"Каэлира Морнвал: Юбка, Рога и Бывшие Проблемы"

Аннотация к Рассказу:

"Каэлира Морнвал: Юбка, Рога и Бывшие Проблемы"

🌗 «Она — экс-мастер рун в теле демонической нимфы. Мир ждёт спасения. А она — утренний кофе без инструкции.»

Лиандор Морнвал, легендарный Хранитель Рун, думал, что ритуал "Троекратного Отражения" спасет его от гибели в битве с Древним Злом. Он ошибался. Проснулся он не могущественным магом, а... Каэлирой. Девушкой с пушистым хвостом, пылающими янтарными глазами и парой эффектных черно-красных рогов, покрытых рунами его прошлой жизни. Теперь в одном теле бьются две души: мудрый, но раздраженный Лиандор и дикая, хаотичная сущность Каэлиры.

Элдрим не ждет неженок. Каэлире нужно найти Шепчущий Камень, ключ к балансу сил. Но как сосредоточиться на спасении мира, когда:

Твое новое тело отчаянно ненавидит горький эль и постоянно норовит смахнуть хвостом кружки в таверне?

Твои бывшие ученики не узнают в тебе наставника, а видят лишь "красотку с рожками" и пытаются подкатить (пока не заметят знакомый шрам)?

Твои бывшие коллеги-педанты требуют справку от мага-терапевта для "обновления личного дела" в графе "пол"?

А бывшие враги орут "Монстр!" и "Ублюдок двух миров!", когда ты являешься сорвать их ритуал освобождения Тьмы, часть которой теперь... ты сама?

Этот путь – сплошное минное поле гендерного диссонанса, черного юмора и хаотичной магии, где щит Лиандора трещит, а когти Каэлиры рвут доспехи. Спасение Элдрима висит на волоске, и только баланс между магом и демоном внутри может его спасти. Если, конечно, Каэлира не спалит архив по пути за справкой или не запутается в собственной юбке во время драки.

Встречайте Каэлиру Морнвал: бывшего Хранителя в новом платье (с рогами и хвостом), который докажет, что спасение мира требует не только силы рун, но и здорового чувства сарказма, умения драться в юбке и готовности принять, что ты – вечный ублюдок двух миров.

Автор: 2025 Ophidia

Каэлира Морнвал: Юбка, Рога и Бывшие Проблемы

Дождь стучал по крышам Моркхейма не как вода, а как мелкие камешки, брошенные раздраженным богом. Влажный холод пробирался сквозь щели таверны «Пьяный Грифон» – убогого пристанища, где воздух был густ от запаха прокисшего эля, пота и жареной речной рыбы. Сажа копотью лежала на грубо сколоченных балках, а тусклый свет масляных ламп отбрасывал пляшущие тени на лица подвыпивших посетителей. В углу этого хаоса сидела Каэлира Морнвал – или, точнее, то, что когда-то было Лиандором Морнвалом, Хранителем Рун, Грозой Темных Культов и Обладателем Великолепной Бороды (ныне утраченной). Она пыталась выпить кружку эля. Проблема была не в эле, а в новом вкусовом восприятии. Горький привкус заставлял ее морщить утонченный нос, резко контрастирующий с резкими, аристократическими скулами ее нового лица. Где-то глубоко внутри, в уголке сознания, все еще занятом Лиандором, бушевал праведный гнев: «За какие грехи меня лишили нормального, мужественного темного эля?»

Ее внешность была видением из кошмара, обернутым в звериную грацию. Светящиеся золотом, густые волосы, словно сотканные из солнечных лучей, ниспадали до талии, серебристые кончики мерцали при каждом движении. Бледно-золотистая кожа отливала призрачным серебром на скулах и руках – отметина иного мира. Но главное – глаза. Большие, чуть вытянутые, с густыми ресницами, они пылали изнутри живым янтарным огнем, словно в них заточили два солнца. Один зрачок светился чуть ярче и холоднее – вечное напоминание о внутреннем раздвоении. А над всем этим возвышались изящные, но неоспоримо мощные рога. Изогнутые, как сабли, уходящие назад от висков, они были цвета обожженной ночи: черные у основания, с плавным переходом в кроваво-красный на заостренных концах. По их поверхности, словно живые, перетекали тонкие, мерцающие руны – знаки прошлой жизни Лиандора, вспыхивающие при сильных эмоциях. Сейчас они лишь слабо мерцали рунами терпения. И, конечно, самый непослушный элемент – пушистый, лисьего вида хвост с гибким, словно стальным, костяным наконечником, который сейчас нервно подрагивал, смахивая солому с грязного пола.

