"Колымага" и Ко

Солнечным осенним вечером в кабинет командующего Третьим Восточным Флотом в Боронгане, когда-то тихом приморском филиппинском городке на острове Самар, влетел начальник флотского узла связи. С только что полученной, первой после долгого перерыва, радиограммой с Тиниана ...

Вице-адмирал Соичиро Ивагами впервые видел начальника узла связи, обычно спокойного и даже меланхоличного лейтенанта-коммандера голландца в таком состоянии. Как позднее выразился дежурный порученец адмирала, весёлый розовощёкий французский лейтенант:

- У старины Виллема был такой вид, как будто он только что увидел своего летучего земляка или украл драгоценности британской короны!

Каплей (как по-русски, привычней нашему уху, звучит его звание) в застёгнутой не на те пуговицы форменной рубашке (Голландец! Офицер!! Штабной чин!!!) молча протянул адмиралу тоненькую красную папочку "К докладу" и остался стоять, судорожно глотая воздух. Вице-адмирал раскрыл папку, прочитал одиноко лежащие три форменных бланка, явно впопыхах скреплённые степлером, вновь вернулся к началу текста и прочитал второй раз, уже более внимательно. Лицо его словно закаменело, и только в глубине сузившихся чёрных зрачков плеснуло пламя.

Связист стоял перед столом, вытянувшись по стойке "смирно", почти не дышал и, похоже, находился в полуобморочном состоянии... Адмирал перевёл взгляд с радиограммы на капитан-лейтенанта и неожиданно спросил:

- Виррем (О, эта буква «Л», столь "любимая" японцами!), радиограмма была зашифрована или?..

- Никак нет, сэр - ответил, постепенно приходя в себя, голландец, - Отправлена клером.

- Что же... Это, возможно, и к лучшему... - задумчиво проговорил адмирал. - Виррем, кто из ваших людей знает об этой радиограмме?

- Радист дежурной смены, начальник смены - лейтенант Нисина и я. Обоих я строго настрого предупредил, чтобы никто не знал о радиограмме - ответил капитан, и поколебавшись, добавил: - мы даже не стали вносить её в журнал входящих... Пока. Хотя это можно рассматривать как должностное преступление в военное время, сэр.

- Вы молодец, Виллем. А что до ответственности - можете сослаться на мой приказ. Всю ответственность я беру на себя... В течении четырёх - нет, трёх - трёх часов, Виллем! (Далее я возьму смелость называть его так) - никто не должен знать об этой радиограмме, кроме вас троих. Потом можете заносить её во все свои журналы и реестры и вообще кричать на каждом углу - с соблюдением всех требований режима секретности, разумеется.

И вот ещё что - связь с Тинианом в круглосуточном режиме специально выделенными операторами, и в случае вызова с их стороны - переключайте на меня немедленно! Всё, капитан, Вы свободны.... - и совершенно неожиданно добавил: -Нас ждут великие дела, Виллем!

После того, как совершенно обалдевший голландец вышел из кабинета, адмирал, уже не колеблясь, вызвал пред светлы (в смысле - пред тёмны) очи порученца и приказал немедленно, откуда угодно, найти и представить начальника разведотдела. Командиру отдельной эскадрильи специального назначения «Боронган», он, зная характер упрямого шотландца, позвонил сам… Этот "ско-эбису" вполне мог послать Поля далеко и по конкретному адресу.

Ровно через двадцать минут, по пустынным вечерним коридорам штаба, курсом к кабинету командующего флотом и Юго-Восточным районом шла колоритная парочка: начальник разведотдела штаба флота кэптен Энгельберт Бэлпингтон-Блэп (для своих можно просто "Берти") и командир отдельной эскадрильи специального назначения «Боронган» флайт-капитан Ангус МакКи.

Пара выглядела колоритно: высокий, сухопарый (неполиткорректно говоря - тощий) сероглазый англичанин с прилизанными на пробор волосами неопределённо-соломенного цвета и меланхоличным лицом породистого скакового жеребца - и невысокий, плечистый, крепко сбитый темноглазый шотландец с вечно всклокоченной шевелюрой и глазами человека, обдумывающего, где бы на халяву перехватить стаканчик доброго шотландского виски…

Весь штаб с неослабевающим интересом следил за их вечными перепалками, и тем не менее на спецзадания они предпочитали летать вместе и как-то ухитрялись каждый раз выбираться из самой пасти Глубинных, привозя ценнейшие разведданные. Но сейчас оба молчали – очень уж неожиданным стал внезапный вечерний вызов к адмиралу – вкупе со смутными слухами, уже третью неделю бродившими по штабу.

