Путь Дракона – шаг 1. Планета Гончих

На приборной панели межзвёздного шаттла давно горел сигнал «Рекомендуется эвакуация». Рой уже не обращал на него внимания и следил только за точкой, висящей крошкой печенья посреди иллюминатора, — единственной планетой класса О-Ж в этом секторе Галактики, то есть с кислородной атмосферой и жизнью. Подкласс цивилизации П-А, означающий патриархат и автократию, не вдохновлял, но выбирать не приходилось, да и хоть какое-то разумное общество лучше, чем никакого. Дотянуть бы.

Зря он поторопился и решил лететь сам. Фелисы, конечно, милашки, но такие безалаберные! Уже через пару часов пути выяснилось, что настроенная траектория ведёт не к родному созвездию Дракона, а в малонаселённое созвездие Рыси. Рой сразу связался с центром управления фелисов и услышал от их главного инженера: «У меня же лапки!» — любимая отговорка этих разумных кошек на все случаи жизни. Впрочем, пилоту попытались помочь, но связь быстро прервалась. Рой успел разобрать лишь «кажется, мы что-то урон…».

Небольшая планета Дзета, вращающаяся вокруг Беты созвездия Гончих Псов, приблизилась и теперь напоминала тусклую серо-зелёную жемчужину, какие добывают в болотах Альфарда. Рой поискал в бортовом путеводителе информацию, сведения оказались скудными:

«…ось планеты наклонена на 31° к плоскости орбиты. На большинстве территорий наблюдается выраженная смена времён года. Один материк, 74% площади которого занимают леса. Животный мир не отличается разнообразием. Крупных хищников нет. Коренная разумная раса — харры (самоназвание)…»

На экране возник прямоходящий короткошёрстный пёс со слегка приплюснутой мордой и скруглёнными ушами. Из одежды — серая безрукавка из грубой плотной ткани и свободные штаны камуфляжной окраски, на ногах сандалии, на шее чёрное ожерелье. Подпись гласила: «типичный крестьянин центрального региона». Рой кликнул «дальше».

«…Три крупных города. Столица Бателбург расположена в центре материка на 11° южной широты. Высокие широты мало населены из-за сурового климата…»

Заканчивалась статья фразой: «Планета в основном безвредна, если приземляться в ненаселенных районах». Роя это не устраивало: он не собирался бродить в одиночестве по незнакомым лесам, а надеялся наладить контакт с жителями и с их помощью починить шаттл или переждать, пока кто-нибудь поймает сигнал бедствия. По текущим расчётам приземлиться получится как раз недалеко от столицы.

Эфир молчал, запросы экстренной посадки бесследно растворялись в пространстве, хотя Рой перебрал все допустимые межзвёздными соглашениями частоты. То ли на Дзете нет космодрома, то ли используют другие протоколы связи.

Рой задал поиск ровной площадки для приземления в стороне от любых строений и скопления теплокровных существ, но тут взвыл сигнал тревоги.

* * *

На закате в десятке километров к северо-западу от Бателбурга на вершине пологого песчаного холма, окружённого лесом, собрались последователи ордена Свидетелей Пришествия Небесного Дракона. Проповедь читал сам Верховный Жрец. Размахивая посохом, Бунопо́м вещал, что ему ночью было видение: Эра Процветания уже не за лесами, Дракон появится совсем скоро, покарает грешников, воздаст должное праведникам и воцарится всеобщее благоденствие. Паства сидела полукругом и, затаив дыхание, внимала каждому слову, изредка украдкой почёсываясь от блох. Неприятные насекомые всегда водились в расположенном неподалёку доме призрения, чья ярко-оранжевая крыша лихорадочными пятнами просвечивала сквозь поредевшую бурую листву осеннего леса.

— Да придёт Дракон! — воздел руки к небу Бунопом, завершая проповедь традиционным призывом.

— Да придёт Дракон! — нестройно, но с воодушевлением откликнулась паства.

Раздался низкий гул, переходящий в свист. С неба вглубь леса падало огромное объятое пламенем яйцо и, не долетев до земли, взорвалось. Слушатели в ужасе бросились врассыпную, и лишь Верховный Жрец не отрываясь смотрел на поднимающийся над вершинами столб дыма и бормотал: «Неужели?»

* * *

За плотным серым занавесом, отделяющим парадную часть тронного зала от приватной, в любимом слегка продавленном кресле полулежал Вайтина́гри Первый, единовластный правитель планеты Дзета. В неприёмное послеобеденное время зал пустовал, а Его Супербие с верным секретарём отдыхали, так сказать, за кулисами.

Сейчас Главный Харр в очередной раз жаловался, а секретарь, как всегда, сочувственно кивал.

— …и чего им не хватает? Порядок на всей планете поддерживаю? Поддерживаю. Население довольно? Довольно. Причём от текущей политики все единогласно в восторге, кроме пары-тройки процентов. Но ничего, я до них ещё доберусь, давно пора расширить добычу адамантия. Даже Совет собрал: дюжина бездельников каждый месяц зевает пару часов. Нет, им мало, подавай всеобщие выборы. Несусветная глупость! Разве можно позволить каждой кухарке решать, кто достоин править, а кто нет?

— Ни в коем случае нельзя, Ваше Супербие!

