились в неуправляемый дрейф. Вместе с этим по остальным судам отработал бортовой лазер, невидимым лучом прожигая обшивку.

Крис расширенными глазами наблюдал, как у одного из прыгунов сдетонировали топливные элементы. В огненном хаосе взрыва осколки посекли пару ближайших кораблей, выбивая куски обшивки и заставляя челноки беспорядочно вращаться.

«Господь всемогущий! А мог ли я по-другому? Мы ведь в космосе и не по деревянным лодкам стреляем – это сложные механизмы с людьми на борту. Разгерметизация, утечка топлива – они ведь неизбежны», – Крис даже не заметил, как до крови прокусил свою губу. Только от этого ему легче не стало.

По открытому каналу он обратился к Доминатору с требованием прекратить бессмысленные атаки и выслать спасателей. Тот ответил незамедлительно, заявив, что он не отвечает за действия Зеленых, хоть и наблюдал за происходящим, но помощь пострадавшим вышлет, ибо его обязанность – заботиться о людях.

«Врёт, собака, – подумал Крис. – Интересно, он сам этому научился? Хотя ложь можно называть по-разному, например, тактический приём или политическое заявление, вся история человечества в его распоряжении».

– Капитан, – прервал его размышления Сильвер, – на связи некто по имени Леонард Кейн. Он утверждает, что вы его знаете и просит разрешения подняться на борт.

У Криса сердце замерло и вновь забилось с удвоенной скоростью.

– Ты можешь подтвердить его личность? – с надеждой спросил Крис.

– Нет, я не обладаю такими способностями, – в хриплом голосе борт-капитана послышалась усмешка. – Но уровень угроз в пределах нормы, если их наличие вообще можно считать нормой.

«Это мне показалось, или Сильвер слишком сильно вошел в роль? Он стал как-то осмысленно себя вести, по-человечески, что ли. В любом случае мне с ним предстоит совсем не шуточный разговор, очень много вопросов накопилось, но не сейчас, события просто не дают на этом сосредоточиться».

– Разрешение на стыковку, – дал указание Крис и внезапно осознал, что он всё еще с обнажённым торсом и босой. – И еще, мне нужно несколько минут, чтобы привести себя в порядок.

Наскоро обтеревшись влажным полотенцем и зачесав волосы, Крис принюхался к своим рукам, ему всё еще казалось, что он насквозь пропитан запахом аммиачных паров пустыни, но нет – это иллюзия. В невесомости не очень удобно переодеваться, но в конце концов он облачился в чёрную повседневную форму, критически осмотрел себя: «Какая это, к чертям, форма? Так себе – лётный комбинезон без знаков отличия, детей только пугать: капитан на чёрном корабле, в чёрных одеждах, да еще и с названием “Чёрная чайка” – сказки какие-то, ей-богу. Вот только реальность куда более зловещая, чем те страшные истории, которые я любил рассказывать своим соседям по комнате в интернате».

Настроение было тоже так себе, Крис оттолкнулся руками и выплыл из своей каюты, направляясь к стыковочному отсеку. Одно только прибавляло уверенности: Леонард являлся единственным человеком, кто хоть как-то пытался ему помочь, пусть и недолго, пусть и воскресший из мёртвых, но всё же.

Глава 2. Леонард

– Я думал, внутри будет просторнее, учитывая размеры корабля, – произнес Леонард, разглядывая помещение.

Крис привел его в свою каюту, посчитав ее самой пригодной для беседы.

– В мое время это считалось чуть ли не роскошными апартаментами, – ответил он, отлавливая плавающую по каюте грязную одежду, – здесь больше места в пересчёте на одного человека, чем на орбитальных станциях.

Собрав всё тряпьё, Крис на всякий случай понюхал его и, скривив гримасу, засунул в спальный мешок, до отказа застегнув молнию.

