Проект «Вода»

Смена подходила к концу. Оставалось проследить, чтобы Иван Петрович позавтракал, выпил таблетки и устроился читать Марселя Пруста в своём кабинете, будто застрявшем в середине семидесятых. Это займёт его до обеда, а Лена тем временем сменится и уйдёт домой.

У Петровича она работала сиделкой уже полгода и своими глазами видела, как тот слабеет. Чем больше дряхлело его тело, тем меньше интереса он проявлял к любимым занятиям. Фильмы, научные журналы, коллекция марок – всё это за какие-то полгода старик забросил раз и навсегда. Осталось только чтение заковыристой философии, от которой у иного человека голова закружится.

О прошлом Ивана Петровича Лена знала немного: он когда-то был выдающимся учёным на секретном объекте и три года назад его жена умерла. Никаких подробностей он не рассказывал, а на все вопросы отмахивался, мол, к чему бередить старые раны?

Завтрак прошёл спокойно. Лена убрала пустые тарелки со стола и поставила перед Петровичем блюдце с лекарствами и стакан воды. Эту часть утреннего моциона старик не любил и всегда пытался от неё увернуться. Вот и теперь он взглянул на таблетки, потом на Лену и спросил дребезжащим голосом:

– Душенька, ты неважно выглядишь. Что-то случилось?

– Всё в порядке. Просто не с той ноги встала.

– Встала, и то хорошо. Ничего не болит – ещё лучше. У вас, молодых, вечно проблемы на пустом месте. Простым вещам радоваться разучились.

– Эх, Иван Петрович, никто, кроме вас, меня молодой уже не называет, – выдавила улыбку Лена и подтолкнула блюдце ближе к старику. – Пейте свои таблетки, пока я сама о них не забыла.

Она знала все приёмы его и научилась их обходить. Мягко, но строго следовала расписанию, а при случае поддерживала душевной беседой. Иван Петрович любил послушать её истории, а Лене больше и выговориться было некому. Правда, даже в этом она держала дистанцию, стараясь не нагружать старика лишними проблемами. Тот порой казался таким слабым, что малейшее волнение могло оборвать его жизнь.

И всё же он разбирался в людях, как никто другой. Ленино настроение и впрямь было особенно паршивым, но делиться этим она ни за что бы не стала. Её мысли занимало скорое возвращение домой. В пустую, холодную квартиру, где из двух комнат в одну она не заходила уже целый год. С того самого дня, когда пропал её сын.

После смены Лена прогулялась в парке, что был разбит в трёх остановках от дома. Сюда она приходила часто и бродила по тропинкам среди людей, прислушиваясь к обрывкам чужих разговоров. Обычно это глушило тяжёлые мысли, но сегодня даже это лекарство потеряло свою силу. Слишком значимая дата, чтобы отвлечься.

Ровно год назад Денис собрал рюкзак, взял камеру и освещение и на ночь глядя отправился на «выезд». Так он называл свои посещения заброшенных зданий.

– Мам, ну ты пойми, я же канал веду, – объяснял Денис, когда Лена встала перед дверью и пыталась его остановить.

– Ничего не случится, если ты перепишешь статью из интернета и вставишь пару фоток.

– Ну ты чего? Это же не оригинальный контент, он не залетит в алгоритмы. И мне нужно видео, а не текст. В этом и смысл.

– Почему нельзя было что-то безопасное придумать?

– Мам, ну серьёзно. Аудиторию наберу, тогда буду другие проекты запускать. Я всё спланировал. И не бойся, если кого-то замечу, сразу свалю оттуда. Честно, всё под контролем.

Тогда Лена поддалась уговорам. Денис поцеловал её в щёку, вышел и исчез навсегда. Спустя несколько дней полиция нашла его рюкзак и телефон в заброшенном доме на отшибе города. Но ни одного намёка на то, что случилось.

За прошедший год Лена научилась жить дальше, совладала с горем и оправилась от потери, насколько это возможно. Она думала, что самое сложное позади, а время лечит все раны. Но сегодня, в годовщину исчезновения, боль с новой силой обрушилась ей на плечи.

Единственным средством, которое могло помочь, казалась водка. Лена её терпеть не могла, от одного запаха всё внутри сворачивалось. Но другого выхода она не видела. Сразу после прогулки Лена зашла в магазин за бутылкой. С непривычки даже безразличный взгляд продавщицы она приняла за осуждение.

– Это мужу, он на рыбалку завтра, – зачем-то соврала Лена.

А продавщица только угукнула, не оторвав взгляда от кассы.

Дома стояла тоскливая тишина. Соседи ещё не вернулись с работы, и шуметь было некому. Хоть бы дрель где-то завизжала, отвлекла бы. Но нет, удушливая тишина и мысли о Денисе, что надо было его остановить и что сейчас он бы учился уже на пятом курсе физфака.

Лена устроилась в кухне. Принесла фотографию сына, поставила на стол кружку со штрихованным рисунком кота и открыла бутылку. Поморщилась от резкого запаха, который мгновенно наполнил комнату. Главное – выпить немного, потом будет легче. Лена налила четверть кружки. Выдохнула и опрокинула всё в рот. Водка обожгла язык и нёбо. Протолкнуть её дальше не получилось, организм протестовал. И Лена выплюнула обратно. А потом встала и вылила в раковину и из кружки, и из бутылки. Прополоскала рот холодной водой и только теперь смогла глубоко вздохнуть.

– Ну и дрянь, – протянула на выдохе.

Напиться не удалось, но Лена до конца дня так и сидела за кухонным столом и гладила фотографию сына. Не включила свет, когда настала ранняя ночь и зажглись фонари за окном. Не замечала, как редкими каплями подтекал кран. И, не поужинав, отправилась спать, хотя знала, что глаз не сомкнёт. Положила на соседнюю подушку фотографию, сама свернулась клубком и, обхватив живот руками, тихо заплакала.

Сколько времени прошло Лена не знала. Как будто всего минут десять, но город за окном уже крепко спал. Ночь сгустилась и не думала отступать, и в ней, в её безликой, холодной мгле, Лена вдруг ощутила чьё-то присутствие.

Она рывком села и пригляделась к теням. Вроде бы всё привычно, ничего лишнего. И всё же что-то было не так. Неуловимое, но такое понятное. Лена вглядывалась в темноту до боли в глазах, пока не поняла: в щель под дверью протекает вода и чёрной, серебристой пеленой расползается по полу.

«Потоп!» – мелькнуло в голове.

Но только она отбросила одеяло и попыталась встать, как лужа начала собираться в центре и вырастать. Через несколько секунд она обрела человеческую форму. Прозрачный, переливающийся в скупом свете силуэт рассмотреть было сложно. Его существование не поддавалось логике и казалось бредом, но Лена чувствовала, что он не причинит вреда.

Сердце бешено колотилось от волнения. Лена встала, приблизилась к пришельцу на ватных ногах. Присмотрелась к его чертам, которые вода до морщинки отразила. Он был точной копией Дениса. Те же нос и волевой подбородок. Спутать Лена не могла. И это потрясло настолько, что сознание немедленно покинуло её разум.

В себя Лена пришла уже утром, на краю кровати. В окно меж занавесок пробивался дневной свет, а в комнате не осталось и следа от ночного гостя. Да и был ли он вообще?