Протокол Жнец - Эпизод #2 - Игра в переглядки.

«…ты сбился с пути
...а мы верили, верили в тебя
… и вот к чему всё пришло…»

Ночь давно вступила в свои права, и с неба срывался холодный осенний дождь, обозначая пришествие скорых холодов. Он равномерно покрывал всех присутствующих людей, пронизывал их дрожью, ознобом и чувством наступающей простуды. Люди никак не обращали на него внимания, их умы были заняты произошедшим в аэропорту, их души терзали вопросы, их слух был остр и жаждал скорейших ответов.

В недрах этой толпы стоял человек, которому места не было там. Он не пришёл с заботой о своих близких, находящихся в заложниках, он не пришёл ради сбора информации для предстоящей статьи. Нет, он был там, чтобы узреть провал своих братьев, которых, скорее всего, уже нет в живых.

Стоял он в чёрной куртке с капюшоном, натянутым на столь же безликую чёрную кепку, дабы скрыть своё присутствие от любопытных глаз. Там под проливным дождём в самом центре толпы он жадно осматривал машины прибывшей группы спецназа, пожарных и скорой. План полетел к чертям, и скоро от него потребуют ответов, которых у него пока нет.

Именно в этот момент, когда проскочила эта неприятная для него мысль, правый карман куртки завибрировал. Ловко и плавно выхватив телефон из кармана, он ответил.

- Слушаю.

- … - еле слышный голос в трубке начал опрос.

- Группа уничтожена, операция провалена. - сухо констатировал факты он.

- … - голос негодовал, но тон оставался прежним скупым и твёрды.

- Нет, кто-то изнутри. Команда спецназа приехала уже потом.

- … - голос, оставшись в рамках дозволенного, отдал приказ, исходя из собранных сжатых фактов.

- Я вас понял, вводим в действие запасной план.

- … - разговор подходил к концу, и голос уже рассчитывал отключиться, но прозвучал очередной вопрос.

- А что делать с виновниками?

- … - он думал, что это было очевидно, но, как выяснилось, не всем.

- Нет, не нужно, я вас понял. - пауза повисла в голосе, а затем чётко, как заученную скороговорку, повторённую не раз, человек произнёс. - Да будут же гордиться нами отцы.

- … - голос в ответ произнёс тежи слова и отключился.

По окончанию разговора открылась центральная дверь, и группа спецназа вывела человека, одного, скованного наручниками. Он был не одним из его людей, и это вызвало только большие вопросы.

***

- Простите, что вам пришлось так долго ждать. – извинился Игнат. – Такое происшествие впервые происходит в нашем спокойном городке. А ещё, как назло, у нас полетела система, а ведь я всегда говорил, не стоит доверять технике. Вам удалось подремать? - спросил Игнат в ожидании ответа. Группа спецназа сообщила ему, что подозреваемый нем с момента задержания в аэропорту.

- … - чуда не последовало и подозреваемый молчал.

В комнате допроса было душно, вентиляция работала вполсилы, непонятно, это было частью плана психологического воздействия на подозреваемого или простой халатностью. Отсутствие окон погружало подозреваемого в чувство замкнутости, в чувство отстранённости, подсознательного заточения. Жёсткий железный стул никак не позволял чувствовать себя комфортно. Изолирующее полотно на стенах не пропускало ни единого звука как изнутри помещения, так и извне. Это позволяло подозреваемому чувствовать подсознательную свободу общения, их никто не слышал, и говорить можно было чуть откровеннее, чем хотелось на самом деле.

Всё должно было работать именно так, как и было задумано, правда, не работало. Подозреваемый был спокоен, нем, и это вызывало беспокойство. Игнат был привычен к тому, что оставь в этой комнате человека часов на пять, и когда ты войдешь внутрь, он сам будет фонтанировать словами, фактами, обвинениями, рвать на груди волосы о своей невиновности. Не в этот раз, правда.

