Пятая ночь полнолуния

Забор из железных прутьев, увенчанный колючей проволокой, остался позади, и теперь два человека направлялись вглубь леса. Солнце уже ушло за горизонт, на темно-синем небе появилась полная луна. Оди время от времени поглядывал на неё, и в эти моменты в его глазах сверкала еле уловимая печаль. Но его спутница не видела этого. Она настороженно оглядывалась по сторонам, крепко сжимая ладонь Оди.

— Ты уверен, что здесь ничего нет? — спросила она.

— Я же говорил, — тихим и спокойным голосом ответил Оди, — военные уже давно ушли отсюда. Иначе мы бы так легко не прошли.

— Я не про военных, я про аномалии.

— Об этом я не меньше говорил. Нет, их тут больше нет. А если бы и были, они всё равно безопасны.

— Ну… не знаю, мне всё равно не по себе.

Оди приобнял её за плечо.

— Не переживай, ничего с тобой не случится.

Они продолжили путь. Под ногами шуршала листва. Ветер шевелил ветви деревьев. Из глубин леса доносились звуки птиц и стрекоз.

— Странно слышать тут звуки чего-то живого, — сказал Оди.

— Неужели, кроме вас, тут вообще никто не жил?

— Абсолютно. Природа здесь цвела всеми возможными цветами, но вот животных…

Наконец, они вышли на берег озера. К этому времени уже совсем стемнело. На небе рассыпались звёзды, а луна стала намного ярче. Взгляд Оди ненадолго задержался на ней, а затем окинул всё вокруг.

— Так странно, — проговорил он, — вот так смотришь, и как будто ничего не изменилось.

Разложив палатку, они сели на песок рядом с фонариком. Оди зачерпнул в ладонь горсть песка и несколько секунд рассматривал её.

— Да что с тобой? — спросила Мия.

— Воспоминания, только и всего.

— Так ты расскажешь, наконец, обо всём этом?

— Конечно. Но, пожалуй, начну издалека. Вот представь: однажды утром ты просыпаешься и почти ничего не помнишь. Ты на берегу озера, посреди леса. Вокруг тебя ещё восемь человек. Ты помнишь, что когда-то жила в городе, помнишь, что находишься в аномальной зоне, даже знаешь об аномалиях, например, о том, что песок под тобой съедобный.

— Это шутка, про песок?

— Ни в коем разе, — Оди улыбнулся, — а ты думаешь, чего это я его разглядывал? Если честно, чуть не попробовал. Так вот, всё это ты помнишь, а то, кто ты, как ты здесь оказался и что вообще происходит, вспомнить никак не можешь.

— И это случилось с тобой?

— Увы, нет, из всех я единственный, кто сохранил память и знал, что тут происходит и как мы здесь оказались. Я обязательно расскажу тебе обо всём, но пока позволь сохранить интригу…

Нас было девять. Я был самый старший из всех, мне тогда было шестнадцать. Самыми младшими были близнецы Лини и Лани, им, кажется, по семь. Остальным — от девяти до тринадцати: Сайя, Хлоя, Кайран, Зои, Ниар и Чарн. И да, я знал, что случилось, но им не говорил. Позже расскажу почему, наберись терпения.

Итак, волею судьбы они стали эдакими робинзонами. Оказались неизвестно где, посреди дикой природы, и теперь должны были тут жить. Впрочем, условия тут были благоприятные: было что поесть, спать можно было под открытым небом, ветра почти не было, жары тоже. Кстати, песок на вкус был как печенье. Раскрошенное.

Ну а дальше, на одном пляже долго не просидишь. Скука плюс любопытство, и вот они все вместе пошли изучать лес.

— А ты с ними не ходил?

— Ходил несколько раз, но не часто. В основном я ходил по лесу один. Да и в целом, почти всегда держался в стороне от них. Тем более что они мелкие еще, со мной им было неинтересно. Только Сайя иногда подходил ко мне поговорить. Он был немного белой вороной, я бы сказал, умен не по годам. А еще у него были рыжие волосы и веснушки на щеках.