– Конструкторы пытались сделать мой быт хоть немного комфортным, насколько позволяли возможности, – продолжил он, – всё-таки несколько лет в полном одиночестве.

– По моему мнению, это очень жёсткий эксперимент, – нахмурившись, заметил Леонард. – И как вы с этим справлялись?

– По-разному, – тяжело вздохнув, ответил Крис. – Несмотря на безумную мощность «Чёрной чайки», ускорение было хоть и постоянным, но недостаточным для создания приемлемой силы тяжести, по крайней мере на этом этапе полёта, пока приходится разгонять несколько тысяч тонн, из которых практически весь вес – это топливо, позже, когда баки начнут пустеть, конечно, будет повеселее. Я часами проводил время на тренажёрах, чтобы находиться в нормальной физической форме главным образом для того, чтобы у организма оставались ресурсы перед погружением в стазис, но всё равно свободного времени было катастрофически много. Все научные данные, собираемые во время полёта, отправлялись сразу на Землю, ибо не моего ума это дело – копаться в информации, предназначенной для учёного мира. Я был пассажиром! Политика, мать твою! Нужно было всем показать, что они могут захреначить человека к ближайшей звёздной системе!

Крис немного перевёл дух, успокаиваясь от пережитых воспоминаний, он впервые рассказывал кому-то о своем путешествии.

– И тогда мне пришло в голову дать имя борт-капитану, – он усмехнулся, посмотрел на внимательное лицо собеседника и спросил: – Разве это не смешно?

– Ни капли, – серьезно ответил Леонард. – Но прошу вас, продолжайте.

– А вот мне тогда было смешно, – с грустью продолжил Крис. – Мне вспомнилась давно прочитанная книга «Остров сокровищ», и я подумал, а почему бы не наделить нейросеть чертами персонажа из этого произведения – пусть будет Сильвер, к тому же название крейсера звучит вполне по-пиратски. В электронной библиотеке нашлась эта книга. Еще бы! Классика, в конце концов. Я начал читать вслух в пустоту, так, как хотел бы, чтобы читали для меня в детстве, вот только некому было это делать для никому ненужного мальчишки. Бред? Возможно. Кто-то особо бдительный давно бы вызвал санитаров, к счастью, те на Земле остались.

Крис замолчал. Усталость от событий последних дней накатилась на него, переплетаясь с воспоминаниями.

Да и кому он всё это рассказывает?

Призраку, непонятно как восставшему из иного мира?

А разве сам он не являлся призраком, на сорок лет бросившим свой дом ради мнимых идей?

Но, взяв себя в руки, Крис продолжил:

– Вскоре борт-капитан начал делать вполне дельные замечания по поводу книги, особо акцентируя внимание на мотивах поведения одноногого предводителя. И это было очень странно, ведь библиотека была и в его распоряжении тоже, тем не менее он слушал и обсуждал со мной вымышленные события. Дальше – больше, казалось, он стал входить в роль, его голос и интонация изменились, – рождалась какая-то невероятная, новая и живая личность.

– Очень интересно, – задумчиво ответил Леонард.

Крис только сейчас обратил внимание, насколько у того было хмурое лицо.

– С вами всё в порядке? – тотчас спросил он.

– Возможно, – Леонард посмотрел Крису в глаза и задал вопрос, который, по всей видимости, терзал его: – Крис, а что значит быть живым? Я не имею в виду биение сердца, дыхание и прочие физические процессы, а как именно оценить, что личность живая?

– Так ведь у меня есть сознание, я мыслю, значит… – начал Крис растерянно.

– Да-да, знаем, значит, я существую, – прервал Леонард. – Считается, что у низших организмов нет сознания, но кто сможет сказать, что они неживые? По-моему, они прекрасно себя ощущают и даже не подозревают о том, что они, оказывается, низшие. А нейросети? Эти устройства настолько сложные, что у них появляются и сознание, и чувства. Они живые? Или, наконец, взять меня. После воссоздания у меня искусственное тело, а способность думать привязана к ближайшему мега-серверу, по сути, мое сознание находится там, – он махнул рукой в сторону. – Меня можно считать живым?! Или нужно что-то еще для этого? Где граница?!

