В Сплиттервиле не было взрослых.
О, нет, его жителей, достигших тринадцати лет, не убивали и не изгоняли, ничего такого. Их просто не было. Никто не задумывался, о том, как так получалось. Вот уже сотни лет стоял этот процветающий город, и все это время там жили только дети.
Лестор уж точно не задумывался об этих вопросах. Он вел обычную жизнь сплиттервильского писца, и дни его были похожи один на другой…
До тех пор, пока её появление не перевернуло его жизнь.
— Приветствуйте меня, ибо перед вами сама принцесса-рыцарь Ленора-Лауренсия Аделаида-Маруланда Валентас, величайшая героиня королевства!
Спешившись с белоснежного пегаса, она предстала перед ним, — в доспехах прямо поверх платья, с копьем наперевес. Светлые волосы её были распущены, и множество лент и украшений сверкало в них.
— Ты ведь Лестер? — спросила принцесса-рыцарь.
— Эмм… Да, это я, — признался мальчик, — Но откуда вы меня знаете?
— Я пришла сюда за тобой, — ответила Ленора, — Ты волшебник, Лестер! Ты избран, чтобы владеть мечом Призывающим Бурю и противостоять с его помощью полчищам орков, что угрожают нашим землям!
— Но это ошибка! — отчаянно возразил Лестер, — Я никогда не владел мечом и не умею драться!
— Это неважно, — веско ответила принцесса, — Призывающий Бурю — особенный меч. Только им можно сразить Генерала Зла и Мерзости. Он может противостоять любому злу, — но только если в сердце твоем отвага и желание защитить. А сейчас иди за мной: орки уже подступают к нашему порогу!
— Так подожди, — Леша поднял руку, обрывая словесный поток подруги.
— Получается, Ленора прилетела в Сплиттервиль на пегасе, а спасать королевство пойдет пешком?
— А…
Лена запнулась.
— А Лестер не может полететь? Он ведь волшебник!
— Он о том, что волшебник, узнал только что! — возмутился Леша.
— Чего ты вообще такую скучную работу выбрал? — возмутилась Лена, — Писец!
— Лена! Не ругайся! — прикрикнула на неё мама с переднего сиденья.
— Я не ругаюсь, он реально писец!
Леша немного стушевался. Вот уже час как они стояли в пробке на дороге, ведущей за город. Он был из бедной семьи, и у них не было машины, поэтому Ленина мама и предложила подвезти их. Почему им вдруг понадобилось в деревню, он не знал.
Но глядя на то, как натянуто улыбается его мама, предпочитал не спрашивать: в последний раз, когда он видел эту улыбку, папа ушел за хлебом.
И так и не вернулся.
— Ну, я читать люблю, — уже не так уверенно ответил он, — И вообще, ты сама говорила, что твоя «словесная ролевая игра» похожа на книги. А в книгах главных герой никогда не бывает великим сразу. Таких, как твоя Ленора-Лауренсия, обычно знаешь как называют?
— Как?
— Мэри Сью!
— Мама, вот он как раз ругается!
Ленора-Лауренсия ворвалась в ряды орков, подобно урагану. Копье в её руках плясало, и рассекаемый воздух выводил затейливую мелодию. Множество темных тварей пало тогда от её рук.
Но на место каждого убитого вставал новый.
— Их слишком много! — крикнула она, не прекращая сражаться, — Лестер, твое время пришло! Используй свой меч! Ты избранный, Лестер! Действуй!
Лестер посмотрел на собственные руки. Затем на принцессу, что сражалась из последних сил.
И в тот момент сомнения его отпали.
— Отвага в сердце… Желание защитить… Меч Призывающий Бурю, явись!
Тысячи ослепительно-ярких молний сорвались с волшебного клинка, поражая наступавших орков. Воздев меч над головой, стоял волшебник над полем боя, осознавая, что под его защитой королевство будет в безопасности.
Пока в историю не ворвался нервозный женский голос:
— Мы приехали. Выходите.
Дом дальних родственников, где они остановились, был необычайно шумным. Помимо Леши, Лены и их матерей, тут поселились еще три семьи. Спальных мест на всех не хватало, и многим приходилось стелить на полу.
Лешу матрас вполне устраивал. Главное, что можно было вытянуться и читать, символически отгородившись от людей.
Лена — та на месте не сидела и читать не любила. В первый же день она бегала по всей деревне, со всеми перезнакомилась и часто встревала в разговоры взрослых.
Вот только с каждым таким разговором становилась она все нервознее.
Придя однажды во дворец, Лестер застал там лишь панику и суматоху. Вся челядь дворцовая была перепугана, а Леноры-Лауренсии нигде не было.
