Пьяный мастер - 2. Между первой и второй

С высоты в тысячу локтей открывался потрясающий вид на, зеленевшую внизу, долину Карниост, по которой синей лентой протянулась река «Бурная». Её исток был высоко в Северном хребте, протянувшимся вокруг Карниоста, защищая своими острыми, покрытыми белыми шапками снега, зубцами от непрошенных гостей.

Я стоял на капитанском мостике воздушного фрегата «Праведный шторм», рядом с молодым капитаном – на вид ему было не более шестидесяти; но, судя по справкам, что мне удалось о нем навести в порту «Порыва-ветра», очень способный, а главное – удачливый! Я решил прислушаться к совету Делии, раз она обратила мое внимание на удачу, значит, пусть так и будет.

Вот уже несколько часов мы преследовали другое воздушное судно – «Коготь мантикоры», собственно, ради нападения на него я и нанял капитана Елисморна с кораблем и командой.

«Коготь мантикоры» резко взял влево, поворачиваясь к нам всеми своими двадцатью пушками.

– Лаконта, готовься, сейчас будет залп! – выкрикнул капитан Елисморн.

– Варо элестио! – воскликнул я, разворачивая над «Праведным штормом» – нашим летучим судном, незримый для смертного взора воздушный щит.

– Поддайте жару! – велел капитан машинному отделению. Чтобы свести на нет огневое превосходство «Когтя» нам нужно было как можно быстрее преодолеть разделявшее нас расстояние и взять его на абордаж.

Черный как смоль дым с утроенной силой повалил из нашей трубы.
Винты, толкавшие «Шторм» вперед стали гудеть сильнее, а воздушное судно заметно ускорилось.

Грянул пушечный залп.

Два десятка ядер устремились нам на встречу.

– Парни, держись! Лаконта, якорь мне в горло, пришла пора показать на что ты способен! – несмотря на свой юный возраст (на вид ему было немногим за пятьдесят), капитан Елисморн уже был довольно опытным воздухоплавателем, а матросы в его команде умелыми и преданными, именно поэтому, а еще потому, что больше никто не отважился на этот поход, я и летел на борту «Праведного шторма».

Сомнений в надежности моего воздушного щита у меня не было, но для надежности и большей театральности, чтобы произвести неизгладимое впечатление на капитана и команду, для которых магия была в диковинку – все не сводили с меня глаз; я сотворил в обеих руках по файерболу и принял боевую стойку.

«Что ж, давайте займемся делом!» – подумал я приготовившись играть на публику.

Тем временем, ядра, пущенные по нам из пушек «Когтя», достигли моего воздушного щита и, одно за другим, стали отскакивать от него падая вниз.

«Хорошо под нами раскинулось глубокое ущелье, и никто не живет», – пронеслось у меня в голове. Проводив несколько ядер взглядом, я принялся размахивать руками, в которых пылал огонь и выкрикивать при этом несуществующие заклинания:

– Кево доронто! Эстио варма!

Как правило, на людей далеких от магии, подобные выкрутасы производили сильное впечатление. Честно говоря, мне не нравилось заниматься подобной ерундой, так что пришлось накатить перед этим триста грамм местного рома, чтобы приглушить совесть -- как-никак на кон были поставлены жизни моих друзей.

Кстати, если вы только что присоединились к моим приключениям и не совсем понимаете, что происходит, не волнуйтесь, мы с вами в одной лодке (в прямом и переносном смысле, хотя «Праведный шторм» все-таки не лодка, а боевой воздушный фрегат), я сам все еще в процессе распутывания событий, которые свалились на мою голову за последние полторы недели.

Но, все же, давайте я представлюсь! Меня зовут Виталио Де Лаконта. Я волшебник, любитель выпить и завсегдатай кабаков – в последнее время осел в мире «Магиост» и предпочитаю тамошнее заведение «Хреновуха».
Относительно недавно поймал на свою седую голову проклятье и, теперь, я вязанный. Да-да, человек из ниток. Если для вас это в диковинку, отправляйтесь в мир «Вязно», известный больше как «Тряпьё», и узрите целый вязанный мир.
Всё и все там связаны! И не в каком-то переносном смысле, а в самом прямом. Здания, дороги, люди, животные, еда – абсолютно все связано из различных сортов нитей.

