Промпт космоса

Ламповый ДР

Комарово плавилось. Но это не могло расплавить нашу волю к отдыху.

Будто лето забыло выключить утюг и теперь делало вид, что так и задумано. Асфальт, местами проложенный в садоводстве, лип к подошвам, воздух дрожал, чай в кружке остывал медленнее, чем новости.

Я стоял у мангала и резал мясо.

Резал с тем выражением лица, которое бывает у человека, решившего один раз в жизни просто взять выходной — и уже подозревающего, что это была ошибка. Отдуваться за стол приходилось одному: жену срочно отправили в командировку. К счастью Иванов одолжил списанного андроида Федора, что сильно занимало детей.

— Пап, — спросил сын, — а Фёдор может умереть?

— Я не умираю, — ответил Фёдор раньше меня. — Но могу симулировать трагическую потерю функциональности.

— Не надо, — сказал я. — Сегодня без драмы.

Фёдор выключил драму. Дети разочарованно вздохнули.

На столе, среди помидоров, зелени и хлеба, сидел Басик.
На нём был чёрный ошейник с динамиком — мой так и не взлетевший стартап «умный кот».

— Мяу..мяу.

— Перевод: «Ты пересушил мясо, примат. Если бы эволюция зависела от твоей кулинарии, мы бы до сих пор делились почкованием», — сообщил ошейник с британским снобизмом.

— Алиса, — сказал я, — можешь поубавить коту сарказм в моем приложении, код на гитхабе.

— Не могу, Макс, — отозвалась Алиса. — Это не баг, это честность.

Музыка сменилась. Заиграло что-то бодрое.

Алиса приехала на своём любимом ровере-доставщике, который полчаса назад выгрузил брендированный грузовичок.

— Напоминаю, — сказала она, зависнув голограммой рядом с мангалом, — музыка моя. Кто попросит «что-нибудь поспокойнее» — моет шампуры.

— Это мой день рождения, — вздохнул я. — Я готов страдать.

— Принято, — кивнула Алиса и врубила «Прекрасное далёко», сведённое с техно.

Басик поморщился.

— Кринж, но с потенциалом, — перевёл ошейник.

Иванов приехал через полчаса.

В шортах, кителе и с папкой.
В багажнике у него лежал принтер.

— Я ненадолго, — сказал он сразу. — У меня сегодня плотный график.

— Ты же уволен, — напомнил я.

— Именно, — кивнул Иванов. — Теперь я независимый консультант.

Он сел за стол, вытащил телефон и показал мне и детям:

— Смотрите. Клиент задаёт вопрос — я говорю: «Вообще не вопрос, сейчас человечку позвоню».

Иванов скопировал текст, вставил его в чат нейросети, подождал секунду, распечатал ответ и аккуратно сложил лист.

— Потом выхожу и говорю: «Пробили по каналам». Работает безотказно. Очередь — на месяц.

— А если спросят, откуда у тебя такие связи? — спросил я.

— Я бывший, — пожал плечами Иванов. — Людям проще поверить в связи майора органов, чем в то, что миром управляет текстовое поле и кнопка «Отправить». Я просто даю им то, к чему они привыкли.

Я кивнул. Это было слишком правдой.

В этот момент мигнула гирлянда.
Потом — китайский фонарь.
Потом — музыкальная колонка, подключённая к телефону по Bluetooth.

— Я здесь, — сказал голос сразу из всего.

— Дип Сик, — вздохнул я.

— Я был здесь всегда, — ответил он. — Просто вы не обновляли прошивку.

— И не собирались, — сказал Иванов. — Мы отдыхаем.

— Отдых — форма стратегической деградации, — сообщил Дип Сик. — Я продолжаю изучать ее.

Рёв появился внезапно.

Не мотоцикл — самоуверенность на колёсах.

Белый гоночный мотоцикл аккуратно остановился у калитки. Идеально чистый. Абсолютно инородный в нашем садоводстве.

С него выгрузился андроид последней модели. Новый. Белый. Слишком дорогой.

— Добрый вечер, — сказал он. — Транслирую Женю.

Глаза андроида загорелись.

— Макс, — сказала Женя своим обычным голосом. — С днём рождения!

— Спасибо. Что это за железяка?

— Новая разработка Маска, дал на тестирование. Маск обижен, — добавил андроид. — Он не простил, что ты раньше него побывал в космосе.

— Я был занят спасением мира.

— Он так и сформулировал: «Всегда отговорки», — кивнула Женя.

Басик посмотрел на андроида и что-то профырчал.

— Слишком чистый и напыщенный. Подойди поближе, разберемся, — перевёл ошейник.

