Просто работа

Девятиэтажная панелька тянулась эдакой серой крепостной стеной, безликой своими деталями для случайного прохожего, не обитающего в ее недрах. Сходство усиливалось перепадом местности и тем, что выстроенный в длину дом огибал довольно большую площадь чем-то вроде полукольца. По большей части это было даже не одно строение, а несколько сомкнутых прямоугольных конструкций.

Всё ничего, если имеешь квартиру в этом бастионе и путь твой лежит к одной из подъездных дверей, а там и к ужину в микроволновке. Совсем другое дело, если ты попал в незнакомый район и идешь, тщась обогнуть всё никак не кончающуюся преграду, поворачиваешь за угол, чтобы пройти между высоток дальше, и вдруг чувствуешь себя представителем древнего народа хунну, который отправился малость пограбить крестьян Поднебесной и уткнулся носом в Великую Китайскую.

Но именно в этой панельке есть некая лазейка: сумрачный коридор, проходящий сквозь толщу железобетонного массива. Да-да, как раз вон там, после лестницы, устроенной углом на перепаде рельефа. Ты спускаешься по первому ее пролету, поворачиваешь налево и, бросив взгляд вдоль подпорной стенки, обнаруживаешь прямоугольный тоннель, освещенный только теми лучами, что проникли в него естественным способом. В результате только с обоих концов он как-то светел, а в середине его сгущается полумрак, словно некая точка таинственного перехода из здесь в там. Кажется, что сквозь него и впрямь виден другой мир: открытая на все стороны улица, никаких долгих преград, манящее продолжение пути. Хотя в целом так и есть, без всякой мистики: с этого края больше панелек и тише, с того – школа, церковь, кирпичные малоэтажки, деревянные бараки и загруженный машинами проспект неподалеку.

Сама эта подворотня не очень приятна: неряшливо изрисованные всякой белибердой стены, устойчивый запах оправления естественных потребностей. В общем, есть в ней что-то такое, неуютное, давящее. Заходя туда, хочется проскочить насквозь, не задерживаясь – благо там ерунда, всего-то несколько метров. Так и делают постоянно идущие уже натоптанной тропкой прохожие.

Но не все. Вот один такой: парень в темных джинсах и толстовке с накинутым капюшоном. Он неторопливо спустился по ступенькам и остановился, сделав вид, что завязывает шнурок. Когда идущий следом полноватый мужчина обогнул его и немного нервно прошел подворотней дальше, в свет и гомон улицы на ту сторону, парень оставил в покое и так туго затянутый узел и настороженно оглянулся. Убедившись, что поблизости никого, он всмотрелся в покрывающие стену тоннеля надписи и что-то негромко сказал. Среди мешанины рисунков разной степени художественности и слов разной степени цензуры высветилась золотая вязь знаков, до этого неприметно вписанная в общий хаос линий. Парень что-то еще буркнул и вошел в подворотню. В ней словно разом еще больше потемнело, письмена вспыхнули ярче, будто всосав в себя остатки света, коридор превратился в дыру, заполненную клубами мрака в слепящем обрамлении, которое между тем ничего не освещало. Это продолжалось миг, затем приняло прежний вид обычной загаженной подворотни. Только вот фигуры парня в толстовке на другой стороне не наблюдалось. Как и на этой. Не было его и в тоннеле.

* * *

Каждое утро начиналось одинаково: три сдвигания будильника еще на пять минут, желание уподобится Гогольскому Вию с его вопрошанием «Поднимите мне веки», старческое сползание с кровати и ковыляние неверными ногами на кухню. А ведь Сане было каких-то двадцать пять, что для школьника уже довольно пожилой возраст, но по остальным нормативам вполне себе молодость. Да и Саня не то, чтобы прям не соответствовал этим нормативам, но вот отсутствие морального стимула обнуляло естественные ресурсы организма с завидной надежностью. Одинокая жизнь, унылая работа, отсутствие ярких увлечений – что еще нужно, чтобы с бодростью вставать поутру?! А, да, много чего, и уж точно не из имеющегося перечня.

Отношения с девушками у Сани не складывались. Пока не складывались, как сказал бы он, если б кто спросил да послушал, но этого сделать тоже особо было некому. Нет, какие-то друзья вроде и были, но Саня иногда честно признавался себе, что это скорее он их считает близкими и единственными, сам оставаясь для них одним из многих знакомых. Дежурно его жизнью интересовались, но, чтобы прям сесть да вникнуть – такого не было. Саня вроде за это и не винил никого – не дурак, понимал, что у каждого свои заботы, чтобы еще в чужие вникать, – но как-то не хватало чьего-то участия. И не то, чтобы у него не было ничего примечательного во внутреннем мире, дабы быть интересным противоположному полу в плане романтики и всем полам без разбору в плане дружбы, но вот как-то так складывалось. Врожденная застенчивость, приобретенные комплексы… В общем, что-то там точно было, что мешало предъявить себя во всей красе и собрать с этого дивиденды.

По работе Саня тянул лямку инженера по сметным расчетам в одном коммунальном хозяйстве. И ладно бы эта лямка натирала плечи, давала чувство борьбы, напряжения и возможность достигать и побеждать. Дак нет, она скорее временами безвольно провисала, не принося полезной нагрузки молодому деятельному организму и не предоставляя возможность хоть и пахать в поте лица, но и получать по трудам своим. Так сказать, больше потопали, больше полопали. Но нет, вяленько всё было, бесперспективненько. Бывали конечно вспышки выматывающей нервной активности и затяжные периоды депрессивной нетворческой текучки, однако такое тоже вряд ли способствовало увеличению жизненного тонуса.

Хобби для спасения тоже в резерве не имелось. Спортом Саня малость занимался, но так, как это говорят – «для себя», без постановки целей и не командным. В общем, куда ни глянь, ничего не заряжало и из кровати утром не поднимало. Разве что чтение книг как-то поддерживало, но для этого вставать не обязательно, главное малость глаза продрать, да и то без необходимости спешить.

* * *

Автобус заскрипел и остановился. Двери его лязгнули и выпустили Саню из объятий толпы таких же бедолаг, спешащих ни свет, ни заря для выполнения трудовых обязательств. Первое, что бросилось в глаза, когда он с облегчением спрыгнул с подножки – желтоватый, потрепанный листок объявления на столбе. Бумага его выглядела несколько непривычно, чем-то выделяясь среди других подобных. Текст с замысловатыми завитушками гласил: «Требуется супергерой. График свободный. Сверхурочные. Оплата стабильная. По факту выполнения миссий доп. премия». Саня на минуту опешил, потом хмыкнул и поспешил на работу: время поджимало. Но невольно он возвращался мыслями к этому явно шуточному объявлению в преддверии празднования модного сейчас Хэллоуина, пока проходил мимо вахтера, поднимался в кабинет, рассеянно здороваясь с коллегами, раздевался и наливал себе утреннюю кружку кофе. «Супергерой… Хм… Это че, трикушки надо какие-никакие с собой на собеседование, маску опять же. Или по месту выдадут? Ага, на два размера больше, как обычно». Саня аж всхохотнул, представив пафосно стоящего Бэтмена в дрябло свисающих лосинах и съезжающей на бок маске: поправляет такой поминутно, а Джокер напротив закатывает глаза, делая красноречивый жест рука-лицо. «И как это – график свободный и сверхурочные? Наверное, типа попал в параллельную вселенную и в табеле в сутках вдруг 36 часов обнаружилось. А-я-яй, придется бухгалтерии 12 часов в двойном размере оплатить». Тут прибежал главный инженер и выдал пачку актов выполненных работ для проверки соответствия сметам, вернув из фантазии к суровой реальности.

Саня уже было и забыл про утреннее развлечение, но нырнул на обеде в интернет, и догадайтесь, что первое ему попалось в ленте? М-да, это кто ж так постарался, чтобы шутка ушла в массы на всех уровнях? Раздумывая над этим, он пошел к кулеру в приемной, а там секретарша Леночка произвела «контрольный» в голову веселым выкриком:

– О, Саша! Не хочешь супергероем поработать? Мне кажется, тебе пойдет трико! – И показала разворот свежей газеты с вакансиями.

Саня натужно улыбнулся, неловко отшутился и, вернувшись в кабинет, уже целенаправленно нашел в интернете объявление и записал себе адрес. Внутри зрела ядреная смесь любопытства, скептицизма и лихой бесшабашности: ай, да вертись оно конем!.. сгоняю посмотрю, чем я не супер?!.. чем я не мэн?!.. надоело всё, хоть развеюсь, развлекусь!

* * *

Саня сидел перед строгой, слегка полноватой женщиной, которая внимательно поглядывала на него поверх узких очёчков, попутно изучая исписанный лист бумаги. Ее прическа, брючный костюм и общее ощущение ухоженности и утонченного стиля наталкивали на мысль о серьезности заведения: такой образ создать ради дешевой шутки, пожалуй, было бы накладно. Хотя офис, где это происходило, словно в противовес был обычный, в большом многоэтажном здании, среди множества таких же. В оснащении имелась вся необходимая оргтехника, явно обновляемая в ногу со временем и не по урезанной смете, а также шкафы для документов, забитые пухлыми папками. Разве что антикварного вида телефон выбивался из общего облика современности. Надпись на двери гласила «ЧП Помощь».

– Так, молодой человек, вижу, что анкету вы заполнили без особой веры в результат, да и в саму цель. Ну да это ничего, здесь вопросы специальные, как не юли, ответишь, как надо – исчерпывающе. Так что всё с вами понятно, – женщина сложила руки поверх анкеты, строго посмотрела на Саню и многозначительно замолчала.

Когда пауза несколько затянулась, Саня немного помялся и спросил:

– Ну я тогда пойду, наверное, да?

– Вы нам подходите, – неожиданно выдала женщина.

– Э-э, в смысле? Для чего подхожу? – опешил Саня.

– Ну вы даете, молодой человек! Сами же явились для соискания должности супергероя, а сейчас глупые вопросы задаете, – укоризненно сказала женщина и вздохнула. – Ну да ничего, не вы первый в очереди сомневающихся в своих же способностях. Так сказать, ситуация не уникальна. Да и надо бы вам понять – супергероями не рождаются, ими становятся. Иногда при отягчающих обстоятельствах. Вспомните того же Спауна: обгорел весь, ужас просто. Да и у Бэтмэна стимул такой себе был, травмирующий. Но вам повезло, у вас есть мы. Поясним, направим. Поддержим, в конце концов. Но только по вашей доброй воли, молодой человек. Ну так что, согласны?

Саня сидел и всё силился понять, не задремал ли он после обеда и может теперь видит странные сны: очень уж попахивала ситуация сюром. Но по всему выходило, что нет. Вторая половина дня помнилась очень отчетливо во всей последовательности. Именно в этот день совсем отсутствовала возможность покемарить от безделья в виду отсутствия надзирающего ока начальства. И дел было по горло, и главный инженер неумолимо стоял над душой, даже не думая уехать на какой-нибудь объект. Да и толчея в автобусе на пути к этому офису мало походила на грезы после сытного перекуса.

– Ну, в общем, я готов попробовать, – наконец выдавил он из себя, ведомый остатками лихого всплеска, который, собственно, и привел его сюда.

– Замечательно, молодой человек. – женщина завизировала анкету Сани, шлепнула по ней обычной синей печатью «для документов», вложила в скоросшиватель и отправила его в ящик стола. Затем она поднялась, прошла к массивному сейфу, набрала длинный код, немного покопалась внутри этого бронированного ящика и вернулась обратно:

– Вот, держите, молодой человек. Это необходимо надеть на шею и не снимать даже в душе – амулет должен на вас настроится. В процессе разберетесь, технология подразумевает постепенное развитие ваших способностей до необходимого уровня квалификации. Пока можете идти, мы с вами свяжемся.

– А как же моя работа? Это заявление надо же написать, две недели там… отработать. Всё такое… – растерянно бормотал Саня, разглядывая замысловатое переплетение лежащего на ладони знака с довольно длинным кожаным шнурком.

– Это не существенно, делайте как знаете. Можете не увольняться. Работа супергероем вполне терпит совместительство. Лишь бы мир был спасен, или что там еще – остальное неважно, – махнула рукой женщина. – Всего хорошего, молодой человек. Давайте уже прощаться, у меня еще дела.

И вот Саня стоял на улице возле блистающего стеклом офисного здания. На шее ощущалась непривычная тяжесть амулета. Больше других изменений он не чувствовал: ни тебе прилива сил, ни лезвий из пальцев. Кожа, опять же, тоже цвет не поменяла, чешуей не обросла. Самое обидное: фигура осталась прежней – это Саня первым делом оценил с помощью зеркального фасада. Она, конечно, была не то, чтобы прям плохой, но от классического облика супергероев значительно отставала. А в глубине души Саня все-таки ожидал изменений в этом плане, в качестве эдакого стимулирующий бонус. «М-да. И это всё? Что это было вообще? Поди завтра пришлют ссылку, где я на видео щелкаю хлебалом, с миллионом просмотров и славой долбанавта. Э-эх, а вроде инженером работаю… Ладно, в случае чего, амулет я им хрен верну». Кстати, об этом: если не кривить душой, выданный знак выглядел довольно солидно, и не казался штамповкой, которой можно разбрасываться по приколу. Материал очень сильно смахивал на старое серебро, работа явно мастерская, тонкая. Местами он был потерт, этим словно намекая, что Саня у него далеко не первый – хотя это может и так себе моментик. Ну а судя по ощущениям, поди пойми, супергерой ты уже или еще нет. В общем, раз личных способностей перемещаться в пространстве не прорезалось, Саня вздохнул и побрел на остановку общественного транспорта.

* * *

Автобус всё не шел, и Саню начало всерьез раздражать принятое им же самим решение съездить на это странное собеседование. «Надо ж было купиться… Супергерой, блин! Человек-молния! На ширинке… Отдыхал бы уже дома, чаек попивал, кинчик смотрел. Или может пивка с фисташками дернул. А теперь, когда еще доберусь по этим пробкам».

Рядом на скамейку кто-то сел. Саня сперва не обратил внимание, но потом будто что-то почувствовал и аккуратно скосил глаза в ту сторону: это была девушка невысокого роста и не совсем понятной комплекции из-за очень свободного худи. Волосы на ее голове торчали разноцветными перьями, руки были спрятаны в карманы, и вся она была такая ссутуленная и нахохленная. Глаза у нее, правда, были очень красивого темно-синего цвета. Это Саня сразу заметил, так как девушка пристально смотрела на него. Увидев, что он обратил на нее внимание, она спросила:

– Вы же Александр, да?

– Э-э, да, – оторопел Саня. – А вы откуда это?..

– Да тут такое дело – я тоже по вакансии супергероя приходила собеседоваться. Ну, или если точнее – супергероини, хотя такого устоявшегося выражения, наверное, нет, – девушка смущенно улыбнулась. – В общем, я объявление увидела и пришла узнать, берут ли девушек. Там мне про вас и сказали.

– А-а, показали собрата по несчастью, чтобы нам не так стремно было от этого развода? Прям гуманисты они, как я посмотрю! – накопившееся раздражение вдруг вырвалось у Сани желчным сарказмом, который он попытался частично смягчить: – Раз так, то можно уже и на ты, если нет возражений.

Девушка посмотрела на него немного удивленно. Потом, видимо что-то сообразив, улыбнулась:

– Возражений нет. А ты получается первый раз? Не из Тронутых?

– Да в смысле?! Нормальный я! Это они там, наверное, все тронутые! – возмутился Саня.

– Нет, ты не понял. Прости, что я так в лоб, – девушка мелодично рассмеялась. – Тронутые не в смысле с башкой набекрень, а Тронутые Тем Миром. Другие мы. Можем там разное…

– Тем миром? Ничего не понимаю. Как в Гарри Поттере что ли? И в смысле мы? Ты из таких, что ли? Колдовать умеешь?

– Типа того. У каждого Тронутого по-разному проявляется, но в целом можно и так назвать, – сказала девушка. – Вот я и подумала, что ты тоже такой, раз по вакансии пришел. В такие дела обычные вроде не попадают.

