Пятая преграда

— Существует пять преград на пути в... — старик задумчиво вздохнул, подбирая слово, и наконец выдохнул: — к необратимой смерти.

Собеседник старика задумчиво почесал свою густую, торчащую во все стороны, бороду. Борода жила своей жизнью — топорщилась, лезла в глаза, норовила окунуться в кружку. Дварф уже смирился.

Они сидели в грязной таверне Девлина. Заведение носило весёлое название «Пьяный Имм», хотя веселья здесь в помине не было. Были грязные стены, липкие столы и дешёвое пойло, которое они сейчас пили из глиняного кувшина.

— Ну, две преграды я знаю, — обдумывающе сказал Снифергин. — Одна из них — это клинок, другая — доспехи.

Старик ободрительно покачал головой. Небрежно вытер рукавом рот, удаляя капельки эля, застрявшие в седых усах и бороде. Откашлялся.

— Верно. Первая преграда — клинок, что даёт отпор врагу. Вторая — доспехи, что защищают плоть. Третья — это сама плоть...

Он откусил смачный кусок окорока, который держал в руке, запил элем, довольно крякнул. Окорок был жирный, с золотистой корочкой, и сок стекал по пальцам, капая на стол.

— Четвёртая преграда, — продолжил старик, медленно размахивая остатками окорока перед глазами собеседника, то влево, то вправо, — на пути в Лимб, на пути к необратимой смерти — это магия, живущая в каждом живом существе. Пусть она — песчинка в море настоящей магии, но она есть в каждом.

Он откусил ещё.

— Маги усиливают эту песчинку такими заклинаниями, как «броня» или «щит». Защищают свою последнюю преграду. А простые люди... простым людям остаётся только надеяться, что песчинки хватит.

— Эй, бродяги! Дварф и седой старикашка...

Рядом с ними стоял огромный полуорк.

Он скрестил руки на груди, мышцы перекатывались под кожей. Полуорк играл мускулами, будто они были сами по себе отдельным видом оружия.

— Вам здесь не место, чёртовы люмпены!

— Кого ты назвал люмпеном? — огрызнулся Снифергин.

В его руках уже блестел двуручный топор. Откуда он его достал — непонятно.

— Что за рамсы? — с улыбкой пропел полуорк, обнажая свой меч. — Ребята, эти бродяги хотят драки!

Раздался дикий хохот.

Перевернув соседний столик, к полуорку примкнули ещё трое: два человека и один дроу. Одеты они были как лесные грабители — потёртая кожа, дешёвые плащи, лица, которые даже самый добрый судья назвал бы неблагонадёжными.

— Снифергин... — тихо прошептал старик. — Делай, что обязан.

Дварф кивнул.

— Защищайся! — злобно прошипел полуорк, размахнувшись длинным клинком.

Снифергин парировал.

Топор встретил меч, и меч не выдержал. Раскололся пополам с визгливым звоном, и две половинки разлетелись в разные стороны, сверкнув на прощанье.

— Первая преграда, — тихо прошептал старик.

Дварф двигался дальше по инерции, разворачиваясь. Топор описал дугу, вошёл в кожаные доспехи бандита, разорвал их, как гнилую тряпку.

Из огромной рваной раны хлынула кровь.

Тёплые багровые капли падали на пыльный деревянный пол трактира.

— Вторая преграда, — столь же тихо прошептал старик.

Следующий удар Снифергина пришёлся по шее полуорка.

Топор вошёл в плоть легко, будто та была маслом. Голова, соскочив с плеч, пролетела через всю таверну. Она крутилась в воздухе, волосы развевались, глаза были открыты и, кажется, удивлены.

С тихим грохотом голова упала в конце зала.

— Третья преграда, — сказал старик и встал из-за стола.

Он смотрел на тело, которое ещё не осознало, что умерло. Ноги подкосились, туловище осело на пол, кровь растекалась тёмной лужей.

— Судя по всему, ещё и четвёртая, — добавил старик. — Они так неразделимы между собой.

