Призрачное расследование

Глава 1

— Беги! Беги!

Это было последнее, что я услышала перед тем, как меня снесла потрёпанная девятка. А ведь я стояла на светофоре, ждала зелёного сигнала.

Сначала было очень больно. А потом стало так легко, что я обнаружила себя над распростёртым под машиной телом. Своим.

Было странно смотреть на себя со стороны. Но я не запаниковала. В голове сами собой возникли совершенно равнодушные мысли:

— Какая глупая смерть… Бедный мой муж. Кто теперь ему будет готовить? Хорошо, что родители не дожили до этого момента. Мама бы не перенесла.

Вокруг творился бедлам. Кто-то кричал: «Куда, зараза?! Ловите его, ловите водителя!» Кто-то плакал и вызывал скорую, а кто-то снимал на телефон. И лишь один человек стоял чуть вдалеке, спокойно наблюдая за происходящим. Мне стало интересно, почему он не пытается помочь или хотя бы поглазеть на меня? Поэтому я подлетела к нему, стараясь заглянуть под капюшон чёрной куртки.

Его лицо я так и не смогла разглядеть, зато увидела, как он набрал чей-то номер и сказал:

— Дело сделано. Переводите вторую половину.

«В смысле дело сделано? Так это не случайность?!»

В следующую секунду на телефон мужчины пришло оповещение: «Перевод 100 000 ₽ от Ольги Г.»

Это что, меня убили да ещё и всего за 200 тысяч?! Меня почему-то это так сильно разозлило, что я закричала:

— Да как вы посмели?! За что?!

Незнакомец меня, конечно, не услышал. Ещё ниже натянув капюшон, он зашагал прочь. Я хотела полететь за ним, но тут меня силой потянуло обратно к телу. Я не могла этому сопротивляться и через мгновение почувствовала дикую боль. Это приехавшая скорая всё-таки запустила моё сердце. Я застонала. Но буквально через пару секунд снова почувствовала, что лечу.

— Не поняла, врачи суетятся, что-то делают, значит я ещё жива. Почему тогда я здесь? — спросила вслух.

— Что-то не дало тебе полностью вернуться обратно в тело. Может, тот дяденька, над которым ты летала? Я видела вас.

Я вздрогнула и оглянулась. Рядом со мной зависла в воздухе девочка лет двенадцати и с интересом наблюдала за действиями врачей.

— Кажется, это называется кома! — протянула она.

— Ты кто? — прохрипела я.

— Люсенька. А ты?

— Вика. А ты что, тоже в коме?

— Не, — весело сообщила девочка, — Меня в том году сбила машина на этом же перекрёстке. Ты знаешь, что в нашем городе он самый опасный?

Я покачала головой.

— Да, тут много кого можно встретить, — неопределённо махнула рукой девочка.

— Люся, а ты не видела, куда пошёл тот дяденька?

— А вон он, за углом стоит, наблюдает. Услышал, как люди стали говорить, что тебя оживили, и вернулся проверить.

Я посмотрела, куда показывает девочка, и рванула к незнакомцу.

— А зачем он тебе? — спросила Люся, которая полетела за мной.

— Похоже меня пытались убить. Хочу выяснить, кто и за что.

— Ух ты, а можно с тобой? А то быть призраком довольно скучно.

Мужчина снова позвонил и коротко бросил:

— Реанимировали... Не нужно так орать. Я всё исправлю.

— Нет, ты посмотри на него, он меня похоже ещё и добить хочет!

— Чем ты ему так не нравишься? — удивилась Люся.

— Я его даже не знаю.

— Но похоже знаешь ту, с кем он разговаривал.

— Ту? — переспросила я.

— Ты разве не слышала, как женщина в трубке визжала?

— Хм…

Я притормозила и задумалась.

— Женщина, говоришь? Знаю, я одну сумасшедшую. Надо проверить. Люсь, а как тут у вас передвигаются на большие расстояния?

— По воздуху, — пожала плечами девочка.

