"На Берлин": (из серии "Штрафная")

(Древний рассказ. Исправлять в нём почти ничего не стал)

*

Стянув с лица стерильную маску, доктор Кайзер отбросил окровавленный инструмент в поддон со спиртом. Ассистентка развязала шнуровку халата на его спине, и помогла снять перчатки. Обессиленный хирург устало опустился на стул возле операционного стола, устало глядя на бледное лицо Ворон.

Из темного угла операционной, вырвалась длинная струя сизого дыма, а вслед за ней и голос курившего.

- Что скажете доктор? – Шнайдер шагнул из тени на свет – Она сможет участвовать в боевых действиях?

Врач, мрачно покачал головой, и с явным раздражением в голосе резко ответил.

- Сейчас речь идет о ее жизни, а вы собираетесь отправить ее в бой снова?! У вас нет сердца полковник!

- По вашему у нее есть сердце? – Вольфганг расхохотался – Хотя вам должно быть виднее, ведь вы ее только что резали.

- При всем уважении, полковник Шнайдер – вздохнул хирург – Я ее создал, и знаю каким человеком она была, до этого чудовищного эксперимента со стимуляторами.

- Она давно уже не человек – Вольфганг с усмешкой посмотрел на лицо Эльзы, которая спала под наркозом в белом свете ламп – Это воин Рейха, лучший воин. И если вы не поставите ее на ноги, то...

Тут полковник наклонился вплотную к Кайзеру, и просверлил взглядом его глаза.

- То ее место, займет ваша дочь, доктор... – с каменным лицом произнес офицер.

- Мне нужно время – тяжело, с нотой отчаяния вздохнул врач – Не меньше двух недель. У нее сердце похоже на мочалку, и плюс кровоизлияние в мозг.

- Делайте свою работу – выпрямляясь ответил Шнайдер – И не забывайте о моей доброте.

- Да мой фюрер – кивнул хирург – Я очень благодарен вам за спасение моей семьи, и конечно сделаю все возможное.

- Так то лучше – усмехнулся полковник, и неторопливо вышел из операционной.

**

В расположении части царила тишина и покой. Не стучали молотки, не было слышно смеха и фронтовых баек. Пустые бревна у костра, и давно некрашеная, покрывшаяся пылью и грязью 34-ка, дополняли картину пустоты и тоски.

Капитан стрелковой пехоты Валерий Мохов, недавно вернувшийся из госпиталя, медленно прохаживался среди палаток, с тоской вспоминая погибших бойцов. Десяток выживших находился в госпитале, да и то вернутся вряд ли. Советские войска уже штурмовали Берлин, и война должна была закончиться со дня на день.

Шилов, как всегда бесшумно подошел со спины, протягивая Валерию радиограмму.

- Это что? – пожилой капитан нахмурился, покосившись на листок – Опять сюрпризы наркомовские?

- Опять – кивнул майор – Только на этот раз приятные. Приказ о расформировании и демобилизации.

- А танк, кто отгонять будет? – растерялся Мохов.

- Ох и дурной ты мужик – усмехнулся Виталий, уперев руки в бока – Что у тебя в голове творится Валера? Ты что, домой не хочешь?

- По приказу товарища Сталина, материальное имущество прежде всего беречь надо – развел руками Мохов – Привычка.

Шилов бодрой походкой прошелся через площадку, к 34ке. Похлопав машину по борту, майор ловко запрыгнул на лобовую броню, и осмотрел танк.

- Танк Валера, мне еще пригодится – с гордостью оглядывая верную машину, ответил Шилов - Тебе домой, а нам с Танюхой в другую сторону. Андрюха еще долго не оклемается, так что мы с Исаевой вдвоем поедем.

- И куда это вы на танке собрались? – удивился Мохов - Почему не на ГАЗике?

- На Берлин Валера – усмехнулся Шилов – На Берлин. Новое задание у нас...

- А какое, не скажешь? – затянувшись махоркой, Валерий подошел ближе к 34ке.

- Не могу Валера, не военный ты больше человек! – пожал плечами особист, с легкой насмешкой – Иди вещи собирай, и спирт готовь, прощаться будем...

***

Мохов затянул узел на походном рюкзаке и повернулся к Шилову, который уже не в первый раз опрокидывал в себя спирт из алюминиевой кружки.

- Виталь, ты б не налегал на спиртягу то, я так и поговорить не успеем –упрекнул его капитан.

Особист стукнул кружкой по столу, и занюхав рукавом кителя, выбил папиросу из пачки.

- Мало мы с тобой говорили Валера? – прикуривая, сквозь зажатую в зубах папиросу проговорил майор – Я тебе теперь только одно могу сказать капитан. Жизнь мы не зря прожили. Дожали фашиста, этим все и сказано.

- Это верно – кивнул Мохов, усаживаясь напротив – Как думаешь, свидимся мы еще с тобой?

- Из Москвы меня не отпустят – отозвался Шилов, наливая в две кружки – Но в гости милости прошу. Жену тебе найдем по душе, может и жилье какое подберем. Учителя везде нужны, так что будет тебе место.

- Я только за. Мне и возвращаться то некуда – вздохнул капитан и стукнув своей кружкой о кружку Шилова, собрался выпить, но ему помешали.

Дверь блиндажа распахнулась впуская внутрь свежий ночной воздух, а вместе с ним и огромного белого волка. Вслед за ним, под свет тусклой лампы вошла и Мама, без страха глядя в глаза советским офицерам...

Шилов с Моховым, в недоумении переглянулись, и медленно поднялись на ноги, отступая назад, подальше от грозного зверя и его хозяйки.

Майор щелчком пальца расстегнул кобуру, но Белый тут же оскалился и пригнулся к земле для прыжка.

- Белый! – окликнула его хозяйка – Ну ка тихо! Все хорошо!

Волк растерянно оглянулся на девушку, а потом просто отвернулся, видимо просто не понимая, как нужно себя правильно вести в такой ситуации.

- Мы пришли не воевать – негромко сказала Мама, вытаскивая из-за пазухи крошечного волчонка – Я хочу сделать подарок вашей... разведчице.

- Положи щенка и уходи – сурово ответил Шилов, убирая руку от кобуры – Я сам ей передам.

- Это еще не все – продолжила девушка – Ваша медведица, которая живет тут в части, нуждается в уходе. Я могу ей помочь вернуться к прежней жизни. Помочь ей выкормить медвежат.

- Ты следила за нами? Все это время? – нахмурился Виталий – Шпионила для Шнайдера?

- Нет – покачала головой девушка, опуская на стул у стены – Шнайдер врал мне, обещал вернуть родителей, и обманом заставлял работать на него. А на самом деле... Их расстреляли еще в начале войны...

