Прикоснуться к звезде Адель. Рождественская история

Я проснулся, но не встал как обычно – продолжал лежать. Чувствовал себя совсем неважнецки: силы покинули меня окончательно. Взгляд блуждал по сумрачной комнате, пока не замер на фотографии самого дорогого мне человека. Деревянная рамка с фото моей внучки стояла на тумбочке возле кровати. Хотел взять её, но рамка упала на пол – дрожащая рука не удержала.

– Дело совсем плохо… Нужно позвонить доктору, – пробормотал я, откинул одеяло и с трудом поднялся.

Фавелл, мой давний приятель, сложил медицинские инструменты в саквояж и стал протирать очки.

– Не тяни… Я тебя хорошо знаю. Говори, как есть.

Он тяжело вздохнул, убрал очки в футляр и произнёс: – Эд, тебе осталось совсем немного… От силы – месяц.

– Значит, покину мир обетованный… плюс-минус на Рождество…

Доктор опустился на стул и развёл руками: – Все мы ходим под Богом…

– Но не всех примут в рай, – закончил я за него. – Спасибо тебе за всё, дружище. Сегодня позвоню нотариусу… Видно, пришло его время. И вот о чём прошу: никому не говори… ну, ты понимаешь.

Фавелл кивнул: – Понимаю, Эд. Знаешь, есть поверье: кто сможет дотронуться до Вифлеемской звезды – для того время останавливается… или возвращается назад. У тебя ещё есть время… чтобы собраться с силами и прикоснуться к ней.

Я слабо улыбнулся и поблагодарил его за утешительные слова.

Я жил один в небольшом доме – жена ушла пятнадцать лет назад. Дети много раз предлагали перебраться к ним, но я отказывался: не хотел покидать дом, где прожил столько счастливых лет с Джулией.

Толкая перед собой тележку, я медленно брёл между полок огромного супермаркета – выбирал подарки к Рождеству. Увидев кафетерий, решил немного отдохнуть и выпить любимый напиток, которым давно себя не баловал.

За соседним столиком сидела мама с дочкой. Девочка была ровесницей моей внучки. Пока женщина говорила по телефону, малышка рассматривала цветные открытки.

Я пил кофе и смотрел футбольный матч на телевизоре. Когда решил уходить, заметил: соседний стол пуст… почти пуст. На нём лежала забытая ребёнком рождественская открытка. Я поднял её.

На картинке девочка украшала ёлку. Маленькая принцесса стояла на стуле и тянулась к верхушке, чтобы водрузить восьмиконечную звезду.

Я задумался на минуту – и решительно направился обратно в торговый зал. Толкая тележку, размышлял: успею ли осуществить задуманное…

– Мари, когда будете наряжать ёлку?

– Наверное, через неделю…

– Когда решите – я бы тоже хотел поучаствовать.

– Хорошо, папа. Я тебе сообщу.

Настал день, которого я ждал. Мари привезла меня к себе. Навстречу выбежала моя внучка Адель.

– Дедушка! Дедушка!

Я прижал её к себе. Она взяла меня за руку и повела к ёлке.

Стоя на стульчике, Адель повесила последний шар.

– Всё, дедушка Эдди, мы закончили!

– Не совсем. Не хватает самого главного украшения.

Я достал из подарочного кулька коробочку. На бархатной подушке лежала игрушечная Вифлеемская звезда.

– Это тебе. Возьми, а я помогу дотянуться до верхушки…

Через мгновение в полумраке комнаты ярко засияла звёздочка Адель. Я всё‑таки смог прикоснуться к ней. Для меня время остановилось – и начало свой обратный отсчёт.

От заката – до рассвета,

От бури – до затишья…

Пока бьётся твоё сердце –

Не сдавайся.

Пока бьётся твоё сердце –

Верь в добро.