При свете дня - во мраке ночи

При свете дня – во мраке ночи

- Знаешь, вчера я проснулся от отвратительного трупного запаха, перемешанного с запахом горящей человеческой плоти. Я встал, подошёл к окну, открыл форточку в надежде, что комнату заполнит свежесть, однако, стало только хуже…

У меня наворачивались слёзы более не от того, что я видел высушенное болезнью тело близкого человека, а от тех воспоминаний, что никак не вязались с этим полупризрачным лицом, стоящим на последней ступени своего длинного пути. Куда только вела эта лестница вверх или вниз, сказать сразу вряд ли бы кто решился.

- У меня для тебя кое-что осталось, мой мальчик,- оборвал мои мысли крёстный, схватившисьпохолодевшей рукой за моё запястье.

Это заставило меня внимательнее начать его слушать, отчего я сразу же испытал небольшое угрызение совести.

- Нет,- продолжал он,- кольца у меня нет, я уже давно его пропил у подножия той самой Роковой горы,- мы оба улыбнулись.

- Послушай, есть один секрет, очень надеюсь, что смогу тебе его рассказать раньше чем, отправлюсь в последнее путешествие в деревянной коробочке,- тут он улыбнулся уже в одиночестве.

- Я расскажу только тебе. Хочешь пользуйся, хочешь нет - дело хозяйское, но не вздумай разболтать мой секрет, лучше снеси его с собой в могилу. Пообещай!- прошипел он подтягиваясь ко мне поближе.

- Обещаю, что никому не стану о нём рассказывать, крёстный.

- Ты хочешь получить великий дар предвидения как я, или стать миллиардером, может познать всё на свете и за его пределами, управлять людьми так же легко как самим собой? Любое твоё желание осуществится как в той самой сказке, подумай хорошенько, чего ты хочешь?

Я до сих пор пытался ответь на этот вопрос. Спустя два месяца, три недели, четыре дня и восемь часов я сидел у себя дома в кресле, в комнате с выключенным светом и думал о сказанных мне тогда предсмертных наставлениях. На часах было без двадцати двенадцать, двадцать девятого февраля 2032года. Крёстный умер в тот самый вечер нашей с ним беседы, он сам точно предсказал до минуты мне время своей смерти тем самым, подтвердив свой дар, о котором он никому раньше не рассказывал. Осознавая это, каждый раз по новому, я постоянно слышал у себя в голове его последнее, обращённое ко мне послание.

- Каждое четырёхлетие появляется високосный год, тот у которого есть один дополнительный день. Это, мой мальчик, знают все! Но никто не знает про дополнительный час, также появляющийся сверх дополнительных суток. Час тот случается один раз в тридцать два года, наподобие 29 февраля, только в восемь раз реже. Я смог попасть в него, и, к сожалению, не осталось ни времени ни сил рассказать тебе, о том как я узнал обо всей этой мистификации, надеюсь, когда-нибудь ты найдёшь ответ на этот вопрос.

- Вот возьми эти часы. Это - часы судьбы, один из нескольких артефактов, о которых ты возможно уже слышал, способных управлять самим мирозданием. Не спрашивай, как они у меня появились, всё узнаешь позже, если, конечно, сможешь правильно воспользоваться своим шансом… Подумать только я бы смог использовать их ещё разок будь у меня хотя бы ещё три месяца… Держи часы в обеих руках и не своди с них взгляд, когда пробьет ровно полночь двадцать девятого февраля этого года, сообщи часам то, что тебе нужно и они заставят вселенную вращаться так, как тебе хочется. Наступит двадцать пятый час, и в нём ты найдёшь исполнение того, что ты загадал до его наступления. И ещё, предупреждаю, не будь многословен, чётко сформулируй своё право и приготовься пожинать плоды воли твоего желания...

Стоило ли говорить, что я поверив во всё это, однако, про себя держал мысль, что не сильно расстроюсь будь это всего лишь причуда моего горячо любимого крёстного.