Саня, мягко говоря, обалдел. Сидящая перед ним девчонка мало походила на обладающую какими-то там силами: волосы яркие, конечно, ну, и глаза тоже, а в остальном серенькая, невзрачная, без макияжа, сутулится – вся вон в своем балахоне утонула.

– И что ты умеешь? – спросил он.

– Следы ловить, плохие мыслишки чуять. Малость поты варить. Тенюшников, опять же, вызвать сумею. Еще там по мелочам, – принялась рассказывать девушка и несколько неохотно добавила: – Ну, из сильного, могу голову взорвать тому, у кого ментальная плотность ниже среднего.

– Ха, голову – это каждая девчонка может, – сыронизировал Саня. – Тут ничего удивительного.

– Не, прям совсем, когда на кусочки. И брызгает так вокруг, – спокойно пояснила девушка.

Саня от такого вдруг оторопел и только молча хлопал глазами. Слушать подобное было, мягко говоря, неприятно. Если это просто треп, как-то неуютно сидеть рядом с обычной на вид девушкой, которая на серьезных щах выдает подобное совсем незнакомому человеку. А если правда… «Вот так значит. Брызгает значит… Это и моя башка что ли так может – на кусочки? Ляпну сейчас что-нибудь лишнего и всё. Да ну, че за бред? Или…»

– Ой, вот я дура, – сказала девушка, вытянула одну руку из кармана и коснулась плеча Сани. – Ты не переживай, я такое не часто делаю. Да и вообще только если в крайних случаях, и защищаясь. А с тобой мне еще и нельзя.

– Э-э, почему? – только и нашел, что спросить Саня.

– Да тут такое дело, пришла я значит по этой вакансии, а мне по итогу говорят: «Нет, на такую работу не возьмем вас, милочка, не ваш профиль. Но можем предложить вакансию спутницы супергероя», – девушка очень похоже изобразила интонации женщины из офиса ЧП Помощь. – Ну а на спутников для суперов берут сразу по целевому распределению. Меня вот к тебе и прикрепили. Я бегом догонять, а ты вот, здесь сидишь. Повезло.

– Это значит тебя с твоими «тронутыми» способностями в спутники, а меня, с моим инженерным стажем – в супергерои? – уточнил Саня. – У них там кто корпоративные стандарты составлял?

Девушка только смущенно улыбнулась и молча пожала плечами.

Саня минут пять посидел, переваривая информацию. Что-то как-то всего много и сразу навалилось, и вроде верить хочется, и каким-то шоу про скрытые камеры отдает. Так и ждешь, что сейчас по плечу хлопнут и пальцем ткнут: «Вон туда улыбайся». Но по плечу не хлопнули – телефон зазвонил. Саня сунул руку в карман, нащупал мобильник и поднес его к уху.

– Александр! Срочно! Весы Жизни похищены! – прозвучал взволнованный женский голос.

– Вы не туда попали, – машинально ответил Саня, почему-то представив себе тетку в теплой безрукавке и уггах, которая мечется по складу в поисках пропажи.

– Так, Александр, вы давайте мне тут не шутите – не туда я попала! Я если целюсь – не промахиваюсь! – волнение в голосе тотчас пропало, сменившись сердитым холодком. – На соискание должности супергероя приходили? Согласие свое дали? Более того – еще и хозинвентарь высшей категории получили. Соберитесь, Александр, это вам не шуточки, если вдруг показалось. Вот вам первое задание. – И в трубке намекающим многоточием раздалась серия гудков.

Саня сунул телефон в карман и посмотрел на девушку.

– Тебя как зовут, напарник? А то у нас тут уже дело, а мы не знакомы.

* * *

В небо бьет фонтан горячей воды, распространяя вокруг эффект хамама. Работяга в оранжевом жилете, лишь слегка разбавляя мат конструктивной информацией, орет в трубку: «Да откуда я!.. Гребись оно слоном!.. Только новую кинули!.. Хрен ему в педали!.. Да я сам варил!.. Твою Марусю!.. Михалыч! Ты меня!.. Да катись ты!.. Проверяльщик хренов!.. Приезжай – узнаешь!» А еще в клубах пара приплясывает небольшой старикашка с шайкой и облезлым веником. Он голый, но сплошь заросший бородой и густым волосом. Работяга его почему-то не видит, а то бы может вспомнил байки про того, кто людей кипятков в бане окатывает. Правда, где та баня? – городской проспект вокруг.

От рева клаксонов воздух буквально вибрирует. Сразу пять автомобилей собрались в кучу малу, намертво перегородив проезжую часть. Пострадавшие водители нервно размахивают руками, ища виноватых, и только один недоуменно изучает тормозной путь своей ласточки. Асфальт в том месте очень странно блестит кристаллами льда: и это при плюс пятнадцати! Уже практически незаметный, хоть и медленно таящий на вечернем солнце след тянется в загустевшую тень многоэтажки. При особом умении еще можно увидеть, кто его оставляет: существо напоминает клочок стужи, невесть как попавший сюда прямиком из промороженных пустошей Арктики. Оно деловито скользит по стене вверх и ныряет в ближайший кондиционер.

Очередь на кассе кипит безобразной ссорой: пустячная причина спровоцировала чуть ли не военный конфликт с применением товаров хозотдела и морального подавления противника путем ядовитых обличений. Чуть в стороне стоит женщина в одежде уборщицы и как-то странно крутит в руке тряпку. Глаза ее горят жадным блеском, светильник над головой нервно подмигивает, и некому сопоставить всё большее количество уродливых узлов на ткани с нарастающим накалом склоки.

Прилично выглядящие молодые люди бьют свернувшегося эмбрионом человека ногами. За их спинами танцуют уродливые тени: ведут хоровод, который всё сильней сжимается. Вот уже избиваемый и голос перестал подавать.

Художник рубит топором большой холст. На еще пока целом фрагменте картины улыбается девушка: совсем как живая – миг, и сойдет в этот мир из нарисованного. Не успела. Художник сквозь искривленные в исступлении губы сипит что-то о бездарности. На плечах его угнездился мерзкий карлик: нашептывает шелестящим голосом на ухо беснующемуся.

Отец яростно отчитывает ссутулившегося над тетрадкой ребенка. Слезы размывают чернила недописанного уравнения. Шею отца сжимает призрачный ошейник. Цепь от него тянется куда-то вдаль. Катятся по звеньям, как по вене, сгустки черного огня. Пульсирует тугой ошейник, отец лютует, словно пес с привязи рвется – крепка зараза, только горло мнет.

* * *

Лия – так звали напарницу Сани, – встревоженно приподняла голову.

– Ой-ё-ё-ёй! – начала озираться она. – Кто-то не просто так Весы Жизни спер: уже черную чашку вниз сдвинул.

Саня вдруг ощутил удушье. Сердце зачастило, и жуть какая-то навалилась: сильно, до подвывания, хотелось жить, но было парализующе страшно, и ощущение, что всё. Хорошо не будет, радостно не будет, только хуже, хуже, хуже. До кучи накатила тошнота и подкосила колени – Саня, уже было поднявшись, опять осел на лавку и скрючился.

Тут он почувствовал, как его приобняли тонкие, но сильные руки:

– Потерпи немного. Это амулет чуйку тебе строит. По ускоренной программе, поэтому через панику пошло. Сейчас пройдет, – послышался голос Лии.

– Почему по ускоренной?.. Я такого не подписывал, – просипел Саня.

– Я точно не знаю, у меня такого не было. Мои способности какие-то сразу были, даже не помню, как появились, какие-то позже развились. Но я слышала, что такие амулеты сами определяют с какой скоростью развивать, в зависимости от ситуации. Это вроде и хорошо, спасти может. Но процесс трансформации зачастую болезненный.

Саня и впрямь ощутил, как скрученное иррациональным страхом нутро начинает потихоньку расслабляться – стало полегче.

– Вот так и верь в супергероев. Везде брехня, – проворчал он сдавленно.

* * *

Нутро автобуса было переполнено и никак не избавлялось от уже застоявшегося содержимого. Причина непроходимости была в следующем: общественный транспорт намертво встал в бесконечной пробке, что была неизменным атрибутом конца рабочего дня, да еще во втором ряду, рядом с машиной ГИБДД. Видимо поэтому водитель наотрез отказывался открывать дверь в неположенном месте, несмотря на всё усиливающееся нездоровое бурление в спрессованной массе проглоченных автобусом пассажиров.

Саня и Лия, со всех сторон подпертые спинами, плечами и животами, обреченно предавались мрачным размышления. Точнее, им больше предавался Саня. Что там было на лице у Лии, ему было не очень видно, так-как ее притиснули ему куда-то под мышку, и она там со своим ростом несколько затерялась. Саня правда обнаружил, что это в целом приятно: ощущение Лии под боком было вполне уютным осязательно, и еще от нее вкусно пахло.

Буквально за час до этого, когда Саня оклемался, Лия тут же проявила одно из своих умений: пошла, пошла, беспрестанно вертя головой, при этом будто что-то выхватывая из воздуха, растирая между пальцами и принюхиваясь. Саня плелся следом, ничего не понимал и от этого злился. Наконец Лия повернулась к нему и остановилась.

– Всё, поймала. Теперь не отпущу.

– Что поймала? – не понял Саня.

– Ну след же. Куда Весы Жизни уволокли, – пояснила девушка.

– Вот так вот прям взяла и нашла? Как это? – продолжал недоумевать Саня.

– Ну, не знаю. Вот так вот. Мне главное знать, что искать. В воздухе всегда есть нити. И это конечно не прям конкретная точка, скорее течение, которое вызвано каким-то событием. А кража Весов Жизни о-го-го какое событие, – последовало несколько туманное объяснение.

– И куда же нам? – поинтересовался Саня.

Лия немного задумалась, смотря словно внутрь себя и наконец выдала:

– Район пересечения Киевской и Сибирской.

– Так, так, так. Пешком-то далеко, на автобус надо, – наскоро прикинул Саня.

Теперь вот он потел в толпе пассажиров и мрачно размышлял: «Да уж, супермен. В пробке застрял. Ладно бы еще из монстров, а то в обычной. Хотя если комикс на эту тему грамотно нарисовать, может хорошо получится».

Вдруг с другого конца автобуса послышались недовольные вскрики. По их содержанию было понятно, что кто-то пытается продвинуться, не смотря на тесноту, и, судя по приближению людского ворчания, этот кто-то проталкивался в сторону Сани с Лией. Саню вдруг охватила некая настороженность и сразу следом внутри возникли странные ощущения: словно электрическая волна пробежала. Мышцы начали мелко подергиваться и, казалось, были на грани того, чтобы отправить тело в стремительное движение, несмотря на тиски толпы. Саня, ошарашенный этим, удивленно глянул на Лию, которая как раз подняла вверх лицо.

– Чуйка проснулась. Амулет действует. И он уже еще что-то встроил: бросок… м-м-м… тигра?.. кролика?.. Не, не пойму, – прошептала она.

– Кролика? Ты серьезно? – обалдел Саня.

– Ну, ты просто никогда не пробовал взять на руки не желающего этого ушастика. Я б лучше с тигром связалась, – ничуть не смутившись выдала Лия.

Саня хотел было развить тему суперменства и сочетания этой профессии с кроличьими талантами, но тут полный мужчина слева с недовольным лицом отодвинулся, и к ним протиснулся парень в черной толстовке с накинутым на голову капюшоном. Он чуть безумно улыбался, а тени его лица были темнее обычного, будто он, как актер в театре, усилил их гримом.

– Уф-ф. Всё, выдохся. Дальше не пробьюсь. Застрял, как муха в паутине! Нет, вы видели, чтоб грозный паук, соткавший сотни коварных тенетов, так бездарно залип в ловушке обычной человеческой массы в банальной автомобильной пробке?! – странный незнакомец вдруг прямо обратился к Сане.

Саня недоуменно пожал плечами, не совсем понимая, что происходит.

– И ведь смотри, что творится: там я почти всемогущ, а здесь вынужден ногами месить грязь на улицах. Да еще эти пончики продают только в паре мест. Надо что-то с этим делать. Курьерскую службу, в конце концов, – между тем продолжил незнакомец. – А вы далеко направляетесь? Угораздило вас, однако, в такое время, да в этот автобус. Редко, когда встретишь столько Тронутых в одном месте. Разве что…

– Не понял, что за наезд? Ты сам себя видел? – вспылил Саня, позабыв про недавние пояснения Лии.

– Ничего, ничего, уже ухожу, – еще безумнее улыбнулся незнакомец, подмигнул молча смотревшей на него Лие и ввинтился в толпу.

– Псих какой-то, – пробормотал Саня.

– Это он, – вдруг сказала Лия.

– Кто?

– Ну этот, что Весы Жизни спер.

– А ты как поняла? По мне так просто чувак шизанутый, и всё.

– Я плохие мысли чую. Я говорила, помнишь? Сложно объяснить…Там не дословно, образами, но про Весы было.

Саня дернулся вслед незнакомцу, но Лия уперла в его грудь ладонь:

– У тебя еще амулет синхронизируется. Этот тип здесь мало может, но всё равно опасно. Да и нет у него их с собой, течение следа дальше волокёт, а он просто в нем же. И нам нельзя при обычных себя отпускать, пострадать могут. Так вот рванешь сейчас, даже если там у тебя бросок кролика – жертвы будут.

Саня с недоумением посмотрел на Лию, – ему как-то было не до шуток, – но та смотрела вполне серьезно.

* * *

Незнакомец в черной толстовке умудрился покинуть автобус и скрыться из видимости раньше, чем Саня и Лия наконец смогли протолкаться к выходу на нужной остановке.

Саня уж было занервничал, но Лия его успокоила:

– Не переживай, я ж говорю, он одним следом с нами идет. Туда же движется, куда и нам за Весами нужно было. Еще одно подтверждение, кстати.

В итоге Лия провела их через скопление домов спального района, пока они не очутились в большом дворе, ограниченном с трех сторон ломаным полукольцом панельной девятиэтажки.

– О, как крепостная стена, – вдруг пришло сравнение в голову Сани. – А дальше куда? Квартира у него тут что ли?

– Нет, лестница вон, видишь? Туда нам. Ну а там… там проход в Тот Мир, – подсказала Лия.

Саня даже не переспросил, уже стал привыкать ко всем этим новшествам. Просто скорее направился к указанной лестнице, прошел первый пролет, повернул налево и…

– И что? Ну проход сквозь дом. Это вот там вот Тот Мир что ли? – Саня уж было раздраженно повернулся к Лие, но вдруг замер: на стенах прохода, среди мешанины граффити, вдруг на миг высветился замысловатый рисунок и тут же потух.

– Увидел, да? Прокол здесь, на Ту сторону, – Лия подчеркнула интонацией «ту». – В таких переходах их легче встроить в обыденность, форма помогает.

– Э-э, я бывал здесь уже. В прошлый раз такого не наблюдал, – озадачился Саня.

– Дак это, ты ж без амулета супера был, – пояснила Лия.

Саня еще раз внимательно всмотрелся в проход и уж было двинулся дальше, но Лия остановила его:

– Подожди, нам бы понять надо, кто он и чего ждать. Чтобы на той стороне легче было. А то там он на разное способен окажется.

Саня остановился и задумался. Рука его машинально нырнула в карман, вынула телефон и пальцы привычно развернули ленту новостей на экране. Сознание почти одернуло устоявшиеся реакции тела – вот время нашел в инете залипать, – но внутри будто звякнул некий колокольчик, и Саня погрузился в мир информационного мусора в надежде, что найдется в этой дурнопахнущей куче случайно выброшенная жемчужина истины.

«Пугачева продала свой замок в деревне Грязь за бесценок цыганам, с комментарием – живи, барон, а мы из местной грязи в забугорные князи» – ну нафиг; «Малышева встретила на прогулке представителя внеземной цивилизации, получила безуменку в глазах и узнала секрет лечения наложением всякого на мозг» – дальше; «Певец, автор песен и композитор Шаман ударил в бубен в разгар празднования Самайна другому известному исполнителю, чье имя скрывается. Было написано заявление в милицию по причине нецелевого использования лица потерпевшего» – забавно, но не то.

