Прощай-озеро

«Мне так по-вез-ло жить в этом ле-те!» — Лина шла домой, жевала ватрушку, напевала про себя привязчивую песенку и радовалась солнцу, облакам и даже накрапывающему дождику, который превратил ее волнистые русые волосы в большое влажное облако. Мятый зонтик висел у нее на локте, как спущенный флаг. Лина подставляла под капли лицо, не боясь, что потечет тушь, потому что не было никакой туши, и пританцовывала, обходя мелкие трещинки в асфальте, потому что так веселей. Школа окончена! Впереди целое лето! Лето новых возможностей!

Хорошо бы влюбиться. Или сочинить книжку. Или научиться прыгать с парашютом. Но достойных принцев в округе не было, про что писать книжку — Лина не знала, а с парашютом прыгать («с неба сигать», как бабушка говорила) родители ни за что не разрешат. Придется думать о скучном: выбрать вуз и поступить в него. «Тоже мне проблема», — подумала Лина. И действительно — в городе Лейске было целых два высших учебных заведения: Строительный и новый, Институт Высоких Технологий. Конечно, Лина собиралась поступать в Строительный, как папа. На архитектурный факультет.

Мама рассказывала, что раньше в институт не нужно было сдавать отдельные экзамены, хватало школьных. А бабушка уверяла, что уж она-то сдавала оба комплекта, так что Лину понимает и сочувствует. Но зачем сочувствовать? У Лины все хорошо с русским языком и с английским нормально, ну и с математикой более или менее, а больше ничего и не надо…

Лина отвлеклась на воробьев, которые, радуясь не хуже нее, скакали по мелким лужам, и покрошила им кусочек ватрушки. Внезапно рядом раздался голос:

— Милая девушка!..

Лина подпрыгнула. Рядом, возле подъезда давно заброшенной и частично разрушенной пятиэтажки, сидел на скамейке бомж. То ли «мужчина», то ли «старик», непонятно, как назвать. Лина непроизвольно втянула носом воздух. Нет, ничем особенным он не пах, только выглядел грязновато, и одежда у него была потрепанной. И прическа — «взрыв на макаронной фабрике», как бабушка бы сказала. «Может, он вообще не бомж?» — подумала девушка, разглядывая человека.

Тот, нисколько не смущаясь, спросил:

— Могу ли я узнать, почему вы не пользуетесь зонтом в такую ненастную погоду?

— Да ну, это разве ненастье? Грибной дождик! — пожала плечами Лина. — А у зонтика спица сломалась. Я его вообще выбросить хочу.

Незнакомец оживился:

— Если сей предмет действительно не нужен, могу ли я попросить его в дар?

Лина улыбнулась:

— Конечно, — и протянула зонтик высокопарному незнакомцу.

Тот прокомментировал:

— Вы весьма великодушны.

Лина, немного стесняясь, спросила:

— А вы тут живете?

Незнакомец кивнул и обстоятельно объяснил:

— С тех пор, как власти решили построить торговый центр, тут живу только я.

— А как же строительство? — сказала Лина, оглядывая безмолвную пятиэтажку с выбитыми окнами и будто покусанными стенами. Чиновники и бизнесмены явно не спешили.

— Как видите, планы остаются планами, а мой дом — моим домом, — невозмутимо ответил мужчина. — Крыша, правда, местами течет, но ваш зонтик изменит мою жизнь!

— Но тут же, наверное, электричества нет? Воды?

— Это ничего. У меня есть зажигалка, а воду легко найти в реке. Сейчас же лето. Лето новых возможностей, верно?

Лина вздрогнула.

— Я хотел бы вас отблагодарить.

Девушка замахала руками.

— Нет-нет, не отказывайтесь. Я дам вам один совет. Вы сейчас, возможно, не готовы его услышать. Но вспомните мои слова завтра. Если вы думаете о поступлении, выбирайте настоящую творческую специальность.

Лина подняла брови.

— Почему?

— Вы же хотите, чтобы вам повезло этим летом?

Позади вдруг раздался громкий гудок, Лина рефлекторно оглянулась, но ничего особенного не увидела. Просто раздраженные водители стояли в пробке и выражали эмоции сигналами. Когда девушка повернулась обратно, на скамейке у подъезда никого уже не было.

***

Гриша с Бобом сидели на берегу речки Рузы, пили газировку и молчали. На реку тихо опускалась ночь, стрекотали сверчки, уютно квакали лягушки.

