Привет Товарищ

ПРОЛОГ: ПОСЛЕДНИЕ ДНИ НОРМАЛЬНОСТИ

СЦЕНА 1: ЛЕХА. ГАРАЖ И ДОЛГИ. 15 ИЮЛЯ, 6:30 УТРА.

Воздух в гараже пахло старостью: маслом, бензином и сыростью, просачивавшейся сквозь трещины в бетоне. Леха стоял под капотом своего «Форд Транзита», слушая ровное, здоровое урчание двигателя после замены масла. Он вытер руки об уже чёрную от смазки тряпку, и взгляд его упал на наклейку на бампере — потёртый медведь у ели и надпись «Байкал-2020». Тогда, три года назад, казалось, что эта машина станет началом чего-то большого. Собственная экспедиционная группа, туры на дикие озера, свобода. Получился просто инструмент для заработка. Хороший, надёжный инструмент, но всего лишь инструмент.

Заскрипела ржавая дверь гаража. Вошёл сосед, дядя Витя, с авоськой, в которой позванивали бутылки.

—Лёш, с утра пораньше? На рейс?

—Нет, дядя Витя, — Леха захлопнул капот. — В отпуск. С друзьями на море.

—О, молодёжь! — дядя Витя одобрительно крякнул. — Правильно. А то вся молодость на эти колёса уходит. Возьми с собой девчонку какую, а то закиснешь тут.

Леха только хмыкнул в ответ. Девчонки. Последняя серьёзная была два года назад. Разошлись тихо, без скандалов — она устала от его вечных рейсов, от того, что он «физически есть, а мыслями где-то на трассе». С тех пор были только мимолётные знакомства на заправках или в придорожных кафе — такие же уставшие, такие же временные, как он сам.

Телефон в кармане завибрировал. Не гудок, а именно вибрация, словно стыдливое напоминание. Леха посмотрел на экран: «Коллекторское агентство «Вектор». Он смахнул вызов, не отвечая. Пятый платёж по кредиту на этот самый автобус просрочен на три дня. Послезавтра, когда вернётся с рейса, нужно будет платить штраф. Он посмотрел на машину. «Вот она, цена твоей свободы», — подумал он без злости, с привычной, тупой усталостью.

На экране телефона всплыло новое сообщение, от Светы: «Лёш, ты наш капитан! Завтра в 7 у твоего гаража. Не проспи! ☀️🚐»

«Капитан», — мысленно повторил Леха. Он представил себя не капитаном яхты, а капитаном старого траулера, который ведёт через туман, с изношенными картами и командой, которая верит, что он знает куда. Он потянулся к пачке сигарет на верстаке, закурил. Через клубы дыма «Транзит» казался призрачным, нереальным. Завтра эта железная коробка станет их общим домом, крепостью, клеткой. Пока же она была просто машиной, пахнущей маслом и долгами.

Он стряхнул пепел, написал Свете коротко: «Будет готово». И добавил, после паузы: «Капитан на вахте». Это была попытка шутки. Получилось грустно.

СЦЕНА 2: МАША. ОФИС И КОНТРОЛЬ. 15 ИЮЛЯ, 14:00.

Тишина в опенспейсе страховой компании «Щит» была искусственной, созданной монотонным гулом кондиционеров и приглушёнными щелчками клавиатур. Маша сидела в своём кабинете-аквариуме со стеклянными стенами. На двух мониторах перед ней жили параллельные реальности: на левом — бесконечные столбцы цифр, отчёты по выплатам, подсвеченные жёлтым строки с аномалиями. На правом — открытые вкладки: «Топ-10 палаток 2023», «Как выбрать спальник по температурному режиму», карта маршрута Москва-Геленджик с двумя линиями — толстой синей (трасса М-4) и тонкой зелёной (лесные дороги, предложенные Димоном).

Коллега Ирина постучала в стекло и вошла, не дожидаясь ответа.

—Марья, ты как всегда в двух мирах, — сказала она, завистливо оглядывая рабочий стол Маши. — Клиент Невзоров опять звонил. Негодует по поводу задержки выплаты.

—Я знаю, — Маша не оторвала взгляда от экрана. — Его случай требует дополнительной экспертизы. Я отправила все документы в отдел урегулирования убытков вчера в 17:43. Ответ должен прийти сегодня до 18:00. Я оставила памятку на моём столе для Павла, он будет курировать дело в мое отсутствие.

