"Нестройняшка" для дракона

— Бетти! Почему ты отказала? — разгневанный король влетел в апартаменты своей дочери, намериваясь разобраться с негодницей. Как она могла?! — Ты обещала, что сегодня обязательно дашь согласие выйти замуж за принца. Я с ног сбился, ища тебе жениха. И что?! Ты заявила, что сильно юна, чтобы связывать себя узами брака.

— Я не думала, что он лысый, — Бетти обиженно взглянула на отца и, расправив на коленях розовое воздушное платье, потянулась за пирожным.

— Лысый?.. — отец вытаращился на неё. На мгновение он стал напоминать рыбу, выброшенную на берег. Рот то открывался, то закрывался, но ни единого звука больше не вылетело.

— Ну ты же не хочешь, чтобы твои внуки были лысыми и костлявыми? — невинно спросила дочь и откусила вкуснейшее кулинарное произведение.

— Прекрати есть! — взвился король. — Посмотри на себя? Ты же в дверь едва проходишь!

— Что? — Бетти обиженно взглянула на отца и отвернулась.

— Прости… — сник король. — Я не сдержался. Но принц Антуан был последним. Больше ни одного претендента. Желающие взять тебя в жёны принцы закончились. А если ты не выйдешь замуж до Нового года, то навсегда останешься такой…

—…толстой жабой? Ты это хотел сказать, отец? — пробормотала Бетти и засунула оставшееся пирожное в рот.

— Ну, дочь… Почему сразу жабой? — стушевался Его Величество.

— Действительно, почему?.. — пробормотала Бетти.

— Неужели трудно было согласиться? — Король никак не мог понять, почему его дочь привередничает.

— И жить всю жизнь с нелюбимым лысым и старым задохликом? — нахмурилась Бетти.

— Зато ты бы вновь стала стройной, дочь моя.

— Папуля, а ты уверен, что принц Антуан меня бы поднял и не помер?

— Ну, надо же было дать ему шанс.

— Знаешь, папуля, когда он меня увидел, я вообще думала, что он концы отдаст. Похоже, принц Антуан плохо представлял, какое счастье ему досталось. Папочка, я просто не захотела овдоветь в день своей свадьбы. Представляешь, остаться навсегда толстой вдовой. Уж лучше буду «нестройняшкой» Бетти.

— Но ты же помнишь, что заклятие после полуночи станет неотвратимым? — вздохнул король. Разговаривать с непослушной дочерью было тяжело. Вот у соседа, короля Вильгельма, дети были покладистые и спокойные. На кого отец указал пальцем, за тех и пошли замуж. Жаль, что у соседа нет сына. Может, он бы тогда взял в жёны Бетти?

— А как же… — дочь наморщила маленький нос, почесала толстую щёку и чихнула. — Па, а может, проще выдать меня замуж за бегемота? Мы с ним хотя бы в одной весовой категории будем. И я уверена, что он не испугается, как принц Антуан. Он же весь посерел, когда узрел меня воочию. Папочка, а ты точно отправлял ему мой реальный портрет? Или, как всегда, художник слегка подсластил пилюлю в виде меня?

— Не болтай, Бетти! — топнул ногой король. — И прекрати жевать. Ты уже третье пирожное съела, пока я здесь.

— Стресс надо заедать, папуля. Не каждый день женихи при виде тебя начинают заикаться и пятиться к дверям.

— Так ты ешь меньше! Посмотри на себя. Ты же уже с трудом проходишь в некоторые двери. Ещё немного, и их снова придётся расширять.

— А я тебе говорила, что надо делать с запасом.

— А давай я пошлю гонца? Возможно, принц Антуан ещё не так далеко уехал, — принялся увещевать отец.

— Думаю, что его уже никто не догонит, — усмехнулась довольная Бетти. — Па, а ты видел, как он улепётывал, когда я сказала: нет. В жизни не видела более счастливого мужчину. Вот что делают женские чары.

— О боги! — король тяжело опустился на стул и, стянув парик с лысины, вытер им вспотевшее от напряжения лицо. — Ну где мне взять силы? Хорошо, что твоя мать не видит, во что ты превратилась.

— Может, пироженку? — участливо спросила Бетти. — Мне помогает. После десятого становится значительно легче, а после двадцатого вообще на всё плевать.

