Превознесённый. Том 1

Земля. 2 мая 2066 года.

Время для человеческой цивилизации остановилось. Абсурд, который не описать привычными уму словами. Сожжённые дотла города и страны, миллионы павших воинов и мирных людей. Человеческий народ практически вымер на глазах. Люди сражались до конца. Сражались из последних сил против «Тхаллы» и её армии Демонов.

Но война была проиграна. Мир людей был передан огню.

Лагерь Ордена Возрождения стал последним объединением людей, что насчитывал около сотни бойцов. Невероятная сила Патриарха Альберта Годвинсона позволила ордену выжить. Но цивилизация ушла в историю, унеся вместе с собой надежды на светлое будущее. Демоны карающей дланью снесли всех непокорных.

— …Тысячи лет знаний этого мира не должны исчезнуть бесследно! — говорил Архи-магистр, стоя перед членами своего ордена. — Даже ценой жизни всей цивилизации, мы обязаны передать тайны этого мира прошлому поколению. Мы обязаны победить в этой войне! Не в этой жизни, так в другой!

— ДА-А-А!

— Великое множество информации, которой владеет каждый из вас, обязательно будет передано в прошлое! — Годвинсон вскинул руку к небу. — Любой ценой!

— ДА-А-А!

После той пламенной речи Орден Возрождения принял решение использовать запретный ритуал «временной петли», способный перенести одну-единственную душу в прошлое — где мир был абсолютно другим, а люди погружены в мирное время и не готовы сражаться с Тхаллой. Знания Демонов, секреты людской расы… человечество буквально пожертвовало собой, чтобы собрать воедино столь ценный опыт.

Но ритуал «временной петли» был билетом в один конец из-за одной особенности. На его использование требовались жизни сорока двух опытных Магов рангом не ниже «магистра». И только один случайный участник ритуала получал возможность перенестись в прошлое. Для ордена проведение ритуала означало гибель и уход в вечную темноту ради надежды на одного случайного человека.

Безумие? Безрассудство? Возможно.

Однако, Альберт Годвинсон был уверен. Мир не погибнет окончательно, пока есть носитель тайной информации. Пусть это и последнее, что слышит людская цивилизация перед своей смертью.

***

Земля. 2024 год. 2 мая. Поздний вечер…

Удар! Завёрнутая в полотенце металлическая дубина не издала привычного лязга, вырубив цель наповал. Двоица рослых мужчин в штатском затащила в переулок молодого парня. Тальмень — посёлок неприметный. Имперцы тут не разгуливают, если не хотят проблем с Соболевым. Тем более сейчас, когда в Империи идут серьёзные перестройки из-за возникающих всюду Разломов. Официальное число погибших в последний месяц уже перевалило за семь тысяч.

Амбалы грубо стянули с залитого кровью парня всю одежду. Сломали телефон, забрали фамильное кольцо. Со стороны всё выглядит как заурядное ограбление. Сейчас, когда в Империи льётся кровь, на улицы часто выходят гиены, охочие до лёгких денег.

— Доставка уже в пути, — фыркнул первый амбал, закидывая в багажник тело. — Доложи Соболеву.

Загудел мотор автомобиля. Прозвучал свист покрышек. Не прошло и минуты, как переулок опустел.

***

Земля. 2024 год. 2 мая.

Та же ночь.

Российская Империя. Посёлок Тальмень.

Вижу сон. До дрожи реалистичный кошмар, если уж на то пошло. Сорок два члена Ордена Возрождения добровольно приняли решение отдать свои жизни. Патриарх плачет, мы в слезах. Демоны пробили оборону лагеря и вот-вот устроят свой последний людской пир. Прощаемся друг с другом и обещаем вместе напиться после смерти.

«Какого чёрта?!» — последнее, о чём я подумал, когда перед глазами не темнота возникла, а непонятная россыпь тысячи звёзд.