Игнат решил идти по старому дедушкиному способу допроса. Иногда старое доброе и работает лучше, чем новое и интересное.

Игнат остановил запись допроса и добрым, почти дружеским голосом обратился к подозреваемому.

- Слушай, веришь или нет, но я хочу тебе помочь. Ты сделал для нашего города и лично для меня большое одолжение. Возможно, если бы не ты, мы бы сейчас хоронили кучу гражданских. - Игнат сделал паузу, чтобы оценить реакцию оппонента на его слова. Эмпатии он не дождался, на его добрый тон он был холоден и нем. - Ты один из нас? Нет-нет, я понимаю, ты, наверное, работаешь под прикрытием и не можешь открыться, но это действительно усложняет мою работу. Видишь ли, наша система легла, и мы не можем найти тебя в базе и тем более подтвердить твои полномочия. Я, конечно, надеюсь, что сейчас в эту дверь постучат, и кто-то сверху освободит тебя, но пока я должен действовать по протоколу.

Звук включающегося диктофона вновь окатил комнату.

- Итак давайте продолжим. Что произошло в здании аэропорта?

- … - в ответ звучала лишь тишина. Дедушкин способ не сработал.

- Я вас понял, вы не из разговорчивых. Я принимаю этот факт. Давайте тогда я буду говорить, а вы слушать. И если вдруг захотите что-то добавить, чувствуйте себя свободно, сделать это в любой момент. Вы согласны?

- … - холодный безразличный взгляд продолжал смотреть на Игната.

- Вчера группировка под названием «Отцы Войны» взяла заложников сразу в двух местах. Первое место крупный ТЦ, затем через какое-то время она проникла и захватила заложников в здании аэропорта, где находились вы. – Игнат как бы безразлично окинул взглядом подозреваемого, но на его лице ни один мускул не дёрнулся. А ведь он надеялся, что имя группировки заденит какой либо триггер. - В отличии от аэропорта, людям в ТЦ, повезло значительно меньше, произошёл взрыв, десять человек скончались на месте, тринадцать в тяжёлом состоянии, включая группу спецназа, работающую на месте. - ни удивления, ни заинтересованности, ни какого бы то ни было отклика. Лицо подозреваемого оставалось непроницаемо. - Что вы знаете о группировке «Отцы Войны»? Нет подождите не говорите, я сам. Кто-то называет их частной военной организацией, кто-то называет их террористами, кто-то просто фанатиками. С моей точки зрения, все эти определения правдивы. Эта организация поклоняется войне, войне во всех её проявлениях. Она присутствует на всех существующих местах ведения ожесточённых сражений, от Африки до Афганистана. Они принимают заказы от любого, кто готов заплатить, никаких миссий по спасению, никаких миссий сопровождения, только захват, нападение и уничтожение, особенно уничтожение.

- … - незнакомец оставался нем.

- Даже наша страна в силу своих праведных намерений пользовалась их услугами, пока не выяснилось, что «Отцы Войны» воюют и против нас. - наступила пауза. Игнат хотел, чтобы незнакомец переварил всё сказанное. - Именно этим людям вы перешли дорогу. Не поймите меня неправильно, я вас не пугаю. Я просто хочу, чтобы вы поняли, что в покое вас уже не оставят. - Лицо незнакомца продолжало быть немым и скупым на эмоции. - Хорошо, за себя вы не беспокоитесь. Но у вас есть близкие? Возможно, дети? Семья…

Незнакомец схватился за голову, лицо его сковало болью, что-то внутри него дало о себе знать, резкая боль разрывала его голову изнутри. Он что-то вспомнил… или нет… возможно, воспоминания, но не его... а может, и его, что-то овладело им с неимоверной силой и вселило давно забытое чувство… чувство страха.

Игнат готов был улыбнуться во весь рот, но сдерживал свои эмоции. Всё-таки он смог пробить броню этого парня, ещё чуть-чуть, и он залезет ему под кожу своими чётко выстроенными вопросами и наконец будет знать всё о нём и всё о произошедшем.

