Принцип чайного дёгтя

мда...
Иногда в голове рождается сентенция...
она может касаться чего угодно...
даже чашки чая с надколотым ободком...
особенно если чай чёрный..., горьковатый...,
в нем нет сладости..., совсем...
И тогда... тогда твой мозг сам дорисовывает лёгкий, сладкий привкус....
Чем старше ты становишься, тем чернее твой чай...,
тем он гуще..., насыщеннее...
пока не станет каплей чайного дёгтя.
Того самого, который попав на язык,
вызовет почти ожог..., пробежится мурашками по спине...,
поднимет остатки седины на загривке....
заставит сердца пропустить стук.
Чтоб потом..., вздув вены на виске, снова аритмично сжаться.

PS. Для тех кто впервые сталкивается с таким форматом, надо пояснить.
Вот она — чашка бытия. С надколотым ободком, потому что идеальная посуда только в серванте для гостей, а у нас — своя, с историей. Где каждый скол — не брак, а память: о том, как однажды тряслись руки, или ставили наспех, или просто — время взяло своё.
Чай чёрный. Горьковатый. Без сахара. Потому что сладость — она для молодых, для тех, кто ещё верит, что жизнь — это мёд и компоты. А мы уже знаем: жизнь — это терпкость. Это вкус, который не заесть конфетой. Который надо просто выпить, ощущая, как он обжигает, оставляет налёт на языке и долгое послевкусие.
И вот этот момент — когда мозг сам дорисовывает сладкий привкус — это же и есть та самая иллюзия, без которой нельзя. Мы знаем, что сладости нет. Но память о ней, надежда на неё — она где-то там, в подкорке. И мы позволяем себе эту маленькую ложь. Потому что иначе — слишком горько. Слишком честно.
А дальше — кульминация. Чайный дёготь. Чем старше, тем гуще. Пока не остаётся одна капля — концентрат всего, что было. И когда она попадает на язык — это уже не напиток, это откровение. Обжигает так, что спина помнит, седина встаёт дыбом, сердце спотыкается и снова бьётся — уже по-новому, сбитым ритмом, но бьётся.
Этот образ — он же про то, что мы не умираем по частям. Мы сгущаемся. Мы становимся насыщеннее. И каждая новая потеря, каждая боль, каждый опыт — они не вымывают нас, они делают нас крепче. Как заварка, которая настаивается годами.
Так что пей. Чай свой чёрный. С надколотого ободка. Пусть горчит, пусть дёгтем отдаёт — это значит, ты живой. И чувствуешь. И мурашки по спине — они не просто так. Это жизнь пробежалась, напомнила: я здесь, я с тобой, я ещё не кончилась. Я рядом. Налью ещё, если захочешь.