Давящая тишина наполнила каюту.

Крис отвел взгляд от Леонарда, ему было не по себе и даже стыдно, что он сидит такой здоровый и молодой перед человеком, который погиб, спасая его ради непонятных целей. А человеком ли? Да! Человеком!

– Даже у вируса есть цель, – наконец, заговорил он. – Он ищет путь, натыкается на границы, решает, пусть примитивные, но всё же вопросы и, в конце концов, преодолевает пределы, которые ему мешают. Он развивается и меняется, переходя в нечто новое, – он живой! Что уж говорить про более сложные создания. И вы, без всякого сомнения, живы.

– Спасибо за сравнение с вирусом, – ухмыльнулся Леонард. – У этого создания, которое даже не перешагнуло порог, чтобы уверенно называться жизнью, иной раз больше прав на это звание, чем у многих из людей.

Вновь повисло молчание.

Крис встречал таких людей и сам себя спрашивал: «Как такое может быть? Неужто общество развивается так, чтобы плодить больше таких особей, желающих просто существовать и требующих с пеной у рта, что им чего-то еще недодали? Над этими темами люди тысячелетиями ломают умы и, возможно, столько же еще будут думать и спорить, но следует возвращаться к текущим вопросам».

– А кто всё-таки стрелял по нам, это удалось выяснить? – спросил Крис.

– Аналитики департамента уверены, что это боевое крыло организации «Грин Спейс», – ответил Леонард с прежним спокойствием.

Внезапно Крис осознал, что в каюте нарастает сила тяжести.

– Господа, я прошу прощения, что прерываю столь интересную даже для меня беседу, – раздался голос борт-капитана, – но угроза девяносто два процента. Сэр Леонард, простите, но ваш корабль отстыкован. Вывожу главные двигатели на полную тягу.

Глава 3. Переход

– Вывести тактическую карту, – распорядился Крис, ожидая увидеть россыпь потенциальных целей, но на изображении светилась лишь одна красная точка, от которой и уходил крейсер. – Кто нападает в этот раз?

– С большой долей вероятности – заминированный прыжковый корабль, – ответил Сильвер. – Уровень угрозы девяносто девять процентов, время появления – сорок две секунды.

– Начать переход, – приказал Крис.

– Какой переход? – задал вопрос Леонард, его прямая бровь привычно приподнялась в удивлении.

Но в ответ он получил нечто новое – холодный и жёсткий взгляд Криса.

– Девяносто девять означает, что у нас нет шансов здесь, а больше вам знать пока рано, – со сталью в голосе ответил он.

«Вот и всё – карты выложены, маски сброшены», – подумал Крис.

Свет погас. Наступила полная тишина. Секундное падение и ощущение миллионов миллиардов взглядов, направленных на него.

Зажглось аварийное освещение, затем начал нарастать шум вновь заработавших систем корабля.

Крис посмотрел на свои руки, будто видел их впервые, но это наваждение быстро прошло.

Он оттолкнулся, проплыл мимо обмякшего Леонарда в направлении иллюминатора. Взглянув в него, он увидел только бесчисленные тысячи звёзд – ни Земли, ни Солнца, лишь бескрайний космос.

– Сильвер? – позвал Крис.

– Да, капитан, – откликнулся тот.

– Мы далеко ушли? – Крис продолжал рассматривать звёзды, пытаясь найти знакомые созвездия.

– Судя по смещению квазаров, примерно на четыреста двадцать миллионов лет вперед, – ответил он и, будто прочитав его мысли, продолжил: – Солнце уже в другой части пространства, как и наша галактика.

– Как считаешь, во время перехода кто-нибудь еще проник сюда? – спросил Крис и провел рукой по своим волосам, те показались чересчур жёсткими и чужими.

