Принцип последнего звена

21 июня 2041 г.

В приемной было душно. Тимофей расстегнул верхнюю пуговицу, ослабил галстук и осмотрел ряд закрытых дверей. На каждой висела табличка с номером агента. Одна из дверей открылась, выпуская клиента, и новый «пациент» поспешно сорвался с места: миловидная дамочка, за которой Тимофей занял очередь. Он наблюдал за ней долгие сорок минут от скуки. Блондинка долго болтала по телефону, медленно пудрила носик, листала глянцевый журнал — суетливо и небрежно.

«О чём агента может просить женщина?» — Тимофей проводил дамочку взглядом, отмечая обтянутые юбкой бёдра. О чём будет просить он сам, думать не хотелось.

«Как польётся», — планы Тимофей строить не любил. Да и бесполезно что—то строить, когда судьба решает за тебя.

***

20 июня 2041 г.

— Ты смёшной, — Екатерина потянулась за зеркальцем, чтобы привести себя в порядок. От смеха смазанная тушь оставила неровные тени под ресницами.— И он, правда, проломился под тобой?

Тимофей скрыл ответную улыбку, смущённо потирая нос.

— Да, как только сел. Старый был видимо.

Екатерина вновь засмеялась.

— Ты в своем репертуаре.

Тимофей с любовью смотрел на Катю. Он обожал, когда она находила время в плотном графике, без кавалеров и родных, чтобы поговорить с ним наедине.

— Я сегодня встречаюсь с Марком, — произнесла Катя небрежно, а Тимофей неслышно вздохнул: «Вновь новый ухажёр…»

А кто он сам, Тимофей, для подруги детства? Старый клоун среди череды крутых поклонников: «они дарят розы, я потеху...»

«Неудачник», — Тимофей пнул себяза желание что-то изменить. Во время совещания под ним сломался стул. Идиотская ситуация — докладчик на полу в ворохе бумаг, вокруг смех. Тимофей сорвал первый отчёт перед руководством, провалил возможность встать на одну ступеньку выше.

— Тим, ты как звено последнего случая, — неожиданно донеслось сквозь хохот.

— Что? — насторожился он, наблюдая, как Катя укладывает вещи в сумочку, торопится на очередное свидание. — Какое звено?

— Ну, сколько я тебя знаю, тебе всегда везёт быть последним… — Катя положила в сумочку пудреницу и защёлкнула замок. — Надо что-то менять в системе.

— Какой системе, Катя? — Тимофей подхватил со стола забытое Катей яблоко. — Нет никакой системы. Мне просто не везёт и всё.

— Я тут в инете видела объявление, — Катя заклацала по клавиатуре нетбука и развернула к Тимофею монитор. — Вот смотри, по-моему, недорого берут…

***

21 июня 2041 г.

Тимофей буквально тонул в мягком кресле.

— Клиент должен чувствовать себя расслабленным, — агент определил вопрос и услужливо пододвинул к Тимофею чашечку кофе. — Ваша проблема легко решается, мы просто переставим вас в очереди.

— Не понял, — Тимофей невольно зажмурился, обжегшись горячим напитком.

— Я вижу вашу проблему. Вы подходите к двери, берётесь за ручку, и она остается у вас в ладони, — агент сложил руки прямо перед собой. Тимофей отметил белоснежные манжеты и яркие запонки вместо пуговиц.

— Вы садитесь на стул, на который до вас садилось несколько человек подряд и он ломается именно под вами, — продолжил агент, сужая глаза под стёклами дорогих очков в тонкой оправе. — Вы идете по тротуару, и с крыши дома именно вам на голову падает ком снега или сосулька…

— Постойте, этого я не говорил, — Тимофей вернул на стол пустую чашку.

— Но всё это возможно… — агент постучал пальцами по столу, и сердце Тимофея откликнулось неровным ритмом.

— А что значит переставить в очереди? — слегка осипшим голосом спросил он.

— Мы просто повлияем на принцип последнего звена. Переставим последнее на место предпоследнего — не нарушив цепочки. Такое вмешательство не будет иметь глобальных последствий, - агент гипнотизировал Тимофея тембром голоса и туманным смыслом фраз. — Вы получите быстрый и желаемый эффект. Череда неудач закончится, вы заживёте нормально, — агент добавил в голос сладость: — Обычной жизнью… Без курьёзов. Без тыканья пальцем. Без смеха за спиной.