Кстати, еще одна аномалия, о которой мы помнили, — это тропа. Ночью она меняла свое положение, а сходить с нее никто не решался. Поэтому взяли за правило: всегда возвращаться назад до заката. Поэтому и попытки отыскать выход вскоре сошли на нет. Иногда тропа расходилась, тогда они делились и шли в разные стороны, а вечером рассказывали, кто что видел.

— Так что же это за аномалии были?

— Всякие разные. Ну вот, тот же песок, или, например, цветы, которые могли распуститься за несколько секунд. И не там, где надо, например, на стволе дерева. Или вот: ветра нет, а ветки деревьев шевелятся. Сияние посреди ничего, чем-то шаровую молнию напоминало. Тропа меняла своё положение. Несколько раз она завела моих маленьких товарищей в город, они потом рассказывали, что там машины ездят сами по себе. А кто-то даже говорил, что видел призраков. Но вот в это я, на самом деле, уже не верю, хотя… кто знает… Было тут, правда, ещё одно место, которое все считали аномалией, но это было не совсем так. На одной поляне стояла сгоревшая колонна военной техники: бронетранспортёры и, по-моему, несколько танков. И никто не знал, откуда они тут взялись.

— А ты знал?

— Знал, но об этом позже…

А пока о моих исследователях. Как я уже сказал, природа цвела тут всеми возможными красками, но вот животных — ни одного. И вот, в один прекрасный день, вернее, вечер, приходят все из леса, и Кайран с Чарном рассказывают, что слышали жуткое рычание зверя. Им даже сначала не все поверили, но говорили они очень убедительно, потому что, в самом деле, были перепуганы до мурашек. Вот с того момента все и покатилось под откос. Кайран был первым, кто заявил, что больше ни за что не пойдёт в этот лес. Позже к нему присоединился Чарн, потом Зои, после того как пришла из леса и сказала, что тоже слышала рёв зверя, потом Ниар туда же. Так и собралось их четверо. Сайя и Хлоя продолжили ходить в лес, даже близнецов с собой иногда брали. А эти четверо стали настоящими первобытными охотниками. Стали делать остроги из веток, учиться обращаться с ними, проводили что-то вроде ритуалов — рисовали на песке силуэты зверя и по очереди кидали в него остроги. Кстати, насчёт того, что больше не будут ходить в лес, они немного приврали — несколько раз ходили поохотиться на зверя. Но каждый раз возвращались ни с чем. А ещё они рассказывали себе и остальным всякие страшилки про зверя. Некоторые даже говорили, что смогли его разглядеть, только описывали каждый раз по-разному. Кто-то говорил, что он ходит на четырёх лапах, а его спина покрыта шипами; кто-то, что ходит на двух, и его глаза горят огнём; а Чарн как-то раз заявил, что у зверя две головы. Этот, конечно, всегда любил завернуть что-то эдакое, но про остальных, на самом деле, даже не могу сказать, что они врали, просто воображение — штука страшная. У страха, как говорится, глаза велики…

— Думаю, спрашивать, как на самом деле выглядел зверь, смысла нет.

— Вот, — усмехнулся Оди, — почувствуй, каково им было тогда. Не переживай, — на его лицо снова вернулась грусть, — ты обо всем узнаешь. Но сначала позволь мне рассказать о последних днях этого места…

На самом деле, дурное предчувствие у меня возникло намного раньше. Три ночи подряд в небе была полная луна. Не знаю, связано ли это с тем, что случилось, или просто совпадение. Все эти три ночи Сайя просыпался от кошмара. У меня чуткий сон, я замечал это, но не подавал виду. На третью ночь проснулся не он один. До него проснулась Хлоя. Я приоткрыл глаза и в лунном свете увидел ее лицо. Мне показалось, что она была обеспокоена тем, что увидела во сне. Она встала, потянулась и пошла вдоль берега. А потом Сайя проснулся и, не обнаружив ее среди спящих, отправился на поиски.

Помнишь, я говорил, что ходил по лесу, когда было скучно? Дело в том, что у меня был свой способ изучения этого места. Из-за того что я был единственным, кто не лишился памяти, со мной мысленно связывался создатель этого места. Он многое рассказал мне, но, самое главное, дал возможность видеть то, чего я хочу. Так что об этом месте я, пожалуй, знал слишком много.

