"Да" через года

Дверь учительской распахнулась так резко, что стоящая на тумбочке герань вздрогнула. На пороге появилась Екатерина Александровна, молоденькая учительница биологии, с глазами круглыми, как лупы в её лабораторном кабинете.

— Он приехал! Девочки! Приехал! — выпалила она громким шёпотом, оглядывая комнату. — Новый директор. Мне секретарь сказала, его сегодня на большой перемене в актовом зале представят. Говорят, солидный такой!

В учительской повисло то особое напряжение, которое бывает только в женском коллективе перед появлением нового начальника-мужчины: смесь любопытства, легкой тревоги перед переменами и внезапного желания срочно поправить причёску.

Учительница младших классов Татьяна Петровна, которая красилась даже в магазин за хлебом, мгновенно выхватила из сумочки зеркальце и принялась подкрашивать губы.

— Ах, новый директор, — пропела она, стрельнув глазами. — Надеюсь, не чета нашему прошлому, который только и умел, что нотации читать.

Ирина Сергеевна, заслуженный учитель математики почти с тридцатилетним стажем, отвлеклась от проверки контрольных и с легкой усмешкой взглянула на суету. Рядом с ней на диване, благоухая духами «Красная Москва», восседала Любовь Константиновна, учитель истории. Женщина шестидесяти девяти лет, чья самооценка не уступала в весе чугунной сковороде, медленно подняла голову. Она была бессменной хранительницей школьных тайн и городских сплетен. Окинув всех взглядом, дала понять, что факты сейчас будут выданы строго по дозировке. Поправила очки на золотой цепочке и произнесла с чувством собственного достоинства:

— Во-первых, Катя, не «девочки», а «коллеги». А во-вторых, информация у меня, естественно, есть. Мой бывший муж, он, знаете ли, до сих пор в департаменте образования работает, хоть мы и в ссоре, но связи остались.

Все навострили уши. Даже Ирина Сергеевна отложила красную ручку. Конечно, бывший муж Любови Константиновны работал сторожем в соседней музыкальной школе, но кто же будет проверять источник информации в такой важный момент?

— Итак, — Любовь Константиновна выдержала паузу. — Виктор Алексеевич Морозов. Пятьдесят лет. Десять лет как в разводе. Дочь взрослая, замужем. Есть внук. Квартира в центре Москвы, говорят, хорошая. Машина — новенькая иномарка, не чета нашим развалюхам.

— Завидный жених! — ахнула Татьяна Петровна, поправляя прическу.

— Холостяк, — значительно поправила Любовь Константиновна. — Завидный холостяк. Но нам, людям интеллектуального труда, важны прежде всего его методы управления.

В этот момент дверь снова распахнулась. На пороге стоял физрук Сергей Иванович, или, как его все называли, Иваныч, мужчина прямолинейный, как турник. Он оглушительно свистнул (привычка, от которой вздрагивали даже старшеклассники).

— Дамы, на выход! — рявкнул он. — В актовый зал подтягиваемся, директора будут показывать. Живо-живо!

Вся учительская пришла в движение. Все поправляли блузки, одергивали юбки и, словно лебединая стая, плавно, но быстро направились к выходу. Ирина Сергеевна, подхватив свой журнал, двинулась следом, думая о том, что сейчас будет урок в её «любимом» 9 «Б».