«Главное перестану быть клоуном для Кати» — Тимофей согласно кивнул и поставил подпись в любезно подвинутом под руку контракте.

***

21 июня 2041 г.

— Главное, что теперь судьба будет к тебе благосклонна, — Катя позволила Тимофею накинуть на её плечи пиджак. — Справедливость небес… За деньги? Я бы на твоём месте не смущалась.

— Кать, не нравится мне принцип этот… — Тимофей потёр подбородок рукой. — Я договор подписал, а про предпоследнее и последнее звено не прочитал.

— Я тоже никогда не читаю все эти многостраничные договоры, — Катя пропустила Тимофея вперёд и закрыла дверь в офис. — В наше время все эти договоры столько раз проверяют, на них уже столько штампов, что в этом нет необходимости.

Катя была права. На контракте с ООО «Справедливость» Тимофей видел многочисленные штампы экспертизы: от Министерства Здравоохранения до Министерства по защите прав потребителя — все поставили жирную закорючку «Согласовано»

— Да и страховку выплатят, если что, — Катя небрежно повела плечами и нажала кнопку нижнего яруса. Лифт плавно скользнул вниз. — Так, что не дрейф дружище. Главное, чтобы ты перестал быть посмешищем.

Тимофей отвернулся, чтобы скрыть досаду. Катя даже не желала скрывать свое отношение.

— Как Марк? — дежурный вопрос. Неделю назад Тимофей спрашивал о Саше, две недели — о Михаиле. И так десять лет: то один, то другой, только не он. Начиная с того дня, как Катя ушла со школьного бала под руку с самым красивым мальчиком класса. А он, неудачник, смывал следы упавшего на колени торта и прощался с возможностью проводить самую желанную девочку до подъезда её дома.

— Он мне надоел, — Катя отвернулась к разъехавшимся в стороны дверям. — Давай, подвезу тебя что ли, недотёпа…

***

21 декабря 2041 г.

Прошло полгода после сделки с ООО «Справедливость». Тимофей называл её «сделкой с дьяволом». Гарантия два года, в страховку включено всё, что только можно. Фирма гарантировала возместить расходы и оплатить моральный ущерб, если клиент останется недовольным.

За полгода с Тимофеем не произошло ничего такого, что могло бы спровоцировать заявление: «Верните мне деньги!» Череда нелепостей закончилась. Стулья не ломались, в очереди на нём не заканчивалась раздача самого вкусного салата в столовой и билетов на долгожданный концерт. Всё было хорошо, но кое—что не давало Тимофею покоя.

Он не ощущал себя счастливым.

— Где эта чёртова справедливость? — вопрошал он, стоя перед зеркалом. — Быть может, я неверно поставил задачу, и они замкнули цепочку не в том месте?

Тимофей открыл договор и прочитал его дословно. Сложные математические термины и запутанные юристами фразы не проясняли ситуацию. В шапке контракта сиял логотип фирмы «Справедливость восторжествует…».

— А не фига, — Тимофей в сердцах бросил бумаги на стол. За эти полгода он не добился повышения по работе и любви женщины. Неприятности обходили стороной, но без привычных эмоций жизнь стала пресной.

Тимофей вновь посмотрел на своё отражение.

— Ты не так уж плох, парень.

***

21 декабря 2041 г.

Тимофей шёл на работу и хотел подпевать скрипящему под ногами снегу. Солнце отражалось от белоснежных сугробов, от лобовых стёкол и витрин, и дразнило воспоминаниями о лете. Впереди склонял на жаркие мысли женский силуэт. Мерное покачивание бёдер, обтянутых тёмно серым пальто, высокие каблуки, светлые пряди из-под шапки — Тимофей узнал эти черты. «Я где-то вас видел», — разве не повод для знакомства? Тимофей ускорил шаг. Сердце стучало громче, а в голове складывалась удобная для такого случая фраза. Ещё два шага и Тимофей тронет плечо, и дамочка обернётся.