Но, давайте-ка не будем увлекаться прошлым, как-никак, а у нас тут, в самом разгаре, воздушная погоня!

Итак, благодаря вашему покорному слуге, пушечный залп «Когтя» не причинил нам ни малейшего вреда. «Шторм», неотвратимо сокращал разделявшее нас расстояние.

– Парни, товсь на абордаж! – приказал Елисморн.

На палубу высыпала толпа коренастых существ, покрытых зеленой, переливающейся в лучах солнца, чешуёй. Это были безродые блуммы. По форме их тела походили на перевернутую каплю изогнутую в форме иероглифа «S». Большие мощные челюсти, усыпанные несколькими рядами мелких, острых зубов. Короткие ноги. Руки невероятно цепкие и непропорционально длинные, их блуммы также использовали при передвижении.

В общем существа довольно интересные и просто незаменимые, если вам нужна абордажная команда.

«Что же в них особенного? – резонно можете поинтересоваться вы, – Что блуммы могут такого особенного, чего не умеет любой другой головорез, промышлявший воздушным пиратством?»

Вся прелесть была в слюне этих отвратительных на первый взгляд созданиях. Она обладала невероятно сильным снотворным эффектом. Так что если вам нужно было захватить корабль со всем его грузом, да еще так, чтобы никто об этом не вспомнил – да, кстати, говорят после укуса безродного блумма нехило отшибает память и бодун похлеще чем с добротного перепоя…

Тем временем «Праведный шторм» поравнялся бортами с «Когтем мантикоры». За то время, пока мы их догоняли, те сделали еще два залпа из своих пушек – результат все тот же: ни одно ядро не преодолело мой воздушный щит.

Я же продолжал изображал «танец с бубнами» все также выкрикивая несуществующие заклинания, размахивая при этом руками, в которых пылал огонь.

– Крюки! – велел Елисморн.

В сторону «Когтя» тотчас полетели огромные металлические «кошки», к которым были привязаны канаты. Обороняющаяся команда ответила залпом из своих пистолей и карамультуков. Среди блуммов послышались крики, некоторые из чешуйчатых ребят, взявшись за раны в груди, стали падать на палубу.

«Атарийское оружие», – обреченно вздохнул я, против него магия была бессильна.

– Тяни! – продолжал приказывать капитан.

Блуммы, под дружное «уканье», навалились и стали тянуть коготь к нам.

Как только расстояние между кораблями сократилось до прыжка, наша чешуйчатая команда лавиной обрушилась на «Коготь мантикоры», не оставляя противнику ни малейшего шанса.

– Вперед, бей их! – скорее для порядка, рявкнул Елисморн, капитан все-таки.

Казалось, дело в шляпе и подавление сопротивления защитников «Когтя», которые закрылись в капитанской каюте, дело решенное. Однако подозрительный хлопок, который донесся до нас сверху, напомнил мне о том, что не стоит делить шкуру неубитого медведя. Палуба «Шторма» пошатнулась.

– Якорь мне в горло! – выругался Елисморн трёхэтажным матом. – Лаконта, баллон! Мы теряем газ!

Взглянув в направлении, указанном капитаном, я увидел, что огромный наполненный газом баллон, благодаря которому наш фрегат летал, был поврежден.

– Как им это удалось?

– Какая разница! Сделай что-нибудь, пока мы не потеряли высоту иначе мы покойники! – рявкнул капитан.

– Ладно, – кивнул я и, применив левитирующие заклинание, взмыл вверх, к пробитому баллону. Холодный воздух ударил мне в лицо, окончательно прогоняя дымку легкого подпития, без которой мир вокруг становился мрачным и невзрачным.

«Эх, сейчас бы накатить, а не вот это вот все», – пронеслось у меня в голове.

Из моего нового положения открылся потрясающе красивый вид на раскинувшееся под нами ущелье.

«Так, соберись! Пробоина в баллоне!»

Взлетев повыше, так чтобы можно было осмотреть наш огромный наполненный летучим газом «пузырь», я принялся искать пробитое место. Дело, скажу вам, довольно хлопотное – сверху слепило солнце; снизу белый баллон…

– Ага, вот ты где! – довольно воскликнул я, но мне не удалось сотворить никакого заклинания, как откуда-то снизу донеслись выстрелы и рядом со мной засвистели пули.

