Призывной пункт «пегас»

ПРОЛОГ: ГЕОМЕТРИЯ ХАОСА

Когда в обычной школе № 177 случается что-то из ряда вон, звонят не в полицию. Звонят им. Им — это мы. Отряд «Пегас». Школьный спецназ.

Нас всего семь человек. Мы учимся в этой же школе, сидим за этими же партами, едим ту же безвкусную овсянку в столовой. Но когда включается пейджер — старомодный, черный, похожий на тот, что был у моего отца, — мы перестаем быть учениками. Мы становимся системой, машиной, созданной для решения нерешаемых задач.

Меня зовут Лев. Я — лидер. Но сегодня всё пошло не по плану.

ГЛАВА 1. СОСТАВ ОТРЯДА

Нас отбирали не по оценкам, а по навыкам. Жестокий, но эффективный кастинг, который провел наш куратор — бывший офицер ГРУ, а ныне учитель ОБЖ, Виктор Сергеевич.

Наш штаб — заброшенный кабинет астрономии на самом верху школы, под самым куполом. Туда не ведут указатели, дверь замаскирована под стену с обоями, на которых звезды. Внутри — карты, мониторы, снаряжение, рации на зарядках. Наш ковчег.

Виктор Сергеевич сказал нам на первом собрании: «Вы не герои. Вы — последний рубеж. Когда взрослые бессильны или слишком медлительны, вы действуете. Ваша задача — не допустить катастрофы. Любой ценой. Но помните — вы всё еще дети. И это ваш главный козырь. Вас не будут воспринимать всерьез. Пока не станет слишком поздно».

ГЛАВА 2. СИГНАЛ: «ТИХИЙ ЧАС»

Пейджер запищал на третьем уроке, посреди скучной лекции по истории. Просто цифры: 14-03-177. Код.
14 — номер кабинета химии.
03 — код угрозы: «заложник/изоляция».
177 — приоритет: максимальный, «все средства».

Я встретился взглядом с Майей через два ряда. Она кивнула, незаметно достала из рукава планшет. Через минуту в моем наушнике (крошечный, под цвет кожи) прозвучал ее голос, скомканный от помех:
«Кабинет химии. Учитель — Лидия Павловна. 10 «Б». Дверь заблокирована изнутри. Слышны крики. Причины — ноль данных».

Соня подняла руку:
— Марья Ивановна, мне плохо. Голова кружится.
Учительница, опытным взглядом оценив ее бледность, махнула рукой:
— Иди в медпункт.

Соня вышла, «случайно» задев по пути парту Глеба. Наш сигнал. Он через пять минут попросился выйти «по нужде». Кир растворился в коридоре, как призрак. Алиса и Даня получили свои тревожные вибрации на умных часах, которые Майя синхронизировала.

Через семь минут после сигнала мы все, кроме меня, были на позициях вокруг кабинета химии. Я остался в классе, ведя наблюдение через камеру на лацкане пиджака Майи. Виктор Сергеевич, который вел урок физкультуры в спортзале, получил уведомление и начал «забалтывать» охрану, отвлекая их от мониторов.

На экране моего телефона, замаскированного под калькулятор, было видно: коридор третьего этажа. Глеб притворяется, что ищет потерянный ключ от спортзала у самой двери кабинета химии, закрывая собой обзор. Кир, прижавшись к стене, слушает. Алиса и Даня в соседнем кабинете физики готовят медоборудование и «шумовушки». Соня подходит к двери.

— Лидия Павловна? — говорит она слабым, испуганным голосом отличницы. — Это Соня из 10 «А». Вы не видели мой конспект? Я думала, может, я его вчера тут забыла…

Из-за двери — рыдания и мужской голос, пьяный, срывающийся:
— Уходи! Никого не пущу! Она всё испортила! Всю жизнь!

Майя в моем ухе:
«Голос опознан. Борис Игоревич, лаборант. Уволен месяц назад за пьянство. В базе — сведения о домашнем насилии. В руках, вероятно, реактивы».

План родился мгновенно. Классический «Паскаль» — давление изнутри и снаружи.