И в тот момент любопытство превысило приличие. Я лег на спину, закрыл глаза и увидел мир глазами Сайи. Он шел по берегу и иногда поглядывал на озеро, которое мы, кстати, называли «серебряным», потому что при свете луны его поверхность будто бы покрывалась серебром. Увы, сейчас такого нет. Сайя, в конце концов, увидел Хлою. Она стояла у самого края берега и смотрела на луну. И она была так увлечена созерцанием луны, что не замечала Сайи, пока он не подошел к ней почти вплотную. А когда заметила, повернулась и спросила:

— А что это ты не спишь?

Он ей:

— А ты?

— Да как сказать, — ответила, — сон плохой приснился.

— И тебе тоже?

— Что значит «и мне»? Тебе тоже что-то снилось?

— Да, — говорит, — уже третью ночь один и тот же кошмар.

— Расскажешь, если не секрет?

— За мной гнался зверь. Я убегал от него по лесной тропе, пока не оказался на берегу. Никого из вас не было. И луна была полной, как сейчас. В ее свете я увидел на том берегу человека в черной мантии до самой земли и с капюшоном на голове. Он манил меня к себе рукой. А сзади несся зверь. И я попытался добежать до озера, но он схватил меня. И так уже третью ночь.

— Ясно, — протянула Хлоя.

— А тебе что снилось?

— Все то же самое.

Сказать по правде, я не сразу поверил ее словам. Но из дальнейшего разговора понял, что она не шутит…

— Это плохо?

— Во многом. Понимаешь, сны здесь были не просто снами, они были такими же странными, как и всё остальное. И зачастую они что-то значили. Может, и не всё подряд, но если кошмар снится несколько раз подряд, ещё и разным людям, тут стоило ждать беды…

Поэтому я перестал наблюдать за ними. Открыл глаза, сел и стал думать, что этот сон мог значить. Все мысли сводились к одному — сюда придёт зверь. Этого я боялся больше всего. И, наверное, даже больше остальных.

Так я и просидел до самого рассвета. В себя меня привело возвращение Сайи и Хлои. А потом стали просыпаться остальные, и уже тогда я заметил, что лица у них какие-то мрачные. Но утро прошло спокойно. Все искупались, поели, в догонялки поиграли, все, кроме меня. Но вот потом началось…

Сайя и Хлоя собрались идти в лес, близнецы захотели с ними. А Кайран и его компания, как я их про себя назвал, «охотники на зверя», всегда были категорически против этих походов. Но в тот день они разгорелись хуже обычного.

Кайран сказал:

— Эти ваши походы до добра не доведут.

— Дураки, балбесы, — верещал Чарн.

Зои сказала:

— Хоть малых с собой не берите.

А когда Сайя сказал, что они сами хотят с ними идти, Ниар такой:

— Да вы им головы заморочили своими сказками про то, что никакого зверя нет, а вот мы-то…

И так продолжалось несколько минут. Охотники, в конце концов, поняли, что ничего не добьются, и отступили, но не успокоились. Кайран подошёл к Сайе с двумя копьями и сказал:

— Вот, возьмите, на всякий случай, мне спокойнее будет. И прошу вас, будьте осторожны.

Я нутром чувствовал, что что-то здесь не так. Когда Сайя, Хлоя и близнецы ушли, охотники собрались для совещания. Я взглянул через их глаза и понял, что они все видели сон про зверя. Сомнений больше не было — он придёт. И охотники считали точно так же. Они тут же стали строить заграждение из заострённых палок, которых за всё это время целую кучу понаделали. Полдня на это убили, но вышло что надо.

— А что с теми, кто в лес пошел? За ними ты смотрел?

— И за ними я тоже смотрел…

Сначала тропа вывела их на поляну, где стояла военная техника, о которой я говорил. Она уже вся зеленью поросла. Чувствовалось, что природа этого места пожирает инородное.

Сайя сказал:

— Кайран с его компанией сегодня нервнее, чем обычно.

А Хлоя ответила ему:

— По правде говоря, в этого зверя я не особо верю, по крайней мере, в такого, каким они его себе представляют. Мне кажется, будь он, в самом деле, огромным и свирепым, мы бы уже давно с ним столкнулись.

