Проклятый 8. Темное Знамение

Отец остановился, повернулся к Архангелам, пристально всмотревшись в глаза Ники, и заговорил с легким укором.

- Люцифер… ты зачем девочку мучаешь? Вы так хорошо друг с другом гармонировали, а теперь ты вот так.

- Забей, - отмахнулась Чернова, скрестив руки на груди, - так, воспитательный момент.

Он цыкнул, качнул головой и вздохнул.

- Ладно.

- Ладно!? – переспросил Гавриэль, вдруг подался к девушке и схватил ее за грудки, - отпусти Нику, сволочь, или я вырежу тебя из этого сосуда!

- Не хочу, - подмигнула она, а радужка ее глаз сверкнула ярко-красным переливом, - или что? Побьешь меня?

- Так, хватит, - отрезал Отец, а Его голос эхом разлетелся по помещению, - прекратите эти распри. Гавриэль, если тебя так беспокоит эта девочка, мы решим с ней вопрос, но сначала ты должен дать ответ. Хорошо, останьтесь здесь, подумайте, поговорите друг с другом. А когда Я вернусь, то хочу увидеть братьев, а не пустолаек. И кстати…

Он вознес ладонь, и в ней непостижимым образом появился мешочек, который Он бросил Михаэлю, а когда Архангелы снова глянули туда, где Он стоял, то Его уже не увидели.

Ника оттолкнула Гавриэля и подошла к старшему, и вместе они заглянули внутрь, увидев четыре колбы с ярко переливающимся в них голубым паром. Мужчина достал их все, осмотрел, выгнув одну бровь.

- Это… Эссенции! Он отдал их нам! – выпалила Ника, протянув руку, но Михаэль шагнул назад, не позволив взять ни одной, - эй?

- Че - эй? Голову включи, идиот, - огрызнулся он, глянув на сосуды уже спокойнее, - их здесь четыре, на вид все одинаковые, никаких идентификаторов. А нас трое. Помнишь Его слова? Поглотишь не ту – и все, адью мон дью…

***

В полном отрешении от внешнего мира время шло до безобразия медленно. Эбигейл в основном сидела на своем месте, изредка перебираясь от стены к стене.

Майк уделял все внимание сестре, с которой, как ему показалось, они за короткий период заточения сблизились больше, чем за всю жизнь до этого. Телефонов у них не было, поэтому юноша, желая хоть как-нибудь занять себя, представлял большой круг настенных часов, считая секунды, минуты и часы.

Когда ему надоедало, он мог слоняться по подвалу, но при этом нередко бросал заинтересованный взгляд на Эбигейл.

Настал момент, и ему все откровенно осточертело. Мелиса сидела у него на ногах, и он обратился ко всем присутствующим.

- А давайте… поиграем?

Он сразу поймал на себе вопросительные взгляды.

- Выбора у нас особо немного, предлагаю… в бутылочку. Что скажете?

- А-а-а… а где мы бутылочку возьмем? И на что? Раздевание? – со смешком спросила Мелиса, оживившись.

- Ты на нее посмотри, - хмыкнул юноша, глянув на женщину, - с ней на раздевание особо не поиграешь, только платье. Если она, конечно, трусы носит, то плюс одна попытка.

- Ну, даже один раз чего стоит, - девчонка повела бровями, игриво пихнув брата плечом.

- Я не собираюсь в этом… участвовать, - фыркнула Эбигейл, сложив руки на груди.

- Да никто не собирается тебя раздевать. На выбор будет, или ответ на вопрос, или… - он ехидно прищурился, закусив уголок губы, - поцелуй. Что скажешь? Только не в половые губы, Эбби, это тебе так… на заметку, а то знаем мы твои предпочтения.

Женщина бросила на Майка возмущенный взгляд, но судя по колебаниям, ее предложение заинтересовало. Она осмотрела его лицо, ненадолго задержав внимание на его губах, и поджала свои.

- Ну, раз уж тут и впрямь нечем заняться. Я с вами, - Эбби пожала плечами.

Они собрались в круг, уселись на колени, и мальчишка кое-что показал им.