— Сегодня последний день, — вздохнул отец. — После полуночи заклятье вступит в полную силу. А ни одного принца больше нет. Я разослал гонцов по всем королевствам. Я пообещал столько драгоценностей и золота, сколько весишь ты…

— И не одного? — глаза Бетти лучились весельем.

Она и не думала страдать. И что отец так переживает? Принцесса давно уже свыклась с мыслью, что суженного ей не найти, а потому тратить своё здоровье и силы на мифических женихов не собиралась.

Хотя это и было немного неприятно, но замужество же, не главное? В жизни много всего интересного помимо этого. Так Бетти себя успокаивала. Но где-то внутри её всё равно грыз червячок сомнения, который иногда вырастал до исполинских размеров. Но это бывало по ночам. Сейчас же принцесса и не думала унывать.

— Нет! — отрезал король. — Даже самого захудалого последнего сына нет.

— Папочка, хочу тебя немного успокоить. Тётушка, которую ты при всех на балу назвал уродливой толстой жабой, сказала, что принц должен носить меня на руках. А все твои женихи при моём появлении сразу мечтают лишь о том, чтобы оказаться как можно дальше от своей невесты. И ни один из них при всём своём желании меня не поднимет. Вот почему ты не заставил тётушку взять свои слова назад?

— Ты была тогда такой хорошенькой, что я просто рассмеялся Брунгильде в лицо, — тяжело вздохнул король. — Я был уверен, что любой принц будет готов горы свернуть, лишь бы заполучить тебя в жёны и носить на руках. Кто же знал, что эта ведьма задумала такую страшную месть? Теперь-то я понимаю, о каком подвиге шла речь.

— О каком? — Бетти с любопытством взглянула на своего отца.

— Поднять тебя! — выпалил король. — Для любого принца это уже подвиг, несмотря на полцарства в придачу.

— Ну спасибо, папочка… — обиженно протянула Бетти и взяла ещё одно пирожное с блюда.

— Надо было выдать тебя замуж в пятнадцать! Зря я тебя послушал. Ты тогда ещё не была такая… — пробормотал король.

— В пятнадцать у нас законом запрещено выдавать девушек замуж, — напомнила дочь.

— Я бы изменил ради этого закон, — парировал король.

— Нужно было просто извиниться перед тётей Брунгильдой.

— Перед этой старой ведьмой? — скривился король. — Ни за что! Я вообще тогда посчитал, что делаю ей одолжение. Думал, что она оскорбится и станет меньше есть.

— Ага, размечтался, — нараспев произнесла Бетти. — От этого есть хочется ещё больше. Кстати, папочка, ты мне не рассказал, что тебе сообщил оракул. Ты же у него был?

— Был, — вздохнул Его Величество. — Но он нёс какой-то бред.

— Про меня? — с любопытством взглянула на родителя Бетти.

— И про тебя тоже…

— Расскажи! — потребовала дочь.

— Что рассказывать, когда уже ничего не сбылось! — вскочил король. — Ты выгнала жениха! Оракул сказал, что сегодня всё изменится, если звёзды встанут в ряд.

— И?.. — Бетти даже жевать перестала. — Они встанут?

— Что «и»?! — возмущённо уставился на неё отец. — Ты, как всегда, всё испортила! Всё! Ухожу. Никакого бала. Ты наказана!

— Кому нужен ваш бал, папочка? — пробормотала Бетти вслед разъярённому отцу.

Она ненавидела балы с тех пор, как старая Брунгильда кинула в неё золотистый порошок и сказала:

— Ты будешь очень красивой, но ровно до тех пор, пока не достигнешь зрелости. Потом ты станешь меняться.

— За что, тётушка? — воскликнула Бетти, чувствуя, что ведьма задумала какую-то пакость. — Что я такого сделала?

— Ну ладно, — сжалилась тётушка Брунгильда. — Возможно, ты и не совсем виновата в том, что твой отец — полный придурок. Если ты до двадцати пяти лет встретишь принца, готового поднять тебя, то моё проклятье исчезнет без следа. И это будет его подвиг ради тебя.

Она сдула последний порошок с ладони прямо в лицо племянницы.

— Вон! — закричал спешащий к ним отец. — Убирайся вон из дворца, старая ведьма!

— С превеликим удовольствием, — расхохоталась Брунгильда и стала растворяться в воздухе. Последнее, что увидела Бетти, были устремлённые на неё зелёные глаза тётушки, но и они вскоре исчезли.

— Что она сделала?! — кричал тогда отец, ощупывая дочь. — Она тебя ударила? Уколола? Облила?