Я сжимал в руках маленькие круглые часы на серебряной цепочке. Чёрный полированный корпус, испещренный множеством небольших символов с обратной стороны и аккуратный золотой циферблат, отделяющий ровной линией деление каждого часа, казалось, лёгким прикосновением касался тончайшей фигурной стрелочки проносящейся, на своём бесконечном пути к самой вечности.

Оставалась всего лишь минута, а я до сих пор не мог придумать своего желания, и тут моим глазам предстало странное видение. Циферблат часов словно начал растягиваться, деление на двенадцать часов сдвинулось вправо и совершенно отчётливо я мог разобрать дополнительный час появившийся между двенадцатым и первым. «Последняя минута» промелькнуло в моей голове, я вспомнил всё, о чём мечтал в этой жизни, все радости, беды, смерть близких, скорбь и грусть. В последнюю секунду, как только часы остановились на сдвинутом циферблате я чётко сформулировал свою мысль, с которой я почувствовал как сознание начало стремительно покидать меня и моё тело, как тяжёлый камень погрузилось во мрачные глубины чего-то неизведанного.

Сознание вернулось ко мне через секунду, хотя я готов был поклясться, что спал глубоким сном несколько часов или даже дней. Я не сразу вспомнил о том, что случилось до того как покинул свой собственный разум. Сидя на холодной скамейке автобусной остановки, где-то в пригороде, приходя в себя, я начинал медленно вспоминать всё, что произошло со мной всего минуту назад. На часах всё также было тринадцать делений, но никаких предпосылок к исполнению моего желания не было.

Одет я был в свои домашние серые штаны и красный шерстяной свитер с пёстрым голубым рисунком, ноги были обуты в утеплённые войлочные тапочки – необычно так, словно выбежал на улицу, а за тобой случайно захлопнулась входная дверь. Тем временем прошло пять минут, а вокруг оставались только холод и пустота, дорога, ведущая к чёрному полуночному лесу с одной стороны и к угрожающим зубам далёких гор с другой. Редкие придорожные фонари, испускавшие слабые потоки света освещали сырое, местами покрытое ледяными лужами унылое «шоссе в никуда».

«Вот и влип»,- промелькнуло у меня в голове. «Что же пошло не так? – или я загадал не то желание или вообще не стоило связываться со всей этой историей». Ноги закоченели, уши и нос тоже сильно замёрзли, посидев ещё несколько минут, я понял, что надо поскорей отсюда выбираться. Оглянувшись по сторонам, я принял решение идти к горам, возможно там и было холодней, зато намного безопаснее, чем возле чёрной лесной засады.

Около часа я брёл по дороге, стуча зубами от холода, безрезультатно потирая отмерзавшие участки тела. Тогда я уже не думал о своём желании, мне просто хотелось, чтобы час наконец закончился и я снова вернулся в свой тёплый дом с горячим чаем и тёплой постелью. В 24:59 я посмотрел на часы и заметил как медленно захлопываются верхние деления – часы судьбы возвращались к своему привычному состоянию, а что же я? - По всей видимости должен был насмерть замёрзнуть на этой проклятой дороге, так и не дождавшись никакой помощи.

Внезапно что-то издалека озарило меня слабым светом, и из-за поворота послышался гул подъезжающей машины. Не надо рассказывать, что для меня это значило, я был готов прыгать от счастья, когда водитель начал притормаживать, завидев иступлённое моё тело, машущее и кричащее ему изо всех сил.

Машина остановилась в нескольких метрах, и тут я понял, что от следующих моих слов будет зависеть останусь я тут погибать или поеду домой в тёплой и быстрой, подаренной мне судьбой попутке.

Неожиданно задняя дверь сама распахнулась, как бы безмолвно приглашая меня сесть в машину.

Моё удивление удвоилось когда очутившись внутри, я нашёл весьма замысловатый интерьер автомобиля. Красная замшевая обивка сидений, такая как когда-то была в дедушкиной машине, шторки на окнах и вязанные коврики под ногами создавали совсем уж непривычную для автомобиля атмосферу. Я даже не сразу заметил в зеркало заднего вида пару глаз любопытно в меня всматривающихся с места водителя.

- Добрый вечер,- неуверенно произнёс я.

Водитель продолжал молча на меня смотреть.