Ирина вздохнула,села на краешек стула.

—Ты всё всегда так… дотошно. Не устаёшь? Отпуск-то тебе заслуженный. Отключись хоть на две недели.

—Если не проверить всё трижды, случится ошибка, — автоматически ответила Маша. Это была её мантра. — Если не составить список, забудешь что-то важное. Если не спрогнозировать риски… — Она замолчала, глядя на зелёную линию на карте.

Она мысленно открыла в голове файл «Риски поездки».

· Риск 1: Грунтовые дороги. Состояние неизвестно. Вероятность повреждения подвески или прокола шины — 23%.

· Риск 2: Отсутствие стабильной сотовой связи. Вероятность невозможности вызвать помощь в случае ЧП — 15%.

· Риск 3: Непроверенный источник информации (Димон). Коэффициент достоверности — 0.7 (субъективная оценка).

· Риск 4: Усталость водителя (Леха). Не поддаётся количественной оценке. Требует наблюдения.

Её пальцы сами потянулись к блокноту с кожаной обложкой. Она открыла его на чистой странице и вывела ровным почерком: «Протокол №1. Подготовка к выезду. 15.07.23». И ниже:

1. Сверить список общего снаряжения со списками участников (Ян, Света).

2. Проверить сроки годности всех медикаментов в аптечке. Купить: эластичный бинт (2 шт.), антигистаминное нового поколения, средство от ожогов.

3. Распечатать физические карты района (на случай отказа GPS).

4. Убедиться, что у Димона есть сухое горючее и работающий фонарь (не только телефон).

Она оторвалась от блокнота и увидела, что Ирина всё ещё смотрит на неё с странной смесью жалости и восхищения.

—Что? — спросила Маша.

—Ничего. Просто… удачного тебе отдыха. Настоящего. Без протоколов.

Когда Ирина ушла,Маша закрыла все вкладки на рабочем мониторе. На секунду в стеклянной стене она увидела своё отражение: строгое лицо, собранные волосы, белая блузка. Она потянулась к резинке, распустила волосы. В отражении появилась другая девушка — более молодая, более уязвимая. Та, которая когда-то верила, что можно просто собраться и уехать, не думая о процентах и вероятностях. Она взяла телефон, написала Димону: «Купил сухое горвиче и фонарь? И респиратор. На всякий случай». И, после паузы, добавила: «Береги себя, братик».

СЦЕНА 3: ДИМОН. ЗАБРОШКА И МЕЧТА. 15 ИЮЛЯ, 19:30.

Закат ввалился в огромный пролом в крыше заброшенной усадьбы, как расплавленное золото, и растёкся по рассыпающейся росписи потолка. Димон лежал на спине на холодном паркете, в пыли и осколках штукатурки, и смотрел вверх. В наушниках грохотал эпичный пост-рок, идеально сочетавшийся с гибелью красоты вокруг. Он поднял зеркалку и сделал кадр: луч света, пыль, как звёздная пыль, и угасающий лик какой-то нимфы на потолке.

— Идеально, — прошептал он сам себе. — Абсолютно.

Его мир был здесь, в этих тихих, умирающих местах. Где время не бежало вперёд, а застывало, густело, как мёд, и медленно капало в бездну забвения. Каждая трещина в штукатурке, каждый ржавый гвоздь, каждый обрывок обоев был историей. Не той, что в учебниках, а тихой, личной, трагической. Он собирал эти истории через объектив.

Телефон завибрировал. Ян. Голосовое сообщение.

Голос Яна, сухой и чёткий:«Димон, ты подтвердил заказ на воду? Нужно 24 литра бутилированной, минимальная минерализация. И твоя «крутая» тушёнка — посмотри состав. Если там больше 15% жира и соевый белок, это не еда, это суррогат. И возьми респиратор. Там наверняка асбестовая пыль».

Димон ухмыльнулся. Рационалист. Он нажал на запись ответа, стараясь говорить шёпотом, чтобы не нарушить магию места:

—Ян, приветствую из царства мёртвых амуров. Всё куплено. Вода — не просто бутилированная, а из артезианской скважины с Кавказа, вот тебе минерализация! Тушёнка — не советская с жиром, а немецкая, в вакууме, с трюфелями и бальзамическим уксусом. Будущее, брат! А респиратор… Дышать пылью истории — это часть процесса. Без этого нельзя прочувствовать атмосферу.

