Прощальный танец феи

Я никого не трогал. Просто семенил по окраине города по своим собачьим делам, покачивая привычно хвостом и любуясь опавшей оранжево-жёлтой листвой. Где-то внутри складов ругались орки, издалека лилась грустная эльфийская песня.

Ничего не предвещало беды, как вдруг из подворотни вывалился высокий, светловолосый мужчина. Его белый мундир был измят и испачкан. От него противно разило алкоголем. Помутнённый взгляд бродил из стороны в сторону, искал, за что бы зацепиться. И тут он заметил меня.

— О, господин пёс, как вы поживаете? — проговорил мужчина заплетающимся языком и угрожающе двинулся в мою сторону.

Я попятился назад и внезапно упёрся в чьи-то ноги. Позади меня, пьяно смеясь, стоял другой белый мундир. В руке у него блестел железный прут.

— Господин пёс, вы посмели напасть на меня?! Это оскорбление! — захихикал второй пьяница.

Вряд ли лёгкое прикосновение хвоста можно было бы назвать нападением, но сейчас это не имело никакого значения.

— Что это за чёрное недоразумение? — Всё из той же подворотни появился третий белый мундир. Он заулыбался в предвкушении.

Меня окружили с трёх сторон: спереди, сзади и справа. Попробовал прижать уши и хвост, чтоб пьяницы не видели во мне угрозы, но это было бесполезно. Им хотелось драки, и неважно, кто станет их жертвой. Бездомный чёрный пёс вроде меня отлично подходил на эту роль. Троицу только раззадорил мой беззащитный вид. Хихикая и улюлюкая, они смыкали кольцо. Я ринулся влево, но удар сапогом прилетел в бок, и я повалился на землю. Тут же послышался свист железного прута, и новый всплеск боли пронзил меня. Я был не в силах пошевелиться и лишь взвизгивал с каждым новым ударом веселящихся мужчин.

— Эй вы, прекратите! — раздалось внезапно слева.

Пьяницы как занесли руки-ноги для ударов, так и замерли в своих боевых позах, не веря своим ушам.

— Я сказал, прекратите издеваться над собакой!

Я с трудом разлепил веки и посмотрел на незнакомца. Потёртое коричневое пальто, накинутое сверху на белую рубашку, развевалось на ветру. Каштановые волосы зачёсаны набок, в руках смельчак сжимал коробочку, в таких обычно носят принадлежности для письма. Руки были в пятнах от чернил, какие бывают у секретарей. Мужчина смотрел на моих обидчиков решительно.

— Ты что-то посмел сказать?! — Светловолосый пьяница опасно прищурился.

— Не. Трогайте. Пса, — в третий раз повторил незнакомец, не шелохнувшись.

Пьяницы тут же забыли про меня. Перешагнув через моё тело, будто через лужу, они дружно двинулись в сторону новоявленного защитника.

— Да что ты себе позволяешь? Ты вообще знаешь, с кем имеешь дело?! — взвыл белобрысый.

Незнакомец недовольно хмыкнул, сложив руки на груди.

— Конечно. Белые мундиры королевской гвардии трудно не заметить, — уверенным голосом ответил шатен.

Я уже не смотрел на него. Прижавшись к земле, я максимально беззвучно полз к ближайшему укрытию. Но их голоса всё ещё прекрасно слышал.

— Кроме того, — продолжал мой спаситель, — лично вас я прекрасно узнал. Вы – граф Кайрон. Ваш покойный отец в гробу перевернулся бы, если бы узнал, что вы скатились вот до такого.

— Да, как ты смеешь?! — взвыл граф Кайрон и кинулся на секретаря. — Да мы тебя сейчас прихлопнем!

— На что ты вообще рассчитывал, блоха?! — безумно захихикал тот, что с прутом.

— На то, что бедный пёс успеет убежать от вас!

Я уже спрятался среди брошенных ящиков и видел, как удивлённо оглянулись пьяницы на то место, где недавно лежал я. Поняв, что первая жертва от них ушла, белые мундиры ещё громче зарычали, словно дикие животные, и повернулись к секретарю, но на том месте, где он стоял, теперь лежала распахнутая коробочка для письменных принадлежностей. Чернила растеклись по земле, а листки бумаги, подхваченные ветром, порхали в воздухе. Сам секретарь во всю прыть бежал вперёд.

— За ним! — скомандовал Кайрон.

Несмотря на всё их опьянение, бежали они довольно быстро. И пусть у секретаря была фора в пару секунд, но с их пьяным упрямством они имели все шансы догнать моего спасителя.