— Доставка уже в пути, — я уловил незнакомый голос. — Доложи Соболеву.

В висках внезапно вспыхнула страшная боль. Во рту появился привкус крови. Меня поднимают в воздух и швыряют в автомобиль как мешок картошки.

Проходит секунда, две. Я всё ещё пытаюсь понять, что здесь происходит. Кровь импульсом поступает в мозг, и вдруг меня окатывает вспышка давно забытых воспоминаний. «Соболев» — в потоке мыслей чётко отображается эта фамилия. Я нехотя достраиваю картину, делая её более цельной. Князь Соболев Аристарх Леонидович — человек, который имел власть и влияние в довоенной Империи, где-то в начале войны, а это, если не отшибло память, 2024–2030 года.

Ну нееет, такого быть не может.

Или?..

Внезапно до меня доходит. Сердце начинает колотиться от навязчивой мысли. Так это Я последний экспонат человека, несущий в себе знания будущего?! Альберт Годвинсон, да ты охренел?!

А я уж думал, избавлюсь от бесконечных сражений и уйду наконец на покой.

Голова раскалывается то ли от удара железной дубиной, то ли от карусели самых разных эмоций. Давно позабытые воспоминания Михаила Градова, словно густой туман после рассвета, медленно рассеиваются. А в голове, нить за нитью восстанавливается хронология событий из жизни до войны с Тхаллой.

Принятие в Орден Возрождения заменяется моим рождением, бесконечные сражения с Демонами теперь так же далеки как попытки отца раскачать мой источник и источник моей сестры. Гибель человечества и смерть отца на данный момент одинаково важные для меня события.

И наконец последнее воспоминание.

Меня преследуют люди Соболева с целью насильно подписать со мной соглашение о вассалитете. Мои попытки скрыться заканчиваются тем, что я сломя голову бегу куда-то, не видя перед собой ничего. Тело и мозг работают на предельном ускорении. Сердце в груди гулко бьётся.

Чувствую, как сжимаю кулаки. Весь обливаюсь потом, зубы сжаты, дышу сипло. Последняя надежда на то, что это предсмертный бред, утекает из моих рук.

Ладно, паникой делу не поможешь.

Пытаясь отдышаться, открываю глаза и смотрю на свои руки. Худые, без намёка на шрамы и годы упорных тренировок. Тело хоть и моё, но совершенно другое. К тому же, с выжженым магическим источником.

Внезапно ощущаю, как автомобиль притормаживает.

Кри-и-инь!

Багажник скрипуче открывается. На меня смотрят две морды, не обременённые интеллектом.

— Ну что, Градов, живой?! — гыкнул один из амбалов, дёрнув меня за волосы. — Живо-ой. Даже живее, чем нужно. На, ска!

Удар под дых — и я сгибаюсь гармошкой, глотая ртом воздух. На «доспех духа» и намёка нет.

— Поехали! Осматривать тебя будут! Новобранец хренов!

Дверь багажника снова закрывается перед моим носом. Переговариваясь, мужики присаживаются за автомобиль и увозят меня дальше.

Мне даже стало немного смешно. Ещё раз пережить мучения, которые я испытал за сорок два года войны с Демонами? Заново обретать силу и влияние? Становиться одним из сильнейших Магов всех времён? И при всём этом комплексе проблем ещё и мир спасать?

А жопа не треснет, господин Годвинсон? Раз такой умный, сам бы и вернулся в это грёбаное прошлое. Разрулил бы тут. Ах, ну да, условия переноса не позволяют.

Ладно, что-то я разнервничался. Надо бы включить голову для начала и выбраться из этой передряги. Удар дубиной, багажник и дальняя поездка. Это уже происходило со мной когда-то. Сейчас меня привезут в пункт осмотра, где состоится «плановое бесплатное медицинское обследование».

Главный врач запишет в «негодные» и отправит данные в надзор, а тот без особых раздумий выставит меня на продажу Соболеву.

