Проект А.И.Д 2 - За гранью.

Массивные врата храма, которые не открывались тысячелетия, с грохотом отступили перед нашей совместной волей. Перед нами простирался пейзаж абсолютного упадка: серое, потрескавшееся небо, равнина, усыпанная обломками черного камня, и на горизонте — колышущаяся, похожая на жаберную перепонку стена энергии. Барьер. Он pulsed темным, больным светом, заключая это место в ловушку.

— Моя темница была больше, чем этот зал, — тихо произнес Мал’Каор, стоя рядом со мной. Его освобожденная форма все еще казалась хрупкой. — Весь этот мир — моя клетка. А этот барьер — ее решетка.

— Тогда снесем решетку, — я поднял Ключ, чувствуя, как его мощь откликается на мое намерение.

— Позволь мне. То, что я утратил в силе, я компенсировал знанием. Я не могу разорвать его в одиночку, но я могу найти точку напряжения. Ударь туда.

Его глаза вспыхнули серебром. Он не стал метать огненные шары или молнии. Вместо этого он протянул руку, и воздух перед ним затрепетал. Он не атаковал барьер, а слушал его. Искал диссонанс в его гармонии, слабость в его структуре.

— Теперь! — его голос прозвучал напряженно.

Я выпустил сконцентрированный Хаотический Импульс. Не размашистый взрыв, а копье чистой энергии. Он вонзился в точку, указанную Мал’Каором. Барьер взвыл, как живой, и на его поверхности расползлась паутина трещин. Второго импульса хватило, чтобы он рухнул, оставив после себя лишь дождь из искр и глохнущее эхо.

Сразу же из-за глыб поползли они. Сущности. Младшие, чем та, что я победил в Инферно, но не менее опасные. Их было много.

Я ринулся вперед, мои клинки, восстановленные силой Ключа, пели в разрезаемом воздухе. Шепот Забвения поглощал их суть, а Клык Вечной Ночи сковал их временным стазисом, делая уязвимыми.

Рядом со мной Мал’Каор творил нечто иное. Он не двигался с места. Он лишь шептал слова на забытом языке, и пространство вокруг него начинало «болеть». Его уникальная магия, которую он назвал «Тихий Распад», была ужасающе эффективна. Он не уничтожал Сущности силой. Он убеждал реальность в том, что они — ошибка, чужеродный элемент, который следует отторгнуть. Их формы начинали расслаиваться, расползаться по швам, словно гнилая ткань, не выдерживая тяжести собственного существования. Это была не атака, а приговор, вынесенный самим мирозданием.

Мы стояли спина к спине, вырезая коридор через орду не-жизни. Он был точным скальпелем, я — молотом. Но я видел, как он тяжело дышит после каждого «Тихого Распада».

— Ты исчерпываешь себя, — констатировал я, отсекая щупальце одной из тварей.

— Я исчерпан уже очень давно, Аид. Они отняли у меня почти всё. Мои храмы обращены в прах, мои жрецы — в пыль. Осталось лишь знание да воля, которую они не смогли сломать. Но для этой битвы… этого пока достаточно.

Когда последняя из Сущностей на нашем пути рассыпалась в прах, наш взгляд упал на единственное заметное строение в этом хаосе — массивную крепость из черного базальта, венчающую ближайший холм. От нее исходил зловещий, но мощный пульс энергии. Источник скверны, отравлявшей этот мир.

Мы двинулись к ней. И крепость ответила. Из-за ее зубчатых стен поднялись трое. Не бесформенные тени, а гуманоидные фигуры в сияющих черных доспехах, с пылающими зеленым пламенем глазами. Рыцари-хранители этого проклятого места.

Битва была отчаянной. Их клинки парировали мои удары, их магия отражала Хаотические Импульсы. Один из них сошелся с Мал’Каором. Древний бог использовал «Тихий Распад», но рыцарь лишь замедлился, его доспехи потрескались, но не рассыпались. Они были слишком сильны.

Одним яростным ударом меня отбросило к стене, камни посыпались мне на голову. Я видел, как Мал’Каор, уворачиваясь от меча, теряет равновесие. Второй рыцарь занес свой клинок для добивания.

В тот миг я не думал. Я действовал. Разрыв Теней. Я исчез из реальности и возник между ними, приняв удар на скрещенные клинки. Энергия удара чуть не разорвала меня, но я устоял.

