Приключение парового колобка

В чреве величественного, вечно дымящего города, на самой окраине Коптящего Квартала, стояла мастерская Деда Игнатия Трещоткина. Бывшего главного инженер Королевского Дирижабельного Флота, ныне порядком подзабытого старика с моноклем на шнурке и кисточкой седых волос, торчащих из-под кожаного кепи. В мастерской, вместе с Игнатием работала его верная спутница и кочегар высшей категории – Баба Агата, в кожаном фартуке, увешанном гаечными ключами всех калибров, с вечно замасленными, но невероятно ловкими руками.

Жили они не то чтобы богато. Паровые котлы соседей гудели громче их собственного, а заказы были редки – то часы с кукушкой для лорда-чудака, то ремонт карбюратора для летающего омнибуса. И вот, как-то раз, заглянув в почти пустой угольный бункер и в столь же пустую поясню сумку из грубой кожи, вздохнул Дед Игнатий:

– Агата, свет очей моих пароплановых! Совсем штиль в делах. Ни медяка на уголь, ни бронзового припоя. Одна пыль да гарь!

Баба Агата, вытирая лицо промасленной ветошью, оглядела мастерскую. Взгляд ее упал на угол, где лежала куча металлолома: старые шестеренки, поломанные манометры, медные трубки, пара отработавших своё паровых клапанов да шасси от детского аэровагончика.

– Эврика, Игнатий! – воскликнула она, сверкнув глазами. – Не пропадать же добру! Соберем-ка мы... Безделушку! Да не просто безделушку, а Шар Показательный! Автономный, на мини-котле! Пусть катится сам по себе, пар выпускает, свистит! На ярмарке Чудес Механики внимание привлечет – клиентов нагонит!

Закипела работа! Дед Игнатий чертил схемы на клочках пергамента, Баба Агата варила, клепала, нарезала резьбу. Из медных листов выкатали идеальную сферу. Внутрь встроили крошечный, но яростный паровой котелок на пресованных, угольных таблетках. Приладили маховик для баланса, пару выпускных клапанов-свистков (чтобы веселее было!), и самое главное – "Логикум Простодушный", простейший механический мозг на основе перфокарт и пружин, запрограммированный на одно: КАТИТЬСЯ ВПЕРЕД! Сверху для красоты припаяли латунные завитушки и вставили два круглых иллюминатора-глазка из толстого зеленого стекла. Получился Колобок-Марк I "Паровичок". Блестящий, теплый от котла, тихонько посвистывающий паром и весело поблескивающий глазницами.

Поставили его Дед да Баба на верстак полюбоваться. А Паровичок и не думал стоять! Его маховик заурчал, шестеренки внутри щелкнули – и покатился он по верстаку!

– Стой, безделица! Куда? – закричал Дед Игнатий, хватая клепальный молоток. Но Паровичок ловко увернулся, со звоном упал на чугунный пол и... покатился к открытой двери мастерской, весело выпуская струйки пара и гудя как маленький пароходик: "Пфф-ф-ф! Ту-ту!"

Выкатился Паровичок на улочку Коптящего Квартала, вымощенную булыжником и заляпанную машинным маслом. Катится себе, пар пускает, глазками зелеными мигает. А навстречу – Серый Волк, патрульный квартала. Не человек, а просто зверь какой-то, до всего ему дело есть, в волчьей шапке с ушами, с дубинкой-электрошокером на поясе и дымовой гранатой. На груди – бляха с гербом Квартала.

– Стой! – гаркнул Волк, перегораживая путь. – А ну-ка документы на перемещение самоходного механизма? Лицензия на выброс пара в общественном месте? Регистрационный номер где?! Идешь со мной в участок!

Паровичок не остановился. Его "Логикум Простодушный" знал только "вперед". Он издал громкий, дерзкий гудок: "ТУ-ТУУУ! Пффф!" – и ловко прокатился между сапог ошеломленного Волка, оставив на его брюках полосу пара и сажи. Волк чихнул от копоти и полез за дубинкой, но Паровичок был уже далеко.