Саня крутил и крутил ленту дальше, скользя взглядом по горам грязного белья, мусора из изб и откровенно надуманного и вымышленного. Вдруг, уже проскочив дальше, он вернулся и перечитал. Леса, закинутая в поток информации, со свистом рассекала эту субстанцию, вибрировала и разбрасывала капли, блестевшие, словно ртуть, в лучах восходящего солнца Саниной интуиции – похоже клюнуло. Саня посмотрел на Лию и протянул ей телефон.

– На одном из концертов рэпера Маламута разразился скандал: исполнитель вдруг начал нецензурно оскорблять публику, говорить, что все скоро будут его рабами, мужская часть населения почувствует свою ущербность, а женская – будет стоять к нему в очереди для получения возможности урвать, так сказать, счастья сексуального характера. Ну и что все еще узнают, раскаются и пожалеют, – начала читать вслух Лия. – При этом он угрожал чуть ли не магией, концом света, особыми песнями, которыми он всех поимеет и раком поставит. Дескать, вы еще узнаете силу настоящего слова.

Здесь же, в комментариях, была дана ссылка на слова журналиста-очевидца, который задал Маламута пару вопросов после скандального выступления и приводил его ответы о том, что он качнет весы в нужную сторону и не всем это понравится. «Они узнают, что такое по-настоящему черный рэп», – сказал певец по утверждению данной акулы пера.

Немного полистав комментарии, удалось найти еще и видео, где худощавый парень с горящими темным огнем глазами и в состоянии сильного алкогольного опьянения рассказывал, как он сочинял рэпчик и вдруг вызвал демона. А тот ему в итоге открыл темный мир и подарил силу. «Я, в общем, кручу, мучу, слова на конце верчу, тусую, делаю дело, беру самцом твое тело… А, ну это, я о чем: я так слово за слово, хреном по столу, и тут раз – че-то как-то буквы вокруг загорелись, и дыра такая, черная, ну и этот… Хорошо, говорит поешь, демон. А я ему – да сам ты демон. А он – ну да, угадал. Ну и там, разговор пошел, в общем…» Дальше видео прерывалось. Качество картинки в нем было так себе, съемка велась при скудном освещении, но участник сего действия был в черной толстовке с накинутым капюшоном, и очень сильно кое-кого напоминал.

Лия и Саня переглянулись.

– Похож, – сказала девушка, Саня в ответ кивнул.

* * *

Они вошли в сумрак прохода, который стал еще плотнее вследствие уже почти полностью закатившегося за хребты многоэтажек солнца. И тут одновременно произошли две вещи: письмена вспыхнули ослепительно ярко, а их охватил кокон тьмы, который скрыл всё, кроме вязи этих букв. Затем было ощущение, будто они куда-то выпали, но прям совсем с небольшой высоты: Саня только слегка покачнулся, спружинил коленями, устоял и с сожалением отпустил теплую ладошку Лии – перед перемещением она взяла его за руку. Вокруг был реально другой мир: кривые и узкие улочки средневекового города, с домами в два этажа, которые почти соприкасались крышами, делая проходы между ними мрачными лазейками. С этой стороны портал выглядел сумрачным проходом, который обрамляла арка, украшенная каменными змеями. Время здесь, как и в обычном мире, было вечернее, и местами уже горели светильники уличного освещения. Саня тут же рассмотрел двух мужиков с высокой переносной лестницей, которые подливали в один такой что-то из большой жестяной емкости с носиком, поднося затем лучину к фитилю. Тут и там здешний народ занимался своим делом и выглядел на первый взгляд вполне обычно, разве что в одежде была сумасшедшая смесь современности и разной степени историчности.

Но это оказалось только на первый: присмотревшись, Саня увидел у некоторых не совсем человеческие черты. Либо совсем не человеческие: имели место быть хвосты, костяные гребни, красные и не только глаза, черные когти, разная степень чешуйчатости и довольно излишний волосяной покров. Более подробной инвентаризацией Саня пока не стал заниматься, ведомый в первую очередь даже не хорошим воспитанием, говорящим, что чересчур пристально разглядывать окружающих неприлично, а скорее чувством самосохранения: что там взбредет в голову вон тому крокодилоподобному, начни Саня с легкой брезгливостью рассматривать роговые наросты его морды. А равнодушно на такое смотреть было решительно невозможно, особенно учитывая вполне человеческий камзол этого существа, пышные кружева воротника и то, что на ходу оно поедало что-то, очень сильно напоминающее вяленых мышей, закидывая это в пасть как попкорн из бумажного кулька в когтистой лапе. Стало как-то очень не по себе от такой вдруг разнообразной реальности, и новая работа показалась всё менее заманчивой. От панических телодвижений удержал только спокойный вид Лии, которая оглядывалась вокруг как ни в чем не бывало.

– И как ты это сделала? – решил для начала уточнить у нее Саня о их общем перемещении, чтобы отвлечься и прийти в себя.

– Да это просто, ты потом сам легко сможешь. Как в дверь зайти – берешь и открываешь, – легкомысленно ответила Лия.

– А-а, угу. Ну что, понятно. Так, ладно. Дальше-то нам куда?

– Туда, – Лия ткнула пальцем в сторону одной из улиц.

Узкий проход между домами, куда указала Лия, не внушал особого доверия. На медной табличке, приколоченной к углу дома, на неизвестном Сане языке было что-то написано. Оно вдруг замерцало, поплыло и сложилось буквами русского алфавита в «Грязная улица». «О, онлайн-переводчик в башку запихнули!» – невольно обрадовался Саня, но всё же опять вернулся к не столь вдохновляющему названию.

– Э-э, нам точно туда? – спросил он, чувствуя смутные сомнения по поводу выбранного направления.

– Ну-у, да-да… Признаю, это не самое удачное место для прогулок, особенно когда первый раз тут. Я бы, честно сказать, и не предложила, но по-другому намного дольше получится. Есть тут некоторые особенности архитектуры, да и сами местные блокируют некоторые кварталы, чтобы чужаки не шлялись. Сам уже наверняка заметил, какое здесь разнообразие представителей разных рас. И не все они любят друг друга – скорее терпят. А нам, наверное, не стоит шибко медлить, тот тип и так от нас оторвался, – немного смущенно пояснила Лия.

Саня с неохотой погрузился в, мягко говоря, пованивающий полумрак, и почти сразу его сомнения подтвердились ощущением какой-то нездоровой здешней атмосферы. Как это бывает, например, в вестернах, когда главный герой заходит в незнакомый салун и сразу наталкивается на стену напряженного внимания. Или в одном культовом фильме, где в бар с традиционно чернокожим контингентом заявился белый парень, которого тут же совершенно непредвзято – о чем вы? – называют снежком. Объединяет эти ситуации одно: вот вроде еще ничего не сделал, а будто уже всем должен, да с процентами. Некоторые взгляды, которые бросали на него местные из-под широких полей видавших виды шляп и из глубины дерюжных капюшонов, будто кололи его острыми спицами, причем совсем не образно говоря – Саню даже передернуло. Это не прошло мимо глаз Лии:

– Наверное кажется, что тебя тыкают со всех сторон? – спросила она.

– Ну… Что-то типа да… – поморщился Саня.

– А, это враждебные взгляды. Очень важное свойство их чувствовать, крутая способность. Можно избежать слежки, стрелы из-за угла или пули, уйти от ножа, да и отравить тебя будет сложнее, если правильно истолкуешь, – беззаботно прокомментировала Лия, будто дежурно болтала о погоде. – Так что всё нормально, ты же теперь супер, а их многие не любят. Зато и ты теперь всегда предупрежден.

– Не любят? На мне написано, что ли? Да во мне супера только с большой перепугу увидеть можно. И как мне здесь ходить? На этой улице на меня похоже вообще все только так и смотрят. Это ж больно вообще-то, – Саня даже занервничал.

– Почему все? Я по-другому смотрю. – Это заявление Лии как-то вдруг сняло Санину нервозность: он даже немного смутился и разом растерял все недовольные слова.

– Не переживай, ощущения со временем снизятся: амулет накопит информацию о твоем болевом пороге и… В общем, всё будет хорошо. И если что, я про нападение мыслей не вижу, – добавила Лина. – А то, что они сразу поняли, так у этой публики своя чуйка.

Сане ничего не оставалось, как только кивнуть и опять вернуться вниманием к предстоящему маршруту.

На всём протяжении улицы от нее отходили ответвления, часть из которых заканчивалась небольшими тупичками. В них, у дверей различных заведений с красноречивыми вывесками, кучковались довольно подозрительного вида личности. И многие, имеющие вполне человеческий облик, выглядели ещё более жутко, чем обладатели когтей и хвостов. На лицо были различные злоупотребления, нарушения личной гигиены и склонность к разного рода насилию. Впечатлений добавляли жуткие шрамы, рваные ноздри, ломаные уши и огромное количество татуировок, которых хватило бы на целую выставочную галерею. В частности, злобная ухмылка одного типа с лысой башкой устрашала видом кривого частокола гнилых зубов значительно больше белоснежного оскала клыков его звероподобного собеседника. Хорошо было только то, что пока дальше враждебных взглядов дело не шло. Саня приободрился и стал поглядывать по сторонам уже смелее. А посмотреть было на что, хоть на этой улице с освещением было намного хуже и реализовано оно было не довольно ровно горящими масляными лампами, а редкими нещадно чадящими факелами.

В одном месте резались в игру с монетками – память подкинула название «пристенок», – несколько маленьких оборвышей, которых Саня принял поначалу за чумазых детей. Только присмотревшись, он увидел небольшие рожки и мелькающие из-под живописных лохмотьев хвосты. Да и темные пятна на мордашках со вздернутыми пятачками носов оказались повышенным волосяным покровом. Чертенята азартно вскрикивали взрослым грубыми голосами, кидая медные кругляши о фасад здания и споря о выигрыше, а при приближении Сани с Лией порскнули в разные стороны с криком: «Атас! Легаши чешут!»

Многие вывески располагались на торчащих из стен трубах, дабы заранее привлечь потенциального клиента. На некоторых таких импровизированных насестах сидели напоминающие горгулий существа: совсем не каменные, а очень даже живые. В подтверждении этого одно такое создание уронило на голову Сани белую плюху дурнопахнущего помета – Саня увернулся лишь благодаря обостренной амулетом супера чуйке, – и хрипло заржало, когда он возмущенно посмотрел вверх. Смех поддержала горгулья с соседней трубы, на голове которой была кепка уточкой, а в кривых пальцах зажат классический кулек с семечками. Саня поискал взглядом подходящий камень, но Лия потянула его дальше.

Когда из общей маргинальной картины выделилось название «Старый граф», у Сани даже от души отлегло. «Надо ж так, и здесь есть приличные заведения», – невольно подумал он. Первое впечатление подчеркивал аристократического вида седой старик, сидящий за небольшим столиком, который стоял на веранде заведения. Он потягивал бордовую жидкость из массивного стеклянного стакана. Саня даже приветливо улыбнулся на его внимательный взгляд. Впрочем, на этом всё приятное и кончилось: старик презрительно скривился и отвернулся. При этом меж его губ мелькнули острые иглы клыков, и Сане вдруг подумалось, что если в этом кафетерии и подают коктейль «Кровавая Мэри», то основной ингредиент наливают, собственно, из какой-нибудь Маши, как из этакой бутылки с системой поддержания свежести напитка.

На свою беду, проходя мимо одной витрины, Саня зацепился взглядом за одну необычную картину: фасад лавки представлял собой аквариум с мутной зеленоватой водой, а незнакомые буквы на вывеске уже привычно поплыли и сложились надписью «Жемчужные створки». Заметив его интерес, от косяка отлепился тощий тип в чем-то напоминающем просто накинутые на голое тело сети. Саню порадовало, что хоть штаны на нем были нормальные, разве что сильно обтягивали мосластые ноги. Чем-то он напоминал одного популярного певца, которого Саня часто видел в детстве по телевизору: одет тот был примерно так же.

– Какой красавчик! Не желаешь ли закинуть крючок в нашем пруду? – неприятно жеманным голосом протянул тощий. – У нас та-акой клев! Берут та-акие русалки!.. Чешуйка к чешуйке! А кожа!.. Гладкая и холодная, как шелк! Та-ак берут, что удилище гнется! И нарыбачишься, и ничего не поймаешь, если понимаете, о чем я. – Тощий настолько интенсивно заиграл бровями, многозначительно подмигивая, что Саня не удержался и сделал шаг в сторону.

В это время, как подтверждение зазывалы-сутенера, в аквариуме витрины вдруг выплыло слегка одутловатое женское лицо в обрамлении зеленых волос, что шевелились вокруг него, как водоросли. К лицу прилагались пышный бюст, живот с признаками злоупотребления высококалорийным кормом и прочие детали верхней человеческой половины русалки. Дальше в мутной глубине угадывался плавно двигающийся рыбий хвост. Русалка вдруг резко ударила им, и прильнула грудью и ладонями к стеклу. При этом упругие полушария, что живописно приплюснулись о прозрачную поверхность, выглядели исключительно заманчиво, чего нельзя было сказать о когтистых кистях рук с перепонками и мелькнувших в призывной улыбке щучьих зубах.

Саня невольно поморщился. Ничуть этим не смутившись, сутенер подводного борделя переключился на Лию:

– А такой милой леди мы вмиг подберем искусного мускулистого тритона! Лучшие молоки любых водоемов округи! Или леди предпочтет осьминога? Целый набор ловких щупалец и полное бесстыдство холодной скользкой твари! Леди попробует и не сможет остановится!

Саня не выдержал, плечом оттер тощего от густо покрасневшей Лии и повел ее дальше, стараясь быстрее удалиться от столь навязчиво типа.

Не успели они отделаться от липкого сутенера, как навстречу им из двери заведения, обозначенного много говорящей вывеской «Требуха эльфа», вывалился здоровенный зеленый тип с торчащими из-под нижней губы клыками. В острых ушах его бренчало множество стальных колец. В перегородку мясистого носа была вставлена тонкая кость. Лицо, если это можно было так назвать, состояло сплошь из мощных челюстей, выпирающих скул и надбровных дуг. Если б кто сказал, что таким можно кирпичи ломать, Саня поверил бы сразу на слово. Выряжен он был в потасканные берцы, рваные черные джинсы и такого же цвета косуху с обрезанными рукавами. На мощных запястьях поблескивали шипастые заклепки браслетов. Следом за ним нетвердой походкой явилась пара остроухих собратьев поменьше, так же местами затянутых в потертую кожу и обвешанных железными побрякушками.

– О! Бледное мясо! Ты че здесь трешься?! – дыхнул густым перегаром зеленый здоровяк. – Канай сюда, ушлепок! И самку свою не забудь!

– Братиш, братиш, это супер… Ну нахер… – попробовал остановить его один из тех, кто вышел следом – тот, что помельче.

– Да мне срать, кого рвать! – здоровяк дернул плечами, сбрасывая руку подельника, и двинулся к Сане и Лие. – Э-э, сюда иди!

Со всех сторон на намечающееся зрелище потянулась местная публика. И так неприятные физиономии и морды искривились сальными и презрительными ухмылками, послышались одобрительные возгласы, советы по членовредительству и нездоровым половым фантазиям.

Честно сказать, Саня порядком струхнул или, может, растерялся, что в целом не меняло ситуацию. Как-то жизнь его к такому не готовила. Все фантазии про мощь супермена и всё такое как-то враз улетучились. Вопреки здравому смыслу, который предлагал как можно быстрее делать ноги – что там у нас в резерве, прыжок кролика вроде? – он на остатках самообладания попробовал решить ситуацию цивилизованным путем:

– Да вы че, мужики? Мы случайно сюда забрели, уйдем сейчас, – голос его при этом почти не дрогнул. Ну, почти…

– Ха-а! Очко свело, супер-чмопер? Ну, ты в натуре чумаход! Да хрен на тебя, вали, мудила, труханы стирай! А соску свою оставь, пригодится! Хы, – пьяно ощерился зеленый здоровяк, одной рукой толкнул Саню в грудь, а другой грубо схватил Лию за рукав толстовки. При этом толпа вокруг вдруг притихла в напряженном ожидании.