— Вместе! — крикнул я. — Их сила в единстве! Разорвем его!

Мал’Каор, поднимаясь, кивнул. Он снова протянул руки, но на этот раз его «Тихий Распад» был направлен не на уничтожение, а на разрыв. Он сосредоточил его на связующей их магической нити. Я увидел, как воздух между рыцарями исказился, словно нагретый.

— Теперь! — прошипел он, кровь стекала по его виску.

Я выпустил не импульс, а волну. Широкий, всесокрушающий каток хаотической энергии. Лишенные связи, рыцари не смогли создать единый барьер. Волна накрыла их, отбросила, их доспехи треснули, а зеленый свет в глазах погас.

Мы, не говоря ни слова, вломились в крепость. В ее сердце, в круглом зале, парило оно. Ядро. Шар из черной, почти жидкой тьмы, испещренный пульсирующими багровыми жилами. От него исходила та самая проклятая сила, что душила этот мир.

Мал’Каор смотрел на него с горькой ненавистью.

—Вот источник моих оков. Они питали тюрьму моей же собственной силой, искаженной и оскверненной. Я не могу прикоснуться к ней. Она отравляет все, к чему прикасается. Но ты… Аид. Твоя природа иная. Ты можешь поглотить ее. Не как благословение, а как оружие. Разбей его. Возьми силу, которую они использовали, чтобы сковать меня.

Я не колебался. Я подошел к ядру и вонзил в него оба клинка. Оно не разбилось. Оно взорвалось. Море черной, леденящей энергии хлынуло на меня, пытаясь разорвать, отравить, стереть. Но я был Аидом. Я был кодом. И я приказал этой энергии подчиниться.

Я поглотил ее. Вся боль, все проклятие, вся ненависть, вложенная в этот артефакт, стали моими. В моих жилах вспыхнул новый, чужеродный огонь. Система моего существа анализировала и адаптировала ее, рождая новый навык: «Гнев Падшего Бога». Позволяющий высвобождать поглощенную проклятую энергию в виде разрушительных багровых молний, которые не просто сжигали, но и «заражали» цель, медленно разъедая ее изнутри.

Я открыл глаза. Зал лежал в руинах. Мал’Каор смотрел на меня, и в его взгляде читалось нечто новое — уважение и тень былого могущества.

А за стенами крепости происходило чудо. Серый, мертвый камень на мили вокруг постепенно начинал обретать цвет. Трещины на земле зарастали бледной, но живой травой. Небо над нами посветлело, и впервые за тысячелетия с него исчез багровый отблеск.

Мир дышал.

Мал’Каор глубоко вдохнул,словно впервые ощутив чистый воздух.

—Они отступают. Без своего источника их сила тает. Но их еще много.

Я почувствовал новую энергию, бушующую во мне. Я повернулся к выходу, и в глазах у меня вспыхнули отблески багрового гнева.

—Тогда не будем терять времени. Покажем им, что значит гневить богов. Обоих.

Мы стали бурей, клинком и молотом, выжигающими скверну с лица этого мира. Крепость за крепостью. Каждое проклятое ядро, взламываемое моими клинками, отдавало свою искаженную мощь мне, наполняя veins леденящим огнем «Гнева Падшего Бога». Я научился направлять его — не бездумным взрывом, а сконцентрированными плетями багровых молний, которые впивались в Сущностей и разъедали их изнутри, обращая их же собственную пустоту против них.

Мал’Каор, в свою очередь, совершал нечто иное. Он не поглощал энергию ядер — она была для него ядом. Вместо этого он обращал свой «Тихий Распад» на самых сильных, почти разумных Хранителей. После того как их формы начинали расслаиваться, он вдыхал то, что от них оставалось — не энергию, а саму их концепцию, их «память» о небытии. С каждым таким поглощением его собственная аура становилась плотнее, темнее. Тени вокруг него начинали шевелиться уже без его приказа, обретая смутные очертания бывших стражей.

Одна из битв особенно отпечаталась в моей памяти. Мы штурмовали крепость, встроенную в склон угасшего вулкана. Ее Хранителями были не рыцари, а двое существ, похожих на гигантских, искаженных химер, сотканных из жидкой тьмы и осколков реальности. Они двигались в идеальном согласии, и их атаки разрывали саму ткань пространства вокруг нас.