Вспомнить бы, зачем они это делали. Хм, вроде, эта процедура обязательна, если не хочешь вызвать подозрений у Императора. Любая плановая проверка молодых рекрутов должна проходить через надзор. Если бы меня просто выловили и насильно утащили в род, это вызвало бы много вопросов.

Здесь же всё больше похоже на просьбу. Надзор от ненадобности передаёт «негодного» сильному роду. Не бесплатно, конечно. Но чем ниже показатели рекрута, тем дешевле он обходится сюзерену.

Сейчас нет войны, но времена уже неспокойные, гвардейские полки переполнены, а аристократы уже сейчас начинают собирать вокруг себя солдат. Короче говоря, если и дальше буду валяться, меня затянут в род и сделают своей собачкой. Злой и сильной, но собачкой.

Нет, я не собираюсь переживать подобное ещё раз. Раз уж именно мне выпала возможность вернуться в прошлое, я попробую прожить прекрасную жизнь, полную красок и веселья. А дальше уж как получится.

Скрип открывающегося багажника в очередной раз выдёргивает из размышлений.

— Пшёл! — амбал дёрнул меня за предательски ноющее плечо.

— Больно ты спокойный, Градов! — гыкнул второй и размашисто прошёлся по моему носу. — Может, в чувства тебя привести?!

Болтая что-то, по их мнению, смешное, они схватили меня за обе руки и лёгким движением выбросили в тёмный коридор, больше напоминающий подвал затхлого здания.

Я выпрямился и стряхнул колени. Сплюнул кровью и вытер кровавые сопли. А на следующую секунду тела двух «сопроводителей» рухнули оземь за моей спиной.

Я был слишком быстр, чтобы они заметили какие-либо движения. Лёгким касанием указательных пальцев наложил «паралич» и остановил их сердца. Шутники и глазом моргнуть не успели.

— Что ж, — лениво присаживаюсь на поверженных и осматриваю местность. — Годвинсона проклясть всегда успею. А сейчас надо уходить.

Накладываю на себя печать «концентрации». Накал нахлынувших эмоций степенно стихает. Выпрямляюсь и гну спину. Делаю лёгкую разминку и подпрыгиваю на носках, разгоняя кровь по телу.

«Пока кто-то из нас жив, у цивилизации есть надежда на спасение!» — в мыслях звучат слова Патриарха.

Даже смешно стало. Отчего-то я уверен. Он и подумать не мог, что за это задание возьмусь именно я. Кладу руки на пояс и приподнимаю подбородок, разминая шею. Ноги на ширине плеч. Делаю глубокий вдох и выдыхаю.

— Ух-х-х… Грёбаная слабость, — тянусь руками к носкам. — Будь ты трижды неладна.

Что ж, хорошая новость. Я начинаю лучше чувствовать своё тело.

Лезу в карман убитого амбала и беру его телефон. Смотрю на циферблат часов и криво усмехаюсь.

«2024 год, 2 мая.»

— Сорок два грёбаных года… Вот тебе и отдохнул после славной битвы.

Вспомнить, что происходило сорок два года назад, та ещё задачка. Вроде, пара-тройка разломов к этому времени уже возникли в мире и успели навести шороху. Всё чаще Император издаёт новые указы, и все они направлены на борьбу с разломами. Старые устои медленно уходят в историю, возникают новые правила.

Одно хорошо, времени вагон! Повеселиться я успею. Ведь такую махину как Российская Империя раскачают не завтра и даже не через год. Указы будут как удачными, так и неудачными. Одно останется, другое уйдёт, третье претерпит изменения.

Но вот что бесит — мне придётся начинать с малого. Использовать лазейки в новых законах и ускоренно наращивать власть и влияние. Ведь нам, слабакам, никто золотое блюдце не протянет.

