Псы ночи 5. Псы ночи

Первые сводки начали поступать в три утра.

Савелий сидел в своём кресле у камина, перебирая страницы древней книги, когда его старый радиоприёмник захрипел и запищал. Голос диктора дрожал:

— …в Архангельской области зафиксирована массовая гибель жителей деревни Белоозеро. По предварительным данным, все сто тридцать семь человек погибли в течение одной ночи. Причины неизвестны…

Сава поднял голову. Его морщинистые пальцы сжались на обложке книги так сильно, что костяшки побелели.

— …из Красноярского края поступают сообщения о нападении неизвестных животных на посёлок Таёжный. Выжившие говорят о существах, похожих на волков размером с медведя…

Старик встал, подошёл к окну. За стеклом серел предрассветный туман, но в воздухе витало что-то неправильное. Слишком тихо. Даже птицы молчали.

Радиоприёмник продолжал трещать:

— …в Поволжье жители города Саратова сообщают о массовых исчезновениях людей у берегов Волги. Свидетели утверждают, что видели в воде огромные тени…

Сава закрыл глаза. В груди что-то сжалось, словно ледяной кулак.

— …Карельские озёра вышли из берегов без видимых причин. Местные власти эвакуируют население…

— Боже мой, — прошептал старик. — Это началось.

Он бросился к телефону, набрал знакомый номер. Длинные гудки. Наконец послышался сонный голос Алексея:

— Сава? Какого чёрта так рано…

— Включай новости, — хрипло сказал Савелий. — Немедленно. Все каналы.

— Что случилось?

— Печати рухнули, Лёша. Все разом. Это конец.

В трубке повисла тишина. Потом послышался щелчок включаемого телевизора, и Алексей выругался так крепко, что Сава поморщился.

Алексей стоял посреди своей квартиры в одних джинсах, уставившись на экран телевизора. Канал за каналом — везде одно и то же. Экстренные сводки, кадры разрушений, растерянные лица журналистов.

— …в Москве зафиксированы массовые беспорядки. По неподтверждённым данным, в старых районах города видели существ, не поддающихся идентификации…

— …жители Мурманска сообщают о нападении стаи гигантских волков на окраины города. Армейские подразделения направлены в зону происшествий…

— …в Новосибирске эвакуирован целый жилой квартал после того, как в подвалах домов обнаружили тела с непонятными повреждениями…

Алексей схватил телефон, набрал номер брата.

— Ваня, ты видишь это?

— Вижу, — голос младшего брата звучал напряжённо. — Лёш, это же… это же все места, где мы были. Архангельск — там был Черненко. Поволжье — Ардан. Карелия — Омут.

Алексей медленно сел на диван. Его рука инстинктивно потянулась к груди, где под рубашкой лежал отцовский амулет. Металл был горячим, почти обжигающим.

— Всё, что мы убивали… — он с трудом проглотил ком в горле. — Возвращается.

— Как это возможно? Мы же их уничтожили!

— Мы их не уничтожили, — мрачно сказал Алексей. — Мы освободили. Каждая наша победа была поражением. Каждый мёртвый монстр был сломанной печатью.

По телевизору показывали кадры с вертолёта: целая деревня в Архангельской области лежала в руинах. Дома словно разорвали изнутри. На снегу чернели пятна, которые явно не были машинным маслом.

— Лёша, — голос Вани дрожал. — А помнишь, что говорил Черненко перед смертью? «Псы ночи придут к Чернобогу. Ваш путь начался».

— Помню.

— И Ардан про цепи говорил. И Омут про печати. И Азазель…

— Знаю. — Алексей встал, начал одеваться. — Собирайся. Едем к Саве.

— А Маша?

— И Машу забираем. Если это действительно конец, нам нужны все.

Алексей бросил трубку и схватил свой рюкзак с оружием. Снаружи завыла сирена — то ли пожарная, то ли скорой помощи. А может, и не скорой вовсе.

Он выглянул в окно. По улице бежали люди. Кто-то кричал. В дальнем квартале поднимался дым.

— Началось, — пробормотал он себе под нос. — Проклятье, всё началось.

Маша сидела на полу своей квартиры в окружении зажжённых свечей. Перед ней лежали карты Таро, но картинки на них двигались и менялись, словно живые. Башня рушилась снова и снова. Смерть махала косой. Дьявол оскаливал зубы.

Девушка дрожала. Не от холода — от магии, которая вскипала в её венах, как расплавленный металл. Весь мир изменился за одну ночь. Барьеры между мирами истончились настолько, что она чувствовала каждую тёмную сущность в радиусе сотен километров.

И их было много. Слишком много.

Телефон зазвонил. Маша даже не посмотрела на экран — знала, кто звонит.

— Алексей?

— Собирайся. Это началось.

— Я знаю. Я чувствую. — Она смахнула карты в сторону и встала. — Лёш, это не просто нашествие. Это пробуждение. Все старые силы, которые спали веками, поднимаются одновременно.

— Можешь определить масштаб?

Маша закрыла глаза, настроилась на потоки магии. Волна тошноты накрыла её с головой.

— Вся страна, — прошептала она. — От Калининграда до Камчатки. Они поднимаются везде. Упыри, демоны, духи, оборотни… Всё, что когда-либо было загнано в подполье.

— А люди?

— Гибнут. — Маша открыла глаза. В них плескался страх. — Лёша, у людей нет никаких шансов. Они даже не понимают, с чем столкнулись. Армия, полиция — их оружие бесполезно против старой тьмы.

— Тогда нужно действовать нам.

— Мы? — Маша горько усмехнулась. — Мы четверо против армии кошмаров? Против сил, которые копились тысячелетиями?