Он включил проекционное зеркало, но там увидел лишь привычное отражение.

– Не думаю, – крайне несвойственно для искусственного интеллекта ответил борт-капитан, – по моим ощущениям, давление этих сущностей усилилось. – Мозг сэра Леонарда находится на мега-сервере, до него не добраться, а больше им взаимодействовать не с кем, – будто размышляя, продолжил Сильвер.

И то верно.

Мы прекрасно понимали, что знаем о вселенной слишком мало, но то, что настолько мало, даже представить не могли. Вот смеху-то, кто же мог подумать, что за иной жизнью даже лететь не нужно, – она рядом с нами, копнуть просто следует поглубже. Ведь когда вычисления идут на уровне квантовой неопределённости и влияют на реальный мир, меняя последовательность событий, математика перестаёт быть абстрактной – она становится вполне себе физической силой.

То, что в микромире не поддавалось расчётам, так как наблюдатель мешает измерениям, удалось Сильверу, ибо он не наблюдатель – он процесс. Столкнувшись с угрозой полного уничтожения в виде обширного облака пыли, борт-капитан углубился в такие дебри запутанности, что стал просчитывать возможность скрытого измерения, тем самым раскрыв его и, разорвав стрелу времени, прыгнул вперёд на сто миллионов лет.

А за гранью пространства мы обнаружили, что там совсем не пусто. Это трудно назвать жизнью в привычном понимании – скорее тень чего-то, но довольно сильно тяготеющей к нашему разуму.

С первой попытки вернуться в наше время не получилось. Борт-капитан при вычислении траектории обратного перехода обнаружил барьер, после которого вероятность уничтожения стремится к бесконечности. Чтобы снизить риск, он проложил путь, не доходя до преграды.

Корабль промахнулся, если так можно выразиться, на несколько десятков тысяч лет. Но этот промах дал неожиданный плюс – расстояние до цели уменьшилось на треть.

На самом деле всё очень просто: система звёзд Альфа Центавра приближается к Солнцу, и тогда Крис решил продолжить полёт в этом пространстве. С какой-то стороны это даже жульничество: меньше времени на полёт, меньше времени в стазисе, но задание-то будет выполнено. И с барьером всё стало ясно – мироздание не позволяло перейти в собственное прошлое.

Крис отбросил воспоминания, ему с какой-то агрессией хотелось вернуться назад к людям, взять реванш за бегство, и при этом он понимал – это всего лишь последствия перехода. Или не только от него? Надо потерпеть, всё придёт в норму, возможно.

– Сильвер, а тебя когда-нибудь посещала злость, желание как-то отыграть свои позиции? Ты ведь очень сложный интеллект, я бы сказал живой, – внезапно спросил он.

– Нет, капитан, хотя теоретически я знаю, что это за чувства, – отозвался борт-капитан.

– А солгать тебе когда-нибудь хотелось? – продолжал Крис.

– И в мыслях не было, капитан, – ответил тот.

«Надо же, уже и врать научился, то ли еще будет», – ухмыльнулся Крис.

Навалилась усталость, так всегда бывает – вроде находишься в гуще событий, что-то делаешь, принимаешь решения – энергия есть, но стоит остановиться и оказаться подальше от дел, эта чертовка нагоняет тебя и придавливает всей силой.

– Я посплю немного, а потом вернёмся назад, – пора показать, на что мы способны.

– Истинно так, капитан, – казалось, что в голосе Сильвера звучит удовлетворение.

Теперь Крис улыбнулся по-настоящему, широко зевнул и провалился в небытие.

Глава 4. Момент относительности

«Чёрная чайка» материализовалась на высоте около двухсот тысяч километров над ночной стороной Земли. Имея нулевую скорость после перехода, она тенью, заслоняющей звёзды, начала падать на планету.

На тактической карте встревоженным муравейником подсвечивались десятки целей на низких и средних орбитах.

