Проклятье космических неудачников

Сердце пропустило удар. В груди защемило. Я положил руку на это место, стараясь сделать вдох.

— Да я пошутил, — расхохотался Карл и вытащил из чемоданчика кусок чёрного поролона вместе с фасолинами. Под ним лежали бумаги, заверенные подписями и печатями.

Боль в груди прошла. Едва не грохнувшись в обморок, я медленно осел в кресло, стоявшее позади. Карл пододвинул ко мне чемоданчик и довольно улыбаясь, видимо, ждал похвалы.

Трясущимися руками я вынул документы и принялся за их изучение. Мы заключили договор, бла-бла-бла... термины... условия... неустойка....

— Неустойка в двукратном размере от стоимости корабля за каждый день просрочки платежа?! — воскликнул я.

— Не дрейфь, Джимми, это ерунда.

— Ты с ума сошёл? О чем ты вообще думал, Карл?! — схватился я за голову.

— Да не волнуйся ты. Сделаем ещё одну ходку, привезём железо и расплатимся.

— Да нельзя сюда лететь второй раз так скоро. Ты обрушишь цены и привлечёшь ненужное внимание.

— Ерунда, — отмахнулся Карл, — собирайтесь, стартуем сегодня же.

Команда вопросительно уставилась на меня.

— Подождите, — вздохнул я, — надо дочитать договор.

Остальные пункты договора у меня не вызвали вопросов. Модели и серии наших кораблей были указаны в самом начале, но названия в ДКП писать не полагалось.

Отложив договор в сторону, я взял ламинированный лист гербовой бумаги — технический паспорт корабля. И едва я увидел его название, как боль в груди вернулась с новой силой.

— Альбатрос! — простонал я.

Команда ахнула. Даже меланхоличный Джейк украдкой перекрестился.

— Да ерунда это всё, — махнул рукой Карл, — вы же не верите во всю эту чепуху с проклятием.

— Ради всего святого, Карл! — закричала Макси. — Ты хоть иногда думаешь? Этот корабль за бесценок пытались продать все предыдущие владельцы. И никому не удалось от него избавиться при жизни. Да мы могли купить его раз в пять дешевле, чем взял ты!

— Ну так это же не ваши деньги, — парировал Карл. — Давайте сходим в один рейс, а после решим, прав я или нет.

— Херман, — позвал я, — дай мне что-нибудь от сердца. Он тут же выхватил из поясной аптечки свой инъекционный пистолет и принялся искать нужное лекарство.

— Посмотри до чего ты его довёл, — громко прошептала Макси.

— Джимми, ты в порядке? — склонился надо мной обеспокоенный Карл.

Я кивнул. Какой смысл сейчас говорить об этом?

* * *

«Альбатрос» был очень старым транспортником. Вообще всё, что его описывало, могло использоваться только со словом «очень».

Очень старый, очень большой, очень крепкий, очень тяговитый, очень тяжёлый, очень прожорливый, очень проклятый. Да, именно так. Бывает, что судно приносит неудачи. Космонавты народ суеверный и быстро подмечают, на каких кораблях командам везёт, а на каких нет. И если первые из них потом продаются за двойную и даже тройную цену, то вторые не хотят покупать даже по цене металлолома.

«Альбатрос» был из тех кораблей, которые не хотели брать, даже если бы за них приплатили. Но Карл взял. За полную стоимость. Под баснословный процент по кредиту и безумные штрафы, в случае просрочки.

Часть стоимости он погасил ценой отданного взамен «Жирафа», поэтому альтернатив не осталось. Или Альбатрос, или ничего. Мы могли бы улететь с этой мерзкой планетки на челноке, но Карл обменял его на провиант и кое-какие расходники, детали и невесть что ещё.

Вездеход он оставил, хотя и продал из него запасное колесо, домкрат и набор инструментов, купив на это измятый прицеп.

— Зачем тебе эта штука? — спросила Микки, увидев прицеп.

— Чтобы больше железа за одну ходку привозить к кораблю, — довольно улыбнулся Карл.

С этим мы спорить не стали. Меньше ходок сделаем, меньше времени потратим.

— Карл, — смущаясь начал Ленни, — что насчёт нашей зарплаты?

Лицо моего бизнес-партнёра вытянулось так натурально, что я почти поверил в его удивление. Но он проделывал этот трюк столько раз, что я уже привык.

— Зарплата? А что, уже начало месяца?

— Да. Сегодня третье число.

— Прости, Ленни, зарплата только пятого. Таковы правила.

— Хорошо, — наивно согласился тот и замолчал, усевшись в кресло.

— Скажи-ка, родственничек, — процедила сквозь зубы Макси, — а у тебя есть чем платить?

— Конечно есть! — сделал он оскорблённое лицо, — ты же видела сколько там железа!

— ТАМ я видела. Но мы здесь.

— Всё будет в порядке, Макси. Ты же не думаешь, что я вас обделю?

Она глянула на него так, что даже мне стало не по себе.

— А вообще, — продолжил он, сделав вид будто не замечает взгляда, который мог бы сойти за крепкое ругательство, — я подумываю выписать всем премию. Даже Микки. Вы все отлично поработали!

Его хитрость сработала. Команда радостно загомонила, забыв все обиды.

* * *

Мы забрали кое-какие вещи с «Жирафа» и выгнали из него вездеход.

— Прощай, — сказал я кораблю, положив руку на холодную металлическую стену, прежде чем выйти из трюма, — спасибо за всё. Я буду скучать.

