Приворот

Анжела Викторовна пригладила перед трюмо взявшиеся дыбом кучеряшки и недовольно поморщилась. Дёрнуло же её согласиться на перманент, да ещё у новенькой мастерицы. Завивка совершенно не шла к её обширному простоватому лицу, выявляя все его недостатки.

- Перевязать бы тебе удачу, безрукая! – процедила она раздражённо, вспомнив настойчивые заверения девушки, что новая причёска добавит изюминку её образу. – А ещё лучше - проклясть! Да где ж найти ведьму из истинных? Куда ни плюнь - одни проходимки. Только и могут, что морочить мозги, а как до дела доходит, то получается один пшик... Надеть, что ли, тюрбан? Синий, бархатный, с петушиным пером? И накидку из красного плюша. Она освежает.

С трудом оторвавшись от зеркала, Анжела Викторовна прошествовала к шифоньеру, за скрипучими дверцами которого хранились её рабочие костюмы. В основном это были балахоны и пёстрые шали. К ним в дополнение прилагался стандартный набор украшений: аляпистые браслеты с искусственными камнями-булыжниками, устрашающего вида кулоны в виде перевёрнутых крестов и черепов и, в пару к ним, массивные уродливые кольца. Когда-то Анжела Викторовна любила их использовать, но в последнее время охладела и довольствовалась одной лишь безобразной мухой-брошью, кустарно слепленной из чёрных кружев и бусин.

До прихода клиентки оставалось всего ничего, и нужно было успеть придать себе соответствующий статусу вид.

Зря она не отменила сеанс. Сказалась бы больной, или оговорилась особыми обстоятельствами и перенесла встречу. Визит в парикмахерскую напрочь испортил настроение, а стычка с рыжеволосой жиличкой из квартиры напротив просто лишила сил.

- Я это так не оставлю! – пробормотала Анжела Викторовна, извлекая из недр шифоньера приплюснутый с одного бока тюрбан. – Сегодня же вечером наберу Ильиничну! Пусть знает, какую стервь впустила пожить.

Память услужливо воспроизвела недавнюю встречу. Квартирантка Ильиничны возилась с ключами, когда её настигла караулящая в засаде у дверей Анжела Викторовна. Не поздоровавшись, она сходу принялась выдвигать дамочке претензии, да споткнулась о презрительный взгляд рыжеволосой.

- Шла бы ты к бабулькам на лавочку, - жиличка состроила кукиш перед носом оторопевшей магички. – Ещё увижу, что шпионишь за мной – проучу!

Такой неслыханной наглости Анжела Викторовна снести не могла – не позволяла наработанная годами репутация.

«Белыя и чёрныя ведунья» (так значилось на покосившейся медной табличке под дверным номером) просто обязана была проучить негодяйку!

Отработанных приёмов в её арсенале было немного: рассыпанная земля на коврике; смесь камешков и голубиного помёта в тряпочке; связанные бечевой птичьи перья да торчащий костями рыбий хребет. Однако действовали они безотказно – жертвы ведуньи разом делались шёлковыми и, слёзно вымаливая прощение, спешили загладить собственные промахи дорогими подарками или откупались деньгами, подавая их на «благие дела».

Что же использовать сейчас? – Анжела Викторовна задумчиво прикусила губу, но часы пробили половину четвёртого, напоминая о близком сеансе.

Ладно. Ещё успеется. Она примет клиентку, а вечерком сообразит что-нибудь этакое...

Представив, как вытянется размалёванное лицо наглой жилички, белыя и чёрныя ведунья довольно хихикнула и, приободрённая своим решением, занялась приготовлениями к встрече.

Не озаботившись смахнуть липкие крошки со столика, расставила поверх разномастные свечи, под стеклянный колпак бывшей маслёнки спрятала верную истрепанную колоду карт. Немного подумав, достала с полочки пластиковый шар и добавила в центр композиции для антуража. Шар помутнел и покрылся сеточкой трещин, но кто их разглядит в темноте. Жечь во время сеанса благовонные палочки Анжела Викторовна не любила. От вони свербело в носу и тянуло чихать.

Когда робко тренькнул звонок, причипурившаяся ведунья выплыла в коридорчик и впустила клиентку. Привычно отсканировав взглядом, отметила с облегчением, что случай самый типовой.

"Жалкое существо в жалких обстоятельствах" - поставила в мыслях галочку, а вслух поздоровалась и пригласила проходить.

Щупленькая бесцветная девушка послушно прошла. Робко присев на краешек шаткого стула, сцепила руки и горестно сгорбилась.

