Про Серёжу

Про Серёжу

“ ...Заров бежал по красной, как кровь земле. В воздухе витала алая пыль. Она царапала стекло скафандра, забивалась в дула лазерных пистолетов и мешала обзору. Но в то же время скрывала бойца от недоброжелательных взглядов глаз и дул.

Виктор кинул взгляд на датчик кислорода. «5%» или же пятнадцать минут активной деятельности. При желании можно и на час растянуть, надо всего то лечь и уснуть. Десантник немного удивился, но не смотря на угрозу остаться без жизненноважного газа, продолжил забег по враждебной планете. Этот мир представлял огромную угрозу всей Вселенной и разумной жизни, ведь был родиной зелёных человечков, собирающихся устроить новый большой взрыв. А если не остановить этих фанатиков, то всё. Конец всему.

Из пурги вылетел оранжевый сгусток и полетел дальше. «Близко, даже слишком» - подумал Заров и проверил заряд своего вооружения. Заряда оставалось немного, но в сумме выстрелов на пятнадцать должно хватить.

Раз! Метель остановилась, пыль остановилась, и будто из неоткуда вышли Они - Зелёные человечки. Выглядели они мягко говоря противно. Напоминали зелёно-кислотных пауков огромных размеров под полтора-два метра в высоту. Ходили человечки на трёх лапах, а в оставшихся пяти обычно были маленькие огнемёты, но иногда встречались жрецы с ритуальными ножами. Из раскрытых ртов тёк смертоносный яд, и струился пар.

На Виктора уставилось шестнадцать пар глаз или четверо зелёных. «Всё, приплыли. Хана мне. Но нужно хотя бы попробовать» - подумал окружённый, но не подавленный Заров.

– Стой, землянин, сдай своё вооружение - прокряхтел паук, который стоял ближе всех и держал в лапах только клинок

– Мы, земляне, не сдаёмся - прокричал десантник, стреляя по таракану в упор

«Первый готов, трое остались» - сразу проанализировал Виктор. Второй выстрел был произведён почти в тот же миг. «Два, два». Двое выживших, чуть замешкавшись, открыли стрельбу, но доблестный Заров совершил перекат и сделал два метких выстрела, добив оставшихся.

-Ух, выкарабкался

-Те...бе - заскрипел голос умирающего жреца - нас... кх-не... остановить - договорил зелёный, нажимая на большую красную кнопку, запускавшую Большой Взрыв

– Нее... - начал было кричать Виктор. Но было поздно. Всё. Конец всему. Битва проиграна. Белый Свет заполнил всю вселенную, стирая её навечно. Но неожиданно пришла Хозяйка Тьма, убирая после игр Света. Свет молод как ребёнок, ломающий все игрушки и познающий мир. А Тьма - такая же как Свет, только намного старше и мудрее. Началось зарождение новой вселенной. Копией старой”

Серёжа закрыл книгу «Великие подвиги доблестного героя всей земли рядового Виктора Зарова».

– Дешёвка. Плагиат. Скукота. Идиотизм – мгновенно оценил прочитанную книгу Алмазов Серёжа – Правда про Свет и Тьму идея хорошая, но как мне кажется, контекст для такой темы не подходящий, да и времени слишком мало уделили. А вообще, если раскрутить и чутка домыслить, получится очень красиво

Он положил боевик в портфель и встал со скамьи, стоящей на небольшом школьном стадионе, где резвился 8-1 класс. Кто-то играл в футбол в одни ворота, кто-то старательно отбивал ракеткой воланчик, вечно промахиваясь и меся воздух. Совсем отбитые носились друг за другом, играя толи в салочки, то ли пытаясь выбить своим оппонентам землю из-под ног. Также были небольшие группы, обсуждающие только им известные темы. И в общем, жизнь кипела. Только Серёжа, которого многие звали Кактус, не спеша уходил с урока физкультуры домой, обдумывая только-только прочитанную книгу.

«Вроде бы и нет в ней ничего особенного, но берёт же за душу. Тот же момент на планете Урюк, зачем Зарова пытались отравить? Да и кто мог додуматься, что он женщина. Я конечно понимаю, что жители других планет с нашей анатомией не очень ознакомлены, но Как можно было Так проколоться в такой важной для урюковцев операции! Подослали подготовленного агента, притворившегося земным мужчиной, а его и не пустили. Да и опять же, как сам Виктор почувствовал подвох? Ничего не предвещало беды, а он – раз! С пистолетом стоит, целится на неудавшегося убийцу. Всё-таки это, наверное, не очень плохая книга. Но конец прямо убил. Как только люди умудряться столько всего хорошего изничтожить буквально парой строчек? Даже не смотря на их красоту»

Алмазов долго ещё плёлся до дома. Школа была вроде бы и не далеко – где-то 20 минут ходьбы – но запутанные лабиринты мыслей и как в следствие дорог, обещали долгий путь.