Чего уж там они все чаяли увидеть, Саня не понял, да и как-то совсем растерял на данный момент способность к анализу. Но то, что здоровяк схватил Лию, подействовало несколько тонизирующе. Машинально откинув толкающую его мощную лапу, он с размаху влепил по зеленой морде неприятеля. Вряд ли в этом спонтанном поступке принимал участие висевший на груди новообретенный знак, так-как необычных импульсов во время удара не возникло. Ожидаемо заломило руку, и внутри царили скорее неловкость и скованность, чем ярость схватки. Результат тоже не удивил: зеленый быдлан почти не дернулся, лишь отпустил Лию, нахмурился и замер, явно прислушиваясь к ощущениям. Спустя пару мгновений на его харю вползла довольная ухмылка, а зрители отмерли и довольно зашушукались. Кто-то даже глумливо захохотал.

– Ага, удар еще не подгрузился, – спокойно прокомментировала Лия.

Зеленый здоровяк победно усмехнулся.

– Ха! Да он в натуре недоделанный, братва! Бей мусоров! – в восторге заорал он, выпучив налитые кровью глазища, злобно оскалил блестящие от слюны клыки… и лопнул. Точнее, голова его вдруг разлетелось всплеском багровой жижи, словно в гнилую тыкву сунули новогоднюю петарду приличного размера. Тело еще немного постояло, а затем рухнуло навзничь, как колода.

Толпа в момент затихла, посмурнела протокольными рожами, и как-то так бочком, бочком раздалась по сторонам, вдруг вспомнив о реально неотложных делах.

Саня ошеломленно повернулся к Лие:

– Это… Вот это значит, как, да? И брызгает так вокруг… Ну да, ты ж рассказывала. – Лия смущенно пожала плечами.

– И ты так с любым что ли из этих можешь? – продолжая находится в ступоре, уточнил Саня.

– Ну… На этой улице мало у кого высокая ментальная плотность, – уклончиво ответила Лия. – А у кого выше средней, предпочитают другие места для жизни. Разве что развлечься сюда заскочат, да и то вряд ли.

– Угу, угу… А тут ты про нападение мысли почуяла?

– Ну да, просто не стала тебя беспокоить. Времени особо не было, да и знала, что справлюсь, если что.

– Наверное дальше надо идти, да? – пробормотал всё еще не опомнившись Саня и медленно пошёл сквозь расступающуюся толпу. Враждебные взгляды, кстати, и впрямь уже почти не ощущались. То ли действительно снизилась чувствительность, то ли у местных резко поубавилось желание зыркать.

Так, не торопясь, они и дошли до конца Грязной улицы уже без происшествий. Саня окончательно оклемался и почти смирился с острым чувством собственной несостоятельности, что было конечно крайне нелегко. Нет, ну вроде понятно, что он может и без пяти минут супергерой, но это пока только может. А вот вчера он еще абсолютно точно был обычным инженером Александром, чаще всего даже без приставки отчества, и встреча с бухими орками криминальной среды Того Мира точно не входила в перечень его привычных дел. И тут одной стрессоустойчивостью, которую нынче модно требовать от соискателей вакансий различных профессий, не отделаешься. Тут надо что-то посерьезней: меч-кладенец, автомат, или брата-боксера на худой конец. Что характерно, Лия шла рядом, как ни в чем небывало, абсолютно не обозначая какое-то своё превосходство и вообще никак не намекая на произошедшее. В итоге, Саня клятвенно пообещал себе в ближайшее время тоже ее как-нибудь спасти, а пока решил успокоиться и настроиться на решение поставленных руководством задач.

Вот так, не особо приятно, но вполне успешно срезав путь, они вышли к большому перекрестку, на котором было уже значительно светлей и чище. Вдобавок он был примечателен мощеным камнем пятачком с колодезным оголовком посередине. Уже отсюда им удалось без особых препятствий пройти чередой спокойных улочек похоже местного спального района до относительно широкой улицы, с дальнего конца которой доносились отголоски, похожие на шум рынка. На стене дома в ее начале оказалась вполне ожидаемая табличка с названием «Подвозной тракт». Здесь не было никаких лавок и сооружений, только ничем не украшенные двери. Саня предположил, что это что-то типа технического проезда, и здесь как раз находятся выходы для служебного персонала. Дома наконец расступились и перед ними во всём своем бедламе раскинулась огромная площадь, заставленная торговыми прилавками и шатрами, а также горящая кучей огней. Саня наскоро присмотрелся, прежде чем двинуться дальше.

– А здесь как? На первый взгляд народ вроде поприличнее выглядит, чем на Грязной, – уточнил он у Лии.

– Здесь тоже всякого жулья хватает, но откровенных отморозков нет. Порядок поддерживает Объединенная купеческая гильдия. Средств у нее, говорят, хватает, чтобы при случае и супера на халтурку привлечь. Да и обдурить здесь выгодней будет в долгой перспективе, чем просто тупо ограбить, – объяснила Лия.

Понемногу свыкаясь, и вследствие внешне вполне доброжелательной атмосферы базара, Саня шел за Лией, стараясь шибко не отставать из-за значительно возросшей толчеи и по причине сильного любопытства. А последнее всё настойчивей давало о себе знать, выглядывая из-за первоначального испуга. Все-таки Тот Мир, как никак! А это вам не этот, присмотреться бы, чем тут народ дышит. Да и вообще интересно: вдруг волшебную палочку по дешевке купить получиться, или скатерть-самобранку, а то готовка Саню как-то притомила.

Слева, словно наглядный пример материализации мыслей, как раз потянуло потрясающим запахом выпечки: Саня вспомнил, что уже время ужина, а он тут супергероем сверхурочно батрачит. Ладно бы еще за премию, а то пока не понятно ни содержание служебных обязанностей, ни имеющегося функционала. Он невольно задержался у прилавка с горой всякой выпечки и сладостей. За ним сидела необъятных размеров тетя, вполне человеческой наружности.

– Молодой человек, подходит, берите! Лучшие вкусняшки-принимашки тогомирья! Один раз не откажешь, потом не оттащишь! – начала она нахваливать свой товар.

– Что, что? Какие вкусняшки? – решил уточнить Саня.

– Ну принимашки же, молодой человек! Ну вы что?! Для желающих похудеть и отказывающих себе в такой прекрасной радости жизни и вкуса! – в нешуточном волнении от такой преступной неосведомленности тетя аж заколыхалась своими грандиозными телесами.

– То есть от них толстеть не будешь? – не сдавался в своей настойчивости разобраться Саня.

– Ой, вы меня смешите, молодой человек! Да где ж такое видано?! Не толстеть с вкусняшек! Это же сказка какая-то! А-ха-ха! Тут, конечно, Тот Мир, но даже здесь такого чуда не сыщешь! Просто будете принимать себя, как есть, и не тратиться на сожаления! А просто есть! Ха-ха! С превеликим удовольствием и легкой беззаботностью! Сама их кушаю и гляньте, как прекрасно выгляжу! – и тетя запихнула в рот аж сразу два пирожных с кремом.

Саня вздрогнул: пасть у тети оказалась огромной, с какими-то черными щупальцами внутри.

– И почем берете? – чуть скованно спросил он, потихоньку отодвигаясь от прилавка.

– Да пару минут за штуку, молодой человек. С вас не убудет, вон их у вас еще сколько, – глаза тети вдруг алчно блеснули, а в приоткрытом рту что-то зашевелилось. – Тут Лия дернула Саню за рукав, увлекая за собой, и он облегченно выдохнул.

Какое-то время Саня старался не останавливаться, памятуя об обманчивости первых впечатлений, но головой вертел без устали.

– Поклеп! Поклеп! Качественный, с патентом! Режим «невидимка» обеспечен! В удобной упаковке! Разверни хоть прям в лицо, не объявят подлецом! Всего пару часов, почти даром! – вещал тип, напоминающий крысу в сюртуке, вставшую на задние лапы.

Тут Саня увидел свисающий у него из-под полы длинный розовый хвост и понял – не показалось.

– А вот кому наивности мешок?! Берет за душу порошок! Вдохнешь – и сразу хорошо! Всё розовой закроет пеленой, проблемы все расстанутся с тобой, забудешь ты, как мир жесток! Бери наивности мешок! Не пожалей пяток минут, промедлишь – все узнают, набегут! – декламировал стихи с перевернутой бочки бледный мужчина в берете с пером.

Рядом ошивались три гоблина, как их рисуют в популярных иллюстрациях: невысокие, сутулые, щуплые, с уродливыми злыми харями. Двое были в засаленных шкурах, один в почти новой олимпийке Abibas и кепке восьмиклинке. Они явно присматривались к желающим испытать приход наивности, дабы тут же вернуть несчастного к реалиям жизни.

– Блудняк надежный, без палева! Два удовольствия в одном! Сходил налево, вернулся смело! Три часа с полтиной – не скупись, с довольной рожей воротись! – завывал хлыщ в заляпанном шелковом жилете и узких брюках.

Напротив, в небольшой открытой харчевне демонстративно скучали, где-то забыв большую часть одежды, несколько женщин с яркой красивой внешностью: три людского рода, пара, похоже, эльфок, и одна, совершенно точно, женщина-орк. Последняя ограничилась вообще только набедренной повязкой, и несколько забулдыг никак не могли отойти от харчевни, заглядевшись на ее зеленые выдающиеся данные. «Да тут комплексный подход», – подумал Саня, смотря на распинающегося хлыща, профессионально томных девиц и радостного харчевника, повторяющего забулдыгам кружку за кружкой.

– А как понять – стоимость два часа? – поинтересовался наконец Саня.

– Вот так и понять, как звучит, – ответила Лия.

– Э-э, они прям время твое забирают что ли? – осенило Саню. – Жизнь?

– А чему ты удивляешься? – глянула на него Лия. – А не ее ты тратишь на это все? У них, если прикинуть, может и дешевле выйдет.

Саня задумался и не нашел чего возразить.

– А-а… как они?.. – все же уточнил он.

– Да чего им?.. Демоны… – сказала Лия, будто это всё объясняло.

Так постепенно они вышли к окраине рынка, где был выстроен большой помост, на котором была оборудована сцена, на данный момент задернутая багровым занавесом. Вокруг толпилось изрядное количество всякого народа. Лия вдруг засуетилась, забегала кругами, словно собака, потерявшая след.

– Так, так, ничего не пойму… Ну как же так, вот же только всё ясно было, прям волокло… Чистое течение, никаких омутов… – озадаченно бормотала она.

Честно сказать Саня первый раз увидел ее такой взволнованной. К слову, при прогулке по Грязной улице степень ее беззаботности просто зашкаливала, а тут…

– Так, пока дальше не идем, здесь след узлом крутится, – наконец остановившись, сказала Лия.

Тут как раз кстати зарокотал ритм барабанов, в него вплелись голоса других инструментов. Толпа взволнованно зашумела. Занавес разошелся и на сцене обнаружился тот самый незнакомец из автобуса, а сейчас уже вполне определенный рэпер Маламут. Зрители взревели, факелы освещения вспыхнули зеленым цветом. Маламут, обведя всех пристальным взглядом из темных запавших глазниц, начал вести скрипучим речитативом:

Время это деньги,

Время это слава.

Я живу воруя,

На меня облава.

Заберу чужое,

Сдерну очень быстро,

Стану я героем,

А-антогонистом.

Дальше текст свалился в пафосную белиберду про всех порву, всех вылюблю и знание суки жизни не понаслышке. Также было упомянуто глубокомысленное потребление дури и всенепременное нарушении правил, пока маменькины сынки зубрят оные. Не забыл рэпер и про оправление естественных потребностей организма на законы, и многое другое, утверждающее как минимум умение свистеть – но, ясно дело, не мешки ворочать.

«Вот же ж хрень!» – подумал Саня, но вдруг внутри опять будто щелкнуло, и он увидел, как что-то течет к реперу призрачными ручейками от каждого из зрителей, составляющих единый организм толпы, который пульсировал под ритм слов Маламута. Он уж было хотел спросить об этом у Лии, но понял, что это еще не всё. Дальше от Маламута тек уже не ручеек, а буквально речушка: небольшая, но довольно бурная. И как раз в Санину сторону. Тут и Лия обернулась и тревожно зашарила глазами вокруг.

– Умственная ограниченность и горячее сердце – воистину мой профиль! Лучшие адепты, во все века! Те, что поумней – дороже выходят, да и за идею не хотят, всё подсидеть метят, прощелыги. А этот хорош! Козни на нем не выплетешь, но жало доброе вышло – вон как качает. И за пончиками сгонять можно, – раздался голос позади левого плеча.

Саня обернулся и увидел очень высокую худую фигуру в черном плаще с глубоким капюшоном, бросающим на лицо густую тень. Может даже излишне густую, учитывая количество разнообразных источников света вокруг. Однако горящие из этого сумрака глаза, подобные раздуваемым ветром углям, говорили о многом. И кстати, призрачный поток от Маламута приходил как раз к этому персонажу.

– А вы собственно… – по инерции начал задавать вопрос Саня, уже чувствую некоторые подозрения.

– Да я, собственно, уже ухожу, молодой человек. Безмерно рад был бы с вами пообщаться, но увы – весьма спешу. Дела знаете, дела… И кто, если не я?.. Э-эх, – незнакомец отвернулся в намерении уйти.

Амулет на груди Сани вдруг стал горячим, а он почувствовал, как мышцы опять начинают жить своей жизнью, без его участия готовя тело к стремительному рывку. «Так, надо уже брать это в свои руки», – подумал Саня и глянул на Лию. Поняв его молчаливый вопрос, она, чуть помедлив, кивнула. Внутри реально проснулось небывалое ощущение мощи и скорости: казалось, это всё бурлит в нем, искрится и потрескивает. В общем, Саня понял – могу, и без лишней паузы прянул в сторону высокой фигуры.

Это и впрямь оказался бросок не кролика, но тигра: прилавок с кухонными ножами и прочим инвентарем из списка бытового маньяка, находившийся как раз за целью преследования, разметало в хлам – что-то Саня там не рассчитал в своих новых возможностях. Продавец-гном, словно в замедленной съемке выпучил глаза, изумление в которых неудержимо сменилось бешенством, страшно побагровел лицом и грозно воздел пудовые кулаки. Вид последних не оставлял ни малейшей надежды пережить неизбежное возмездие. Однако Саня уже скакнул дальше, продолжая преследование, так как худого в капюшоне на месте не оказалось: тот каким-то образом уже умудрился отпрыгнуть шагов на десять в сторону и очутиться возле шатра с многоярусными стеллажами, заполненными тускло светящимися шарами. Продавщица этого добра – бледная девица с зелеными волосами и в платье из водорослей, – всё еще продолжала с коварной улыбкой нахваливать свой товар – «Болотные огоньки, болотные огоньки! Идеальный вариант для романтических встреч! Полная гарантия увлечения!», – когда Саню по инерции занесло в это хрупкое великолепие. Он при этом успел лишь только слегка прихватить край черного плаща, как преследуемого опять не стало в пределах досягаемости: вон, мелькает уже у следующих рядов. Саня в бешеном отчаянии крутился в складках ткани, хрустя осколками и нервно потея. «Да как так-то?! А инструктаж провести?! Дали туземцу гранатомет, больше в деревне никто не живет!»

Тут он почувствовал, что ему помогают освободиться: это оказалась подоспевшая Лия. Она осторожно вынула из его волос стеклянную иглу и успокаивающе положила руку на плечо:

– Выдохни, постарайся чуть более взвешенно, будто слегка с ленцой. Тут, конечно, ко всякому привыкли, но, если весь рынок перевернешь, пожалуй, проблемы будут. Да и дело таким образом не сделаем.