— Нет, папенька. Она просто посыпала на меня порошком.

****

Бетти горько улыбнулась. Прошло столько времени, а та сцена до сих пор стояла у неё перед глазами. Старая ведьма была очень толстая, но двигалась на удивление легко и непринуждённо. Не брось ей тогда отец в лицо оскорбление, возможно, и тётушка не разозлилась бы, и бал в честь дня рождения принцессы прошёл без эксцессов.

Ах, если бы матушка только была жива! Она наверняка уговорила бы сестру снять проклятие. Отец же был непреклонен. Он решил избавиться от него по-своему.

Во дворец потянулась вереница их магов, целителей и шарлатанов всех мастей. Но никто не мог определить, что пожелала ведьма принцессе.

А потом Бетти стала поправляться. Её просто раздувало, словно тесто на хороших дрожжах. Что только принцесса не делала! Сидела на строгой диете, доводила себя физической активностью. Танцевала, прыгала, даже фехтовать пробовала. Отец нанял лучших диетологов, массажистов, учителей танцев и экзотических преподавателей странных учений.

Маги варили зелья из диковинных заморских трав, составляли порошки из перьев, когтей, шерсти, зубов, шкур и прочих органов магических животных.

Учителя заставляли Бетти выкидывать коленца, постоянно кружиться в паре с ними или одной.

Заморские последователи разных учений твердили, что всё дело во внутренней энергии. Она неправильно зациклена, и её надо срочно выпустить из тела. Они старались выгнуть принцессе спину, удлинить шею, растянуть ноги и руки в разные стороны, заставляя девушку принимать странные, порой нереальные позы.

Ничего не помогало. Принцесса толстела на глазах. А потом Бетти надоело, она разогнала всех и стала просто жить так, как ей нравилось. К восемнадцати годам она была уже толще ведьмы Брунгильды.

Король Генрих решил приравнять её вес к приданному, полагая, что от желающих не будет отбоя. Но все желающие как-то очень быстро иссякли. Стоило только им узнать, что принцессу надо нести к храму, и они пропадали. И даже полкоролевства никого уже не прельщало. Было несколько шарлатанов, что вместо себя присылали силачей, но даже те не справились.

Потерявший всякую надежду король приказал привести к нему Брунгильду, но она словно испарилась. Её нигде не могли найти. Дом пустовал. И пустовал давно. О чём поведали пауки, навесившие свои полотна по углам, потолку и стенам.

****

Бетти съела последнее пирожное и встала с кресла. Как и тётушка Брунгильда она не чувствовала своего веса, а потому двигалась легко. Внутри неё продолжала жить стройная принцесса. Подойдя к зеркалу, Бетти посмотрела на себя. Там стояла не она. Вот это толстое тело с огромными руками и шеей, заплывшей салом, не могло быть её.

Когда-то давно она ещё надеялась, что случится чудо и явится принц, способный легко поднять её на руки. Она бы сразу подарила ему своё сердце. Но, увы… Отпрыски королей нынче пошли мелковаты. Во всяком случае, ни одного, кто справился бы с задачей, не нашлось.

Словно насмехаясь над своим отражением, Бетти наряжалась в платья светлых тонов: розовые, голубые, персиковые. Заставляла, чтобы модистка нашивала рюши, воланы, оборки, делала пышные рукава. Та качала головой, не соглашаясь, но Бетти настаивала.

Принцесса запретила главному целителю измерять её вес. Какой прок от цифр, когда не знаешь, как их уменьшить?

— Ну что, красотка? — спросила она сама у себя. — Готова к тому, что сегодня мы переступим последнюю черту? Прощай мечта о любви.

Чтобы не думать о надвигающейся катастрофе, когда последняя надежда рассеяться, словно дымка, принцесса решила себя чем-нибудь занять. Фрейлин-подружек она разогнала давным-давно. Как только те стали за глаза называть её принцесса-толстушка или Бетти-жир. Почему-то последнее её обидело особенно. Она тогда даже отказалась от ужина. Но за завтраком она наверстала упущенное, выгнала всех фрейлин и дала себе слово: подружек больше не заводить. Вместо них она завела себе живность, с которой теперь и общалась.

Принцесса поиграла со своим пушистым котом, выпустила попугая из клетки. Кот Додо никогда не трогал пернатого. На душе было неспокойно. Скоро начнут прибывать гости, поднимется шум. Девушке не хотелось это слушать.

