Призраки мрачного Петербурга (Мифы о призраках в Питере сказочном)

Мифы о призраках в Питере сказочном

Санкт-Петербург — северный бог воды и камня.

О’Санчес

«Небываемое бывает»[1]

Петр I

Возникновение города на Неве

Нельзя не задуматься над чудом создания столь прекрасного города в такое малое время.

Мадам де Сталь

Легенда повествует, что 16 мая 1703 года осматривая отвоеванные у шведов, в ходе Северной войны земли, Петр I срезал ножом два куска дерна, положил их крестом и произнес: «Здесь быть городу»! Позже на этом месте появится каменная плита, на которой будет начертано «От воплощения Иисуса Христа 1703 года мая 16 основан царствующий град Санкт-Петербург великим государем царем и великим князем Петром Алексеевичем».

Царь поднялся, разглядывая получившийся у него крест, когда вдруг в небе появился огромный орел, который парил над Петром Алексеевичем. Словно хотел как следует запечатлеть в своей памяти исторический момент, или сам решил воспользоваться благоприятной возможностью ворваться в творимую в этот момент историю. Иначе зачем было ему лететь в такую даль (в Санкт-Петербурге и окрестностях орлов не бывает!).

Приняв историческое решение о постройке Санкт-Петербурга и, должно быть, мысленно прикинув границы будущей крепости, Петр делает очень странную вещь, а именно: просит установить ворота. Представьте, Петропавловской крепости еще нет, нет собора Петра и Павла, привычных глазу красноватых стен, казарм, булыжной мостовой, а эти самые ворота стоят посреди пустоты, точно внезапно возникший портал в параллельный мир. А Петр вдруг направляется к этим самым воротам, дабы пройти через них и… А кто знает, может, исчезнет или, чего хуже, действительно войдет в город, которого нет. А, может быть, город появится сам собой после того, как в него войдет царь?

Говорят же — «рука царя — рука целителя», цари традиционно лечили золотуху одним только своим прикосновением. И это не случайно: царь — центр, ось мира, божественный помазанник, связующее звено между миром божественным и земным. В Древнем Египте слово «царь» воспринималось как «наделенный жизнью» или «дающий жизнь». На царя традиционно возлагались задачи обеспечения благополучия народа, а уж как он этого добивается, его личное дело. По Гесиоду, если царь добр и справедлив, в его стране хорошие урожаи, пчелы производят много меда, а у овец вырастает густая шерсть. Если же правитель погряз в грехах — в стране неурожаи, болезни и всевозможные катастрофы. У многих народов царь гарантирует плодородие, чередование времен года, избавление от болезней. Последнее утверждение было популярно в Западной Европе, где считали, что прикосновение короля излечивает от золотухи. «В светлом взоре царя — жизнь, и благоволение его — как облако с поздним дождем[3]».

В общем, так или иначе, солдаты выстраиваются перед своим монархом в наглухо застегнутых красных кафтанах, а под кафтанами —тук-тук, тук-тук — бьются сердца. И страшно им, и странно одновременно, что коли царь войдет сквозь волшебные врата, а обратно не выйдет? С одной стороны, все понимают, нет никакого города за только что поставленными некрашеными воротами, и стен нет, и вроде как деваться ему там некуда. А если что, разве они не бросятся на подмогу? Не отобьют всем миром? А все же, не лучше ли вперед кого-нибудь выслать? Да хоть Алексашку Менщикова[4]. Пусть бы прошел перед Его Величеством, доказав, что опасности нет.

И тут новое чудо, в небе появляется старый знакомый орел, но теперь он уже не кружит, а летит прямехонько к царю и садится на перекладину ворот. Слегка поклонившись прекрасной птице и бросив последний взгляд на своих сподвижников, царь Петр Алексеевич входит в волшебные врата, и тут же орел картинно опускается на его плечо.

Орел — признанный атрибут солнечных богов во многих культурах. Сам орел — это полуденное солнце, духовное начало, высота, вознесение, освобождение, отвага, победа, гордость, апофеоз, величие, царственное происхождение, власть и сила. В этом смысле двуглавый орел означает усиление власти. В разных традициях орла рассматривали как священную эмблему Верховного божества — Одина, Зевса, Юпитера, Митры.