Надо сказать, что летать оказалось даже быстрее, чем ехать. Никаких пробок, светофоров, пешеходов. Где-то через полчаса, пройдя сквозь бетонную стену, мы попали в кабинет к моему мужу. Правда, его там не оказалось. Судя по разговорам сотрудников, он рванул ко мне в больницу.

— Ну что? — спросила Люся, оглядываясь.

— Я видела её всего пару раз. Но она так смотрела на моего Димку, что мне казалось, она готова его украсть, лишь бы он с ней был.

— Как она выглядит?

— Высокая, длинноногая, крашенная в иссиня-чёрный цвет.

Люся нырнула в кабинет с надписью «бэк-офис». А спустя секунду оттуда раздался приглушенный возглас «Ого!».

— Вик, — голова Люси показалась прямо из стены, — Посмотри на это!

В довольно просторном помещении стоял шкаф, тумба и всего один стол, за которым сидела заплаканная взъерошенная женщина и с ненавистью бормотала:

— Сволочь живучая, паразитка, гадина. Он. Должен. Быть. Со мной!

При каждом новом слове она втыкала ножницы в мой портрет, лежащий на столе.

— Н-да, кажется наше расследование подошло к концу, — заявила Люся, а потом с грустью добавила, — Ой, ты таешь…

— Что? — успела удивиться я, а в следующее мгновение почувствовала, как меня опять куда-то тянет.

— Родная моя, я здесь, слышишь меня? — голос мужа дрожал.

Я чуть приоткрыла глаза.

— Ты попала в аварию, помнишь? Моргнула.

— Водитель сбежал, а машина оказалась угнанной, — затараторил Дима, сжимая мою ладонь, — Господи, я думал, потерял тебя. Держись милая, слышишь?

— Бэк-офис, — прошелестела я.

— Что?!

— Бэк-офис…

— Не понимаю.

— Бэк-офис.

— Господи, врачи же сказали, что мозг не пострадал, — в панике прошептал муж, а я попыталась выдавить из себя что-то более связное.

— Коллега... Бэк-офис… Убить...

Дима вскочил и уставился на меня, а потом рванул из палаты.

— Игорь Сергеевич, подождите! — донёсся до меня его голос из коридора, — Я кое-что вспомнил. Вы не могли бы проверить мою коллегу Гуляеву Ольгу? Она, как бы это сказать, проходу мне не даёт, вешается на меня. Вдруг она причастна как-то?

— Назовите адрес конторы, прямо сейчас и проверим.

Услышав это, я улыбнулась и отключилась.

— Вернулась всё-таки? — спросила Люся с грустной улыбкой.

Глава 2

Я слышала, как муж в панике зовёт врачей, как пищат какие-то датчики, и видела, как поджав губы, уходит сотрудник полиции. Но не могла обернуться и посмотреть на себя.

— Теперь всё, да? — мой голос дрогнул.

— Погостим, увидим, — улыбнулась Люся.

— Почему погостим?

— От английского Ghost — приведение. Не знаешь?

— А-а, вот ты выдумщица! Английский любишь?

— Угу, — Люся протянула мне призрачную ладошку, — Полетели за следователем? Хочу посмотреть, как ту истеричку арестуют. Жуть как интересно!

Мы вылетели в коридор, но я тут же резко затормозила.

— Ты чего? — удивилась Люся.

А я не могла ответить, наблюдая за тем, как мой любимый Димка закрывает лицо руками и сползает по стенке. Приблизившись, обняла его, погладила по голове, но он, конечно, не почувствовал моих прикосновений. Что-то бессвязно бормотал и даже всхлипывал, а я ничего не могла сделать.

— Это самое тяжёлое, — рядом вздохнула Люся, — Мои родители до сих пор убиваются, а я никак не могу им сказать, что у меня всё хорошо.

— Часто у них бываешь? — спросила я, пытаясь проглотить ком, что застрял в горле.

— Сначала каждый день летала. Всё пыталась как-то связаться, показать, что рядом. Да, не могу поболтать с ними, моих поцелуев они не ощущают, но все равно рядом! Хотела попросить их так не плакать. Но всё оказалось бесполезно. А смотреть, — она кивнула на Диму, — тяжело.