- Мы все что-то потеряли на этой войне – ответил майор – И это грустно. Но я все еще не нашел повода, не пустить в тебя пулю. Может ты мне поможешь его поискать?

***

- Я никого не убивала, и Белый тоже, мы просто следопыты. Тот британский пулеметчик, которого загрыз мой волк... Это был просто приказ Шнайдера, Белый, не убийца – взывая к жалости, начала оправдываться девушка – Я просто хочу... Помочь вам!

- Даже если ты говоришь правду – уже более спокойно проговорил Шилов, вспоминая как этот волк фактически спас ему жизнь, остановив пулемет – Я не могу тебя оставить с нами. Во первых я тебе не доверяю, а во вторых... Твои навыки для нас бесполезны.

- Виталь – вмешался Мохов – По лесам шляется полно немчуры, полицаев беглых и бандюг. Отправь ее в штаб, поможет искать все эти отбросы.

- В штаб?! – недобро усмехнулся Шилов – Ты предлагаешь мне отправить в штаб эту бабу в шкурах с ее зверинцем?

- А что ты удивляешься так? – пожал плечами Валерий – В твоем же отделе сибиряки-следопыты в цене. На вес золота их держат. Почему им можно, а ей нет?

- Потому они не работали на Абвер, Валера! – Шилов постучал пальцем по своему виску – Думай голова! Все что ей там светит это допросы, пытки и пуля в затылок!

Мама молча поднялась со своего места, и похлопала Белого по боку.

- Пойдем – тяжело вздохнула она – Нам тут не место.

Шилов упер руки в бока и пару секунд поглядев в земляной пол, с досадой отплюнулся.

- Да погоди ты! Садись, подумаем... – майор тяжело вздохнул и вновь занял свое место за столом...

***

Шелест травы на прохладном ночном ветру, сливал со стрекотом сверчков, превращая музыку леса в симфонию покоя и безмятежности. До рассвета было еще далеко, и шороха зверей и птиц, слышно не было. Каждый глоток воздуха придавал Татьяне сил и бодрости.

Разведчица лежала на влажной траве, зорко цепляя взглядом все, что видела в оптический прицел. Но самое главное, спящего на камнях орла. Могучая птица должна была пасть от пули Исаевой, но угол прицеливания был слишком сложным, и Таня продолжала сомневаться.

- Ствол чуть выше, дистанция триста метров – тихо проговорил Призрак, слегка поднимая ствол винтовки Исаевой, рукой.

- Я знаю, знаю – отмахнулась Таня, вновь всматриваясь в оптику.

- Вы не знаете, фрау Татьяна – с легким немецким акцентом ответил немецкий снайпер – Иначе не опускали бы ствол так низко.

- Ну хорошо – вздохнула Исаева, переводя взгляд на скрытое маской лицо Призрака – А ты откуда знаешь? Я четыре года в снайперах, по твоему у меня не развит глазомер?

- Вы слишком торопливая, во всем – спокойно ответил тот, глядя вдаль, ледяным взглядом голубых глаз – В вас говорит... сердце... – тут снайпер нахмурился пытаясь подобрать нужные слова - Нет, душа вашего народа.

- А что в душе твоего народа? – Исаевой очень хотелось высказать все что она думает о немцах, но разум все-таки победил. Ей слишком сильно хотелось перенять мастерство этого загадочного противника, который был настолько неуловим, что даже не стал легендой. Ведь никто не знал о его существовании, до сих пор.

- В душе моего народа фрау Татьяна, безупречная точность – холодно ответил немец – В вас живет великая сила, но она не находит применения. Вы не умеете ей пользоваться.

- Поэтому ты нашел меня? – уточнила Таня, вспоминая как он появился среди ночи в палатке, и зажав ее рот рукой, объяснил, чего хочет – Думаешь я не умею стрелять?

- Вы можете лучше. Вы должны стать лучше фрау Татьяна. У меня тяжелая болезнь легких – Призрак опустил глаза, на секунду поморщившись от собственных мыслей – И теперь, когда я готовлюсь войти в Вальхаллу, мне нужен достойный наследник. Вы единственная кто может им стать. Других, я так и не встретил.

- Что такое Вальхалла? – нахмурилась Таня – Это какая-то больница?

Призрак не удержался и тихо засмеялся, опустив голову. Чуть успокоившись, снайпер повернулся к Тане и еще раз изучил ее лицо, взглядом своих ледяных глаз.

- Расчет на 300 метров, фрау Татьяна. Цельтесь и стреляйте как я говорю.

Исаева, криво ухмыльнулась и с явным недоверием взяла указанный расчёт.

Палец девушки плавно потянул курок, и приклад винтовки, отдачей ударил в плечо разведчицы, обдавая снайперов пороховым дымом...

***

Шилов опустился на бревно, рядом с Валерой, который с улыбкой наблюдал за медведицей и Мамой. Белый сидел чуть в стороне, с подозрением поглядывая на новую, косолапую любимицу хозяйки.

- Дай-ка табачку своего – Шилов пихнул локтем капитана, и не глядя протянул к нему руку, присматриваясь к действиям девушки.

- Вот дал же Бог талант человеку – усмехнулся Мохов, удивляясь как быстро Мама подружилась с их питомицей – Каких только чудес в жизни не бывает.

- Это да – вздохнул Виталий – Табаку то дашь, или нет?

- Так ты же не куришь мой, три года мне твердил что лучше листья завернешь чем махорку! – нахмурился в ответ капитан.

- Давай, давай – поторопил его майор – Листья я уже пробовал, не помогает!

- Ну ты даешь – усмехнулся Мохов, и сыпнул махорку в козу, ловко завернув кончик – Держи! Только не загибайся как в прошлый раз, а то я за тебя прям испугался.

- Да ладно! – отмахнулся майор – Что я тебе, девка красная что ль!

Виталий щелкнул спичкой, и чуть попыхав скруткой зашелся в приступе кашля, жадно хватая ртом воздух. Шилова, пополам согнуло от ядреного дыма, и он в буквальном смысле подумал, что задохнется, как вдруг на его лицо легли нежные женские руки. Мама, которая моментально оказалась рядом, провела рукой по груди майора, шепча губами известные только ей слова.

Ощутив, как кашель быстро отступает, Виталий медленно поднял взгляд на девушку, и ошарашенно посмотрел в ее глубокие, карие глаза.

- Ты ведьма чтоль? – поглаживая себя по груди, удивленно спросил он.

- Нет – с мягкой улыбкой, покачала головой она.

- А как ты... Боль в горле, как убрала? – еще больше удивился майор.

- Я не убирала, вы просто забыли о ней! – загадочно улыбнулась она, и развернувшись, вернулась к медвежатам.