- Не знаю, почему… но вот, - радужка его глаз слабо сверкнула фиолетовым светом, он провел ладонью над полом, где проявилось энергетическое переплетение нитей, по форме напоминающих бутылку, - немного силы все-таки работают, и нет, больше ничего с ними сделать не могу. Так что, крутить аккуратно. Ну что, кто первый?

Мелиса и Эбби синхронно подняли руки, а Майк загадочно улыбнулся.

- Не-а. Инициатива, так сказать… кхм… инициатора, так что кручу первый я.

Эбигейл поджала губы, девчонка обиженно насупилась, а мальчишка сделал над энергией круговой жест пальцами, пустив бутылку в движение. Она прокрутилась несколько раз, замерев почти четко по направлению к женщине.

- Вот как… ладно, подумаем.

- Ты это нарочно, - хмыкнула она, исподлобья покосившись на юношу, - надумаешь сейчас…

- Ладно… итак, Эбби. С кем ты занималась сексом… по любви? С тебя выбор – ответ или, сама помнишь.

Ответ был очевидно прост, потому что испытывала нечто теплое она лишь единожды – оказавшись в постели с Мефистофелем. Но загвоздка оставалась в том, что он вряд ли чувствовал схожее. И это показалось для Эбби постыдным и обидным, заставив опустить уголки губ и сникнуть.

- Это личное, - она вздернула подбородок, стараясь отогнать мрачные мысли, и подалась вперед, ближе к Майку.

- Черт, да мне сегодня везет, - он игриво повел бровями, сам приподнялся и, положив ладонь Эбигейл на затылок, закусил губу, - ну, иди сюда.

Он притянул ее к себе и сразу припал к ее слегка пухлым губам, нагло протолкнув язык ей в рот. Женщина удивленно промычала, но быстро расслабилась, поддавшись напору мальчишки. И она бы ни за что не подумала, что ей может понравиться, как он изучает ее зубы, играется с ее языком.

В порыве, Эбигейл прикусила его за нижнюю губу и сама запустила ладонь в его волосы, почувствовав, как его пальцы с талии спускаются ниже...

- А… я могу не участвовать, так понимаю? Может, отвернуться? – подала голос Мелиса, показательно кашлянув.

Майк, услышав сестру, оборвал поцелуй, напоследок подмигнув Эбби, и они с учащенным дыханием вернулись на свои места.

- Т-так, дальше поехали. Сейчас она сама выберет между вами, кто следующий. Все честно.

Юноша прикрыл веки, и бутылка, сопровождаемая напряженными взглядами женской половины, сделала несколько оборотов, остановившись на Эбигейл. Женщина, прищурившись, потянулась рукой и пальцами привела в движение энергию, и замерла она, смотря горлышком на мальчишку.

- Это судьба, не находишь? – подмигнул он, глянув на понурую сестру, - ты следующая, не переживай. Ну… давай, Эбби.

- То, что ты говорил мне на дороге. Ты правда так считаешь? Или это была уловка, чтобы меня отвлечь? – она внимательно его осмотрела, все еще чувствуя влагу на губах.

- М-м-м… да, это была уловка, но я ее не из головы придумал, а перед этим хорошенько тебя оглядел и высказал свое мнение. Я нахожу тебя чертовски привлекательной и красивой женщиной. Порой… даже с излишком. Ты довольна? А то можем и закрепить, - улыбнулся он, отправив ей воздушный поцелуй.

- Ты вырос слишком… притягательным. С тобой невозможно играть в подобное, - шикнула Эбигейл, облизнувшись, - не буду отнимать у Мелисы время, а то ей завидно.

Девчонка раскрутила бутылочку, и она остановилась на женщине. Майк, увидев это, затаил дыхание, то и дело переглядываясь между ними.

- Эх, а так хотелось с братиком? – Эбби досадно поцокала, покачав головой, - спрашивай.

- Ты бы хотела стать единой с Мефистофелем? – Мелиса с прищуром осмотрела женщину.

- Ну и вопросы у вас, - шумно вздохнула она, нахмурившись, - я на допросе что ли?

И она подалась к девчонке, прильнув к ее губам в поцелуе под оживленный взгляд юноши.

- Эх… единственный момент, когда я жалею, что без телефона… - обреченно высказался он, - какие ласковые девочки…

Мелиса, словно показательно, активнее поддержала поцелуй, углубив его, когда Эбигейл поглаживала девчонку по затылку и приценивалась к ее вкусу.