— Мне кажется, что здесь эмоции по-другому воспринимаются. Я как будто в плотном тумане, который мне не даёт сильно расстраиваться. То есть мне его жалко, конечно. И себя. Но в тоже время как-то вяло что ли?..

Люся кивнула:

— Так и есть. Поэтому с каждым новым днём становится всё непонятнее, чего они так горюют.

Я ещё раз посмотрела на Димку, который сидел на полу около моей палаты, сжав голову, и вздохнула:

— Ладно, летим.

Мы догнали следователя, когда тот садился в машину. На этот раз решили проехаться. Тем более было что послушать.

Воткнув мобильник в держатель для телефона, он набрал чей-то номер и включил громкую связь.

— Игорь Сергеич, ну что там?

— Мутная история, Андрюха, — вздохнул наш следователь, — Такое чувство, что не случайность это, на девушку специально наехали.

— Почему?

— Ну сам посуди: машина угнана, водитель сразу сбежал. Потерпевшая стояла позади. Не у самой дороги. Перед ней было четыре человека, и они находились ближе к переходу. То есть если бы, допустим, водила не справился с управлением, он бы влетел сначала в толпу, а он чётко в девушку въехал. Понимаешь меня?

— Вроде да, — промямлил Андрей.

— Что-то ещё мне странным кажется, пока не могу мысль поймать, — следователь вздохнул, — В общем, сейчас еду в офис мужа. Он попросил проверить одну его коллегу. Посмотри пока, что у нас есть на Гуляеву Ольгу? Блин, отчество не уточнил. Но, может, сам найдёшь. Работает в компании «Довольный слон».

В трубке хмыкнули:

— Прикольное название, а чем фирма занимается?

— Да кто её знает, кажется что-то с логистикой связано. Я больше про пострадавшую выяснял.

— А с ней что?

— Косухина Виктория Владимировна, 31 год. Детей нет. Работает администратором в ресторане «Над пропастью пожри»...

Андрюха хохотнул:

— Серьёзно?!

— Всё забываю, что ты у нас в городе новенький. Неужели не слышал ещё?

— Не-а.

— Чем ты только в свободное время занимаешься, Зотов?

— Ну как сказать, — начал было Андрей, но начальник его перебил.

— Ладно, не важно. Короче, Косухина как раз на работу шла, сегодня у неё смена с четырёх часов. Муж говорит, всегда пешком ходила. Ей минут двадцать от дома. Выходила заранее. Запиши адреса и проверь, есть ли там камеры. Может пострадавшая попала на них. Фотку отправлю.

— Окей. Значит Гуляева из Довольного слона и Косухина из «Над пропастью пожри», — Андрей снова хохотнул, а я зашептала Люсе:

— И ничего смешного. Директор у нас просто чересчур креативный, решил, что таким названием точно привлечёт внимание.

Люся пожала плечами, разглядывая в окошко город, который мягко накрывали сумерки.

— Добрый день, моя фамилия Миронов, — Игорь Сергеевич козырнул корочками перед охранником и девушкой на ресепшн, — Мне бы поговорить с Гуляевой Ольгой, не подскажете, где сидит?

— Второй этаж, третья дверь налево. А что случилось?

— Пока ничего, хочу просто пообщаться. И не звоните ей, — твёрдо сказал следователь и внимательно посмотрел на секретаршу, — Не надо предупреждать.

— Ой, — прошептала та и убрала руку от телефона.

Мы с Люсей по пятам шли за Мироновым.

— Как в фильме, да? — восхищенно вздохнула девочка. Я в ответ скривилась. Вот уж не тот жанр, в котором бы я хотела очутиться.

Когда мы вышли из лифта, Люся полетела вперёд, уже зная, где сидит Ольга. Довольная проникла внутрь, но через секунду выскочила обратно.

— Вика, ты не поверишь!

— Что?!

Глава 3

Люся не успела ничего сказать, потому что Миронов, бодро стукнув костяшками пальцев по двери, сразу же распахнул её.

— Гуляева Ольга?

