Проклятье временем

На дворе 1850 год. В это время шла активно индустриализация: в мире кружили новые изобретения, открытия, мнения. Прошлое с мистикой и религией начало уходить все дальше и дальше в прошлое как пережиток истории. Любой знаток элементарной физики понимал: не может все сотворить кто-то один, тут явно работала целая «бригада творцов». Поэтому большему вниманию уделяли в то время не политике, а новейшим открытиям. Первые поезда, велосипеды, понятия об электричестве, печатные машинки – Европа пополнялась новыми дополнениями к удобству жизни и рационализации времени на совершение тех дел, которые ранее давались с большим трудом. Кто бы мог подумать, что какие-то механизмы могли заменить, например, целую бригаду, а то и фабрику.

Однако, естественно, не об этом думал наш 17-летний юноша, лежа в кресле максимально удобным и неестественным в этикете образом и смотря в зеркало, которое было прямо над ним. Ах, как же он себя обожал! Многие на его месте бы имели комплексы, переживания из-за любой ерунды, связанным со внешностью, но не у него – в его мыслях он был слишком хорош для этого мира. Слегка растрепанный искусственный брюнет с оттенком смолы, с бледной, как смерть, кожей, красными глазами, как полусладкое красное вино на свету, длинным аккуратным телом, которое знало лишь то, что такое грация и мода – такова была его особенность и внешность. Однако, эту красоту можно прозвать лишь проклятой, ведь из-за нее ему приходится существовать только по ночам… как говорил его заумный младший брат-близнец Генрих: аллергия на солнце. Кто бы мог подумать, да? А аналогий к этому просто тьма! Нечисть, вампир, воскресший из мертвых при рождении… Как только не называли священники, когда нашего красавца крестили. Из-за этого его многие в Германии боялись: вдруг он точно вампир? Еще утащит в мир иной… а сколько баек было! Наша звездочка имела ту еще известность. Из-за этого поместье Майеров, где жил наш герой, всегда было безлюдным и обходилось стороной.

«Интересно, что делает этот зануда? Наверное, опять с этими таблетками возится хоть бы раз чем-то полезным занялся…» - подумал Уолтер и, встав грациозно с кресла и поправив свою открытую рубашку перед очередным зеркалом в стене его комнаты, вышел из своей комнаты, направляясь в сторону лаборатории, которая также располагалась на отрицательном этаже.

Генрих Майер – это очень интересный персонаж. Ведь он не похож на своего брата абсолютно: они как Инь и Янь в китайском Фэн-шуй. У него не было бледной кожи, как и аллергии на солнце, был лишь с кристально небесного цвета газами, да и всегда одевался он аккуратно и стерильно, в отличие от его братца. Генри ненавидел грязь и все, что было связанно с беспорядком, ведь от этого у него поднималось давление и он начинал очень сильно злиться. Наверное, возникает вопрос: давление в 17 лет? Такое разве возможно? В его случае да, ведь именно он шел на особое открытие в сфере медицины: он закончил медицинский университет с отличием экстерном и поэтому работает с различными химикатами и растворами у себя в лаборатории, где он готовил для своего брата противоядие. Юный врач понимал, что особенность Уолта вовсе не проклятье, а обычное заболевание, которое можно вылечить, если понять природу проблемы. Но из-за этого он не спал сутками, неделями… выживал лишь за счет espresso, которое ему приносили служанка и его недалекий братец. Так что и сегодняшний день не был исключением в его жизни.

Уолт подошел к двери с очередной чашкой кофе, после чего постучался в дверь. Но была тишина.

- Хей, братец! Ты там еще не умер? Чего молчим?! – продолжал настаивать старший, стучась в дверь уже сильнее и быстрее. – У меня сейчас руки всмятку будут! Давай открывай!