Мохов подошел к Виталию, и похлопав его по спине, сунул ему в руки пачку, папирос.

- Держи, приберег на черный день, да видно уж прошли они, дни черные. Кури на здоровье!

- Спасибо Валер – кивнул Шилов, все еще удивляясь случившемуся.

- Видал вот что девка вытворяет, а ты пуля в затылок, допросы – покачал головой Мохов.

- А вот тут ты зря смеешься, если кто узнает, на что она способна – отозвался Шилов, прикуривая теперь уже папиросу, и с наслаждением затягиваясь – То ее точно по подвалам затаскают, а еще хуже, ученым отдадут, для опытов, как крысу. Ты уж меня то не учи как НКВД работает.

- Тебя послушаешь Виталя, так у нас не комиссариат, а камера пыток – отмахнулся Мохов – Ты вот например, кроме своих шуточек про расстрелы, за всю войну ничего дурного мне не сделал. Только добро от тебя и видел. Скоро раз спину мне прикрывал, скоро раз из беды вытаскивал, уже и не счесть. И Андрюха твой тоже, золотой человек!

Майор обернулся к Валерию, и пристально посмотрев ему в глаза, усмехнулся недобро.

- Валера, ты кое что путаешь. Я не штабной. Я боевой офицер, разведчик, а не палач. На систему я не работаю. А вот они – Шилов указал пальцем куда то в небо – Они в системе, и система эта безжалостная. Там пороха никто не нюхал, а руки у них в крови по локоть. Вишь какой фокус интересный получается?

- Ну не знаю... – пожал плечами Валерий – Я много смершевцев за войну повидал, ни про кого плохого не скажу. Все как один мастера в бою, и Родине преданы насмерть.

- Так то СМЕРШ, а то система – вздохнул Шилов – Не понять тебе меня Валера, пустой у нас разговор. Пойдем лучше бахнем еще на дорожку. Утром отправлю тебя на ГАЗике в город, а там глядишь и Танюха подтянется, нам тоже пора. На Берлин двигать.

- Так и не скажешь зачем вам туда? – прищурившись спросил капитан.

- Скоро ты об этом услышишь. И не от меня, а в новостях – загадочно усмехнулся Шилов, и не спеша побрел к блиндажу.

- А где Таня – шагая следом, спросил его Валерий

- Не знаю, как ночью пропала, так и нет до сих пор, почти сутки уже. Видать дело срочное, она никогда так не поступала – на ходу отозвался майор – Вернется, спросим...

***

Призрак щелкнул зажигалкой, прикуривая немецкую сигарету. Снайпер глубоко затянулся и выпустив дым долгой струей, всмотрелся вдаль.

- Ты куришь?! – удивилась Татьяна – И тебя ни разу не ловили на этом, на запахе дыма?

Немец усмехнулся глазами, и повернувшись к Исаевой, ответил.

- Ловушка фрау, это я – его акцент был легким, едва уловимым, и разведчице она даже нравился – Когда меня обнаруживали, в дело шел нож. Спастись не удалось никому.

- Просто поверить не могу что говорю тут с тобой – Татьяна тяжело вздохнула и села рядом, уложив винтовку на свои колени – Ты ведь убивал наших солдат.

- Я не убивал солдат, фару Татьяна. Только высокопоставленных большевиков, и офицеров высшего ранга – сурово ответил Призрак – Вам, не о чем беспокоиться.

- Ты не был на поле боя?! – с недоверием переспросила Таня.

- Нет – покачал головой немец - Никогда. Только в спецоперациях.

- Это не снимает с тебя вины – тяжело вздохнула Таня, и отвернулась к рассвету – Если бы родители ваших солдат, пришли сюда – продолжила она – И увидели, что они тут натворили, то предпочли бы вообще никого не рожать.

- Я сирота – под маской усмехнулся Призрак, и поднялся на ноги – Примерь вот – немец расстегнул камуфляжный комбинезон, и сняв его, протянул Тане.

- А ты?

- Мне он больше ни к чему – немец провел рукой по маске, и показал Исаевой следы свежей крови – Не знаю сколько мне осталось, может пару дней. Одевай костюм, он твой.

Татьяна молча облачилась в камуфляж немецкого снайпера, и затянула шнуровку на боках, и бедрах. Костюм плотно обхватил ее тело, и Исаева повела рукой, которая казалась теперь прозрачной.

- Как это работает? – удивляясь тому, что видит, спросила Таня.

- Система отражений, зеркальные нитки, все сложно. Постарайся его не повредить, восстановить вряд ли получится – пожал плечами Призрак, снова усаживаясь на траву -Маску отдать не могу, она пропитана моей кровью. Сделаешь себе новую.

- А маску обязательно?

- Обязательно, если хочешь стереть свое лицо из памяти врагов – кивнул снайпер, затушив окурок – У меня есть для тебя еще несколько уроков, встретимся здесь, завтра.

- Хорошо – кивнула Таня – Я приду.

- Жду в 10, не опаздывай – ответил немец, и поднявшись на ноги, побрел в сторону леса...

***

Эльза приоткрыла глаза, и вновь зажмурилась от мягкого солнечного света, который пробивался сквозь занавески в больничную палату. Ноющая боль в груди, тут же дала о себе знать. Ворон приподняла воротник рубашки, и приподняв голову с подушки, осмотрела шрам в районе сердца.

- Как твое самочувствие? – прикуривая очередную сигарету, спросил Шнайдер, сидевший на стуле, возле кровати.

Немка покосилась на полковника, и с тяжелым вздохом опустила голову обратно на подушку.

- Пока не знаю. Что со мной случилось? – глядя в потолок, спросила она.

- Ты выполняла свой долг – пожал плечами Вольфганг – Отделалась небольшим кровоизлиянием, скоро снова сможешь драться, во славу Рейха.

- Чем все закончилось, с британцами? – Ворон склонила голову набок, в сторону Шнайдера.

- Когда ты упала без сознания, дело закончили снайперы и псина этой дикарки – выпуская дым, ответил полковник – Потом Шилов принес тебя на руках к машине, и я отдал ему папку. Можно сказать что все прошло гладко.

- Шилов, принес меня?! – с недоверчивой усмешкой, переспросила Эльза.

- Да, я и сам был немало удивлен – усмехнулся в ответ Шнайдер – Видимо вы с ним знатно подружились, там в кустах! – офицер рассмеялся, довольный своей шуткой.

Ворон, горько усмехнулась, вспоминая как обсуждала с советским майором план атаки на британцев.

- А рейхсканцлер?

- Он в порядке – кивнул Шнайдер – И желает поговорить с нами лично. Когда ты сможешь встать?

- Могу попробовать прямо сегодня – вздохнула Эльза – Он в бункере?