И Бетти решила сбежать из дворца и походить по городу. Она иногда позволяла себе такие шалости. Именно поэтому она завела себе попугая Дрю и долго с ним занималась. Теперь различить голос принцессы и птицы было невозможно. Если кто и поинтересуется из-за двери: как она, Дрю что-нибудь ответит за неё.

Закрыв Бетти в комнате, король Генрих, сам того не желая, помог дочери улизнуть из дворца.

Бетти переоделась в платье простой служанки и открыла потайной ход в своей гардеробной. Если внимательно следить за некоторыми слугами, то можно обнаружить удивительные вещи. Например, зачем старшему придворному магу понадобились её платья?

Он вылетел с пунцовой физиономией из её гардеробной, потом долго извинялся, пятясь к дверям. А Бетти решила посмотреть, как он оказался в её апартаментах, и обнаружила плохо придвинутую панель.

Вот так она стала обладательницей знаний о тайном ходе. Ей потребовалось много часов, чтобы изучить его ходы. Иногда ночью, когда совсем не спалось, потому что книга не отпускала, принцесса ходила на кухню за чем-нибудь вкусненьким.

Воспользовавшись ходом, она могла запросто выскользнуть из дворца, чтобы никто не видел.

Серое тёплое платье свободного покроя, короткий шерстяной жакет и плотный плащ на подкладке позволили ей покинуть территорию неузнанной.

Одежду она купила себе несколько лет назад, когда играла служанку в небольшой пьесе. Тогда она ещё общалась с фрейлинами. И как хорошо, что платье было просторным, и Бетти его никому не отдала. Теперь это всё ей пригодилось.

Принцесса любила иногда пройтись по городским улицам поздними вечерами, когда все думали, что она ушла спать.

****

Зимний город был сказочно прекрасен. Погода стояла тёплая. Выпавший снег лежал белыми пушистыми шапками на крышах, столбах заборов, козырьках магазинов и подоконниках. Маги постарались к празднику, убрав его с улиц, но оставили для настроения там, где он никому не мешал.

Все куда-то спешили в предпраздничной суете, и на принцессу никто не обращал внимания. Она прошла по любимому маршруту и зашла в таверну, где жарили умопомрачительную картошку на маленьких сковородках. Такую вкусную хрустящую картошечку девушка даже во дворце не ела.

Таверна была полупустая, хотя обычно здесь было не протолкнуться. Бетти не ужинала, и потому с удовольствием сделала заказ. Присев в самый дальний угол, она подпёрла рукой щёку и принялась ждать.

Прошло время, и вот, наконец, ей принесли сковородку с поджаристой картошкой, кусок свежего ноздреватого хлеба, тонко нарезанные ломтики сала с мясными прожилками и солёные огурчики.

— Хорошего вам аппетита, — пожелала ей розовощёкая подавальщица.

— Спасибо, — кивнула Бетти. — Пожалуй, это единственное, на что я не жалуюсь. Скажите, а почему у вас сегодня так мало народа?

— Вы, наверно, приезжая, а потому не знаете, — принялась радостно делиться с ней девушка. — Все же сейчас на площади! Там гулянья идут, артисты, циркачи выступают, а в полночь будет фейерверк. А уж потом толпа сюда хлынет и будет, не протолкнёшься.

Принцесса про себя порадовалась, что может посидеть одна. Но стоило ей приняться за поджаристую картошечку, как напротив неё пристроился тощий подросток, и принялся провожать жадным взглядом каждую вилку, которую она подносила ко рту.

— Ты чего? — не выдержала Бетти. Соседу по виду было лет пятнадцать. Черноволосый, темноглазый, с впалыми щеками. Из-за этого нос казался длинным и заострённым, а скулы просто выпирали. Но у него были странные зрачки. Принцессе показалось, что там, в глубине, что-то сверкает. — Голодный, что ли?

— Ага, — кивнул подросток, не сводя глаз с её сковородки.

— Ну так поешь! — Бетти не могла понять, почему он не ест.

— Не могу. Я только смотреть могу, как другие едят, и от этого будто сытость наступает.

— Почему не можешь есть? — Бетти перестала жевать и замерла. Ей было непонятно, как такое может быть.

— Ты ешь, — сказал подросток. — Ты с таким аппетитом жуёшь, что я тебе завидую.

— Нашёл чему завидовать. Я же толстая! — выпалила принцесса и сама не поняла, зачем она это сказала.