Катится Паровичок дальше, мимо чадящих фабрик. А навстречу – Медведь Косолапов, грузчик с угольных барж. Огромный, в кожаных подтяжках, с механическим экзо-скелетом на волосатой туше, помогающим таскать неподъемные мешки. Увидел блестящий шар.

– О-хо-хо! – проревел Медведь. – Какая прелесть механическая! Прямо игрушка для моих медвежат! Постой-ка, блестящий! Катись ко мне в лапу!

Медведь протянул свою механизированную ручищу. Но Паровичок был юркий и горячий! Он громко свистнул паром "Вжжж-пффф!", выпустил облачко прямо в лицо Медведю и рванул в сторону, проскочив меж его тяжелых сапог. Медведь закашлялся от пара и заворчал, но догнать юркий шар, в своём экзоскелете не смог.

Катится Паровичок, уже к окраине, где Коптящий Квартал переходит в загадочные Сады Геспера, полные странных паровых цветов и механических насекомых. А на красивой, вычурной скамейке из кованого железа сидит Лиса Алиса Рыжинская. Не просто плутовка, а авантюристка и коллекционер редких механизмов. Одета по последней моде: корсет с шестеренчатым узором, юбка с турнюром, удерживающим мини вентилятор, на голове – шляпка-цилиндр с приделанным моноклем. В руках держит изящную паровую арфу, издающую призрачные мелодии.

Увидела Лиса Паровичка. Глазки ее хитренькие блеснули за моноклем. "Редкий экземпляр! Самодвижущийся шар на микрокотле! Без управления! Надо заполучить..."

– Ох, милейший Автоматон! – пропела Лиса сладким голосом, перебирая струны арфы. Зазвучала плавная, гипнотическая мелодия, усиленная тихим шипением пара из инструмента. – Какая прелесть! Какая точность механики! Ты устал, бедняжка? Катишься, пар выпускаешь... Подкатись ко мне, родной! Посиди на моей бархатной подушечке (она вынула крошечную подушечку, расшитую золотыми шестеренками). Я тебе машинного масла лучшего капну! Шестеренки твои отдохнут... И глазки твои зеленые так устало мигают...

Паровичок замедлил ход. Монотонное гудение его котла слилось с мелодией арфы. Его маховик завращался чуть тише. Зеленые глазки замигали в такт музыке. "Логикум Простодушный" дал сбой – программа "вперед" затрещала под напором гипнотических звуков и обещаний масла. Он неуверенно покатился к изящной туфельке Лисы.

– Вот так, умничка... – шептала Лиса, наклоняясь. – Катись, катись... Сейчас я тебя возьму, родной, в свои нежные ручки... И мы поедем ко мне в салон, где тебе будет так хорошо... Так спокойно...

Она протянула руку в кружевной перчатке, чтобы схватить Паровичка. Но в самый последний момент, когда ее пальцы уже почти коснулись теплой меди, его котелок, перегретый от стресса и гипноза, взревел! Из обоих клапанов ударили мощные струи раскаленного пара и густого черного дыма от недогоревшей угольной таблетки! Прямо в лицо Лисы!

– Ай-яй-яй! Глаза! Мой монокль! Моя прическа! – завизжала Лиса, отскакивая и замахиваясь арфой на ослепившую ее тучу пара и сажи.

А Паровичок, выпустив весь запас пара одним отчаянным "ПФФФФФФ-БДЫЩЬ-ТУУУУТ!", рванул вперед с удвоенной скоростью! Он прокатился прямо по бархатной подушечке, оставив на ней сажевый след, и умчался в густые, шипящие паровые заросли Садов Геспера.

Больше его в Коптящем Квартале не видели. Ходили слухи: то ли он укатился к самым Паровым Водопадам на краю города, то ли его подобрали бродячие механики-цыгане на летучем пароходе, то ли он до сих пор катится где-то в бескрайних Трубопроводах Подгородья, весело свистя и пугая крыс-мутантов. Дед Игнатий и Баба Агата долго горевали, но потом собрали по чертежам "Марк II", уже с тормозами и свистком, играющим "Боже, храни Королеву". На ярмарке он имел большой успех.