— У нас нет выбора. — Голос Алексея звучал устало, но решительно. — Это наша вина. Наша ответственность.

После того как он повесил трубку, Маша долго стояла посреди комнаты, глядя на погасшие свечи. Дым от них поднимался кривыми спиралями, образуя в воздухе силуэты чудовищ.

Она начала собирать вещи. Амулеты, травы, соль, серебряные кинжалы. Всё, что могло хоть немного помочь против тьмы.

Но в глубине души она знала: этого будет недостаточно. Катастрофа слишком велика для четырёх человек, даже если один из них ведьма.

Когда вся команда собралась в доме Савелия, за окнами уже полыхал настоящий ад.

Город горел. В прямом смысле слова. По новостям сообщали о пожарах, взрывах, нападениях неизвестных существ. Власти ввели чрезвычайное положение, но это было всё равно что пытаться остановить цунами зонтиком.

Сава расстелил на столе карту России. На ней красными крестиками были отмечены места их прошлых побед.

— Смотрите, — он ткнул пальцем в Архангельск. — Здесь мы убили Черненко. Теперь оттуда сообщают о нашествии упырей.

Палец переместился южнее.

— Поволжье. Ардан и его культ. Сейчас там люди тонут тысячами — змееподобные твари выползают из всех водоёмов.

Ещё один крестик.

— Карелия. Омут. Озёра вышли из берегов, а в воде видят силуэты утопленников размером с дом.

— Москва, — добавил Ваня тихо. — Азазель. Там сейчас…

Он не договорил. По телевизору как раз показывали кадры из столицы. Красная площадь была пуста, но в небе над ней кружили тени размером с самолёты. А из окон зданий торчали странные щупальца.

— Это всё наша работа, — сказал Алексей. Его голос звучал как приговор. — Каждый убитый монстр освобождал что-то ещё более страшное. Мы думали, что спасаем людей, а вместо этого готовили им погибель.

Маша села рядом с ним, положила руку на плечо.

— Мы не знали.

— Должны были знать. — Алексей поднял голову, посмотрел на неё. В его глазах читались вина и отчаяние. — Все знаки были перед нами. Все предупреждения. Но мы шли вперёд как слепые, убивая и убивая…

— Хватит, — резко сказал Сава. — Самобичеванием делу не поможешь. Да, мы ошиблись. Да, мы стали причиной этого кошмара. Но теперь нужно думать, как это остановить.

Ваня встал, подошёл к окну. На улице проехала военная машина, из неё доносились крики. Потом послышался автоматный огонь.

— А можно ли это остановить? — спросил он, не оборачиваясь. — Посмотрите на масштаб. Вся страна в огне. Миллионы людей под угрозой. А мы… нас четверо.

— Трое, — поправил его голос из угла комнаты.

Все обернулись. В тени у книжного шкафа стоял мужчина в чёрном плаще. Высокий, худой, с лицом цвета старой бумаги. Тень.

— Откуда ты взялся? — спросил Алексей, инстинктивно потянувшись к ножу.

— Я всегда рядом, когда запахло концом света. — Тень вышел на свет. Его глаза были чёрными провалами. — И должен сказать — пахнет он сейчас очень сильно.

— Что ты знаешь о происходящем?

— Больше, чем вам хотелось бы узнать. — Тень подошёл к карте, провёл пальцем по красным крестикам. — Печати Чернобога. Семь древних замков, державших его в темнице тысячелетиями. Вы сломали пять из них.

— Семь? — Маша побледнела. — Но мы сражались только с пятью врагами.

— Шестая печать — это я, — спокойно сказал Тень. — Точнее, то, чем я был когда-то. А седьмая…

Он посмотрел на Алексея и Ваню.

— Седьмая печать — вы сами.

Повисла мертвая тишина. Только снаружи доносились звуки разрушения: вой сирен, грохот падающих зданий, крики.

— Что это значит? — хрипло спросил Алексей.

— Это значит, что Чернобогу нужна ваша кровь, чтобы окончательно освободиться. Кровь псов ночи, потомков древнего рода охотников. — Тень усмехнулся, но в этой улыбке не было ничего человеческого. — Пока вы живы — последняя печать держится. Но каждый день она слабеет.

Ваня обернулся от окна. На его лице читался ужас.

— Значит, мы не просто причина катастрофы. Мы её центр. Её сердце.

— Именно. — Тень кивнул. — И единственный способ остановить это — отдать Чернобогу то, что он хочет.

— То есть умереть, — подытожил Алексей.

— Или стать его слугами. Псами его стаи. Тогда он получит то, что ему нужно, не убивая вас.

Алексей встал, прошёлся по комнате. Амулет на груди пылал, словно раскалённый уголь.

— Есть третий вариант?

— Сражаться, — сказала Маша. — До конца. Пока можем.

— Против всей армии тьмы? — Сава покачал головой. — Дитя, это самоубийство.

— Тогда самоубийство, — твёрдо ответила она. — Лучше погибнуть людьми, чем жить чудовищами.

Снаружи что-то взорвалось. Дом содрогнулся, посыпалась штукатурка. В воздухе повис запах серы и гари.

Алексей подошёл к окну, раздвинул шторы. Половина города пылала в огне. В небе кружили крылатые тени. А по улицам ходили фигуры, которые когда-то были людьми, но теперь двигались неправильно, словно марионетки.

— Всё, что мы убивали… — повторил он тихо. — Возвращается.

И в этот момент все поняли: детство человечества закончилось. Началось время монстров.

Псы ночи были готовы встретить его с оружием в руках.

Даже если это будет последняя охота в их жизни.