— Давай скорее! — окликнул меня Карл, высунувшись из вездехода.

Я со вздохом вышел и направился к нему. С другой стороны к «Жирафу» прибыли новые владельцы. Они вышли из своего спортивного слейпнира, оживлённо споря, нужно ли красить эту рухлядь или лохам и так сойдёт.

— Ты чего загрустил? — спросил Карл, когда я захлопнул дверь, устроившись на водительском сидении.

— Ностальгия, — буркнул я и включил передачу.

Мы проехали несколько километров и остановились возле обшарпанного «Альбатроса».

«Карлу сошло и так», — пронеслось в голове.

Карл отправился открывать трюм, а я рассматривал наш «новый» корабль, прикидывая его возможности и представляя, как он откликается на управление.

Когда трюм открылся, я поставил вездеход внутрь и, оставив Карлу закреплять его, отправился в рубку.

— Перекличка, — объявил я.

— Геолог-повар на месте, — тут же отозвался Джейк.

— Офицер здесь, — подтвердила Макси.

— Астрогатор тоже, — ответил Айвэн.

— Наноэлектронщик присутствует, — сказала Микки.

— Врач в наличии, — пробасил Херман.

— Бортмеханик тут, — сказал Ленни.

— Ваш любимый бухгалтер с вами, — завершил перекличку Карл.

— Диспетчер, — я нервно сглотнул, — «Альбатрос» готов к взлёту.

* * *

Корабль на удивление хорошо слушался управления. Правда при маневрировании ощущалось, что он куда более инертный, чем «Жираф», зато маршевый двигатель обладал просто невероятной мощностью. Бросив по привычке рычаг ускорения до предела вперёд, я ощутил, как затрещали кости от перегрузки и плавно сдвинул его на середину.

— Ух, — выдохнул Карл, — вот это мощь! А ты говорил, что корабль плохой.

— Я говорил, что он несчастливый.

— Не дрейфь, Джимми. Всё будет хорошо.

— Карл! — раздался голос Джейка в гарнитуре. — Что за еду ты купил?

— Джейк, дорогой, я взял самые лучшие консервы! Они свежайшие, из отборного сырья. Да ещё и со скидкой в пятьдесят процентов. Можешь готовить из них что угодно. И будь уверен, они идеальны.

— Ка-а-арл! — возопила подключившаяся к разговору Макси. — Ты их пробовал?

— Нет. А зачем? Я проверил дату изготовления и срок годности, прочитал состав, сравнил цены с аналогичными. Они идеальны. Даже консервантов нету, всё натуральное. Да ещё и скидка.

— Конечно нету, придурок. Это же еда для собак!

Готов поклясться, что Карл знал это и удивление, которое он изобразил, лишь выглядело натуральным.

— Не может быть. Ты уверена, Макси?

— Да здесь же собака нарисована прямо на банке! Не ври что не видел!

— Я думал это животное, из которого сделаны консервы, — с искренним изумлением ответил Карл. Ну это был уже перебор. Я знал, что в детстве у него был мопс.

* * *

Консервы были вкусные, хотя и с крупицами костей, но слабительный эффект не давал покоя. Джейк старательно готовил из них что мог, стараясь разбавить то крупами, то макаронами, то замороженными овощами. Но это помогало не всегда. Мы продолжали осаждать гальюн, занимая очередь и даже разыгрывая её в карты.

На пятый день, разозлённая Макси дала Карлу подзатыльник, когда он пожелал ей приятного аппетита. Карл, с оскорблённым видом ушёл, так и не поев.

Когда мы легли на орбиту планеты, вмещавшей наше, как мы полагали, железо, вся команда уже была готова линчевать Карла. И если бы люди не валились с ног от проклятых консервов, этим бы всё и кончилось.

Но как это обычно и бывало у Карла, его же ошибка спасла ему жизнь. Мы были просто не в состоянии выбросить его через шлюз в космос. И под «мы», я подразумеваю и себя тоже.

Херман, как ни старался, не смог найти противоядие от консервной напасти, ни в этот раз, ни в прошлый.

— Джимми, очнись! — потряс меня Карл за плечо.

Я повернул к нему тяжёлую от перегрузки голову, затем уставился на панель управления. За обзорным стеклом над ней горел воздух, обтекая нос корабля. С трудом припомнив, что мы вошли в атмосферу и я собирался сажать корабль, я взялся за рычаги управления и скомандовал:

— Карл, проверяй и дублируй меня.

* * *

Я посадил корабль на ту же поляну, что в прошлый раз. Выкатив из трюма вездеход и подружив его с прицепом, мы направились к бункеру. Прицеп оказался неприспособлен для тягот и лишений внедорожной жизни, из-за чего приходилось ехать значительно медленнее. Практически ползти.

Когда мы загрузили в прицеп и в вездеход железные чушки, тот стал как-то подозрительно потрескивать. Но первая ходка прошла без проблем. Однако едва мы подъехали к кораблю, как прицеп, с громким треском, сломался пополам.

Я молча вышел и отсоединил его от крюка. Карл пытался что-то сказать, когда ему сообщили об этом, но я не стал выслушивать, приказав:

— Карл, перенеси все чушки с прицепа в трюм.

— Хорошо, я сейчас попрошу...

— Нет, Карл. Ты перенесёшь сейчас все чушки из прицепа в трюм сам. Ты меня понял?

Он понял. А мы отправились за новой партией.