— Ниар как-то говорил, что зверь может становиться невидимым, — сказал один из близнецов, кажется, Лини.

— А как он об этом узнал? — спросила Хлоя. — Думаю, он это, скорее, придумал. Оди вот говорил мне, что если зверь существует, то он точно не такой, каким мы его себе вообразили.

И да, я действительно говорил такое, когда у меня с кем-нибудь заходил разговор о звере.

Сайя потом сказал:

— Ну а что ж он тогда не расскажет, каков этот зверь на самом деле?

А Хлоя ему:

— Не знаю. А может, Оди и есть зверь? То-то он вечно где-то пропадает, наверное, он Кайрана и шуганул.

Забавно…

Оди усмехнулся.

— Но если ты знал, что зверь существует, и боялся его больше остальных, почему ты позволял им ходить по лесу? — возмущённо спросила Мия.

— Я не боялся зверя, — сказал Оди, чья улыбка стала сходить с лица, — я боялся его прихода. А по лесу я позволял им ходить, потому что зверь был не опасен.

— Так что же это был за зверь?

— Зверем на самом деле был человек. Командир той самой колонны, которая ехала сюда. Когда техника воспламенилась, его бойцы стали отступать по тропе, а вот он в панике сошёл с неё и побежал вглубь леса. И заблудился. Оказался в абсолютно чуждом ему мире, из которого не было выхода. Один раз ему удалось выйти на тропу, но это было ночью, и он увидел, как тропа «шевелится». И после этого стал бояться её как огня. Так он и ходил по лесу, питаясь чем придётся и постепенно теряя рассудок. И нас он тоже боялся. Панически боялся. Поэтому он и был не опасен — при виде какого-нибудь Сайи он бы, скорее всего, убежал. Ну, или Сайя убежал бы от него. Так вот, именно его крик отчаяния услышали Кайран и Ниар и приняли его за зверя.

— Кошмар… Неужели ты знал обо всём этом и не попытался ему помочь?

— Шутишь? Конечно, пытался, и много раз. Но без толку — меня он тоже боялся, я даже заговорить с ним не мог. О причинах расскажу тебе позже. Пока позволь вернуться к Сайе и его спутникам.

Тропа привела их к небольшой ягодной поляне, где они решили устроить привал. Близнецы как раз начали уставать. В общем, расположились они, наелись, Лини и Лани уснули. Хлоя сказала:

— Умаялись, наверное.

Потом она и Сайя стали говорить о чём-то своём, я уже не помню, о чём именно.

И тут со стороны тропы послышались шаги. Ребята, наверное, сначала подумали, что это шелест, но потом поняли, что нет — настоящие шаги. Они взялись за остроги и стали медленно идти к тропе. Сайя никак не мог решиться выйти на тропу, и в итоге Хлоя опередила его. Она вышла, держа перед собой острогу, и увидела человека. Представь: обросший, бородатый, от одежды остались одни лохмотья, он и правда походил на дикого зверя. Но едва увидев Хлою, он тут же завопил и бросился в заросли. Сайя его успел краем глаза заметить.

— Что это было? Это был зверь? — спросил он.

А вслед за ним близнецы, которых разбудил крик:

— Кто там? Там зверь?

Хлоя сказала:

— Нет, это человек.

Она не могла понять, кто это и как здесь оказался, даже предложила Сайе пойти за ним, но тот сказал:

— Ты что, нельзя сходить с тропы!

В итоге они решили возвращаться на пляж.

А «зверь» тем временем прокричал ещё пару раз, и тут я понял, что ушли они не очень далеко, и на пляже было слышно эти вопли. Надо ли говорить, что среди «охотников» началась паника? Кайран взял копьё и пошёл искать Сайю и остальных. А я стал готовиться к тому, что сейчас начнётся. Как и следовало ожидать, когда они вернулись, «охотники» набросились на Сайю и Хлою, как собаки на неглоданную кость. Стали орать, какие они дураки: «А вот мы же вам говорили, да лучше бы зверь вас сожрал!»