— Да. А вы кто? — ответила брюнетка, а я глянув на неё, потеряла дар речи.

Сколько прошло времени с тех пор как мы с Люсенькой её видели? Час? Кажется, даже меньше. Но в кабинете был идеальный порядок. А вместо заплаканной растрёпанной истерички, которая протыкала мой портрет ножницами, за столом сидела собранная обворожительная красотка. Глаза идеально подведены, никакого намёка на размазанную тушь или потёкший тональник. Вместо гнезда на голове аккуратный конский хвост. Она с интересом разглядывала незнакомого ей мужчину и даже накручивала локон чёрных волос на палец.

— Обалдеть, — вырвалось у меня, — когда она успела?

— Гарри Поттер постарался, как говорит моя мама, — хмыкнула Люся и прижала палец к губам, кивнув на следователя. Пока мы болтали он, разглядывая кабинет, неторопливо дошёл до стола Ольги,

— Миронов Игорь Сергеевич, следователь.

— Ого, неожиданно! Чем могу помочь?

— Вы наверно уже слышали, что произошло с женой Дмитрия Косухина?

— Конечно! Ужасное горе, — страдальчески произнесла Ольга, — Только причем здесь я?

— Можно? — Игорь указал на стул рядом со столом и, дождавшись кивка, присел. А мы с Люсенькой пристроились на шкаф, откуда открывался удобный обзор, — Мы просто общаемся с коллегами и друзьями Дмитрия, чтобы понять, не причастен ли он к случившемуся?

— Не поняла? Как он может быть причастен? Он же на работе был!

— Ну знаете, найти дурачка, который сможет сделать всю грязную работу за тебя, не сложно.

— Пф, ну нет, не думаю. Дима любил… как её там, Зина, кажется?

Игорь Сергеевич внимательно разглядывал Ольгу и следил за её реакцией. От него не ускользнуло «любил» вместо «любит», но в целом пока Гуляева держалась идеально и ничем не выдавала своего особенного отношения в Косухину.

— Потерпевшую зовут Виктория. Вы не были знакомы?

Ольга грустно улыбнулась:

— Виделись пару раз, когда она забегала к Диму… к Диме.

— А что можете сказать о самом Косухине?

Оля сцепила руки под подбородком, улыбнулась и пожала плечами:

— Приятный. Ответственный. Упрямый. Даже не знаю, что ещё. Мы с ним общались исключительно по работе.

— А вам бы хотелось большего?

Гуляева на миг отвернулась, поправила и без того идеальный хвост, а потом с вызовом посмотрела на Миронова.

— Думаете, я страдаю от недостатка мужского внимания? — она приподняла идеальную бровь.

— Ну что вы, конечно, нет, — Игорь Сергеевич сделал вид, что смутился, а потом не отводя от Ольги взгляда проговорил, — Просто, знаете есть такие женщины, которые… Как бы это сказать?..

Миронов защёлкал пальцами, подбирая слова.

— Не-по-рядочные, — подсказала Люсенька, — Бабуленька моя так говорила.

— Падлюки и паразитки, — хмыкнула Виктория.

— В общем, они не принимают отказа,— наконец продолжил следователь, — Не могут понять и простить, что их отвергли. И всеми силами пытаются всё-таки завоевать мужчину.

Ольга вдруг рассмеялась, но как-то неестественно, что не ускользнуло от следователя.

— Да зачем мне женатик, какой от него толк-то?

— А вы кстати в браке?

— Разведена.

— А что так?

— А какое это имеет отношение к Зинаиде? — огрызнулась Ольга.

— Виктории, но вы правы, никакого.

Тут у него зазвонил мобильник. Он посмотрел на экран, бросил Оле «Сорри» и, отойдя в другой конец кабинета, поднял трубку:

— Говори, Андрей.

Как только следователь отвернулся, Ольга заглянула под стол и ногой задвинула мусорную корзину в дальний угол.

— Что у неё там? — мы с Люсей переглянулись и бросились вниз.

— Во сколько это было? — донёсся голос следователя, пока мы с интересом разглядывали содержимое мусорки. Оказывается, любительница чужих мужей не все следы успела скрыть — в корзине лежал разорванный и продырявленный портрет. Мой.