- Ну все, хорошего помаленьку, - Бастарда отпрянула и утерла губы, - а то ты меня так съешь и Майку не оставишь.

- Такую сладкую, почему бы не съесть? – скромно улыбнулась Эбби, деликатно подтерев уголки рта, - да, Майк?

Мальчишка растерянно переглянулся между ними, фыркнув:

- Я на допросе, что ли? Так, ладно… очередь соблюдаем.

Юноша раскрутил энергию, и та замерла, обратившись горлышком к Мелисе.

- М-м-м… вот это уже интересно, - он потер ладони, сосредоточив взор на сестре, - итак. Ты когда-нибудь… чувствовала влечение к папе? Не только желание… чмокнуть там, а… ну, ты сама поняла.

- Нет, ты все-таки говнюк, - хохотнула Мелиса, приподняв брови.

- А вот это уже интересно, - довольно протянула Эбигейл, - какие пикантные темы. А мы можем говорить не о сексе?

- В компании с Майком? Нет, - буркнула девчонка, закатив глаза.

- Ну, что выбираешь, сестрица? Ответ?

- Я тебе еще отомщу за такие вопросы, - кивнула она и потянулась к брату.

Бастарда прильнула к его губам в одно мгновение и бесцеремонно поцеловала в засос.

- Мне кажется, что в условии «Вопрос-поцелуй» вопрос явно лишний. Игра – целуйся или сосись. Вы бы уж не скромничали в названии, - посмеялась Эбигейл, когда Майк и Мелиса бесцеремонно целовались, не отвечая ей, - ну да, я подожду, не отвлекайтесь.

Они и не отвлекались. Оба знали, что это для них развлечение, не более, но именно в подобном контакте проявлялась вся их чуткость друг к другу. Мальчишка был особо нежен с сестрой и вкладывал в поцелуй трепет.

Бастарда же с довольной улыбкой принимала подобные шалости брата. И пусть они старались не придавать этому значения, но воздух между ними заряжался чем-то особым. Тем, что чувствовали лишь они - необъяснимое притяжение.

В какой-то степени, Мелиса даже осталась довольна своим выбором - не давать ответ на вопрос. Они отпрянули, уселись по местам, облизывая влажные губы. Несмотря на учащенное дыхание девчонки, она обратилась к брату:

- Ты все равно говнюк.

- Знаю. Давай, Эбби, крути, - он глянул на женщину, но она сидела, сложив руки на груди и с прикрытыми веками, - Эбби!

- А? – она похлопала ресницами, осмотрев брата и сестру, - а, вы уже нализались?

- Ты переигрываешь, - Мелиса лениво закатила глаза.

- Не доигрываю, - буркнула женщина, раскрутив бутылку, и она указала на юношу, - вот что такое у тебя спросить, чтобы ты ответил, а не целоваться полез?

Она поморщилась, заметив, как он изредка облизывает губы.

- Уже брезгуешь? – Бастарда цыкнула и наигранно надулась, отвернувшись.

- Было бы еще чем. А вообще… ты ненавидишь меня? Я ведь понимаю, что происходящее здесь – лишь попытка скоротать время. А будь мы свободны, ты бы ко мне и на шаг не приблизился, - Эбигейл скривила губы.

Майк переменился в лице, мельком покосившись на сестру, затем уставился впереди себя, в легкой растерянности осматривая трубы под потолком.

Минута прошла в полной тишине, даже Мелиса напряглась, а Эбби выжидающе изучала юношу, закономерно готовясь к поцелую, ведь он не ответит на этот вопрос, она понимала.

Мальчишка только приоткрыл рот, как дверь в подвал с грохотом распахнулась, и троица шарахнулась, резко обернувшись на Сэйбла…

Мужчина буквально ввалился в подвал, а пленники вскочили с мест и шарахнулись, вжавшись в стены. Бутылочка из переплетения энергии тут же погасла и исчезла, а когда Сэйбл прошел, захлопнув за собой дверь, они осмотрели его вид, и он оставлял желать лучшего – изодранная одежда, ссадины, синяки, рассечения и гематомы, взъерошенные волосы и хромая походка.