- Да – поднимаясь со стула отозвался полковник – Вставай, приводи себя в порядок и отправимся на прием. Можешь обойтись без вечернего платья, раз уж ты его порвала...

***

Предусмотрительно сняв подаренный немцем камуфляж, Таня аккуратно свернула его и убрала в рюкзак. Одернув на себе гимнастерку и завернув пилотку набок, она приняла свой обычный вид, и шагнула из листвы на площадку у танка.

Шилов и Мохов, заправляли машину, и отставив пустую бочку, устало сели рядом с 34кой.

- Танюха! – тяжело дыша, окликнул ее майор – Ну ка иди сюда, рассказывай где тебя черти носили всю ночь?

- Вот – Исаева развернула перед Шиловым свой плащ, и показала горку грибов – Завтрак собирала – усмехнулась она – Пожарим или сварим?

- Да кто ж по ночам грибы собирает? – нахмурился Валерий – Врешь поди, ох врешь. Мужика наверное завела себе?

- Точно врет – кивнул Шилов, который уже принялся перебирать грибы, забыв про усталость – Иди спать ложись, я сам приготовлю – он махнул Тане рукой, в сторону палатки – Отдохни и выезжать пора.

- Я задержусь тут еще на денек – ответила Таня – Догоню потом.

- Ну как знаешь – пожал плечами майор – Но на один день, не больше.

- Поняла - Исаева вздохнула и направилась к палатке, но не сделала и двух шагов, как ее внимание привлекла Мама, которая все еще, вместе со своим волком, сидела в окружении медвежат и их матери.

- А она что тут делает?! – обратилась Таня к офицерам.

- Тоже с нами поедет – покосившись в сторону зверинца, ответил майор.

- А когда это мы ей доверять начали, Виталий Сергеевич? Не напомните? – вскинула брови Исаева – Насколько я помню, она с другого берега.

Шилов тяжко вздохнул, и поднявшись на ноги, закатал рукава. Майор подхватил котелок, подошел к Тане вплотную, и наклонился к ее лицу.

- Ты думаешь я не знаю где и с кем ты была? –пристально глядя в глаза разведчице, спросил он.

Таня виновато опустила взгляд в землю.

- Вот и не спрашивай глупостей – закончил Шилов – Спать иди!

- Так точно! – отозвалась разведчица, и побрела к своей палатке...

***

Эльза, вместе со Шнайдером, вышагивали по длинному коридору подземного бункера. Стук каблуков их армейских сапог, гулким эхом отскакивал от стен, превращаясь в топот целой армии.

Навстречу им, из главного кабинета вышел Гиммлер. Измотанный бессонницей, рейхсфюрер СС, не обратил внимание на приветствие офицеров, и прошел мимо, протирая очки носовым платком.

Шнайдер, осторожно приоткрыл дверь и заглянул внутрь.

- К вам можно, мой фюрер?

- Заходите – раздался усталый голос в ответ, и Вольфганг вместе с Эльзой шагнули внутрь.

Адольф, который сидел склонившись над макетом Берлина, снял очки и бросив их на стол, откинулся на стуле, потирая руками лицо.

Офицеры выкинули руки в приветственном жесте, но рейхсканцлер отмахнулся.

- Да, да – кивнул он – Присаживайтесь.

Шнайдер, подал стул Эльзе, а сам прошел к другой стороне стола, и сел сбоку от Гитлера.

- Скажите – глядя на макет города, спросил фюрер – А этот театр – он указал на небольшой кубик, в центре города – Этот театр еще цел?

Шнайдер опустил взгляд и отрицательно покачал головой.

- Нет, мой фюрер

- Жаль – вздохнул Адольф, снова откидываясь на спинку стула – Мы построим новый, да... Обязательно.

Эльза и Вольфганг переглянулись, с жалостью к правителю.

- Конечно мой фюрер – кивнул Шнайдер.

- Да – тяжело вздохнул Гитлер и перевел взгляд на офицеров – Хотел поблагодарить вас за службу – продолжил он – Конечно, я бы выдал вам награды, но кому они теперь нужны.

- Для нас честь, служить вам – осторожно, но гордо ответила Эльза.

- Спасибо – устало улыбнулся, рейхсканцлер – У меня есть для вас еще одно, последнее задание. Пусть финальный аккорд этой симфонии смерти, прозвучит особенно громко...

***

Шилов потопал по педали газа, и танк взревел, выбрасывая клочья дыма в стороны. Потянув левый рычаг, майор вырулил на площадку, и остановив машину, высунулся из люка.

- Готова? – обратился он к Маме

- Наверное – пожала плечами та – У меня и вещей то никаких нет

- Ну, запрыгивайте на броню – махнул рукой Виталий, подзывая ее и волка к себе – Не падайте только, если что, кричи.

- Хорошо – кивнула девушка, и хлопнув волка по боку, отправила его вперед. Белый легко запрыгнул на танк и уселся впереди, навострив уши.

Сама Мама, влезла на башню, и вцепилась в приваренную к ней ручку.

Мохов закинул рюкзак на заднее сиденье ГАЗика, и подошел к Шилову, попрощаться. Офицеры крепко обнялись.

- Не забывай про мое приглашение – Виталий похлопал друга по спине – Как дело сделаем, я вернусь и посидим с тобой, вспомним лихие времена.

- Хорошо – кивнул Валерий – Но домой все равно наведаюсь, погляжу что там осталось от деревни, да от школы моей. Может построить заново получится.

- Ну удачи – Шилов еще раз хлопнул друга по плечу, и запрыгнув на броню танка влез внутрь.

34ка взревела, раскидывая дым, и с лязгом рванула с места, грохоча гусеницами.

Валерий постоял еще с минуту, глядя вслед удалявшемуся танку, потом вздохнул, и залез в машину...

***

-Рейхсканцлер поднялся со стула, и прошел к небольшому столику в углу.

Подойдите сюда – позвал он офицеров.

Эльза и Шнайдер поднялись со своих мест, и прошли в угол вслед за Адольфом.

Гитлер развернул на столе план Рейхстага, и указал пальцем в несколько мест.

- Вот тут и тут – проговорил он – Установлено несколько мощных зарядов взрывчатки. Заряды изготовлены по последнему слову техники, наработки Аненербе. Сила взрыва будет чудовищной. Дело в том что скрыть кабель не получится, уже через пару дней, весь Берлин будет заполнен русскими солдатами, которые обязательно сунут свой нос везде.

- Вы хотите, чтобы мы активировали взрывчатку в эпицентре взрыва? – нахмурилась Эльза.

Да – кивнул Гитлер – Именно этого я и хочу. Когда Рейхстаг заполнится делегацией союзников, Рейхстаг должен быть взорван, вместе с ними. Это будет прощальный салют, который мир запомнит надолго. Вы готовы умереть во славу Рейха?