Он отправил сообщение и сразу же сделал селфи:своё полусилуэтное лицо на фоне золотого заката в дыре крыши. Выложил в свой Telegram-канал «Тени мест» с подписью: «Последний вздох прошлого перед дорогой. Завтра — на юг. Но наша цель не море. Наша цель — тишина между эпохами. Тот самый город-призрак под Ростовом ждёт. #сталкер #заброшка #дорога».

Он уже видел это в воображении: не пассажирский пляж с шезлонгами, а пустые глазницы пятиэтажек, деревья, растущие из балконов, тишину, нарушаемую только ветром и криком воронья. Леха, конечно, будет ворчать. Ян — читать лекции о безопасности. Но он, Димон, знал — ради таких моментов и стоит жить. Ради возможности прикоснуться к настоящему, нелакированному, сырому прошлому. Он достал из рюкзака блокнот и под светом фонарика на телефоне записал: «Пос. Ильича. Военный городок. 1980-е? Полная заброшенность. По данным сталкеров — целы корпуса, сохранилась техника (возможно). Координаты…»

Он был не туристом. Он был исследователем иной реальности. И завтра его экспедиция начиналась.

СЦЕНА 4: ЯН. КОД И ПОРЯДОК. 15 ИЮЛЯ, 22:15.

Ян откинулся в эргономичном кресле, снял очки и потёр переносицу. На трёх мониторах перед ним застыли строки кода — алгоритм оптимизации баз данных, который он дописывал последние две недели. Всё было логично, выверено, элегантно. Мир кода был понятнее человеческого: здесь были чёткие правила, причины и следствия, и почти не было места иррациональному.

Его взгляд упал на единственный беспорядок на идеально чистом столе: стопка распечаток с маршрутом, графиками и таблицами. Он взял верхний лист. «Оптимальный маршрут М-4. Учёт пробок, ремонтов, времени работы АЗС». Каждый отрезок был рассчитан с точностью до пяти минут. А рядом лежал другой лист, с небрежно нарисованной от руки картой Димона. Ян хмыкнул. Эмоции против логики. Азарт против расчёта.

Завибрировал ноутбук — входящий видеозвонок от Светы. Ян поправил футболку, нажал «принять».

На экране возникло её лицо,освещённое тёплым светом настольной лампы. За ней виднелся хаос: сложенная палатка, рюкзаки.

—Ян, привет! Не спишь? Извини, что беспокою так поздно.

—В норме, — ответил Ян. — Оптимальное время для решения организационных вопросов. Тишина, никто не мешает.

—Вот именно! — Света улыбнулась. — Я в панике. Палатки. Вот три варианта, я скинула ссылки… какая лучше?

Ян уже открыл вкладки в браузере.Он бегло просмотрел характеристики.

—Берём первую, — отрезал он. — «Треккер Х-3». Вес на 420 грамм больше второй модели, но гидростатический порог ткани — 5000 мм против 3000. Завтра по региону ожидаются локальные грозы с вечера. Влагостойкость приоритетнее. К тому же у неё лучше система вентиляции. Вероятность образования конденсата внутри на 30% ниже.

На экране Света засмеялась,и Ян на секунду смутился.

—Что? Я что-то не учел?

—Нет, нет, всё учёл, — Света успокоила его. — Просто ты… как живая энциклопедия. Спасибо. А… Ян?

—Да?

Она помолчала,её лицо стало серьёзнее.

—Как думаешь, всё будет хорошо? Нормально доедем?

Вопрос был иррациональным.Ян не любил такие вопросы. Но это была Света.

—Всё будет в рамках статистической нормы, — сказал он. — Если мы следуем подготовленному плану, вероятность серьёзных негативных событий снижается на 65-70%. План у нас есть. Ян посмотрел прямо в камеру. — Значит, всё будет в порядке.

Он увидел,как её лицо расплылось в тёплой, благодарной улыбке.

—Спи спокойно, наш технарь. До завтра.

После звонка Ян ещё минут десять сидел в тишине.Потом закрыл код. Открыл скрытую папку на рабочем столе с названием «Архив». Там были фотографии. Не его. Со Светиной флешки, которую она оставила у него когда-то для восстановления. Он никогда не удалял их. На экране загорелось фото пятилетней давности: они у костра, Леха что-то жарит на решётке, Маша смеётся, зажав уши от громкой музыки из колонки Димона, а он, Ян, сидит чуть в стороне с книгой, но смотрит не на страницы, а на них. На их общий, простой смех.