Через двадцать часов я без сил вывалился из вездехода. Кажется, мы сделали ходок пятьсот, а может и больше. Но трюм не был заполнен даже на четверть.

— Идите спать, — предложила Макси, — мы вас сменим.

— Хорошо, — промямлил Херман и не спрашивая меня, направился к двери из трюма на корабль, едва переставляя ноги при этом.

Если уж этого здоровяка одолела усталость, — подумал я, — то и мне не грех вздремнуть.

Ленни поплёлся за нами следом.

Нам уже было плевать на жуткую вонь от нас и грязь, толстым слоем покрывающую наши тела, одежду и скафандры.

Не помню как я уснул. Кажется, когда голова ещё не коснулась подушки.

Из сна меня вырвал голос Карла, доносившийся из гарнитуры, которую я бросил рядом:

— Кто-нибудь, разбудите его.

— Что случилось? — сонно пробормотал я, нащупав гарнитуру и натягивая её на голову.

— Джимми, у нас колесо пробито.

— Так поменяйте, — ответил я, ещё не пробудившись окончательно.

— Мы бы рады, да запаски нет. И домкрата. И ключей.

Я мигом проснулся.

— Да чтоб тебя, Карл! Зачем ты продал их?

— Чтобы купить прицеп, — ответил он так, будто это самая очевидная вещь на свете.

— И где он, твой прицеп?

— Джимми, давай не будем бросаться необоснованными обвинениями. Нам просто нужно запасное колесо.

Вообще-то обвинения были вполне обоснованными. Очередная «удачная сделка» Карла повергла нас в очередную задницу.

— Жди, — только и сказал я ему.

— Ты всерьёз собираешься ему помогать? — спросила Микки, появившаяся в дверях.

— Конечно. От этого зависит моя жизнь. Да и твоя тоже.

— Я лишь пассажир, — улыбнулась она, — ваши проблемы меня не касаются, если только это не наноэлектроника.

— Ты не такая, — улыбнулся я, вставая и пытаясь её поймать за руку.

— Не сейчас, — шикнула она, — к тому же от тебя несёт за милю. Иди вымойся.

О завязавшихся между нами отношениях, ещё никто не догадывался. Либо потому, что мы отлично прятались, либо потому, что «не замечали», как в случае Хермана с Макси.

* * *

Не найдя иного выхода, мы с помощью проставок и переходников установили на заднюю ось вездехода колёса от прицепа.

Хватило этого на четыре ходки, после чего они пришли в негодность.

— Всё, Карл. Носи руками, — сдался я.

— Хорошая шутка, — улыбнулся он.

— Я не шучу, Карл. Я устал. Честно. Твои сделки отравляют мне жизнь. С каждым разом становится только хуже. Этот корабль, прицеп, запаска... — я запнулся, припоминая что ещё.

— Консервы, — подсказал Айвэн.

— Консервы! — повторил я. — И каждый раз ты ведёшь себя так, будто всё в порядке.

— Не дрейфь... — начал он свою любимую фразу

— Хватит! — остановил его я и указал на вездеход. — Это твоя вина. Только твоя. А я ищу решение, вместо того, чтобы хоть немного поспать! Решай сам проблему, которую создал, Карл. С меня хватит! Я иду спать.

— Прости, — произнёс он мне вслед. Но я был так зол, что даже не ответил.

* * *

Проснувшись через несколько часов, я почувствовал себя лучше. В голове было ясно, а мышцы хоть и досаждали болью, но она не шла ни в какое сравнение с болью в костях и гулом в ногах, вчера утром. Или сегодня.

На улице было ещё светло, когда я вышел. Трюм, через который я прошёл, был заполнен ровно на четверть.

— Общий сбор у корабля, — объявил я. И экипаж стал постепенно подтягиваться к открытому трюму.

Через некоторое время мы услышали треск. Это ехал вездеход. Когда он остановился возле корабля, мы увидели, что задние его колёса приподняты над землёй, а вместо них машина опирается на две массивные балки, имитирующие лыжи.

Из водительской двери вышел довольный Карл.

— Я же говорил, Джимми, не дрейфь! — начал он. — У меня всё под контролем.

— И что это такое? — скептически спросил я.

— Выход из положения, — гордо заявил он, — я ведь всегда могу его найти.

— Лучше бы ты вход не находил, Карл, — сказал я, рассмешив этим всех, включая самого Карла.

— Да брось ты дуться, ну всё же в порядке, — хлопнул он меня по плечу.

— У нас нет времени. Мы не успеем.

— Не дрейфь, всё наладится.

— Может закроем трюм и отвезём сколько есть? Починим вездеход и вернёмся.

— Не выйдет. Того, что есть, хватит лишь на один платёж, да на ремонт. На что мы купим провизию? А топливные кассеты для реактора? А зарплату ребятам?

— Ты же сказал у тебя есть деньги! — возмутилась Макси.

— Есть, — согласился он, — но ты же сама видишь, сколько непредвиденных расходов. И зарплата выдаётся исключительно в порту.

— Но ты её не выдал! — в свою очередь возмутился Айвэн.

— Конечно. Ведь было ещё не пятое. Вы знаете правила, ребята. Не раньше пятого числа.

* * *

К тому моменту, как мы заполнили трюм полностью, нам не хотелось жить. Валясь с ног от усталости, мы кое-как собрались и стартовали. Вездеход было решено бросить на поляне, чтобы не возить его почём зря. Да и место, что он занимал, гораздо выгоднее было заполнить железом.