Хоть Кактус и не смотрел вокруг, до его разума всё равно доносились различные вестники наступающей весны. Шелест зелёных листьев, далёкое щебетание соловьёв. Весна была уже не ранняя, когда везде только грязь, слякоть да ор котов. А поздняя, с благоухающими тюльпанами, распущенными около сереньких панельных домов. С нежно-зелёными кронами яблонь, украшенных звёздочками цветков. С ребятишками, гуляющими на детской площадке. И конечно же с счастливыми парочками, сливающиеся в маленький сгусток счастья и также не спешно, как Серёжа, прогуливающиеся по этому маленькому раю на земле.

Но была у этого рая и другая, не очень приятная сторона. С этой частью весны Алмазов был прекрасно знаком. Духота в комнате, от которой не спасает даже раскрытое на распашку окошко. Нудное домашнее задание, душащее не хуже духоты и которое пока сделаешь, весь день пролетит, не заметишь. И, наверное, самая страшная проблема для этой поры и лета – это одиночество. И нет, у Серёжки есть «друзья», но у них всё время очень важные дела, в виде компьютерных игр. Серёжу это возмущало: «Как! Как можно весь день, такой прекрасный день сидеть и деградировать в компьютер?! Как?» И от безысходности он либо читал дни и ночи на пролёт, либо смотрел телевизор, что было интересно и мучительно, либо гулял один, слушая музыку с помощью своего маленького и MP-3 плейера, подаренного родителями на тринадцатилетние.

Вот и опять, бредя по небольшой цветущей аллее, у Серёжи в ушах высели маленькие бусинки наушников. Играл очень быстрый и заводной мотивчик, который никак не мешал Алмазову двигаться со скоростью черепашки.

Раз! И снова небольшое приключение закончилось. Перед Серёжей стоял монолитной преградой домофон и металлическая дверь. Даже не задумываясь, пальцы забарабанили по клавишам, выстукивая неизменный код-пароль, прекрасно известный всем и каждому.

– Неправильно. Попробуй ещё раз – отрапортовал домофон. Кактус был мягко говоря удивлён.

– Ладно, может чуть палец съехал

Пальцы снова застучали по кнопкам, выбивая уже не чечётку, а скорее вальс. Последней снова был «Ввод»

– Не правильно. Попробуй ещё раз

Теперь Серёжа заволновался

– Дом мой – глаза покосились на табличку дома – И подъезд тоже. Что же не так?

Опять пальчики пошли по домофону, только уже со скоростью черепахи

– Не правильно. Попробуй ещё раз

Страха не было. Было только непонимание. Серёжка достал из рюкзачка свой телефон-кирпич – родители другого не разрешали – и позвонил маме

– М7, О4, М4 – Произнёс мёртвый, металлический голос. Была пауза, небольшая, пару секунд – Е2, М1, Р1 – Вызов закончился, так и не начавшись

Руки Серёжи задрожали, телефон бросился к земле. Он уже боялся не то что звонить - смотреть на свой гаджет. А на телефончике ни царапинки, что странно при его хрупкости и дешевизне

Минут 15 Серый пытался осмыслить происходящее. Хотелось только одного – убежать. Но что-то в сердце говорило, что лучше остаться здесь. Дрожащими руками взяв телефон, Серёжа набрал своего отца:

– Р2, О2, Р1, Е1, Т1, О2, М2, Р1, О1, О2, О1 – Всё тот же безжизненный голос

Теперь это был не просто страх. Это был дикий, животный ужас. Телефон снова полетел к земле, но теперь по велению хозяина. Был сильный удар. Любой телефон сломался бы. Но нет, эта адская машина даже не помялась. По прошествии 13 минут, Алмазов снова набрался сил позвонить. Но уже не родителям.

Все последующие звонки сопровождались всё тем же голосом, говорящим всё ту же неразбериху, но теперь Серёжа не так пугался этого голоса.