Застывшие в ужасе головорезы стояли, не спуская глаз с окровавленного топора Снифергина.

Двое людей и дроу. Трое против одного. Никто не двигался.

Дварф театрально загоготал, раскручивая в руках своё грозное оружие. Топор свистел, рассекая воздух, разбрасывая капли крови.

— Песчинки времени... — голос старика сорвался на шёпот.

Он взмахнул руками, и всё замерло.

Все, кто находился в таверне, застыли, словно каменные изваяния.

— Время остановил, — подметил Снифергин. Он выглядел довольным.

— Итак... — старик поднял палец вверх. — Осталась лишь пятая преграда.

— Вообще-то он уже мёртв, — Снифергин покосился на тело полуорка.

— Да ну? — нахмурился старик. — Смотри...

Он подошёл к телу. Наклонился. Положил ладонь на грудь, туда, где ещё недавно билось сердце.

— Ветрами севера я заклинаю... — начал распевать старик.

Голос его становился всё тише. Слова тянулись, перетекали друг в друга, теряли смысл, превращаясь в монотонный звук.

Пока полностью не перешли в шёпот.

Тело полуорка дёрнулось.

Мёртвые пальцы застучали по деревянному, залитому кровью полу. Быстро, нервно, будто отбивали дробь. Ноги изогнулись, вывернулись, забили в конвульсиях.

Снифергин попятился.

Шёпот старика смолк.

Безголовый полуорк медленно и неуклюже встал на ноги. Тело качнулось и сделало шаг в сторону дварфа.

— ЭЭЭ! — тупо выкрикнул Снифергин, попятившись назад. Топор в его руках дрожал.

— Пятая преграда, — с улыбкой на лице сказал седовласый старик.

Он стоял в стороне, сложив руки на груди, и наблюдал за тем, как мёртвое тело без головы медленно шагает к дварфу.

— Душа, — объяснил старик. — Сломив тело, ты не сломил дух. Это простейшее заклинание некромантии. Я сделал из него зомби — ходячий труп.

Зомби сделал ещё шаг. Руки его тянулись вперёд, пальцы хватали воздух.

— И что мне с этим делать? — огрызнулся дварф, отрубив зомби левую руку.

Зомби даже не остановился.

— Можешь пошинковать его в капусту, конечно же, — безразличным тоном ответил старый волшебник. — Но ты всё равно не сломишь его дух, хоть и полностью уничтожишь тело. Быть может, он вернётся к тебе уже в виде бестелесного призрака и отомстит...

— Ты шутишь? — Снифергин отрубил вторую руку. Зомби пошатнулся, но устоял. — Этого мне ещё не хватало!

— Вовсе нет... — тоном мудрого учителя, объясняющего простые истины своему нерадивому ученику, сказал маг. — Вот поэтому тебе нужно знать, как УБИВАТЬ. А не создавать новых неупокоенных какому-нибудь некромантишке.

Он подошёл со спины к ходячему трупу.

Зомби повернул к нему обрубок шеи — будто мог видеть. Будто искал.

Старик забормотал себе под нос слова какого-то заклинания. Слова резали воздух, как клинки. Он коснулся плеча трупа пальцами.

Тело вспыхнуло синим пламенем. На месте, где он стоял, осталось только пятно копоти на полу.

Старик отряхнул руки.

— Пятая преграда рушится при помощи волшебства, — произнёс он, направляясь к деревянной двери таверны. — Древних заклинаний или зачарованного специальным образом оружия.

Он взялся за ручку, обернулся.

Время всё ещё стояло.

— Надеюсь, урок усвоен, — сказал старик.

Снифергин смотрел на пятно копоти.

— А с этими что? — он кивнул на застывших бандитов.

Старик улыбнулся.

— А это уже твоя преграда.

Он вышел. Дверь скрипнула и закрылась.

Снифергин остался один в тишине. В окружении застывших бандитов.

Он вздохнул. Поднял топор.

— Не люблю уроки, — проворчал он.

Время потекло.