Он проковылял к противоположной стене от выхода, привалился к ней спиной и съехал на копчик, вобрал в грудь побольше воздуха и шумно выдохнул с переходом на гортанный рык.

Никто из заложников не решался даже шелохнуться лишний раз несмотря на резкое ухудшение самочувствия. Но мужчина, осмотрев их, поднялся. Наклонил голову, кукольно покачиваясь, а из его приоткрытых губ потекла черная, маслянистая жижа.

Он с хрустом вернул шею в прежнее положение и начал говорить, ни к кому конкретно не обращаясь.

- Восстанавливаться я буду долго, мне нужна еда, - он встал напротив Майка и Мелисы, поочередно оглядывая их, словно выбирал.

Юноша, крепко сжав губы, процедил сквозь стиснутые зубы:

- Ее бери, - он мотнул головой на Эбигейл, и та сразу переменилась в лице, зыркнув на него диким зверем, - она Титан, а мы и так еле живые, нами не наешься…

- Вот и ответ, Майкл… - тихо процедила Эбби.

Радамент повернулся к женщине, медленно двинулся к ней, схватившись за волосы на затылке. Он непостижимым образом снял с головы кожу, как капюшон с ветровки, так же легко и непринужденно, явив обезображенный, крокодилий череп.

Мелиса пискнула, вжавшись в брата, а он тихо сглотнул, глядя на обмякшее на спине Сэйбла его собственное лицо, висящее на лоскутах плоти.

Чудовище нависло над Эбигейл, с его клыков капала густая слюна, наглядно демонстрируя острое желание полакомиться здесь и сейчас.

- Н-не надо, - дрожащим голосом взмолилась она, - е…если у тебя вражда с Мефистофелем, я… могу быть тебе полезна. Я его часть и многое о нем знаю.

Брат и сестра вытаращились на нее с приоткрытыми от недоумения ртами, однако Радамент не спешил ничего предпринимать, словно задумался над ее словами. Он снова обернулся, и теперь пустые глазницы замерли на Мелисе, окончательно определив для чудища меню.

Майк незамедлительно встал перед сестрой, заслонив ее от невидимого, хищного взора существа, но он, шагая в их сторону, взмахнул рукой, отшвырнув юношу в стену, точно пушинку.

Девчонка испуганно сглотнула, вжалась в стену и начала тихо всхлипывать, понимая, что ее участь будет медленной и наверняка мучительной.

Мальчишка, поднимаясь на ноги, смотрел на Эбигейл весьма недобро, и она заметила этот взгляд, пожав плечами.

- Извините. Быть детьми Андрея – это одно, но его частью… он сам решил, я просто напомнила.

Ответа она никакого не получила, а увидев, что Радамент уже в нескольких шагах от девчонки, отвернулась. Все-таки, не желала она ей такого, но ей бы не хватило решимости промолчать и не попытаться передвинуть стрелку… да на кого угодно.

Когда Мелиса уже зажмурилась и чуть ли не рыдала, опустив голову, послышался требовательный, железный голос Майкла.

- Отойди от нее, гнида. Жри меня, - осклабился юноша, а Сэйбл, повернувшись, узрел, как радужка глаз мальчишки сверкнула ярко-фиолетовым переливом.

Эбби и Бастарда, услышав это, успели лишь посмотреть на Майка, как он, крепко сжав кулаки, бросился на чудовище, но был перехвачен за грудки и поднят в воздух, как невесомый.

Стоило Радаменту раззявить клыкастую пасть, мальчишка и тут не растерялся, приложив засиявшую ладонь к его черепу. Подвал огласило нестерпимо громкое шипение, рука Майка мгновенно прикипела, а область вокруг нее начала пульсировать.

Коварно, ядовито улыбнувшись, юноша злобно прошипел:

- Сила Жизни… как тебе, мертвый кусок говна!? Не по вкусу?

Контакт обернулся для всех неожиданным образом. От места соприкосновения отошел мощный импульс, сопровождаемый яркой вспышкой света. Мелиса и Эбби крепко зажмурились, не в силах смотреть на слепящее зарево, и отвернулись, а когда все утихло, они в искреннем недоумении осмотрелись в подвале.

Майка и Радамента… нигде не было.

***

Последнее, что видел юноша перед ослепительным затмением – омерзительная физиономия древнего чудовища, и в следующую секунду его вышвырнуло – а куда, он и сам не знал.

