Проклятие Любопытства

Руби знала, что странные вещи иногда случаются. Порой такие штуки даже выходили за рамки разумного: волшебная сила, переходящая от одной девушки к другой, странный мир, попасть в который было той ещё задачкой...

‎Ну, или неоновый говорящий кот.

‎Последний появился перед ней в момент отчаяния – тогда, когда воля юной охотницы пошатнулась.

‎И, само собой, предложил помощь.

‎Ей бы задуматься, хотя бы предположить, что тот может быть отнюдь не другом – но подавленное настроение вместе со странной, слепой надеждой не дали ей мыслить здраво.

‎А жалкую половину минуты спустя, приняв сомнительное предложение пушистого проходимца, Руби поняла – Кот был идиотом.

‎И сама она была едва ли лучше.

‎Это осознание пришло рывком – тогда, когда Кот, уже практически полностью завладевший её телом, не совладал с управлением.

‎И вскоре она – они – уже летели вниз с огромного Древа, попутно сшибая собой все встречные ветки, листья и редких волшебных птиц, не успевших вовремя убраться с дороги.

‎Само собой, Кот, как и любой другой облажавшийся идиот, попытался слинять сразу, как только запахло жареным – Руби буквально всем своим существом почувствовала, как тот пытается вырваться из её рта, сбегая тем же путём, каким оказался внутри.

‎Но она не отпустила.

‎Детская обида поднялась в ней огромной волной, заставив вцепиться в захватчика мёртвой хваткой – ведь если он её в это втянул, то должен был взять на себя ответственность!

‎Но сам Кот думал иначе.

‎Он, проскулив что–то смутно–ругательное, бросил всё, во что вцепились её метафорические «когти» – после чего оставшаяся, ничтожно малая его часть сбежала, оставив Руби с носом.

‎И перед тем, как потерять сознание, она успела лишь обиженным голосом известить столь нехорошее существо о своих мыслях. ‎

‎— Подлый, хвостатый, ушастый трус!

₍^. .^₎Ⳋ

‎Руби пришла в себя рывком, дёрнувшись всем телом – а мгновение спустя вновь оказалась в свободном падении, нелепо взмахнув руками.

‎Но в этот раз всё было иначе.

Странное, новое чувство подсказало ей, как двигаться – а сам полёт и вовсе быстро закончился, позволив той наконец оказаться на твёрдой земле. Она приземлилась сразу на четыре конечности – мягко, почти бесшумно, словно всегда только так и делала.

«Странно.»

‎Но не успела она опомниться, хотя бы начав разбираться с тем, что происходит вокруг, как рядом раздались громкие аплодисменты.

‎На их источнике она и сконцентрировалась, резким, хищным движением повернув голову на девяноста градусов.

‎— Отличное приземление, сис! — ослепительно улыбнулась ей Янг, перестав хлопать. — Долго репетировала?

‎Руби в ответ лишь недоумённо моргнула. Она с лёгкостью узнала комнату, в которой очутилась – но сердце подсказывало: это невозможно.

‎В конце концов – та, как и весь Бикон, уже давно прекратила своё существование... Руби определённо не могло здесь быть; как не могло быть здесь и её подруг, две трети из которых ранее оценили приземление хлопками – не стала этого делать лишь Вайсс. Но даже её губы приподнялись в лёгкой улыбке.

‎И у этого могло быть лишь одно разумное объяснение.

‎— Вы что, тоже с Древа навернулись? — удивлённо–разочарованно поинтересовалась она, попутно пытаясь понять, почему чувствует себя так... непривычно. — Или... я всё же слишком сильно стукнулась головой об одну из тех волшебных птиц..?

‎Последний вопрос Руби пробурчала себе под нос, не адресуя тот никому конкретному – но всё же получила на него ответ:

‎— Не думаю, что ты билась головой, — сухо произнесла Вайсс, окинув её взглядом сверху вниз. — Просто ещё не проснулась. Иди, прими душ – у нас скоро лекция.

Разум Руби в этот момент активно пытался собрать кусочки пазла в цельную картину – а потому она медленно кивнула, решив пока что плыть по течению.

‎—‎ И в следующий раз снимай на ночь линзы, ‎‎—‎ уже серьёзнее произнесла её напарница, добавив в голос назидательных ноток. —‎ Аура не спасёт твою роговицу от гипоксии.