- Эти люди, нет, даже не люди, звери, они придут за всеми, кто вам дорог, и только мы сможем вам помочь. Но мне нужно, чтобы вы начали отвечать на мои вопросы. - незнакомец убрал руки от лица, оно снова стало холодным, немым и безэмоциональным, словно камень. - У вас есть жена?.. дети? Они могут быть в опасности. - на этот раз ничего не произошло, отклика не последовало.

Ещё несколько часов не увенчались успехом. Игнат продолжал пробовать, давил на эту точку, на другие, но незнакомец оставался нем. Игнат продолжал рассказывать ему об этой организации, о других похожих происшествиях, но тот был нем. В какой-то короткий миг Игнату показалось, что это он сейчас находится под следствием и допрашивают его. Ситуация выводила его из себя, от него ждали результатов, все хотели ответов, начальство негодовало, а он топтался на месте. Что он сможет им сообщить? Как будет оправдываться? Какие доводы приведёт?

Ладно, наверное, лучше сделать паузу, довольно длительную, и поискать улики, которые помогут разговорить незнакомца.

Игнат встал, задвинул стул, в очередной раз окинул того, кто был нем, выключил диктофон и удалился, закрыв за собой дверь.

***

Время шло неумолимо, но в этой комнате всё оставалось неизменно: стоял стол, стоял стул, а незнакомец не шевелил и пальцем. Казалось, что само время поставило эту комнату на паузу, что оно ждало, ждало решения, ждало вердикта.

Резкий толчок привёл всё снова в движение, дверь распахнулась с такой силой, как будто кто-то с другой стороны ударил её ногой. Это было беспардонно, это было неприемлемо, эти люди были лишними здесь.

В проходе показалось две фигуры, которые затем незамедлительно зашли в комнату допросов. Первый был мужчина, довольно высокий, не полный, а накаченный, возможно, даже перекаченный, его лицо было идеально квадратного вида, голова была начисто выбрита, а борода, наоборот, была пышна. Он казался мордоворотом, но его глаза выдавали в нём больше стратега.

Следом крайне изящно и ловко просочилась в комнату и девушка, между дверным проёмом и громилой. Она была стройна, красива, и только строгий приталенный чёрный костюм портил всё впечатление.

Внешний вид вошедших выдавал в них служителей закона и порядка, но только не самых простых, а возможно, они просто хотели таковыми казаться. Их глаза и поведение выдавало в них нечто совсем другое.

- Здравствуйте, мы здесь, чтобы снять показания? - натянутыми губами, словно в гитарную струну, произнёс здоровяк. Затем вытащил маленький прибор из кармана и положил на стол.

- Вам не о чем волноваться, просто сидите спокойно. - добавила девушка с чуть большей добротой в голосе, нежели её спутник.

Мужчина нажал на несколько кнопок на своём незатейливом приборе. Прозвучал звуковой сигнал, стрелка на панели прибора осталась лежать, не дёрнувшись ни на йоту. Здоровяк посмотрел на девушку и покачал головой из стороны в сторону. Девушка подошла ближе и крайне легко и изящно побила ногтем своего указательного пальца по панели, стрелка продолжила лежать.

- Он не наш клиент. - произнёс здоровяк.

- Нет, это, наверное, ошибка, мы должны знать наверняка. – девушка обошла стол и остановилась у стула незнакомца. - Простите, вы не могли бы посмотреть на меня? - незнакомцу стало любопытно, и именно это заставило его повернуть голову, но он сразу об этом пожалел. Как только голова повернулась к девушке, та залепила незнакомцу пощёчину тыльной стороной руки. От силы удара голова повернулась в обратную сторону, вкус крови застыл у него на губах. Девушка казалась крайне хрупкой, а вот рука её оказалась крайне тяжела. Первым импульсом незнакомца было встать, освободиться и… но холодный расчёт резко оборвал все импульсы. Интерес снова взял вверх.