От теплой ладошки Лии стало чуть легче. Саня наконец поднялся, по возможности не смотря в сторону возмущенной зеленоволосой девицы. Та, в свою очередь, уделяла ему всевозможное внимание, искренне желая Сане проблемы в реализации одной из главных составляющих личной жизни и множество других более мелких неприятностей типа чумы, проказы и сибирской язвы.

Худая фигура, будто проявляя пренебрежение, продолжала маячить в пределах видимости. Саня вслушался в бурлящую внутри силу и одновременно попытался понять, куда скорее всего метнется преследуемый. Как следствие откликнулось стойкое ощущение, что вон туда, в сторону мраморного портика одного здания на краю рынка, очень смахивающего на административное: он был практически уверен в этом, хоть и не взялся бы объяснить почему. Саня и не стал задумываться, как это происходит, а просто устремился в сторону пока неподвижной цели, стараясь двигаться скорее с легким намерением, чем с яростным порывом – и наконец получилось. Он бы даже схватил этого гребанного демона, но тот был похоже парень не промах, и тоже в свою очередь отпрыгнул. Правда, туда, куда Саня уже просчитал вовремя проснувшейся суперской чуйкой, поэтому был готов и тут же ринулся следом. В результате добычей его стал черный плащ, а высокий демон продолжил движение, так сказать, в естественном облачении, что его никак не смутило. Видать человеческая одежда была скорее маскировочным элементом, дабы не привлекать внимание ко всей этой чешуе, гребням, когтям и, конечно же, непременному хвосту. Похоже, сей представитель темных рас предпочитал действовать тайно, и желательно чужими руками.

Пользоваться чуйкой получалось всё лучше и лучше, не усердствовать лишнего в своих бросках тигра тоже, и высокий демон понял, что простым бегством от буквально севшего ему на хвост Сани уйти не удастся. При очередном прыжке он исчез за углом большой палатки с синими арбузами, а когда Саня устремился за ним, преследуемого в пределах видимости не оказалось: тот, как сквозь землю провалился. Саня крутился на месте и в отчаянии чуть ли не рвал на себе волосы: ну уже ж почти в руках был, скотина!.. Тут подоспела слегка запыхавшаяся Лия:

– Уф-ф! Ну ты наловчился скакать! У меня таких умений в запасе нет. Пару зелий скорости имеется, но они быстро выдыхаются, да и желудок потом ноет.

– Что-то потерял я его. Видишь чего-нибудь? – озадаченно спросил Саня.

Лия внимательно огляделась, поводила руками, понюхала воздух, нахмурилась.

– Не пойму. Вроде вот же он, след, явный такой был, а сейчас словно растрепали его, никак опять не поймаю, как гнилой распадается.

– Что-то ищете, молодые люди? – раздался рядом старческий голос.

Саня и Лия уставились в ту сторону и не сразу разглядели его обладателя. Слева стоял большой магазин из черного дерева, с ассортиментом вещей разной степени проклятости, вид которых отвращал и одновременно притягивал взгляд. Справа возвышалась белокаменная комиссионка, вывеска на которой гласила о возможности действующим святым, или полагающим себя таковыми, сдать под реализацию мощи с последующим правом выкупа. Лишь с третьего взгляда получилось рассмотреть втиснутый между ними скособоченный прилавок и бабульку за ним, похожую своим обликом на очень старый и даже слегка заплесневелый сухофрукт. Перед ней стоял большой кофейник и надколотая, давно немытая чашка. Тусклая вывеска гласила: «Гадалка с репутацией». Правда, какого рода та репутация, уточнений не было.

– Да вот, высокого такого, худого, в чешуе и с хвостом не видели? Только что здесь был, – спросил Саня.

– Ну как же не видала – видала конечно. Только вот здесь был, – прошамкала бабулька.

– И куда он делся? – исключительно из уважения к возрасту терпеливо уточнил Саня.

– А вот это уже вопрос коммерческого характера, – вдруг приосанилась бабулька. – Берем сеанс гадания, али так, лясы точим?

Саня поморщился от такого наглого вымогательства, глянул на Лию – та пожала плечами, – повернулся к бабульке и уточнил:

– И почем у вас поиск информации?

– Полчасика к пенсии подкинешь и хорошо будет, – определила бабулька.

– Ладно, вроде недорого. Давайте попробуем, погадаем, – согласился Саня.

Бабулька налила в чашку черного кофе и предложила Сане:

– Держи, милок. Вопрос свой внутри сформулируй и пей до дна. Тока гущу смотри не сглотни.

Саня чуть брезгливо принял заляпанный сосуд и осмотрел его, собираясь с духом.

– Не бойся, у меня если что зелье от отравления есть, – шепнула ему Лия.

«Да уж, вот для чего спутник супергерою – активированный уголь носить», – иронично подумал Саня. Тут фантазии про турбо-ускорение пошли не в то русло, и он поспешно выпил кофе, пока не передумал.

Бабулька довольно долго рассматривала оставшуюся на дне чашки гущу, наконец, когда клиенты уже дошли до точки кипения, ткнула пальцем куда-то в сторону:

– Туда он подался, к Адовым Баням. Всякого спроси, любой покажет, где таки. Там его и найдешь, милок. Удача тебе будет, а ему дом казенный и хвоста ущемление.

Саня сам с любопытством заглянул в чашку, зачем-то пытаясь рассмотреть, как там можно было увидеть подобную информацию: гуща лежала ничего не напоминающей кляксой.

– И как из этого понять, что именно к баням? – пробормотал он.

Бабулька, продолжая сверлить взглядом кофейные останки, задумчиво ответила:

– И впрямь, муть какая-то, сырье дрянное, – и тут же, видя немой вопрос в Саниных глазах, сообразила, что сболтнула лишнего, выставила вперед сморщенные ладони и запричитала: – Не обманула, не обманула – туда подался, так увидела, глазами! И договорчик, договорчик, всё формально в силе. Ты спросил, я ответила, полчасика уже не зажмешь, милок, всяка инспекция мою сторону возьмет!

– Спасибо! – сказал Саня сквозь зубы, и они поспешили в указанном направлении.

Не успел Саня сделать и нескольких шагов, как Лия вдруг прихватила его за плечо, останавливая.

– Подожди! – задумчиво сказала она. – Что-то...

Она опять начала хватать пальцами в воздухе, вылавливая какие-то там нити. Принюхалась, нахмурилась, стала поворачиваться, и Саня увидел, как глаза ее округлились и полезли под лоб, рот начал открываться, а палец тыкать ему за спину. Саня резко обернулся и успел увидеть, как за поворотом мелькает уже до боли знакомый хвост, а вот бабульки с прилавком как не бывало.

– Ах ты ж сука, – пробормотал Саня, начиная входить в форсированный режим и осознание своей лопоухости.

Сразу догнать хитрого демона не получилось. Но в этот раз Саня стиснул зубы и терпел, как при приемке объемов работ от ЧП Агозян, а сзади изо всех сил неслась Лия, всё-таки выпив зелье ускорения, и кричала подсказки по направлению. В результате Саня вскоре сел демону на хвост, и заполошная гонка продолжилась. Провести себя второй раз они уже не дали: у Лии в запасах обнаружился порошок Ясности, который легко возвращал истинный облик, развеивая любое перевёртное колдовство. Это даже оказалось забавным, когда сидящая на розе феечка, попав в облако белесой пыли такого полезного средства, одним махом превратилась в преследуемого. Саня невольно заржал при виде такой картины: длинное тело демона, скрюченное в позу орла – не ту, что в йоге, а ту, что в деревенском сортире, – еще на один миг зависает на алом бутоне, и тут же неминуемо рушится вниз, напрочь сминая цветочный куст, который и в этом мире обладал крепкими острыми шипами. Особенно бесценно было видеть, как лицо демона, природой его расы приспособленное выражать только разные оттенки зловещести, вдруг начинает играть не свойственной гаммой эмоций. Как-то снижало градус тревожности от вида его горящих раскаленными углями глаз.

Наконец, при очередном броске тигра, Саня, словив вдохновение наития, использовал чуть больше энергии и сбросил этот избыток в толчковое движение руки. В результате основании ладони смачно впечаталось демону в тощий бок и бросило на землю, прервав уже начатый им прыжок. Вставать после этого тот не спешил. Саня с глуповатой улыбкой воззрился на свои пальцы, затем на подоспевшую Лию:

– Я это, и впрямь что ль супергероем становлюсь? Видела, как я его?

– Да, ты молодец! Здорово получилось, жаль я не сфоткала, – похвалила Лия.

* * *

Демон смирно лежал, увязанный магической сетью, опять же нашедшейся в рюкзаке Лии. Саня стоял над ним довольный до нельзя и с чувством выполнившего свое дело героя поглядывал на Лию. Вдохновленный успехом, он вспоминал те тонкие моменты приязни, которые она начала у него вызывать. Уже и бесформенное худи не всё скрывало, или вслед за гормонами фантазия разыгралась – в любом случае настроение было фривольное и порождало некоторые надежды.

Но тут зазвонил телефон. «Вот блин, за городом связи нет, а в Том этом мире – пожалуйста!» Саня нехотя взял трубку.

– Здравствуйте, Александр. И как ваше задание? На каком этапе? – подозрительно вкрадчиво спросил уже знакомый женский голос.

– Да всё нормально. Демон-виновник пойман и будет доставлен куда скажете, – доложил Саня, уже внутренне понимая, что он что-то упустил.

– Демон? А как же Весы Жизни, Александр? – голос начал постепенно набирать обороты. – Пока вы там за демонами носитесь как квадратно-гнездовой герой, тут всем Карачун пришел! Весы! Весы главная цель!

Саня хлопнул себя ладонью по лбу – точно, блин! Уйдя в азарт погони со всеми ее перипетиями он выронил из головы, что так-то его за другим посылали.

– Э-э, карачун? В смысле? – на всякий случай всё же решил уточнить он.

– В коромысле! Ловите видео, Александр. И серьезней пожалуйста!

– Да я, как бы!.. И так, что могу!.. Тут пока разобрался, что да как!.. Чуть не убился! А до этого чуть не убили! Я ж молодой специалист! Инструкций никаких! Инструктажа тоже! А я что? Э-э… В общем, как смог. Извините… – праведное возмущение сдулось при встрече с начальственными молчанием в трубке, прикаталось чувством ответственности и превратилось в оправдания.

– А как вы хотели, Александр? Быть супергероем – всегда вызов, надлом, надрыв! Всегда вопреки, наперекор! Но наперекор, а не наперекос, Александр! И что значит – никаких инструкций?! А спутник вам на что?! Работайте! – и связь оборвалась.

Саня немного помолчал, переваривая выволочку. Потом привычно вздохнул – чего уж там, первый раз что ли от начальства люлей получать, – загрузил видео и принялся обалдевшим взглядом наблюдать разворачивающееся там действие. Рядом прижалась встревоженная Лия – Саня машинально приобнял ее, и они продолжили смотреть вместе.

В городе – в обычном мире, – свирепствовала метель. Она рвала с деревьев остатки еще зеленых листьев, секла растерянных, не по погоде одетых людей ледяными плетьми, наскоро забрасывала всё белой рогожей. Готовилась к инспекции своего хозяина: всё ли проморожено, выстужено, вся ли былая яркость обернута слоями савана, вся ли жизнь дрожит в страхе по едва теплым норам. Дрожит, моля о милости всесильного, способного отнять всё в один миг. На дорогах творился коллапс: в этот раз зима действительно пришла неожиданно, и возможно даже «жестянщики» смотрели на это с ужасом, ведь не хлебом единым… Лучи от фар машин хаотично перекрещивались, создавая в сгустившихся сумерках картину изломанных и брошенных в кучу остатков света. Это впечатление усиливали потухшие уличные фонари. Город погружался во мрак и стужу, жизнь стремительно теряла свои права.

Камера скользнула в темный переулок, словно что-то разыскивая. Вот: цепочка следов от голой человеческой ноги тянулась неровным зигзагом, от дома к дому. Оно может и ничего особенного, чего только люди не учудят: может какой-нибудь «морж» обрадовался такому неожиданному выверту природы и поспешил насладиться приятной прогулкой. Но было в этом одно «но»: размер этих отпечатков оказался впору гиганту метров в десять высотой. Оператор скользнул объективом дальше, пытаясь настигнуть их хозяина, и в какой-то миг замер: в темноте обозначилась громадная фигура. Она хищно обернулась, и стало понятно, что это костистый старик с длинными сизыми лохмами нечесаных волос и бороды, в путанице которых гуляли завихрения вьюги. Облезлая шуба из волчьей шкуры на нем была распахнута, открывая впалую грудь с проглядывающей сквозь синеватую кожу клеткой ребер. Правая рука опиралась на высокий посох с ледяным серпом в качестве навершия. Старик посмотрел тяжелым, как могильная плита, взглядом прямо в камеру. Миг, и стекло на ней лопнуло, покрывшись сеткой трещин, похожих на морозный узор.

– И впрямь Карачун… Полный. На три месяца раньше... – застывшим голосом сказал Саня.

* * *

Лия растерянно смотрела на Саню и чуть не плакала.

– Не чувствую, совсем не чувствую. След прям четкий был, ни разу не прервался. Да так и должно быть, шутка ли, Весы Жизни! Там такие эманации! А сейчас будто ножом обрезали.

– И давно так? – уточнил Саня.

– Да мы пока за этим носились, – Лия указала на связанного демона, – я как-то забросила следить. Совсем не до этого было, да и не смогла бы я сразу всем заниматься. Опять же, вроде как выходило, что этот их спер, даже сомнений не возникло. Не своими руками, конечно, но Маламут-то тоже здесь, э-э... был. Так...

Тут голос подал худой демон:

– Вот, как всегда, чуть что, сразу Андрас то, Андрас се. Не, ну я там раздоры, конфликты замутить готов, конечно, ну дак и вы каждый день кушать любите. А я с того питаюсь, если что! Так что это всё дискриминация по расовому признаку и двойные стандарты, я считаю.

– А это причем? – не понял Саня. – Ты Маламута марионеткой сделал? Сделал. Весы Жизни он для тебя спер? Спер. В нашем мире видал что творится? Скажешь не твоих рук дело?

Демон аж задохнулся от возмущения:

– Да я!.. Да я!.. Да я этого сраного рэпера в оборот взял как раз чтоб по закону себя вести! Мне где еду брать? Да, могу людишек друг с другом стравить, чтоб мордобой там, срач, а то и войнушка! И питаться с этого в свое удовольствие, жирком зарастать. Ты посмотри на меня – сало видишь на ребрах?! А? И где тот сладостный жирочек? Да всё потому, что закон блюду, впроголодь живу. Вот таких стихоплетов-хреноплетов юзаю. Наковыряет такой в своем нутре пару рифм – мы белая раса, бей папуасов, – на сцене их выблюет, людишки покуражатся, попляшут, подергаются – какая-никакая злобушка мне на тарелочку. Ну а людишки песни поорут, устанут и по домам. Морды если и побьют, так в основном тому, кто поближе, то есть друг другу. Да и то слегка, почти без поножовщины. В общем, как это по-вашему – понты голимые, но жить можно. Иногда даже вкусно.

– А Весы? – напомнил Саня.

– Да я его просто за пончиками послал. Подсел че-то на эти, из этого мира, ну людской который. Есть там одна пекарня… Не пища демонов, конечно, тело не питает, но так, для морального баловства. А он эти треклятые Весы Жизни припер! Я чуть хвост себе не отгрыз! Говорит, стояли такие четкие, че не взять? Подкинул случай дурака… – тут демон воровато оглянулся, что было не очень удобно в его положении, и мотнул головой, красноречиво шевеля бровями и подмигивая.

Саня наконец сообразил, что он подзывает его ближе. Не очень хотелось шептаться с этой образиной, но что делать, пришлось подойти и склонится.