«Я вас видел», — было готово сорваться с губ, как Тимофей услышал странный звук над собой и поднял голову. Узкий переулок, высокие дома с покатыми крышами. Тимофей видел, как огромный ком снега летит прямо на него и закрыл глаза.

«И с крыши дома именно вам на голову падает ком снега», — женский крик вырвал его из темноты. Тимофей открыл глаза. Он не пострадал. Около ног лежала женщина в тёмно сером пальто. Меховая шапка отлетела в сторону. Светлые волосы, раскинувшись веером на снегу, окрасились ярко красным. Пятно крови становилось больше и больше.

— Последние звено… — с ужасом прошептал Тимофей, узнавая в убитой женщине клиентку общества по восстановлению справедливости.

***

21 декабря 2041 г.

— Вы сказали, что последствий не будет, — Тимофей сидел напротив агента и пытался поймать его взгляд. Маленькие глазки избегали прямого контакта.

— Именно. Вы же получили то, что хотели. Мир для других людей не изменился.

— Но женщина мертва! — Тимофей стукнул рукой по столу, и любезно налитая чашечка кофе подпрыгнула и расплескалась.

— Условия договора не нарушены, — агент откинулся на спинку кресла и скрестил руки на груди. — Нам не понятно ваше возмущение.

— Но она клиентка вашего агентства, — Тимофей чувствовал, что напрасно тратит время. — Она разве желала быть на моём месте. Ведь погибнуть должен был я?

— Мы не имеем право разглашать условия договора с другими клиентами, — агент отстранился от клиента жёсткими нотками в голосе. — Условия вашего же договора соблюдены. Какие ещё будут вопросы?

Всматриваясь в холодное и отстраненное лицо агента, Тимофей понял, что визит в эти стены совершенно бесполезен. Он не восстановит справедливости, да и белокурую дамочку уже не вернуть.

***

21 декабря 2041 г.

— Понимаешь, я уверен на все сто, что она и стала последним звеном, — Тимофей ходил по кабинету Екатерины, заложив руки за спину. — Неужели такая женщина могла хотеть смерти?

— Она была настолько неотразима, что ты так убиваешься? — Катя внимательно следила за передвижениями друга.

— Не в этом дело, Кать, — Тимофей остановился напротив и оперся руками о стол. —Просто, я не понимаю, как может такая вот фифочка прийти в агентство, чтобы ради какой-то там своей справедливости напророчить себе беду?

— Вот именно, Тим… Ради какой—то там. Ты же не знаешь, какие у неё тараканы в голове, — Катя раздражённо откинула упавшие на лицо пряди волос. — Может она хотела тем самым кому-то насолить!

— Своей смертью!? — прокричал Тимофей.

— Откуда ей было знать, что её ждет смерть. Или наоборот, она искала её, чтобы соединиться с любимым на небесах. Стоит ли копаться в чужой жизни, когда ты не можешь разобраться в своей! — Катя тоже повысила голос и резко встала с места. — Ты бредишь. Ищешь какие-то подвохи. Скоро начнёшь во всем обвинять меня…

Тимофей недоумённо посмотрел на разбушевавшуюся девушку.

— Тебя?

— Да, меня! — Катя стояла напротив Тимофея, и её трясло от обуревавших эмоций. — Ведь ты наверняка думаешь, что во всем виновата именно я. Жалкий неудачник! Не желаю… — Катя запнулась, сглатывая слёзы, а потом бросилась прочь. — Не желаю тебя больше знать!

— Катенька… — начал было Тимофей, но звук захлопнувшейся двери, закрыл перед Тимофеем шанс получить сердце любимой женщины.

— Предпоследний… — Тимофей в сердцах стукнул кулаком по столу.

***

22 декабря 2041 г.

— Я хочу вернуть всё обратно… — Тимофей вновь сидел в глубоком кресле и пил вкусный кофе. — Я готов на любые расходы.

— Восстановить прежнюю цепочку уже не получится… — неуверенно произнес агент, поправляя съехавшие на кончик носа очки. — Да и женщину уже не вернуть.

— Вы знаете причину? — удивился Тимофей.

— Так вы приходили вчера… — агент слегка склонил голову. — Или есть ещё одна?

