Проданная мечта

Дуфо отличался от других торговцев. Он был худой и длинный, как жердь, не носил пестрых и широких поясов, не любил подолгу торговаться и часто прятался за кварцевыми очками. А еще он всех ненавидел. Ненавидел своего соседа из соседней лавки за то, что тому удалось выкупить целое здание, в то время как он был вынужден ютиться на втором этаже и платить за помещение бешеные деньги. И этот второй этаж он тоже ненавидел, потому что мало кто из посетителей желал или догадывался подниматься по скрипучей лестнице, чтобы посмотреть его товар. Ненавидел он и своего коллегу с первого этажа, так как тот отвлекал его клиентов своими пирогами и выпивкой.

Не так себе Дуфо представлял жизнь торговца. У него даже не хватило денег на то, чтобы нанять слугу, который бы ходил по голодранцам и выбивал с них долги. Помимо торговли, он не гнушался заниматься ростовчиществом. И теперь ему самому приходилось топтать грязь бедных районов, вздрагивать от пьяных криков и хвататься рукой за рукоять ножа, когда очередное чудовище, некогда бывшее человеком, вываливалось из-за угла покореженных зданий.

Любой разговор с должником всегда начинался со слез или бравады, а заканчивался мольбами или торгом. И этот тоже не оказался исключением.

Предчувствуя долгий и нудный гундеж от своего заемщика, Дуфо напряженно втянул воздух. В ноздрях тут же защипало, а на языке появился привкус кислятины и едкого пота. Каморка – место, где жил должник, которого все звали дурачком Мао, походила больше на загон для свиней. Тут было настолько грязно, что разводы из непонятных пятен находились даже на потолке. Уже сгнившая почти до основания циновка словно приклеилась к полу от грязи и жира человеческого тела. Хотя Дуфо с трудом мог бы назвать дурачка Мао человеком. Даже если у тебя нет денег, чтобы улучшить или обставить свое жилище, то рук-то тебе никто не отрубал, чтобы тут прибраться. А этот, видимо, своими руками только ворует, жопу подтирает и за бутылку хватается. Дуфо поморщился. Он терпеть не мог пьяниц и запах алкоголя. Сам он последний раз пил горячительное лет пятнадцать назад, и то только ради того, чтобы умаслить преподавателя.

– Так что ты хочешь мне предложить взамен моих потраченных денег? – Дуфо повторил уже порядком опостылевший ему вопрос. Но так полагалось вести дело, иначе кто пойдет к ростовщику, который не идет на уступки?

– Как видите, – пресмыкающимся голосом ответил дурачок Мао и обвел рукой комнату, – мне тута особо нечем вам платить. Но я-то человек честный, я бы даже себя заложил, вы же рабами торгуете? Да, наверное, торгуете, кто ж не торгует-то в наше время? Но вот беда, я болен, как старая проститутка, меня, поди, даже после смерти на мясо псам не продать.

Дуфо еле сдержался, чтобы не закатить глаза к потолку. Все это он уже много раз слышал. И как ему вообще в голову пришла мысль дать в долг такому голодранцу? А все этот проклятый сосед по лавке, наплел ему, что, дескать, этот дурачок Мао честный, работает, все отдает, никого не дурит, так как мозгов у него на это не хватает. А еще он якобы на хорошем счету у местных шаек, а Дуфо как раз искал способы, как расширить торговлю незаконными предметами.

– Ну, тогда сдам тебя стражам, да под суд подведу, – Дуфо разочарованно махнул рукой. – Твоя прилюдная порка или отсечение конечностей хотя бы морально компенсирует мои издержки.

– Подождите, господин, я тут кое-что вспомнил, – дурачок Мао увидел, как зажегся интерес в глазах Дуфо, и улыбнулся, демонстрируя свои оставшиеся, почерневшие зубы.

– Чего там у тебя? – постарался напустить безразличия Дуфо. Хотя он втайне наделся, что сейчас этот никчемный грязный ошметок, наконец, откроет ему путь к главе городских банд скупщиков краденого.

– Это очень ценное, – заважничал дурачок Мао. – Я такое никому еще не предлагал. Может, конечно, и не стоит шутить с такими серьезными штуками. Даже не знаю, что мне за такое потом прилетит…

– Ой, да давай не крути хвостом, как корова на дойке. Что там у тебя? – Не выдержал Дуфо. Вонь в комнате, усталость после рабочего дня и желание поужинать изводили и лишали его терпения.