Слова Вайсс догнали её уже у входа в ванную, и она, обернувшись на показавшийся ей слишком громким звук, после секунды осмысления смогла выдать в ответ лишь одно–единственное слово:

—‎ …Ладно?

Она не поняла, что та имела в виду – просто согласилась, выиграв себе немного времени на попытку разобраться с тем, что происходит вокруг.

Так Руби и схватилась за дверную ручку – но в тот же миг её нос уловил странный запах – сладковатый, незнакомый… интригующий. Ей захотелось проследить за ним, узнать, откуда тот берёт свой исток… но разум быстро вернул её мысли к двери.

«...Что это со мной?» — неловко подумала та, скрываясь в ванной. — «Не думала, что могу быть настолько любопытной.»

Впрочем, это было не особенно важно – сейчас ей следовало сконцентрироваться на куда более значимых деталях.

‎К примеру – на том факте, что вокруг происходят чертовски странные вещи.

‎Всё это наверняка не было сном – ни сейчас, ни раньше – но... тогда что? Она умерла, оказавшись в странной версии загробной жизни? Или, убившись об Кота, попала в прошлое? А может и вовсе – умудрилась свернуть себе шею об особенно прочную ветку того Древа, и теперь та она, что поддалась на уговоры Кота – лишь воспоминания, волею случая оказавшиеся в голове её версии из какого–нибудь параллельного мира?

‎Последний вариант даже не звучал слишком уж глупо, если вспоминать о природе Древа.

‎Но все эти вопросы мгновенно выветрились из её головы, стоило лишь Руби подойти к раковине. Там она наткнулась на зеркало, и... Ну, достаточно сказать, что она поняла, о чём ранее говорила Вайсс.

‎Ведь её глаза не были теми, что прежде.

‎Вместо расплавленного серебра там осталась лишь холодная, потусторонняя синева, не ограничившаяся радужками; оба глазных яблока были полностью залиты неоново–синим цветом, и лишь белый, щелевидный зрачок, выделялся на их фоне.

«...Как у Кота.»

‎В этот момент она вновь ощутила то странное чувство. Не простой интерес, а жгучее любопытство, требующее найти ответы.

‎Что произошло? Как она здесь оказалась? Нужно ли ей с кем–нибудь это обсудить? И, самое главное... что произойдёт, если сбросить одну из Реликвий в жерло вулкана?

‎Станет ли тогда на один континент меньше?

‎«Стоп!» — сморщила она носик, окинув странным взглядом своё отражение. — «...Откуда взялось последнее?»

Поразмыслив об этом с несколько минут к ряду, Руби с трудом отбросила новую загадку в сторону, сконцентрировавшись на настоящем.

‎И перед тем, как приступать хоть к чему–либо, она решила проверить, точно ли не спит. Это было скорее условностью, но даже так она подошла к тесту со всей возможной серьёзностью.

‎Руби подняла свою руку на уровень глаз – после чего, повинуясь странному порыву, вцепилась в ту зубами.

‎А мгновение спустя она вздрогнула от боли, выпустив пострадавшую от безрассудства хозяйки конечность изо рта.

‎— ...Не сон, — с умным видом резюмировала она, слегка покраснев от осознания того, как именно пришла к этому выводу. — И вряд ли иллюзия.

‎Теперь, зная, что вокруг всё определённо настоящее, она вернулась к так и не начатому занятию: водным процедурам.

‎Ведь если здесь – где бы это «здесь» не было – можно почувствовать боль, то она не собиралась злить Вайсс, опаздывая на лекцию.

‎Даже от мысли о раздражённой напарнице у неё словно шерсть на загривке вставала дыбом. А то, что происходит вокруг… ну, она могла разобраться с этим и позже. К примеру тогда, когда сможет сфокусироваться на чём–то дольше пяти секунд к ряду.

…Хотя деструктивные размышления о том, как далеко наследница Шни могла зайти в своём гневе, продолжали донимать Руби всё время мытья. К счастью, в этот раз голос разума вновь победил любопытство – так что вышла она пусть и позже, чем могла бы, но всё ещё достаточно быстро, чтобы успеть на лекцию.

‎‎— …Я искренне надеюсь, что ты их хотя бы в душе снимала, ‎— вздохнула её напарница, стоило лишь той показаться из ванной. ‎

Но пусть она и спешила выйти пораньше, сейчас они, видимо, всё же опаздывали – так что уже в следующий миг ей в руки впихнули сумку со школьными принадлежностями, и, схватив чуть ли не за шкирку, потащили по коридорам.