- Я оказался совсем один, без связи и тёплой одежды, мне необходимо как можно раньше попасть домой?- казалось, мой собеседник совсем не собирается вступать со мной в разговор, он только смотрел, иногда прищуривая правый глаз и наклоняя голову.

- Я очень вам благодарен, что остановились и впустили к себе, но не могли бы вы мне помочь?- я уже начинал переживать за адекватное состояние своего нечаянного спасителя, как вдруг он начал со мной говорить.

- Скажите куда вам надо ехать?- спросил он мягким задумчивым голосом.

Я назвал ему адрес моего дома, и он ответил, что это около семисот километров от нашего местоположения. Хорошая новость заключалась для меня в том, что водителю как раз надо было ехать в том самом направлении, плохая же, что он ехал на какую-то конференцию и должен был обязательно на ней присутствовать завтра в три часа дня. Договорившись на счёт всех расходов, которые я обещал возместить ему по возвращении домой, было решено взять меня с ним на конференцию, а после благополучно доставить до родного дома. Надо было только отпроситься на завтра с работы и в остальном всё складывалось почти замечательно.

Мы ехали молча. Водитель изредка посматривал на меня в зеркало и совсем не задавал вопросов. Вскоре я уснул на заднем сиденье откинув голову глубоко назад в мягкую подушку подголовника.

За окном шумели улицы, проносящегося мимо городка, только что скинувшего с себя путы ночного забвения. Люди шли на работу, ступая по тонкому льду, начинавшему таять от первых лучей весеннего солнца, а ведь сегодня это и правда были первые весенние лучи.

- Доброе утро, - пробормотал я, видя, что водитель давно уже заметил моё пробуждение. – Не планируете ли вы где-нибудь остановиться, позавтракать и немного отдохнуть? – спросил он ласковым, бодрым голосом. Странно было, что человек вёл машину всю ночь и при этом ничуть не устал.

- Я могу остановиться около следующего места приёма пищи, там заодно сможете справить свою нужду,- продолжал он всё тем же задумчивым мягким голосом.

Выйдя из машины я, наконец, смог как следует его разглядеть. Мужчина небольшого роста, около пятидесяти-шестидесяти лет с седыми волосами аккуратными, но специально не уложенными, короткой гладкой бородой и в целом очень ровными, правильными чертами лица. Единственно, что привлекало внимание – это его необычные глаза, неподдающиеся описанию – то ли умный, то ли наивный взгляд, полных любви немного грустных выразительных глаз.

Мы просидели в придорожном кафе около сорока минут, но мой спутник так себе ничего не заказал. Он только с удовольствием смотрел, как я насыщаюсь и иногда, что-то записывал в свой маленький блокнотик.

- А что это за конференция на которую мы с вами едем?- нарушил я неловкое молчание.

- Конференция, наверно, не совсем подходящее слово. Больше похоже на семинар или организацию, современной интеллигенции- лаконично ответил мне спутник.

- Будете делать доклад?

- Доклад? Конечно, нет. Просто послушаю, может вопрос задам, если случай представится.

- Чем вы занимаетесь?- мне выдался случай разузнать о своём попутчике и я хотел воспользоваться им по полной.

- Я? Сейчас ничем. Сейчас я можно сказать в отпуске, отдыхаю… А вообще, очень многим…

- В отпуске люди не ездят на семинары и конференции,- этот мой тезис как-то озадачил моего собеседника.

- Да, тут уж не поспоришь,- усмехнулся он,- ну что ж, вы уже позавтракали и нам пора двигаться дальше.

До города Т, где мы должны были остановиться, оставалось около трёх часов пути и я не оставлял попытки хоть немного прояснить таинственную личность своего водителя. Скажу сразу, кроме общих фраз, из которых было понятно только, что мой попутчик профессор одной из естественных наук (какой именно, опять таки осталось тайной), я так ничего не почерпнул. Разговор давался нам, как-то не очень, и я решил не быть назойливым, дабы не добираться до своего пункта назначения пешком. Уже показался пригород, «профессор» внимательно вглядывался в окружавшую его, все нараставшую суету, при этом, меня не покидало ощущение его полной осведомлённости, несмотря на тысячи поворотов, перекрёстков, съездов и прочих сложностей, возникающих в процессе достижения конечной точки маршрута.