Опустившись в кресло напротив, Анжела Викторовна благосклонно наблюдала за ней и молча ждала.

Затравленный взгляд. Простенькая одёжка. Ни одного колечка на тонких пальцах. Коротко остриженные ногти без маникюра. Куцый хвостик грязно-серых волос. На длинной цыплячьей шее посеребренный дешёвенький крестик.

Обделённая счастьем обезьянка. Такая, небось, только и мечтает о женихах. Выводок сопливых детей и скромная квартирка – других жизненных целей у неё точно нет. Бинго! С ней всё ясно! Работаем!

Житейская сметка и жизненный опыт редко подводили доморощенную колдовку. И, выдержав причитающуюся паузу, Анжела Викторовна торжественно провозгласила:

- Я знаю зачем вы пришли, милочка. Вам нужен... приворот!

При этих словах девица словно обесцветилась и, рухнув на колени, выдала истерично:

- Нет! Нет! Не надо! Пожалуйста, нет!!

- Присядьте, милочка, - слегка опешила ведунья и чуть поморщилась.

Собственный промах сразу подпортил настроение. Неудачное начало сеанса не сулило ничего хорошего в дальнейшей работе с клиенткой.

Девица не отреагировала на её предложение – продолжая трястись на грязном полу, выкрикивала умоляюще:

- Не надо приворот! Не надо! Пожалуйста! Помогите мне!

- Прошу вас, перестаньте! Здесь тонкие стенки. Вы привлекаете внимание. Соседям не нужно знать о нашем разговоре. – доброжелательный тон давался Анжеле Викторовне всё труднее.

Не успокоится – влеплю пощёчину, решила она. И пусть потом убирается. Психопатка.

- Он ходит! Ходит ко мне! – девица подняла на неё страдальческий взгляд. - Сорок дней прошло, а он ходит!!

- Он ходит? – машинально переспросила ведунья.

- Он, он! – с жаром закивала клиентка. – Преследует меня! Неупокоенный! Мертвяк!

- Мертвя-я-як? – Анжела Викторовна удивленно разинула рот. – Уж не пьяны ли вы, милочка?

Её чуткий нос не улавливал запаха перегара. Скорее всего нанюханная. Наркоманка! Такая и прибьёт – не сморгнёт! Нужно заканчивать сеанс. Немедленно!

Стараясь не выдать своего страха, Анжела Викторовна выскочила из-за стола и посеменила к выходу.

- Куда же вы? – растерялась девушка. – Помогите мне, пожалуйста! Я заплачу сколько скажете! Только помогите!

- Нечего! Нечего! Уходите! – Анжела Викторовна распахнула дверь на площадку. – С мертвяками это не ко мне. Не мой профиль.

- Но в рекламе написано, что вы используете тайные ритуалы! Что проводите запрещённые обряды. Общаетесь с духами земли и неба!

- Всё так, всё так... – не стала отрицать перепуганная ведунья. – Но духи... они не мертвяки...

- Пожалуйста! – в отчаянии повторила девушка. – Я не знаю, что делать! Я боюсь!!

- В церковь сходите. Свечку поставьте. Помолитесь на образа. Это поможет.

- Вы так в этом уверены? – наглая жиличка из квартиры напротив беззастенчиво пялилась сквозь приоткрытую дверь. – Мертвяка церковью не отпугнуть. И крест против него бесполезен. Здесь другие действия нужны.

- Какие действия? – вытаращилась на неё Анжела Викторовна.

- Разные... но кому я говорю... Вы же профи. – рыжеволосая взмахнула щёткой наращенных ресниц и хмыкнула. – Белыя и черныя ведунья! Ах-ха-хах!

- Помогите! - девушка начала тоненько всхлипывать. – Я уже три квартиры сменила, а он всё равно находит! Стучит под дверями. Скребётся. Просит впустить!

- Она ненормальная! – Анжела Викторовна прижала руки к губам.

- С чего всё началось? – рыжая выступила на площадку. – Когда он первый раз пришёл?

- Месяц назад. Сразу после... приворота...

- Ты приворожила мертвяка??

- Я... не знала... Я... не... хотела! – из-за рыданий голос девушки сбился. – Я... не... думала... не думала.. что это... мертвяк! Клянусь!

Что-то было не так. Девчонка явно переигрывала. Слишком старательно таращила глаза, слишком фальшиво пугалась.

Матрёше сделалось любопытно - зачем ей вся эта возня? И она предложила девчонке зайти.