Орел мог опуститься на плечо человеку, царское или божественное происхождение которого ставилось под сомнение. Но Петр I родился и рос под присмотром бояр, в данном случае вокруг были только друзья и соратники, которые не сомневались в царском происхождение своего кумира. Так что допустимо предположить, что своим появлением орел подтвердил царское происхождение не Петра, а самого города. Санкт-Петербург изначально был царем среди русских городов. Он задумывался, мечтался как столица, поэтому он должен был отличаться от всех остальных городов, подобно тому, как солнце — король на небе отличается — от всех прочих звезд, как царь не похож на своих подданных.

А вот еще легенда: Петербург никак не могли построить, не было ни капли земли. Все, что возводили, забирало себе болото. Выстроят ли дом — дом тотчас провалится в трясину, возведут святую церковь — и она, родимая, исчезнет в мутной воде, поднимут стены башни — сгинет и башня. Поэтому великан (в некоторых вариантах Антихрист) построил весь город сразу на своей ладони, а потом поставил его на болото. Мол, слабо эдакую махину заглотнуть.

Так и появился Санкт-Петербург — чудо над Невой.

Остров, на котором Петр Алексеевич решил построить крепость, назывался Ени-саари, но русские давно уже переименовали его в Заячий остров, должно быть, веселая была охота в тех местах.

По утверждению знаменитого астролога Павла Глобы[5]: «Петропавловская крепость была построена на месте древнего языческого храма. Там совершались жертвоприношения. Также над этим местом кружились орлы. Петр считал их вестниками потусторонних миров, подкармливал и охранял. Он отдал приказ о строительстве Петропавловской крепости только после того, когда орлы сделали два круга над этим местом».

Вообще, если учесть, что Петербург подмял под себя не только леса и болота, но и деревни и небольшие города, понятно, что в этих населенных пунктах находились не только дома, хозяйственные постройки и рынки, там стояли капища, места в которых язычники традиционно поклонялись своим богам.

Если представить, что все эти места до сих пор сохраняют некоторую энергетическую память, не удивительно, что Петербург называют мистическим городом.

Легенда названия

Со дня основания Петербург постоянно менял имена, словно профессиональный мошенник.

А. Д. Балабуха

Существует достаточно распространенное заблуждение, согласно которому Санкт-Петербург назван в честь своего основателя Петра I.

Неизвестно, кто первый и когда допустил эту ошибку, но цесаревич Петр Алексеевич из рода Романовых появился на свет 29 июня 1672 года в Петров день. Оттого его и назвали в честь апостола Петра, который держит в своих руках ключи от рая.

Основать церковь или населенный пункт в честь своего небесного покровителя — обычная практика. Тут же, что называется, сам бог велел. Петропавловская крепость изначально рассматривалась Петром Алексеевичем как ключевая твердыня, расположенная у морских ворот России.

В 2003 году к трехсотлетию Санкт-Петербурга в Александровском парке был создан целый комплекс, посвященный истории города. Памятник Зодчим Петербурга, «Мини-город» — Санкт-Петербург в миниатюре, и, что особенно примечательно для нашего рассказа, там же был установлен памятник его святому покровителю апостолу Петру работы скульптора Михаила Дронова[6].

И сразу же после этого писатель О’Санчес[7] запустил на просторы Интернета вот такую сентенцию: «Почему у апостола Петра два ключа на связке? Один от рая, а другой, наоборот, от Петербурга».

Задумайтесь, если блистательный Санкт-Петербург противопоставляется раю, тогда кто же или что же он? Забегая вперед, скажу, что традиционной литературе о Санкт-Петербурге присуща потусторонность и зловещая мистика.

В руках у апостола два ключа, которые дал ему сам Иисус: «Ты Петр, и на сем камне Я создам церковь мою, и врата ада не одолеют ее. И дам тебе ключи от Царства Небесного: и что свяжешь на земле, то будет связано на небесах, что разрешишь на земле, то будет разрешено на небесах». Да, действительно, два ключа, один от рая, а другой? Вот так рождаются легенды…

В 1914 году, правда, город в некотором смысле утратил покровительство Святого Петра. И произошло это по вине последнего российского императора Николая II[8], который, неизвестно зачем, вдруг переименовал город из Санкт-Петербурга в Петроград. Можно сказать — из лучших побуждений назвал столицу в честь ее основателя. Но произошло то, чего не должно было происходить ни в коем случае, город Святого Петра сделался городом смертного, да еще и покойного царя Петра. Не удивительно, что сразу же за этим переименованием последовали революционные события, а Николай был вынужден отречься от престола, а затем и погиб вместе со всей семьей.