Хлоя попыталась успокоить их. Она сказала:

— Это был человек, а не зверь.

И тут Чарн точно с цепи сорвался. Он проревел: «Что? !» — и наставил на неё острогу.

— Она говорит, что мы видели человека, и убери от неё эту штуку, — сказал Сайя и закрыл Хлою собой. Смелый парень оказался.

А Чарн всё не унимался:

— Да я вас обоих насажу на неё!

Его уже другие «охотники», включая Кайрана, стали пытаться успокоить, и ни в какую.

— Заткнитесь! Вы что, видите? Они заодно со зверем! Хотят запудрить нам мозги, чтобы он сожрал нас, — и всё тычет в них своей острогой, — чёрта с два, мы вас самих ему скормим!

Пересказывая слова Чарна, Оди говорил таким мерзким голосом, что Мию немного передергивало.

— Не знаю, чем бы все это закончилось, если бы я не вмешался.

— И что ты сделал?

— Я подошел к нему, вырвал у него из рук острогу и переломил ее об колено.

А потом говорю Кайрану:

— Угомони своего пса.

А Чарн мне:

— Что, зубы решил показать? Посмотрим когда зверь…

— Что, зубы решил показать? Посмотрим, когда зверь…

И тут Кайран приставил ему острогу к горлу. Только тогда он успокоился.

— Хватит, — сказал Кайран, — успокойся и вернись к работе.

Чарн подчинился, но лицо у него в тот момент было… словами не описать. Остальных «охотников» Кайран тоже отправил работать. Потом он повернулся к нам и говорит:

— Извините, не думал, что его так переклинит. Лучше к ним пока не подходить, Оди, пусть с тобой побудут.

Я кивнул. Близнецы тогда перепугались до смерти. Мы отошли и расположились у озера. Немного позже к нам подошел Кайран.

— Сайя, Хлоя, вы говорили, что видели человека, это были его крики?

— Да, — ответила Хлоя.

— Мы думали, что это зверь. Нам всем сегодня приснился кошмар, в котором зверь загоняет нас к озеру.

— Нам тоже, — сказал Сайя.

— В самом деле? И как вам хватило духу в лес пойти? Впрочем, не важно. Мы уверены, что зверь придет сегодня ночью. Оди, если ты что-то знаешь об этом, прошу, расскажи, я должен знать, что нас ждет.

И я рассказал все как есть: кого они на самом деле принимали за зверя. Но предупредил, что этот человек безумен, поэтому «охотникам» нужно быть готовыми к схватке.

— Только смотрите, не убейте его.

Сайю и Хлою, ожидаемо, эта история очень удивила. Хлоя спросила, откуда я все это знаю. А я ответил, что пока не могу об этом рассказать. Оттягивал неизбежное…

Наступила ночь. В небе снова взошла полная луна. Никто из нас так и не уснул. «Охотники» расположились у построенного ими заграждения с острогами в руках. Остальные сидели у озера, не отводя от них взгляд и ожидая, что будет дальше. Близнецы притихли и как будто даже не дышали. А у меня мурашки по всему телу бегали.

В тот момент казалось, что даже природа этого места пришла в трепет. Взбушевавшийся ветер разносил шум листвы, поднимал и закручивал песок, а озеро волновалось, подобно морю во время шторма. Воздух стал тяжелый, как перед грозой — не вдохнуть было нормально.

Из леса донесся вопль. «Охотники» тут же встрепенулись и мертвой хваткой вцепились в остроги. Он приближался. Топот нарастал с каждой секундой.

Кайран сказал:

— Приготовились!

Сайя и Хлоя наблюдали за происходящим. Близнецы жались к ним, дрожа от страха. Снова раздался крик, и из леса выбежал тот самый человек. Он бросился прямо на заграждение, стал пытаться перелезть через него. «Охотники» стали бить его острогами, но это не помогало. Пусть он и отощал, но в это стремление вложил все силы, что еще оставались у него. Он рвал остатки одежды и собственную плоть до крови, но все же сумел взобраться на вершину заграждения. И тут Чарн со всей силы ударил его острогой по ноге. Человек потерял равновесие и повалился на землю. «Охотники» обступили его, направили на него остроги. А он вскочил и бросился на Зои. Та, испугавшись, выбросила вперед острогу, пытаясь защититься. Он схватился за острогу и, навалившись, повалил Зои на землю. Тут Кайран и шибанул его по затылку.