Да даже титулованные аристократы эти лазейки активно используют, понимая, что позже это даст свои плоды. В том числе и Соболев. Что ж, у меня хотя бы есть преимущество. База знаний, накопленная за сорок два года жизни в Империи времён войны с Тхаллой.

Убираю мысли в одну сторону, тазовую кость — в другую. Заканчиваю разминку и снова возвращаюсь в реальность.

Темно, вдали горит свет мерцающего фонаря. Я уже бывал здесь когда-то. Связанный наручниками. Подставная больница, в которой вербуют подростков со всего поселения. Морщусь от мысли, что придётся из этого болота выбираться.

Сейчас магический источник мой выжжен, спасибо отцу и деду. А весь мой мировой арсенал пляшет вокруг одного лишь искусства наложения печатей, открытого миру Августом Ротшильдом в 2053 году. Эдакие рисунки, в которые нужно вкладывать либо ману, либо жизненные силы. И в редких случаях эссенцию Демонических душ. Жрут печати Ротшильда колоссально много, а эффект как от простых магических плетений.

Благо, за сорок два года я успел поглотить практически тысячу Демонических душ. А эссенция их жизни неплохо работает с печатями Ротшильда.

Я всё ещё не отходил от амбалов, усиленно продумывая пути побега. Но чутьё на опасность, развившееся во времена войны с Демонами, вдруг резко забило тревогу.

В полутьме прохода в мою сторону бесшумно шёл мужчина в тёмном комбинезоне. В одной руке сверкал нож, другая держала фонарь. На теле была еле видная желтоватая засветка ауры. Давно я такую не встречал.

До ранга «адепта» [2] боец дотягивал, вроде. Хотя, с моим-то выжженым источником и этот противник покажется опасным.

Стоило мне шевельнуться, как в свете мерцающего фонаря блеснуло лезвие ножа. Лёгкость движений незнакомца выдала определённую военную подготовку. Вот только и я уже не тот бесхребетный парнишка, что раньше.

Делаю шаг в сторону и на опережение выбиваю нож из руки неприятеля. Мужчина ещё не сообразил. В его глазах я слабенький доходяга без крупицы маны в организме. А сейчас — довольно быстро и ловко двигающийся боец с огромным опытом сражений.

Ухожу от второго удара и плотным апперкотом с топикой «силы» в кулаке откидываю противника на спину. Смешно… с одного удара не смог вырубить «адепта». Хоть и вложил в удар немало.

Приняв условия игры, в которой мои удары не выключают противников, я быстро забираю эссенцию жизни низшего духа Демона из «хранилища» и накладываю печать «паралича». Сердце врага в миг останавливается.

Всё, противник устранён практически бесшумно.

Принимаюсь шарить по карманам. Судя по перстню, да и моим воспоминаниям, этого «ассасина класса эконом» прислал мой дедуля. Старый идиот даже на убийстве родного внука сэкономил. В прошлом с ним без труда справились мои «сопроводители».

Кстати, о них. Оба — вассалы Соболева. Но низкоранговые — такие, за которыми едва ли отправят мстить. Их смерть будет практически незаметна. А наполовину пустые кошели очередное тому доказательство.

Только вот тела надо бы убрать. Князю я всё ещё нужен. Хотели бы убить — сделали бы это ещё в багажнике.

Оглядываюсь. Вроде, никого.

Единственный способ избавиться от тел — позволить им стать кормом для одной из моих Демонических душ. Прикрывая глаза, погружаюсь в астральное «хранилище душ». Улыбаюсь, видя своих «питомцев».

С быстрой скоростью пролетаю мимо пугливых духов и хватаю нужного, призывая его в реальность. Секунда — и над трупами возникает полупрозрачный червь, которого я ради забавы назвал Гуляштусом.

Он пока меня не знает. Не сражались ещё. Сейчас он явно в недоумении, но видно, что жрать хочет. Поэтому молча поедает все тела, элегантно отрыгивает и испаряется в пространстве.