В их процессии, быстрым шагом идущей в сторону первой на сегодня лекции, Руби заняла предпоследнее место: первой шла Вайсс, второй Янг, а замыкала их строй, как и всегда, Блейк.

Обычно это было не так уж и важно – но сегодня всё сложилось иначе. Руби, идя следом за подругами, вновь ощутила всепоглощающую скуку – а потому начала искать что–то, что могло её отвлечь.

Что–нибудь весёлое.

Её глаза блуждали по округе, фокусируясь на различных, хоть сколько–нибудь интересных, объектах.

Сначала была пара студентов, идущих чуть впереди – но Руби быстро потеряла к ним интерес. Они обсуждали математику, и это мгновенно заставило её недовольно сморщить носик, отвернувшись.

Потом был любопытного вида цветок с, казалось бы, светящимися прожилками – но он стоял слишком далеко, чтобы она могла просто пойти и забрать приглянувшуюся диковинку, не привлекая внимания Вайсс.

А она не хотела получать нагоняй.

Отсеяв ещё несколько более–менее интересных вещей, взгляд неоново–голубых глаз наконец наткнулся на что–то воистину занимательное. Оно было ослепительно золотого цвета, выглядя донельзя ухоженным…

Но не внешность привлекла внимание Руби. Вернее, не только она.

Больше её интересовала реакция владельца этой штуки, если она… начнёт с ней играть.

Так Руби и шагнула вперёд, после чего легонько, практически незаметно, дёрнула часть заинтересовавшего её объекта, мгновенно возвращаясь на своё прежнее место.

В тот же миг рука Янг взметнулась, пригладив потревоженную часть волос.

Но она не развернулась.

«Хм.»

Руби вновь двинулась вперёд, дотрагиваясь до волос сестры – чуть отчётливее, но всё ещё легко, рассчитывая силу так, чтобы ощущения изящно балансировали между прикосновением и обычным, случайным порывом ветра.

В этот раз Янг обернулась, окинув пространство за собой подозрительным взглядом – но, наткнувшись лишь на идущую поодаль сестру и безразличную ко всему Блейк, пожала плечами, вновь поворачиваясь к ним спиной.

Руби метнулась вперёд, под смеющимся взглядом Блейк дотрагиваясь до волос сестры уже в третий раз. Она находила этот процесс странно притягательным – как, судя по лёгкой улыбке, и её подруга.

И снова ей удалось отступить ещё до того, как голова Янг успела полностью развернуться, окидывая как саму Руби, так и Блейк не подозрительным, а уже раздражённым взглядом.

Никаких доказательств, впрочем, у неё не было – так что вскоре Янг вновь повернулась к ним спиной.

Само собой, Руби снова поспешила вперёд – но, протянув руку, не смогла коснуться волос.

Ведь Янг развернулась, поймав сестру с поличным.

— И что это значит, а? — изящно приподняла та бровь, осматривая сжавшуюся Руби насмешливым взглядом. — Кто–то чувствует себя чересчур игривым?

Та в ответ лишь обезоруживающе улыбнулась, не зная, как оправдать своё поведение.

К счастью, Янг всегда относилась к сестре довольно снисходительно – так что лишь вздохнула, подталкивая ту перед собой.

— Иди уж, — фыркнула она, отвесив той лёгкий, профилактический подзатыльник. Однако секунду спустя её улыбка стала чуть холоднее. — Но, серьёзно… в следующий раз не трогай мои волосы.

От взгляда сестры Руби на мгновение сжалась, следуя незнакомому инстинкту, слегка отступила, и…

— Оу! — умилилась Янг, мигом растеряв весь свой воинственный настрой. — Ты что, шипишь на меня?!

— Я–я не…

— Блейки! — крепко обняла та сестру, разворачиваясь к напарнице. — Смотри! Она нашипела на меня!

— Это было… мило, — признала та, на мгновение замешкавшись. — Действительно мило.

— Вот! — мудро кивнула Янг, ещё крепче обхватывая сестру руками. — Давай на бис, а? Ещё разок?

Сама Руби в этот момент уже буквально висела у той на руках – так что и поступила самым, на её взгляд, разумным образом.

Она закрыла глаза, представляя себе что–то далёкое и спокойное. Горы печенья с готовностью возникли перед мысленным взором, укрывая ту от невзгод реальности.