От такого «нежданчика» я крепко выругался, тут же принявшись накладывать на себя заклятие невидимости – единственное, что пришло в голову. Я рассудил так: «Раз в окружавшем меня воздушном щите не было смысла – наверняка у стрелка атарийское оружие, то единственное, что мне поможет, это скрыться с глаз».

Став незримым для невооружённого взгляда, я молниеносно устремился вниз к баллону. Нужно было уйти с линии огня, заодно устранить пробоину в баллоне, иначе все мои планы пойдут прахом.

Грянули еще два выстрела. На сей раз пули не свистели рядом со мной, а это значило, что мой трюк сработал. Усевшись на баллоне поудобнее, скрестив при этом ноги, я принялся колдовать над пробоиной.

Для начала, нам нужна была латка. Из чего ее сделать на высоте в тысячу локтей? Я решил далеко не ходить и взял небольшой обломок доски от борта «Когтя мантикоры». При помощи «Ледяного вихря» измельчил его до щепок. Вытянул из ближайшего облака стакан воды, добавив её в получившуюся стружку.

«Теперь дело осталось за малым – придать этой жиже побольше густоты и клейкости», – подумал я, покосившись вниз, на блумов. В этот момент грянул очередной выстрел…

Жгучая боль черканула мой левый висок. Вскрикнув, я выругался, не стесняясь в выражениях, пройдясь по родителям стрелка и их неразборчивым половым связям.
– С этим надо решительно что-то делать! – прорычал я себе под нос, инстинктивно ухватившись за кровоточащую рану на виске.

Видимо меня выдал ледяной вихрь, при помощи которого я делал стружку для клея. Значит, стрелок на одной высоте со мной, раз мог это увидеть. Не дожидаясь новой пули, я отлетел в сторону от баллона и продолжил его латать на расстоянии.

Чтобы придать получившейся жиже густоты и клейкости, я поднял с низу, их гущи боя между блуммами и защитниками «Когтя» лужицу крови и зеленую чешую, после чего принялся все мешать.

Снова раздался выстрел.
Мое предположение оказалось верным – звук донесся со стороны «Когтя мантикоры».
«Он на баллоне и тоже невидим!» – понял я, в тот же миг воскликнув:
– Сортио ларно! – проявляющее заклятие, должно было сбросить чары со стрелка.

К моему удивлению стрелок оказался далеко не так прост, как можно было бы подумать на первый взгляд. Стоило чарам улетучится, я увидел огромного орла, что летел локтях в пятидесяти позади «Когтя», в верхом на нем, стрелка. Это был тощий мальчишка лет тридцати в широкополой шляпе с пером с длинноствольным карумультуком в руках.
«Попался!» – довольно подумал я.

Стоило нашим глазам встретиться, как он что-то пробормотал, видимо понял, что его раскрыли. Дабы хитрец не сбежал, я тут же метнув в него сразу пару огненных шаров, так казать, чтобы уж наверняка попасть. Пока стрелок занялся попыткой спастись от моих файерболлов, мне ничего не мешало заделать пробитый баллон «Праведного шторма» моим чудо-клеем.

Когда все было готово, утечка летучего газа устранена, и угроза для нашего фрегата миновала, всё свое внимание я направил на орлиного наездника, всей душой надеясь, что тот уже поджарился.
Однако вопреки моему ожиданию, до меня донеслись знакомые звуки выстрелов.
По-прежнему находясь под защитой заклинания невидимости, ливетируя себя, я спустился к палубе «Когтя», где наши безродные блуммы пытались проникнуть в каюту капитана, где укрылись остатки команды.
Тем временем стрелок, сидя верхом на своем гигантском орле, летал вокруг кораблей и с завидной точностью шмалял по нашим зеленым уродцам, убивая на каждом вираже то одного, а то и двоих блуммов.
«Какой настырный», – подумал я, подлетая ближе.

– Товио эрно! – шепотом слетело с моих губ, прямо перед клювом гигантского орла, когда тот заходил на очередной вираж, на мгновение появилась вспышка, ослепив птицу. Издав пронзительно-недовольный вопль орел, на полном ходу, врезался в одну из мачт «Когтя мантикоры»…
– Знай наших, – довольно оскалился я, наблюдая как стрелок и птица рухнули на палубу.
Нужно было развить победу и не дать ему вновь взяться за карамультук.
Приблизившись к распластавшимся на палубе пареньку в шляпе и гигантской птице, я произнес:
– Селтио палто! – накладывая на обоих заклятие оцепенения. Этого должно было хватить, чтобы никто из них не поднялся и не начал вновь мешать нам делать дело.