— Глеб, — тихо сказал я в микрофон. — Через пять секунд начни ломиться в дверь кабинета физики, кричи, что там задымление. Шуми. Даня, дай дымовую шашку, маленькую. Алиса, готовь седатив. Соня, держи его на связи. Кир, готовь «лаз» через вентшахту. Майя, глуши все мобильные в радиусе 20 метров, кроме наших. Чтобы никто не успел снять на телефон.

Операция заняла четыре минуты.

Глеб начал орать и бить ногой в дверь физики. Из-под двери пополз дым (безвредный, театральный, от шашки Дани). В школе сработала пожарная сигнализация. Началась эвакуация.

В кабинете химии Борис Игоревич отвлекся на шум. На секунду. Этого хватило Киру, который, как кошка, просочился через вентиляционную решетку над доской и упал ему на спину, обездвижив захватом. Дверь открылась изнутри — это Соня уговорила перепуганную Лидию Павловну отпереть ее, пока нападавший был занят. Алиса впрыснула лаборанту легкий седатив. Он обмяк.

К тому моменту, как охранники и учителя добежали до третьего этажа, они увидели такую картину: пьяный бывший лаборант лежит в стороне, учительница в шоке, а вокруг — группа растерянных учеников, которые, по их слова, «просто оказались рядом».

Виктор Сергеевич похлопал меня по плечу, когда мы шли на «разбор полетов» в кабинет астрономии:
— Чисто, Лев. Но слишком рискованно с дымом. На грани фола.
— Сработало, — пожал я плечами.
— Пока срабатывает, — поправил он. — Но однажды твоя геометрия даст сбой. Хаос не подчиняется чертежам.

Я не поверил ему. Тогда.

ГЛАВА 3. НЕВИДИМЫЙ ПРОТИВНИК

Новая угроза пришла не через пейджер, а через школьный форум. Анонимный пост с заголовком: «Кто здесь настоящая власть?». Внутри — фотографии. Наши фотографии. Не в школе, а во время операций. Размытые, сделанные с дальнего расстояния, но узнаваемые.
Лев, координирующий действия у выхода.
Майя с ее планшетом в тени деревьев.
Глеб, несущий на плече потерявшего сознание хулигана.

Подпись: «Знаю, кто вы. Знаю, что делаете. Игра начинается. Ваш ход».

Ледяной ком встал у меня в желудке. Нас раскрыли.

— Это не внешняя угроза, — сказала Майя, ее пальцы летали по клавиатурам трех ноутбуков одновременно. — Съемка велась с разных точек внутри школы. С камер, которые не подключены к общей сети. Кустарных. Значит, кто-то их установил. Зная заранее, где мы будем действовать.

— Утечка информации? — спросил Глеб, сжимая кулаки.
— Или наблюдение, — тихо сказал Кир. — Кто-то следил за нами долго и внимательно.

Виктор Сергеевич стер с маркерной доски схему нашей последней операции.
— Вы стали мишенью. Это неизбежно. Вы эффективны, значит, вы — угроза кому-то. Вопрос — кому?

Мы перебрали всех: обиженных учеников, уволенных учителей, родителей, чьих детей мы «нейтрализовали» (был у нас инцидент с травлей, который мы прекратили весьма жестко). Ничего.

А потом пришло второе сообщение. Не на форум. На наши личные телефоны. Разные тексты, но одна суть.

Леву: «Стратег, который боится сделать ошибку. Какой ты лидер?»
Майе: «Прячешься за экранами. В реальном мире тебя ждет короткое замыкание».
Глебу: «Мышца без мозга. Инструмент».
Соне: «Манипуляторша. Твои слова — тоже ложь».
Киру: «Призрак, который боится света».
Алисе: «Холодная, как сталь. А сталь ломается».
Дане: «Пирotechnik-недоучка. Жди пожара».

Это была психологическая атака. Точечная, болезненная. У каждого из нас было свое слабое место, своя тайная тревога. И незнакомец бил точно в цель.

Соня дрожала.
— Он знает нас. Не как команду. Как людей.