– Я готов продать свою мечту!

– Чего продать? – От удивления Дуфо растянул слова, будто надеясь, что ослышался.

– Мечту, мечту, – бесхитростно повторил Мао, явно и правда веря, что тот не понял сказанного. – Вот я уже тута и подготовил даже все.

Дурачок Мао ринулся к углу одной из стен, отодвинул доску и достал оттуда небольшую баночку.

– Вот! Это мечта, – торжественно пояснил Мао. – Мне ее чароплет из головы вжик, – он рукой показал, как из его лба что-то достали, – и в баночку.

Дуфо поднял челюсть, что отвисла от изумления. Такого представления ему еще не доводилось видеть. Мечта Мао была такая же мерзкая, как и он сам: что-то серо-коричневого цвета лениво вращалось внутри сосуда.

– Зачем мне этот хлам? – разозлился Дуфо. – Ты совсем, что ли, идиот? Кому нужна мечта? Оглянись по сторонам, все и так вокруг в сплошных грезах.

– А вот и нет! – искренне запротестовал дурачок Мао. – Есть те, у кого нет мечты, и они были бы рады ее прикупить. Мечта же, она столько сил дает, калеку на ноги поставит и нищего в министры возведет!

– Ишь, как брехать начал, – усмехнулся Дуфо. – Ты мои денежки на обучение торговому ремеслу, что ль, спустил? Так вот, напрасно их потратил! Потому что главное – не только языком чесать, а толковый товар предоставить. Мечта – это пшик, облачко в небе, ни поймать, ни продать, даже не всегда разглядеть можно. Безделица, одним словом.

– Так ведь вы же торгуете украшениями! Тоже безделица, а сколько радости приносит.

– Украшение — это статус, а если что, так его и перепродать можно.

– Так и мечту можно! Если один купил, то, значит, и второму захочется! Как же это жить без мечты? Вот у вас есть мечта?

– Мечта? Хм, дай-ка подумать. – Дуфо и сам не заметил, как всерьез стал отвечать на вопросы дурачка Мао. – А ведь ты прав, нет у меня мечты, зато есть планы – куда полезнее глупых грез. Я планировал научиться торговать – стал подмастерьем, планировал получить лицензию торговца – окончил обучение по письму и счету, планировал открыть свою лавку – открыл! Зачем мне мечта?

Дуфо самодовольно улыбнулся и упер руки в бока. Уел этого дурачка!

– Потому что план всегда тупиковый, понимаете, не широк в выборе, а мечта… – Протянул последнее слово дурачок Мао. – Вот была бы она у вас, так вы бы не торговцем стали, а главой гильдии торговцев или, например, в совет министерства при дворе попали бы.

– Ишь, как брешет, – сначала хотел было засмеяться Дуфо, но потом призадумался, вообразив себя министром. Только его фантазия была скудной и тут же наткнулась на прагматизм. Он рассердился. – Да как бы я туда попал бы, полный ты дурак! Хотя… Если б только пошел в торговлю не безделушками, а пушниной или шелком, там связей побольше будет. Можно было б даже и начальника порта в полушубок нарядить, чтоб тот слово замолвил. А если б мои товары во двор попали… Аааа! Чтоб тебя! Ведь прав ты, что же это я так мелко взял.

– Потому что не мечтали…

– А что у тебя в банке-то этой? Хоть товар опиши по нормальному.

– Да что и у всех в головах. Деньги, слава, женщины. Короче, нормальная человеческая мечта

– Ага, – смекнул Дуфо. – Значит, продавать такое надо мужчинам не слишком удачливым, отчаявшимся или уставшим от несправедливости жизни.

Дуфо стал мысленно перебирать в голове всех своих покупателей, прикидывая, кому бы такое могло подойти.

– Среди семейных ищите, тех, что уже жизни нахлебались, – подсказал дурачок Мао. – Или молодых, забитых и непризнанных.

– Ладно, давай свою мечту, зачту тебе долг.

– Под расписку?

– Под расписку… – проворчал Дуфо. – Больно умные пошли босяки.