Приворот на истинность

Стук в дверь повторился, и я поморщилась.

— Иду я, иду! — пробормотала я, спуская ноги с кровати.

Туфли я не нашла и, махнув рукой, пошлёпала к двери босыми ногами. Пол в комнате был на удивление тёплым. Так и не скажешь, что академия находится внутри скалы.

И снова стук. Кому же там не терпится?!

— Да сколько можно! — рявкнула я, распахивая дверь.

О чём тут же пожалела.

За порогом стоял Марсель. Марсель Норфилд собственной персоной. С короткими белоснежными волосами и льдистыми глазами.

— Элис-сон, — прошипел он и оскалился.

Я моргнула. А этот-то что забыл на пороге моей комнаты с утра пораньше? Я его не звала! О чём тут же не постеснялась ему сказать.

— Не звала, значит? — переспросил он с ледяной яростью, и в недавно тёплой комнате словно стало на пару градусов холоднее.

А ещё совершенно иррационально захотелось погладить его по щеке.

Стоп! Да что происходит?!

— Что тебе нужно? — спросила я, отступая на шаг, чтобы увеличить расстояние.

Жаль, этот придурок расценил мой жест совершенно неправильно и шагнул следом. Мягко, бесшумно. И так же бесшумно прикрыл дверь за своей спиной.

— Эй! — возмутилась я. — Я тебя не приглашала! А ну свалил из моей комнаты!

— Ну уж нет, — возразил он с полубезумной улыбкой. — Уйду не раньше, чем ты снимешь с меня эту дрянь.

А в следующую секунду шагнул вперёд и без предупреждения обхватил руками, прижимая меня к себе. Я впечаталась в твёрдую грудь. Лёгкие заполнились морозным запахом ментола. Тело моментально захлестнуло волной счастья. Стало тепло, хорошо, безопасно.

Я на несколько секунд замерла в странном оцепенении, не в силах пошевелиться… А потом до меня дошло!

Я ведь сейчас обнималась не с кем-то там, а с Марселем! Марселем, мать его, Норфилдом! Которого ненавидела всей душой!

И мне это… нравилось?! Да ну, что за бред!

— А ну пусти! — рявкнула я и принялась вырываться. — Пусти, слышишь?! Не то я пожалуюсь куратору…

— Ваш куратор я, — невозмутимо отозвался он.

Да, точно. И тут облом.

— Тогда ректору! Или декану! Родителям твоим напишу! Пусти, слышишь? Сейчас же!

Марсель медленно, словно лениво, отстранился. Взглянул мне в глаза, и я застыла, словно меня заморозили.

— Как же ты меня бесишь, Элисон, — совершенно искренне поделился он. — Ненавижу тебя.

А в следующую секунду он впился в мои губы болезненным поцелуем.