— Надо опрокинуть мусорку! — сказала я.

— Не получится, — покачала головой Люсенька и попыталась её толкнуть, но рука прошла сквозь неё.

— Интере-е-есно, — протянул Миронов в трубку, — Правда, ничего не доказывает. По крайне мере пока. Понял тебя. Выясни, кто получатель. Где могли пересекаться и всё такое.

Он отключился и вернулся к столу.

— Ольга, спасибо большое за содействие следствию. Вот моя визитка, если вдруг что вспомните...

— Он сейчас уйдёт! — в панике прошептала Люся.

— Я в фильме одном видела. Надо сконцентрироваться! И тогда получится сдвинуть предмет, — я напряглась, пытаясь почувствовать свою ладонь и прижала её к корзине, но она снова прошла мимо. Люся повторила за мной, но всё было бестолку.

А Миронов тем временем попрощался с Ольгой и уже выходил из кабинета.

— Люся, лети за ним, попробуй вернуть, ну или просто посмотри, что делать будет. А я прослежу, куда эта… непорядочная женщина мусор денет.

Моя подружка кивнула и вылетела за следователем.

Как только дверь за Мироновым закрылась, Ольга тут же переменилась в лице. Превратилась из уравновешенной красотки в фурию. Рот скривился в злобном оскале, руки нервно затряслись, а в глазах появился какой-то бешеный огонёк.

— Господи, как она это делает? — не удержалась от восклицания я.

Гуляева бросилась под стол и вытащила из корзины пакет с мусором.

— Это надо сжечь. Сжечь. Сжечь, — лихорадочно бормотала она. — Только где? Как?

На столе вдруг завибрировал мобильник и бахнув пакет на стол, Ольга схватила трубку.

— Ну что? Всё?

Я вплотную подлетела к ней, чтобы услышать ответ собеседника.

— Нет, пока не могу. Перевели в реанимацию, никого не пускают.

— Чёрт, чёрт, чёрт! Придумай что-нибудь! Или вернёшь все деньги! — закричала женщина и швырнула трубку.

«Да у неё с головой не в порядке. Тут лечиться надо.» — подумала я, с удивлением наблюдая, как Ольга бьётся в беззвучных рыданиях. Она уселась прямо на пол, прижавшись спиной к стене, и какое-то время всхлипывала и что-то злобно бормотала. Я же от нечего делать пыталась столкнуть ручку на её столе, вспоминая как герой Патрика Суэйзи в фильме двигал монетку.

— Ну порыдали и хватит, — неожиданно совсем рядом раздался спокойный голос Ольги. От неожиданности я вздрогнула, ткнула ручку, и та покатилась!

— Значит, это всё-таки возможно! — радостно воскликнула я, и в этот момент в кабинет влетела Люся.

— Вика, он идёт, идёт!

В дверь опять постучали и тут же её раскрыли. Миронов застал Ольгу в расплох. Та успела только успокоиться, а вот заветный пакет так и стоял на столе.

— Ольга… извините, так и не спросил вашего отчества, — начал Игорь Сергеевич, но запнулся, — У вас всё нормально? Вы как будто плакали?

— Такое горе у коллеги, вот что-то не сдержалась, — чуть нервно улыбнулась Гуляева, — Вы что-то забыли?

Она покосилась на мусорный пакет, и Игорь Сергеевич проследил за её взглядом.

— Убираетесь? — он приподнял брови.

— Да вот, — замямлила Ольга, — что-то много набралось…

Пока они болтали я подозвала Люсю.

— У меня получилось сдвинуть ручку!

— Как? — удивилась девочка.

— Не знаю. От неожиданности. Я испугалась и ткнула, она и покатилась. И мне вот какая мысль пришла в голову, — я подлетела ближе к пакету, не слушая о чём разговаривают Ольга с Мироновым, — Мы с тобой в машину забрались, даже не подумав, что можем, так сказать, провалиться сквозь неё.

— Да, — задумчиво сказала Люся.