— Будешь должен, — я подобрал всё, что не взял Гуляштус. Одежду, обувь и перстень с ножом.

Комбинезон мешком повис на моём худощавом теле. Нож ушёл в карман, а фонарь остался в руке. Ботинки, словом, единственное, что по размеру подошло. Если бы не запах, оставил бы их себе надолго. Остальные вещи швырнул в машину.

Идя по длинному коридору, я оглядывался себе за спину. Надеюсь, шум чавкающего Гуляштуса никто не услышал. С моими физическими данными лучше не шуметь. Если бить, то неожиданно и насмерть.

Подхожу к двери охранника и начинаю стучаться.

— Входите! — звучит мужской голос с той стороны.

Открываю дверь и останавливаюсь у стола усатого мужчины. Этот выглядит не таким, как прошлый. И на «адепта» не тянет. Видно, что годы взяли своё, а вздутые вены на кистях кричат о болезненном состоянии.

Он осматривает мою одежду и кривит брови.

— Ты кто такой?

Миг — и удар с наложенной печатью «паралича» достигает своей цели. Усатый падает оземь как поломанная кукла. Сажусь за его кресло и вырубаю камеры наблюдения во всей больнице. Как поступить со «спящим», долго не думаю.

— Гуляштус! Оформляемся! — снова выбрасываю тварь из «хранилища».

Червь появляется из ниоткуда и начинает с аппетитом поглощать тело охранника. Будь на моём месте другой, он может и не стал бы убивать его. Вот только я решаю сам, к кому применимо так называемое «благородство».

Выхожу из кабинета в гражданской одежде, застёгивая на запястье часы охранника. Оглядываюсь и нахожу лестницу, ведущую в главный холл.

— Ненавижу лестницы, — ворча под нос, я поднялся в холл и мирным шагом направился к главному входу в лже-больницу.

Молодые люди снуют из кабинета в кабинет со своими карточками, не обращая на меня внимания. По лицам видно; каждый наивно верит, что их досье будет честно передано в надзор и рассмотрено. Послушно сидят у кабинетов к «врачам» и мирно ждут своей очереди.

— Кто крайний к главному врачу? — лениво оглядываюсь.

— Я! — поднимает руку парнишка в круглых очках. — За мной будешь!

— Ага.

Главный врач… если хочу поиметь что-то с Соболева, то с врачом нужно провести милую беседу. А перед этим, я так понимаю, стоит обзавестись карточкой? Смотрю по сторонам и захожу в кабинет с табличкой «Игорь Вольфович Держинский».

Я работал на него в прошлом. Выполнял его мерзкие приказы.

— Ой, Градов, а вот и ты. Опаздываешь!

— Прошу прощения, — прикрываю дверь и учтиво склоняю голову.

— Ничего. Присаживайся. Не стесняйся. Меня зовут Игорь Вольфович Держинский, я представитель надзора по делам подростков нашего поселения, — представился он и указал мне присесть за стол. — Ты Михаил Юрьевич Градов, всё верно?

Ну да ну да, представитель надзора. Самозванец он! Работает на Соболева, помогая вылавливать подростков по всему поселению. Никакого отношения к надзору не имеет.

— Это я, — киваю.

В прошлой жизни я был в смирительной рубашке, связан наручниками, а за спиной стояли амбалы. Теперь же… мы тут совершенно одни. Надеюсь, Держинский не заподозрит ничего странного. Надо бы вести себя спокойно.

— Приятно познакомиться, Михаил. Ты, наверное, уже в курсе. Мы помогаем добровольцам пройти плановое медицинское обследование в нашей поликлинике для последующей отправки данных в надзор.

— Меня ознакомили, — киваю.

Держинский прошёлся по мне оценивающе и криво хмыкнул. Синяков на моём лице достаточно, чтобы в это поверить.

— Итак, нужна будет твоя подпись, — он двинул в мою сторону бумажку.