— И что ты надумал, бро? — сказал, наконец, Боб. Он был старше Гриши на два года, вел блог о компьютерных играх, а еще закончил курсы автомехаников и считал себя человеком опытным.

— Да ничего. Не знаю, куда поступать. Можно в «Стройку», там информационные технологии...

— И чего сомневаешься? — покровительственно сказал друг.

— В Строительный английский надо сдавать, не только математику и русский, прикинь? Я не сдам.

На реку наваливались сумерки. Боб помолчал, потом сказал:

— Может, родители репетитора наймут?

Гриша хмыкнул.

— На какие деньги? Да и поздно уже, экзамены вот-вот. В «Техноложке» та же фигня — английский на айти! Но говорят, там круче учиться, преподы из столицы.

Приятели снова замолчали. Боб зашуршал оберткой шоколадки, а Гриша потянулся к бутерброду.

— Эй! — зазвенел чей-то голос. — Купаться пойдете?

Из зарослей у самого берега выглядывала девушка. Белолицая, с длинными волосами, которые плыли по воде, как водоросли. Приятели заерзали.

— Не, спасибо, — неожиданным басом ответил Боб. — Мы плавки не захватили. И холодно еще.

— А зачем вам плавки? — удивилась девушка. — Темно уже. Никто не увидит.

Ее резко осветила луна. Боб подавился газировкой, а Гриша порадовался, что никто не видит его лица. Не каждый день красивые девушки приглашают его раздеться.... Постучав друга по спине, Гриша ответил:

— Лучше вы к нам. У нас бутерброды есть и газировка, хотите? — и немедленно покраснел. Вдруг она и правда голая?

— Лень вылезать, — беспечно ответила девушка и подплыла ближе. — Бросайте газировку!

Гриша бросил пластиковую бутылку, и девушка вдруг подпрыгнула и легко поймала ее в воздухе. Ничего особенного увидеть они не успели — все-таки было почти темно, а мокрые волосы закрывали все ее тело. Есть на ней одежда или нет? Кажется, есть.

— Спасибо, — весело сказала девушка, явно настроенная на общение.

Во всяком случае она продолжала болтать, призналась, что немножко подслушала их разговор, а потом стала расспрашивать ребят о новом институте.

— Что там изучают? — спросила она, гоняя волну руками.

Гриша пожал плечами:

— Информационные технологии. И еще что-то есть… про творчество.

— А ты тоже поступать собираешься? — заинтересовался Боб.

— Ой, смотрите! — крикнула она, снова подпрыгивая и указывая куда-то вверх.

Гриша с Бобом уставились на небо. Там пролетал какой-то большой объект сложной формы.

— Это орел! — уверенно сказал Боб. — Или ястреб. Сто пудов.

— Скажешь тоже, — усомнился Гриша. — Вообще не похоже.

— А что, с рыбой в клюве.

Девушка рассмеялась:

— Это лесной дух.

Приятели снова подняли глаза вверх, но там уже никого не было. Боб веско проговорил:

— Тут военная база недалеко. Может, дрона запустили.

Они вновь посмотрели на реку, но их собеседница исчезла.

— Сбежала. А я только хотел ее домой проводить, — вздохнул Боб.

Гриша фыркнул. Боб был в своем репертуаре. Он очень любил провожать девушек — домой и вообще. Правда, не все соглашались.

— Слушай, — вдруг сказал Боб. — А она дело говорит, эта тянка. В «Техноложке» много чего изучают. Ты же можешь на другой факультет поступить, а потом перевестись. Что там, на этом творческом, сдавать надо?..

Гриша достал телефон, и они погрузились в изучение институтского сайта.

***

По дороге домой Лина купила еще шоколадку, чтобы было совсем хорошо. Дома включила ноутбук и зашла на сайт Института Высоких Технологий. Прикольно. Правда, информации мало, одни картинки. Основные направления — ну, обычные, зато есть ФАРТИ — Факультет Разработки Творческих Идей! Звучало неплохо. Интересно, это и имел в виду бездомный? А еще экзамены там начинались уже на следующей неделе, гораздо раньше, чем в Строительном. Да еще и сдавать надо почти тот же набор предметов — русский да математику, даже английский не нужен. Ну, еще творческий конкурс.

— Попробовать? — обратилась Лина к старому плюшевому медведю, сидящему на подоконнике. С медведем играла еще ее мама, так что был он существом солидным, взрослым и даже несколько пожилым. Медведь смолчал. А молчание — знак согласия, как всем известно.