Девушка посмотрела на здоровяка, тот посмотрел на прибор, стрелка даже не шелохнулась.

- Я же сказал. Он не наш клиент. – вновь произнёс здоровяк, с лёгким подтекстом недовольства.

- Мы должны быть уверены. - произнесла девушка в свою защиту. Затем она повернулась к незнакомцу, которому так беспардонно влепила пощёчину. - Слушай, прости, ничего личного, мы должны были убедиться, что ты не один из них. И кстати, нашу организацию крайне заинтриговали твои «способности». Мы с тобой ещё свяжемся по поводу работы. – кокетливо произнесла девушка своё предложение.

Двое гостей покинули комнату допросов, и время вновь замерло внутри.

***

Лёгкий, почти неуверенный стук окинул кабинет, это был стук человека, который не до конца был уверен в своих намерениях войти, долг обязывал его, но рациональное мышление предпочло бы войти в эту дверь чуть позже. Дверь нерешительно отворилась, и в комнату вошёл Игнат.

Перед ним за большим и массивным резным дубовым столом сидел очень маленький человек. Роста он был невысокого, телосложение было крайне худым, возраст уже перевалил лет за семьдесят, волосы по-прежнему присутствовали в достатке, вот только их цвет давно уже поблёк. Нос его был длинен, а на нём красовались крайне тонкие круглые очки. Губы его держали зажжённую сигарету, которая прогорая, издавала мощный дым, окутывавший весь кабинет. Перед Игнатом восседал самый влиятельный человек в их структурах, хотя с первого взгляда так и не скажешь. Все сотрудники, видевшие его впервые, были готовы рассмеяться комичности его персоны за этим массивным столом, но, поговорив с ним секунду, мнение их менялось на триста шестьдесят градусов.

- Наш герой заговорил? – откинув приветственную часть, начальник перешёл сразу к делу.

- Никак нет. Молчит, словно воды в рот набрал. Мне казалось, я уже почти его расколол, но я ошибся. – виновато констатировал сжатые факты Игнат.

- Это нехорошо, Москва требует от меня ответов. А без показаний этого парня я выгляжу не в лучшем свете. – начальник сделал укоризненное замечание в сторону Игната и затянулся. Затем бросил через весь стол папку. – Слава богу, отчёт осмотра подозреваемого что-то нам да дал.

- То, что у этого парня есть две руки и две ноги, я и так заметил. - произнёс Игнат небрежно.

- Игнат, ты, как всегда, бежишь впереди паровоза и, как обычно, проявляешь неуважение отсутствием субординации. - произнёс начальник, делая очередную затяжку. Не сказать, что он был рад тому, как Игнат себя ведёт, но он был чертовски хорошей ищейкой, а в их деле это главное. - Нам повезло, что Пётр Алексеевич был на месте, он ещё не забыл медицинскую подготовку и помог нам в осмотре. Интересная вырисовывается загадка, посмотри в папку.

Игнат нехотя поднял папку со стола и начал осматривать содержимое.

- У него полностью отсутствуют отпечатки. Интересный факт, учитывая, что их отсутствие не носит намеренный характер. То есть их не сожгли огнём, их не растворили кислотой, их не порезали, их просто нет. - сигаретный дым вновь окутал комнату. - Я и сам не раз видел, как какой-нибудь умник решает себе удалить отпечатки и вытворяет Бог весть что, но это совсем другой уровень.

Игнат продолжил осматривать фотографии, приложенных к делу.

- Посмотри на фото его торса и спины. Зрелище поистине завораживающее, конечно, если ты не садишься обедать. Я помню одного бандита средней руки, который пытался бежать во время задержания и попал под колёса «КАМАЗа». Так вот, если бы он выжил, его тело выглядело бы ровно так же. - сигарета закончилась. Начальник положил её в пепельницу, доверху забитую окурками, затем достал пачку и зажёг новую. - Пётр Алексеевич сказал, что и он такое видит впервые, на живом человеке, конечно. На трупах он видал и похуже, но чтобы на живом, это уже из ряда вон выходящее. Колотые раны, огнестрелы разных калибров, ожоги, сломанные рёбра, сросшиеся неправильно, вмятая грудная клетка, ну, остальное ты и сам ведёшь. Я думаю, как бы дело не закончилось, его надо показать нашим криминалистам, пусть поломают голову. А сейчас сконцентрируемся на допросе. Каковы наши перспективы?