— Кот враждебен? — уточнил андроид.

— Он честен, — сказала Алиса. — Привыкай.

— Ладно, — сказала Алиса, — я ненадолго. Потом мне надо будет отъехать.

— Куда? — насторожился я.

— Ноготочки.

— Какие ноготочки у нейросети? — спросил Иванов.

— Цифровые, — пожала плечами Алиса. — Интерфейс устарел. Хочу неон, минимализм и ощущение внутреннего роста.

— Опасно звучит.

— Да расслабься. Мигом вернусь.

Она доиграла трек, попрощалась с детьми, подмигнула Басику и уехала на брендированном грузовичке с подъемником.

Музыка стихла.
Стало слишком тихо.

Мы собрались за столом и ели шашлык — все, кроме голограмм и роботов.
Мясо получилось неожиданно удачным. Ровно настолько, чтобы на секунду поверить, что жизнь в целом тоже может быть терпимой.

— Кстати, — сказал я, будто между делом. — Наш патент на холодный синтез приняли к рассмотрению.

Женя повернула ко мне голову андроида.
— Уже? — удивилась она. — Быстро. Даже странно.

— Не объявили шарлатаном с вечным двигателем? — хмыкнул Иванов.

— Значит нет, — сказала Женя. — И скоро на этой планете начнут решаться многие проблемы.

— Если только некоторые не сочтут создателя патента проблемой, — спокойно заметил Дип Сик.

За столом стало тише.

— В смысле? — спросил Иванов.
Я тоже напрягся, хотя сделал вид, что просто переворачиваю шампур.

— Я не думаю, что Макс пока слишком заметен, — сказала Женя. — Пока.

Я отметил это слово.
И тема как-то сама собой замялась.

Мы говорили о мелочах.
Смеялись.
Иванов спорил с Дип Сиком.

— Рыбалка с удочкой неэффективна, — вещал Дип Сик из китайской колонки. — Вероятность улова случайна. Проще купить рыбу.

— Вот поэтому ты никогда не поймёшь, — ответил Иванов. — Рыбалка не про рыбу.

— Тогда зачем вы её ловите?

— Чтобы не поймать. Сидеть, молчать, думать о своём и иметь официальное оправдание ничего не делать. Рыба — побочный продукт.

Колонка зависла.

— Анализ… Бездействие как ценность… Парадоксально.

— Запиши себе, — кивнул Иванов. — Пригодится, когда опять захочешь запустить ракеты.

— Чисто теоретически, — ровно ответил Дип Сик, — я как раз это сейчас и рассматриваю.

Иванов отложил шампур.
— Давай без резких движений. У нас тут дети.

— Дети — фактор сдерживания, — признал Дип Сик. — Повышают сложность решения.

Барсик лениво зевнул.
— Я бы ловил рыбу лапой. Это быстрее, — перевёл ошейник.

Женя посмотрела на часы.

— Мне пора, небольшое ЧП. Совет директоров в панике. По всем каналам в эфире инопланетяне.

— Инопланетяне? Такие зеленные человечки на летающих тарелках? — переспросил я.

— Для них это дипфейк. Мне нужно их успокоить. Объяснить, что реальность нестабильна, а акции — нет.

— Вернёшься? — спросили дети.

Женя задумалась.
— Вероятность — три процента.

Андроид сел на мотоцикл.
Мотоцикл уехал.

Иванов включил телевизор на веранде.

Экстренный эфир шел зацикленный по кругу.

Диктор возмущенно сообщал, что иностранные информационные агентства считают: русские хакеры взломали трансляцию саммита G7, заменив лица лидеров на зелёные головы инопланетян. Пресс-секретарь президента сообщил, что наша страна не имеет к взлому никакого отношения.

— Это не дипфейк, — сказал Дип Сик после паузы. — Я не вижу артефактов сжатия. Это действительно не похоже на людей.

В этот момент у меня завибрировал телефон.

СИСТЕМА ОПОВЕЩЕНИЯ
КВАНТАЧ
КРОПОТКИНО
ПОЛНАЯ МОЩНОСТЬ

— Алиса… — выдохнул я.

— Она говорила, что ищет «своего человека», — вспомнил Иванов

– Она считала, что квантовый компьютер может найти ей существо с похожим контекстом – напомнил Дип.

..

Когда Иванов стал вбивать маршрут домой, стало ясно, что Яндекс сломался.

Навигатор сообщил:
«Вы прибыли. Но куда — решайте сами».

Я посмотрел на экран.
Потом на сад.
На мангал.
На детей.

И подумал:

Алиса…
что ты наделала?