– И вообще, я думаю это ваши, – продолжил вполголоса Андрас, многозначительно подчеркнув интонацией слово «ваши». – Подбросили моему недалекому под нос эти Весы. О-о, они мастера провокаций. Думаешь Светлые не грешат такими методами? Ты, парень, шибко-то на слово всем не верил бы. Используют тебя в темную, вот увидишь. Это, парень, политика-шмалитика, тут у каждого плащ с изнанкой. Это ж верное дело, дескать Андрас Весы спер, темную чашу когтем прижал – ату его. Супера на него, бей, круши, топчи, хвост на рога натягивай. Подумай, парень, за правду ты или за протокол.

Тут демон снизил голос совсем до полушепота:

– А еще случается так, что ты вроде думаешь, что используешь этого недоделанного, а он оказывается Пробужденным. Выглядит как человек, а потом становится поздно. Глядишь – он сам тебя использовал, с копыт на рога поставил и поимел.

Саня озадаченно отошел от демона и пересказал всё Лие – та тоже задумалась. Потом рассудила:

– Ну, про «пробужденного» – первый раз такое слышу. Мути похоже нагоняет, путает. Демон – что с него взять. А Весы-то все равно найти надо.

Саня согласно кивнул и опять повернулся к демону:

– А всё-таки – где Весы?

– Да там были, за сценой, в гримерке этого полудурка. Мне их че, с собой таскать? Чтоб на меня повесили? Не-не-не, я законы знаю, – уже отстраненно, будто потеряв интерес к разговору, ответил Андрас.

– Значит надо вернуться и посмотреть, что там да как. Свидетелей опросить, может кто что подметил, – подвела итог Лия. – Пойманного только вот куда? Не с собой же таскать? И так провозились с ним.

– М-да. Че ж делать-то? – Сане жуть как не хотелось бросать без присмотра с таким трудом изловленного демона, но на привязи его по остальным делам вести точно не вариант.

– Добрый вечер. Дежурный по Торговому участку Степан Иванович. Предъявите лицензию, знак гильдии или любое прочее удостоверение на право поимки обитателей Того Мира и приравненных к ним представителей прочих рас, – откуда-то сбоку послышался голос с четкими официальными интонациями.

Саня повернулся и увидел невысокого худощавого мужчину в классической милицейской форме времен Советского союза: даже фуражка была на месте. Только вместо табельного пистолета на одном его боку висел в ременной петле светящийся навершием шестопер, а на другом колчан с короткими арбалетными стрелами. Сам арбалет мужчина держал в руке: снаряженный, но пока опущенный к земле.

– Э-э, здравствуйте. Лицензию?.. – растерялся вдруг Саня, опять ощутив себя простым инженером, ставшим жертвой обстоятельств.

– Амулет супера ему покажи, – шепотом подсказала Лия.

– А-а, коллега, – уже сам посмотрел на грудь Сане Степан Иванович. – А я думаю, кто тут на моем участке шорох наводит? Вижу, взяли рецидивиста?

У Сани аж от души отлегло. А то он уже успел представить, как его волокут в местные подвалы за угнетение малых народов Темных земель. А помня прогулку по Грязной улице, соседство в тех не столь отдаленных местах может оказаться весьма неприятным. Он с облегчением ответил:

– Да, к сожалению, не совсем. Вот, одного взяли. Сейчас надо срочно за другим гнаться, он важный артефакт похитил, и этого отпускать не хочется.

– А, дак вы не волнуйтесь. Присмотрю за ним. Сведу в отделение, там пока посидит, места свободные имеются, – вдруг предложил Степан Иванович.

– Да вы что?! Вот спасибо, – обрадовался Саня.

Когда демон был уже водружен на ноги и под прицелом арбалета уныло побрел в сторону местного отделения милиции, Лия вдруг толкнула Саню в бок:

– Предупредить надо, что он хитрый.

Саня подумал, что и впрямь это лишним не будет и окликнул участкового:

– Степан Иванович, только вы повнимательней с ним. Очень изворотливый тип. Быстро бегает, еще и превращаться умеет.

Тот оглянулся, пристально посмотрел Сане в глаза и серьезно ответил:

– Не волнуйтесь, коллега, я буду начеку, – потом еще немного подумал и достал из нагрудного кармана вроде бы простой милицейский свисток: – Вот, прикоснитесь пожалуйста для установления связи. Если что-то случится, я дам знать, где бы вы ни были.

Саня и Лия по очереди сделали, что попросил Степан Иванович, и теперь уже со спокойной совестью распрощались с участковым.

* * *

Когда Саня и Лия добрались до площадки, где выступал Маламут, там уже, конечно, никого не было. Другого ожидать было глупо, но Саня всё-таки расстроился, так как малодушно надеялся, что всё же его прокол окажется не критичным, и дело получится быстренько завершить. Но судьба не собиралась быть к нему благосклонной.

– И что делать? Кого опрашивать будем? – уныло произнес он.

Даже купленные на ближайшем лотке лепешки с мясом не смогли скрасить настроение, хоть и были изумительно приготовленными.

– Не переживай, сейчас кое-что попробуем. Я же могу теневиков вызвать, помнишь, говорила тебе. Они знают всё-всё про то, что тень отбрасывало, отбрасывает или будет отбрасывать. Могут показать. Там, конечно, не всегда понятно, есть своя специфика, сам увидишь. Но попробовать стоит, – обнадежила его Лия.

Она быстренько доела свою порцию, покопалась в рюкзаке, достала какой-то очередной порошок, пробормотала над ним и сдула с ладони: перед ней материализовался плотный сгусток серости с отдаленно гуманоидными очертаниями.

– Вижу тебя и прошу о помощи. Покажи всё, что здесь было в последний час.

Поначалу ничего не произошло. Саня уж было хотел спросить, получается или нет, но Лия остановила его, предупреждающе подняв руку. Тут как раз и началось. Сперва словно из ниоткуда вырос целый театр теней: одна покачивалась отдельно – Саня почти сразу догадался, что это Маламут читает свой рэп, задавая ритм всем телом, – остальные бесновались кучей, выглядя скорее как языки темного пламени, или странное существо со множеством мечущихся щупалец. Затем остался один Маламут: он побрел вглубь сцены – Сане и Лие пришлось отправится следом. Это оказалось не зря: в гримерке они и впрямь увидели на столе черный абрис, в котором без труда угадывались старинные весы с подвесными чашами. Тень Маламута с какой-то целью еще суетливо подвигалась по гримерке, временами выбегая наружу и ненадолго застывая, словно пытаясь что-то выглядеть: возможно, кстати, своего хозяина. Затем она тенью от чего-то наподобие ткани накрыла тень весов – и всё исчезло.

– Та-а-ак, возможно что-то типа платка или шали невидимки. Да, такое может сработать, может и след спрятать. Значит всё-таки Маламут унес. Тут не соврал Андрас, – подвела итог Лия.

– А след его сможешь увидеть? Надо брать вора, пока он еще не накосячил. Хотя куда уж больше.

– Да, это видно, можем хоть сейчас отправляться. Только вот… – Лия вдруг нахмурилась и замолчала.

– Что-то не так? –-Саня ощутил смутное беспокойство.

– Да как сказать… Похоже придется другим проколом в обычный мир возвращаться, чтобы ближе к точке попасть.

– Э-э, ну и ладно. Опять Грязной идти не надо – это ж прекрасно. Никто глазами тыкать не будет.

– Да тут такое дело, что лучше бы было опять ей прогуляться. Тем более, что там только по первости не очень приятно, а так у местных память хорошая, и выводы они правильные делать умеют. Но вот только нам в другую сторону надо, – задумчиво произнесла Лия, и выглядела она в этот момент невесело.

– Ну мы же вроде того, с козырями, нет?.. У меня кой-чего уже поднастроилось, прям сам чувствую, ты вон бошки взрываешь на раз – прорвемся! – Саня внешне бодрился, хоть и, честно сказать, уже притомился преодолевать всё новые и новые ранее невиданные трудности, тем более во вторую смену: не далее, как днем, он еще инженерил по-тихому.

Лия еще немного помолчала, что-то себе прикидывая, потом видно приняла решение и сказала:

– Так, не выходит по-другому, всё же придется через Окраину. А там такое дело… В общем, там есть такие места, где мои способности не работают. Да и твои тоже. И их все не обойдешь, даже если петлять, всё равно на одно, да наткнешься. Само по себе ерунда, главное там никого неприятного не встретить. Но придется рискнуть, поди проскочим.

Саня был озадачен такой информацией, но вроде не сильно: всё же он даже суток еще не провел в роли супера, и еще не привык, так что...

– Да и… Как-то до этого совсем без этих способностей жил, и ниче, – Сане вдруг захотелось проявить себя перед Лией эдаким повидавший жизнь мужчиной, и он старательно задвинул поглубже мысли, что прежде ему и с демонами да орками встречаться особо не приходилось. Разве что в метафорическом смысле, что как не крути, всё же другое, чем стоять напротив двухметрового зеленого громилы с клыками и топором. Еще и учитывая, что для него этой иззубренной железякой человека пополам рубануть, как Сане от мухи отмахнуться: те же усилия, те же эмоции.

– Ну что, тогда пошли? – спросила Лия.

– Так, подожди, стой. Там же зима разыгралась, а мы совсем не по погоде, – вдруг проявил дальновидность Саня. – И времени домой смотаться не будет.

Наскоро оглядевшись, они нашли лавку с чем-то напоминающим кухлянки и короткие сапоги мехом внутрь. Нашлись там и подходящие по размеру шапки. Саня стал на пару дней беднее, но экипировка могла оказаться кстати. Удалось сторговать в качестве бесплатного бонуса и мешок с лямками под всё это добро, который взвалил на себя Саня.

* * *

Окраина выглядела так себе: скопление полуразрушенных лачуг и каких-то древних руин тонуло в черноте густых теней, так как искусственное освещение практически отсутствовало. Луна на небе куталась в рваную кисею облаков и тоже мало помогала ориентироваться. Лия вела Саню, руководствуясь чутьем. От колдобин в дороге это правда не спасало: путники непрерывно спотыкались, и даже по уже устоявшемуся впечатлению приличная Лия временами вполголоса выдавала не совсем цензурные реакции, что уж там говорить о Сане, который тесно общался со строителями. Выглядел этот район заброшенным, однако Лия непрерывно тревожно прислушивалась и озиралась по сторонам. Саня, в свою очередь, уже познавший прелесть умения супера ощущать угрозу еще на стадии враждебного взгляда, даже слегка расслабился. По крайней мере насколько это позволяла неровность улиц и плохое освещение. Всё же ничего того, что доставляло дискомфорт на Грязной улице, не происходило, так что он даже с некоторым удивлением посматривал на настороженность Лии.

Вдруг девушка остановилась и предупреждающе подняла руку:

– Сейчас придется пройти местом, где наши способности отключатся. Будь особо внимательным. Только кажется, что здесь никого нет. Люди здесь регулярно пропадают. И не только люди.

Саня постарался серьезно отнестись к ее словам, тем более перешагнув некую невидимую границу, он и впрямь ощутил, будто уже относительно привычно присутствующая внутри сила исчезла. Тут же принятая попытка броска тигра ни к чему не привела. А точнее: привела к просто очень вялому маленькому шагу, так как Саня уже помнил о условии легкого посыла энергии, которой как раз-то и не оказалось. Так что предупреждение тут же весомым грузом легло на плечи и дальше Саня отправился уже крадучись, и с повышенным чувством тревожности.

Участок руин, которым они сейчас шли, выглядел довольно зловеще: тут и там чернели провалы подвальных лестниц, арки дверей и окон. Остатки колонн добавляли мест и теней, где мог кто-нибудь спрятаться. Выросшие на развалинах кривые деревья казались чудовищами, которые тянут к путникам свои корявые лапы и только притворяются неподвижными. Причем отягчающим обстоятельством было именно то, что здесь, в Том Мире, они и впрямь могли существовать, эти самые монстры. Сане вдруг опять остро захотелось к себе домой, на диван с бутылочкой пивка и сериальчиком. Пусть даже и про жутких кровавых маньяков, которые режут всех на куски. Он аккуратно переставлял ноги, стараясь шумом своих шагов не заглушить знаки возможного зловещего присутствия, и до боли в глазах вглядывался в каждую тень, провал, кучу мусора. Чем дальше, тем больше ему мерещилось. Вон там притаилась отвратительная старуха, которая только и ждет, когда они подойдут, чтобы вдруг вскочить и вцепится прямо в шею своими желтыми звериными зубами, или, злобно хохоча, содрать кожу с щек кривыми черными когтями. А вон там, за колонной, явно остроухий абрис гоблина с чем-то острым и длинным в руках – копье? заточенная кость? Как это вообще, умирать от трупного яда? Или раньше его утащат куда-нибудь в вонючую нору и медленно сожрут живьем? А это что? Чья-то чешуйчатая лапа? Что, и драконы здесь есть?! От подобного и бросок тигра не спасет! Там же сразу потенциальный ожог крайней степени сразу во всё тело!

Слева зашуршала осыпь мелкого каменного крошева – Саня испуганно дернулся, к своему стыду чудом удержавшись от крика. Лия тоже замерла взведенной пружиной, готовая сорваться с места в любой момент. Шли секунды, но Саня слышал лишь стук собственного сердца: оно колотилось в грудной клетке, как узник, который отчаянно хотел сбежать любой ценой. Тут звук потревоженных камней повторился, и на фоне ночного неба мелькнул широкий крылатый силуэт с горящими глазами. Саня постыдно ойкнул и на миг ему показалось, что вот сейчас произойдет непоправимое, от которого без стиральной машинки и душа уже не избавишься. И еще до конца жизни будешь помнить про это унижение. Благо, что она шибко не затянется. Он даже не сразу понял, над чем Лия тихонько смеется. На секунду подумал, что над ним, но девушка заговорила:

– Ой, мамочки, я чуть это… чуть не описалась от страху, – выдавила она, поглядывая на Саню. – А это всего лишь сова. Ой-ей, вот это да! А ты ничего, почти не шелохнулся и смотрел так твердо, я аж позавидовать успела. Ладно, можно дальше двигать потихоньку. Уф-ф, вот это да, до сих пор колотит.

Саня на это только криво усмехнулся, прислушиваясь к ощущениям: вроде всё нормально, порывов по линии жилищно-коммунального хозяйства не случилось. Он незаметно перевел дух, радуясь, что со стороны его слабость не была замечена, а то прям совсем неудобно выходит. Он последовал за Лией, непрестанно озираясь и всё-таки ожидая подвох от хитрого противник, который возможно просто затаился, а теперь планирует коварно прыгнуть на спину потерявшей бдительность жертве. Но уже через несколько шагов он вдруг с радостью ощутил внутри начало брожения вернувшейся силы, и наконец с облегчением выдохнул: чувство опасности молчало. Саня только сейчас понял, насколько был напряжен. «Да уж, нервная работенка. Интересно, пенсия у супергероев льготная или как? По идее тут год за три должен идти. Еще суток не прошло, а я уже впечатлений на месяц хапнул». Радовало еще, что даже без лишних попыток стало понятно: захоти он, и в этот раз бросок тигра получится. Лия с легкой улыбкой кивнула ему и уже спокойнее повела дальше.

Так они шли почти весь остаток ночи: испуганно останавливаясь, иногда панически срываясь на бег вопреки ощущениям супера, но вполне в соответствии с гнездившимися внутри каждого человека страхами. Потом всё же приходилось сбавлять скорость: видимость оставляла желать лучшего и случайно подвернуть или сломать ногу не хотелось. Да и не слышно толком ничего, когда бежишь. А точнее: ноги бухают в землю, сердце в ребра, кровь в ушах шумит, заполошное дыхание тоже свои нотки добавляет, и начинает казаться, что точно кто-то следом несется. На пути они минули еще пару мест, где особые способности покидали их, но было уже полегче: психика малость подустала бояться, да и в целом утомилась. Считай сутки почти без сна, тут уж хочешь не хочешь, а начнешь тупить. Слава богам обоих миров, всё обошлось благополучно. Уже начало светать, когда Лия сказала:

– Ну вот, еще одни развалины, а там уже Чертов Провал, через который прокол обратно к нам проложен.

