Призванный вопреки. Книга первая

– Не закрывай глаза!

Мои руки в крови, пот стекает по вискам.

– Со мной... всё, – тяжело дышит мужчина. – Доктор...

– Молчать! – продолжаю оказывать первую – неотложную – помощь.

– Папа! – плачет девочка рядом.

Свист. Треск пулеметной очереди. В опасной близости разрываются бомбы. Сейчас я пытаюсь спасти жизнь абсолютно незнакомого мне мужика, которого зацепило шальной пулей.

Да, как-то так. Ведь всю свою недолгую жизнь я посветил науке... как лечить других.

Вначале был институт, но я не стал хирургом в городской больнице… ох, нет.

– Дяденька! – от страха поползла девочка назад, указывая пальцем на руины дома.

Краем зрения я заметил вражеского солдата. А вот он не ожидал увидеть здесь гражданских – и уж точно не ожидал...

Моментально вынимаю пистолет из кобуры! Разворот. Вражина вскидывает оружие… хм, я быстрее.

Выстрел-выстрел-выстрел! Два из трех попали в цель. Убитый, заливая всё кровью, упал навзничь.

Да, он не ожидал увидеть военврача так далеко от основных позиций. Возвращаю ствол на место, продолжаю обрабатывать рану незнакомца.

– Всё будет хорошо, – вновь сосредоточился я. – Вы оба будете жить.

– Док... – Вижу, как удивлен раненый. Парень, что в сыновья ему годится, так хорошо знает свое дело. Считай читаю мысли.

Ну что сказать? В нашей семье я не первое поколение врачей. У меня хороший фундамент, чтобы на меня так смотрели.

Современные разработки в области оказания первой помощи облегчали задачу: укол, обработка гелем. Кровь остановлена, а дальше – старый дедовский способ. Обеззараживание, работа иглы с ниткой, бинты.

Новый разрыв прозвучал слишком близко. Черт, оглушило!

– Кхм, – помог я мужику встать, отряхивая волосы от насыпавшегося после взрыва сора. – Всё... Уходим.

Но едва мы прошли несколько метров, как мой пациент упал. Прислонился спиной к разрушенной стене.

– Дайте минуту, – глотает ртом воздух. – Дочка...

– Сейчас. – Думать нет времени, потому вручаю ему оружие. – Прикрой.

– П-понял, – сжал он пистолет.

Немедля я подбежал к испуганной девчушке, присел на одно колено. Кроху парализовало от страха, она задыхалась, захлебывалась слезами.

– Давай, милая, папа без тебя не пойдет, – улыбнулся я.

– У… У-гу, – шмыгнула она носом.

Да... Вот такой я человек. Был... таким человеком. У меня нет никакой трагичной истории, нет душераздирающей легенды. Просто всю свою жизнь я стремился помогать другим. Я хотел помогать, учился помогать. Иногда, чтобы спасти, достаточно просто быть небезразличным, протянуть руку, спросить: «Вам нужна помощь?» Такая мелочь...

Мои глаза широко раскрылись, когда в метре от нас упала граната.

Импульс, доля секунды, никаких раздумий.

– НАЗАД! – оттолкнул я девочку и с разбегу упал на прилетевшую смерть.

Хм... Это даже забавно, ведь боль была мимолетной. Я смог перевернуться на спину, услышал звуки выстрелов. Вылеченный отец убил еще одного врага, повезло.

А я смотрел на затянутое тучами небо. Мне нужно всего несколько мгновений... Прошу, всего ничего.

– Дядя доктор! – Фух. Живая. Жи... живая... Значит, жертва не напрасна.

Никогда не думал, что буду улыбаться в последние мгновения, но я улыбаюсь. Удачи вам... Храбрые вы люди, продержитесь до прихода подкреплений, а я... Я, пожалуй, отдохну.

В нашем мире нет героев… ну, в том смысле, который вкладывают многие. Ведь герои долго не живут.

Александр Сторож только что доказал это.

Темнота.

Как врач, я не верю ни в бога, ни в любые другие потусторонние штуки. И как объяснить представшее перед глазами? Без понятия.

Звезды… Миллиарды звезд кружатся в потоке. Будто души танцуют во тьме, переливаясь холодными красками мироздания.

О, и моя жизнь – черт, хе-хе – правда проносится картинками. Только вот смерть показывает весьма странные эпизоды. Будто вытаскивая наружу конкретную мысль.