Ян закрыл папку. Открыл свой финальный список «Поездка_ФИНАЛ». В самый конец, после пункта «12. Зарядка для power bank», он добавил новый:

«13. Влажные салфетки с экстрактом алоэ. Упаковка. Для Светы. (Примечание: у неё возможна кожная реакция на песок и солёную воду)».

Это была его система. Его код заботы.

СЦЕНА 5: СВЕТА. ХАОС И УЮТ. 15 ИЮЛЯ, 23:00.

Квартира Светы напоминала поле после битвы между туристическим магазином и кондитерским цехом. На полу в гостиной были разложены и рассортированы горы снаряжения: три палатки (спасибо Яну, теперь осталась одна), спальники, карематы, походная посуда. На кухне царил сладкий хаос: на столе остывало пять порционных кулёчков с домашним овсяным печеньем, а в духовке доделывалась вторая партия — шоколадное с орехами.

Света, в растянутом свитере и с мукой на щеке, пыталась одновременно завязывать бантики на кулёчках и отвечать на звонок матери.

—Мам, ну хватит уже паниковать! — говорила она, зажимая телефон между ухом и плечом. — Леха водитель с десятилетним стажем. Без аварий. Машина ухоженная. У нас всё продумано.

—Шесть человек в одной машине, Светочка! — голос матери звучал так, будто они собирались в кругосветку на плоте. — И этот твой Димон… он же ненормальный! Вечно по каким-то трущобам лазает! Мало ли что в лесу найдёт!

—Он наша душа авантюры, мама, — Света мягко парировала, ставя таймер на духовке. — Без него мы бы превратились в скучную группу пенсионеров на экскурсии. Всё будет хорошо. Я тебе каждый день буду писать. Обещаю. Даже если связи не будет — вечером, как вылезем к цивилизации, сразу напишу.

Она поймала своё отражение в тёмном окне: уставшее, но одухотворённое лицо. Она любила этот момент — канун. Предвкушение. Когда хлопоты уже почти закончены, а приключение ещё не началось. Её работа — организация событий — приучила её к хаосу. Но этот хаос был другим. Он был для своих. Для тех, кого она считала семьёй, пусть и странной, собранной из разных миров.

Положив трубку, она аккуратно подписала каждый кулёчек фломастером: «Л» (для Лехи, с минимальным сахаром — он не любил сладкое), «М» (для Маши, с изюмом), «Д» (для Димона, с двойной порцией шоколада), «Я» (для Яна, классическое овсяное), и один просто «С» — для себя. Это была её магия. Магия маленьких, ни к чему не обязывающих забот. Она могла уладить спор, разрядить напряжение шуткой, найти компромисс. Она была социальным клеем, который скреплял их хрупкую конструкцию.

Она сняла печенье с противня, дала ему остыть и начала последнюю упаковку. В большой общий контейнер сложила макароны, крупы, тушёнку (и обычную, и «немецкую с трюфелями» от Димона), чай, кофе. Каждую группу продуктов аккуратно обернула в плёнку, подписала. Потом села на пол среди этого снаряжения, обняла колени и посмотрела на старую фотографию в рамке на полке. Там они были моложе. Леха ещё без морщин у глаз, Маша — без этой вечной тени тревоги в взгляде, Димон — с панковским ирокезом, Ян — с книгой по квантовой физике даже на пикнике. И она, Света, в середине, смеющаяся так, как сейчас уже не смеялась.

— Ничего, — прошептала она фото. — Всё наладим. Отдохнём.

Она взяла телефон, открыла общий чат «Море_2023 (без Димона)» — так они в шутку назвали, потому что Димон вечно предлагал вместо моря какие-нибудь катакомбы.

Написала:«Итак, завтрашний день Х. 7:00 у гаража Лехи (адрес ниже). Финальный подсчёт сил. Кто за что отвечает? Давайте подтвердим, чтобы ничего не упустить».

Через минуту пришёл ответ от Маши,чёткий, по пунктам. Потом от Яна. Пототом от Димона — с восклицательными знаками и эмодзи. Леха молчал.

Она написала ему лично:«Лех, ты с нами?»

И,наконец, через две долгие минуты, пришёл ответ: «Я за руль. И за то, чтобы всех довезти. До завтра».

Света выдохнула. Улыбнулась. Выключила свет на кухне и пошла спать. Завтра начиналось.