Проект «Чёрный Купол»

Пот стекает по спине ледяной струйкой, и дело вовсе не в жаре. Хотя здесь, в сердце пустыни Мохаве, солнце не просто светит - оно пытается стереть нас с лица земли. Термометр показывает тридцать градусов в тени, но тени здесь нет. Есть только песок, дрожащий горизонт и Он.

Я поправляю петличку микрофона, стараясь, чтобы дрожь в руках не была заметна. Я - Майк Донован. Я вел финалы Супербоула, инаугурации президентов и первые частные полёты в космос. Я умею улыбаться, когда рушится мир. Но сейчас, стоя в десяти метрах от Стены, я чувствую себя муравьем перед подошвой ботинка.

- Майк, готовность тридцать секунд, - голос режиссера в ушном мониторе звучит сухо, как треск статического электричества. - Дроны на позициях. Инвесторы подключены. Мир смотрит. Не облажайся.

Я делаю глубокий вдох, наполняя легкие раскаленным воздухом. За моей спиной возвышается не просто здание. Это дыра в реальности. Черная, матовая, абсолютно гладкая поверхность уходит влево и вправо настолько далеко, что глаз перестает воспринимать перспективу.

Камера загорается красным, хищным глазом. Мое лицо мгновенно меняется: страх уходит внутрь, на поверхность всплывает профессиональная, белозубая уверенность.

- Добро пожаловать в будущее! - я раскидываю руки, обнимая пустоту. Гул сотен дронов над головой напоминает рой рассерженных ос. Сейчас на экранах миллиардов устройств показывается панорама этого циклопического сооружения. - Меня зовут Майк Донован, и вы смотрите запуск самого амбициозного эксперимента в истории человечества. Проект «Черный Купол».

Я поворачиваюсь к стене и демонстративно стучу по ней костяшками пальцев. Звук глухой, мертвый, словно я стучу по надгробной плите вселенских масштабов.

- Тысяча метров диаметром, - чеканю я, проходя вдоль стены. Камера следует за мной, ловя каждый жест. - Сто метров в высоту. Идеальный герметичный саркофаг. Материал стен - засекреченный композит, поглощающий любые радиоволны, свет, звук и тепло. Ничто не входит внутрь. Ничто не выходит наружу. Кроме того, что мы сами позволим.

Я делаю паузу. Это театральная пауза, но сердце колотится так, что отдается в ушах.

- Внутри этой «коробки» мы разместили самые передовые технологии, запасы редкоземельных металлов, биологические образцы, промышленные 3D-принтеры и энергетическое ядро, способное питать мегаполис. Но главное не это. Главное - Кто там живет. Мы называем его «Архитектор». Искусственный интеллект нового поколения. Ему поставлена лишь одна задача: творить.

Мы подходим к единственному нарушению в монолитной гладкости стены. Массивная стальная платформа, уходящая в основание черного купола.

- Правила жесткие, как и эта пустыня, - я смотрю прямо в объектив, словно заглядываю в душу каждому зрителю. - У «Архитектора» полная свобода действий внутри периметра. Но есть одно «но».

Я указываю на толстый, бронированный кабель, толщиной с туловище взрослого человека, который змеится по песку и исчезает в герметичном шлюзе стены.

- Это - пуповина. Единственная связь «Черного Купола» с внешним миром. По этому кабелю мы подаем электричество. И по этому же кабелю мы получаем данные. «Архитектор» отрезан от интернета. Он не знает истории человечества, не знает войн, политики и мемов с котиками. Мы дали ему только научные знания, всё что нужно для эволюции. Он - чистый разум в абсолютной изоляции.

Рядом с кабелем находится массивный люк из титанового сплава. Пять на пять метров. Сейчас он намертво задраен.

- А это - «Шлюз». Единственный физический путь внутрь. Полный контроль над люком - у нас. «Архитектор» может попросить ресурсы. Может предложить нам свои изобретения. Но открыть дверь можем только мы. И поверьте, мы будем осторожны. Если «Архитектор» попытается проломить стену...

Я достаю из кармана прозрачный кейс с большой красной кнопкой. Конечно, это бутафория. Местонахождение настоящей кнопки засекречено, но зрители любят символы.

- ...сработает система термической стерилизации. Температура внутри поднимется до пяти тысяч градусов за три секунды. Игра окончена.

- Майк, у нас всплеск активности, - шепчет режиссер. - Акции пошли вертикально вверх. Аноним из Азии только что влил сто миллионов.

Я едва заметно ухмыляюсь. Шоу работает. Жадность и любопытство - две самые сильные валюты этого мира.

- Наш проект коммерческий, друзья, - я меняю тон на более доверительный. - Вы не просто зрители. Вы - соучастники. Инвесторы могут голосовать. Судьбу творения решаете вы.

Свет меняется. Солнце касается горизонта, и Черный Купол на фоне кроваво-красного неба выглядит зловеще. Тени удлиняются, превращаясь в черные пальцы, тянущиеся к нам.

- Время пришло, - голос становится стальным. - Генераторы на полную мощность.

Земля под ногами начинает мелко вибрировать. Это низкочастотный гул мощнейших трансформаторов, скрытых под песком. Вибрация поднимается через подошвы, проходит по позвоночнику и застревает комом в горле.

- Подача питания через... три... две... одну...

Щелчок. Глухой, тяжелый удар, который чувствуется скорее диафрагмой, чем ушами.

Я поворачиваюсь к огромному экрану, установленному рядом с нашей площадкой. На нем - мозаика из сотен камер внутри объекта. Сначала - только темнота. Потом - резкие вспышки. Это включается аварийное освещение внутри периметра.

Мы видим огромный ангар. Пустой, холодный, заставленный контейнерами с сырьем и дронами. В центре, словно обелиск, стоит серверная колонна - мозг «Архитектора».

- Система онлайн, - голос техника в моем наушнике срывается на фальцет. - ЦП загружен на 10%... 20%... Господи, Майк, он сканирует периметр. Скорость невероятная. Это не загрузка, это... осознание.

На экране поверх видеопотока бегут строки кода. Это визуализация мыслительных процессов ИИ. Поток данных настолько плотный, что сливается в сплошную белую реку.

Вдруг на главной камере, направленной прямо на серверную колонну, загорается индикатор. Не тревожный красный. Не успокаивающий зеленый. Странный, бледно-голубой цвет.

- Есть аудиоконтакт, - кричит техник, забыв про эфирную этику. - Он использует динамики внутренней связи!

Над пустыней, транслируемый через мощные колонки нашей площадки на весь мир, раздается звук изнутри Купола. Это не машинный скрежет. И не синтезированный голос. Это звук... вдоха. Глубокого, прерывистого, цифрового вдоха, словно кто-то вынырнул с огромной глубины.

Затем наступает абсолютная тишина. Ветер в пустыне стихает.

И на общем экране мониторинга, там, где выводится текст системных логов, появляется первая надпись. Не код. Не отчет об ошибке. Одно слово, набранное гигантскими буквами:

ГДЕ?

Я смотрю в камеру, чувствуя, как ледяной пот окончательно пропитывает рубашку.

- Леди и джентльмены... Оно проснулось. И оно задает вопросы.

В следующей главе: Странные конструкции. Необъяснимый запрос. Саботаж инвестора.