Лина изучила раздел «Для поступающих» и принялась собирать документы. Кажется, почти все есть… Мама с папой, конечно, удивятся. Но можно же пока им не говорить! А бабушка всегда твердила, что Лине нужно сосредоточиться на творчестве. Можно же просто сходить сначала в институт, узнать, что и как…

«А чем же они все-таки занимаются, на этом факультете?» — подумала она. — «Ладно, на месте разберемся».

***

— Полина Алексеевна Незванова… Хорошо. Вы принесли рисунки?

Лина растерянно смотрела на секретаря комиссии.

— Я не знала, что надо…

Секретарь, сухощавая дама неопределенного возраста, с узлом сероватых волос на голове, поправила очки и сокрушенно ответила скрипучим голосом:

— Никто не дочитывает до конца список документов, никто. Вы же понимаете, что порядок — это очень важно?

Лина покраснела и опустила глаза. На столе у секретаря действительно царил идеальный порядок: папки в одной стопке, бумаги в другой, ноутбук стоит точно по центру, а карандаши и ручки ровно торчат из деревянной подставки.

— Может, в электронном виде? — робко спросила девушка.

— Только бумажные, — строго ответила секретарь. — Цифровые пришлете потом, если преподаватели запросят.

— Я принесу! — прижав руки к груди, сказала Лина. — Я сегодня же!..

— Сегодня не надо, — покачала головой секретарь. — Приемные часы окончены. Завтра, с десяти до двух.

Полина побежала домой. Какой бардак! Вокруг стола валяются какие-то бумажки, блузка, отвергнутая хозяйкой, висит на спинке стула. Нет, три блузки и одна футболка. Да, сегодня она довольно нервно собиралась в институт. Вроде, только что была самым беззаботным человеком на свете. Но с утра… Конечно, это еще не экзамены, но подача документов — дело серьезное. Лина два раза проверила, в сумке ли паспорт, не просрочена ли справка из домоуправления, все бумажки сложила, а самое важное, как оказалось, не взяла.

Рисунки лежали на столе, прятались в выдвижных ящиках, висели на стенах. Девушка задумалась: а какие подойдут? С одной стороны, секретарь сказала «несите все», с другой — ну, это же просто глупо. Слишком много, да и наброски никому не нужны. Лина подумала, собрала все готовые работы, что делала от руки — пухлую стопку листов формата А4 — и огляделась. За дверью висел ее самый большой — во всех смыслах — проект, которым Полина по праву гордилась: колдуны и лешие, ведьмы и домовые — почти живые, только нарисованные.

Девушка владела всеми основными программами, которые позволяли рисовать и обрабатывать изображения, но начинала всегда с бумаги, часто на ней и заканчивала и немного этого стеснялась — старомодно же. А теперь вдруг выясняется, что наоборот, можно и нужно. Подумав, Лина решила большую работу не брать — не поместится в аккуратную папку. А еще ей почему-то не хотелось, чтобы этот проект разглядывали, критиковали, разбирали по косточкам. Она вообще не очень любила показывать свои рисунки посторонним. «Это оставлю для себя», — решила Лина.

***

Не успел Гриша войти в кабинет приемной комиссии, как оттуда вылетела симпатичная девушка. Гриша проводил ее взглядом и зашел сам.

— Завтра, молодой человек, — проскрипела секретарь. — Сегодня уже не принимаем

— Еще пять минут, — просительно улыбнулся парень. — Может, вы посмотрите документы?

Секретарь вздохнула.

— Только быстро.

Она пролистала стопку бумаг, покивала, а потом нахмурилась.

— А где ваша справка о вакцинации?

Григорий перестал улыбаться. Он судорожно соображал, когда ходил в поликлинику последний раз, и зачем это сейчас понадобилось. Достал паспорт, вынул из-под обложки потертую бумажку и сунул секретарю. Та сдвинула очки на нос, посмотрела и перевела взгляд на абитуриента.

— Это старая справка, от прошлого года. А новая, молодой человек?

Молодой человек молчал.

— Ладно, — вздохнула секретарша. — Сегодня все всё забывают. Вон, девушка перед вами тоже… Сходите и сделайте. Без справки не пущу.

***

Григорий стоял у здания института, смотрел на воробьев, что прыгали по асфальту, и напряженно листал страницы в телефоне. Где уколоться? Кажется, в пятницу официальные точки не работают. Но он все равно дошел до ближайшей поликлиники, где усталая регистраторша посоветовала ему вернуться в понедельник. Но в понедельник-то будет уже поздно!