Перегруженный корабль, надрывно ревя двигателем, с трудом набирал высоту. Когда мы вышли из атмосферы и легли на орбиту, Айвэн принялся за расчёт траектории полёта.

Пока он это делал, я сходил в душ и немного взбодрился. Я даже выпил чаю, благоразумно воздержавшись от пирога с консервной напастью.

— Джимми, всё готово, — сообщил Карл, когда я уже допивал чай.

— Иду, — отозвался я и заспешил в рубку. Времени у нас оставалось в обрез. Если идти на предельно возможной для наших организмов тяге, мы ещё могли успеть.

Я устроился в кресле и двинул ручку мощности вперёд. Корабль мелко завибрировал, набирая скорость.

* * *

Через несколько дней на подрагивавшем изображении радара появилась синяя точка. Похоже, кто-то двигался нам навстречу.

Я чуть прибавил мощности, ощущая, как запротестовали суставы. В этот момент Карл сообщил:

— Запрос соединения.

— Давай, — кивнул я.

Он дотянулся до своей части панели и нажал кнопку. Тут же появилось изображение какого-то знакомого лица.

— Господа, — начал незнакомец, — сейчас вы сбросите скорость и примете нас на борт.

Ну началось. Здравствуй несуществующее проклятье «Альбатроса», — подумал я, но вслух произнёс:

— Здравствуйте. Меня зовут Джимми. А как зовут вас?

Мой собеседник опешил. Должно быть, ему впервые морочили голову таким образом.

Неопытный, — подумал я и ещё немного прибавил мощности. Теперь от перегрузки заныли и кости.

— Зачем вам моё имя? — спросил собеседник.

— Вы же собираетесь к нам на борт. Я, как капитан, обязан вас встретить и поприветствовать. Как мне это сделать, если я даже на знаю вашего имени?

— Я переживу это, — ухмыльнулся он, показав крупные потемневшие зубы с большими щелями между ними.

— Как пожелаете, сэр, — продолжил я ломать комедию, — будем рады видеть вас на борту.

Я покосился на радар. Ещё минута и мы поравняемся с ними.

— Сбросьте скорость, — потребовал он.

— Да-да, конечно, — кивнул я, делая вид, будто потянул на себя рычаг, не попадавший в кадр.

— Хороший мальчик, — ещё шире улыбнулся незнакомец, — а теперь тормози.

— У нас очень большой и тяжёлый корабль, — предупредил я, — инерция большая. Это займёт время.

— Ты чего мне тут горбатого лепишь, — не выдержал мой собеседник, — тормози давай, придурок!

— Простите, сэр, я не понимаю этого выражения. Не могли бы вы его пояснить? — пропустил я оскорбление мимо ушей.

— Ты чё, тупой? Ща как жахнем по твоему корыту, сразу всё поймёшь.

— Так вы не патруль, который мы вызвали два дня назад? — сделал я удивлённое лицо. Сидевший справа Карл даже показал большой палец.

— Какой патруль? — подскочил мой собеседник.

— Обычный, — пожал я плечами, от чего мышцы взорвались болью из-за перегрузки, продолжавшей вжимать моё тело в спинку кресла.

— Тормози давай, — повторил он, — разберёмся с вами, а после с патрулём.

Я поиграл в дурачка ещё немного, но потом пират всё же догадался, что его водят за нос.

— У нас полный трюм взрывчатки. Заказ для большого карьера, — соврал я, — один выстрел и ты не получишь ни груза, ни корабля.

— Я думаю ты врёшь. У тебя там железо.

И тут я вспомнил эту рожу. Это же водитель!

— Твоё начальство в курсе, что после работы ты промышляешь пиратством?

— Я сам себе начальник.

Я подал знак Карлу, он показал, что всё понял и покинул рубку.

— Я так и понял, когда увидел, как ты заискивал перед начальником, — продолжал я издеваться. Главное, вывести его из равновесия. Разозлённый он будет хуже соображать. По крайней мере я на это надеялся. И похоже, попал в точку. Обрюзгшее лицо моего собеседника пошло багровыми пятнами, а зубы клацнули в оскале, сделав его похожим на бульдога.

— Я тебя уничтожу! — заорал он.

— И не получишь груз.

— Соберу из космоса, как и ваши обломки.

— И много влезет в вашу кроху? Там же всё место занимаешь ты и списанное вооружение.

Тут он отдалил камеру, показав несколько десятков людей, стоявших позади. Некоторые из них тут же отвернулись или прикрыли лица.

— У нас, как видишь, большая команда, — расплылся он в самодовольной ухмылке.

— Видимо спите по очереди, да ещё и по трое в одной капсуле, — продолжал я тянуть время.

К этому моменту мы уже прошли мимо них и даже несмотря на малую массу, их корабль потратит изрядно времени на разворот и погоню. Это был мой план. Увы, он провалился. Неверное, это было простое стечение обстоятельств, а не проклятье «Альбатроса».

— Я тебя уничтожу! — заорал мой собеседник и ударил кулаком по панели, после чего связь прервалась.

— Приготовиться к бою! — объявил я по громкой связи, а затем продублировал на общей частоте экипажа. И тут меня пробрал озноб. Что если мой партнёр снова сэкономил?

— К-карл... — вызывал я его. Голос предательски дрожал.

— Да Джимми?

— У нас же есть вооружение?

— Ну... немного.

Волосы у меня на затылке зашевелились, а спина покрылась холодной испариной.

— Немного?

— Не дрейфь, Джимми, нам хватит. Макси уже взялась за дело.