Тем временем безродные блуммы столпились у двери в каюту капитана «Когтя мантикоры», тщетно пытаясь проникнуть внутрь.
«Пора бы уже подвести черту в этом деле!» – пронеслось у меня в голове, после чего я выкрикнул:
– Ну-ка, парни, разойдись!
Огненный шар средней мощности разнес в щепки дверь в каюту капитана и орава чешуйчатых уродцев устремилась внутрь.
– Все, дело в шляпе, – буркнул я себе под нос, довольный проделанной работой.

* * * * *

Итак, «Коготь мантикоры» был полностью наш. Все члены экипажа благополучно покусаны блуммами и находились в отключке, аккуратно сложенные вдоль борта. Эта участь не миновала и стрелка с его орлом, они были живы и лежали на палубе вместе со всеми.
К сожалению, несмотря на все мои старания, не обошлось без жертв с обеих сторон: у троих членов команды «Когтя» проявилась неадекватная реакция на укусы блуммов, одного из них мне удалось спасти, а вот двое других отошли в мир иной; еще один матрос, в пылу потасовки, оступился и вывалился за борт – тут уж все вопросы исключительно к богам; среди блуммов было четверо убитыми – конечно жаль их, но они и плату взяли солидную. Одно радовало: согласно нашему договору с Воррком – так звали родовитого блумма, который возглавлял их кодлу; я был обязан выплатить ему премию если уродцев погибнет более восьми; так что отделавшись малыми потерями среди зеленых уродцев, я еще и сэкономил.

Оставив Елисморна на палубе, я, в гордом одиночестве, спустился в трюм. Где-то здесь, среди вонючих гамаков, бочек, мешков и ящиков с различным товаром, лежала она – голубая пятигранная жемчужина «Эолайтниг», ради которой мы все и затеяли.

– Аваро, – прошептал я поисковое заклинание, но ничего не произошло.

«Ну, хотя бы защитное заклятие наложили», – промелькнула у меня в голове мысль.

С самого начала этого мероприятия и я, и капитан, и предводитель блуммов Воррк, не могли уложить в своих головах всей той беспечности, которую проявляли хозяева легендарной жемчужины при её перевозке.

Хотя, может в их картине мира они сделали максимально возможное? Попробуй пойми, что происходит в чужой голове.

– Сортио ларно, – прошептал я, развеивая наложенные на трюм заклятия.

Несколько бочек тут же с треском разлетелись в щепки, из них вырвался голубоватый огонь.

«Вот тебе и ловушечка», – не будь вокруг меня воздушного щита, то был бы я уже горсткой пепла.

– Девелто! – воскликнул я, подняв руки, чтобы успокоить разбушевавшееся пламя. В ответ на это «хлопнула» еще одна бочка, из которой в меня полетели несколько сотен металлических «ежей».

«А парень-то не так прост», – пронеслось у меня в голове, имея ввиду волшебника, оставившего эти ловушки.

– Лаконта, ты там живой?! – донесся с палубы голос капитана.

– Все в порядке, работаю!

– Уверен, у тебя дым столбом?

– Справлюсь!

Человеку со стороны могло показаться, что Елисморн проявлял заботу, однако его волновала оплата, которую он не получит, если я помру – моя безопасность, один из важных пунктов нашего договора.

Уняв пылавший в трюме огонь, я вновь произнес поисковое заклинание:

– Аваро!

И, вот, она! Сияя голубым огоньком, из мрака обгоревшего трюма ко мне устремилась пятигранная жемчужина – Эолатнинг.

«Даже интересно, какую роль эта малышка играет в моем плане? – пронеслось у меня в голове, пока я прятал ее в карман. – Особенно, если учесть, что несколько дней спустя у меня ее украдет Ораввия…»

Мои рассуждения беспардонно оборвали взволнованные крики безродных блуммов, донесшиеся с палубы.

«Что там еще за суета?» – подумал я и тут же грянул пушечный выстрел.

Локтях в пятнадцати от меня, издав оглушительный грохот и треск, образовалась пробоина почти два локтя в диаметре.

«Похоже, у нас незваные гости», – пронеслось у меня в голове…