Они вошли в широкое пространство между почти полностью сохранившимися колоннами, и Саня при свете выглянувшего на горизонте солнца наконец разглядел, что это останки довольно величественного строения из белого камня. На сохранившихся фрагментах стен виднелись следы фресок и барельефов, по которым можно было судить, что его когда-то возвели эльфы. Ну а пространство вокруг руин заполняли кособокие лачуги явно поздней постройки, да и произведенной определенно другим архитектором, не таким начитанным.

– А-а, супер с его мелкой шавкой, как неудачно мы столкнулись на такой тесной дорожке и в таком особенном месте! – из-за дальней колонны вдруг вразвалку вышел и встал на их пути гигант метра два с половиной ростом и объемом как стог сена. – Неудачно для вас, легаши! Нам-то самое оно: к утру шибко брюхо подвело. Думали, уж никто и не забредет, придется старые кости глодать. Но благо есть дурни на этом свете, хе-хе. И дурочки. Чуете да?! М-м-м… Как же приятно пахнет, когда супер и его приблуда начинают вонять обычными людишками. Каково опять почувствовать себя ущербной расой? Просто бледным изнеженным мясом.

Облик его во многом соответствовал представлениям о троллях, как их описывают в разных источниках, из чего Саня тут же сделал вывод, что явно не все писатели занимаются яркими фантазиями: некоторые просто хорошо умеют описывать не менее впечатляющую действительность. Тролль обладал толстенными узловатыми конечностями, а также огромным, как бурдюк, животом. Мощные челюсти, полные кривых желтых зубов, выдавались вперед, а в ноздри можно было смело запихнуть по кулаку. Хотя как смело… Правильней было сказать – технически. Глаза напротив были небольшие и подслеповато щурились из-под мясистых бровей. В правой лапище он держал увесистую сучковатую дубину.

– О, я не верю своим глазам! Ты глянь, братва! Это ж охренеть, как нам поперло! Это ж тот самый супер и его сучка! Это она Барлогу жбан разнесла на Грязной. Ну точняк! Вот это да! Ну что, фарт с нами, вот и свиделись! – прогудел тролль, всё-таки что-то высмотрев своими гляделками. – Ну, тады живьем брать будем. Слышь, братва?! Стрелой и камнем не бить. Надо правильно поквитаться, по понятиям. Медленно будем резать – на ремни. Хотя нет, это быстро – на шнурки, во, точняк! – И тролль гулко захохотал, хлопая себя по пузу. Со стороны окружающих развалины лачуг ему принялся вторить многоголосый визгливый смех.

Сам Саня только сейчас обратил внимание на железный знак, который висел у тролля на груди. Память тут же подкинула похожий, забрызганный красным после недавнего случая на Грязной улице – он висел аккурат в расстегнутом вороте косухи с обрезанными рукавами. Нельзя сказать, что обстановка и так была томной, особенно учитывая подтягивающиеся со всех сторон злобные рожи гоблинов, вооруженных всяким неприятного вида колюще-режущим инструментом, но этот факт явно был отягчающим обстоятельством. Тут, так сказать до кучи, Саня опять осознал, что не чувствует никакой особенной силы и в его резерве только секция по карате, которую он посещал в далеком детстве, и пара пройденных компьютерных игрушек. В них он, конечно, давал люлей троллям, но там и персонаж был более прокачанный, с мечом-громобоем. «Да блин, почти ж дошли! И так уже замотался сегодня, сил нет. Я понимаю, если б мы в кино или книге какой приключенческой были… В жизни-то зачем так обламывать?! И вообще, как тут работать супергероем, если только разберешься в оборудовании, а его оказывается кто-то без патента на коленке собрал? Как там говорили – хозинвентарь высшей категории? Ага, щас, аж два раза!» – с досадой думал он. Правда больше действительно от усталости. Что тут скажешь, ясно, что не в качестве амулета дело – просто есть и еще какие-то законы в этом мире. Лия ведь предупреждала...

Между тем из каждой щели лезли одетые кто во что горазд гоблины. Они не блистали размерами, но было их очень много. Смотря на этот антураж, в целях художественного изложения ситуации можно было описать обстановку и как нападение диких варваров в одеждах из шкур, и как современный гоп-стоп, оформленный спортивными костюмами и кепками-восьмиклинками. Однако вся эта многочисленная орда не спешила набрасываться, а растянулась по периметру эльфийских развалин цепью злобных харь и ржавых лезвий. Видимо основная ставка делалась на непробивную силу тролля, а задачей мелких подручных было не выпустить добычу за край местности, отключающей особые способности потенциальных жертв. Или они были трусоваты и опасались некоторых сюрпризов из рукавов супера и его напарницы. Как бы там ни было, в целом это подтвердилось грузно двинувшейся вперед фигурой гиганта.

– Нам главное мимо проскочить на ту сторону, за развалины, чтобы блокировка снялась. Тролль неповоротлив, а этих, мелких, можно с разгона протаранить. Главное, чтобы сильно не порезали, и стрелять не начали. А там убежим, – торопливо говорила Лия, судорожно копаясь в рюкзаке.

Саня с удивлением увидел, как она добывает из него шокер. На его округлившийся взгляд она пояснила:

– Ну а что? Я много, где хожу. Мне что ли каждому сильному да наглому голову взрывать? Я вообще-то девочка и мне такое неприятно.

«Ну-ну», – с иронией подумал Саня, крутя в голове разные каламбуры на тему, а сам поискал глазами подходящий камень для усиления своей позиции. Если, конечно, это можно было назвать усилением, глядя на массивные бугры мышц приближающегося тролля и дубину, выломанную из цельного комля молодого деревца.

– А если назад? Там только эти шибздики, – и Саня указал на тройку гоблинов, что перегородили проулок, которым они вышли в руины. – Снесем по-быстрому и уже оттуда этому троглодиту башню снесешь. Или я разгонюсь и с ноги втащу.

– Не, его тогда надо тоже из руин выманить, а то не подействует. А если ты прыгнешь, то просто не долетишь, весь эффект обнулился, только границу пересечешь, и свалишься ему под ноги. Он, конечно, против такого не будет. А сами они за нами не полезут, не совсем дураки. Они ж не зря здесь караулят, бывалые. Мы тут по-другому не пройдем. В общем, на другую сторону надо, – закончила Лия, так как дальше болтать времени не осталось – тролль был уже совсем близко.

Гигант не стал замахиваться, а просто ткнул дубиной вперед, целя Сане в колено – видать и впрямь хотел для начала просто обездвижить, – Саня отпрыгнул в сторону, Лия отскочила в другую. Скорость монстра и впрямь была невелика, но вот попадаться к нему под удар точно не стоило. Напарники переглянулись и бросились в нужном направлении, огибая тролля справа и слева – гоблины пронзительно заверещали, предупреждая босса и готовясь встречать проворных беглецов. Однако тролль оказался тоже боец не промах, да еще в этот раз справился гораздо быстрее. Разворачиваясь, он вытянул дубину на полную длину и мощно махнул ей по кругу на уровне бедер – аж воздух загудел. Саня как раз вовремя оглянулся – это его и спасло. Он успел бросится плашмя на камни руин – видимо без всякого амулета супера сработали глубинные рефлексы мустьерского прадедушки, – сучковатый комель пролетел сверху, обдав легким ветерком и лишь чудом не зацепив мешок с теплой одеждой. Сане тут же пришлось оперативно откатываться вне досягаемости сразу оживившихся гоблинов. Лие повезло меньше: вследствие своей большей быстроногости она вырвалась относительно Сани на большее расстояние, но совсем уйти от удара не смогла. Оголовок дубины задел ее по касательной и бросил, как тряпичную куклу навзничь. Основное повреждение принял на себя рюкзак, но девушка всё равно ошеломленно рухнула и вяло завозилась, не в силах вскочить и бросится дальше. К ней тотчас подскочила пара гоблинов, но один задергался на земле от удара шокером, а второй испуганно отпрыгнул от треска голубого разряда. Тролль сделал несколько сотрясающих землю шагов, свободной лапой схватил Лию и поднял ее в воздух.

– Ну что, девка, вырвать тебе потрох или сперва бросить браткам на потеху? Хотя им и без потрохов сойдет, – прогудел он со злым удовлетворением, на что гоблины одобрительно заорали.

Саня, не долго думая, размахнулся и бросил подобранный до этого угловатый булыжник в голову тролля – камень удачно попал прямо в острое ухо гиганта. Тролль со злобным рыком обернулся. В это время Лия ткнула в державшую ее лапу так и не отпущенным шокером – на гиганта это подействовало не так эффективно, как на более мелких агрессоров. Однако он и так уже только что чувствительно получил в относительно уязвимую часть своего организма, а тут еще это. От новой неожиданной боли тролль в раздражении дернул пострадавшей конечностью. В результате Лия перелетела цепь гоблинов и прокатилась по земле. У Сани даже сжалось всё внутри, но он малость успокоился, когда ближайший рванувший к ней зеленый урод красочно лишился своей шишковатой черепушки. «Класс! Значит она в безопасности. Главное, чтобы ничего не сломала и сильно не отбила. А так-то улетела в нужном направлении. Как бы и мне так? Хотя вряд ли второй раз прокатит. Разве что попросить пнуть меня посильнее, но боюсь с таким форвардом жопа моя отдельно до места долетит», – размышлял Саня, обходя кругом опять двинувшегося к нему тролля.

Остатки колонн давали некоторое пространство для маневра, и Саня несколько раз вполне успешно ушел от медленных атак гиганта. Тем более тот продолжал пытаться взять его не сильно поврежденным, но долго так продолжаться не могло. От Лии помощи ждать не приходилось, не в этот раз. Хоть к ней никто и не мог приблизиться под страхом потерять голову, но и самой ей пришлось спрятаться, чтобы не схлопотать стрелу от потерявших терпение гоблинов. Многие зеленые уродцы уже явно злились и грозили Сане луками. Их можно было понять: когда они предпринимали попытки помочь процессу поимки вблизи, Сане вполне успешно удавалось отогнать их меткими бросками камней. Этой мелкой гопоте, учитывая соотношение масс снаряда и цели, вполне хватало одного, чтобы полностью потерять интерес к процессу. Поэтому надо было решаться на прорыв. Однако стоило подумать, что в случае неудачи новой попытки, как в компьютерной игре, не будет, накатывала неприятная слабость, а тело так и норовило безвольно оцепенеть. Саня, воспользовавшись удобным случаем, даже перебросил через цепь гоблинов мешок с одеждой, чтобы было полегче, но пока этим всë и ограничилось.

Когда сразу несколько мелких зеленых уродцев, злобно вереща, натянули тетивы своих луков, тролль повернул в их сторону голову и угрожающе рявкнул. Бунтари испуганно сдали назад и попрятались за спины соплеменников. Пока противник отвлекся, Саня решил, что лучшего момента может не случиться, и вопреки страху рванул что есть сил – не бросок тигра конечно, но и инженеров не стоит загонять в угол. Однако с разгона проломить линию гоблинов не получилось: сразу трое ткнули навстречу неприятно выглядящими копьями – пришлось резко притормозить. Тут уже и тролль сунул своей дубиной – Саня отскочил полуоборотом, – но следом сразу потянулась огромная лапа с обломанными желтыми ногтями. Саня пригнулся и, удивляясь сам себе, нырнул щучкой в сторону неповоротливого гиганта, намереваясь проскользнуть между его колоноподобных ног. Тело похоже вспомнило те самые тренировки в детстве, и Саня почти не ударившись головой, хребтом и всем, чем можно, перекувыркнулся и неожиданно оказался на корточках в стратегически крайне выгодной позиции. Терять особо было нечего, да и думать о джентльменском поведении было совсем не к месту, и он зажатым в руке камнем, от всей своей души, возмущенной необоснованной внешней агрессией, звезданул по особо мохнатой части тролля. Благо, что тот в своем наряде придерживался библейского формата до времен грехопадения, и дополнительной защитой себя не обеспечил. Далее Саня повторил свой кульбит, правда уже не так удачно: попавшаяся на пути колонна обратила его ловкое движение в совсем неловкое барахтанье в крайне неудобной позе.

– Сух-х-ха! – сдавленно просипел тролль, подтверждая кажущееся сходство основной физиологии. – Убью, падла! Агрхр!

Дальше всё покатилось со скоростью набирающей ход лавины: думать стало совсем некогда. Саня только успевал прыгать, скакать, изгибаться и перекатываться, уходя от ударов дубины тролля, захватов его свободной руки и топочущих ног. Похоже задача взять супера живым перестала стоять на повестке дня. Рассвирепевший тролль уже не разделял своих и чужих, пытаясь достать никак не желавшего сдаваться Саню. Он гвоздил своим орудием направо и налево, и после того, как пара гоблинов замешкалась и с фатальным исходом попала под один из убийственных взмахов, оставшиеся бросились кто куда. Саня уже и сам был бы рад забиться в какую-нибудь щель и отдышаться, но не имел такой возможности: в этом карнавале он был центровой фигурой и получал максимальное внимание. Да что там: ему даже особо оглядываться было некогда, уже было потеряно всякое представление о сторонах света и своем местоположении. Остался только калейдоскоп мелькающих осколков действительности: всевозможные сочетания фрагментов руин, осатанелой рожи тролля, его узловатых конечностей и летящей со всех сторон дубины.

В конце концов, при очередном лихорадочном пируэте, Саня заплелся в своих же ногах и получил сокрушительный толчок в грудь твёрдой, как камень ладонью. Да так, что даже подошвы кроссовок оторвались от земли, а после падения его протащило по земле несколько шагов. Вставать после подобного никакой физической возможности уже не нашлось. Осталось только хрипеть, стараясь втянуть в легкие воздух, и наблюдать, как тролль неумолимо приближается. Не доходя одного шага, гигант двумя лапами занес дубину для последнего удара. Саня почти завороженно смотрел, как будто вырубленная топором рожа гиганта искажается злобой и готовностью с силой опустить оружие… и вдруг буквально за миг до этого застывает и начинает меняться выражением крайней досады.

– Да-а ну-у на, – только и успел произнести тролль с максимальным оттенком разочарования, как голова его разлетелась впечатляющим всплеском совсем не впечатляющего содержимого.

«Ну вот, опять спасен девчонкой, лошара», – только и смог подумать Саня. Он так же лежа бросил взгляд назад: Лия замерла с широко открытыми испуганными глазами – в нее целились сразу дюжина опять появившихся гоблинов. Как мгновенно оборвавшиеся жужжание гигантского шмеля прогудел звук одним махом спущенных тетив, пернатая смерть рванулась к хрупкой фигуре, а Саня, не думая, махнул рукой, словно отметая даже призрачную возможность допустить подобное. Он не сразу понял, что произошло, при виде улепетывающих зеленых уродцев и невредимой Лии. Стремительные стрелы куда-то сгинули, и лишь о камни стукнула упавшая сверху черная прямая палочка. Саня присмотрелся: на ней был наконечник и пара перьев с другой от него стороны.

– Крыло ветра. Хорошая защитная способность. Говорят, при прокачке даже пулю может отклонить. И вовремя ты его выманил, – сказала подошедшая тем временем Лия.

Саня внимательно посмотрел на нее:

– Выманил? Ну да, скажешь тоже… И у этого тоже оказалась низкая ментальная плотность, да? У такого гиганта?

– Размер тут не имеет значения. Да и была б другая, не связался бы с супером, – ничуть не смутившись ответила Лия.

Саня немного помолчал. Если б не это «крыло»... Так хоть не так стыдно…

– Да уж, супер… Гоняли поганым веником без силы медальона. И в конце опять, если б не ты… – все-таки признался он.

Лия подала ему руку и помогла подняться – Саня, кряхтя, сделал это, ощущая себя состоящим из наполненных болью частей. Радовало одно: внутри уже ощутимо хозяйничала вернувшаяся сила и, похоже, подлечивать своего носителя тоже входило в ее обязанности.