Точка на радаре прекратила отдаляться, а через некоторое время стала сокращать дистанцию. Я добавил ещё немного ускорения, но в глазах поплыли круги. Пришлось вернуть ручку мощности в прежнее положение.

— Ребята, у них дефлекторы! — сообщил я экипажу.

Дефлекторы использовались для поглощения перегрузок. Сами они почти ничего не стоили, но энергии поглощали безумно много, из-за чего топливные кассеты в реакторе выгорали с невероятной скоростью. Обычно ими пользовались либо на комфортабельных пассажирских лайнерах, окупая затраты стоимостью билетов, либо на военных судах. Но наш корабль не был казённым, да и построен он был, мягко говоря, раньше чем изобрели дефлекторы.

— Ракета! — сообщил я, увидев на радаре красную точку, быстро двигавшуюся от синей к нам.

— Вижу, — отозвалась Макси, — сейчас попробую обманки.

Из кормовой части корабля посыпались обманки. Не знаю из чего их делали, но для ракет с тепловым наведением горящие обманки срабатывали безотказно.

Через некоторое время точка исчезла.

— Обманули, — радостно сообщила Макси.

— Не отвлекайся, — одёрнул её Карл, — они всё ещё у нас на хвосте.

— И нагоняют, — уточнил я.

— Есть идеи? — спросил Айвэн.

— Давай патруль вызовем, — предложила Микки.

— Бесполезно. Эти олухи начнут выспрашивать что к чему и это затянется на пару дней. Проще самим.

— Давайте собьём их, — предложил Ленни.

— А я что пытаюсь сделать? — огрызнулась Макси.

— Прекратить перепалку! Работай, Макси. Остальным занять места. Будут идеи, связывайтесь со мной. Эфир не засорять.

— Есть!

* * *

Через два часа мы использовали уже половину обманок, а преследователи всё не унимались. Похоже, у них были ракеты только с тепловым наведением, либо они готовили сюрприз.

Макси лупила по ним тепловыми и лазерными ракетами, но их канонир с лёгкостью избавлялся от них.

Проблема была в том, что пусковые установки «Альбатроса» были расположены в носовой части, поэтому выпущенные ракеты сначала двигались вперёд, а затем разворачивались, давая массу времени на то, чтобы их сбили.

Макси так яростно проклинала инженеров, придумавших это, что если бы к их гробам подвести проводники, те могли бы сойти за отличные генераторы. Вряд ли инженеры были ещё живы. Да и правнуки их тоже. Так что ребята вертелись в гробах от ее проклятий, с запредельной скоростью.

Дистанция между кораблями сократилась до опасных двух тысяч миль. Нужно было срочно что-то придумать, но идей не было.

— Карл, давай в рубку, попробуем связаться с ними, — приказал я.

— Ты решил сдаться?!

— Нет. Пока только поговорить.

Через некоторое время он прибыл и установил связь.

На экране сначала возникла улыбка, скорее даже оскал, а потом остальная часть лица нашего преследователя. Ни дать, ни взять — чеширский кот.

— Ладно, — сказал я ему, — мы готовы сдаться.

— Тормози!

— Погоди. Мне нужны гарантии, что ты нас не убьёшь и не продашь в рабство.

— Да кому вы нужны. Не будет ничего. Тормози уже.

— Нет. Так не пойдёт. Мы заключим договор.

— Хорошо, — сдался пират, — договорились.

— Нет не так. В письменном виде. И ты заверишь его подписью. Если ты обманешь, вся галактика узнает, что с тобой нельзя иметь дело. И ни в одном порту тебе не то, что кассеты, даже болты не продадут.

— Что ты несёшь, придурок! Какой договор? — рассвирепел он.

— Я перейду к вам на борт, мы подпишем договор, после чего вы забираете всё что пожелаете, кроме нас. И вы нас высадите в порту человеческой планеты. Не сайренской.

— Ты не в том положении, чтобы торговаться. Тормози, сказал!

— Это ты не в том положении. Мы рудокопы. Думаешь у нас нет взрывчатки, чтобы разнести свой корабль? Много ты соберёшь после взрыва? Я бы посмотрел, как ты гоняешься за летящими в разные стороны остатками корабля и груза.

— Ты блефуешь. Вы сами сдохнете при этом, — произнёс он всё ещё ухмыляясь. Но в голосе почувствовалось сомнение.

— Да. И это лучше, чем наблюдать как вы будете насиловать наших женщин, а после продадите нас в рабство.

Он задумался. Затем произнёс:

— Мне надо обсудить это. Вы у нас на мушке. Одна ракета с вашей стороны и мы разнесём вам двигатель в клочья. Не вздумай что-то выкинуть.

— Договорились, — кивнул я и прервал соединение.

Карл протянул мне фляжку. С меня градом катил пот. Лицо было сухим лишь благодаря мощным холодным потокам из всех воздуховодов, которые я предусмотрительно направил на себя перед вызовом.

* * *

Воспользовавшись передышкой, мы устроили мозговой штурм. Из множества предложенных, мы выбрали идею Айвэна и приступили к подготовке.

Херман вкатил всем целый букет препаратов, сдобрив это ещё ударной дозой таблеток-стимуляторов.

Пока экипаж занимал свои места, Карл спросил:

— Волнуешься?

Довольно странный вопрос от него. Обычно он ограничивается советом не делать этого. Похоже, мой партнёр сам здорово волнуется.

— Да, — признался я, берясь за ручку мощности двигателя.