«Вспомнить бы», — неуверенно киваю и расписываюсь.

— Что ж, — мужчина ставит печать и передаёт мне папку с документами. — В таком случае, ты можешь идти. Рекрутов в больнице практически не осталось, поэтому больших очередей к врачам не будет.

— Благодарю.

Беру папочку и мирно покидаю кабинет. Да, к сожалению, мирно. Судя по красной ауре, ранг Держинского на данный момент сильно превосходит мой. Если атакую — убьёт на месте. Ох, как же запарила эта слабость.

Смотрю на небольшую очередь и присаживаюсь на стульчик с краю. Вокруг столько знакомых лиц, что становится не по себе. Они, блин, не понимают даже, куда идут. Бегите, глупцы.

— Мне передали, что вы последний в очереди, — из мыслей выдернул голос юного мальчишки.

— Пропускаю, — уступаю юнцу.

— С-спасибо.

А что? Я сейчас не в том состоянии, чтобы его отговаривать. Смахну на клоуна, не больше. Да и какой смысл? Запарился я думать над спасением всех и вся. Дайте родных увидеть. А там посмотрим.

Когда очередь наконец добирается до меня, стучу в дверь главного врача и слышу «входите». Открываю створку и захожу в кабинет.

За рабочим столом сидит крепкий мужчина в самом расцвете сил, на плечах висит белый халат. Кулаки огромные, такими можно и голову проломить. Аура переливается из белого в зелёный. Ранг «ученика» [1] налицо.

Он жестом указывает на стул и начинает что-то записывать.

— Представьтесь, пожалуйста.

— Михаил Юрьевич Градов.

— Сколько полных лет?

— Шестнадцать.

— Статус?

— Если драка неизбежна, бить надо первым.

Врач замер, не дёрнув ни единым мускулом на лице. Я тоже сидел с каменной физиономией. Так и буравили глазами друг на друга пару минут, пока мужик не тряхнул головой.

— Ваш социальный статус, молодой шутник, — криво усмехнулся врач. — Не статус в социальной сети.

— А, — так же криво улыбаюсь. — Потомственный аристократ.

— Титул?

— Отсутствует.

— Работаете?

— Нет, только недавно школу закончил.

— Вставайте на весы.

Киваю и встаю на металлическую пластину. Шестьдесят кило при росте сто восемьдесят пять. Дохлик, что сказать. Мужик светит фонарём в глаза, проверяя зрачки. Затем создаёт на кончике пальца небольшой шарик из чистой зеленоватой энергии, — таким и убить можно, — прикладывает палец к моему запястью и кивает.

— Магическое начало отсутствует, — констатирует он.

Правильнее сказать — магический источник выжжен.

В этом мире сила — удел богатых. По крайней мере, в довоенной Империи. Многие родители калечат своих отпрысков в попытках усилить их магический источник. По мне же подобные методы кажутся омерзительными.

Вскоре многое поменяется. И те, кто поймут это раньше, смогут вырваться вперёд в гонке за силу и влияние.

Мужчина сделал запись и снова кивнул. Расспросы продолжались какое-то время, но уже через пятнадцать минут он сказал, что данные обо мне записаны в единую базу рекрутов. Он поставил печать в документах напротив моего имени, захлопнул папку и велел собираться.

— Поздравляю, Михаил Юрьевич, отныне вы вписаны в базу добровольцем на поступление в Гвардейский корпус Империи. После того, как пройдёте всех врачей, мы передадим ваши документы в органы надзора, поэтому будьте на связи, — судя по глазам, он явно ждал моей реакции.

Но никакой реакции не было, мужчина получил от меня лишь каменную физиономию. Ещё полчаса назад я подписал документ, в котором давал своё согласие на вступление в добровольческий корпус. Медицинский осмотр был формальностью.

— Насколько всё плохо?

Вопрос застал врача врасплох. Он снова открыл папку и почесал темя.