- Вот и приехали!- машина остановилась, водитель медленно выдернул часы из рукава своей куртки, - как раз вовремя!

«Не может быть! Часы то один в один те самые, что подарил мне крёстный, лежавшие у меня в правом кармане моих поношенных серых штанов».

- Я, наверное, в машине посижу или погуляю где-нибудь неподалёку?

- Это совершенно исключено, мой друг. Мы должны быть там вместе, обещаю: там будет на что посмотреть!- мой попутчик деловито взглянул на меня и громко расхохотался (очень необычно было видеть его в таком состоянии).

- Одно дело сидеть в домашнем неглиже в кафе у дороги, другое на престижном симпозиуме,- сконфузился я.

- Кто вам сказал, что он престижный. Бросьте, нас там даже никто особо не заметит.

На этом-то мы и порешили. Мне было весьма не по себе, когда во время доклада одного из делегатов, растолкав две дюжины народу, мы залезли таки на два пустых стула на самом первом ряду во всём переполненном зале.

- Послушайте, послушайте, сейчас будет самое интересное,- прошептал мне на ухо мой таинственный незнакомец.

Оратор, набрав побольше воздуха, переходил к кульминации своего доклада, полностью захватив внимание аудитории:

- И я вам всем скажу, что каждый из нас есть сила, способная сокрушать и возводить. Это религия нового мира, не единобожие, не много божие, это мульти божие. Все мы здесь имеем божественную мощь, воплощённую в наших мыслях и поступках и не надо думать так как учили вас в школе. Нет бога, кроме слова «сейчас». Я не боюсь ничего и никого, я имею неограниченную власть над космосом, над стихиями, над своим сознанием. С другим отношением человеку просто нечего делать в современном мире, с другими мыслями мы просто рабы не способные ни к чему кроме как к размножению…

- Это очень уважаемый ныне теоретик, агностик и специалист по энергетическим практикам,- шепотом говорил мне на ухо мой седовласый странник.

Оратор тем временем продолжал:

- Силой мысли я раздвигал стены, и убивал живые организмы. Многие были тому свидетелями. Я читал мысли людей и предвидел будущее, кто может делать такое? Вы – можете.Я могу, и вы можете. Об этом я подробно писал в своей книге, разошедшейся много миллионным тиражом «За гранью Божественного», кому интересно в фае продаётся несколько последних оставшихся экземпляров»,- тут оратор неожиданно остановился и посмотрел на моего попутчика. -Уважаемый вы что, смеётесь?

У меня по спине пробежал лёгкий холодок, когда я ощутил несколько десятков недовольных пар глаз, испепеляющих нас обжигающим взглядом: «Вот это я понимаю: «Особо никто и не заметит».

- Простите, - продолжал смеяться мой попутчик, но ваша книга курам на смех, если не сказать хуже.

- Почему?- оратор от удивления, начал пятиться назад.

- Да вы любезный, пудрите людям мозги, дескать умеете то-то и то-то, а сами даже писать нормально не научились. Уж ежели врёте так врите красиво и не претендуйте на что-то там божественное.

- Вы меня обвиняете во лжи?!- закричал оратор, переполошив добрую половину зала. – Да кто вы такой, вообще?

Зал притих на минуту, все хотели допытаться до личности наглеца и прилюдно его покарать, однако мой попутчик, перестав смеяться начал снисходительно оглядывать всех присутствующих.

- Это профессор Бубликов!- прокричал кто-то из организаторов,- это место Бубликова!

- Позвольте, я знаю профессора Бубликова. И вы не он!- прогремел на весь зал оратор.

Я был готов провалиться на том треклятом пластиковом стуле. Я сижу в домашних тапочках, в дырявом свитере на собрании каких-то фанатиков-интеллигентов, да ещё и на чужом месте.

- Кто вы уважаемый, признайтесь?- ухмылялся оратор, предчувствуя скорую расправу над своим неожиданным оппонентом.