Сделав глубокий вдох, я подвинул её вперёд, затем ещё и ещё немного. Казалось, что кости трещат от перегрузки. На глаза будто давили пудовые гири, но судя по ощущениям, потеря сознания мне не грозила.

— Вызывают, — прохрипел Карл.

Я слегка кивнул, сразу же ощутив боль в шее. Чёртова перегрузка едва не сломала мне шею.

Не успела видеотрансляция прогрузиться, как из динамика донеслось:

— Какого чёрта вы творите? Мы же договорились!

— Нет, — уверенно ответил я, — ты молчал. Мы устали ждать. Лови подарок.

При этом я дважды нажал кнопку связи с экипажем. Это был знак.

Макси выпустила ракеты, которые развернувшись, ринулись в сторону наших преследователей, но были уничтожены.

— Ах ты урод! — заорал пират. — Я тебя сайренцам продам!

— Как свою мамашу? — улыбнулся я в камеру.

— Я убью тебя! Я тебя в порошок сотру! — орал рассвирепевший бандит.

Я только этого и добивался. Они стали выпускать по нам ракеты, одну за другой. Количество наших обманок стремительно уменьшалось и когда я уже начал беспокоиться, Макси подала сигнал.

Ох как я ненавидел эти ощущения. Желудок от такого выворачивается наизнанку, если он пуст. А если нет, то в лучшем случае, разрывался от перегрузок. К счастью, слабительный эффект от консервов опустошил наши желудки дочиста.

Я дёрнул рычаг мощности на себя, переведя его в нейтральное положение, а затем ещё назад, включив тормозные двигатели.

Ассистировавший мне Карл бросил корабль в сторону, а Макси в этот момент выпустила обманки и выстрелила ракетами. Развернувшись, они взорвались при встрече с нашими же обманками, прикрыв вспышкой наш маневр. По-крайней мере мы на это надеялись.

Разъярённый пират, видя удирающую жертву, выжимал всю мощь из своего двигателя, совершенно не заботясь о реакторе. Он пронёсся мимо нас и Макси выпустила залп ему в корму, а затем ещё и ещё один.

Их канонир, похоже, не успел выпустить обманки, настолько быстро всё произошло.

Первые же ракеты уничтожили внешнюю часть их двигателя и повредили обшивку. Макси, заметив это, приказала остальным ракетам самоуничтожиться.

Мы быстро нагнали двигавшийся теперь по инерции пиратский корабль и сравняли скорость с ним, держась в пятнадцати тысячах миль позади. На этот раз я не включал кондиционер перед вызовом. Карл установил соединение и я увидел ошарашенное лицо водителя. На пирата это жалкое выражение явно не тянуло.

— У нас четырнадцать ракет с лазерным наведением и более сотни с тепловым, — предупредил я, — сдавайтесь. Вам не сбить все.

— Но мы же хотели договориться, — промямлил пират, чуть не плача.

— Условия изменились. Теперь я говорю что делать, а ты подчиняешься. Тормози.

* * *

Патрульный крейсер, прибывший за рекордные два дня, пристыковался к пиратскому судну и мы со спокойной душой отправились дальше.

Из-за того, что мы шли без ускорения всё это время, шансы успеть вовремя испарились. По-крайней мере мы сохранили груз и свои жизни. Да и корабль оказался на удивление крепким. Признаться, я думал, что корпус треснет от перегрузок.

Доев всё, кроме треклятых консервов, мы прибыли на Виагэн-7. Всё тот же единственный космопорт радостно принял наш «Альбатрос» за весьма скромную плату. Команда весело гомоня, отправилась в городок, который раньше не жаловала, Карл связался с кредиторами, после чего стал мрачнее сизифской тучи.

Он переоделся в свой модный и единственный костюм, пристегнул к запястью бронированный чемоданчик и уже собрался уходить, когда я его окликнул:

— Карл. Позволь я схожу с тобой.

— Хочешь позлорадствовать?

— Нет, что ты. Поддержать. И познакомиться с кредиторами. Всё-таки, это и мой корабль тоже.

— Пока да, — вздохнул Карл, опустив глаза.

— Пока? — переспросил я.

— Прости, Джимми. Я налажал. Не надо было втягивать тебя в эту авантюру. Зря я уговорил тебя продать ферму.

— Не дрейфь, Карл, — улыбнулся я, — сам же постоянно это говоришь.

Наспех сходив в душ в космопорте, я переоделся и мы вызывали такси. Прибывший флайер был настолько старым, что мог бы потягаться в возрасте с «Альбатросом». Водитель, на ломанном языке объяснил, что это единственное такси сейчас. Похоже, планете и правда приходится туго без железа.

Не иначе как чудом, мы прибыли на место, не рухнув по пути. Несколько раз двигатель глох, но водитель совершенно спокойно бросал машину вниз, заставляя турбину раскрутиться от потока, а затем включал её. Если бы он был сообразительнее, мог бы заработать огромные деньги на этом аттракционе где-нибудь в столичных мирах.

Карл придержал дверь, пропуская меня первым в лапы кредиторов. Богато, по меркам этой планеты, обставленный офис, находился в самом высоком и красивом здании. На последнем, этаже, разумеется. На пятом. Выглядело это смешно. Но у ребят нет железа, так что для них пять этажей — настоящий небоскрёб. Да и лифт не нужен.

— Вы опоздали, — вместо приветствия сказал хмурый администратор за стойкой.

— Где главный? — перебил я его.

