Призрак Земли

1.

– Капитан! Капитан Шахов!

Алексей Шахов, капитан космического корабля Земли «Снежный барс», обернулся. По коридору к нему бежал человек с алыми нашивками медицинской службы на рукаве. Человек был молод, тяжело дышал и смахивал с лица пот.

– Виктор Нимов? – на память Шахов не жаловался, и за три месяца своего капитанства успел запомнить почти весь экипаж, однако он даже представить не мог, что могло понадобиться служащему из медподразделения от него в 23.40 по корабельному времени, и что не могло потерпеть до утра.

– Капитан! Я… извините… – Нимов остановился, отдышался и продолжил: – Капитан Шахов, э… не могли бы вы разрешить мне спуститься на планету? Завтра предпоследний день, и мне очень нужно побывать там. Капитан, мне, правда, очень, очень нужно, пожалуйста!

Просьба была необычной. «Снежный барс» находился на стационарной орбите около Мирты II, планеты с прекрасным климатом и дружелюбным населением. Они ждали делегацию с Регула, чтобы доставить ее на Землю, где через шесть дней начиналась грандиозная научная конференция.

Ну а потом, об этом Алексей думал с радостным предвкушением, «Снежный барс» должен получить полетный план и отправиться в дальний поиск.

На Мирте II была сотня мест для увеселений. Шахов сам неплохо провел внизу пару дней и не сомневался, что почти все желающие получили увольнительные. Если же такого не произошло, то…

– За увольнительной вы должны обратиться к вашему непосредственному руководителю. Думаю, что Аллан Росс…

– Он отказал! – выкрикнул Нимов, и в глазах его заметалось отчаяние. – Отказал! Пару дней назад я сделал ошибку… всего лишь небрежность! Никто не пострадал, но это мое наказание! Но мне очень нужно побывать внизу, я…

Он замолчал, увидев, как нахмурилось лицо капитана.

– Простите. Я понимаю, что нельзя вот так, через голову, просить об исключении, но если бы вы знали…

– Ну, так расскажите. Что там есть такое на планете без чего вам никак не обойтись?

Щеки медика посерели, он глянул затравленно, потом с усилием взял себя в руки.

– Ничего. Извините.

Шахов продолжал смотреть на молодого человека, пытаясь понять, что происходит. Наверняка ему действительно до смерти хочется вниз, но сказать почему – он не желает. Если бы не запрет Росса, Шахов и не подумал бы допытываться о причинах, каждый имеет право прогуляться под местным солнцем, но если отменять решение руководителя отдела, то нужно вникнуть в ситуацию.

– Это что-то личное? – спросил Шахов наобум. – Встреча?

– Нет, капитан.

– Если вы не сообщите мне вескую причину, то я ничем не смогу помочь, – сказал Шахов.

– Понимаю. Простите. Я могу идти?

Шахов отступил в сторону и Виктор Нимов прошел мимо него. Шахов посмотрел вслед, на его ссутулившуюся спину. Молодой человек потряс головой, как если бы он разговаривал сам с собой, потом заехал ладонью в переборку, что-то пробурчал и продолжил путь.

Шахов направился в свою каюту, размышляя о просьбе.

Что же такое парень сделал, если главный врач корабля, Аллан Росс, запретил ему прогулку? Шахов знал Росса почти год, более того, – они дружили. И Алексей знал, что его приятель никогда не был сторонником жестких мер. Видимо, этот парень изрядно напортачил.

Приняв душ, Алексей на миг застыл посреди каюты – давно хотелось выспаться, как следует и пока корабль на стационарной орбите, а никаких неожиданностей не предвидится, самое время сделать это. Но он помнил, сколько файлов он еще не просмотрел, как же, забудешь тут, когда твоя электронная секретарша, о, совершенно ненавязчиво, всего раза три или четыре в день, напоминает об этом.

Мерцающая голограмма возникла в воздухе, среагировав на его присутствие. В руках девушки был падд, она протянула его Алексею и улыбнулась.

Нет, не призывно, но с надеждой на то, что капитан возьмет падд и займется решением накопившихся дел.

Завалиться спать или посмотреть документы?

«Гляну быстро, – решил Алексей, – но только самое важное».

Самое важное уже было заботливо отобрано секретаршей. И от такой заботливости хотелось удавиться.

Отчеты отделов (аварий нет, уже радость), новые инструкции по контактам (действительно, стоит прочитать, сколько-сколько листов? Семьсот? Они что, издеваются?), комментарии двух правоведов к типовому уставу корабля (это лишнее, но положения устава надо бы освежить в памяти, интересно, за что можно запретить увольнительную на берег?), запросы на поставку оборудования и материалов (перешлем снабженцу), новый способ разгона при субсветовой скорости (это – главному инженеру). И четыре рапорта о переводах.