О том, как в Санкт-Петербурге появился первый призрак

Когда, гоним тоской неутолимой,

Войдешь во храм и станешь там в тиши,

Потерянный в толпе необозримой,

Как часть одной страдающей души, -

Невольно в ней твое потонет горе,

И чувствуешь, что дух твой вдруг влился

Таинственно в свое родное море

И заодно с ним рвется в небеса...

Аполлон Григорьев

Не берусь утверждать, что призрак святого, благоверного великого князя Александра Ярославича Невского[1] был действительно первым потусторонним поселенцем в этом изначально запланированном как столица городе. Его появление датируется в городском фольклоре августом 1724 года, когда в Петр I принимает решение о переносе из Владимира в Санкт-Петербург останков Александра Невского для упокоения святого в Александро-Невской Лавре.

Согласно легенде, несмотря на ясный приказ царя, два раза перевозимые в новую столицу мощи святого каким-то непостижимым образом возвращались обратно во Владимир. Упрямый князь упорно отказывался от принудительного переселения. Когда же их все же доставили на третий раз, Петр лично переложил мощи в специально приготовленную для них золотую раку, запер ее ключом, после чего выбросил ключ в Неву, дабы коварный святой снова не выбрался из своей новой могилы.

Когда же царь вернулся в церковь, дабы помолиться, а может быть, еще раз взглянуть на надежно запертую раку, за его спиной раздался голос.

— Зачем это все? Всего ведь лет на 300.

Петр обернулся и успел увидеть высокую черную фигуру, поспешно удалявшуюся из Лавры.

Почему император решил, что разговаривал со святым Александром Невским? Судя по сохранившейся легенде, лица он не видел, да если бы и видел, прижизненных портретов князя не существовало. Высоких же людей во все времена было предостаточно. Предположим, что Петр увидел не просто уходящую фигуру, а фигуру, удаляющуюся от него каким-нибудь волшебным образом, словом, было что-то такое, что заставило Петра Алексеевича догадаться, что его собеседник действительно прибыл из горнего мира, из мира духов. Что это не розыгрыш. Не удивляйтесь, розыгрыши тогда любили, наверное, больше, нежели в наши дни, и розыгрыши, происходившие в святой церкви, отнюдь не были редкостью.

Петр почувствовал, что общается с духом, но вот как он догадался, что это дух Александра Невского — предводителя святого воинства, витязя в воинском облачении в шлеме и при мече, если видел только фигуру в черном?

Дело в том, что перед самой кончиной князь постригся в монахи, его канонизация прошла в 1547 году, после чего князь в течение 2,5-3 столетий изображался на иконах исключительно в черном облачении инока. Иными словами, люди привыкли видеть Александра Невского в монашеском облачении, и царь не исключение. Идея изображать святого в доспехах принадлежит именно Петру Алексеевичу, о чем он издал приказ. Но было это уже после явления призрака.

Вот, к примеру, как спустя время оценивает Александра Невского Екатерина II[2]: «Вы, по-видимому, не знаете, что наш святой был героем. Он был мужественным воином, твёрдым правителем и ловким политиком и превосходил всех остальных удельных князей, своих современников…». Письмо адресовано барону Ф. М. Гримму[3].

Петр вполне мог увидеть высокого человека в черном и связать увиденное с Александром Невским, над прахом которого он, собственно, в тот момент и стоял. Но был ли это он? Во всяком случае, никто не хвастался, что, де, видел князя в доспехах или в монашеском облачении на улицах Санкт-Петербурга, так что, если Петру Алексеевичу и повстречался призрак Александра Невского, то это было единственное явление святого в этом месте, о котором нам известно.