— Господа Аркус и Лар обедают.

— Зови их.

— Господа не любят, когда их беспокоят по пустякам.

— Это не пустяк. Речь о больших деньгах и серьёзных людях.

Юноша-администратор надменно улыбнулся, окинув меня скептическим взглядом:

— Боюсь, вы не знаете что такое большие деньги для...

— Зови их, — прошипел я, перегнувшись через стойку, — живо!

Карл, чтобы подыграть мне, тоже навис над ним. Парень засуетился, стуча по клавиатуре, затем вызвал кого-то и как можно тише объяснил, что мы пришли. Несколько раз кивнув, он прервал вызов.

— Господа обедают. Придут, когда посчитают нужным, — с вновь обретённой самоуверенностью сообщил он.

Карл перевёл на меня несчастный взгляд.

— Хорошо, мы пока угостимся выпивкой, — сказал я, направляясь к бару, который заприметил едва вошёл.

— Это для важный гостей! — озабоченно крикнул администратор и засеменил следом за нами.

Карл замешкался, но я взял его под локоть и уверенно потащил к бару.

— Мы самые важные гости, юноша, — парировал я, — уверяю вас, важнее нас никого здесь не было и не будет.

Парень встал перед баром и раскинул руки в стороны:

— Нет! Это... только для гостей!

— Мы гости, — заметил Карл.

Лицо паренька скривилось в брезгливой гримасе, когда он взглянул на Карла. Он процедил, с презрением:

— Вы должники.

— Мальчик, — не выдержал я, — мы платим твоим господам деньги, которые они потом платят тебе. Не бери на себя слишком много, а то надорвёшься.

При этих словах я отпихнул его в сторону, взял самую красивую бутылку, открыл и приложился к ней. У юноши сделалось такое лицо, словно он сейчас упадёт в обморок.

— Это же финийский сок, — прошептал он, — вы за всю жизнь на такую бутылку не заработаете.

— Пей, — протянул я ему, — я угощаю.

* * *

К тому моменту, как вернулись кредиторы, мы сбили всю спесь с наглого юнца. Прибывшая после его вызова охрана, стояла в дверях, пристально наблюдая, чтобы мы не сбежали. Но мы и не думали уходить. Ещё чего, у нас же ещё четверть бутылки финийского сока! Алкоголь финийцы делали просто потрясающий!

— Что здесь происходит? — спросил вошедший в модном костюме мужчина, одетый в модный костюм. Помещение заполнилось ароматом дорогого одеколона. За первым появился второй мужчина, повыше и пошире в плечах, в таком же костюме.

Похоже с фантазией у ребят туго, как я и думал. Покупают самое дорогое, считая, что дорого, значит хорошо.

— Здравствуйте, «господа», — издевательски произнёс я, — мы пришли решить вопрос с «Альбатросом», «Жирафом» и вашим бизнесом.

— Это ещё кто? — скривился тот, что поменьше. Затем, увидев Карла, он процедил:

— А-а-а, так это и есть твой партнёр.

Карл кивнул и отвёл взгляд, переминаясь с ноги на ногу.

— Мы пройдём в кабинет или будем здесь всё обсуждать? — напомнил я о себе.

— Здесь, — решил всё тот же щуплый кредитор, — что у вас там?

— У нас информация, — вынул я из кармана накопитель, заставив одного из охранников нервно дёрнуться при этом.

— Что ты несёшь, какая информация? Деньги где? Вы просрочили платёж и должны нам теперь, — нагло процедил мой собеседник.

— Информация о проклятьи «Альбатроса» и других судов, а так же о ценах на железо, связанных с этим.

Мой собеседник беспомощно зашарил рукой сзади, видимо, в поисках поддержки. Нащупав руку своего спутника, он вцепился в неё с такой силой, что тот поморщился. Немного успокоившись, он предложил самым милым голосом:

— Давайте пройдём в кабинет.

— Зачем? — деланно удивился я. — Обсудим здесь, как вы хотели. У нас ещё финийский сок есть. Хотите?

— Они выпили наш сок, — прошептал щуплый своему бизнес-партнёру, чуть не плача. Но того, видимо, это не заботило.

— Господа, мне очень жаль, — начал он, — что мы друг друга недопоняли. Пожалуйста, угощайтесь. Я велю подать ещё одну бутылку в кабинет. Пройдёмте, пожалуйста.

Он сделал жест в направлении кабинета и я нехотя пошёл. Карл плёлся следом. Я чувствовал, что он едва держится в сознании. А мне было весело.

Устроившись в огромных креслах, мы дождались, пока уйдёт администратор, принесший бокалы и непочатую бутылку. Высокий, которого, как выяснилось, звали Аркус, откупорил её и разлил напиток.

Я сделал вид, что пригубил, затем наступил Карлу на ногу под столом. К счастью, он понял и тоже «выпил», изобразив блаженство.

— Начнём? — предложил я.

— Конечно, — согласились кредиторы, расслабившись.

— У вас отличный бизнес. Брать проклятый корабль за бесценок и продавать его за полную стоимость.

— Что поделать, — улыбнулся Аркус, — бизнес есть бизнес.

— Ну да, ну да, — кивнул я, покосившись на Карла, который снова взял бокал, — но вот незадача. Все, кто покупают у вас корабли, в скором времени вам же их и продают. За бесценок. Невероятное совпадение, правда?

— Нет, не обязательно. Многие продают свои корабли другим, — сообщил Лар.

— Это если они не в залоге, как наш «Альбатрос», — уточнил я.