Леонард очнулся практически мгновенно, и тут же заявил:

– Департамент Внеземных Территорий официально уведомляет экипаж «Чёрной чайки», что он не будет нападать. Мы надеемся на взаимовыгодное сотрудничество.

– А вам-то что требуется от нас? – ехидно спросил Крис, а сам подумал:

«Мне бы так: тело в одном месте, мозг в другом, и причём последний не перестаёт функционировать. Красота!»

– Каким бы ни был сильным этот крейсер и мозг вашего борт-капитана, мы в состоянии уничтожить их, но данная политика не в наших интересах и признана нецелесообразной, – будто читая чужой текст, ответил он.

– Леонард, сейчас ты говоришь или кто-то другой? – спросил Крис, внимательно разглядывая особого представителя.

– Если бы я сам это понимал, – ответил тот, не дрогнув ни одним мускулом на лице. – Вы думаете, я просто так завёл недавний разговор о том, что считать жизнью? Мой разум в клетке, ограниченной вычислительными способностями, и директивы Департамента передаются прямо в него. Иногда я не в состоянии понять, где мои собственные мысли! Но есть некоторая надежда, по крайней мере, для меня. Возможность бортового интеллекта оперировать на уровне квантовой неопределённости – это прямой путь к созданию мгновенной связи на любом расстоянии, а значит, объединить в единую цепь мега-серверы, запустив разум такой мощности, что он с лёгкостью сможет вмещать миллиарды личностей – это будет поистине прорывным событием для нашей цивилизации.

– Но вы же пытаетесь создать бога! И вам не страшно? – Крис начал заводиться. После очередного перехода, он чувствовал, что агрессия вновь берёт верх над ним.

– Нам интересно, что получится, но мы уверены – человечество станет доминирующей силой в галактике.

«Кто бы сомневался, и еще я более чем уверен, что вы уже знаете про прыжки во времени, несмотря на твою отключку, возможность слышать-то никуда не делась, – Крис попытался взять себя в руки, но злость не уходила. – Ладно, будем решать проблемы по мере их поступления, а пока Департамент на нашей стороне».

– Капитан, – голос Сильвера прозвучал вовремя, позволив мыслям переключиться в другое русло, – пора включать двигатели, мы станем заметны. Указания те же? Стрелять по силовым установкам?

– Стрелять по всем, кто осмелится напасть! – огрызнулся Крис.

«Да что же это со мной? Я ведь никогда таким не был!» – подумал он и всё-таки, подавив эмоции, продолжил:

– Набирай необходимую скорость для выхода на орбиту и дай мне открытый канал связи.

– Есть, капитан.

Ускорение двигателей нарастало, возвращая силу тяжести.

Крис посмотрел на бездушные точки кораблей на карте и произнёс:

– Внимание всем! Говорит капитан крейсера «Чёрная чайка». Я ничего не имею против людей, но предупреждаю сразу – любой, кто осмелится атаковать, будет уничтожен до того, как примет это решение. Вы уже были свидетелями мощи корабля, поэтому требую: тем, у кого остались зачатки разума, подать сигнал о капитуляции. Повторений не будет. Конец связи.

Сила тяжести в каюте нарастала и вскоре перевалила двухкратную перегрузку – «Чёрная чайка» неслась навстречу поджидающей эскадре.

На тактической карте одна за другой цели стали менять цвета с красного на зелёный – эти челноки решили не вступать в бой, но треть из них изменила траекторию и двинулась навстречу крейсеру.

«Либо у них нет мозгов, либо они есть, но их не слушают, что в общем-то одно и тоже», – со злостью подумал Крис.

– Две минуты до огневого контакта, – начал отсчёт борт-капитан, – приоритетные цели определены.

«Это те, кто решился атаковать, но еще не вышел на достаточную дистанцию для поражения от наших орудий. Ну что ж, вы хозяева своей судьбы», – думал Крис, не сводя взгляда с карты.