Ее одежда – темная, прочная туника из плотной ткани, перехваченная кожаными ремнями с пряжками в виде рун, на левом плече – вышитый серебряной нитью символ Хранителя Рун, бледно светящийся в полумраке. Поверх – тяжелая, но элегантная мантия с высоким воротником, напоминающим сложенные крылья летучей мыши, подбитая чем-то мягким и темным – выглядела нелепо-торжественно в этом убогом месте.

«Сосредоточься, Лиандор. Нужно найти информацию о Шепчущем Камне, а не ныть о вкусе пива», – мысленно прошипела она себе, заставляя свое новое тело сделать еще один глоток. «Я не нытье! Это тело нытье! Оно слишком… чувствительное!» – отозвалось где-то в подсознании диковатое шипение Каэлиры-зверя. «Молчи, демон. И не трогай хвостом стойку, а то уроним все».

Дверь таверны с грохотом распахнулась, впуская порцию холодного, влажного воздуха и самоуверенного молодого мага в дорогих, но безвкусных одеждах, увешанного амулетами как новогодняя елка. Ториан. Бывший ученик. Каэлира инстинктивно втянула голову в плечи, надеясь, что тень широкого воротника-крыльев скроет ее светящиеся глаза и рога. Бесполезно. Ториан, окинув взглядом зал, сразу же зацепился взглядом за ее неземную, контрастную фигуру. Его лицо расплылось в ухмылке.

«Эй, красотка с рожками!» – Ториан подкатил к ее столу. «Не видал ли ты тут…» Его взгляд скользнул по ее тонкой, но сильной руке в черной кожаной перчатке, замер на запястье. Там, чуть выше перчатки, был виден старый, извилистый шрам – след от неудачного канала связи с Планом Хаоса. Шрам Лиандора. Ухмылка сползла с лица Ториана. Глаза округлились. «Хра… Хранитель?!» – выдохнул он шепотом, полным ужаса.

Каэлира вздохнула. Глубоко. Театрально. Ее рога вспыхнули чуть ярче – руны раздражения зазмеились по черно-красной поверхности. «Вот и первая встреча. Началось.»

«Ториан, – произнесла она, голос звучал странно: низкий, властный тембр Лиандора, обернутый в более мягкие, женственные обертоны, с легким шипящим призвуком Каэлиры. – Всегда знала, что твое обучение закончится тем, что ты будешь приставать к своим бывшим наставникам в таких… питейных заведениях». Она отодвинула кружку. «Хотя, признаю, в этом теле – это новый опыт. Скажи, ты хоть представляешь, как неудобно драться в юбке с хвостом? Он норовит все смахнуть. Или запутаться. Как твои успехи в контроле элементального шара? Или все еще взрываешь лаборантов?»

Ториан замер. Его взгляд метнулся от ее пылающих глаз к груди (что заставило Каэлиру-Лиандора внутренне скривиться), потом к мерцающим рунам на рогах, потом снова к шраму, потом к хвосту, который «невинно» обвил ножку стула. Мозг ученика явно перегревался. «Но… вы… она… рога! И… и хвост! И… вы женщина!» – выдавил он.

Каэлира медленно подняла одну идеально очерченную бровь. Заметно подрагивающую. «Проницательно, Ториан. Ритуал «Троекратного Отражения» не зря называется отражением. Видимо, вселенная решила, что моей прежней мужественности было слишком много. Теперь у меня есть… ну, знаешь, это». Она небрежно махнула рукой в районе груди. «И да, рога – это не аксессуар. Не трогай. Они… капризные. Особенно когда рядом кто-то демонстрирует выдающиеся умственные способности». Рога вспыхнули ярче, багровые руны зазмеились активнее. «Мои силы… адаптировались. Представь, что тебе впихнули демонический реактор в старый паровоз. Иногда искрит. И шипит. Особенно при контакте с идиотизмом».

