Превосходный кот Йоля

Я вселенский ужас, ваш самый страшный кошмар, порождение самой длинной и темной ночи в году. Настало мое время. И я уже иду за вами. Мрак вступает в свою силу, и вот он я. Само великолепие и уникальность, скорость и ловкость, сила и грация. Мягкие пружинистые лапки со стальными коготками, легко вырвут у вас сердце, пушистый хвост, сметет любые преграды, длинные уши, слышат ваше сбивчивое дыхание, зоркие глаза, видят сквозь стены, чуткий нос, улавливает даже самый тонкий запах вашего страха. Неподражаемый, умнейший, роскошный, хитрейший. Безупречный, одним словом. Ну и скромный конечно. Единственный мой недостаток, пожалуй.

Я Йольский кот! Ладно, для близких можно просто Йоля. Но не сметь произносить мое имя без уважения в голосе! Я ЙОЛЯ – гроза и хранитель праздника Йоль! И я голоден, очень голоден. Я найду самого шаловливого, непослушного и ленивого ребенка, проказливого человечка и съем!

Мягко ступаю по заснеженной улице, легко запрыгиваю на высокие крыши, заглядываю в обледенелые окна, ищу. И вот оно! Вижу! Мне явно сюда. Улавливаю запах вредности шкодника. Обращаюсь тенью и легко проскальзываю сквозь щель в дом. Притаился в темном углу, наблюдаю.

Гляньте-ка на него, сидит на полу, стучит ногами, ревет, требует от матери что-то дать. На вид лет четырех. Какой капризный, ммм... В моем вкусе. Облизываюсь. Главное, не выдать себя от нетерпения. Тенью просачиваюсь за тумбу. Какой я проворный и скрытный! Сам себе удивляюсь. Прямо ниндзя. Нет, даже круче.

Грузная женщина, видимо, мать ребенка, яростно нависает над мелким, уперев руки в бока, словно раздувшаяся сахарница. На его месте я б тоже плакал от такого взгляда, правда от смеха. Она ж сейчас взорвется от злости. Вон как надула раскрасневшиеся щеки. Женщина заставляет убрать его разбросанные игрушки. Малец не слушается, брыкается. Ну что за умильная картина, так бы и проглотил. Мамаша грозится ремнем наподдать. Дитятко орет все громче: «не хочу, не буду убираться, дай пульт!» Разорался тут, лентяй, мои чувствительные ушки напрягает только. Ничего, сейчас-сейчас, я до тебя доберусь, еще немного.

Наконец-то! Всплеснув руками, мамка выкатилась из комнаты. Мелочь все так же орет и плачет. Не люблю, когда еда вопит, у меня будет несварение. Надо упокоить. Тьфу ты, конечно же я имел в виду – успокоить. Оговорочка, так сказать. Хех.

Превращаюсь обратно в кота. Ну и что, что немного крупноватого, зато какого милого. Я чертовски хорош и мягок! Но не смейте забывать, что я смертельно опасен. Тихонько подхожу со спины к мальцу, заношу лапу с выпущенными когтями. Эй, ты зачем обернулся?

Этот мелкий замолкает и, икая и утирая слезы, смотрит на меня во все свои большущие глазенки. А затем на его лице расползается широкая улыбка. С криком «киса!» он бросается меня обнимать и гладить.

Куда ты лезешь? А ну не дергай за усы! А вот так приятно. Да… Да, продолжай, муррр.

Малец нашел мое слабое местечко – небольшие залысинки возле ушек. Хитрец-подлец! Ну и как его теперь есть? Хм, а не такой уж он и капризуля.

Из блаженства меня выводит странный звук. Взгляд привлекает внезапно посыпавшиеся из камина зола и частицы кирпича.

Что это еще за такое? Не порядок. Кто-то явно спускается по дымоходу вниз. Кто посмел покушаться на мою добычу? Ишь, расходились в эту славную ночь зимнего солнцестояния. Солнце сегодня как-никак рождается, а они тут шастают. То ли дело я. Мне-то можно.

Вот показалась тощая длинная рука с искривленными пальцами. За ней морда.

Это что еще за черт вылезает? Фу, какой мерзкий то. Весь худющий, будто бы иссохший, с рожками, хвостищем, копытцами, кривенькой ухмылочкой. Местами волосат, местами лыс. Поди обзавидовался бы моей шелковой шерстке.

Эта противная пакость уже полностью выбралась и оглядывается. Ну нет! Я был первым, кто выбрал этого мелкого.

Растворяюсь в воздухе, тенью скольжу к нечисти. Еще ближе, вот так. Этот подлюка наконец увидел ребенка и гаденько так улыбается. Мелочь удивленно осматривает то место, где недавно был я. Он явно не понял, в чем фокус, и не замечает начавшего подходить к нему со спины черта.

А ну стоять, гад! Сейчас как пообломаю твои ноги! На одних руках придется обратно карабкаться!

Резко материализуюсь прямо перед его носом. Черт от неожиданности оторопел и застыл. Что, нечисть, поди сражен моей красотой и грацией? Не для тебя такая пушистая роза цвела.

В моих глазах полыхает пламя, шерсть вздымается. Я обнажаю острые когти и разеваю пасть, полную зубов-клинков. Я грозен, я могуч, я непобедим, я…

Упс! Пропустил удар. Своей костлявой ручонкой, да по моему благородному носу заехал! Совсем страх потерял. А этот черт, несмотря на тщедушный вид, вон какой проворный. Ничего, справимся. Сосредоточься, Йоля!

Пружиню в сторону от следующего удара. Хвостом с разворота бью в эту бессовестную харю. Подсекаю лапой его за ногу. Гаденыш ввалится на спину. Не упускаю возможности вскочить ему на грудь. Черту явно становится трудно дышать. Что говоришь? Тяжеленький я? Да как ты смеешь?! Это все шерстка. И как не вежливо говорить кому-то о его весе. Оборзел совсем этот черт. Что за наглая нечисть пошла.

Я для приличия потоптался у него на груди. Кажется, ему не слишком понравилось. Ах да, когти же забыл убрать. А, да и ладно. Подумаешь, пару-тройку десятков проколов сделал. Маленьких же. Он вон всего лишь постанывает слегонца. Острым коготком я провел по впалой щеке. Выступила кровь. Черт попытался взвыть, но я тут же зажал ему рот лапой. Ишь, что удумал. Ребенка мне испугаешь своим поганым видом. Рожей ты, конечно, совсем не вышел. То ли дело я. Красавчик, каких еще поискать!

Ну что ж, нечисть конечно не такая вкусная, как человеческий детеныш, но и ты сойдешь. Распахиваю пасть, медленно наклоняюсь. В глазах черта наконец-то вспыхивает вселенский ужас и предчувствие конца. Он еще пробует трепыхаться подо мной. Но куда там ему. Сдавливаю горло, наступив гаденышу на шею. Приятного мне аппетита! Ам!

* * *

Славненько подкрепились. А ты, малец, давай не отлынивай, игрушки собирай. Да-да, тогда дам себя погладить. Что? Бегать за веревочкой? Вот еще! Не смей забывать, кто я. Такое великое, мудрое и благородное существо, как Йоля никогда не… О, мячик! Погнали!