Шнайдер молчал, глядя на план. По его лицу можно было понять, что он далеко не настолько предан делу фюрера, и с жизнью прощаться не готов.

- Я готова – кивнула Ворон – Расскажите подробнее.

***

- Проблема этой винтовки – проговорил Призрак, поглаживая ствол своего внушительного оружия – В том, что патроны для нее изготовлены по спецзаказу. И достать новые, вам фрау, будет просто негде.

- Меня устраивает мой «Мосин», зачем мне эта громадина? – пожала плечами Таня, разглядывая черную винтовку немца.

- Ударная сила этого оружия, способна пробить броню легкого танка, или например стену – спокойно ответил немецкий снайпер – Преград для нее нет.

Глаза Тани чуть расширились от удивления, и она с уважением взяла оружие немца в руки. Винтовка весила как минимум вдвое больше чем Мосин, и изготовлена была просто мастерки. Казалось, что ее сделали по чертежам какого-то писателя фантаста.

Матовый, не дающий отблеска хром, смешался с черным металлом, происхождение которого Таня понять не могла. Изящный приклад, как влитой упирался в плечо, делая оружие продолжением тела.

- Попробуйте сделать выстрел – немец указал рукой вдаль, изучив местность в бинокль – Скажем в ту сосну, которая стоит чуть левее других.

- Боюсь шума будет много – пожала плечами Таня – Может не надо?

- «Кобра» стреляет бесшумно – немец кивнул на винтовку – Стреляйте смело.

- Хорошо – Исаева прильнула к прицелу, удивившись сложной разметке на оптике. Взяв в перекрестие сосну, она плавно нажала на курок.

Винтовка с силой ударила ее прикладом в плечо, отправляя пулю вперед.

Таня поморщилась от боли, но тут же забыла о ней, увидев, как сосна, взорвалась миллионом щепок, и треснув сломалась пополам, рухнув наземь.

Разведчица ошарашенно посмотрела на оружие, а потом перевела взгляд на Призрака.

- А сколько патронов осталось? – спросила девушка.

- Всего три – тяжело вздохнул немец, со звоном высыпая увесистые боеприпасы для «Кобры» на траву – Расходуйте их разумно.

- Да ничего – усмехнулась Таня – Мне хватит и одного, что бы закончить эту войну...

***

- Костюм лучше снять – подавая Тане ключи от мотоцикла, проговорил Призрак – Транспорт, которым управляет прозрачный водитель, точно вызовет подозрения – немец тихо засмеялся, но тут же вновь закашлялся, и выжал маску, с которой на землю упали алые капли.

Исаева перекинула ногу, и усевшись на мотоцикл, повернула ключ зажигания. Ударила по ножке, двигатель взревел, и мерно застучал, эхом отдаваясь по лесу.

- Спасибо тебе за снаряжение и уроки – улыбнулась Таня – Может еще увидимся.

- Может и увидимся, но не здесь - покачал головой немец – Встретимся там, где пируют воины - снайпер усмехнулся глазами, и покосился на рассветное небо, по которому проплывали тяжелые облака.

- Я поняла – кивнула Таня – Ну что же, тогда до встречи в Валлехе!

- Вальхалле – с усмешкой поправил ее немец – Доброй охоты фрау! – добавил он и отступил назад, пропуская вперед мотоцикл, который подарил разведчице.

Исаева вырулила на дорогу, и прибавив газу, унеслась вперед, поднимая за собой столб дорожной пыли.

Призрак, медленно ступая, поднялся на холм, покрытый мягкой зеленой травой. Вытянул из кобуры длинноствольный кольт, и щелчком взвел курок. Стянув маску с лица на шею, он закрыл глаза, и приставив ствол к своему подбородку.

- Я искал славы, ты знаешь... – на немецком прошептал он, в сторону солнца.

Стая птиц, поднятая шумом выстрела, хлопая крыльями взмыла в небеса, растворившись в рассветном сумраке.

***

С грохотом перевалившись через колею, 34ка выкатилась на дорогу и влилась в длинную колонну солдат и техники. Солдаты перешептывались глядя на волка и странную девицу, сидевшую у башни танка.

- Красавица! Тебе еще один кобель не треба?! – окликнул ее молодой сержант из строя шагавших солдат

Строй отозвался дружным смехом.

Мама смущенно посмотрела на парня, а потом отвернулась, снова глядя вперед, туда, где дорога уходила вверх.

Уже через сотню метров, 34ка остановилась из образовавшегося впереди затора. Шилов заглушил двигатель, и выбравшись из кабины, оглядел дорогу впереди.

Поперек шоссе, стояла грузовая машина, водитель которой, наотрез отказывался ехать дальше. Судя по матерным крикам регулировщицы и других водителей, сдвинуть его пытались уже давно.

Виталий зашагал вперед, на ходу вслушиваясь в маты, и пытаясь получить из потока брани хоть какую-то информацию о происходящем.

- ...у меня хлеба четыре тонны! – кричал водитель, в звании лейтенанта, на офицера комендатуры – В детский дом! Какого черта ты мне тут рассказываешь?! Какие бойцы?!

***

- У меня приказ! – рявкнул комендант в ответ, потрясая бумагами перед лицом литехи – Все грузовые машины, должны быть отправлены на перевозку солдат. Выгружай хлеб, и делай что велено, пока под трибунал не пошел!

- Я поеду туда, куда должен, а на бумаги твои... – лейтенант вырвал документы из рук коменданта и собрался было разорвать их, но Шилов схватил его за руку.

- Не горячись лейтенант, не горячись – Виталий, похлопал парня по спине – Иди за руль садись – майор повернулся к коменданту, и махнул перед его лицом корочками СМЕРШа – Открой дорогу, пусть едет!

- Товарищ майор – замялся капитан – Приказ у меня...

- Теперь у тебя новый приказ – глядя ему в глаза, твердо добавил Шилов – Открывай дорогу, под мою ответственность. Если что, вали все на Виталия Шилова.

- Хорошо – комендант, с досадой махнул рукой, и отошел в сторону – Проезжайте!

- Шилов! – раздался голос из строя солдат – Виталя!

От толпы отделился один из бойцов, и быстрым шагом подбежал к майору.

Обернувшись на оклик, смершевец признал в бойце своего довоенного соседа по коммуналке Олега, который заселился вместо Машки с Макаром, когда та застрелила мужа своего.

Увидев алые петлицы и мелькнувшее удостоверение, Олег резко сбавил пыл, и остановился в двух шагах от Шилова, косо глядя на его погоны.

- Здравия желаю, товарищ майор! – козырнул Олег – Виноват, не по форме обратился!