Но появилась новая странность. Вернее две странности. Звонки двум людям отличались от остальных

Этими двумя были София Беляева и Костя Осинов. Первая – это ещё та сволочь. Может начать драться из-за пустяков. Имеет «Подруг», пляшущих под её дудку, боясь её кулаков и криков. Хоть и любима всеми учителями, но не отличница. А в классе, всем ненавистна и ни кем не уважаема. Сам Алмазов даже пытался выстроить с ней холодный мир, но ей фиолетово было, всё так же пыталась унизить.

В то время как второй – это лучший друг Кактуса. Ростом он как Серёжа – приблизительно 170 сантиметров. Волосы тоже похожи, смольно-чёрные, а также Костя носит очки. Сам по себе он человек хороший – почти всегда выручит в беде и поддержит любого. Подружились они очень удивительным способом: в первом классе Осинов был отличником и гнобил хорошиста Алмазова, а затем оценки Костика упали до четвёрок, и он подумал, что Серёжа на него похож и решил подружиться с ним. Что и случилось. Чего в жизни не бывает!

Вот и у Серёжи жизнь повернулась очень неожиданным образов. Тотальное непонимание происходящего и сами мысли, додумывающие ужасные объяснения происходящего, вызывали неописуемый страх:

«Инопланетяне, которые кладут детей в кому по средством перехвата связи мобильного телефона. Потусторонние сущности, создающие портал с свою реальность через телефон. Вампиры, владеющие телефонными линиями и диктующие координаты следующей жертвы своим «собутыльникам». Древний демон, убивающий посредством загадочного шифра по телефону. Загадочные эксперименты «закрытого» КГБ, приводящие к исчезновению людей. Маг-маньяк, который ставит на телефон жертвы «метку», оповещающую о скорой смерти»

Но здравый смысл одержал верх:

«Какие вампиры, маги и демоны? Это всё антинаучные выдумки недалёких умов. КГБ это вообще комедия. Как Такое могло мне в голову прийти? Инопланетяне хоть теоретически и существуют, но точно не крадут людей с земли. Наверное пароль от двери сегодня изменили, а я не знал. А телефон... Это просто Костик устроил розыгрыш. Мамкин айтишник. Следующая цель – Костин дом»
Теперь Кактус размерено шагал по направлению к дому Осинова. Но и теперь у Алмазова были небольшие трудности. Он не понимал где находится. Идеальное чувство направления, бывшее ещё с детства, исчезло. Куда не иди, всё время оказываешься у этого проклятого подъезда. Серёжа только через крышу не пробовал перелезть, и то думаю, всё равно оказался бы у этой двери. А в уши всё бил и бил молниеносный мотив, требующий быстрых действий. Шаг перерастал в бег. Не щадя своих ног, Алмазов бегал по замкнутому пространству. Словно вокруг трёх сосен в лесу

Спустя пятнадцать минут этой бешеной карусели, Серёжа одумался. Он выключил музыку присел у металлической двери, и начал раскладывать ситуацию по кирпичикам

«Во-первых, мимо не прошло ни одного человека. Это уже странно. Во-вторых, я не могу выйти из этого… места. В-третьих – это цифры и буквы после звонка. Это явно шифр. Но как он зашифрован? Я хоть и знаком чутка с криптографией, но не настолько. И кстати, на физкультуре я был очень голоден, а сейчас желудок будто полон. Надо провести пару экспериментов»

Алмазов начал искать что ни будь острое.

«Не то, нет, не пойдёт» – проносилось у него в голове.

Наконец то был найден небольшой острый камушек. Кактус осторожно провёл острым краем по ладошке. Ничего. Совсем ничего. Попробовал сильнее. Опять ничего не случилось. Теперь попытался себе распороть руку со всего маха. Как и до этого – ничего.

«Значит меня невозможно не то что ранить! Что тут, чёрт возьми происходит?!»

Серёжа был уже на краю истерики и безумия. О не знал, что делать. О не знал абсолютно ничего. И тут к нему пришла гениальная идея – прыгнуть рубкой с козырька над дверью.

«Это же гениально!»