– Попробую тебе помочь. Только мне нужны подробности. Кто проводил приворот? Чем запечатал?..

- Сама провела... В интернете нашла страничку... – девчонка попятилась к лестнице. – Я лучше пойду... всего хорошего... спасибо вам...

- За что спасибо-то? – в спину ей крикнула Матрёша, но ответ пришёл с неожиданной стороны.

- Спугнула! Клиентку мою! Зачем влезла с советами? – толстый палец Анжелы Викторовны обличающе ткнулся в Матрёшу. – Плати теперь за сеанс! За моё потерянное время.

- Серьёзно? – Матрёша выразительно оглядела доморощенную ворожейку. – А заплачу! Я девушка щедрая. Могу веником огладить. Могу за волоса потаскать. Как вам такая оплата? Устроит?

- Поговори мне! - дико взглянув на Матрёшу, Анжела Викторовна поспешно отступила в квартиру. - Сейчас Ильиничне позвоню! Она на тебя найдёт управу.

– Звони-звони, - пропела Матрёша. – Я от себя тоже добавлю, расскажу, как белыя и чёрныя магичка бегом бежала от клиентки. Испугалась обычной девчонки! Вот смех! Какой, однако, удар по репутации.

- Ты! Ты!.. – задохнулась Анжела Валентиновна. – Ты ещё пожалеешь, негодяйка!

- Уймись, старушка. – Матрёша сделала ей козу. – Будешь путаться под ногами – сошлю на болото.

- Сама уймись, дура крашеная! – прилетело уже из-за двери. Громкий щелчок задвижки, последовавший за этим, завершил содержательный разговор.

- Что же всё-таки понадобилось девчонке?.. Не проста она. Ох, не проста! – Матрёша задумчиво проследовала к себе. Случай с приворотом чем-то зацепил её, прочно застрял в мыслях.

В комнате царил кавардак – сияющие радугой лосины, коротенькие курточки, бессистемно улепленные камнями и бисером, платья расцветки "вырви глаз", общипанные боа и шляпки непонятной конструкции образовали непроходимые завалы на полу.

Расшвыряв желанные когда-то вещицы, Матрёша пробилась к окну.

Так и есть. Девчонка курила, опершись на капот симпатичной машинки-жука. И не спешила уезжать.

- Зачем же ты приходила к психичке? – пробормотала Матрёша. – Точно ведь не за помощью. И мертвяка приплела до кучи. Только был ли мертвяк?

Не то чтобы она отрицала возможность его появления - за свою жизнь в Ермолаево навидалась и не такого. Вот только жертвы подобных историй никогда не играли на публику и вообще вели себя совершенно иначе.

А что, если воспользоваться этим визитом? Разузнать подробности. Добавить что-то от себя. Интересная может сложиться передачка! И тогда, наконец, её новый канал выстрелит!

- Не отстреляласи ещё, непутёвая? – из кучи шмоток показалась встрёпанная мордаха дворового. – Сама с собой разговариваешь. Совсем одичала.

- И тебе привет, лохматун. Каким ветром занесло?

- Весенним, матушка. Весенним! – кот довольно потянулся и сразу пожаловался. - Куды тебе стольки тряпок? Пугалы станешь обряжать?

- Распихаю по коробкам и на мусорку. Ты как раз вовремя, поможешь дотащить.

- Дык я... тогось... – кот состроил печальную мину. – У Тоськи в огороде припахалси. У ней стольки валерьяны взошло! Я и проредил малостю. Теперя вот спина бастует.

Покряхтывая, дворовый выпутался из завала и следом извлёк туесок. Матрёша мгновенно уловила сдобный аромат выпечки и сглотнула слюну.

- Наши тебе гостинцу собрали. – кот потряс туеском, но отдавать его не спешил. - Дак я... тогось... спробовал маленечко. Вдруг пригорелое тама, или безвкусное.

- И как, проба? Удалась? – Матрёша вырвала подозрительно лёгкую корзинку и заглянула внутрь под салфетку. На дне сиротливо лежали два пирожка и надкусанная булочка с изюмом. Пакетик с засахаренной клюквой был тоже разворошён и на половину пуст.

- Удаласи, - расстроенно выдохнул кот, ловко уворачиваясь от Матрёшиной плюхи.

- Нет, ну каков нахал! – Матрёша замахнулась ещё раз, и дворовый ласточкой нырнул под собравшуюся горкой розовую шубку.

- Не сердиси, Матрёшка! – зачастило приглушённое бормотанье. – Баба Оня стольки пирогов наготовила! Возвертайси, там и отъешьси всласть!