- Здорово Олежка, не ожидал конечно тебя тут увидеть, да и на фронте вообще – покачал головой майор – Ты ведь инженер вроде? Почему не в штабе?

- Да вот – все еще напряженный из за должности бывшего соседа, ответил Олег – Определили в механики, ну и подрывником по совместительству.

- И много взорвал? – заинтересовался Шилов.

- Да хватило, за всю войну-то, поездов десять под откос пустил, никак не меньше! – довольно похвастался Олег, сверкнув орденами.

- Понятно - кивнул Виталий – Слушай, а ко мне на службу не желаешь?

- Да какая служба Виталий... товарищ майор! Война то уж кончилась!

- Найдется тебе дело - усмехнулся Шилов - Кто говоришь, командир ваш?

***

Таня, до отказа выкрутила ручку газа на себя и мотоцикл заревел взбираясь на горку. Заехав на вершину холма, она осмотрела советскую колонну в поисках 34ки. Не найдя нужной машины, Исаева сняла с пояса бинокль и направила его на дорогу.

Разглядев наконец в толпе, Шилова, Таня перевела окуляры на его собеседника, и когда тот обернулся, побледнела...

Это лицо было ей знакомо до боли, до чертиков.

Быстро вернув бинокль на место, она оттолкнулась, и набирая скорость поехала вперед.

***

Таня ударила по тормозам и спрыгнув на дорогу, быстрым шагом подошла к Шилову и Олегу. Она взяла солдата за плечо и рывком развернула к себе лицом.

Увидев ее, тот отшатнулся назад, и растерянно посмотрел на майора, который как раз договаривался о переводе Олега с командиром роты.

- Татьяна?! – ошарашенно глядя на нее, проговорил боец – А ты чего тут делаешь?!

Разведчица размахнулась, и что было силы влепила Олегу пощечину. Тот ее стойко вытерпел и поглядел вниз, под ноги.

- Заслужил, знаю – тяжко вздохнул он – Может забудем?

Таня замахнулась левой рукой, и влепила ему еще одну, да с таким звоном, что несмотря на дорожный грохот, Шилов услышал и обернулся. Когда Таня замахнулась в третий раз, майор мягко перехватил ее руку и опустил вниз.

- Танюха, ну что за сцену ты тут закатила? – нахмурился Шилов – Любишь, так и скажи, но спокойно!

Тут Виталий обратил внимание на мотоцикл и винтовку Исаевой. Присвистнув, он обошел по кругу двухколесного зверя, и погладил рукой уникальное оружие.

Таня, которая все еще не могла успокоится из за встречи со своим бывшим, рвала и метала, принявшись орать на Олега.

- Ты мне сказал, что тебя в штаб переводят! Какого черта ты тут делаешь?! Жить надоело?! – она схватила мужичка за грудки и хорошенько встряхнула – Зачем было врать?!

- Тань – виновато оправдывался Олег, побаиваясь разъяренную девушку – Да не врал я, так и было, просто потом опять на фронт закинули, в подрывники.

- Так это ты ее взрывному учил? - усмехнулся Шилов, подходя ближе

- Я – кивнул Олег.

- Ох и тесен мир – покачал головой майор – Ладно Олежик, запрыгивай со мной в танк, садись за руль, а я буду на дорогу поглядывать.

- А куда едем то Витал... Товарищ майор?

- На Берлин! – на ходу отозвался Шилов, взбираясь на борт 34ки – По дороге объясню.

***

Прохор проводил взглядом стройную фигурку санитарки, и пихнул локтем Акимова, лежавшего на больничной койке.

- Хороша дивчина, а?

Андрей, который сморщился от боли в простреленной груди, отмахнулся.

- Не до баб мне, отстань! – простонал лейтенант.

- Да ты шо! – возмутился Прохор – Вот меня ежели на нож посадят, я в самую последнюю минуту знаешь о чем думать буду?

- О чем? – все еще морщась от боли, усмехнулся Андрей – О бабах?

- Не совсем – щелкнул пальцами вор, и показал руками округлости в районе своей груди.

- Да ну тебя! – подрагивая от боли, вздохнул лейтенант – Я бы бахнул сейчас сто грамм лучше.

- Это можно! - отозвался старичок, лежавший в углу палаты, на перекошенной железной койке – Припас кой чего!

- Во, отец, удружил! – обрадовался Акимов, приподнимаясь на локте.

- Не, не батя! – замаха руками Прохор – Нельзя ему! Кровотечение откроется и пиши пропало!

- Слыш ты – сурово окликнул его Андрей – Если не дашь мне выпить, кровотечение тут точно откроется и не только у меня! Батя наливай!

Старик развел руками, и вытащив из под подушки фляжку, быстро начислил в три стаканчика из под лекарств.

Выпили, крякнули, занюхали.

- Ребят! – с хитрим прищуром оглядел их старик – Дельце у меня к вам есть! Вы как, подзаработать хотите?

- А что делать надо?! – быстро поинтересовался Прохор, не дав сказать и слова Андрею, который хотел было возразить.

- Да пустячки в общем – беззубым ртом усмехнулся дед – Золотишко после раскулачки припрятал, а сам уж староват его копать, да и комиссары там бродят. Отнимут добро.

- И много золотишка? – приподнявшись уточнил Андрей.

- Так почитай целый горшок золота царского! – вздохнул старик – Треть вам, остальное мое. Как вам такое?

Акимов и Прохор переглянулись...

***

Тяжелый пулемет советских войск, поливал колонны Рейхстага свинцовым потоком, отрывая от стен куски. Вместе с ним слышался и грохот артиллерийских орудий, которые стремились разнести на камни, немецкую цитадель зла.

Чувствуя, как от ударов снарядов, под ногами сотрясается земля, Эльза щелкнула зажигалкой, прикуривая сигарету. Рядом с немкой, с потолка рухнул огромный камень и она невозмутимо откинув плащ, присела на него затягиваясь табачным дымом.

Шнайдер сбежал, сославшись на срочные дела, по эвакуации штаба, и Ворон оставшись с солдатами в холле дрожащем от взрывов, вспоминала прошлое.

Сорвавшись со стены, совсем рядом от нее скользнул на пол огромный алый флаг со свастикой в центре. Штукатурка вновь осыпала плечи Эльзы.

- Какой чертовски, бесславный конец! – прошептала она сквозь дым сигареты, глядя на суетившихся вокруг эсесовцев.

В глазах солдат читалась паника и страх. Бойцы Вермахта отстреливались как могли, но советский штурм Рейхстага превратился в неудержимый натиск и первые большевики должны были вот-вот ворваться в зал.