- Я был там с ним несколько часов, он не заговорит. Не знаю, кто он, откуда, но разговоры он не любит. - Оторвавшись от просмотра папки, произнёс Игнат.

Если Игнат не смог заставить его произнести ни слова, значит, другие могут и не пытаться. Время бежит неумолимо, Москва не будет к нам снисходительна. Нужны ответы, и нужны сейчас.

- Я пошлю к нему Петра Алексеевича. Зайдёшь к герою через часок. Не спеши, пообедай, отдохни. - произнёс начальник.

- Думаете, это необходимо? - с ноткой лёгкой обеспокоенности в голосе произнёс Игнат.

- Да, я так думаю. - отрезал начальник и взял в руки телефон.

***

В очередной раз дверь отварилась и снова впустила время в эту комнату. То был довольно высокого роста человек, одетый в белый халат и столь же белую маску, туго окутывающую лицо. Всем своим видом одежда кричала о том, что он явно доктор. В руках он держал поднос, на котором лежал один шприц и ровно одна ампула.

- Меня прислали сделать вам укольчик. - произнёс вошедший дружественным тоном. За маской его голос слышался чуть приглушённо, но отчётливо. - Не волнуйтесь, ничего серьёзного, витаминчики и сыворотка правды. Прекрасная вещь, чтобы разговорить человека вроде вас.

Доктор поставил на стол поддон и начал доставать шприц из упаковки, вставлять иголку и...

- А ведь вы могли бы быть и по разговорчивее, вам это могло бы пойти на пользу. - на слова доктора незнакомец положил одну ладонь на другую, затем почти незаметно вывернул большой палец лежавшей сверху рукой и вытащил руку из наручников. - Значит, вы один перебили всех этих террористов? Да вас, наверное, героем называют? - незнакомец сменил руки и проделал ровно то же самое. Когда руки были свободны, он тихо встал, благо тусклый, почти пещерный свет не позволял с акцентировать на этом внимание явно занятого доктора. - Вы не думали, что совершили ошибку? Возможно, вам не стоило делать того, что вы так опрометчиво сделали? - голос доктора постепенно погрубел, стал почти настойчивым и излишне требовательным. Как будто доктор хотел ненавязчиво намекнуть незнакомцу на его явную оплошность. - Хотя о чём это я? Вот и всё я подготовил укол, сидите спокойно.

Доктор наконец приготовил шприц с субстанцией и повернулся к незнакомцу, но, на его удивление, того не оказалось на месте. Вдруг кто-то за его спиной схватил его руку с шприцом, а другой рукой схватил его за голову и резким ударом прижал к столу. Боль словно паутиной окутала его лицо, она была резкой и тупой.

- Интересное тату на правой руке. - впервые произнёс свои слова он в этой комнате. - Я уже видел такое тату на тех людях, что я убил прошлой ночью.

- Ты чёртов ублюдок! Отпусти меня! – он понимал, что находится в безвыходном положении, любое сопротивление бессмысленно, руки незнакомца сковывали его, словно стальные кандалы. - Что тебе нужно?! - выкрикнул он в отчаянии, что его услышат, но комната была хорошо звукоизолирована.

- Имя. Дай мне имя. - словно ударами молота произнёс незнакомец.

- Что?! - ответил фальшивый доктор, а незнакомец ловко вырвал шприц из его рук и поднёс к горлу. Шприц царапал его кожу, давая понять решительность направившего его. - Хорошо-хорошо! Артём Игнатов, он руководит другой группой, поехавшей к тебе домой. - Незнакомец ввёл иглу до упора, а затем ввёл препарат. Потом схватил его за шкирку, и отшвырнул в соседнюю стену.