Но никто не отвечал. Тогда он тихонько открыл дверь и посмотрел, что там происходит. А там, как обычно: полутьма, куча разных книг на полках, столах, стульях, имея какой-то особый тайный замысел. Растворы на рабочем пространстве были в разных колбах, пробирках и пузырьках, и все разного цвета. То красные, то зеленные, то синие, то с пеной, то без нее… в общем, для любого ребенка было бы на что посмотреть. А как все переливалось по разным трубкам и то, как из этого что-то капало в конец цепочки, был тем еще аттракционом. Бумажки валялись на полу, будто поэт не смог в очередной раз придумать нужную рифму к своей поэме. И все на какой-то латыни и различных буквах с соединениями… в общем, Уолтер ничего в этом не смыслил, но знал, что это что-то очень важное. И тут, высунувшись из-за дверной рамы, видит спящего брата за рабочим столом за углом от двери. Старший лишь покачал головой, вздохнув то ли от облегчения, то ли от жалости.

«Ну вот зачем ты так себя доводишь, м? Нашел над чем страдать… ну хоть сейчас спит и на том спасибо…» - подумал он про себя и поставил серебряный поднос с одинокой фарфоровой чашкой к остальным пустым чашкам, которые уже стоят Пизанской башней. «Фредерика совсем не заходит что ли? Сколько раз ей напоминать…». Со вздохом, он взял плед, который аккуратно был сложен на подоконнике от замурованного окна, и накрыл им братца, нежно улыбнувшись и погладив того по плечу и сев рядом за стул.

«Вот никогда ты себя не жалеешь… не понимаю я тебя, зануда ты наша… А отец куда вообще смотрит? Ему будто реально наплевать на нас! Не видит дальше своих несчастных бумажек!» - от злости у нашего ловеласа сжались кулаки и появился еле видный румянец на щеках. От этих движений начал просыпаться и сам братец.

- М..? – промычал тихонько Генри, чуть подняв свою чуть растрепанную голову от ладоней, запотевших явно в этих душных перчатках. Его взгляд поднялся на Уолта. – Братец мой…? А ты тут откуда…? Что…

- М? О, проснулся, зануда! - произнес с улыбкой брат и тут же развалился на стуле, убрав руки расслабленно за голову и положив ногу на ногу. – Чего дрыхнем тут? Неужели эти «чудо-чашки» уже не работают?

Юный врач нахмурил брови.

- Я не зануда!.. И вообще, чего забыл тут? Мне надо работать… - сказал он и потянулся, слегка зевая.

- Ха, я вижу, как ты работаешь. Спишь, да и только. Ты тут сколько один торчишь?

- А тебе какое дело, братец мой? Лучше меня бы никто не отвлекал от работы, лаборатория требует стерильности и чистоты, а ты тут ходишь и свой ссор заносишь… Прошу покинуть лабораторию, - холодно сказал Генри.

- Размечтался. Ты уже забыл, как свет выглядит, так что пока ты отсюда не выйдешь, я тут буду делать, что хочу, и мне будет глубоко наплевать на то, что ты мне скажешь, - и закрыл глаза с хитрой и довольной улыбкой.

Генри вздохнул и лишь оскалился.

- Я не понимаю тебя! Вот неужели у тебя умственный интеллект равен лабораторной крысе, раз ты даже элементарной просьбы не понимаешь!

Уолтер лишь усмехнулся, поменяв расположение ног местами.

- Генри, Генри… это я тебя не понимаю. Сидишь с этими пробирками, ни с кем не общаешься, кроме как с какими-то порошками. Может тебе девушку найти? Хоть немного расслабишься и перестанешь забивать голову ерундой.

- Кто бы говорил! Ты же знаешь, что мне нельзя переживать! Эта твоя девушка меня в могилу отправит! Так что вон из лаборатории!!! – лицо Генриха начало лишь краснеть. Уолтер, не меняя положения, посмотрел на своего а-ля «помидора» и от души засмеялся.

- Да хватит уже так злиться!.. Лучше давай прогуляемся. Тебе надо освежиться, а то ты тут уже заплесневеешь в скором времени.

Недолго думая, Генрих тут же выпроводил своего надоедливого брата за дверь и с громким хлопком двери заперся на массивный чугунный засов.