— Я же просил наедине без официоза.

— Простите, дядюшка Вайти. Привычка.

Вайтинагри резко вскочил и отдёрнул занавес. В зале по-прежнему было пусто. Неудивительно: ужасно скрипучие полы не позволяли и шага сделать незаметно, а зеркальные стены вкупе с полным отсутствием мебели, за исключением трона, не давали ни одного шанса спрятаться.

Правитель закрыл занавес и вздохнул.

— Дурная у меня привычка, да? Сок сережаньки опять попить, что ли… Как думаешь, Жокдру?

Секретарь пожал плечами, всем видом показывая, что бывают привычки и похуже, а здоровье у правителя и без врачей такое, что дай Сириус каждому.

— Возможно, достаточно выспаться. Но какой тут сон, когда эти…

Вайтинагри резко осёкся и снова кинулся к занавесу. Убедившись, что в зале по-прежнему никого, правитель раздражённо поплотнее задёрнул полотно и рухнул в кресло.

— В последние дни ощущение, что скоро что-то произойдёт. Передай Патонейру, пусть всё-таки вечером зайдёт со своим волшебным чемоданчиком.

— Слушаюсь, Ваше… простите, дядюшка.

— Вот и славно. О, почти шесть. Чаю?

— Не откажусь.

Главный Харр направился к буфету у дальней стены, нижняя часть которого скрывала сейф с хитрым замком. Внутри хранились чаи, бутыли с водой и, конечно, любимые правителем шоколадные печеньки. Вайтинагри слишком хорошо помнил историю своей династии, особенно безвременные кончины предков, поэтому всегда сам готовил напитки и себе, и секретарю, которого весьма ценил.

Пока правитель кипятил воду на компактной электроплитке, Жокдру за своей массивной конторкой разгребал текущие дела и рассылал через планшет указания, а попутно шарил по многочисленным ящикам в поисках нужных бумаг и заметок.

— Ты всё в трудах? Молодец! Отложи пока, а то чай остынет. За полчаса государство от нас не убежит.

Вайтинагри подмигнул и придвинул столик с двумя тончайшими изысканными чашками, пузатым прадедушкиным чайником и тарелкой с горкой печенья.

Если бы секретаря спросили, что Главный Харр умеет делать лучше: заваривать чай или управлять государством, Жокдру затруднился бы ответить, хотя в глубине души скорее отдавал первенство чаю. Откуда в буфете брались и благоуханные сорта напитка, и рассыпчатое тёмное печенье — считалось государственной тайной, неизвестной даже секретарю, хотя он знал многое, даже слишком многое. Но кем бы ни был тайный поставщик, он знал своё дело.

— Всё-таки как нам наладить обмен адамантия на блага цивилизации? — пробормотал Вайтинагри, задумчиво рассматривая печеньку. — Ведь металл ценный, редкий. А эти чистоплюи с Альфы нос воротят, не угодило им использование принудительного труда на рудниках. Да кто ж по своей воле туда поедет? Я ведь ради этого даже смертную казнь отменил для многих преступлений.

— Вас в последнее время так изводит этот вопрос, что больно смотреть! Может, вернуться к обычному захвату торговых кораблей? Ваш прадед, достопочтенный Лохмаглав, составил прекрасное руководство…

— Жокдру! Мы же не дикари! Нет-нет, это не дело. Ибо насилие рождает ненависть, ненависть рождает безответственность, безответственность рушит государство. Я ведь столько усилий приложил, чтобы стать первым прогрессивным Главным Харром из династии Бателхудов. Мы должны придерживаться выбранного пути превращения в цивилизованную планету и добиться, чтобы соседи перестали шарахаться от нас как от варваров.

Эмоциональную речь Вайтинагри прервало пиликанье коммуникатора.

— Что там? — недовольно спросил правитель, узнав сигнал «срочное и важное», и взял чашку. Только «экстренное» стоило того, чтобы не допить чай.

Секретарь спешно дописал последние слова правителя, прежде чем потянуться к планшету. Жокдру всегда протоколировал всё, что можно потом использовать для официальных выступлений.

— Что-то серьёзное? — насторожился Вайтинагри, когда склонившийся над планшетом секретарь задумчиво звякнул цепью, идущей от его ошейника к кольцу в стене.

— Странное сообщение от осведомителей. Говорят, духи услышали молитву Верховного Жреца Бунопома и с неба спустился Небесный Дракон. Сейчас жрец и дракон тайно направляются в столицу с целью… кхм, простите, тут написано, покарать вас.

— Опять этот сумасшедший нашёл дурачка и привязал ему картонные крылья? Я же его предупреждал, что больше такого не потерплю. Нет, каков наглец! В прошлый раз восточную провинцию баламутил, а теперь сюда нацелился! Пусть задержат обоих. Мнимого дракона публично выпороть на центральной площади, жреца — в карцер, хватит, допрыгался.

Старая легенда о Небесном Драконе, который однажды спустится с небес, повергнет в огонь всех, кто хоть раз поступал против совести, а праведников приведёт в Эру Процветания, с детства сидела глубоко в сердце каждого харра, несмотря на все усилия Вайтинагри вытравить эти заблуждения и убедить возлагать надежды только на земных правителей.