Пустой Холст

Жизнь может измениться в самый неожиданны для нас момент, как случайное происшествие.

Это был обычный тихий вечер в городе Z. По улицам прерывисто шел холодный дождь, и все жители сидели у себя дома, будто боясь дождя. Кто-то наоборот просто любил не выходить на улицу. Но вы не подумайте, что все люди этого города такие. Напротив, есть один человек, который постоянно ошивался на улице, независимо от погоды. Как я помню, это был высокий и темноволосый парень с неряшливым видом. Он радостно шел по улицам города, будто бы не обращая внимания на окружающий мир. Боже мой, лучше бы я сидел тогда дома, как и все остальные! Но, к сожалению, ничего я изменить не могу, а лишь рассказать вам, что произошло в этот дождливый день.

Я бежал по улице, укрывая своим пальто альбом для рисования и стараясь, как можно скорее добежать до дома и не промокнуть. Капли дождя летели в лицо, а ноги уже промокли насквозь от большого количества луж на асфальте. Мне было всё равно, что происходит вокруг, главное - уберечь альбом! Я старался прикрыть альбом для рисования, который держал в руках.

Для художника, альбом - это как нечто ценное, что нельзя просто так потерять. Конечно, так считают не все художники, но для меня, он был как часть души и эскизов, которую не хотелось так глупо потерять под дождем.

Если честно, то рисовал я не рисовал что-то конкретное, чаще всего это были обычные виды города, которые никто не хочет признавать. Заброшенные или недостроенные дома, сломанные улицы, одинокие скамейки по среди развалившейся местности. Мои картины продавались неплохо, но многие называли это "унижением" или "извращением прекрасного города". Такие люди напоминали мне пустых консерваторов, которые не хотели признавать город таким, какой он есть на самом деле, а не в их пустых фантазиях и воображении. Но пока я бежал по улице, дождь стал стихать.

Я остановился и заметил небольшую улочку, в которой лежал фонарь, разбитый камнем, и нож, который блестел при свете лунного света. Я подумал, что нарисовать такое было бы прекрасной возможностью показать людям еще более ужасную сторону города. Вынув блокнот и карандаш из сумки я принялся наносить наброски улицы.

- Слева от ножа не хватает пятна крови, - раздался голос за моей спиной. - Но вы наверное это уже поняли, да? Здесь было убийство и ограбление.

Я обернулся. На почти сломанной скамейке сидел человек лет тридцати в идеально сшитом, но мятом костюме. Он ел мороженое. В двенадцать часов ночи. В декабре. Это было странно.

- Вы кто? - спросил я тихо, закрыв альбом и прижав его к груди.

Я - непризнанная логика, - ответил мужчина, аккуратно облизывая вафельный стаканчик. - А вы, как я понял, художник, который рисует улицы, но при этом сам не знающий всей картины. - ответил незнакомец и, сделав небольшую паузу, продолжил. - Зовут меня Рон. Не хотите мне помочь, раз мы познакомились, - закончил он, смотря на меня пристальным взглядом и аккуратно доедая мороженое.

Я стоял на месте в шоке. Если честно, после его слов, мне в голову пришла мысль, что может быть он - сумасшедший, или вовсе психопат. Иначе кто в разумном уме, будет так легко заводить такие странные беседы, еще и ночью с незнакомым человеком. Как с таким человеком можно вести нормальный диалог? Вы только представьте. Он впервые меня встретил и, сказав только свое имя, хочет чтобы я ему помог. Ко всему тому же на улице ночь, а Рон ест мороженое, будто бы сейчас обычный день лета! "Ну что, Вы согласны?" - спросил мужчина, вставая со скамейки и отряхивая с одежды едва заметные крошки вафельного стаканчика. Услышав голос странного человека, я сразу же вернулся к реальности. С ответом я не медлил и, убрав в сумку блокнот и карандаш, спросил: "В чем вам нужна помощь?" - мой голос слегка дрогнул от неуверенности. После моих слов на лице Рона появилась улыбка, как у ребенка которому дали заветную игрушку. Если бы я мог вернуть время назад, то никогда не стал задавать этот вопрос.

- Я так рад, что вы согласились мне помочь, а то все прежние художники которых я искал, отказывались, считая меня ненормальным.

- Ненормальным? - спросил я, но далеко в своих мыслях, я считал его даже сумасшедшим.

- Да, именно так. Но это не важно. Я хотел, чтобы Вы сделали наброски улицы, которую я опишу, - мужчина сделал, небольшую паузу, собираясь с мыслям, а я за это время достал блокнот и подготовился рисовать. Рон начал диктовать. - Узкий темный переулок, двое мужчин. Друзья. Рядом с ними затухший фонарь со сломанным штативом. Один молодой человек стоит спиной к фонарю, а второй напротив своего друга. Этого достаточно, - закончил мой собеседник. Я закончил рисовать и, вытянув руку, посмотрел на картинку, которая у меня получилась. Рисунок, был похож на тот, который был нарисован в моем альбоме до этого. Не хватало только ножа. Меня это смутило. Ведь и улица, и ситуация были похожи. Я удивленно посмотрел на Рона. Он заметил мою реакцию и улыбнулся.

- Для чего Вы сказали мне это нарисовать? - недоуменно спросил я, убирая блокнот и карандаш в сумку.

- А вы как думаете? Всего лишь помог завершить картину, - ответил "сумасшедший".

- Закончить картину? Я же рисовал то, что видел, а Вы лишь мне сказали то, чего не было.

- Это вероятное событие, - быстро пробубнил Рон.

- Вероятное событие? Что еще за событие? - переспросил я.

- Событие того, что могло здесь произойти. Вы знаете, что такое теория вероятности? Так вот считайте, что я применил ее сейчас, - мужчина сделал небольшую паузу, будто давая мне возможность осмыслить его слова, и только потом продолжил, - К примеру, Вы рисовали то, что увидели, то есть уже совершенное действие, а я составил схему того, что произошло ранее. Это понять очень легко, учитывая некоторые факторы: фонарь разбит и лежит на земле, штатив сломан, вероятно, упал он из-за действия на него. Рядом лежит нож, крови нет, вероятно его положили специально. А насчет двух друзей...в одном из этих домов живут два молодых человека, и по словам рядом проживающий, двое мужчин поругались. Если составить математическую формулу, то очень вероятно, что эти молодые люди пришли именно сюда, - закончил Рон с такой гордостью, будто только и ждал возможности это рассказать. Я с непониманием смотрел на собеседника. Какие то математические формулы, теория вероятности. Все эти вещи не давали мне понять, к чему это все вело. Но Рона это явно не волновало, он будто бы был рад, что я ничего не понимаю. От сюда и понятно, почему его считают "ненормальным".

Я хотел было побольше расспросить Рона о его "теории вероятности", но вдруг я услышал звук сирен за спиной и обернулся. Сзади были полицейские. Скорее всего, начался ночной патруль. В этом городе было много преступлений, так что улицы патрулировали в середине дня и ночью. Я резко повернул голову обратно, но Рона уже не было. Медлить я не стал и собравшись с мыслями забежал в переулок и, стараясь не попасться полиции, быстро пошел домой.

Эта ночная встреча была по истине странной.