Ториан, побледневший до состояния призрака, забормотал про срочное задание, пятясь к выходу. Он резко развернулся и… грохнулся плашмя, споткнувшись о хвост Каэлиры, который «совершенно случайно» оказался у него под ногами, пушистый мех скользнул по сапогу. Каэлира пригубила эль, наблюдая, как он выползает из таверны под хохот. «Ну хоть не обвинил в совращении. Хотя... Может, рога – это плюс? Отличный фильтр для назойливых». Она поймала на себе взгляд пьяного наемника и выпустила из глаз маленькую искру. Наемник поспешно отвернулся. «Да, определенно плюс».

Архив Элминды был другим миром. Здесь пахло не потом и элем, а вековой пылью, высохшими чернилами, древесиной старых стеллажей и озоном от сдерживаемых магических печатей. Высокие потолки терялись в полумраке, бесконечные ряды стеллажей, доверху забитые свитками, фолиантами в кожаных и металлических переплетах, и хрустальными шкатулками с мерцающим содержимым, уходили вдаль. Воздух вибрировал от сконцентрированного знания и строгого порядка. Каэлира двигалась осторожно, стараясь не задеть хвостом хрупкие стеллажи из темного дерева. Ее аура – смесь древней магии и звериной настороженности – заставляла пылинки в лучах света, пробивавшихся сквозь высокие узкие окна, танцевать странные, хаотичные узоры.

Элминда, сухая, как пергамент, женщина в строгих серых одеждах архивариуса, с лицом, изборожденным морщинами-строками каталогов, подняла голову от стола. Очки съехали на кончик носа. Ее острый взгляд скользнул по Каэлире: от светящихся золотом волос, через резко контрастирующие черно-красные рога с мерцающими рунами, пылающие янтарные глаза, темную тунику с узнаваемым символом Хранителя на плече, до гибкого хвоста с костяным наконечником. Молчание повисло густым, пыльным покрывалом. Ни тени удивления.

«Лиандор, – констатировала Элминда ровным, сухим тоном. – Выглядишь… экзотично. Новый стиль? Или последствия ритуала? Хм.» Ее взгляд, холодный и аналитический, как скальпель, остановился на груди Каэлиры. «Телосложение претерпело изменения. Вам потребуется справка мага-терапевта для обновления личного дела. В графе «пол» теперь что ставить? «Особый случай»? «Духовная сущность в зверином воплощении»? Или «Каэлира Морнвал»?»

Каэлира почувствовала, как внутри закипает ярость Каэлиры-зверя. Ее хвост нервно дёрнулся и смахнул тонкий слой пыли с древнего тома по некромантии на ближайшей полке. По рогам пробежали багровые всполохи рун. Она сделала глубокий вдох, грудь высоко поднялась под тканью туники. «Достоинство. Аристократизм. Хотя где его взять в этом теле?»

«Элминда, – начала она, стараясь сохранить властный тон, но голос звучал выше, с дрожанием. – Всегда ценила твою… беспощадную прямоту. Это последствия. Мне нужен свиток Илтанира о Дуальном Пламени. О балансе».

Элминда медленно вытащила из уха тонкое гусиное перо. «Свиток Илтанира? Интересный выбор. Для кого-то, кто излучает свет в темноте и, судя по легкому дымку, струящемуся сейчас от кончиков ваших рогов, может подпалить бесценные документы. Вы уверены, что ваш новый… инструментарий… не угроза пергаменту V века?»

«Задушить. Просто задушить ее хвостом», – прошипел внутренний демон. Глаза Каэлиры вспыхнули ярче, янтарный огонь запылал. По рогам пробежали руны гнева, окрасив их в багровые оттенки. Она сжала кулаки, чувствуя, как острые когти (о существовании которых раньше не подозревала) упираются в ладонь сквозь перчатку. «Контроль, Лиандор. Контроль. Она кремень. Полезный кремень».

«Мой «инструментарий», Элминда, – выговорила Каэлира сквозь зубы, – под контролем. Большим, чем твоя страсть к классификации. Свиток. Пожалуйста. Огнеупорная обертка излишня».