Расспросив слуг, волшебник узнал, что произошло. В его отсутствие прилетел дракон, посланный Генералом Зла и Мерзости. Он похитил принцессу, и теперь она томится в башне на краю света, где Генерал Зла и Мерзости еженощно делает ей Непристойные Предложения.
Неспособный примириться со страданиями возлюбленной, Лестер отправился в путь. Много подвигов он совершил в пути, много опасностей преодолел. И вот, наконец, сошелся он в решающей битве с драконом на самом краю света…
— А тебя в этой истории вообще нет? — полюбопытствовал Леша.
— Есть! — возмутилась Лена, — Я рассказчик! А Ленора томится в плену и ждет, когда ты, в смысле, Лестер её спасет!
— Но это странно! — возразил он, — Ты её сделала воином, а теперь она просто сидит в плену и ждет спасения?
Ответом ему был подзатыльник.
— Ничего ты не понимаешь! Думаешь, я хочу всегда быть сильной? Думаешь, я МОГУ всегда быть сильной?!
Осмыслить, что крылось за этими словами, Леша не успел. В дом вбежала его мама, и сейчас она уже даже не пыталась скрыть испуга и напряжения.
— Бегите в погреб. Быстро!
В погребе под домом было тесно и очень холодно. Леша и Лена жались друг к другу, а с обеих сторон их подпирали другие жители деревенского дома. Хотелось вернуться наверх, в тепло.
Вплоть до того момента, как земля в первый раз содрогнулась.
Вой, свист и грохот наверху слышались вновь и вновь. Что-то сверху ударялось в землю. Засевшие под землей люди не видели угрозы, — но чувствовали её всем тело.
Лена была бледна, её колотила крупная дрожь. Крепко обнимая её, Леша гладил её по светлым кудряшкам и тихо приговаривал, что все будет хорошо.
А затем, повинуясь внезапному импульсу, он стал рассказывать историю дальше.
Оскорбленный поражением и потерей несостоявшейся «невесты», Генерал Зла и Мерзости обрушил всю свою ярость на Сплиттервиль, где укрылись Лестер и Ленора после спасения из башни. В сердцах поклялся он:
— Если ты не будешь моей, то не будешь ничьей!
Колоссальный метеоритный дождь обрушился на город, грозя стереть его с лица земли. Однако волшебник не мог позволить этого. Сейчас желание защитить тех, кого он любил, было сильно в нем как никогда. Потому полетел он навстречу колдовской мощи Генерала Зла и Мерзости, и Меч Призывающий Бурю нестерпимо ярко сверкал в его руках. Тысячи молний раскалывали метеориты на лету, не позволяя им достигнуть того дома, где укрылась Ленора.
Снова и снова…
Когда Леша очнулся, все тело его болело. Нестерпимо пахло дымом и гарью. Лежавшая рядом с ним Лена застонала, не приходя в себя.
А сверху слышались тяжелые шаги.
— Проверь погреб, — голос, что говорил это, говорил на знакомом языке, но с непривычным говором.
Тот, кто спустился по ступенькам, был огромным и зеленым, как орк. С большим трудом, сквозь боль и головокружение, Леша смог сообразить, что зеленой была не кожа его, а одежда.
Лицо же было скрыто под маской.
— Тут выжившие, — сообщил он, кинув взгляд на Лешу и Лену, — Мелочь.
— В расход их, — ответил невидимый собеседник наверху.
Дыхание Леши перехватило от страха, когда он увидел темный ствол автомата, нацеленный ему в лицо.
— Девчонка, кстати, ничего, — отметил зеленый.
— Ты отвратителен, — бросил в ответ собеседник.
Но тут же добавил:
— Только быстро.
Мужчина сделал шаг навстречу, — точно как в их истории зеленые орки обступали ослабевшую принцессу.
И будто в неосознанности Леша прошептал:
— Отвага в сердце… Желание защитить… Меч Призывающий Бурю, явись!
За много миль отсюда Леонид Юрьевич выслушивал доклад подчиненного:
— Генерал, мы потеряли связь с третьей мотострелковой.
Генерал Цифрин никак это не прокомментировал. Лишь приподнял бровь, безмолвно приказывая продолжать.
— По предварительным данным, сигнал заглушен из-за погодных условий. Вероятность более серьезных проблем невелика: дивизия отправлена для рутинной операции по зачистке выживших, по данным разведки сил противника там нет.
— В таком случае, не беспокойте меня этим вопросом. Доложите, как только связь восстановится.
Когда подчиненный покинул кабинет, генерал слегка улыбнулся. Погодные условия… Это было забавно.
Люди этой эпохи совершенно разучились верить в чудеса, но детская психика…
Она гораздо пластичнее.
Это будет интересно.