Мне бы следовало тогда уйти в другую сторону. Спрятаться где-нибудь в канаве и приняться зализывать раны. Но волнение за отчаянного молодого человека захватило меня. И, поддавшись порыву, я ринулся следом.

К счастью, серьёзных травм получить я не успел. И хоть в спине стреляло болью, а лапы саднило, я поспевал за погоней, не теряя из виду ни секретаря, ни пьяниц.

Как бы ни был быстр секретарь, но белые мундиры, более выносливые и натренированные, неминуемо его нагоняли. И тогда мой спаситель резко завернул влево, перепрыгнул через ограду и, лавируя между деревьями, кинулся к заброшенному зданию.

Граф Кайрон хотел было ринуться следом, но его друг остановил графа, схватив за плечо.

— Не надо! Это же Про́клятый храм!

— И что?! – рыкнул зачинщик.

— Говорят, что тот, кто войдёт в храм, больше никогда из него не выйдет.

Кайрон посмотрел на своих спутников презрительно, но спорить с ними не стал, и с досадой сплюнул на землю.

— Не верю я в это. Ну да ладно, подождём его здесь. Рано или поздно этот урод выползет из своего укрытия. И вот тут мы его…

Я не стал слушать буйные фантазии пьяного графа, а вместо этого принялся обнюхивать забор в поисках другого прохода, и довольно быстро обнаружил дыру. Момент — и я уже семеню меж деревьев к входу в заброшенный храм. Ещё минута, и я уже прошмыгнул незамеченным внутрь дряхлой постройки.

В середине небольшого зала стоял секретарь. Он напрягся, готовый к драке, но, увидев меня, расслабился.

— А, это ты… И что же ты тут делаешь?

Парень подошёл и нежно потрепал меня по загривку. Я неуверенно качнул хвостом в ответ.

— Как ты, малыш? Тебе сильно досталось?

Бегло оценив моё состояние, мужчина довольно кивнул.

На улице всё ещё шумели:

— Эй ты, мразь, выходи! У тебя всё равно нет другого выхода!

Секретарь продолжал меня гладить, не особо обращая внимания на угрозы.

— Меня Грэгом зовут. А ты у нас кто?

Грэг пошарил рукой по моей шее, в поисках ошейника или жетона, но ничего не обнаружил.

Тут подул свежий ветерок из глубин храма. Грэг встрепенулся.

— Слышишь? — обратился он ко мне. — Сквозняк тянет оттуда, значит, где-то есть ещё один выход наружу. Пойдём, посмотрим.

Грэг решительно встал и двинулся к следующему дверному проёму. Я, прислушиваясь и принюхиваясь, последовал за ним.

Мы проходили комнату за комнатой, минуя причудливые рисунки и чихая от пыли. Наши даже самые аккуратные шаги раздавались здесь трёхкратным эхом, а паутина порой серьёзно мешала пройти. Запах тины, который я уловил ещё в первом зале, с каждой комнатой усиливался. Но Грэга ничего не смущало, он уверенно двигался вперёд. Видимо, выбираться из подобных неприятностей ему было не впервой.

Но вот мы пришли в широкий зал круглой формы. Откуда-то сверху сочился блёклый голубоватый свет. Стены то тут, то там были покрыты мхом. Здесь царила сырость, а запах тины достиг своего апогея. Да, не нравилось мне это местечко.

Грэг подошёл к изогнутой стене и провёл по ней пальцами.

— В стене выдолблены какие-то письмена, но я не понимаю, на каком они языке, — проговорил мужчина скорее себе, чем мне.

Вдруг письмена вспыхнули голубым огнём, а затем исчезли, превратившись в голубую воронку. Портал! Неожиданно увидеть его здесь.

Не успел Грэг отпрянуть, как его стало засасывать внутрь. Я кинулся к парню, принялся тянуть его за полы пальто, рыча от усилия, но всё было без толку. Грэга затягивало всё глубже и глубже. Раздался треск, пальто порвалось, и голубой свет поглотил моего спасителя полностью. Я бросил на пол бесполезную тряпку и кинулся в сужающуюся воронку, полную голубого света.

Это был не свет. Это была вода. Мы с Грэгом вместе болтались на глубине под огромной толщей воды. Я отчаянно молотил лапами, стараясь выбраться наверх. Воздуха в лёгких не хватало, грудь начинала гореть. Боль в лапах усилилась, в спине стрельнуло. Всего в каком-то метре от поверхности у меня закончились силы, и я стал оседать обратно на дно.