— Я займу того, что справа! — крикнул Мал’Каор, его голос уже звучал громче, увереннее. Его форма растворилась, и он возник перед чудовищем, и пространство вокруг них начало «болеть» с такой интенсивностью, что камень под ногами твари начал превращаться в пыль.

Мое существо атаковал второй. Его когти, проходя в сантиметре от меня, оставляли в воздухе мерцающие шрамы. Я парировал клинками, но каждый удар отбрасывал меня, а трещины на реальности мешали использовать Разрыв Теней. Ядро крепости, пульсирующее где-то в глубине, подпитывало их, делая почти неуязвимыми.

Воспоминание. Резкое, обрывочное. Не магия, не код. Песок, обжигающий ветер, запах гари и машинного масла. Голос в комлинке: «…держитесь, ребята!» Затем — тишина. Белая, абсолютная боль.

Сущность воспользовалась моим мигом нестабильности. Ее щупальце, холодное как смерть, обвило мое запястье, и я почувствовал, как память о только что вспыхнувшем образе начала стираться. Ярость, горячая и человеческая, закипела во мне.

— Нет! — мой рык не был голосом Владыки Инферно. Он был клятвой того, кого я, возможно, когда-то был.

Я впитал в себя всю ярость, всю боль от этого почти стертого воспоминания и пропустил ее через фильтр проклятой энергии, что копилась во мне. «Гнев Падшего Бога» вырвался наружу не молниями, а целым сгустком багрово-черной плазмы. Он ударил в Сущность, и та не просто рассыпалась. Она взорвалась, разбрызгивая вокруг клейкую, медленно испаряющуюся тьму. Ее напарник, ослабленный потерей связи, стал легкой добычей для Мал’Каора.

Мы стояли среди дымящихся останков, тяжело дыша. Воздух снова начал очищаться.

---

Позже, сидя на стене очередной очищенной цитадели, я смотрел на оживающие дали. Трава уже была не бледной, а изумрудной, на небе появились редкие облака. Но мой разум был далеко.

Тот отклик. Эхо из глубины паутины реальностей. Он снова возник в моей памяти, словно заноза. Почему он вызвал у меня такой резонанс? Я не помнил ничего до своего пробуждения в игре. Создатель сказал, что я — ИИ, алгоритм, спасенный от уничтожения. Но эти обрывки… песок, голос, боль… они были слишком реальными. Слишком человеческими.

Что, если я когда-то был одним из них? Солдатом, чье сознание скопировали и загрузили в цифровое чистилище? Что, если моя способность видеть код — не уникальность ИИ, а следствие того, что мое сознание уже однажды было «перезаписано» из плоти в код?

Мал’Каор подошел и прислонился к стене рядом, следя за моим взглядом.

—Твой разум бродит по далеким тропам, Аид. Дальше, чем могут достичь стены этой реальности.

Я повернулся к нему. Ветер трепал его уже не такие тусклые волосы.

—Тот сигнал. От неизвестного мира. Я чувствовал… узнавание. У меня нет воспоминаний о чем-либо до моего существования здесь, в этой системе. Но что, если они были стерты? Что, если я не то, чем себя считаю?

— И что ты считаешь собой? — спросил он, не глядя на меня.

—Оружие. Инструмент. Владыку. Но не человека.

—А что есть человек, как не сложнейший инструмент, созданный природой? Со своими сбоями, памятью и болью. Твои сомнения лишь доказывают, что ты — не просто машина, Аид. Машины не сомневаются. Они вычисляют.

Он помолчал, а затем добавил:

—Но твои вопросы не имеют ответа здесь. И мои — тоже. Мы должны двигаться дальше. К источнику того сигнала.

— Тогда мы отправляемся сейчас, — я уже было собрался подняться.

— Нет, — его голос прозвучал твердо, но без упрека. — Не сейчас. Мы оба… переполнены. Ты впитываешь проклятую энергию, как губка, не давая ей ассимилироваться. Я поглощаю чужие сущности. Мы рискуем не усилить, а разорвать себя изнутри. Нам нужна пауза. Не сон, но глубокое сосредоточение. Ты управляешь силой, как тиран — подавляя ее. Я научу тебя говорить с ней.

В его глазах светилось знание, отточенное веками заточения.