И вот, Серый встал на край козырька. Всё в нём бурлило и кипело. Маленький шаг, и он узнает всё. Или ничего. Прыжок. Промелькнули в сознании строчки какой-то песни: «Летела жизнь, летели этажи». Вот макушка касается земли. Позвонки хрустят, но боли нет. Есть только Тьма, закрывающая глаза плотной плёнкой

***

Я бежал

Урок только-только закончился. Хотя… Уроком это назвать можно с трудом. Все бесились и играли, в то время как Алексей Георгиевич снова ушёл «обсуждать с директором школы новый спортинвентарь». Но это была отговорка. На самом деле он просто ушёл домой, и это никого не волновало

Кактус, по своему обыкновению, почти сразу сел на скамеечку и начал читать. А когда чтиво закончилось, покинул школу через дыру в заборе, относительно недавно сделанную одиннадцатыми классами

А я всё бежал, выкинув из головы всё лишнее и ненужное. «И в моей душе нет паутины и грязи» – мог бы описать меня Серёжа. Чего он только не читал и не слушал! Он просто кладезь маленьких и не очень цитат

Мой кроссовок резко провалился в грязь, и я чуть не упал. Дурацкая весна! Везде лужи, грязь кругом. А что за трава! Это что-то совсем неописуемое. Такая жалкая, мелкая и ничтожная. Только мешается. А листья на деревьях? Что с ними?! Маленькие, совсем не крепкие и редкие. Только умножают убожество этих хиленьких стволов. И ходят тут всякие, не очень приятные лица

В рюкзаке зазвенел телефон. Даже не смотря, это определённо Алмазов. Только он может додуматься пригласить на прогулку через пятнадцать минут после окончания занятий. Конечно, я свернул со своего намеченного пути и побежал к дому Серого

Снова я бежал. В голове была пустота. В ней было счастье, ведь можно забыть обо всём. А отсутствие главного признака жизни: мыслей меня не волновало. Они приносят боль и ответственность.

Но я жив, и в голове была одна цель: «Добежать до дома». Промелькнула мысль, что надо было сначала сбегать к себе, скинуть портфель, а уже потом к Кактусу, но уже поздно что-то менять

Вот и финишная прямая. Пара секунд и пойдём гулять

Алмазова не видать. Дверь приближается всё ближе и ближе. Я уже представил куда мы пойдём: в лес, к мосту на реке, на заброшенный дом, на детскую площадку

Домофон уже перед носом. Набираю три простые цифры, нацарапанные ключами тут же, на стене

Один

Четыре

Семь

Вызов

Пошли гудок за гудком. Вдруг ответил строгий голос Сережиного отца:

– Алло?

– Здравствуйте Алексей Анатольевич. Это Костя Осинов. А Серёжа может выйти погулять?

– Здравствуй. Он ещё не вернулся из школы

– Спасибо, а вы не знаете где Серёжа может быть?

– Нет не знаю. Позвони ему

– Ещё раз спасибо. До свидания

– До свидания

Снова гудки. «Где же Кактус?» – всплыл вопрос. «Может он так придуривается? Нет. Его папа на такое не согласился бы. Точняк! Он же вечно ходит какими-то лабиринтами. Ну ладно, подожду.»

Я прислонился спиной к стене и прикрыл глаза. А перед моим взором начали нестись воспоминания: игры, прогулки, различные «опасности». В итоге, дрёма сковала мой разум

Из этого сладостного состояния меня вышвырнул резкий и громкий шлепок. Будто упало что-то тяжёлое плашмя. Открыв глаза, я увидел прямо передо мной Серёжу

– Чё блин!?

Я подбежал к нему

– Серый! Серый вставай! Вставай! – говорил я, похлопывая его по плечам и лицу – Ну! Давай же!

Он застонал и попытался открыть глаза. Хоть с первого раза не получилось, он это сделал

– Что случилось?! – прикрикнул я на него

– Да ничего. Солнечный удар словил… – при попытке приподнять голову он опять застонал

– Гений! Посмотри на небо! Тучи одни! Солнца нету! Давай рассказывай, что с тобой произошло. Обкурился чего похоже или нажрался чего-то не очень разрешённого

– Нет. Ты же знаешь, ЗОЖ и вот, курить плохо, там же, в этих столько всего, нико…

– Хватит зубы заговаривать! Что, блин, случилось что!?

– «Так вот сиди и слушай…» – пропел себе под нос Серый – Подхожу я значит к дому. Набираю код от двери и…

Дальше он рассказал обо всём, что с ним случилось за последние минут сорок (Из ответов телефона он упомянул только слово метро, а ещё обмолвился про какой-то шифр, но так, вскользь) –… И вот я лечу, а после теряю сознание и… вот – закончил я и развёл руками

– Ну Кактус! Рассказывай где траву такую хорошую взял. Такое выдумать! Это ж – и Осинов зашёлся смехом, надсмехаясь на до мной

–Да я истину глаголю! Еретик проклятый! Верь гласу моему, пока не покарали и тебя! – и да, иногда, когда я очень сильно злюсь, я начинаю нести отборную чушь или говорить больно старомодно

– Тихо, тихо. Может это и правда, но я не настолько доверчивый, чтобы верить в такую откровенную фигню

– Константин! Поверьте, это ни есть слова умалишённого! Проверьте сей факт своим мобильным телефоном, позвонив любому из своих родителей

– Хорошо, умник – ответил Осинов, доставая свою навороченную лопату.