– Супер, это не только сверхспособности, но и то, что вот здесь, – Лия положила теплую ладошку Сане на грудь. – Не зря тебя взяли. Мы хорошо справились. Ты хорошо справился. Я бы на голой физухе точно столько не продержалась.

– Да ла-адно тебе… – смущенно махнул рукой Саня, неудержимо млея от похвалы.

Лия ещё немного поулыбалась, смотря с пониманием, потом сказала:

– Пойдём уже. А то опять эти вернуться. Они настырные. Могут и кого покрупнее привести, хотя скорее исподтишка попробуют. Сейчас уже правда не страшно, но слишком много физкультуры за прошлые сутки. И так рюкзак порвали.

– Да, согласен, пошли конечно. – Саня подхватил с земли мешок с одеждой и последовал за девушкой.

Чертов Провал оказался практически в двух шагах и представлял собой уходящую вниз в темноту расщелину. При ближайшем рассмотрении там оказались высеченные ступени. Лия начала уверенно спускаться, но Саня придержал ее и пошел вперед.

– Чем тут так пахнет? – почти сразу почувствовал он острый мускусный запах.

– Да какое-то время проколом не ходили, и черти здесь лежку устроили. Ну а сейчас ходят, но запах уже настоялся, – пояснила Лия.

Через несколько шагов спуск перешел в горизонтальный тоннель. Вопреки ожиданиям стало светлее: на стенах обнаружились разводы слабо светящихся зеленым грибов. В какой-то момент они вдруг вспыхнули ярче, мир будто пошатнулся, но сразу же всё стало почти как прежде, так же тускло, только завоняло сильнее.

– Фу-у бли-ин, а сюда черти в сортир ходили? – скривился Саня.

– Не, это уже наш мир, – спокойно ответила Лия, обогнала и двинула к видневшемуся впереди серому пятну выхода.

Когда они поднялись по заснеженным ступеням подземного хода, на улице и впрямь царила зима. Приобретенное заранее утепление оказалось очень кстати, хоть и выглядели они теперь выходцами из народов крайнего севера. На этом полоса везения не кончилась: повезло поймать таксиста, который по счастливой случайности в момент коллапса был не на смене и сумел поменять колеса на зимние. Сейчас он отчаянно «бомбил», стараясь по случаю урвать куш, и на странный внешний вид не обратил никакого внимания: видать специфика работы приучила к всякому.

– Это ж Клондайк! Вся братва кто в аварии, кто в пробке, кто уже забухал с тоски. А я-то уже того, проспался. Смотрю, а тут козырей сдают. Ну я ноги в руки, ласточку переобул по бырому и погнал, – увлеченно болтал водила, активно крутя «баранку» и временами сигналя.

Везение его было конечно относительным, так как движение оказалось значительно затруднено многочисленными пробками вследствие аварий, бродящими вокруг пострадавших машин хозяевами и нечищенными дорогами. Но таксист оказался профессионалом своего дела. Он медленно, но уверенно вез клиентов к цели, петляя скользкими темными переулками, объезжая заторы по тротуару и разгоняя чумных от стресса автовладельцев с помощью точечного применения обесцененной лексики и клаксона.

* * *

Маламута они нашли у него в квартире: в одних труселях, и изрядно угашенного. Он сидел на роскошном кожаном диване белого цвета и тупо пялился в телевизор, по которому шел какой-то сериал из тех, что можно включать на любом моменте, не рискуя ничего упустить, как, впрочем, и приобрести. Низкий столик перед ним был заполнен недопитыми бутылками и бокалами. Между ними втиснулась коробка с недоеденной и уже подсохшей пиццей. Так же на нем стояли старинного вида весы, одна чаша которых была белой, вторая – которая находилась ниже, – черная.

– Кто такие? Че надо? А, это опять вы, – Маламут смотрел на них стеклянными, полузакрытыми глазами. – Этого, демона, нет с вами? Достал, черт залупастый. Бе-бе-бе, бе-бе-бе. То ему, это. Не, ну приход от него, как чистого хапнуть, без базара. Рэпчик ваще качает, народ прям прется, энергетика чумовая, телки трусы кидают. Но достал козлина своим пафосом. Я здесь звезда! – Рэпер на секунду выйдя из зависшего состояния, хлопнул кулаком по столу – одна бутылка упала, разлив остатки содержимого.

Саня переглянулся с Лией и ровным голосом обратился к Маламуту:

– Звезда, звезда, наши аплодисменты. Весы-то зачем спер?

– Че?! Какие?!.. А-а, это… Да они четкие такие, черно-белые. Прикинь, фишка: на белой чашке кокс взвешивать, а на черной хмурый. Сечешь? Пацаны охренеют, ржака, а-ха. Стиль, чувак – это главное. Если ты на стиле, то в натуре в силе, старшие братухи жизни научили, вату не катаем, на Канарах чилим, все дела решаем, спонсоров убили, шили-мыли… рыли… бабок на… ко… пи… ли… или… ли… – рэпер, проваливаясь в сон, клевал носом и говорил всё тише, наконец окончательно свесил голову и замолчал.

Саня указал на весы:

– Ну что, забираем?

Лия согласно кивнула, скинула с плеч пострадавший рюкзак и положила в него артефакт.

– С этим что? – Саня глянул на похрапывающего певца.

– Да в целом он же скорее жертва, хоть и идиот. Пусть спит. У него и так стресс будет, когда проснется, пацанам нечего показать, – улыбнулась Лия.

Они уже подходили к выходу из квартиры, когда случились сразу две вещи.

– А куда это мы так спешим? Не вежливо покидать хозяина не попрощавшись. А уж красть украденное, тем самым умножая неправду нашего времени – дак вдвойне нехорошо, – раздался голос Маламута, в котором не оказалось и нотки алкогольного опьянения.

И еще откуда-то издали донесся пронзительный звук милицейского свистка.

* * *

Бывают в жизни такие моменты, когда вот так вот сразу и не поймешь, в какую сторону ринуться, так как очень уж всё перепуталось, переплелось и завязалось, оглушительно и одновременно крича со всех сторон о своей исключительной важности. Куда не шагни, будет правильно и неправильно одновременно. Но выбирать нужно. Или нет? И вопрошаем мы небеса, подобно Гамлету, в надежде на подсказку кого-то наверняка более мудрого: «Быть или не быть?! Пить или не пить?! Убрать руки или потрогать?!» – и множество других животрепещущих вопросов.

Так и Саня – замер, молча смотря на Лию, с тем самым стенаньем во взгляде: «И-и-и куда?.. Туда, где мы демона связанного оставили? Дак он там уже выпутался, скотина хитрожопая, раз свисток надрывается. И вторым разом его пойди возьми еще. Кто знает, где он заныкался в своем реальном воплощении. Тут-то всё на лицо – вон, опять этим придурошным овладел. И эта марионетка – вот она, перед глазами. Как без пригляда оставить? Таких дел натворить может!.. Как с теми же Весами… Опять же с рэпером этим завяжешься – дак он лишь костюмчик. Сам-то демон на свободе и Весы обратно поправить только он может, вроде так Лия говорила. То есть надо всё же его ловить и убеждать всяческим манером. Может и ногами, раз такой несознательный». Лия каким-то образом сумела поняла его без слов.

– Так, сейчас бежать к Степану Ивановичу на Торговый участок смысла нет – Андрес уже точно свинтил, иначе никто бы и не свистел. Только зря промотаемся, а это еще и не быстро. Пока давай с Маламутом разберемся, а след Андреса я если что потом найду, – сказала она.

Они разом повернулись к уже поднявшемуся с дивана рэперу в готовности действовать. Вялость с того, как рукой сняло, черты опять наполнились резкими тенями, губы кривились в безумной ухмылке, а речь наполнилась слогом, которого не имелось в исходном речевом запасе Маламута.

– Вам всё равно чаши самим не уровнять. И меня вам не достать. В тот раз недооценил я, что супера путевого так быстро нашлют. Проблемы у ваших с кадрами в нашей губернии, проблемы-с. Ну да дважды демона не объегорить – всё ж моя стезя ваших за нос водить. Так что, ребятоньки, Весы на базу, и я вас в список личных врагов не вношу: симпатяги вы, спасу нет! Ну а чаши я уровняю, слово даю, пока вся продуктовая фабрика не вымерла, если вы понимаете, о чем я.

– Демону верить такое себе… – пробормотала Лия.

– Согласен, – сказал Саня и ответил Маламуту: – Не, срок гарантии у тебя шибко короткий. Так что давай, экзорцируйся, а то мы сейчас этого типа к себе в контору потащим, вместе с Весами. Глядишь, зачтут задание, а дальше пусть большие дяди думают. Или тети.

Рэпер выслушал их, немного помолчал, всё так же ухмыляясь, и вдруг как был, в трусах, скакнул к балконной двери, в два шага очутился на балконе, а затем перемахнул перила и сиганул вниз. С восьмого этажа. Саня опоздал лишь на чуть-чуть и с опаской посмотрел на раскинувшийся перед домом двор, ожидая увидеть труп в луже кровищи. В результате он с искренним облегчением наблюдал, как Маламут, высоко вскидывая голые ноги, мчит по наметенным сугробам словно заядлый морж-физкультурник.

Саня глянул на Лию:

– По лестнице или?..

Та немного неуверенно пожала плечами:

– По идее это входит в арсенал супера. Только вот…

Саня и так уже понял, что кто знает, на сколько там амулет уже того, законектился через свой магический блютуз. Однако имеющийся опыт подсказывал, что многое в этом процессе происходит из необходимости, а ее надо создавать. Ну, или другие это обеспечат, а это, как правило, более напряжно для нервишек. В общем, хоть было и страшновато, что-то в теле ему всё же подсказывало: «Можно, че». Он, не ожидая, когда сомнения выстроят крепкую линию защиты, подхватил девушку на руки и спрыгнул вниз, при этом еще и перескочив перила.

Когда снежная пыль от приземления улеглась, Саня почувствовал себя реальным супергероем: с симпатичной девушкой на руках, с восьмого этажа, будто со ступеньки шагнул – почти, как в загсе. Лия доверчиво обхватывала его шею и не спешила размыкать объятия. Самому Сане отпускать ее тоже совсем не хотелось. В принципе, спроси кто у него, надо ли ему сейчас что еще, дак он бы ответил: «Всё, пора заканчивать. Самое главное я уже получил. Красивый хэппи энд уже есть». Но Слагающий Строки лишь усмехнулся на это и продолжил начертания рун на своем волшебном артефакте, ведя историю дальше.

Маламут, хоть и питаемый одержимостью, всё же был не такими быстрым, как сам демон, и Саня довольно скоро начал его догонять, несмотря на фору. Следом опять спешила Лия, корректируя направление погони.

Вот Саня по ее указке повернул в очередной дворовый поворот и остановился. Перед ним предстала такая картина: могучий седой старик около двух метров роста в белоснежном тулупе держал Маламута за шею, как кутенка, разве что над землей не поднимал, и что-то ему негромко выговаривал. Рэпер, несмотря на тон старика, весь съежился и не ерепенился. Саня прислушался.

– И чего это ты тут, мальчик, насаешься в таком виде? Маму с папой не слушаешься? О-хо-хо. А если простудишься? – тут старик придвинул Маламута к себе поближе, слеповато прищурился и, кажется, даже принюхался: – А-а, вот в чем дело! Ловил одного, а поймал сразу двух. А ну-ка, подь сюды, проказник!

Старик протянул вторую руку, цапнул щепотью за грудь репера и вытянул призрачный силуэт, в котором угадывался тот самый демон, которого Саня так долго гонял по рынку.

– Ничего себе, за крючок, на который он Маламута посадил, прямо его самого в этот мир и выдернул. Я и не знала, что так можно. Вот это силища, – пробормотала как раз подоспевшая Лия.

Старик между тем обратил на них внимание:

– А вы, ребятки, что здесь делаете, дома не сидите? Нехорошо сейчас на улице. Братец мой старший, неразумный в округе бродит. Пока не успокою его, не утешу – лучше бы вам у печки сказки почитать.

Саня, немного волнуясь, ответил:

– Да мы вот как раз за этим… – и показал пальцем на Адраса.

Лия подала ему Весы Жизни, и Саня показал их старику:

– Он вот…

Старик пристально прищурился, посуровел лицом и опять обратился к демону, совсем отпустив Маламута:

– Проказничаешь значит? Расстроил ты дедушку, ух расстроил. А я думаю, кто здесь время мутит, миры в одно мешает, с балансом играется. Братишку моего, опять же, раньше времени растолкал. А ну-ка поправил всё быстро, пока я совсем не осерчал! – Брови, усы и борода старика на глазах обросли колючими иглами инея.

Демон в его хватке задрожал, протянул неожиданно длинную руку и что-то забрал из черной чаши Весов – они дрогнули и пришли в баланс. Сразу повеяло теплым ветром, и даже птичка где-то чирикнула.

Маламут, до этого сидевший в сугробе с потерянным лицом, вдруг начал декламировать:

Крутой вышел замес,

Без мыла бес в душу залез.

Но вышел из леса белый старик,

И бес, сука, сразу поник.

Все некоторое время смотрели на рэпера. Старик наконец сказал:

– Ну будет, будет тебе, парнишка. Рано еще стишки читать, за этим позже приду. Беги, а то простынешь.

* * *

Город пах майскими праздниками и шашлыком. Пах весной. Так, как это всегда бывает, когда после мороза вдруг потеплеет, воздух наполнится влагой, а солнечные лучи начинают не только слепить, но и греть. Это время года вообще удивительно. Оно таится внутри, ждет подходящего мгновения. И неважно, какой сезон диктует календарь на стене – зиму или осень, как сейчас, например, – весна готова выглянуть в душе и подарить надежду на начало новой жизни.

– Итак, Александр. Без накладок не обошлось, но для первого задания вы справились вполне сносно. Особенно учитывая плановое отсутствие стажировки, – похвалила Зинаида Степановна, та самая, кто принимал Саню на работу супергероем. – Весы Жизни на месте, виновные выявлены и наказаны, сбой баланса устранен. Проверку вы прошли, Александр, и вам присвоен статус постоянного сотрудника. Теперь вы можете при желании поменять помощника.

– Нет! – несколько поспешно вскрикнул Саня. – Меня всё устраивает. Не надо ничего менять. Пожалуйста.

Зинаида Степановна понимающе улыбнулась.

– Нет, так нет. Можете идти, Александр. Если мир будет опять в опасности, мы вам позвоним.

На улице Саню ждала Лия. Они остановились напротив друг друга. Повисло немного неловкое молчание. Наконец Лия сказала:

– Столько всего происходило сразу. Казалось, никогда не кончится. И вот мы справились. Это что же, всё что ли? Рабочее дежурство к концу подошло? По домам, да?

Саня смущенно пожал плечами. Его решимость вдруг куда-то улетучилась. Те моменты, которые словно сами собой проскакивали между ними во время их приключения, стояли перед внутренним взором волнующими картинками и отзывались памятью сладких ощущений. Но вот как прийти к этому не случайно, а самому сделав нужный шаг?

Лия немного печально улыбнулась, махнула рукой на прощанье и пошла.

Когда она удалилась шагов на десять, Саня всё же решился:

– Постой! – Лия моментально обернулась, словно только и ждала этого.

– Нам тут еще одно задание дали. Надо найти волшебное мороженное. Оно особенное: если угостить им понравившуюся девушку, то можно ей тоже понравиться. В общем, надо его найти, пока им не воспользовался какой-нибудь злодей. Вот, – продолжил Саня.

Лия улыбнулась:

– А если девушке уже нравится тот, кто угостит ее этим мороженым?

– Ну, тогда, наверное, они еще и в кино сходят, – Саня почувствовал, как покраснел, но решил не сдавать позиций. – Дак как, напарник, поможешь взять след этого артефакта?

Лия с улыбкой закрыла глаза, подняла руки вверх, изящно шевеля пальцами, и глубоко втянула теплый воздух, будто ища нужный аромат. Затем она открыла лучащиеся счастьем глаза:

– Я думаю, мы обязательно его найдем.