— А я худой, — усмехнулся подросток, и Бетти вдруг показалось, что он не так уж и юн.

— У тебя, наверное, нет денег, — догадалась девушка. — Хочешь, я закажу тебе картошку с мясом?

— Да нет, — поморщился сосед. — У меня нет проблем с деньгами. Я же сказал, что не могу есть. Заклятье.

— Ой... — искренне удивилась Бетти, — и у меня заклятье. Только обжорства. Хотя я, даже если не ем, то всё равно толстею. Меня тётка заколдовала за то, что отец обозвал её жирной.

— А на мне заклятье рода, — вздохнул подросток. — Мне не повезло родиться последним. Младшему всё и достаётся. Это тянется уже несколько столетий, и никто не может прервать эту закономерность. Я не могу есть, а потому никогда не стану взрослым драконом.

— А ты что, дракон? — узкие из-за толстых щёк глаза Бетти от удивления даже округлились. — Никогда не видела драконов.

— Не смотри на меня, — поморщился её собеседник. — Всё равно я не дракон.

— Но как же не дракон… — пролепетала Бетти и приложила пухлую ладошку к объёмной груди. — Где-то там внутри всё равно в тебе живёт огромный зверь.

— Во мне живёт не огромный зверь, — усмехнулся подросток, — а такой же хиляк, как и я.

— Откуда ты знаешь, что он хиляк?

— Он иногда приходит, — невесело улыбнулся собеседник.

— И ничего нельзя сделать? — удивилась Бетти. — Наверняка же существует какое-то условие.

— Существует, — согласился подросток. — Я должен совершить подвиг и спасти принцессу. Осталось совсем немного: найти её, придумать, отчего спасать и узнать, согласна ли она.

— Ну, у тебя ещё впереди много времени. Ты же ещё очень юн, — постаралась успокоить его Бетти. — Возможно, через несколько лет ты возмужаешь и…

— Мне уже сорок! — выпалил собеседник, и у Бетти некрасиво открылся рот. Хорошо, она успела картошку проглотить.

— Сорок?.. — пропищала она. — Тебе?

— Да! Что, не похоже?

— Нет, — промямлила принцесса.

— И за всё время, ещё ни одна принцесса не разрешила себя спасти, — продолжил он. — Да что там не разрешила! Надо мной просто потешались и выставляли за дверь.

Бетти всё никак не могла прийти в себя. Как похожи их судьбы. И неожиданно её осенило. Если уж нельзя помочь ей, то вот этому бедолаге ещё можно. И она вполне может это организовать.

— Слушай, я знаю, где можно найти принцессу, которая согласится, чтобы ты совершил ради неё подвиг.

— И где? — недоверчиво взглянул на неё мужчина.

— Только не смейся, — сразу предупредила Бетти.

— Да я и не собирался.

— Я принцесса Бетти, дочь Его Королевского Высочества Генриха Филиппа Артура Джорджа, герцога Кордоульского, герцога Ротсейского, графа Каррикского и так далее и тому подобное.

— А здесь ты что делаешь? — уставился на неё собеседник.

— Отец меня наказал и запретил появляться на балу, — вздохнула Бетти. — Вот я и сбежала. Но если честно, то я не особо расстроилась. Сидеть полночи на одном месте, то ещё удовольствие.

— А танцевать не пробовала? — усмехнулся мужчина.

— С кем? — выгнула тёмную бровь Бетти. — Сама с собой? Меня уже лет восемь никто не приглашает, а фрейлины за глаза зовут Бетти-жир.

— Как-как? — тонкие губы её собеседника расползлись в улыбке. Но она была незлой, поэтому принцесса не обиделась.

— Бетти-жир, — повторила она и вдруг сама рассмеялась.

— И как я тебя должен спасать, Бетти? — поинтересовался собеседник.

— Не знаю. Надо подумать. Слушай, — неожиданно предложила она, — а пойдём смотреть праздничный фейерверк. Может, что в голову придёт по дороге.

— Я знаю одно прекрасное место. Кстати, зови меня Эдвард. Только вот… — мужчина замолчал, задумчиво глядя на девушку.

— Что?

— Ты сможешь взобраться со мной на крышу? — неожиданно спросил он.

— А она не провалится? — фыркнула Бетти.

— Эта не провалится, — усмехнулся Эдвард. — Там сидят пять каменных гаргулий, а они точно больше тебя.