- Ни за что! – Матрёша принялась за пирожок. – Некогда мне. Я раскрутиться должна!

- Раскрутитьси? – ахнуло снизу. – Это как жи? Юлой? Для полёту?

- Для славы, балда! Хочу стать известной! Знаменитой!

- А бути-богерство как жи? – кот выглянул наружу и взбил лапами воображаемую причёску. – Волоса опять поменяла. Стольки краски извела, а красоты нет.

- Не твоего ума дело! – отмахнулась Матрёша.

Обсуждать с дворовым свой позорный провал не хотелось. Её косметические обзоры совсем не пользовались успехом, собиравшийся в комментариях народ больше развлекался, чем брал с неё пример. Советы по уходу за собой и макияжу неистово хейтили.

- Вон, Варварка наша. Остепениласи. В дому чистота, на кухне есть чем поживитьси. Фёдор-то её ого как раздалси, ты не узнаешь! - дворовый описал лапами изменившиеся размеры Фёдора.

- Ну и дура. – презрительно скривилась Матрёша. – Так и будет под пяткой у мужа торчать. То принеси, это подай. Тощища!

- Эх, Матрёшка. Скучаем мы за тобой. – из потайного кармашка дворовый извлёк маленький холщовый мешочек. – Пыльца вот. Грапа со своего запасу отсыпала. Возвертайси, а?

- Сказано – занята я. Вырисовывается новый формат. – Матрёша с сожалением облизала пальцы. Скудные гостинцы закончились, а она только-только вошла во вкус.

- Это какая такая формата? – не понял дворовый. Пристроив на подоконнике заветный мешочек, ловко скрутил козью ножку и приготовился слушать.

- Буду вести репортажи об аномальном!

- Чегось? – вытаращился на неё кот, но Матрёша досадливо отмахнулась и спросила про кутю.

- Как там моя поживает?

- Живёт. В дому порядок блюдёт. Что ни день - о тебе вспоминает!

- Так уж и вспоминает?

- А то! Без хозяйки в дому тоска. Не можно нам долго быть без хозяев.

- Вот и приехала бы с тобой, помогла разобрать шмотьё.

- Кружения у неё от высоты, - дворовый печально вздохнул. – И дрёмка противу меня нашептала. Кажный вечер у кути торчит, то сплетни у них, то лото.

- Ну и ладно. Сама как-нибудь разгребусь... – Матрёша слегка подтолкнула кота. – Голодный, небось? Хочешь кревеДок?

- Тех маленьких красных козявок? Ну, давай. Если ничего лучше не припасла.

- Балда! Это ж самый деликатес!

Погремев дверцами подвесных шкафчиков, Матрёша достала муку, баночки с перцем и сухим чесноком, пару яиц.

- Передумала? Пожаришь блинки? – заметно оживился дворовый.

- КревеДки тебе в футляре сделаю.

- В футляре?.. – кот в изумлении схватился за щёки. – Гадостю заморскую есть не стану!

- Не дури, футляр - это вкусно.

Из собранных ингредиентов Матрёша быстро приготовила тесто для кляра и ссыпав в него сразу все креветки, принялась перемешивать парой деревянных палочек.

- Ты как иносранцы из телевизира, - дворовый с интересом наблюдал за её манипуляциями. – Грапа давеча что-то смотрела. Кулинарирю ихнюю. Там тожи круветки серые были. Отчего так?

- Потому что свежак. И не круветки это. Креведки! Учись говорить правильно. Не люблю, когда коверкают слова!

Прихватив несколько креветок, Матрёша отправила их в разогретое масло. Раздалось аппетитное шкварчание, кляр золотился на глазах.

Принюхиваясь к поплывшему аромату, дворовый довольно сощурился и принялся травить сплетни про деревенских соседей.

Матрёша хихикала и кивала, произошедшее с клиенткой Анжелы Викторовны временно отошло на второй план.

Сама же белыя и чёрныя ведунья маялась за стенкой. Приложив ухо к стакану, тщетно пыталась подслушать разговор. На площадке находилось всего по две квартиры, примыкающие друг к другу со стороны кухни и санузла.

До Анжелы Викторовны доносились обрывки слов, смех, восклицания. Басовитый голос что-то вещал в упоении, но разобрать о чём идёт речь не получалось. Однако, несмотря на неудачу, Анжела Викторовна поняла главное - жиличка принимала ухажёра!

Следовало немедленно просигнализировать Игнатьевне об этой неслыханной наглости. Пускай выдворяет нахалку!