Пригласив обоих капитанов садиться за адмиральский стол, Соичиро выглянул в приёмную и приказал порученцу не пускать никого, включая Господа Бога, Императора и марсиан, лично запер дверь на кодовый замок и уселся в своё кресло.

- Джентльмены, я хочу, чтобы вы ознакомились с этой радиограммой, – и он протянул небрежно скреплённые листы бумаги. – Вы оба имеете соответствующую форму допуска, и я не буду лишний раз напоминать вам о нежелательности преждевременного разглашения содержащихся в ней сведений.

И две головы – соломенноволосая и гривасто-тёмная, – склонились над радиограммой. По мере чтения у англичанина всё аристократичнее выгибалась правая бровь, а у шотландца откровенно отвисала челюсть.

Из подписанного командиром 91-й эскортной группы Сандрой Келли «Атлантой» Спартмайер текста следовало, что Тиниан и прилегающий водный район в радиусе 50 миль очищен от Глубинных (глаз сразу цепляло какое-то совершенно неуместное уточнение: «диких Глубинных»), чему были посвящены первые три строчки. А вот далее начиналась фантасмагория… На остров требовалось срочно - Срочно! - доставить: несколько комплектов одежды для девочки 5-6 лет (подробное описание фасонов, цветов и размеров); несколько комплектов детского нижнего белья, включая носочки и купальник (с подробным описанием); несколько пар детской же обуви – и опять размеры, цвета и фасоны…

Дальше сыпались: детские предметы личной гигиены, включая набор полотенец, шампунь, кремы и несколько зубных щёток; внушительный набор игрушек (особенно куклы разных типов и калибров с соответствующими аксессуарами) и разных развивающих фенечек (последние были перечислены особенно подробно); детские книжки с картинками на английском, японском, немецком и русском (!) языках с подробным перечнем; раскраски с наборами цветных карандашей (4 коробки!), фломастерами и красками с кисточками; детские комиксы и манги; постеры с героями мультиков и детских компьютерных игр… Детские словари на четырёх языках (английский, японский, немецкий и снова почему-то русский).

Последним пунктом числился набор детских витаминов, разные вкусняшки (почему-то с припиской: тщательно завернуть, чтобы не было видно содержимое) и рыбий жир.

Дочитав список до конца, Ангус медленно закрыл рот, подумал, достал из внутреннего кармана лёгкой лётной куртки плоскую, заманчиво булькнувшую флягу, открыл и шумно втянул воздух.

Адмирал чуть усмехнулся и достал из ящика стола три стопочки. Англичанин педантично уточнил:

- Сэр, радиограмма была шифрованной?

- Нет, клером – ответил Соичиро. – Шифрпост эвакуировали с Тиниана вместе с другим наземным персоналом. И, Ангус, что вы там мнётесь, как молодая гейша перед престарелым самураем? Наливайте, наливайте!..

Спустя двадцать минут…

- А теперь задавайте свои вопросы, джентльмены. Я же вижу – они уже у вас готовы...

Кэптен и Ангус переглянулись, и шотландец рубанул напрямую:

- Сэр, а причём здесь русский язык? Насколько я помню, ни на Тиниане, ни на Палау, ни в Боронгане русских канмусу нет. Или их перебросили в последнее время из северных районов?

Англичанин покачал головой:

- Да нет, Ангус, Вы правы. Практически все русские Девы флота сейчас либо чистят китайские воды, либо охраняют «конвойный коридор» с Аляской…или развлекаются у Миллса.

Адмирал трижды медленно хлопнул в ладоши:

- Браво, господа! Я рад, что не ошибся в вас. А теперь почитайте вот это – мне интересно будет знать ваше мнение, - И Соичиро, поднявшись из-за стола, подошёл к большому настенному сейфу. Оба капитана дисциплинированно отвернулись, а адмирал приложил к кодовому замку электронную печать, а затем, к равнодушно помаргивавшему маленькому экрану - большой палец правой руки. Дверца сейфа с мелодичным звуком отворилась, и со средней полки, с самого верха, достал не толстую красную папочку на застёжке-молнии.

- Читайте, джентльмены. Кое-какие ответы на свои вопросы вы там найдёте, но, боюсь, эти ответы порождают гораздо больше других, и гораздо более важных вопросов…