— Ну-у-у-с… Уровень вашего здоровья оценивается как ниже среднего. У вас недовес, да и не одарены вы. Маны в вас нет совсем, — отозвался он, делая задумчивое лицо. — Но я не могу говорить за остальных врачей.

— Есть шансы попасть на службу в Гвардейский полк Империи? — продолжал я. — Как думаете?

— Шансы мизерные. Думаю, вам лучше начать настраиваться на службу у Великого князя Соболева. Конечно, если повезёт.

— Вот как.

Ну да, если повезёт. Он до минимума понизил мои показатели, чтобы надзор даже не подумал брать меня на службу и передал Соболеву задёшево. Да, я может и не «Брюс Ли», но и не последний доходяга в этой недобольнице, каким меня выставляют!

Поднимаюсь на ноги и лениво протягиваю руку.

— Надеюсь, смогу быть полезным своему будущему сюзерену.

Миг — и «жажда» начинает разливаться по моим жилам. Взгляд врача в миг меняется. Сохраняя на лице улыбку, он убирает руку под стол. Сильный, гад. С этим придётся попотеть.

Наше рукопожатие заканчивается тем, что я резким движением ухожу от взмаха клинка, хватаю со стола первый попавшийся предмет, — а именно кружку, — и размашистым ударом разбиваю её об голову «врача».

Пока тот приходит в себя, использую сразу эссенцию трёх Демонических душ и накладываю разом десять «параличей» — эффект ударов налицо. Мужчина, не поняв до конца, что именно произошло, хватается за сердце и падает лицом в стол.

Чтоб меня. От такой мелкой нагрузки в груди закололо! Я, отдышавшись, скормил убитого Гуляштусу, а сам присел за компьютер.

В базе было моё досье, которое открыл первым делом. Все пункты — от магических и до физических параметров вытянул на максимум.

— Говоришь, ниже среднего? — усмехаюсь. — А я считаю, вы нашли настоящий уникум! Подпишу в примечании от главного врача… хм, что бы подписать?

***

Новгород

Главный штаб надзора Новгородской губернии.

7 часов утра.

Георгий Борисов с трудом разлеплял веки, глядя в экран компьютера и попивая из стаканчика двойной американо.

Сотрудник, усердно борясь с сонливостью, мирно перебирал досье рекрутов, которые отправлялись в единую базу надзора со всех поселений губернии. Бегло проходился глазами по каждому и убирал всех рекрутов, параметры которых были ниже среднего.

На службу в Империю попадали не зависимо от того, безродные это, или аристократы. Характеристики каждого рассматривались одинаково внимательно. Сейчас военные училища переполнены. И чтобы попасть на службу, рекруту необходимо иметь превосходные физические параметры. А также как минимум обладать Даром.

Как только на глаза попадался рекрут со средними и ниже параметрами, он отправлялся князю, готовому выкупить его.

Всех остальных Борисов выкидывал в папку «рассмотреть». Рассматривал их другой орган надзора, от которого зависело дальнейшее распределение по военным училищам.

Одних Борисов бросал в одну папку, других — в другую. Продолжал пить кофе и ворчать на то, как он не любит утро понедельника. Шлёпал себя по щекам и продолжал открывать новые файлы.

— Этот не нужен, этот слабый, этот как все… — прикрывая зевки, бормотал под нос Борисов. Но внезапно взгляд уставился на досье, что было выделено особым цветом. — А это что такое?

Так программа выделяла лучших — найденных гениев!

— Михаил Юрьевич Градов? — с широкими глазами парень принялся читать про рекрута. — Быть такого не может!

«Физические параметры 10/10 — гений»

«Магический источник 10/10 — гений»

«Интеллектуальные способности 10/10 — гений»

«Потенциал развития родовой техники: 10/10 — гений».

Снизу приметка от главного врача: «Если драка неизбежна, бьёт первым!»