Но тут сильная рука схватила меня за шкирку и толкнула вверх. Оказавшись на поверхности, я принялся судорожно хватать ртом воздух. Рядом вынырнул Грэг. Он тоже тяжело дышал, стараясь удержаться на воде.

Когда мы привели дыхание в норму, Грэг кивнул в сторону, где виднелась полоса суши. И мы оба поплыли к берегу. Выбравшись на твёрдую почву, оба повалились наземь.

— Я думал, это собаки спасают людей, а не наоборот, — устало улыбнулся Грэг, откашлявшись.

Я возмущённо рыкнул ему в ответ. Нашёл чем попрекать! Меня не так давно избили! И вообще, я пытался вытащить его из портала. Не моя вина, что пальто было так отвратительно сшито и не выдержало! Вот она, человеческая неблагодарность!

Я встал на дрожащие лапы и хорошенько стряхнул с шерсти воду, не потрудившись отойти в сторону.

— Прости! Прости! — взмолился Грэг, с хохотом уворачиваясь от брызг.

Я довольно уселся наземь. То-то же!

— И где это мы? — прошептал мой собрат по несчастью, оглядываясь вокруг.

Мы сидели на берегу огромного синего озера. Водная гладь его уже успокоилась, поверхность воды можно было принять за гигантское зеркало. Вокруг царил густой лиственный лес, полный клёнов, ясеней и дубов, окрашенных в разные оттенки жёлтого и оранжевого. А ещё дальше виднелись снежные пики гор. Небо хмурилось, рискуя в любую минуту разрыдаться дождём.

— Надо собрать хворост и развести огонь. Высушим вещи и шерсть, а потом пойдём искать ближайшее поселение, — сказал Грэг, вставая на ноги.

Вода с него текла ручьём, и я мысленно согласился, что костёр ему сейчас явно не повредит.

Я не знаю, кто его научил так ловко складывать палки и тереть камни, чтобы выскочила искра, но уже через полчаса мы наслаждались пляской пламени. Грэг жарил себе на огне грибы, а я доедал не слишком удачливую мышь. Я и ему предлагал, положив добычу у ног, но глупый человек отказался от угощения.

Одежду он не снимал, надеясь, что та высохнет прямо на нём. Подсохшая чёлка падала Грэгу на лоб, а в карих глазах отражалось пламя костра. Моя шерсть после обильного купания теперь распушилась, отчего я чувствовал себя неловко.

Тут от еды меня отвлёк незнакомый звук. Будто хлопанье огромных крыльев. Я обернулся на звук и углядел в небе две точки, стремительно приближающихся к нам. Двое мужчин с широкими полупрозрачными крыльями, будто у бабочек, опустились на землю перед нами. Я едва не поперхнулся, смотря на них снизу вверх. Неужели к нам пожаловали феи?

Цвет крыльев наших гостей отличался. У того, что выступил вперёд, крылья переливались тёмно-синими оттенками. Крылья заднего сияли оранжевым.

Секунду царила полная тишина. Мы с удивлением смотрели на них, они, с не меньшим удивлением, — на нас.

Но тут синекрылый достал из-за пояса шпагу, направил её на Грэга и прокричал на фейском языке:

— Именем короля, вы арестованы!

Грэг, как держал в руках шашлычок из грибов, так и поднял руки вверх.

— Погодите, здесь какое-то недоразумение, — спокойным голосом ответил мой спутник на фейском.

Я удивлённо посмотрел на него. Откуда этот парень знает фейский? Ладно, эльфийский или орочий. Это популярные языки, их многие учат. Но фейский?! Кто же ты такой, Грэг?

— Согласно заповедям Лиама Великого, людям запрещено пересекать границу с Царством Фей. Соответственно, вы оказались здесь незаконно. Таким образом, вы приговариваетесь к смерти. После допроса, конечно. — Глаза стража заблестели фанатичным огнём.

— Нет-нет, подождите! — затараторил Грэг. — У нас не было намерения пересекать границу. Это ошибка!

Но фейский страж не слушал его.

— Прошу, последовать за нами. И давайте обойдёмся без сопротивления. Иначе вы сильно пожалеете!

Страж направил свою шпагу на Грэга.

Моя реакция была молниеносной. Подскочив, я вцепился в занесённую руку. Фей закричал и выронил шпагу. Грэг тут же воспользовался заминкой, швырнул грибами во второго стража и кинулся наутёк. Отпустив незадачливого фея, я помчался за моим спутником.