Чувствуя, будто органы провернуло огромной мясорубкой, он поднялся на четвереньки, и его обильно вырвало желчью и кровавыми сгустками, а стоило поврежденной ладони коснуться сухой земли, все существо тут же обожгло нестерпимой болью.

Он с огромным усилием встал, обнаружив себя в безлюдном, гаражном кооперативе, глянул вверх, на темнеющее в предзакатных сумерках небо, тихо сглотнул. Какая же это красота – не лицезреть мрачную крышу подвала, а прекрасный небосвод с плывущими по ним перьевыми облаками.

Первая мысль раскатом грома поразила сознание – нужно найти родителей и сообщить им все, в том числе о слабости Радамента к Божественной силе, о предательстве Эбигейл и о том, что Мелиса нуждается в помощи.

Отвлекла его ноющая боль в ладони, на которую он посмотрел и подумал – неплохо бы исцелить. Однако и тут его прервали… он периферийным зрением заметил фигуру, повернулся и обомлел, позабыв обо всем на свете. Перед ним стоял Отец…

Глаза Майка расширились в неподдельной надежде – вот же Он! Бог! Если он смог навредить Радаменту с жалкой крупицей Его могущества, то сам Бог сотрет чудовище в порошок!

- О…тец! Дедушка, - осекся мальчишка, сделав шаг Ему навстречу, - у нас проблемы… помоги, пожалуйста!

- Я знаю, - спокойно ответил Он, - к тебе Я и пришел. Ты использовал Мою частицу, трудно это не заметить.

- Главное – против кого я ее использовал! Ты можешь найти его и… добить?

- Может, и могу, - сощурившись, Он приблизился к мальчишке вплотную, смотря в его растерянные глаза, - но для начала…

Он вознес ладонь, оттопырил указательный палец и слегка дернул им, от чего на шее Майка образовался горизонтальный, сияющий порез. Его парализовало, он тихо захрипел, расширенными от недоумения глазами уставившись на Отца.

Он достал из кармана джинсов пустую колбу, второй рукой взял юношу за волосы на затылке и запрокинул ему голову, приставив к ране горлышко сосуда.

Из рассечения струей потянулся ярко-фиолетовый пар, и когда он заполнил емкость, Отец отпрянул, провел пальцами по шее мальчишки, залечив повреждение.

- Признаю, есть в этом методе нечто приятное, - сухо ухмыльнулся Он, закрыв колбу.

- З-за… что? – беспомощно заикнулся Майк.

- На все воля Моя, малыш, - добродушно улыбнулся Он, приложив два пальца к виску юноши.

Он напрягся всем телом, почувствовав нестерпимый, электрический разряд, но он, пройдя через все существо, не оставил после себя и следа.

Майк зажмурился и встряхнул головой, осмотревшись в безлюдном, гаражном кооперативе. Страшно саднила содранная до мяса ладонь. В памяти отчетливо всплыл последний контакт с Радаментом, как его выбросило сюда, и вследствие этого неразумного решения выгорела частица могущества Отца.

Да, он защищал сестру, поэтому в поступке не видел ничего зазорного. Вряд ли Он расстроится, если узнает об этом.

Осталось два вопроса – где он и как вернуться к родителям?

Из-за угла, куда он хотел направиться, показалась сначала одна бродячая собака, а следом за ней вышла целая свора, и все они заострили внимание на юноше.

Майк по старой привычке попытался переместиться, потом взмахнул рукой, но животные на это отреагировали, залившись громким лаем. Осознавая, что другого выхода нет, он развернулся и рванул со всех ног, куда глаза глядят.

Бежал он долго, однако собаки все-таки его нагнали. Одна успела укусить за запястье, прежде чем юноша отбился и выскочил из гаражного кооператива на дорогу, тут же услышав протяжный, автомобильный сигнал.

Он успел только повернуть голову и увидеть несущуюся на него Волгу, которая не успела затормозить, и ударом мальчишку отбросило на несколько метров в сторону, прежде чем машина с визгом шин встала, как вкопанная.

Собаки убежали обратно, Майк растянулся на асфальте, в глазах поплыло, в ушах гудело. На периферии слуха он уловил громкую ругань водителя, и без шансов отключился…