Prototype

[ Играет музыка для атмосферы ]

[ John Powell – Face On ]

Оранжевое солнце изливало последние струи закатного света на опустевший парк аттракционов. Посетители тянулись к выходу вереницей; родители едва сдерживали переполненных впечатлениями детей. Охранник уже собирался закрыть калитку, когда перед ним возник мужчина в капюшоне. Одной рукой он крепко держал тонкую ладонь мальчика, другой – протянул удостоверение «ГенТек». Калитка снова распахнулась.

Карусель медленно вращалась, пестрые пони плавно взмывали вверх и опускались вниз. Мужчина стоял рядом, и его губы растянулись в улыбке, когда на одном из пони показался сияющий мальчуган. Лет шести, не больше, он уверенно держался в седле, будто родился в нем.

Шон: Папа! [восторженный крик] Это так круто!

Алекс: Прости, что так поздно... Работа. [тяжелый вздох] Хочешь прокатиться еще?

Шон: Да! А ты прокатишься со мной?

Алекс: Ну вперед, ковбой!

Оранжевое солнце кренилось за горизонт, посылая прощальные лучи, которые золотили края аттракциона. Отец крепко обнимал сына, сидя позади и опасаясь, что непоседливый мальчик может потерять равновесие.

Отблеск солнца скользнул по светлым волосам молодой девушки. Ловким, почти невесомым движением она сбросила черное пальто – казалось, сам ветер помог ей, взметнув полы и расправив их порывом. Тонкие пальцы раскрыли черный чемоданчик, где аккуратными рядами лежали части снайперской винтовки.

Мальчик резвился, подпрыгивая в такт движению аттракциона. В его глазах мир превратился в вестерн: он был лихим ковбоем, а отец позади – старым шерифом, вызвавшимся помочь в поимке злодея. Улыбка не сходила с его лица. Алекс не видел ее, но чувствовал всем сердцем.

Блондинка, облаченная в черное: облегающий топ, короткая юбка, прозрачные колготки и полусапожки на шпильках. Оптический прицел раскрылся, и в окуляре показался глаз цвета голубой лагуны. Узкий зрачок слился с черным перекрестием, наведенным на аттракцион со скачущими пони.

Шон: Мы должны догнать злодея!

Алекс: И мы настигнем его, где бы он не был!

Шон: Он украл все конфеты в городе!

Алекс: И он ответит за это!

Алекс притянул к себе малыша, и они оба закрыли глаза, наслаждаясь теплом последнего солнечного луча. Вдруг острая боль кольнула Алекса в спину. Что-то тревожное, леденящее, от чего сердце забилось чаще. Он открыл глаза. Кровь в волосах Шона повергла его в оцепенение. Он не понимал, откуда она взялась, как не понимал, почему они оба рухнули с пони на пожухлую траву. Руки задрожали, и дрожь пробежала по всему телу.

Через оптику зрачок казался огромным, но, едва девушка оторвалась от прицела, он вновь стал обычным. Она замерла, увидев произошедшее. В ее взгляде читалось разочарование – словно результат не оправдал ожиданий. Черное пальто взметнулось в воздух и, распахнувшись, осело на точеную фигуру. Из ствола винтовки струился легкий дымок.

Алекс: [тяжелое дыхание] Шон…

Алекс подполз к сыну и обхватил бездыханное тело. Мальчик не подавал признаков жизни. Дрожь нарастала. Аттракцион продолжал кружиться рядом, а солнце, словно подводя черту, окончательно скрылось за горизонтом – как угасшая жизнь, сменившаяся невосполнимой пустотой.

Алекс: [панический крик] Господи нет… Нет… Шон!

Год спустя

Нью-Йорк, Манхеттен

Шпильки отстукивали дробь по кафельному полу. Девушка погрузила пальцы в светлые волосы, прогладила их, будто расческой. Тонкие черные колготки обрисовывали стройные ноги, а падающий свет ложился на ткань шелковистыми бликами, подчеркивая изящество линий. Ладони скользнули по обтягивающей майке, которая, казалось, вот-вот лопнет под напором пышной груди. Остановившись у двустворчатой двери, девушка закрыла глаза и запрокинула голову, жадно втягивая воздух узкими ноздрями. Потом распахнула веки – и их голубое сияние вступило в поединок с тусклым светом служебного коридора. В этих глазах горела решимость. Уголки губ приподнялись, и она толкнула дверь.

— Прошу, не надо… у меня семья… — лепетал работник, дрожа от страха.

— Все вы так говорите, — отчеканила девушка.

Раздался выстрел.

За дверью ее встретило серверное помещение, гудевшее ровным гулом компьютеров. Ладони скользнули по колготкам, блестевшим, будто смазанным маслом. Девушка пустилась в танец, достойный изысканного стриптиза, где зрителями были серверные стойки с маркировкой «ГенТек». Ее пальцы легко касались одного блока за другим, а тело изгибалось в грациозных па.

— Код сервера, пожалуйста, — улыбнулась блондинка, уперев ствол пистолета в правый глаз оператора.

— Что? Нет! Нам нельзя…

Выстрел.

— Может, ты знаешь код? — изящно, словно танцовщица, она прильнула к следующему мужчине, приставив оружие к его виску.

— Пять, пять, семь, танго, браво, один, шесть…

— Умничка, — ласково провела она рукой по его голове.

Выстрел.

Стройная блондинка будто ждала оваций, но в серверной была лишь одна. Вместо аплодисментов – монотонные щелчки компьютеров. Достав помаду, она вытянула наливные губы, будто готовясь к поцелую. Бордовый цвет лег ровно, придав им кровавый оттенок. Девушка подошла к главному терминалу, вставила в порт накопитель и ввела код доступа.

Компьютер: Доступ разрешен.

Админ: Расширенный доступ.

Компьютер: Доступ разрешен.

Админ: Ввод данных с носителя.

Компьютер: Загрузка… Подождите… Ошибка… Ошибка… Ошибка… Внимание! Угроза серверам «ГенТек»! Запущен протокол самоуничтожения лаборатории! Красный уровень тревоги! Всему персоналу немедленно… Ошибка… Ошибка… Лаборатория заблокирована… Ошибка… Лаборатория заблокирована…

Экран потемнел, отразив ее лицо. Она достала тушь и легкими движениями кисточки поправила пушистые ресницы. Где-то в глубине здания люди подняли тревогу, тщетно пытаясь покинуть лабораторию. Взрыв. Затем еще один. Потом еще и еще. Вибрация прошла по полу, отдалась в шпильках, но девушка лишь гордо вскинула голову и вышла в коридор, растворившись в толпе охваченных паникой людей.