Эльза, погладила рукой ручку детонатора стоявшего рядом, задумчиво проследив за проводом уходившим к штабелям взрывчатки разложенной вдоль стен. Она четко представила себе, как вдавит ее внутрь коробки, отправляя роковой разряд, который поставит точку, и провернет колесо истории в очередной раз.

Ворон знала, что прямо сейчас в 100 метрах от здания, глубоко под землей, рейхсканцлер заключает брак с Евой. Странное решение, почему сейчас, почему они ждали пока все это превратится в трагедию?

Бросив окурок на пол, Эльза вбила его каблуком в мрамор и поднялась на ноги.

Сзади, сквозь грохот взрывов и звук падающей штукатурки послышался мерный стук трости. Обернувшись, девушка увидела перед собой доктора Кайзера, который не обращая внимания на штурм, шагал к ней.

- Доктор? – нахмурилась она – Что вы тут делаете?! Сейчас все взорвется, уходите немедленно!

Ворон быстрым шагом пошла к нему на встречу, пытаясь выпроводить из зала.

Хирург остановил ее жестом, и полез рукой в карман пиджака. Вытащив из него пенал со шприцами, он протянул его Эльзе.

- Возьми вот, теперь все потеряло смысл – дрожащим голосом проговорил он – Это поможет.

- Поможет от чего? – удивилась та, принимая подарок из рук врача.

- Поможет тебе стать нормальным человеком и вернуться к обычной жизни – с горькой усмешкой добавил хирург – Это твой шанс стать прежней, девчонкой из деревни. Той кем ты была, пока Рейх не изуродовал твое тело и душу. Воспользуйся этой возможностью!

Эльза перевела взгляд на шприцы с инъекциями, а потом на ручку детонатора...

***

Влившись в 3ю ударную армию Кузнецова, 34ка Шилова нагруженная им самим, Олегом и Мамой, въехала в Берлин со стороны реки Шпрее, и двинулась на подавление огневых точек.

Усадив Олега за наводку орудия, Виталий сам управлял танком, рывками рычагов, уклоняясь от залпов артиллерии.

Мама вместе с Белым спрыгнули на землю, и двигались сзади машины, под ее прикрытием.

Татьяна, бросив мотоцикл еще на въезде в город, облачилась в костюм Призрака, и через разрушенные подворотни двинулась к своей цели, фюрербункеру.

Скользнув за спинами советских солдат, которые отчаянно пытались подавить пулеметную точку, Исаева зацепилась руками за выбоину в стене, и вскарабкавшись на второй этаж, сняла со спины «Кобру» подаренную немецким снайпером.

Невидимая для противника, она навела прицел на символ орла, который был отпечатан на каске пулеметчика.

- Бери выше – прозвучал в ее памяти голос немца – Расчет на триста метров...

Тане очень хотелось спорить с этим внутренним голосом, но она все же взяла себя в руки, и прицелилась в чуть выше головы гитлеровского пулеметчика.

Разведчица потянула курок, и пуля, бесшумно вырвавшись из длинного ствола устремилась к цели. Ударом с головы фашиста сбило каску, и она покатилась по земле с зияющей дырой, точно по центру орла

Пулемет заглох и советские бойцы, обрадованно ринулись вперед.

- Ну Семен, ну молодец! – обрадованно выкрикнул один из них похвалив товарища – Четко ты его снял! Везучий!

Мужичок со снайперской винтовкой, растерянно почесал в затылке, и побежал вслед за остальными, точно зная, что выстрел совершил не он.

- Чертовщина какая-то! – пробормотал снайпер на бегу, все еще в растерянности от убийства пулеметчика.

Бросив короткий взгляд на часы, Исаева, сняла с пояса крюк-кошку, и перекинув ее на окно другого здания, скользнула в новое окно, поднимая винтовку для следующего выстрела...

***

- Это кто такие?! – нахмурился капитан, указывая на 34ку которая с грохотом проломив здание жилого дома, полетела вперед, выдерживая удары противотанковых.

- Не могу знать! – развел руками обалдевший от происходящего лейтенант, и оглянулся на солдат, которые потихоньку пробирались к пробоине сделанной танком – Но судя по всему ребята отчаянные!

- А что это за баба с волком?! – еще громче заорал капитан Тарасов, глядя вслед 34ке за которой, укрываясь от пуль, бежала Мама – Что тут вообще происходит?!

- Не могу знать! – снова развел руками литеха – Номер дивизии не указан на башне.

Тарасов закатил глаза, с тяжелым вздохом глядя в свинцовое небо, и уже через секунду, воздух над ним всколыхнулся, будто раскалившись. Прозрачный силуэт, мелькнув между зданиями, скользнул в окно и растворился в полумраке.

- Господи Иисусе… - прошептал Тарасов, стаскивая с седой головы фуражку – Контузия, похоже, у меня – офицер перевел взгляд на здоровенного белого волка который летел вперед под градом пуль из немецких пулеметов, и украдкой перекрестился.

***

Эльза медленно протянула руку, и взяла у Кайзера пенал со шприцами. Она застыла еще на несколько секунд в размышлениях.

- Иди, иди моя девочка. Ты свободна, я позабочусь обо всем сам – хирург присел возле взрывателя и взялся за рукоятку – Тебе нужно спешить, большевики ворвутся сюда с минуты на минуту!

- Спасибо доктор – кивнула Ворон, и сунув пенал за пазуху, быстрым шагом направилась к коридору, который вел к заднему выходу из Рейхстага.

***

Белый, рванулся в мощном прыжке, вцепившись в горло одного из пулеметчиков. Перепуганные гитлеровцы, открыли огонь по волку, изрешетив товарища, но юркий, белый зверь, метнулся в сторону, вновь уходя от пуль.

Шилов потянул на себя правый рычаг танка, и машина с ревом развернулась на месте, создавая настоящую завесу из дыма и пыли.

- Олег, пора! – майор хлопнул сержанта по плечу, и с автоматом наперевес, выскочил из танка, дав протяжную очередь в сторону немецких укреплений.

- Куда мы?! – отстреливаясь из ППШ, на ходу спросил Олег – И где Таня?

- У Тани дело есть, да такое, что весь мир услышит. А нам надо здание проверить, пока наши не вошли. Чую я, так просто они Рейхстаг не отдадут. Заминировали, как пить дать! – ответил майор, меняя обойму – Тут то, мне твои таланты и нужны!

- Так, а как мы попадем туда, товарищ майор? Тут стена пулеметов?! – уже запыхавшись от бега, прокричал Олег, пытаясь переорать грохот боя.

- Держись меня, разберемся! – отозвался Шилов, и снова поднявшись на ноги, выпустил поток свинца в сторону пулеметной точки.

***

Прикрывая рукавом прозрачного костюма пистолет с глушителем, Таня смело шагала прямо к бункеру, навстречу двум постовым у входа. Миновав незамеченной все кордоны и укрепления, разведчица готовилась выполнить главный выстрел в своей жизни и один из самых важных в мировой истории.

