Приключения старого анимешника

Каждый мужик остается ребенком, даже когда ему исполняется шестьдесят лет. Меняются только игрушки, и они становятся дороже. Эта истина знакома каждому, кто хоть немного увлекался каким-нибудь хобби на протяжении всей жизни. Не избежал этой участи и я. Но в моем случае всё случилось с точностью до наоборот: стоимость моих «игрушек» с годами не выросла, а упала. Услышав это, вы наверняка спросите: что же это за хобби такое? Тут я, как правило, отвожу глаза и перевожу тему на погоду или политику. Потому что сказать вслух «фанат аниме» в моём возрасте и с моим положением в обществе — это примерно как прийти на совет директоров в костюме покемона. Но об этом позже.

Наверное, всё-таки стоит начать с самого начала. С момента зарождения моего увлечения, чтобы вы смогли понять, как главный инженер оборонного предприятия, солидный мужчина на пороге пенсии, оказался заложником «странных японских мультиков».

Те, кто родился в Советском Союзе и застал его развал, поймут меня без лишних слов. Для одних то время было счастливой звездой, для большинства — периодом выживания. «Лихие девяностые» — этот термин хорошо знаком всем, кто застал ту эпоху.

Совсем забыл представиться. Сорри, народ! Меня зовут Ветров Александр Анатольевич. Родился я в городе Туле, 17 января 1971 года, в первой городской больнице. Обычный советский ребенок, каких миллионы. Рос я, как ни странно, ребенком сообразительным. Когда подрос, как и все местные ребята, мечтал пойти по стопам родителей, которые работали на «оборонку» инженерами-проектировщиками на местном заводе. Не буду говорить, на каком именно. Военная тайна. Скажем так: если вы когда-нибудь видели что-то большое, железное и с пушкой, вполне возможно, что чертил это мой родственник.

Детство моё было обычным: школа, двор, футбол до темноты, драки стенка на стенку с соседним районом, первые сигареты, зажатые в кулаке, чтобы отец не увидел. Ничто не предвещало того, что мою душу захватит нечто, пришедшее с другой стороны земного шара.

Это случилось в конце восьмидесятых. Мне было лет пятнадцать. В то время в Советском Союзе всё было строго с заграничными книгами и фильмами, но какие-то щелочки для просачивания товаров в железном занавесе уже появлялись. У моего другана, Славки Медведева, старший брат ходил в дальнее плавание по заграницам, и у них появился видеомагнитофон «Электроника» — огромный ящик, который постоянно жевал плёнку. И вот однажды мы собрались у него в квартире смотреть «западное кино».

Свет погасили, шторы занавесили, чтобы соседи не настучали в органы за просмотр запрещенки. Славка дрожащими руками умудрился вставить кассету с первого раза. Видеомагнитофон принял его подношение, и почти мгновенно на экране пошли полосы — белые, чёрные, а потом...

Потом я увидел нечто, что перевернуло в тот момент мой мир. Это был не Шварценеггер, восходящая звезда боевиков, и не Сталлоне, который очередной раз спасает мир. В этот момент, неожиданно для всех нас, на экране телевизора появился огромный разноцветный робот, нарисованный от руки. Он ожесточенно сражался с чудовищем. Летели искры при их контакте, сверкали лазеры из орудий, и в центре всего этого был парень, который управлял этой махиной из кабины.

— Че за хрень? — спросил Славка, пытаясь настроить у телевизора правильные цвета, которые упорно делали робота зеленым, а монстра — фиолетовым. — Опять японцы, что ли, намутили?

Это был «Роботек» или что-то похожее. Кассета была перезаписана с перезаписанной, качество ужасное, звук то пропадал, то пищал. Но я сидел с открытым ртом. Потому что в этом мультике (как мы тогда думали) было что-то невероятное. Там были не просто приключения, там была футуристическая техника будущего! Я видел на экране, как детально были прорисованы рычаги, механизмы. И именно в тот момент во мне и зародилось то самое стремление к необычным вещам, а инженерная душа проснулась от спячки.

— Выключи эту ахинею, — сказал нам Славкин старший брат, заходя в комнату. — Давайте лучше про полицейских поставим.

Но я уже не мог просто так выключить видеомагнитофон. Я смотрел, затаив дыхание, на этот необычный для того времени мультик. А когда последний насыщенный кадр исчез с экрана, я очнулся от оцепенения только когда понял, что кассета закончилась и пошли белые шумы.

— Славка, а где ещё можно найти такие кассеты? — спросил я. — И есть ли ещё у тебя?

С того первого просмотренного аниме в моей жизни и началось моё падение в мир манги и аниме. Я стал искать кассеты, менял их на марки, значки — лишь бы переписать очередную японскую диковинку. Родители, конечно, не понимали моего увлечения. Когда видели меня за просмотром, отец только качал головой и говорил:

— Саня, ты бы лучше к техникуму готовился, чем на эту японщину пялиться. Толку-то? Там же всё нарисовано. В жизни такого не бывает.

Отец тогда и представить не мог, что через десятки лет многие из этих фантастических вещей станут реальностью. В моей жизни через пару десятилетий появились вещи, которые для обывателя времен распада СССР были такой же фантастикой, как и фильмы на экране телевизора.