— Не важно… — Тимофей заметил на краю стола сигареты. — Можно?

Агент услужливо протянул Тимофею пачку.

— Вы должны понимать, что встав в конец цепочки, уже не сможете заменить последнее звено. Его больше нет… — агент вынул сигарету и для себя, затем поднёс Тимофею зажигалку и прикурил сам. — У нас такой первый случай.

— Первый раз клиент не доволен результатом? — Тимофей затянулся и тут же закашлялся. После его последней сигареты прошло года два. Катя тогда сказала, что ей не нравится целоваться с пепельницей. «Можно подумать ты на это рассчитывал?»

— Что, простите? — агент смотрел внимательно, словно пытаясь расслышать чужие мысли. Тимофей потушил сигарету.

— Я первый попросил что-то отменить?

— Да. Видимо, до вашего случая, клиенты были с нами более откровенными.

— Вы думаете, я что-то скрыл? — Тимофей поежился под пронзительным взглядом.

— Уверен. Вы не указали истинную причину несправедливости к вам вселенной, — агент быстро затушил сигарету. — В зависимости от причины строится линия цепи. Место каждого звена предопределенно. Я не хочу загружать вас математическими вывертами, но поверьте, что, не зная всех неизвестных невозможно выстроить правильную формулу. Нереально получить должный результат.

— Я хочу всё вернуть, потому что люблю одну женщину и хочу быть с ней, — выдавил из себя Тимофей.

— Что же. Любовь это веская причина, — агент протянул Тимофею новый контракт. — Надеюсь, теперь вы будете счастливы.

***

21 декабря 2041 г.

Тимофей стоял за углом дома и ждал, когда появится Катя. Теперь он замыкал цепочку и знал, что когда—то далёкое звено переставлено на досягаемое расстояние. Дотронуться рукой и взять. Катя открыла дверь подъезда и в распахнутой настежь шубе побежала к «Ауди». Подарок очередного ухажёра. Тимофей улыбнулся: теперь все Марки, Миши, Пети останутся далеко позади.

Свет фар прорезал темноту, и Тимофей шагнул навстречу, раскинув руки.

— Катя… — не успев договорить, Тимофей почувствовал, что земля уходит из—под ног. Он поскользнулся и теперь падал прямо под колеса авто, неожиданно рванувшего с места на большой скорости. Катя торопилась в агентство «Справедливость», желая отменить свой прежний контракт, и задумавшись, поздно заметила фигуру, метнувшуюся под колеса. Катя надавила на тормоз, застревая острым каблуком в ребристой поверхности педали. Машину занесло вправо, выбрасывая на встречную полосу.

«Обрыв цепи», — подумали Тимофей и Катя одновременно, проваливаясь в темноту.

***

21 июня 2041 г.

За полгода до аварии.

— Я хочу, чтобы восторжествовала справедливость, — Катя перекинула ногу на ногу, сбросила с плеч пиджак и улыбнулась агенту. — Я хочу проучить одного мужчину...

— Расскажите подробнее, — агент пододвинул к холёной ручке клиентки чашечку кофе и льстиво улыбнулся.

— Он с детства страшный неудачник и этим бесит, — Катя подула на кофе, а потом сделала аккуратный глоток, оставляя на чашке следы губной помады. — Внушил себе, что не достоин меня, дурачок.

Агент услужливо делал пометки.

— Чтобы вызвать в нём ревность, я стала встречаться с другими. А он принял это. Понимаете? Он позволил!

Катя застучала наманикюренными пальчиками по столу.

— Я принимала подарки и крутила ими у него под носом. Но он не хотел видеть, главное… — раскрыла сумочку и достала пудреницу.

— А всё могло быть иначе. Ещё в тот вечер… — смахнула невидимую слезу, любуясь своим отражением.

— Но ему проще было спрятаться, позволив мне уйти с другим, — перевела взгляд на агента.

— Вы хотите, чтобы этот мужчина страдал? — агент составлял формулу цепи.

Катя задумалась.

— Я хочу, чтобы мы были вместе...

Агент молча протянул девушке контракт и медовым голосом произнес:

— Мы просто на время переставим звенья в цепи.