— И на шкаф сели. Просто сели и сидели. Неосознанно.

Люсенька серьёзно кивнула:

— Да, к чему ты ведешь, не пойму?

— Не знаю, как лучше объяснить. В общем, мы не должны с тобой думать, что у нас ничего не получится. Не должны зацикливаться на том, что мы привидения, призраки, души. Или кто там ещё. Понимаешь?

Люся неуверенно кивнула.

— Поэтому я просто возьму и столкну этот пакет, — уверенно сказала я и не глядя махнула рукой.

В тот же миг он полетел со стола, рассыпая по полу мой искромсанный портрет.

От неожиданности Ольга и Игорь вздрогнули, и посмотрели на пол.

— Хм, это что? — спросил Миронов, присаживаясь, и как пазл собирая разорванные куски, — Это же Виктория Косухина…

Он поднял удивлённый взгляд на Ольгу, а она вдруг схватила со стола ежедневник, швырнула в следователя и бросилась к двери. Игорь Сергеевич её догнал и слегка вывернул руку. Гуляева взвизгнула и начала истерически орать:

— Это он! Он меня довёл! Если бы он просто обратил на меня внимание, если бы забыл про свою жену, ничего бы не случилось!

— Госпожа Гуляева, вы задержаны по подозрению в нападении на Викторию Косухину! — Миронов достал наручники, ловко надел их и вытолкнул извивающуюся дамочку в коридор.

Глава 4

— Вот это да! — радостно кричала Люсенька, — Круче, чем в папиных сериалах. Чего ты встала? Пошли за ними!

— Что-то мне не хорошо, — сказала я. Ощущения были странными. Как будто я сильно сильно устала и мне срочно нужно прилечь.

Люся внимательно на меня посмотрела, схватила за руку и куда-то потащила.

— Вот ложись, — она указала на большой кожаный диван, который стоял чуть дальше по коридору.

— Откуда ты знаешь… — слабо спросила я.

— Ты не первая, кого я тут встречаю. Видимо прямо сейчас что-то решается с твоим телом. Либо за тобой скоро придут, либо вернёшься обратно.

— Кто придет?

— Ну кто, кто… Ангелы.

— А за тобой тоже приходили?

— А как же, только я тогда не ушла. Испугалась, Не понимала, что происходит, да и не привыкла куда-то без ведома родителей уходить,— Люся улыбнулась и уселась на спинку дивана. — А теперь больше не приходят. Но я и не спешу, мне здесь нравится,

— Расскажи мне о себе, Люсенька. Чем ты занималась? Какую музыку любила, какие такие сериалы смотрел твой папа?

— Вот ты чудо! А узнать подробности про того, кого Ольга наняла не хочешь?

— А ты разве знаешь?!

— Конечно! Игорь Сергеич успел всё выяснить. Слушай.

Оказалось, что спустившись вниз, следователь решил поговорить с девушкой на ресепшн. И попал в самое яблочко. Катенька была главной сплетницей фирмы и знала всё. Она-то и рассказала Миронову, что Ольга действительно не давала проходу Диме, постоянно поджидала его в конце рабочего дня, строила глазки, кофе носила, напрашивалась на обед. Сама же отбивалась от внимания второго охранника, Федора Крысикова. Когда Игорь Сергеевич услышал это имя, он присвистнул и спросил, не знает ли Катя, за что Гуляева могла отправить тому двести тысяч, может Крысиков ей что-то продал? Катенька сказала, что продавать ему нечего — живёт с мамой, платит алименты бывшей жене. Да ещё и кредитов куча.

Но самое интересное случилось дней пять назад. Катя отходила с ресепшн, а когда вернулась, Гуляева уже сидела на диванчике и как всегда поджидала Диму. Она что-то листала в телефоне, поэтому не заметила Катиного прихода, и видимо поэтому, увидев Диму громко сказала:

— Ну что сегодня опять к своей мымре побежишь?

— Оля, прекрати оскорблять мою жену, — ответил тот.

— Я не оскорбляю, а констатирую факт! Поехали ко мне, Димуля, ну хватит уже выпендриваться!