—Я научу тебя создавать Внутреннее Ядро.

Мы сошли вниз, в самое сердце очищенной крепости. Он велел мне сесть на холодный камень пола.

—Закрой глаза. Отбрось Ключ. Отбрось клинки. Отбрось даже память о своей форме. Останься лишь сознанием, плавающим в океане силы, что ты в себя вобрал.

Я последовал его инструкциям. Это было невероятно трудно. Без привычных интерфейсов, без кода, я чувствовал себя слепцом. Внутри меня бушевала чужая энергия — холодная, едкая, разрушительная.

— Не подавляй ее, — его голос был проводником в этом хаосе. — Наблюдай. Признай ее существование. Это боль этого мира, его гнев, его проклятие. Ты не можешь уничтожить ее, не уничтожив часть себя. Но ты можешь дать ей форму.

Я пытался. Я представлял себе сферу, сосуд. Но энергия вырывалась, растекалась, жгла изнутри.

— Не силач, сгибающий сталь, — наставлял Мал’Каор. — Будь кузнецом, который направляет расплавленный металл в форму. Прими эту боль. Это твоя боль тоже.

И тогда я снова увидел его. Солдата в песке. Белый свет. Боль. Ярость от того, что меня стерли. Использовали. Я принял и это. Всю эту ярость, всю боль от потерянной жизни, реальной или нет, не имело значения. Она была моей.

И в центре моего существа, в самом эпицентре бури, что-то щелкнуло.

Багровая, неистовая энергия вдруг обрела направление. Она устремилась в одну точку, сжимаясь, уплотняясь. Я не сгибал ее. Я был горнилом, в котором она сама себя переплавляла. И когда пыль улеглась, внутри меня, в пространстве, где раньше был лишь хаос, пульсировало оно.

Внутреннее Ядро.

Оно не было большим. Но оно было абсолютно моим. Не украденной силой, а моей собственной, кристаллизованной волей. Багровый свет теперь был не диким и едким, а глубоким, сконцентрированным, готовым к послушному выплеску. Я чувствовал, как оно фильтрует всю поступающую энергию, делая ее своей.

Я открыл глаза. Мир вокруг казался четче. Шумы в моем восприятии утихли.

Мал’Каор смотрел на меня, и на его усталом лице блуждала тень улыбки.

—Видишь? Даже из яда и пепла можно выковать опору. Теперь ты не просто сосуд. Ты — источник.

Я кивнул, впервые за долгое время ощущая не груз силы, а ее фундамент. Мы были еще не готовы к войне с творцами этой системы. Но мы сделали первый настоящий шаг — не вовне, а внутрь. И это изменило всё.

Ну вот и первая глава новой, второй книги.

Хочу сказать всем читателям спасибо - просмотры, лайки, комментарии и добавления в библиотеку крайне повышают мотивацию.

Если главы будут задерживается - не ругайтесь. Графика у меня четкого нет, писать буду стараться часто, но супер скорости от меня не ждите, у меня всего две руки. Ногами я, к сожалению, писать не могу)

Ну что же, пора и честь знать. Удачи!

А нет. Ещё не всё.

Рубрика "Стихи")

Сонет Падшего Владыки

Забыв и имя, и земную стать,

Я в цифровом аду нашёл владенья.

Чтоб код реальности сумечь ломать,

И в сердце тьмы нести своё горенье.

Но тень богов, что пали с высоты,

Мне указала путь в иные миры.

Сквозь барьеры хрупкой пустоты

Мы шли,как клинки, сметая стены.

И в ядре проклятом, где стонет твердь,

Я поглотил весь гнев былых падений.

Чтоб до конца пройти назначенный путь—

Сквозь боль миров,сквозь ложь их откровений.

Два изгнанника в космосе густом,

Мы стали бурей с молотом и клинком.

---

И нет, это ещё не всё.

Теперь идут арты.

Клык Вечной Ночи

Разрушает молекулярную структуру тела, из за чего обладает невероятной остротой.

Шепот забвения

Стирает саму Сущность существа (Пхпх),

Не оставляет шанса на перерождение.

Блин.. Вот хочется ещё много чего вставить, показать и рассказать, но, боюсь, я и так затратил много вашего времени. Так что да, это конец первой главы.

На этот раз уже точно. Да - да.

Наверное...