ГЛАВА 4. ТЕНЬ

Мы назвали его Тенью. Он не совершал явных нападений. Он саботировал. Подстраивал мелкие пакости, которые мешали работать.
У Майи «случайно» залили ноутбук в раздевалке.
У Глеба спустили колесо у велосипеда, на котором он быстро перемещался по району.
В аптечке Алисы кто-то подменил стерильные бинты на обычные.
У Дани в рюкзаке «нашли» самодельную петарду, едва не вызвав скандал.

Но главное — он играл с нами. Оставлял clues, как в плохом детективе. Бумажку с координатами в учебнике географии. Флешку в вентиляции. Записку в старом шкафу: «Ищите того, кого не видите».

Мы искали. Майя копала в цифрах. Кир — в физических следах. Я строил логические цепочки. Ничего. Тень был на шаг впереди.

Он знал наш следующий шаг. Как будто читал наши мысли.

Подозрение пало на внутреннего. Но мы были семьей. Больнее этой мысли ничего не было.

Напряжение росло. Мы стали срываться друг на друге. Я требовал безупречного следования планам, Майя злилась на мою неповоротливость, Глеб рвался в лобовую атаку, Соня не могла успокоить саму себя.

И тогда Тень нанес главный удар.

ГЛАВА 5. ПРОВАЛ

Сигнал поступил утром в субботу. Школа была пуста, шли репетиции к празднику. Код: 09-07-177.
Актовый зал. Захват с угрозой взрыва. Максимальный приоритет.

Мы слетелись в штаб. Виктор Сергеевич был на совещании в управлении образования. Мы — одни.

Майя вывела на экраны картинку с камер. В актовом зале, на сцене, сидела связанная девочка. Рядом — фигура в черном балахоне и маске, с устройством в руках, похожим на бомбу. Надпись на экране проектора: «ПЕГАС. ТОЛЬКО ВАС. ОДНИ. ИЛИ ОНА УМРЕТ».

Девочку мы узнали. Лиза, сестра Дани. Младшая, которую он обожал.

Даня рванул к выходу. Глеб едва удержал его.
— Это ловушка! — кричал я. — Он знает, что ты рванёшь!
— МОЯ СЕСТРА! — ревел Даня, и в его глазах было чистое безумие.

Тень играл на самом больном. Он изучил нас досконально.

Я принял решение. Идем все. Быстро, тихо, по плану «Минерва» — одновременный вход с трех точек.

Но всё пошло не так с первой секунды.

Двери в актовый зал, которые всегда были незаперты, оказались заблокированы неким кодом. Майя потратила драгоценные три минуты на взлом. Внутри нас ждали.

Как только мы вошли, главная дверь захлопнулась с дистанционным щелчком. Мы в ловушке.

Фигура в балахоне стояла на сцене, приставив нож к горлу Лизы.
— Привет, спецназ, — искаженный голосом голос. — Развязка.

И тогда Соня, бледная как смерть, сказала:
— Я знаю этот голос. Без искажения. Это… Андрей.

Андрей. Ученик 11 «Б». Тихий, незаметный. Сидел с нами на уроках. Помогал Майе однажды по информатике. Мы даже не думали о нем.

— Почему? — крикнул я.
Маска была сброшена. Лицо Андрея было искажено ненавистью.
— Почему? Вы спрашиваете? Вы, элита, избранные! Вас Виктор Сергеевич нашел, вам дали миссию, смысл! А я? Я подавал заявку! Я прошел все тесты! Но он сказал — «не готов». Не готов! А вы готовы? Вы просто дети, играющие в солдатиков! Я наблюдал за вами. Видел ваши ошибки, вашу самоуверенность! Вы не заслуживаете быть «Пегасом»! Я доказал это! Я обвел вас вокруг пальца!

Его монолог лился потоком. Обида, зависть, болезненное тщеславие. Он хотел не разрушить школу. Он хотел доказать, что лучше нас. Что система отбора дала сбой.

— И что теперь? — спокойно спросила Соня, делая шаг вперед. Ее голос дрожал, но она говорила. — Ты убьешь невинную девочку? Чтобы доказать, что ты достоин? Достоин чего? Быть таким же, как мы? Разве мы убийцы, Андрей?