И тут Дима, обычно спокойный взорвался:

— Да как же ты не поймешь, Гуляева? Я не буду с тобой, даже если разведусь, ясно тебе?

Она в ответ рассмеялась, подошла к нему и сказала:

— Ты просто не знаешь от чего отказываешься, милый.

— Мне и знать не надо.

Дима хотел уже выйти, но она схватила его за руку. Тогда он оттолкнул её, она плюхнулась обратно на диванчик и прошипела:

— Ты пожалеешь ещё, Димуля!

— Ну вот, а потом Миронов всё-таки хотел уйти, но тут я ему как на ухо закричу: «Стой! Вернись!» Он замер, развернулся и пошёл наверх, — весело щебетала Люсенька.

— Какая ты молодец! — прошептала я, — Значит это охранник… Странно, что я его не узнала, хотя я так и не смогла разглядеть лица. Ну и ладно. Пусть их всех арестуют.

— Да! Только не забывай, что нужно ещё водителя найти, который на тебя наехал.

— Найдут, — слабо махнула я,

— А знаешь, что я придумала? — спросила она подбоченясь, — Буду Игорь Сергеичу в расследования помогать!

— Как?

— Пока не знаю, но что-нибудь придумаю, — улыбнулась она.

— Верю, ты обязательно придумаешь. А теперь расскажи мне о себе.

Пока мы болтали, Люся училась двигать предметы. И каждый раз, когда у неё это получалось, она радостно хлопала в ладоши. Не знаю, сколько прошло времени, но самого главного я так и не спросила у Люси. Правда поняла это, только когда очнулась в палате.

***

— Виктория Владимировна, как себя чувствуете?

— Спасибо, Игорь Сергеевич, вполне сносно, — прошептала я, пытаясь улыбнуться следователю.

— О, Дмитрий вам уже рассказал, кто я.

— Не совсем… Так что, всех поймали?

— Почти. Гуляева и Крысиков арестованы. И удалось выяснить, кто сидел за рулем девятки. Им оказался племянник Крысикова, который уже неоднократно привлекался к административной ответственности. А теперь вот и к уголовной привлечем. Его пока не нашли, но это дело времени, не переживайте.

— А я и не переживаю, — я потеребила покрывало, решаясь, вздохнула и всё-таки сказала, — Игорь Сергеевич, у меня одна просьба.

— Какая?

— У вас же есть доступ к информации о погибших на том перекрестке?

Следователь нахмурился и посмотрел на меня.

— Если надо найду, а что такое?

— Мне нужна фамилия и адрес девочки, которую сбили там год назад. Знаю только, что её зовут Люсенька, ей было двенадцать лет.

— Зачем вам это? — приподнял брови Миронов и присел на край кровати, — И откуда про неё знаете?

— Если расскажу, не поверите. Муж вон до сих пор в шоке, психиатра мне ищет, — я хмыкнула и поморщилась от боли в переломанных рёбрах.

— И всё-таки…

Вздохнула, откинулась на подушку и ненадолго замолчала, не зная с чего начать. А потом…

— Помните мусорный пакет, который вдруг упал со стола Гуляевой?

Следователь открыл рот от удивления.

— Откуда вы знаете?

— Я была там, — просто сказала я, — Я и Люсенька. А то что ваш помощник Андрюха никогда не бывал в ресторане «Над пропастью пожри» поправимо. Вот я выйду из больницы и обязательно приходите. Я вам лучший столик оставлю и скидку сделаю.

Игорь Сергеевич пораженно молчал, а я продолжала:

— Кстати, хотела спросить. Вы собирались уже уходить из офиса после разговора с Катенькой, но вдруг остановились. Вы ведь что-то услышали? Два слова, да?

Брови следователя снова поползли вверх, он как-то замялся, но в итоге ответил:

— Не то чтобы услышал. Просто, как будто вдруг в голове зазвучало: «стой, вернись».

Я улыбнулась.

— Но как? — только и проговорил Игорь Сергеевич.

Я пожала плечами и всё ему честно рассказала.