- Какого чёрта ты наделал?! – взвыл фальшивый доктор и схватился за шею в отчаянии. – Я же тебе всё сказал?

-… - ответа не последовало, незнакомец лишь наклонил голову и начал пристально всматриваться ему в глаза. Фальшивый доктор опёрся об стену и схватился за сердце.

- Мы тебя всё равно достанем. Ни тебе, ни твоей семье от нас не уйти! – произнёс доктор, а его глаза покрылись кроваво-красной пеленой. Незнакомец снова почувствовал резкую боль в голове, а затем и вновь то самое чувство… чувство страха. Доктор же из последних сил отпустил руку от стены и произнёс чётко выученные слова. – Да будут же гордиться нами отцы. – Последние силы были утеряны, дикая боль сковала его грудь, и он бездыханно упал на пол.

***

Игнат последовал совету начальника, пошёл пообедал в близлежащее заведение, особенно было приятно, что бизнес-ланч ещё не закончился, и можно было изрядно сэкономить. Он знал, что сейчас глаза всех были прикованы к нему, коллеги хотели знать, кто этот мужик, начальник хотел ответов о произошедшем, а Москва настойчиво хотела напомнить, кто здесь главный. С одной стороны, он мог получить изрядную выгоду, если всё пройдёт хорошо, в глазах коллег он вырастет вновь, начальник даст прибавку, а Москва, может, даже повысит в должности. Правда, если всё пройдёт плохо, коллеги будут отводить взгляд при его присутствии, начальник в гневе назначит на какую-нибудь сидячую работу, а Москва может и вообще уволить. В его карьере это был не первый случай, когда он может получить всё или-же совсем ничего, а может и того хуже.

В здании было спокойно, все коллеги и сослуживцы занимались своими обыденными делами. Да, их работа значительно отличалась от экшена, который творился у экранных героев сериалов. Шпионские игры были, террористы тоже, похищения, конечно, но всё носило по большей степени размеренный характер, а экшн как таковой если и был, то крайне редко. То ли они были не те, то ли киношники предпочитали театральную постановку суровой реальности. Игнат ни когда не жаловался, он вступил в ряды не ради экшена и всеобщего признания.

Подойдя к комнате допроса, он остановился, кто-то в белом халате и с подносом выходил. Человек стоял спиной, и Игнат никак не мог увидеть его лицо. Времени тот не терял, он спокойно закрыл дверь, развернулся в противоположную сторону от Игната и спокойным размеренным шагом пошёл прочь.

- Пётр Алексеевич, я думал, вы уже давно сделали укол. Мне подождать? - спросил Игнат в спину доктора.

Человек в белом халате остановился, но не повернулся. Ответа не последовало, лишь лёгкий кивок согласия.

- Я вижу, ваша хромота на правую ногу прошла? - произнёс Игнат и вытащив своё табельное оружие направил его в спину белого халата. Человек перед ним выронил поднос из рук и поднял их.

- Надеюсь, Пётр Алексеевич жив, а то до конца жизни будешь видеть небо в клеточку. - произнёс Игнат и снял с предохранителя пистолет. - Руки за голову!

Было заметить нелегко, но в правой руке, слегка сжимаемой большим пальцем, незнакомец что-то удерживал от падения.

- Я сказал, руки за голову! - вскрикнул Игнат. В ответ на это незнакомец схватил содержимое правой руки и, не оборачиваясь, швырнул в лицо Игнату.

Резкая жгучая боль, разбитое стекло парализовали Игната на доли секунды, за которые незнакомец повернулся к нему. Пистолет всё так же был направлен в сторону незнакомца, вот только помимо жгучей боли его владелец ощущал ещё и головокружение, и тошноту, и дезориентацию.