Вызов пошёл. Вместо гудков зазвучали буквы в комбинации с цифрами:

– М5, Р4, Т3, Р… – на букве «Р», Костян от страха окончил вызов

– Ты чё творишь?! – с ходу запротестовал я, стараясь отобрать телефон.

Началась маленькая драка, в итоге которой мобильник так и осталась у владельца

– Придурок – чуть ли не шёпотом сказал Осинов – ты её чуть не угробил, дубина. И что бы мои предки сказали, если бы ты её уронил, а?! – уже закричал он

– Сударь, не стоит на меня обижаться. Нам следует вместо этой ссоры начать искать выход из сложившийся ситуации нестандартного характера, дабы не стать случайной жертвой сего аномального явления.

И какой же я идиот! Я же знал, что Косте такой стиль речи ну очень уж не нравится, но всё равно продолжал свой, не очень приятный для него, монолог.

– Да иди ты далеко и надолго! Умник фигов! Заколебал уже со своей старомодностью! То «Сер», то «Сударь». Чё, скоро будешь «Товарищем рабочего класса» обзывать?!

– Пожалуйста, успокойся. Я постараюсь поменьше так говорить, о‘Кей? Так мы ещё выход так и не нашли

– Есть всегда три выхода –пробурчал Костя – бежать, плакать и прыгать.

– Не разводи каламбур. Попробуй обзвонит всех. Может дозвонишься до кого-то

– Нет – протянул он – Я этим заниматься не буду. Я просто уйду. Или буду ждать пока эта дичь закончится – и сел в свой телефон играть

– Костя, Костя – протянул уже я

– Да что Костя! Что прикажешь делать!? Сам сказал, что ничто не работает. И что делать? А? Дай хоть поиграть на по следок.

– Играй, играй. Кстати, а интернет есть?

– Нет, нету

– А ты после школы обедал?

– Нет. И отстань ты наконец.

– Последний вопрос. Есть хочешь?

– Нет

А у меня в голове возникли некоторые мысли: во-первых, мы не можем здесь умереть. Ну вот хоть убейся. Во-вторых, здесь наши естественные потребности просто испаряются. Раз нет голода, то и в туалет нам не захочется. В-третьих, здесь есть только мобильная связь и то, какая-то странная. Только ерунда вместо гудков. В-четвёртых, люди, кроме нас, тут отсутствуют. И, в-пятых, мы отсюда выйти не можем. Ну никак. Совсем

Можно уцепится только за связь. Или можно раскрутить всё от домофона. Из-за него то всё и началось. Хотя что можно про него сказать? Да собственно ничего. Только код – 53494, который не подходит

Это конечно бред, но может попробовать собрать все числа вместе?

Вот мой плейер. Номер последней песни – 29. Если сложить 29 и код от двери, то получится 2953494. Что-то это мне напоминает. Будто телефонный номер: 8, что-то там, 295 34 94. А какие оставшиеся 3 цифры? Номер Костика? А что у него там?

Я достал телефон и быстро нашёл номер Кости. Начинается на 931.

Ну что? Попробуем. Цифры засветились белым огнём на маленьком экранчике.

– Ну... Погнали. Пути назад не будет – экран телефона засветился ослепляющим белым светом. Потом так засветился сам телефон. А после засиял вообще весь мир.

***

– Всё не то, и не так. Безвкусно, и пресно. Вот что это такое? – недоумевал Автор, тыкая в экран – Зачем использовать затёртый до дыр мотив? И если исправлять, то надо всё переписывать.

У Сергея Алексеевича, потихоньку удаляющего своё новое произведение, зазвонил телефон. Номер не определился и экран был просто белым, что было странно. «Спам» – подумал писатель, сбросил трубку и продолжил свои рассуждения.

– Проще все стереть. Уничтожить и начать с нового, белого листа. Чёрным по белому. Вырисовывать из Тьмы этот новый, удивительный, иллюзорный мир, в котором я живу.