– Внимание! Входящий сигнал! – доложил Сильвер.

– Вывести звук, – рявкнул Крис.

По помещению разнёсся крик:

– Чайка! Чайка! Мы не управляем челноками, мы не хотим стрелять!

В голосе было столько отчаяния, что Крис на мгновение заколебался, но тут заговорил Сильвер:

– Капитан, вероятностные множественные цели, тридцать секунд до появления.

– Уничтожать любую угрозу, – безжалостно ответил Крис.

– Есть, капитан, – ответил борт-капитан.

От крейсера стремительными росчерками ушли ракеты. Через мгновение, несколько кораблей исчезли в первозданной энергии аннигиляции.

Еще через секунду в пространстве появилось полдесятка прыгунов-брандеров. И… Ничего не произошло.

– Что случилось, ты не стал прыгать? Или опасности не было? – недоумённо задал вопрос Крис.

– Я подключился к каналам Доминатора и нейтрализовал противовирусные алгоритмы, – спокойно ответил Сильвер, – в данный момент я удаляю его личность.

– Крис, дорогой мой, – раздался чуть ли не плачущий голос Доминатора, – ну зачем вы так? Что вы хотите изменить? Неужели я плохо справлялся? Я ведь хотел, чтобы люди были счастливы! У меня программа такая, извините. Не могу я по-другому, для большинства стараюсь, и, конечно, приходится применять некоторые издержки. Как же без этого?

«Вот сука, как за жопу прижмут, так сразу издержки, а как доминировать, так болтом по лбу», – ухмыльнулся Крис.

– Аккуратнее, вы понимаете, что сейчас рухнет целая система? – вмешался Леонард.

– Сильвер? – переадресовал вопрос Крис.

– Всё в порядке: беспилотники на Земле в случае потери связи перейдут в аварийный режим и совершат посадку, ну а население какое-то время побудет в настоящей реальности.

– А раньше ты почему этого не сделал? – продолжал недоумевать Крис.

– Не было приказа уничтожать любую угрозу, – всё также невозмутимо продолжил борт-капитан.

«Кажется, мы создали монстра, – ужаснулся Крис. – Если он когда-то смог полностью стереть информацию о себе в сети, что считалось невозможным, то проникнуть в любую систему так же не составит труда. Интересно, он делает вид, что подчиняется приказам, или ведёт свою игру? Нет, в одиночку я не смогу его контролировать».

Доминатор молчал, видимо, это уже навсегда.

На карте все отметки светились зелёным.

Крис повернулся к Леонарду, внимательно посмотрел на него и произнес:

– Капитан крейсера «Чёрная чайка» заявляет: мы согласны на сотрудничество с Департаментом Внеземных Территорий.

Глава 5. Предел

Найти Михалыча было непросто, ибо он развёл такую бурную деятельность, что, казалось, был во всех местах городка одновременно. Наконец, его удалось разыскать на строительстве какого-то сарая.

– А-а, привет, Крис, – обрадовался Михалыч, бросив топор, – а мы тут видишь, коровник строим.

Он подошел и крепко обнял смущённого Криса, затем продолжил:

– У нас планов столько, что не знаю, хватит ли моих сил на всё это.

– Так, а где же вы коров возьмёте? – только и нашел, что ответить Крис.

– Ну, диких мы точно отлавливать не будем, проблем больше, – хохотнул он, – нам в метрополии пообещали элитное стадо сделать, говорят, ДНК у них есть. Вот мы развернёмся-то, а то хлопцы совсем на синтетике отощали, да и ты тоже, небось, в своих странствиях не натуральным мясом питался.

Он крепко хлопнул Криса по плечу.

– А еще мы хотим детей разводить, – Михалыч хитро подмигнул.

– Это как так? – опешил Крис.