— Насмерть?

— Нет, он выжил. «Охотники» привязали его к дереву, решили, что разберутся, когда он в себя придёт.

— А ты?

— А я, когда всё успокоилось и все стали укладываться спать, ушёл один в лес. Подальше ото всех.

— Но почему?

— Не знаю. Наверное, чувствовал, что завтра всему этому придёт конец. Хотелось попрощаться с этим местом. Я ходил по лесу всю ночь, на пляж вернулся только когда рассвело…

Они сидели и ели песок. Стояло полное молчание. Я хотел подойти ближе, но тут Кайран заметил, что связанный пришёл в себя. Сил у него совсем не осталось, но «охотники» всё ещё опасались его. Кайран и Ниар взялись за остроги. Хлоя подняла ветку с ягодами, и все трое подошли к нему.

Хлоя сказала:

— Вам нужно поесть.

А он в ответ рявкнул:

— Не приближайся ко мне!

— Но вы слабы…

— Иди к чёрту!

Сайя подошёл к Хлое, попросил её уйти, и тогда заговорил Кайран.

— А за что же вы так ненавидите нас?

— Что, прикалываешься? Или у вас память отшибло?

— Я не понимаю вас.

— Вы сожгли мою колонну!

— Что?

— Из-за вас я всё это время шарахался по этой, Богом проклятой зоне… Из-за вас…

И тут, закономерно, у Кайрана возник вопрос ко мне.

— Если ты знал, кто он, может, ты знаешь и о чём он говорит? На психоз это не похоже.

Не знаю, может, мне стоило стоять на своём и спихивать всё на галлюцинации и тому подобное, но я понимал, что вопросов будет всё больше и больше. Наверное, конец, в самом деле, был неизбежен. И тогда я сдался. Я обратился к Мастеру аномалий, тому, кто создал это место, и попросил его вернуть всем память…

— И что произошло?

— Они вспомнили всё, что было. С чего всё началось и как до этого дошло. То, что я никак не мог рассказать тебе. Но теперь настало время…

Все это началось, казалось бы, самой обычной ночью. Я никак не мог уснуть. За окном шел ливень и сверкали молнии. Но сну мешали не они, а какое-то странное предчувствие. Несколько раз я вставал с кровати, смотрел в окно, за которым не было видно ничего, кроме молний, а потом ложился обратно.

В конце концов, я все-таки уснул. Потом проснулся из-за шума с улицы. Выглянул в окно, а там толпа валит, машины сигналят, люди из них выскакивают и ныряют в эту толпу. Все куда-то несутся. Я не мог понять, что их так напугало, но чем бы оно ни было, мне было страшнее оказаться в этом потоке. Поэтому я решил, что если и разбираться с этим, то позже. И снова уснул.

А когда снова проснулся — улицы были уже пусты. Тогда я решил выйти и понял, что всех напугало. Мир действительно вывернулся наизнанку. Я шел и ловил каждую странность, что встречалась мне на пути. Сначала это была машина, которая ехала сама собой. Потом были деревья, которые стали стеклянными. Еще я увидел что-то похожее на туманную дымку синеватого цвета, которая ползала между домами. А еще в город стала пробиваться природа: зелень прорастала из-под земли и начинала обвивать дома. Могу предположить, что я пропустил что-то куда более впечатляющее, что и вызвало такую панику и заставило всех людей убежать из города. Но то, что видел я, меня не пугало, наоборот, нравилось. Сказать по правде, этот город мне всегда казался каким-то серым, или даже не так — бесцветным. А теперь, прямо-таки, заиграл новыми красками.

Так я и шел, куда глаза глядят, не зная, сколько времени прошло. И вот, я наконец-то встретил их — группу из восьми детей. Они были воспитанниками детского дома и пытались найти выход из города. И я пошел с ними.