— Ты хочешь залезть на городскую ратушу, — догадалась принцесса.

— Согласна?

— Здорово! Никогда не лазила по крышам.

****

Впервые Бетти за долгие годы была отчего-то счастлива. Она шла быстрым шагом с невысоким, щуплым Эдвардом по городским улицам, обгоняя неспешно прогуливающих нарядных горожан, и сердце её учащённо билось от переполнявшей её радости.

Она не ощущала себя толстой и неуклюжей. Бетти впервые чувствовала себя нужной. Пусть это продлится недолго. Правда, ей хотелось верить, что Эдвард, после того как станет настоящим драконом, не забудет про неё и будет хоть изредка навещать. А может, даже прокатит на спине своего зверя.

Эдвард шёл рядом и не ведал, какие мысли одолевают Бетти. Он думал: какой подвиг можно совершить? Разбойников рядом не наблюдалось. В толпе вообще часто мелькали лица стражников, охраняющих покой горожан.

Насильники на принцессу точно не нападут. Её даже украсть непросто. Попробуй-ка, затолкай в карету. Грабители принцессу в ней вряд ли заподозрят, значит, этот вариант тоже отпадает. Да и как он со своей комплекцией против нескольких разбойников устоит?

Эдвард вздохнул. Ничего путного в голову не лезло. Они почти дошли до городской ратуши.

— Нам сюда! — мужчина потянул Бетти на неприметную улочку, ведущую за величественное здание из серого камня. — Там есть наружная лестница. Не испугаешься?

— Нет! — мужественно произнесла принцесса, хотя была не совсем уверена в этом. Но раз уж собралась покорять крышу, отступать было некуда. А то Эдвард решит, что она не умеет держать слово.

Они пролезли между металлическими прутьями ограды. Бетти повезло, что тот, кто делал лаз, протаскивал здесь что-то очень громоздкое. Принцесса хоть и с трудом, но протиснулась в него.

Лестница оказалась массивной, железной, и лезть по ней оказалось совсем нестрашно. Наоборот, открывшаяся взору Бетти картина завораживала. Чем выше они поднимались, тем прекраснее открывался вид на город.

На крыше гулял ветер, который почти смёл весь снег вниз. Принцесса обернулась в плащ и посмотрела на двух величественных гаргулий, между которыми они стояли. Ей показалось, что одна из них ей подмигнула. Но такого же не могло быть?

К краю крыши принцесса подходить опасалась, а вот Эдвард взобрался на невысокий парапет и оттуда смотрел на площадь.

Город сверху лежал как на ладони. Извилистые улочки, дома, освещённые праздничными огоньками. Остроконечные шпили городских часов. Никогда не замерзающие каналы, будто кровеносные сосуды, пронизывающие город.

Праздничная площадь внизу пульсировала жизнью, словно огромное сердце, бьющееся в праздничном ритме. На площади бурлила жизнь. Там играла музыка, слышались крики разгорячённых горожан.

Пёстрые, как калейдоскоп, толпы гуляющих текли между сверкающими диковинными фигурами сказочных животных, расставленных по площади, и лотками с угощениями. По центру бил фонтан Жизни. В честь праздника его струи переливались всеми цветами радуги.

Дворец сиял огнями и казался ожившей сказкой, выкованной из лунного серебра и звёздной пыли. Словно гигантский хрустальный корабль, он плыл в сгущающейся тьме, освещённый мириадами огней, мерцающих, как глаза волшебных существ.

Все горожане ждали полуночи. Когда неповоротливый механизм передвинет стрелку часов на ратуше, и бой возвестит о начале следующего года.

— Ты часто здесь бываешь? — спросила заворожённая увиденным Бетти у Эдварда.

— Нет. Просто сегодня отчего-то захотелось прилететь в ваш город, — признался он.

— Я рада, что так сложились звёзды, — Бетти улыбнулась и шагнула вперёд. Она надолго запомнит эту ночь. И теперь это будет не самая ужасная ночь в её жизни.

— Знаешь, я тоже рад, — неожиданно признался Эдвард. — У меня нет друзей, и со мной тоже не особо общаются, потому что слабый дракон никому не интересен. Что ты там стоишь одна? Иди сюда. Отсюда видна вся площадь.

— Я боюсь, — призналась Бетти. — Я никогда так близко не подходила к краю.

— Не бойся! Я же с тобой, — протянул руку Эдвард.