Тогда только мой таинственный попутчик встал, ещё раз всех осмотрел и смиренно ответил своим деликатным задумчивым голосом:

- У меня много имён среди вас, но все кто меня хорошо знают, зовут меня Белым Господином.

В зале повисла секундная пауза, после которой от шума мои барабанные перепонки, наверно, дали хорошую трещину. Одни орали, другие смеялись, некоторые грозили кулаком моему старичку.

Оратор долго всех успокаивал, прежде чем тишина снова установилась в помещении.

- То есть вы – Бог?- с наигранной серьёзностью произнёс он.

В ответ попутчик только чуть заметно кивнул ему головой.

- Вот уж не думал, что вы сами к нам сегодня придёте? Неужели других дел сегодня не нашлось?

- Я в отпуске, мой драгоценный, по странному стечению обстоятельств и по желанию моего сегодняшнего спутника,- тут он посмотрел на меня, игриво прищуривши левый глаз.

- Знаете, что любезный, теперь-то мы знаем точно, кто кому голову морочит. Вы, наверно, сбежали из специального учреждения и спутника своего оттуда же прихватили (по виду так уж точно)!- он настолько безраздельно властвовал над аудиторией, что, казалось, прикажи он им вышвырнуть нас на улицу и избить камнями они тотчас бы это сделали.- Бога нет, как я утверждал здесь неоднократно,- продолжил оратор,- и могу ещё раз это вам повторить. Бог невозможен по той причине, что невозможно в одном создании сохранить всё живое и не живое, так что отправляйтесь назад в свою психушку, и придумайте себе новый псевдоним по правдоподобнее!

После этих слов, мой попутчик, протиснулся между стульев и аккуратно подошёл к оратору:

- Не бойтесь, просто дайте мне сказать вам пару слов, драгоценный…

Оратор, усмехнулся и нехотя приклонил голову. Несколько предложений были сказаны ему прямо в ухо так, что никто не разобрал и слова, но реакция появилась на лице слышавшего незамедлительно. Он стал белый как простыня, схватился ладонью за лоб, провёл ей по редким седеющим волосам и медленно отошёл в сторону кафедры.

- Мне больше нечего сказать,- тихо проговорил он.- Всё, что вам сказал этот человек, видимо является правдой. Я больше не стану ничего писать и придумывать, прошу у вас прощения за всю ложь, которую я вам имел глупость излагать здесь и ранее.

Дело принимало странный оборот, на нас уже стали посматривать как-то по-другому. Оратор не стал собирать свои вещи, только внимательно посмотрел на моего попутчика, сделал непонятное движение похожее то ли на поклон, то ли на кивок и стремглав выбежал из аудитории.

- Что вы ему сказали, уважаемый?- громко спросил кто-то из аудитории.

- Всего лишь передал ему несколько слов и не более… Я не хочу надолго задерживать вас – продолжил старичок, - уважаемая публика, хотелось сказать вам только одно: не занимайтесь чужим делом, идите и живите свою жизнь – любите, трудитесь, добром наслаждайтесь. А если уж пожелаете стать равными Богу,- тут он пристально впился в меня своим безукоризненным взглядом, - будьте готовы к тому, что не сами отправитесь в «поднебесье», а Он сам явится к вам без особого приглашения.

Публика пребывала в необычном состоянии. Молчаливые взгляды проводили нас из аудитории, в которой ещё долго никто не решался начать дискуссию.

Мы вышли на улицу, как нас тут же догнал маленький старенький еврейчик в чёрном потёртом пиджачёнке.

- Я тысячекратно извиняюсь. Не могли бы вы, ну уж коли вы и правда тот за кого себя выдаёте, помочь мне с моей болезнью, у меня такие боли, такие боли и не один лекарь не может помочь мне с моей деликатной проблемой.

- Дорогой мой, я знаю твои боли, очень тебе сочувствую и как только смогу, сразу же буду рад помочь!

Я столько всего хотел спросить у своего попутчика, но, теперь, казалось, мне уже не о чем было с ним говорить. Он сказал мне только «До свидания», а во взгляде его я прочитал целую поэму. Вот так и закончилась история, хотя, возможно – это всего лишь страница какой-то другой книги.