Спать расхотелось.

Почему? Если причина личная – это одно. Или кто-то не хочет служить именно под его началом? Этого в рапорте на перевод не напишут, а знать нужно…

Алексей откинулся в кресле, заложил руки за голову.

Что ж, этого следовало ожидать. Его назначили капитаном «Снежного барса» после событий на Диморре. И он до сих пор не знал – было ли это назначение признанием его способностей или благодарностью за то, что он сделал, исполняя обязанности капитана «Коперника», после гибели капитана Френка Даля и его первого офицера.

***

…Космический корабль Земли «Коперник» прибыл к Диморре, планете с азотно-кислородной атмосферой, отличным мягким климатом и богатейшими ресурсами с целью установить контакт с местным населением, уровень развития которого находился в районе земного верхнего палеолита. «Коперник» намеревался выяснить, возможна ли частичная колонизация планеты.

Шахов занимал должность второго помощника капитана, которая, по сути, заключалась в помощи не столько капитану, сколько его опытному первому офицеру Сергею Пехову, мужчине суровому и немногословному, гонявшего Шахова нещадно.

Контакт с жителями Диморры окончился полной и, главное, неожиданной катастрофой. Десять дней они общались с местным населением, знакомились с языком и зачатками культуры, наладили обмен товарами, приняли участие в охоте на быкоподобных копытных, а на одиннадцатый день местные напали на лагерь землян.

Алексей в любой момент мог вернуться в то недоброе утро. Горящие палатки, люди, гибнущие под ударами копий и дротиков, дикие крики, тени дикарей, мечущиеся среди деревьев…

Восемь человек, в том числе Сергей Пехов, погибли в первые минуты нападения и за командира на планете остался Алексей. Ему удалось вывести из лагеря семерых и организовать эвакуацию.

Но это было только начало, так как двадцать семь землян, вся группа высадки, остались в плену у местных.

***

… Алексей потряс головой.

Не время предаваться воспоминаниям! Все уже было сотню раз описано, проговорено, обсуждено со всех возможных сторон. Действия Алексея Шахова были признаны достойными награды и ему предложили выбор - должность первого помощника капитана на «Гильерммо», великолепном новом исследовательском судне, с командой из трех тысяч человек или должность капитана «Снежного барса».

Шахов без колебаний выбрал «Снежный барс».

Это был корабль, предназначенный для дальнего поиска, с командой в сто двадцать человек, далеко не новый, однако не какой-нибудь дряхлый рудовоз, на командование которым Шахов только и мог бы претендовать, с учетом своих двадцати пяти лет и трехлетнего опыта службы.

В себе Алексей не сомневался, он был готов отвечать за все, что происходит на корабле, вести за собой людей, но его затопила корабельная рутина, с ее бесконечным потоком документов – указаниями, жалобами, запросами, отчетами. Алексей чувствовал себя не бравым капитаном, исследователем неизвестных человечеству миров, а замшелым бюрократом. И еще эти рапорты на перевод.

Он поговорит с каждым. Обязательно.

Вот, например, главный инженер Семен Кузнецов: пятьдесят четыре года, стаж тридцать два. Что его не устраивает? Неужели дело в возрасте капитана?

Но у них на борту, и на хороших должностях, есть и более молодые члены экипажа! А эрлианец так и вовсе почти ребенок!

Мигнул значок нового входящего сообщения. Сообщение от Адмиралтейского комитета Земли.

Высший приоритет. Только для старших офицеров.

Алексей ввел код.

Вот это и есть его работа, чтобы там его секретарша (она же ноль целых три сотых мощности корабельного искина) о себе не думала.

Шахов открыл сообщение.

Прочитал.

На физиономии молодого человека появилось редкое для него выражение – растерянность.

Следом пришли еще два сообщения.

2.

Вот и она, третья палуба, каюта 319. Виктор Нимов заколотил по входной двери, не особо переживая о шуме, разносящемся по коридору.

– С ума сошел? – хозяин комнаты, высокий, худощавый мужчина лет сорока, отступил в сторону, позволяя Виктору заскочить в каюту.

– Пожалуйста, пожалуйста, пожалуйста!!!! Я не могу больше ждать!

– Да что ты говоришь? Ты же вчера послал меня… куда? Дай-ка я вспомню. Это было очень далекое место…

Нимов бухнулся перед хозяином каюты на колени и взвыл:

– Ради бога! Федор! Ты же знаешь, что время вышло!!!

Тот, кого назвали Федором, поморщился. Все получилось намного проще, чем планировалось. Его оптовик не солгал, Звездная пыль она же Джей-ки или Серый крокодил – заставит любого молить о новой дозе.

Любопытство, скука, депрессия. Стоит попробовать лишь раз.