— Люсенька, если ты здесь, покажись нам.

На тумбочке поехала моя кружка с чаем.

— Кстати, у вас теперь есть ещё один помощник. Будет вам в расследованиях помогать. Да, Люсь?

Телефон, который крутил в руках следователь, выпал мне на кровать.

Глава 5

Людмила Евгеньевна Крохина проживала совсем недалеко от рокового перекрёстка. В тот день она бежала на английский, а водитель был настолько пьян, что просто не заметил девочку.

Как только меня выписали из больницы, я уговорила мужа сходить к родителям Люси. Он меня всячески отговаривал, говорил, что они не поверят, а в худшем случае куда-нибудь заявят. Но я была непреклонна.

Из подъезда кто-то как раз выходил, поэтому мы сразу поднялись на третий этаж и позвонили. Дверь через минуту открылась. На пороге стояла женщина с тусклым безразличным взглядом. Она куталась в большую выцветшую шаль и ёжилась, несмотря на тёплый вечер.

— Вам кого?

— Здравствуйте, меня зовут Вика, мне очень нужно с вами поговорить о Люсеньке.

Женщина распахнула глаза и непонимающе уставилась на меня:

— Что?

— Лен, кто там? — из глубины квартиры раздался мужской голос.

— Я не знаю, им что-то нужно узнать о Люсе, — растерянно сказала она.

Дверь распахнулась шире. Мужчина, сдвинув брови, окинул нас с Димой вопросительным взглядом.

— Что вам нужно?

Я вздохнула и затараторила, боясь, что они не дослушают или захлопнут дверь:

— Знаю, вы не поверите, но я видела Люсю. Недавно меня сбила машина на том перекрестке, я была в коме. А моя душа гуляла, и я видела вашу дочь, мы с ней вместе искали того, кто виноват в наезде на меня.

— Девушка, как вам не стыдно! У нас горе, а вы…

— Люся любит английский язык. Елен, вы говорите «Гарри Поттер постарался», а вы, Евгений, — он попытался закрыть дверь, но его остановила мама Люси, — часто смотрите детективы и старые фильмы. Ваш любимый «Место встречи изменить нельзя». Люся обожала там героя Садальского, и потом тоже долго шепелявила, передразнивая его.

Я выпалила это всё на одном дыхании и уставилась на родителей девочки.

— Проходите, — осипшим голосом сказал отец, и пропустил нас в квартиру.

Мы пили вкусный душистый чай. Лена вытирала слёзы, пока я рассказывала про наши приключения и решение Люси помогать следователю. А Евгений неотрывно смотрел в окно, и крутил в руках чашку. Наконец, я перешла к самому важному, тому ради чего пришла.

— Вы мне верите?

Лена кивнула, а Евгений вздохнул:

— В это тяжело не поверить, вы столько всего знаете о нашей дочери. А ведь вы точно не из её окружения.

— У меня есть просьба. Точнее это желание Люси.

— Говорите.

— Знаете, там, в том призрачном состоянии притупляются эмоции. Тебе легко, хорошо, вокруг интересно. И когда ты видишь своих родных, которые убиваются — это тяжело. А со временем становится и непонятно. Зачем? Почему они так горюют, если у тебя всё хорошо.

Лена с Евгением смотрели на меня во все глаза.

— Люся сначала постоянно у вас бывала, но потом стала заходить всё реже и реже. Ей не хочется видеть, как её любимые постоянно плачут, отказываются жить дальше, лелеют своё горе. Понимаете? Люсенька, думаю ты здесь, покажи нам, что я не выдумываю.

Конфета, которую так и не развернула мама девочки, медленно поехала по столу в мою сторону.

— Люсенька, у тебя же всё хорошо, правда?

Конфета нарисовала на столе галочку.

— Люсенька, тебе нравится, что твои родители горюют о тебе?

Конфета нарисовала крест.

— Господи, дочка, ты правда здесь? Это не фокусы? — срывающимся голосом спросил Евгений.

Снова галочка.

Мы с Димой тихо вышли и квартиры, пока родители заваливали свою призрачную дочь вопросами.