Подняв ствол оружия в последний момент, она выстрелила прямо в лицо растерявшемуся постовому, перед которым буквально из воздуха возник пистолет. Молниеносно переведя оружие, Таня нажала на курок снова, убив его напарника, и перекрасив дверь бункера в алый цвет.

Распахнув дверь, которая была не заперта, девушка двинулась по длинному коридору, выпинывая ногой двери кабинетов. Раздавая пули одну за другой в руководителей Рейха, Татьяна ворвалась в очередной кабинет и застыла.

Перед ней сидел Геббельс, державший в руках направленный на нее маузер…

Отец гитлеровской пропаганды медленно встал из-за стола, и указал ей стволом на дверь.

- Пошла вон! – на немецком проговорил он – Я сделаю это сам.

Таня понимала что выстрел совершить не успеет, и отступив назад вышла, закрыв за собой дверь. Подперев дверную ручку «коброй», Исаева ускорилась, и уже почти бегом двинулась дальше, выискивая нужный кабинет…

***

Выбив ногой, дверь очередной комнаты, Таня предусмотрительно выставила перед собой ствол пистолета, и вбежала внутрь, оглядывая полумрак. Сделав еще шаг, она почувствовала, что не одна. Переведя взгляд и оружие в правый угол, за дверь, Исаева увидела перед собой его...

Адольф сидел молча, склонив голову. В руке он сжимал пистолет. На лакированной поверхности стола, в неестественной позе лежала застреленная им Ева.

Рейхсканцлер не поднимая головы, и не меняя направления взгляда, обратился к Татьяне.

- Ты знаешь – на русском, негромко проговорил он, движением головы отбросив с лица косую челку – Я бы хотел попросить прощения...

- Прощения? – Таня рассмеялась, взводя курок – Ты точно сумасшедший...

- Прощения за то, что проиграл эту войну – невозмутимо закончил Гитлер – Ты ведь славянка, верно? Для таких как ты, у меня были отдельные планы. Тебе бы понравилось.

- Я не хочу даже слушать – Таня встряхнула вороненым стволом, поднося его ближе к голове Адольфа – Прощения не будет.

- Как говорится – горько усмехнулся рейхсканцлер – Одна смерть это трагедия, а миллион смертей, уже статистика...

Гитлер резко повернулся и перевел взгляд на Татьяну.

- Стреляй – без эмоций произнес он.

Исаева не стала спорить...

***

Осыпаемые осколками мостовой, Шилов и Олег под грохот пулеметной очереди пересекли улицу. Виталий понимал, что прорваться через этот заслон, почти невозможно. Растерянно оглядываясь вокруг, майор сменил обойму в ППШ, и слегка высунулся из укрытия.

В ту же секунду, главный вход Рейхстага чуть приоткрылся из-из дверей показался силуэт облаченный в черную кожу. Эту фигуру, майор узнал бы из тысячи, или даже миллиона. Ворон.

Эльза молча стояла осыпаемая градом советских пуль, которые свистели совсем рядом от нее. Подумав еще мгновение, она выхватила два пистолета, и открыла шквальный огонь в спины немецких пулеметчиков, которые сидели в ряд, на парадной лестнице здания.

Перепуганные солдаты пытались схватиться за оружие, но немка стреляла с неумолимой точностью, отправляя на тот свет, одного гитлеровца за другим. Уже через минуту, затих последний пулемет, а тело стрелка, повалилось на бок без признаков жизни.

Быстро убрав оружие, Эльза в два прыжка миновала пролет, и словно тень растаяла в подворотнях.

Увидев замешательство противников, Шилов махнул рукой, и они вместе с Олегом, выскочив из укрытия побежали вперед, стараясь держаться в стороне от прямого обзора.

- В здание давай, мигом! – подтолкнул Шилов Олега – Проверь на наличие взрывчатки, если есть, разминируй. И жди меня на месте.

- Слушаюсь! - кивнул тот, и вытаскивая на ходу кусачки, побежал к дому, куда уже ринулась волна советских войск, намереваясь ворваться внутрь.

Вбежав в здание, Олег увидел сидевшего посреди зала старика, который был ранен в нескольких местах, и истекая кровью склонился, над рукояткой детонатора.

Осторожно, стараясь не шуметь, сержант обошел Кайзера, и подхватив старика под руки, отодвинул в сторону.

Быстро отрезав кусачками провода. Олег тяжело вздохнул с облегчением и сел на мраморный пол, устало глядя в купол здания.

***

Шилов проводил взглядом двух красноармейцев которые ворвались внутрь удерживая в руках Знамя Победы, и короткими перебежками двинулся в подворотни, вслед за Эльзой. Миновав около двух кварталов, он уже было отчаялся и собирался прекратить поиски, когда та, сама нашла его.

Ворон вышла из за угла дома, буквально в полуметре от майора, и коротким ударом ноги, выбила из его рук автомат.

Оглянувшись на загремевшее по мостовой оружие, Виталий перевел взгляд на лицо немки, которая подошла к нему в упор.

- Шилов, ответь мне только на один вопрос – пронзительно глядя в глаза майора, спросила она – Что со мной будет, если я пойду к тебе на службу?

- А что ты хочешь? – нахмурился Виталий, упирая руки в бока – Ты убийца Рейха. Тебя будут пытать, и если повезет, то повесят.

- Ты прав – кивнула она – Все что я умею, это убивать. И убиваю я лучше всех в мире, ты видел сам. Может подумаешь еще раз?

- Может и подумаю – Шилов опустил взгляд вниз, пытаясь прийти в себя после боя.

- Угроза, идет с Запада майор. Американцы, были лишь временными союзниками для вас. Только «Оверлорд» заставил их встрепенуться – склонившись и заглядывая в глаза особиста, проговорила она – Грядет жестокая, холодная война, в руках властей скоро будет страшное, разрушительное оружие. Я нужна вам.

- И что ты предлагаешь? – вскинул голову Шилов – Хочешь, что бы я сказал тебе, - Да, все хорошо, я тебя прощаю, добро пожаловать в Советы?

- Просто дай мне гарантии что все ограничится допросами, и я помогу тебе предотвратить ядерную войну. Никто другой на это не способен, поверь мне – Эльза говорила четко и твердо, и сомнений в ее словах у Виталия не было, но все же...

- Хорошо - кивнул Шилов, поднимая с земли ППШ – Но нам предстоит долгий разговор по пути в Москву - вздохнул майор, и зашагал назад, в сторону Рейхстага, над которым уже развевалось установленное Красное Знамя...

Конец.

Следующей по сюжету идет повесть "Браун".