И следующие несколько минут она отказывалась вылезать из своего маленького ментального укрытия.

Так, наконец вернувшись в реальность, Руби обнаружила себя в до боли знакомой аудитории, глядя на профессора Порта. Она была рада вновь оказаться здесь, в кругу друзей и одноклассников – но воспоминания о том, насколько лекции Питера порой бывали скучными, несколько смазывали общую радость от возвращения.

Однако, стоило лишь отзвучать первым словам, положившим начало новой истории, как взгляд неоново–голубых глаз мгновенно сконцентрировался на его фигуре. Руби вновь пронзила та самая эмоция, требующая обязательно узнать все подробности – и она не могла той сопротивляться.

Да и не хотела, откровенно говоря.

История Питера Порта получилось до ужаса увлекательной – он рассказывал, как однажды охотился на Виверну, месяцами выслеживая её по особым, присущим лишь этому виду следам; а после сражался с этой тварью как на земле, так и в воздухе, сидя у неё на шее.

И Руби это действительно увлекло!

Она с интересом внимала каждому слову, в красках представляя себе произошедшее – и то, что буквально всем своим нутром она ощущала, что профессор не врёт, лишь подогревало её интерес.

О, он определённо приукрашивал, явственно преувеличивая то или иное действие – но это не делало историю хуже. Такой подход, вместе с мимикой Порта, только добавлял рассказу недостающую изюминку.

Эмоция, ранее заставившая её сконцентрироваться на рассказе профессора, взяла новую высоту. Руби настолько увлеклась рассказом, что вздрагивала каждый раз, как Порт взмахивал руками, описывая особенно напряжённый момент – и испуганно прижималась к столу, когда главный герой истории оказывался в опасности.

Но не все были столь же сильно увлечены лекцией, как она.

Так посреди не самой важной, но всё же увлекательной части истории, Руби начал кто–то донимать. Сначала были лёгкие тычки, призванные привлечь внимание – потом, когда это не сработало, неизвестный перешёл на уже куда более ощутимые толчки.

А после и вовсе решился добавить к тем вербальную часть, позвав её по имени.

Руби не сразу поняла, что зовут именно её – слишком уж была сконцентрирована на сюжете, практически полностью абстрагировавшись от реальности. Но вот зато когда она осознала, что этот назойливый звук на фоне – чья–то попытка её отвлечь…

Что же, в тот момент она развернулась, состроив самое раздражённое выражение лица, на какое только была способна.

— Т–ты чего?! — шокировано отшатнулась назад Вайсс, прижав к груди руку.

— Отвлекаешь, — сощурилась Руби, и только после этого сама осознала, что голос сопровождался тихим, глухим рычанием, вырвавшимся из груди против её воли. — Прекрати.

После чего, больше не обращая никакого внимания на напарницу, та вернулась к рассказу Порта. Ей было чертовски интересно, чем закончится его сюжет – как, впрочем, было интересно и всё, чем тот готов был поделиться в процессе.

Интересные истории неожиданно даже для неё самой оказались её слабым местом. И, честно говоря?

Она ни о чём не жалела.

К несчастью – и огромной жалости Руби – урок Порта всё же был ограничен чёткими временными рамками, из–за чего вскоре история оказалась закончена.

О, ей удалось услышать и начало, и конец рассказа – но буквально всем своим существом она понимала, что если бы у них было больше времени, в истории всплыли бы и другие, не менее занимательные, детали.

Само собой – это её сильно огорчило.

Хотя долго грустить у той не получилось – странная эмоция вновь вернулась, мотивируя её на поиски других интересных вещей. В конце концов, это наверняка была не последняя лекция Порта – она была уверена, что ещё услышит от него несколько занимательных сюжетов.

И до тех пор ей определённо следовало бы и самой найти что–нибудь не менее любопытное. Всё же, если постоянно получать истории на блюдечке с голубой каёмочкой – это быстро начнёт наскучивать.

А скука была её главным врагом.

Так, несколько раз глубокомысленно кивнув этому выводу, Руби поднялась со своего места, готовясь последовать за друзьями на следующую лекцию. Сама она не знала, куда идти; как не знала и о том, есть ли у них сегодня ещё хоть какие–нибудь занятия.

С вопросом о чём и развернулась, сфокусировав взгляд на своей команде.

…И наткнулась сразу на три очень странных взгляда.