– Ей уже не помочь... – говорит капитан.

– Посмотрим, – начинаю операцию.

Следующее видение.

– Фух. – Укладываю в ряд очередного раненого: уже пятого, отнятого у костлявой. – Им нужна помощь.

– Тогда приступай, – говорит Евгений. Мы последние остались – в окружении. Этот мужчина… Он всегда напоминал мне дикое животное, зверя. – Я прикрою. – Перезаряжает автомат, вынув нож.

– Что? Ты один собрался воевать?!

– Спасайте наших, док, – улыбнулся он. – А мое дело убивать врагов.

Да-а-а, я навсегда запомнил этот образ. То, как этот псих выпрыгивает из окопа, как он не боится смерти, и пускай его мысли пропитаны кровью, он хочет защитить меня, всех нас.

– Погнали! – разносится странный клич эхом.

Снова и снова миражи показывали мне, как снова и снова я отказывался сдаваться. Всегда шел наперекор, шел вопреки. Порой картинки демонстрировали другую часть моей жизни, а точнее, отсутствие этой жизни.

Как меня зовут ребята из института: "Сторож, блин, все пойдут отдыхать, там и девчонки будут!" Но я отказываю… всегда отказываю.

Моя главная задача была – учиться. Потом военное, то же самое. Армия... Даже лейтенант отмечал мою отстраненность.

– Сторож?

– Да, товарищ лейтенант? – проверял я припасы.

– Ты вообще умеешь отдыхать? – закурил старший. – Нет, ты молодцом, не спорю, но… Хе, ты так молод, а круги под глазами, как у старика.

– Я... – не знал, что ответить.

– Эх, смотри сам! Девушки из штаба о тебе спрашивали, – подмигнул лейтенант. – Навести их, как освободишься.

Но я так и не навестил. Нет, я люблю женщин, люблю общение. Просто Сторож за работой и Сторож при обычном общении – это два разных человека.

И вот последнее видение. Роковое решение.

– Я не разрешаю!

– Лейтенант, там все еще много гражданских! – спорил я. – Им нужна помощь!

– И мы поможем, но только когда враг уступит позиции! – рычал старший. – Остуди голову, Александр! Зараза, когда доходит до помощи другим, ты вообще о себе не думаешь!

Нарушение приказов, субординации… ну и, чего греха таить, здравого смысла. Я... нарушил всё это и отправился выполнять любимую работу. Дома меня никто не ждет, никто не будет скучать. Простое решение.

Казалось, еще немного, и моя… моя душа растворится в потоке звезд.

Как вдруг!

Невидимая сила дернула в сторону, боль охватила каждый сантиметр плоти – я наконец понял, что всё это время был бестелесным ничто. А теперь снова при теле. Амуниция, оружие – всё исчезло, заменившись... Эм. Чем-то старым. Рубаха, кожаные штаны, сапоги.

И вот я упал на колени.

– Ха-а-а-а! – глубокий вдох. Как будто мой первый.. Вдох. – Что за...

Попытался сориентироваться.

Вокруг неестественная темнота, бесконечная тьма.

– Нет, – отвлек голос. – Не ты... – Девочка… Девочка в синем комбинезоне. Обычный ребенок. Хм… нет, не обычный. Её волосы длинные, темные, но кончики у них пепельные. Глаза переливаются звездами, а на лице трещины, будто не кожа, но керамическая маска. – Ошиблась? – упала она на колени.

– Ух. – Как-то само собой, на уровне инстинктов, я приблизился к ребенку. И успел удержать её от полного падения. – Эй, кроха... Где мы? Что происходит?

– Мои силы заканчиваются, – сдерживала она слезы. – Ты умер, Александр, умер, но не ты должен был прийти. Прости.

– Что? – котелок начинает закипать. – Объясни, – старался я не повышать голос. Я и сам понимаю, что помер! Да вот вроде жив? Это рай?.. Ад? Загробная жизнь существует? Ведь на больницу или нечто подобное не похоже.

– Всё это... – не находила она сил говорить. Ей и вправду было тяжело. И тут... она сжала мой рукав, и это движение по-своему отрезвило. Кто бы или что бы ни было передо мной… этому существу очень страшно, грустно. – Зачем я это делаю? – спросила она саму себя. – Начинаю забывать... ради чего всё это?

– Так, – сжал я её ручку. – Всё хорошо, ты не одна, – и улыбнулся.

Она посмотрела на мое лицо – и слезы цвета космоса потекли по её щекам.