Мы дошли до окраины города и продолжили путь по лесной тропе. Тогда мы увидели аномалии и в лесу (как оказалось, лес был их источником). Тогда мы и решили, что бы ни случилось — не сходить с тропы, чтобы не заблудиться в лесу. Тропа вывела нас к этому самому озеру. Уже начинало темнеть, и мы устроили привал. А потом решили, что здесь не так уж и плохо, да и идти нам, в общем-то, было некуда.

Из разговора с детдомовцами я узнал, что трое из них — Кайран, Ниар и Зои — решили спрятаться всем на зло. Еще двое, Чарн и Сайя, увязались с ними за компанию. А Хлою и близнецов просто забыли, бывает и такое. Потом они стали искать выход из города, так и встретились со мной.

Мы еще пытались найти выход из этого места, но перестали, когда увидели, что тропа движется. Тогда и решили всегда возвращаться до сумерек, боясь, что она заведет нас глубже в лес. Кстати, о том, что песок съедобный, мы узнали, когда он попал Ниару в рот. Тогда мы еще подумали, что он нас разыгрывает.

В общем-то, так мы тут и ужились. Здесь было все, что нам нужно. Почему нельзя было назвать это место домом? Но в один день случилось то, чего мы никак не ждали. Прямо перед нами на пляже появился человек в черной мантии до самой земли и с капюшоном на голове, полностью скрывающим лицо. Он сказал, что создал это место, причем совершенно случайно. Мы прозвали его Мастером аномалий. О том, кто он, он ничего не сказал, но, как я понял, он был потусторонней или инопланетной сущностью. Оказалось, что те молнии были его экспериментом, за последствиями которого он не уследил. А дальше буквально плесень в чашке Петри завелась. Он сказал, что скоро аномалии исчезнут, но мы стали упрашивать его сделать так, чтобы они остались. В ответ он предложил нам отправиться вместе с ним к звездам, и даже нашлись те, кто был готов, но в итоге все-таки получилось уговорить Мастера аномалий сохранить это место для нас.

А потом наступила ночь, и во сне мы увидели, что сюда едет военная колонна. Если бы нас обнаружили, просто так не оставили бы. И тогда кому-то пришла в голову мысль попросить Мастера аномалий дать нам огонь и помочь напугать военных. И он исполнил нашу просьбу. Все, кроме меня и близнецов, разрисовали себе лица, чтобы походить на дикарей, и взяли в руки факелы.

Представь, каково было солдатам в тот момент. Они шли туда, откуда люди бежали в панике, видели всевозможные аномалии и, в довершение, шестеро мелких аборигенов с факелами в руках. Но дальше случилось то, о чем я даже представить не мог. Они бросили эти факелы в машины. Пламя вспыхнуло и разнеслось со скоростью ветра, окутав всю технику и разойдясь дальше по лесу. Солдаты в панике пустились кто куда. А их командир, как ты уже знаешь, заблудился в лесу. Если тебе интересно, были ли там жертвы, то я не знаю. Не рискнул спрашивать об этом у Мастера — боялся, что он скажет: «Они есть».

— Но почему?

— Из-за страха. Кого-то пугала неизвестность, кого-то то, что мы сами могли оказаться в этом пожаре, кого-то собственное подсознание — они думали, что к пожару привели их скрытые желания. А кто-то боялся самого Мастера аномалий. Ответа на вопрос «почему так случилось?» я тоже не искал. Я попросил у Мастера другого.

— Чего же?

— Стереть им память.

— Зачем?

Голос Мии дрогнул. Этот короткий вопрос прозвучал почти как обвинение. Оди увидел гнев в ее глазах.

— Отчасти потому, что всё же они не были в этом виноваты. Но во многом я не хотел, чтобы это место исчезло. Оно стало для меня чем-то особенным. Чем-то… даже не знаю, как высказаться. Наверное, будет громко сказано, но я видел в этом чудо. Оно появилось из-за случайности, как жизнь в космическом хаосе, и стало для меня всем. А там, куда нас звал Мастер, такого не было. Там подобное — обыденность. Когда чудеса становятся обыденностью, это уже не чудеса. А это место — одно в целом мире. Как луна… — Оди поднял глаза к небу и недолго помолчал. — Я понимаю, что поступил как эгоист, и не ищу оправданий. В тот момент мой разум был затуманен. Мастер исполнил мою просьбу. А потом они обо всём этом вспомнили. И узнали, кто с ними это сделал.