[1] Александр Ярославич Невский (др.-рус. Александръ Ярославичь, в монашестве Алексий; 13 мая1221, Переславль-Залесский — 14 ноября1263, Городец) — князь Новгородский (1236—1240, 1241—1252 и 1257—1259), великий князьКиевский (1249—1263), великий князьВладимирский (1252—1263), знаменитый русский полководец, святойРусской Православной Церкви.

[2] Екатерина II Алексеевна Великая (урождённая София Августа Фредерика Ангальт-Цербстская, в православии Екатерина Алексеевна; 21 апреля (2 мая) 1729, Штеттин, Пруссия — 6 (17) ноября1796, Зимний дворец, Петербург) — императрица Всероссийская с 1762 по 1796 год.

[3] Барон Фридрих Мельхиор Гримм (1723—1807) — немецкий публицист эпохи Просвещения, критик и дипломат, многолетний корреспондент императрицы Екатерины II. Их переписка (на французском языке) опубликована и является ценным источником.

[1] Надпись выбита по приказу Петра I на памятной медали, выпущенной по случаю победы в морском сражении 7 (18) мая1703 года в устье реки Невы между тремя десятками лодок с солдатами Преображенского и Семёновского лейб-гвардейских полков под командованием ПетраI и А. Д. Меншикова и двумя небольшими кораблями «Гедан» и «Астрильд» шведского флота, пришедшими в составе эскадры на помощь крепости Ниеншанц. В ходе непродолжительного боя оба шведских корабля были взяты на абордаж. Условно бой можно назвать первым морским сражением русского флота. Дата 7 мая считается датой рождения Балтийского флота.

[2] Пётр I Алексеевич, прозванный Великий (30 мая (9 июня)1672 года— 28 января (8 февраля)1725 года) — последний царьвсея Руси (с 1682 года) и первый ИмператорВсероссийский (с 1721 года).

[3] Библия. Притчи царя Соломона (Притчи 16.12).

[4] Граф (1702), князь (1705) Александр Данилович Меншиков (6 (16) ноября1673, Москва — 12 (23) ноября1729, Берёзов, Сибирская губерния) — русский государственный и военный деятель, ближайший сподвижник и фаворитПетра I, генерал-фельдмаршал (1709), первый Санкт-Петербургский генерал-губернатор (1703—1724 и 1725—1727), президент Военной коллегии (1719—1724 и 1726—1727). Единственный русский дворянин, получивший от русского монарха титул герцога («герцог Ижорский», 1707 год).

[5] Павел Павлович Глоба (16 июля1953 года, Москва) — советский и российский астролог.

[6] Дронов Михаил Викторович. Родился 13 июня 1956 года в Москве. Живет и работает в Москве. Академик Российской академии художеств (Отделение скульптуры, 2007 г.) Член Союза художников СССР, России (1983 г.).

[7] О’Санчес — современный русский писатель. Живет в Санкт-Петербурге. Настоящее имя: Александр Чесноков.

[8] Николай II Александрович (6 (18) мая1868, Царское Село— 17 июля1918, Екатеринбург) — Император Всероссийский, Царь Польский и Великий Князь Финляндский (20 октября (1 ноября) 1894— 2 (15) марта1917). Из императорского дома Романовых. Полковник (1892); кроме того, от британских монархов имел чины адмиралафлота (28 мая (10 июня) 1908 года) и фельдмаршалабританской армии (18 (31) декабря1915 года).

[9] Александр Ярославич Невский (др.-рус.Александръ Ярославичь, в монашестве Алексий; 13 мая1221, Переславль-Залесский— 14 ноября1263, Городец) — князь Новгородский (1236—1240, 1241—1252 и 1257—1259), великий князьКиевский (1249—1263), великий князьВладимирский (1252—1263), знаменитый русский полководец, святойРусской Православной Церкви.

[10] Екатерина II Алексеевна Великая (урождённая София Августа Фредерика Ангальт-Цербстская, в православии Екатерина Алексеевна; 21 апреля (2 мая) 1729, Штеттин, Пруссия— 6 (17) ноября1796, Зимний дворец, Петербург) — императрица Всероссийская с 1762 по 1796 год.

[11] Барон Фридрих Мельхиор Гримм (1723—1807) — немецкий публицист эпохи Просвещения, критик и дипломат, многолетний корреспондент императрицы Екатерины II. Их переписка (на французском языке) опубликована и является ценным источником.