«Какой же ты не далекий, братец мой…» - с этими мыслями младший взял колбу с каплями собственного производства и закапал их к себе прямиком в рот, чтобы успокоиться. Затем повернул голову и увидел чашку, которую принес Уолт. Вздохнув, он подошел к рабочему столу и залпом выпил сие кофейный шот как крепкий алкоголь.

Тем временем наш бледный друг лишь засмеялся, окончательно убедившись в том, что получил желаемое. Все-таки доводить брата своими действиями лишь была ему в утеху.

- Господа Уолтер и Генрих! – вдруг прервал смех шутника осторожный женский голос. – Вас вызывает ваш отец, господин Гюнтер...

И тут улыбка на момент ушла с лица Уолтера. А вот Генрих усмехнулся.

- Госпожа моя, вы как всегда вовремя! По какому поводу? – в небольшой рассеянности и некотором спокойствии спросил Генри. – А то я занят, братец мой мне мешает работать.

- К сожалению, это по поводу вчерашнего инцидента в саду, господин Генрих… - аккуратно и нежно сказала молодая и хрупкая девушка, одетая аккуратно и чисто, как полагается любому обслуживающему персоналу в этом дворце.

- Ну все, кофейный маньяк, давай выходи! Хоть какой-то адекватный повод появился тебя вызволить из этого разноцветного кошмара. - сказал старший и прошел по темному коридору из факелов и серого камня к лестнице на первый этаж. – Хоть отца увидишь, давно мы его уже не видели!

Генри лишь вздохнул и открыл дверь.

- Фредерика, унеси пожалуйста чашки. И спасибо, что подошла и сообщила об отце. В чем-то мой недалекий братец все-таки прав, хоть это и происходит не часто… - сказал алхимик и пошел следом за Уолтом.

Коридоры замка всегда были в 7 метров в высоту и 5 метров в ширину, везде висели картины и портреты предыдущих владельцев сие поместья, по другую сторону от них были установлены огромные окна в квадратный вырез по всему периметру стекла и красные шторы из атласной ткани и золотых канатов для проникновения света в здание. Благо, был вечер, поэтому закатный свет уже начал перерастать в сумерки, отчего наш «вампир» мог спокойно проходить без капюшона или плаща.

- Братец мой, я не понимаю, зачем ты меня постоянно доводишь?! Тебе занятья нечем?! – выкрикивал вслед сердечник. – Хоть бы какую-то пользу приносил! Да нет, вредишь как паразит!

- Зануда, хватит тут устраивать театр одно актера. Мы все прекрасно понимаем, что тебе нужно хоть иногда на улицу выходить, пока ты не превратился в моего конкурента по внешности. Я же завидовать начну так! А тебе разве это надо? – не меняя темпа начал отвечать второй, не теряя своего хорошего настроения.

- Мне порой кажется, что ты полный идиот…

- Да неужели? А как по мне, это ты у нас таковой. Теряешь хватку, а ведь давно мог бы обзавестись фрейлин и зажить как нормальный человек. Но нет, мы возимся с какими-то бумажками, книжками и прочей ерундой. А мог провести время с прекрасным старшим братом, набраться прекрасному опыту в коммуникации и флирту. – тот замедлил шаг и встал в один уровень с Генри, после чего слегка пихнул по плечу. – Я в этом деле спец, и ты это знаешь, как никто другой.

- Ага, конечно… мне отношения на один вечер не устраивают, чтоб ты знал… - после чего Генри вздохнул и отвернул взгляд в сторону окна.

- Да без проблем, можно и на неделю, раз побольше хочешь. – сказал со смешком старший. – Лишь бы не гнил в одиночестве, зануда.

- Я не зануда! Хватит меня так называть! У меня есть имя! – Уолт лишь засмеялся.

- Еще не дорос до имени.

- А ты у нас больно высок что ли? Мы с тобой близнецы!

- Не похоже, раз какую-то ерунду говоришь. Очередной бред от сумасшедшего зануды.

- Хоть бы чего-нибудь новенького сказал… надоел…

- Как скажешь. – сказал Уолт и постучался в дверь к отцу.