— На самом деле, не знаю, смогла бы я на их месте тебя простить.

— Я не ищу прощения. Я и сам себя до сих пор не могу простить. Хотя Сайя, кажется, смог. Добрый он всё-таки…

Чарн и Ниар чуть не набросились на меня, но Кайран и Сайя остановили их. И все же мало кто в тот момент смотрел на меня без осуждения. А потом Кайран развязал офицера и сказал, что больше не намерен здесь оставаться. Я сказал ему, что сегодня тропа выведет их из леса. Сайя попытался остановить его, но безуспешно. За Кайраном пошел Чарн, потом Зои с Ниаром, потом близнецы. Остались только я, Сайя и Хлоя. Я тогда сказал, что не зря все боялись зверя — он пришел и разрушил все, что у нас было. А потом я пошел к тропе.

Сайя крикнул мне:

— Оди, ты куда?

Я обернулся и ответил:

— Мне здесь больше не место.

И пошел. А они остались. По пути я встретил близнецов, которые решили вернуться, а потом увидел впереди остальных. Но подходить к ним я не стал. Я шел один, смотрел по сторонам и мысленно прощался с этим местом.

К наступлению темноты тропа вывела нас к ограждению. С той стороны нас заметили солдаты. После недолгих объяснений с офицером они вывели нас к выходу.

А дальше — карантин. Отмыли, выдали пижамы, разместили по отдельным боксам. Когда я остался один, лег на кровать и закрыл глаза. Я хотел посмотреть на тех, кто остался. Увидел их не их глазами, а со стороны — как будто снова оказался там. Они, четверо, сидели на берегу. Я не знаю, почему близнецы вернулись. Может быть, подумали, что без Сайи и Хлои им будет одиноко, или поняли, что им, в общем-то, некуда идти. На небе снова взошла полная луна. Пятую ночь подряд. И тут поверхность озера покрылась серебром. Оно буквально затвердело. А на том берегу появился Мастер аномалий. Он позвал их к себе, и они пошли. Прямо по озеру. И я пошел за ними. Мастер сказал, что уходит с Земли и все следы его пребывания на ней исчезнут. Тем, кто остался, он предложил пойти с ним. Они согласились.

Он пошел, и они пошли вслед за ним. Пошли по земле, которая стала исчезать у них из-под ног. Вскоре вместо нее осталась только пустота, а потом они оказались в космическом пространстве, среди звезд, планет и туманностей. А они продолжали идти, будто что-то твердое все еще было у них под ногами. Мастер аномалий говорил, что покажет им чудеса, о которых другие люди могли только мечтать.

А я… я остался здесь. На следующее утро объявили, что аномальная зона исчезла. Люди стали постепенно возвращаться в город. Нас обследовали на карантине и отпустили. Так все и вернулось на круги своя. Через несколько дней я узнал, что майор Кросс застрелился. Похоже, мысленно он так и не смог покинуть этот лес. Как, в общем-то, и я.

— Так почему же ты остался?

— Потому что я недостоин. После того, что я сделал… Там, вместе с Сайей, с Хлоей, с близняшками… Мне там не место. Думаю, ты согласишься со мной.

— Не мне тебя судить. Но знаешь, мне кажется, Сайя и остальные, кто ушел, были бы рады снова увидеть тебя.

Оди ничего не ответил. Его взгляд зацепился за лунную дорожку, протянувшуюся через озеро. Мия поняла, что он сейчас не с ней, — он с теми, кто ушел по этой дорожке навсегда. Когда он, наконец, вернулся, в его глазах еще теплилось что-то похожее на прощание.

— А с другими, кто остался, ты встречался? — спросила Мия.

— Встречаемся иногда. Только поговорить с ними как-то не о чем. Все что связывало нас ушло вместе с Мастером аномалий. Кайран мне недавно сказал как-то так: «Леденящий ветер из дальнего края дует в моей душе. Я ясно помню сияние той потерянной земли. Я ходил по ее счастливым тропам, но мне нет туда возврата…»