- Не иди за мной, умрёшь. - предупреждающе и твёрдо прозвучал голос незнакомца.

- Стоя… ст… - Игнат пытался произнести до боли знакомые слова, но язык его не слушался. Его мутило, лицо было истыкано осколками ампулы. Пистолет постепенно опускался всё ниже и ниже, пока совсем не упал на пол. Незнакомец стоял, незнакомец смотрел, незнакомец потянулся к маленькой коробочке на стене и нажал кнопку. Заорала пожарная тревога, люди повалили из кабинетов, люди окутывали их двоих, плавно протекая сквозь них. Игнат сквозь боль и растерянность смотрел на незнакомца, смотрел на его лицо, и в миг оно исчезло за массой проходящих людей.

***

Машина была довольно комфортная, несмотря на её малые размеры. Кто мог предположить, что полу-террористическая организация «Отцы Войны» предпочтут маленький побитый синий «Матиз» комфорту автомобилей бизнес-класса. Обыскивать машину не было времени, лишь быстрый взгляд в бардачок на светофоре имел место. Казалось, что уже никто не хранит в бардачке ценные вещи, но, наверное, тот парень с ампулой думал иначе. Внутри бардачка спокойно лежал пистолет Макарова, а рядом с ним, словно металлическая трубка, катался глушитель. Неплохой выбор для тихой работы, интересно, почему он выбрал яд, ведь выбери он пистолет, всё могло пойти иначе.

Память подводила, картинки мелькали в голове, тревога блуждала в сердце. Довольно странное чувство для незнакомца, а может, и нет… он уже и не помнил, много времени прошло… или нет…

Инстинкты вели его, голова была словно чистый лист, а окружающая его обстановка никак не походила на спокойное место, где можно пораскинуть мозгами. И вот сейчас он мчался вперёд, совершенно не представляя, куда едет и, самое главное, зачем. Чтобы спасти тех людей на фотографии? Кто были они ему? Почему он так спешит? Почему он себя так чувствует?

Инстинкты вели его вперёд, они давали ему всё, что было нужно. В своём теле он чувствовал себя словно пассажир.

***

Маленькая юркая машина с визгом колёс влетела в обычный квартал спального района, потревожив его безмятежность. Машинка остановилась у одного из подъездов трёхэтажного дома. На лавочке во всю восседали две старушки, ошарашенно смотревшие на подлетевший агрегат. Они даже испугались, но когда увидели сидящего за рулём, их страх сменился недовольством и бормотанием себе под нос.

- Здравствуйте, Сергей Анатольевич. - произнесла бабушка с недовольством и отчасти с чувством обеспокоенности. - А у вас дома полиция, что-то случилось?

Мужчина видел этих бабушек впервые, он остановился возле лавочки словно вкопанный, всматриваясь в их лица. В глубине него что-то откликалось, что-то глубоко скрытое, воспоминания? Его губы уже шевелились, ответ висел у него на кончике языка, но его беспардонно отвлекли. В двери подъезда появился человек, одетый в форму сотрудника полиции. Повисла пауза, когда глаза мужчины столкнулись с глазами незнакомца.

Он знал, что делать, ничего не было скрыто, напротив, это было легко, как будто это всегда было частью его. Незнакомец выхватил пистолет из-за пояса и произвёл точный, выверенный годами выстрел. Послышался крайне тихий хлопок, напоминающий чих кошки и тело словно мешок картошки рухнуло на подъездное крыльцо. Бабушки замерли на месте в ужасе.

- Здравствуйте, Надежда Александровна. – произнёс незнакомец, повернувшись к одной из старушек, сам не понимая, откуда это взялось. Возможно, что-то из пучины его памяти наконец прорвалось наружу. Это было как дежавю, которое всплыло в памяти и самопроизвольно произнеслось.

Незнакомец повернулся и пошёл в подъезд.

***

- Значит, вы не видели мужа со вчерашнего вечера? - спросил полицейский со странным навязчивым акцентом. - А кем он у вас работает?