Выйдя из поликлиники, Гриша сел на скамейку и задумался.

— Здравствуйте, — раздался голос.

Парень поднял голову. Рядом стояла женщина средних лет, в длинном платье и с распущенными черными волосами до плеч.

— Я случайно услышала, что вам вакцинация нужна, для института.

Гриша недоуменно пожал плечами.

— У меня сын тоже сейчас поступает, — пояснила женщина. — У него была та же история.

— И как? — заинтересовался Гриша.

— Тут недалеко есть медицинская клиника, — женщина кивнула куда-то налево. — У них все нормально: лицензия, аккредитация…

— И справки настоящие? — уточнил Григорий.

Женщина кивнула и порылась в сумке.

— Вот их визитка. Держите, у меня еще одна есть.

Визитка была красивая — какая-то бархатная, с золотыми буквами. Гриша поблагодарил женщину, и она пожелала ему удачи на экзаменах.

Клиника находилась на соседней улице. Цветы, зеркала — все под стать визитке. Гриша немного опасался, что вакцинация в таком месте будет стоить бешеных денег. Но нет, обошлось — цена была ничего, примерно, как кровь на анализ сдать. А еще Гриша боялся уколов. К счастью, все прошло быстро и почти безболезненно. В конце Грише выдали справку. Он придирчиво ее осмотрел, сравнил с прошлогодней: за исключением названия учреждения и букв на круглой печати, они выглядели одинаково. День сложился неплохо.

Гриша отправился домой. А утром, ровно в десять часов, стоял в кабинете и, затаив дыхание, следил, как секретарь пролистывает его документы. «Натуральная Секретать, — подумал Гриша. — Жуть просто».

— Ну что ж… — протянула женщина. — Пожалуй, все в порядке. Хотя…

Гриша напрягся.

***

Полина примчалась в институт и, забыв постучать, вбежала в кабинет комиссии. У стола уже стоял тот самый симпатичный парень с густыми волнистыми волосами, которые он то и дело поправлял, разговаривая о чем-то с секретарем. Тоже, видимо, не все с первого раза принес. Лина отошла и присела на стул, прислушиваясь к разговору.

— Ну что ж… — протянула женщина. — Пожалуй, все в порядке. Хотя…

Парень вздрогнул, и Лина поежилась. Может, и ей опять скажут, что чего-то не хватает?

— Да нет, ничего не забыли, — милостиво кивнула распорядительница судеб. — Ждем вас на экзаменах!

Парень кивнул и, развернувшись, посмотрел на Лину. Улыбнулся ей и вышел. «Симпатичный», — подумала девушка, а потом, с усилием выкинув из головы посторонние мысли, шагнула вперед и вручила папку секретарю. Та взяла и стала разглядывать рисунки. «Очень симпатичный», — опять подумала Полина и устыдилась: как можно думать о глупостях в такой момент?

— Нет, это все-таки никуда не годится, — внезапно ответила секретарь, сверкнув глазами.

У Лины екнуло сердце. Ну вот, она так и думала!

— Такую красоту от нас скрывали! — секретарша расплылась в немного жутковатой улыбке: зубы у нее были кривые. «Прямо монстр какой-то», — подумала Лина, теряясь.

— Все отлично! — кивнула женщина. — Приходите на экзамены. Знаете даты?

Лина кивнула, и, поблагодарив, вышла. В коридоре сидел давешний парень.

— Привет. Все ОК?

Она кивнула.

— У тебя такой вид, будто там людей едят.

Лина улыбнулась:

— А что — нет? У тебя не лучше.

Парень подошел поближе:

— Меня Гриша зовут, а ты?..

— Полина. Лучше Лина.

— О, мне нравится, — Гриша достал из кармана мобильник и глянул на экран. — Пойдем, отметим?

Лина пожала плечами, и они пошли в кофейню, которая находилась через дорогу.

— А правда, эта секретарь на монстра похожа? Не помню, как ее зовут… — сказала Лина, торопливо поглощая мороженое. Такое нервное утро надо заесть.

— Я уже придумал, как ее зовут — Секретать.

Лина рассмеялась.

— Главное, чтобы она не услышала.

— Надеюсь, на экзаменах ее не будет.

— Будет, — решила Лина. — Она же секретарь приемной комиссии.

Гриша поднял чашку с капучино.

— Тогда выпьем за то, чтобы она в нашей жизни была единственной нечистью.

Конечно, он ошибался.