Элминда хмыкнула и с видом величайшего одолжения взобралась на высокую стремянку, скрипящую на всю тишину архива. Через несколько минут она протянула Каэлире свиток, аккуратно завернутый в явно огнеупорную ткань серого цвета. «Возвращайте в целости. В течение трех лунных циклов. И… Лиандор?» Она посмотрела прямо в ее пылающие глаза. «Постарайтесь не сжечь архив. Опять».

Каэлира выхватила свиток и развернулась, чувствуя, как ее хвост со злобным хлестким ударом бьет по дубовому дверному косяку, оставляя глубокую царапину. «Чертова педантка!» – мысленно вопил Лиандор. Но по мере удаления ярость сменилась странным чувством. «Она единственная, кто не стал делать вид... Просто... обновила личное дело. Маленькие победы?»

Руины храма стояли на утесе, омываемые ледяным ветром с моря. Когда-то величественные стены теперь были грудой черного, прокопченного временем и темной магией камня. Огромные колонны, покрытые паутиной кощунственных символов, лежали, как кости гиганта. Воздух вибрировал от зловещей тишины, прерываемой лишь завыванием ветра в пустых глазницах окон и гудящим гимном тьмы, который нарастал у центрального алтаря – массивной глыбы обсидиана, испещренной свежими кровавыми рунами. На алтаре стоял Марлок. Старый враг. Он считал Хранителя мертвым и заканчивал ритуал освобождения Древнего Зла, чья душа теперь была частью Каэлиры.

«Он пытается выпустить часть меня», – с ледяной яростью подумал Лиандор. «Или часть нее», – ответило хищное шипение зверя.

Каэлира шагнула из тени разбитой колонны, ее светящиеся золотом волосы и пылающие янтарные глаза были подобны факелам в кромешной тьме руин, отбрасывая длинные, трепещущие тени на камни. «Марлок! – прогремел ее голос, усиленный эхом. – Прекрати! Ты зовешь то, что уже не может быть освобождено!»

Марлок вздрогнул и обернулся. Сначала – раздражение. Потом его взгляд упал на нее. Он почувствовал знакомую магическую подпись Лиандора, опутанную чем-то древним, демоническим, диким… и женственным. Его глаза расширились.

«Морнвал?!» – проревел он. «Но ты… А это что?!» Он ткнул костяным посохом в ее сторону. «Переоделся? Где твоя борода? И что это за… рога?! Ты продал душу, чтобы вернуться в юбке?»

Каэлира усмехнулась. Усмешка была страшной – холод Лиандора и безумные искры Каэлиры в глазах. «Марлок, болван. Я не продал. Я стал сделкой. Борода – часть старой оболочки. А рога…» Она наклонила голову, и рога вспыхнули кроваво-красным, руны на них загорелись адским светом. «…очень удобны, чтобы проткнуть ослиноголовых!»

Ярость Марлока выплеснулась темной молнией. Каэлира-Лиандор среагировала – щит из золотых рун вспыхнул перед ней. Но щит дрогнул, затрещал! Магия Лиандора в новом теле была нестабильна. Молния рванулась к ней.

Тут вперед вырвалась Каэлира-зверь. Ее тело среагировало с нечеловеческой скоростью и грацией. Не уворачиваясь, она прыгнула навстречу. Изящный кувырок в воздухе – светящиеся волосы мелькнули золотым шлейфом. Она оказалась рядом. Хвост, как стальной бич, с оглушительным хлопком выбил посох. Ее рука взметнулась – острые черные когти выскользнули из-под перчатки и с шипом оставили глубокие царапины на его доспехах. Марлок вскрикнул.

Каэлира приземлилась перед ним, глаза пылали двойным огнем – холодным золотом и яростным багрянцем. Из пары рогов струйками поднимался дымок. «Видишь, Марлок? Старый хрыч научился новым трюкам. И новое тело…» Она оскалилась, обнажив острые клыки. «…эффективно в ближнем бою. Особенно когда внутри сидит то, что ненавидит тебя больше, чем я!»

Марлок, истекая черной жижей, смотрел с ужасом и отвращением. «Ты… монстр! Ни Лиандор, ни демон… Ублюдок двух миров!»

Слова ударили. Больно. Правдиво. Каэлира замерла. Внутри бушевала буря. Но потом она выпрямилась во весь рост. Рога светились ровным, угрожающим светом, хвост замер, как готовый к удару скорпион.