– Не хочу... умирать в одиночестве.

– Пх! – кивнул я. – Никто и не умрет, слышишь?

– Вопреки, – будто что-то поняла она. – Вы, люди, не перестаете удивлять.

Только хотел вновь задать вопрос, как новый голос мерзко засмеялся. Я немедля повернул голову. Еще один незнакомец... Его было не видно – только два алых огонька, и в их свете можно было рассмотреть на нем шляпу-цилиндр.

– Ну вот и всё, – звук трости. – Дитя Звезд, твой дозор окончен.

– Покажись! – крикнул я.

– У-у-у, о-о-о! – играло темное нечто голосом. – На тебя эта тварь потратила последние силы? Хе-хе-хе. Да ты же... просто человек?

– Да, как-то так! – прижал я малышку к себе. – А ты что... местный дьявол?

– Ха-ха-ха! – залился он смехом. – Пускай будет так. – Несколько шагов вперед. – В общем, мне лень расписывать, что сейчас происходит. – Ну, само собой. – НО! – Видимо, поднял палец. – У тебя, человечек, два варианта… э-э-э… точнее, всего один. – Существо покрутило тростью. – Отойди в сторону, и я отправлю тебя домой.

– Кх, – складывал я картинку по кусочкам. – А ребенок? – Девочка продолжала сжимать мой рукав. Может, это лимб? Суд над умершими, и кроху хотят утащить в преисподнюю?

– Да какое тебе дело? – пожал темный плечами. – Ты что, самоубийца? Прием, говорит высшая сила, что раздавит тебя пальцем! Хе-хе. – Голос его заледенел. – Отойди, человек, пора колесу судьбы вновь повернуться.

– Все... – прошептало дитя. – Все хорошо... – Ее пальцы разжались. – Все как и должно быть.

Сказать, что я ничего не понимал, это ничего не сказать! Но в одном я был уверен точно.

Сам схватил её за руку.

– Ты не умрешь в одиночестве, кроха, – улыбнулся я. – Не отпущу.

– Сторож... – Глаза прояснились, пелена звезд сошла. На меня смотрели серые глаза с обычными белками. Она все же человек. У неё бьется сердце, и ей нужна помощь.

– Ох, как... глупо, – вновь покрутил тростью чудак во Тьме. – Ну ладно... – Гул. – Умри снова!

Поток Тьмы обрушился на нас! И единственное, что пришло мне в голову, – это просто выставить руку вперед!

Всполохи Тьмы столкнулись с ладонью, начали обтекать по сторонам.

– Кх-х-х-х!

Тяжело, но держу!

– Антимагия? – удивился чертила в цилиндре. – Но как?

– В последний раз, – сжала зубы девочка. – В последний раз! – Она привстала, опершись спиной о мою грудь. – Я хочу вспомнить, ради чего хранила миры от Бездны! – Протянула ручки вперед, соприкоснувшись с моей ладонью, что удерживала Тьму.

– Нет! – прокричал красноглазый.

ВСПЫШКА!

Я продолжал держать, но теперь обнимал ребенка. Яркий свет сменился... небом?

МАТЬ ТВОЮ! Мы падаем вниз! Дерьмо! Мы действительно падаем! Окутанные звездной энергией, пронзаем облака и, как метеорит, несемся вниз! Я вижу с высоты птичьего полета барханы, огромный город, пустыню, оазис. Но все отошло на второй план, когда до земли осталось всего ничего.

– Че-е-ерт!

Врезались!

Энергия действительно разорвалась, и она же смягчила смертельное падение. Держа на руках бессознательную девочку, я опустился на горячую землю, плавно ступив на нее сапогами. Мы были в кратере, созданном нашим приземлением.

С растрепанными волосами и лицом, на котором запечатлелся глубокий шок, я выбрался наверх.

До города была всего пара метров, уже вижу людей – и не только людей. Гиен?! Гуманоидные гиены как ни в чем не бывало стояли в собирающейся толпе, там же виднелись простые люди – с ушами и хвостами. У кого волчий, у кого, опять же, гиены. А еще... куклы? Да, живые куклы в одежде. Деревянные марионетки моргали, боялись. Неживые, но, сука, живые!

Дайте мне выдохнуть.

На руках ребенок, позади кратер, и еще... На моей правой кисти – татуировка звезды.

– Что за херня? – только и сумел выдать я, подведя итог всему произошедшему.