— Он ещё не ваш, — ухмыльнулся Лар.

— Верно. Мы принесли бумаги, вы их сейчас подпишете и корабль станет нашим. И вернёте «Жираф». Всегда хотел управлять флотилией, — улыбнулся я в ответ.

— Похоже вы перебрали с алкоголем, — заметил Аркус.

— Ничуть. Это вы, ребятки, перебрали с интригами. Вот запись признания вашего «водителя», корабль которого мы сдали патрулю, — показал я накопитель, заметив, как изменились их лица на мгновение. Мой блеф удался.

— Точно, — кивнул Карл, который уже начал понимать. А я, тем временем, продолжил:

— Как умно, опоить дурачка, подсунуть ему кабальный договор, потом ограбить его, а если ограбить не удалось, задержать, вынудив вернуть корабль и остаться должным. Сколько раз вы это проделывали?

— Какой бред! — взвизгнул Лар, покосившись на Аркуса.

— Точно, бред. Как и то, что вы не даёте привозить железо на планету. Едва кто-то прилетает с ним, вы отправляете следом своих пиратов, чтобы перехватить его в следующий раз. Вы, наверное, возомнили себя очень умными, подкупив парочку чиновников и опаивая неугодных, — указал я на свой бокал, — продавая корабли и забирая их назад, оставив людей ни с чем, ещё и навесив на них баснословную неустойку.

— Аркус, милый, я за охраной, — сообщил Лар, поднимаясь.

Я, конечно, догадывался, но всё же, едва сдержал рвотный позыв. Карл, заметивший это, похлопал меня по плечу и встал.

— Да ребята, — продолжил он, видимо поняв что к чему, — мы раскусили вас едва прибыли. Но нужны были доказательства. Теперь у нас есть целая толпа свидетелей, которые прямо сейчас дают против вас показания, подозрительное вещество в стаканах, предложенных нам, документы, подписанные под таким же веществом, а так же корабль, который вы пытались ограбить.

— Вы ничего не докажете, — спокойно заявил Аркус.

— Ошибаетесь, любезный, — ответил я, переведя дух, — даже эта ваша фраза выдала с головой преступника. Но самое смешное — вы настолько тупые, что передали нашего «Жирафа» пиратам. Свой корабль, я узнаю где угодно.

Кредиторы переглянулись и Аркус схватился за голову:

— Не может быть. Они что, перепутали?

— Аркус, милый, что нам делать? — плаксиво спросил Лар. — Я не хочу в тюрьму.

— Вам она не грозит, — улыбнулся я, — вас разорвут на части, ещё до приезда полиции.

Поникшие Аркус и Лар с несчастным видом уставились на меня.

— Может договоримся?

— Конечно договоримся, — радостно отозвался я, — мы сейчас дадим вам документы. Вы их подпишете и можете быть свободны. Карл, вынимай.

Пока мы ждали такси на космодроме, я быстро составил несколько документов, распечатал и дал Карлу. Тот, неглядя, сунул их в чемоданчик.

Теперь же он принялся их изучать вместе с кредиторами. Несколько раз я понимал по его лицу, что он бы исправил тот или иной пункт. Но судя по тому, что он ничего не сказал, всё было не так уж и страшно.

Вынув железную ручку, инкрустированную сиамитами, Аркус подписал первый документ, протянув его мне.

— Оба, — попросил я, кивнув на Лара.

По этому документу «Альбатрос» становился нашим, а долг считался погашенным полностью.

Второй документ сделал «Жирафа» нашим. Теперь, когда они установили на корабль дефлекторы, он мне нравился ещё больше. Но не стоило говорить это Карлу. Пусть думает, что я не люблю эту развалюху.

Третий документ возвращал все купленные ими корабли, прежним владельцам и освобождал их от долгов перед Аркусом и Ларом.

Четвёртый документ они подписали после очень долгих раздумий. По нему все их деньги шли на погашение долгов тех, кто имел с ними дело.

Пятый документ Лар не хотел подписывать до тех пор, пока Аркус не устроил скандал. По нему их спортивный слейпнир становился нашим. Да, он мне понравился. Правда это было до того, как я узнал его владельцев. Теперь, наверное, продам.

И наконец последний документ сделал их нищими. Всё, что у них осталось, передавалось в фонд строительства и реконструкции единственного мегаполиса на планете. Очень уж он был мерзким с этими кривыми и страшными двухэтажными домиками.

* * *

— Джимми, — спросил Карл, когда мы шли по космодрому, — на кой чёрт тебе сдался этот «Альбатрос»? Ты же мог забрать любой из этих кораблей. Вот этот, например. Судя по слою грязи и пыли, он тут давно. Видимо тоже их.

— Карл, — улыбнулся я, — не жадничай. У нас теперь два отличных корабля и полный трюм железа.

— И слейпнир, — напомнил он. Я поморщился, вспомнив приторный запах в салоне и обилие розовых вставок.

— Продадим его. Починим «Жираф» и вездеход, купим пару шаттлов, вывезем оставшееся железо, обоснуемся на той планетке...

— Вот ещё. Я хочу тропический рай, — заспорил Карл.

— Так ведь это он и есть!

Из «Альбатроса» вышла Микки и побежала ко мне. Карл пробормотал:

— Я ничего не вижу, я ничего не слышу, я ничего не скажу

— Да брось, — улыбнулся я, — тебе тоже повезёт, встретишь свою любовь.

— Надеюсь, — вздохнул он.