«Да, Марлок. Я – Каэлира Морнвал. И я – баланс. Баланс, который сломает тебе шею. Но не сегодня». Она сделала шаг назад, растворяясь в тени, лишь свет глаз и рогов оставался виден на мгновение. «Скажи своему «злу»… его тюремщик сменил форму. И готов к новой партии».

Она исчезла, оставив Марлока орать в бессильной ярости.

Каэлира остановилась у лесного ручья, где лунный свет серебрил черную воду. Адреналин пульсировал, смешивая холодное удовлетворение Лиандора и дикую эйфорию зверя. Под этим – глубокая усталость. Она подошла к воде, глядя на отражение. Бледно-золотистая кожа с серебристыми отсветами. Пылающие янтарные глаза с разными зрачками. Разметавшиеся золотые волосы. Изумительные, проклятые рога. Аристократизм лица, искаженный демонической силой.

«Ублюдок двух миров… Ха. Метко», – подумала она с горечью и цинизмом. «Но кто сказал, что ублюдки не спасут мир?»

Ее хвост нервно подергивался, наконечник стучал по мшистому камню. «Особенно если они чертовски хороши с рогами». Внутренний зверь мурлыкнул от удовольствия.

Отражение улыбнулось ей – странной, двойной улыбкой. Она посмотрела на свою прожженную в схватке тунику и запачканную мантию.

«Юбку все же надо сменить, – решила она. – На что-то менее горючее. И более удобное для пинков в морду... всем им».

Она повернулась, мантия-крылья колыхнулась за спиной, и исчезла в ночи, странная, прекрасная, ужасная – вечный ублюдок двух миров. Ее хвост весело подрагивал, выбивая такт по воздуху. Путь был долог. Но с рогами и когтями – справится.

Сущность: Живой парадокс. Душа Лиандора Морнвала, могущественного и аристократичного Хранителя Рун, заточенная в тело Каэлиры – древнего демонического существа. В одном сосуде – холодный разум мага, яростные инстинкты зверя и вечная внутренняя война за доминирование.Внешность:Лицо: Утонченное, с резкими скулами и тонкой линией подбородка, хранящее отпечаток былого благородства Лиандора, но смягченное новой женственностью. Небесная бледность кожи с призрачными серебристыми отсветами на руках и скулах.Глаза: Большие, чуть вытянутые, миндалевидные. Пылают живым янтарным огнем изнутри, словно два захваченных солнца. Один зрачок светится чуть иначе – видимый знак раздвоенности души.Рога: Главная "достопримечательность". Мощные, изящно изогнутые назад от висков, как сабли ночи. Цвет – переход от глубокого черного у основания к кроваво-красному на заостренных концах. Покрыты тонкими, мерцающими рунами прошлого Лиандора, которые вспыхивают багрянцем или золотом в моменты сильных эмоций.Волосы: Густые, волнистые, струящиеся потоками светящегося золота до талии. Кончики отливают серебром, создавая эффект лунного сияния. Движутся с собственной магической грацией.Уши: Заостренные, эльфийско-демонические, чутко улавливающие малейший звук.Хвост: Пушистый, лисьего вида у основания, но с хищной гибкостью и гибельным костяным наконечником на конце. Выразитель звериной сущности и настроения (нервно подрагивает, бьет, обвивает).Одежда: Практичная, но с отголоском прошлого статуса: темная прочная туника с кожаными ремнями, на плече – светящийся символ Хранителя Рун. Мантия с высоким воротником-крыльями летучей мыши. На груди – металлический кулон в виде полумесяца и открытого глаза.Аура: Вибрация древней магии, смешанная с дикой энергией. Вызывает трепет или страх. От нее пыль танцует в воздухе, а свет играет иначе.Общее Впечатление: Ангел, вырванный из рая и скрещенный с демоном преисподней. Белокурая магическая гроза в облике, сочетающем небесную хрупкость и инфернальную мощь. Ходячее напоминание, что даже величайшие ритуалы могут обернуться непредсказуемым кошмаром с рогами и хвостом. Вечный изгой, не принадлежащий ни людям, ни тварям Тьмы.