Он заколебался. Нож дрогнул. И в этот момент Даня, которого все считали обездвиженным от ужаса, сделал то, чего никто не ожидал.

Он не бросился на сцену. Он швырнул под ноги Андрея маленький металлический шарик — свою разработку, «громышку». Не взрывчатку. Устройство, издающее звук немыслимой громкости и частоты.

Оглушительный визг заполнил зал. Андрей вскрикнул, зажал уши. Нож выпал. Глеб, не теряя ни секунды, преодолел расстояние до сцены за три гигантских шага и скрутил Андрея. Кир перерезал веревки Лизы. Алиса уже осматривала девочку.

Я стоял и смотрел. План? Какого черта план? Нас спасла не дисциплина, не стратегия. Нас спасла связь. Даня, который думал не как подрывник, а как брат. Глеб, который действовал на инстинкте. Соня, которая нашла слабое место в самой ненависти Андрея.

Мы были не машиной. Мы были семьей. И это оказалось сильнее.

ГЛАВА 6. ПОСЛЕ БУРИ

Андрея забрала полиция. Его родители, успешные адвокаты, пытались представить всё как «детскую шалость». Но улики были неопровержимы. Виктор Сергеевич настоял на психиатрической экспертизе и помощи, а не тюрьме.

Лизу откачали — она была в шоке, но жива. Даня не отходил от нее сутки.

Мы собрались в штабе. Разбитые, опустошенные, но целые.
— Моя вина, — сказал я. — Я не увидел угрозу внутри. Я искал сложные схемы, а она была в простой человеческой зависти.

— Наша вина, — поправила Соня. — Мы были командой, но перестали быть друзьями. Мы не заметили, как страдает тот, кто рядом.
— Он нуждался в помощи, а не в испытаниях, — тихо сказала Майя.

Виктор Сергеевич вошел, поставил на стол коробку с пиццей.
— Урок усвоен? — спросил он просто.
— Да, — ответил я за всех. — Мы — не инструмент. Мы — люди. И наша сила не в безупречности, а в том, что мы прикрываем слабые места друг друга.

— Хорошо, — кивнул он. — Тогда отряд «Пегас» не расформировывается. Но правила меняются. С сегодняшнего дня вы не только реагируете на угрозы. Вы их предупреждаете. Ищите таких, как Андрей. Тех, кто замыкается, кто злится, кто чувствует себя лишним. Помогайте. Не как спецназ. Как старшие товарищи. Потому что лучшая спецоперация — та, которой не потребовалось.

ЭПИЛОГ: НОВАЯ МИССИЯ

Прошел месяц. Мы по-прежнему выезжаем на вызовы. Но теперь у нас есть еще одно дело.

Мы создали в школе «Клуб стратегических игр». Официально — для развития логики. Неофициально — чтобы находить тех, кто, как Андрей, ищет выход своей энергии, своему уму, своей обиде. Чтобы давать им чувство принадлежности до того, как оно превратится в ненависть.

Андрей находится в спеццентре, ему лучше. Мы пишем ему. Не оправдываем, но и не осуждаем. Рассказываем о клубе. Он прислал одно письмо: «Спасибо, что остановили. И что не сдали».

Пейджер иногда пищит. Мы надеваем темные толстовки, берём снаряжение, растворяемся в школьных коридорах, чтобы сделать свое дело. Чтобы школа была безопасной. Чтобы никто не чувствовал себя настолько одиноким, чтобы брать в руки нож.

Я все еще строю планы. Майя все еще взламывает системы. Глеб все еще ломает двери. Но теперь мы знаем, что наша главная сила — не в том, что мы разные. А в том, что, когда приходит беда, мы становимся единым целым. Семь частей одного механизма. Семь нот одной мелодии.

Семь коней одного Пегаса, который летит не в бой, а навстречу. Чтобы поймать того, кто падает, раньше, чем он разобьется о землю.

Мы — школьный спецназ. Наша задача — чтобы он никогда не понадобился.