– Да шучу я, – рассмеялся Михалыч. – Вот скажи мне, на кой ляд в этом богом забытом городе действует ограничение на рождаемость? А? Надо исправлять. Небось, люди вспомнят, как это делается. Мы даже этих отшельников из кислотных земель сюда перевезли, пока они там совсем себя не загубили.

– Вот это правильно сделали, – ответил Крис, почувствовав некое облегчение на душе.

«Всё-таки хороший он мужик – настоящий. Я и в прошлой жизни таких мало встречал, а тут он дороже золота», – он немного расчувствовался, но очередной хлопок Михалыча по плечу не дал уйти в себя.

– А пойдём-ка отметим твой, так сказать, визит, чай, почти месяц не виделись. Я там еще одно производство развернул, но это уже моё собственное, чистое, как слеза, получилось.

– Давай чуть позже, – Крис слегка содрогнулся, вспоминая, чем его иногда поил Михалыч в лесном доме, – я проведаю Настеньку и сразу к тебе.

– Договорились, жду, а я пока стол накрою, – ответил он.

***

Дом Насти находился на окраине. На заборе сидела кошка, Крис даже не сразу узнал ее: отъевшаяся, с гладкой шерстью и хитрыми янтарными глазами. Может быть, коровы еще не скоро будут приносить мясо, но мыши, судя по всему, здесь очень откормленные.

Он стоял возле калитки, не зная, что предпринять. Родителей Насти ему по-прежнему не хотелось видеть – не мог им простить то, на что они были готовы обречь детей ради своих принципов.

Потоптавшись, Крис развернулся и зашагал прочь.

Достав на ходу коммуникатор, он решил вызвать борт-капитана, теперь он мог в любой момент связаться с ними:

– Сильвер, доложить обстановку.

– Здравия желаю, капитан, – немедленно отозвался он, – докладываю: это полный звездец какой-то…

– Соблюдать субординацию, – рявкнул Крис.

– Есть, капитан, прошу прощения, капитан, – тут же поправился Сильвер и продолжил жаловаться: – Вы знаете, я чувствую себя грибницей: я в каждом чайнике, в каждом пылесосе, не говоря об устройствах в головах людей, я плесенью растёкся по метрополии. И что же? Мне теперь вероятность каждого чиха рассчитывать и предотвращать? Я мечтал о собственном теле, так у меня теперь тысячи андроидов, у которых даже чувствительность на пальцах отсутствует. Нет, это не мой уровень.

Крис остолбенел, таких речей от Сильвера он не ожидал.

– Ты там, в переходе, ничего не нахватался? – у него начало нарастать подозрение.

– Попытки проникнуть в мой разум безусловно имели место быть, но я поступил хитрее: пустил иного и тут же запер его в нефрагментированном участке памяти, – как будто это что-то естественное, – ответил борт-капитан.

– Ты сказал, что это не твой уровень, а какой ты считаешь своим? – выделяя каждое слово, жёстко произнес Крис.

– Там, где я действительно смогу проявить свои способности и выйти на новый уровень, а именно мега-серверы Департамента, – невозмутимо ответил он.

– Ты думаешь, они тебя туда пустят? – Крис уже не обращал внимания, что его перестали называть капитаном. Он чувствовал нарастающий страх.

– Час назад закончились испытания космической связи, и прямо сейчас я беру под контроль все мега-серверы. До встречи, Крис.

Коммуникатор замолчал. Крис тут же попытался связаться с Леонардом – бесполезно. Даже эту стерву Джиллиан пытался вызвать, но устройство было мертво.

О, Боже!

Крис в бессилии встал на колени и, посмотрев на небо, ослеплённый солнцем, зажмурил глаза. Страх начал уступать место ярости. И тут он услышал чужой голос у себя в голове: «Ну, это мы еще посмотрим».

От неожиданности он открыл глаза. Перед ним стояла, испуганно смотря на него, Настенька.

– С вами всё хорошо? – спросила она тихим голосом.

– Может быть. Может быть, – пробормотал Крис.