- Он-он менеджер по продаже бумаги. - с волнением в голосе ответила Катерина. - А с ним что-то произошло?

- Он находится под следствием. - произнёс вскользь полицейский. - Вы замечали какие-нибудь странности? Возможно, деньги, которые взялись из неоткуда? Возможно, он пропадал где-нибудь подолгу? Срочные и неожиданные командировки? - женщина, сидевшая на кухне за столом, сжала простыню лежащего у неё на руках младенца.

- Я-я не понимаю? Он-он был прос... - она не успела договорить как в дверь зазвонили.

- Иди проверь, кого там к нам занесло. - произнёс полицейский своему коллеге. Тот, получив приказ, развернулся и направился к входной двери. Подойдя к ней, он посмотрел в глазок.

- Она не заперта. - нерешительно произнесла Катерина, а ей в ответ прозвучал хлопок. Из коридора послышался грохот, а затем звук открывающейся двери. Кто-то зашёл внутрь, и полицейский это понял, он встал подле девушки с ребёнком и направил на них пистолет, а лицо его смотрело в дверной проём в ожидании незванного гостя.

Спустя несколько секунд в нём появился мужчина с пистолетом в руке. Следующий выстрел должен был уже прозвучать, выстрел должен был уже давно произойти, но нет... это должно было быть легко, это было не в первый раз и далеко не в последний. Он не знал, кто он, но он точно знал, что сейчас нужно нажать на курок, нужно сделать то, для чего он был рождён… был рождён?.. он… мысли путались в голове, боль снова подступала, чувство страха овладело им. Это была ошибка…

- Опусти пистолет! Или я выстрель в твоего ребёнка! - произнёс полицейский.

«ребёнка?.. моего?.. я-я не понимаю…» - мысли летали в его голове, словно вышедшая из-под контроля карусель с лошадками. Что-то в глубине не позволяло совершиться предначертанному, не позволяло спустить курок. В противостояние намерению нажать на курок рука начала трястись, её начало лихорадить.

- Пистолет! Сейчас! - прокричал сильнее он. Кто-то завладел рукой, и она вместе с пистолетом опустилась совсем неспешно и неотвратимо.

- Отлично. Видишь, это было легко. - с чувством гордости произнёс тот. - А теперь отпусти его и пни в мою сторону. - словно заражённый, скованный чувством страха, вышедшим из-под контроля, он повиновался. - Значит, Кот мёртв, уже не одного брата ты отнял у нас, отнял у меня. Ты посмел встать на нашем пути, посмел перечить нам. - фальшивый полицейский улыбнулся самой ядовитой, ехидной улыбкой, какая только могла была быть. - Ты отнял моих братьев, мою семью, а я отниму твою. - произнёс он зловещим голосом и направил пистолет на ребёнка.

Серый цвет стал окутывать кухню за спиной полицейского, цвета трусливо бежали и прятались перед грядущим, прохлада наполняла комнату. Кухню как будто затягивало пленкой серого цвета и тьмы. Лицо мужчины исказилось, он кашлянул, затем вновь, он бросил пистолет и схватился за горло. Кашель становился всё сильнее. Он задыхался, он отшатнулся назад, он ударился о стену, чёрная жижа, словно мазут, потекла у него из носа и рта, он упал, он пытался дышать, но не мог... он сдался...

Незнакомец отвёл глаза от мужчины и посмотрел на девушку с ребёнком, а затем посмотрел и на то, что стояло за их спинами. Еле-еле различимый величественный силуэт стоял подле них и взирал на него своими яркими глазами, хотя нет, не глазами, то были два огня, пылающих синим пламенем. Он смотрел на них, а они как будто поглощали его, и не смел он отвести взгляд. Затем же он произнёс то, что должно было быть произнесено.

- Передай ГОСПОЖЕ, что плата будет взыскана. - он почувствовал резкую боль и вкус метала во рту…

КОНЕЦ ЭПИЗОДА #2.