Отличная вещь для налаживания цепочки продаж, во главе которой будет стоять он, Федор Серов. Но только не на звездолете, слишком высок риск со здешним постоянным медицинским контролем. Вот на славной зеленой планетке, что внизу, райские условия. Наладить производство препарата, имея матрицы корабельных синтезаторов, плевое дело, и именно с этим Виктор и должен был ему помочь. Не с продажами, с матрицами…

Федор носил форму отдела службы безопасности и был не особо силен в устройстве синтезаторов, так, только основы, но собрать прибор, имея основные его части и стандартные схемы настройки к ним, ему вполне по силам. Как-никак, за плечами три года Звездной Академии, пусть и было это пятнадцать лет назад.

Если бы все прошло как задумывалось, Мирта II стала бы счастливой планетой, настолько счастливой, насколько позволяет Серый крокодил. А это очень-очень высокий уровень счастья.

– Я принесу все, что попросишь, клянусь!

– Я просил, – отозвался Серов. – День назад. Знаешь поговорку о том, что давать надо, когда просят? Встань! Ну!

Нимов помотал головой.

– Прошу, Федя, ну зачем ты так… Я думал… думал пойти в увольнительную и купить там, но…

– Где там, дурачок? На Мирте? Откуда у них это? Звездная пыль – эксклюзивный товар. Можно сказать, элитный. Ха! Только для членов космических кораблей. По крайней мере, пока.

Серов стоял, прислушиваясь к звукам, которые издавал Виктор. Звуки походили на рыдания.

– Ну что ж, ради нашей дружбы… одна доза. Ты знаешь, хватит на месяц, но за нее ты…

– Да, да! Все, что угодно! Я сделаю это. Принесу. Сегодня же! То, что тебе нужно!

– Вчера этого бы хватило, но теперь мне нужно кое-что еще! – сказал Серов.

Нимов поднял голову. В глазах его отразилась смесь вины и ненависти.

– Видишь ли… – пояснил Серов, – моя увольнительная была вчера, и я хотел остаться на Мирте II, уже все было готово, а ты, ты сорвал мне все дело, отказав в такой малости…

– У меня нет личного синтезатора в каюте! – взвыл Нимов. – Да и тот я не мог бы разобрать, чтобы не переполошилась инженерная…

– Ты хочешь, чтобы я передумал?

– Нет! Я объясняю, почему вчера…

– И что изменилось со вчерашнего дня?

– Пожалуйста, Федя… пожалуйста… дай мне это…

Серов достал из кармана плоскую коробочку, откинул магнитную крышку. Там в пазах стояли три пирамидки, каждая сантиметра два высотой. На вид они были металлическими, да и на ощупь тоже, однако это был не металл, а полимер, растворяющийся, пусть и не мгновенно, в тканях человеческого тела.

Федор достал одну, повернулся к Виктору. Тот вскочил на ноги.

– Держи… Куда ты ее? В руку? Говорят, что в живот безопасней…

Нимов закатал левый рукав и вогнал пирамидку под кожу. Выступила кровь, но он давил и давил на руку.

– Не больнее, чем подкожный комлинг, да? – спросил Серов.

– Не пробовал… я ж не офицер, – Нимов, не спрашивая разрешения хозяина, сел на стул и прикрыл глаза.

– Эй, ты, потом покайфуешь… расскажи-ка мне, какой синтезатор ты решил грохнуть?

– Я нашел законсервированный модуль в ангаре… разберу завтра утром. Не волнуйся, получишь свою матрицу и прочее.

– Хорошо, – кивнул Серов. – Теперь о другом. Мне нужна увольнительная. После того, как ты отдашь мне эти штуки… я должен иметь возможность легально спуститься на планету.

– И кто тебе мешает подать рапорт на перевод или вообще уйти?

– А это, приятель, не твое собачье дело.

– Так чего же ты хочешь? Где я возьму тебе увольнительную? – спросил Нимов.

– Подправь пару записей. Это же твой начальник ведает дверкой на свободу?

– Ну, да…

– Вот и внеси меня в список еще раз, – пояснил Серов. – Я слышал, что мы тут еще пару дней простоим.

– Что я ему скажу?

– Придумай что-нибудь, – ответил Серов. – Скажи, что я не использовал предыдущую, что состояние моего здоровья требует пребывания на открытом солнце. И это чистая правда. Все, иди отсюда, и завтра утром жду то, что ты мне обещал. Если же ты меня кинешь еще раз… – Федор Серов понизил голос.

– Все будет нормально. Сказал же, что достану, – заверил Виктор.

– Имей в виду, если все пройдет как надо, подарю тебе еще одну штучку, – Серов помахал контейнером. – Протянешь до следующей стоянки, ну а дальше –уже не мои трудности. Можешь сдаться в лазарет. То-то они удивятся.