Стоя на парапете, он был выше принцессы. Бетти хотела сказать, что он даже кота не удержит, случись что. Но она не хотела его обижать и, сделав несколько шагов вперёд, ухватилась за крепкую узкую ладонь. — Взбирайся сюда, — потянул её мужчина. — Когда ты здесь стоишь, кажется, что площадь лежит у твоих ног.

Принцесса на секунду замешкалась, а потом шагнула и встала рядом со своим новым знакомым. Вид отсюда и, правда, завораживал. Казалось, весь мир лежит у тебя под ногами. Бетти осмелела и крутила головой во все стороны. Это было так необычно. Она никогда не ощущала себя такой свободной. Хотелось раскинуть руки и взлететь.

Резкий хлопок заставил Бетти вздрогнуть, а потом рассмеяться. Никогда ещё праздничный фейерверк не казался таким прекрасным. Небо раскрасилось всполохом из тысячи огней. Бархатный холст ночи маги расписывали волшебными цветами, распускающимися в темноте.

Вот кроваво-красный георгин вспыхнул россыпью огненных лепестков и рассыпался горстями драгоценных камней. Следом понёсся вихрь из мерцающих незабудок, низвергающийся каскадом с небес. А потом вспыхнула золотом лилия, распустив свои лепестки до самых звёзд.

Бетти много раз видела такое, но сейчас всё было по-другому. Словно спала с глаз серая пелена, и мир засверкал другими красками.

До полуночи оставались считаные минуты. Принцесса раскинула руки, представляя себя птицей. Хотелось взлететь высоко в небо и кружится там посреди всей этой красоты. В этот миг налетел сильный порыв ветра, ударивший ей в спину. Плащ взметнулся вверх, словно крылья. Девушка рассмеялась, поддалась вперёд. Ещё один порыв, Бетти переступила, и нога скользнула...

Принцесса замахала руками, стараясь удержать равновесие, запуталась в плаще… и сорвалась вниз…

За миг вся жизнь Бетти промелькнула перед глазами. Всё! Какой бесславный конец. И даже никто про неё не вспомнит.

И вдруг кто-то схватил девушку, не давая ей разбиться. Чьи-то сильные лапы обхватили принцессу, замедляя падение. Теперь Бетти медленно опускалась. Не долетая метров трёх до земли, падение прекратилось, а потом её медленно потянули вверх.

— Гляньте! Дракон! — крикнул звонкий мальчишеский голосок.

— Какой маленький, — рассыпался смешливым колокольчиком второй. — Ты видел когда-нибудь таких крох?

— Я и больших никогда не видел.

— А можа, они все такие? — спросил кто-то ещё.

— Ну не… Драконы огромные. Я картинки смотрел. На полгорода крылища должны быть.

— А баба толстая какая. Попробуй удержи этакую тушу такими смешными лапками, — расхохоталась какая-то женщина. — Эй, дракон, бросай её, я потоньше буду.

Толпа снизу гудела и улюлюкала, разглядывая висящую в воздухе девушку. Бетти подняла голову. Усиленно махая небольшими крыльями, её пытался тянуть вверх совсем мелкий дракончик с большой головой.

Он изо всех сил махал короткими крылышками, стараясь удержать свою ношу. Девушка испугалась, что он её уронит, и уже вдохнула, намереваясь крикнуть, чтобы отпустил, но внезапно доверились Эдуарду. Ведь если бы он отчаялся, то давно поставил бы Бетти на землю.

И здесь часы стали бить полночь. Горожане отвлеклись и принялись поздравлять друг друга с наступающим Новым годом! Осталось несколько секунд и… всё.

В небо взлетали очередные фейерверки. Но Бетти не было до них дела. Она следила за драконом. Получится ли у него победить заклятье?

С каждым новым взмахом его крылья становились всё больше, удлиняясь на глазах. Били часы, и с каждым ударом дракон становился больше. Принцесса зачарованно глядела, как на её глазах малыш перерождался в огромного чешуйчатого красавца с изумрудной кожей. Вскоре дракон легко поставил её на крышу, а сам завис напротив.

— Прилетай хоть иногда, Эдвард. Хорошо? — попросила она его, и ей показалось, что дракон в ответ согласно кивнул. А потом он улетел. Бетти долго смотрела ему вслед. — Не забудь, пожалуйста, про Бетти-жир... — пробормотала она и вытерла слезинку, стекающую по щеке. — Я буду ждать тебя, Эдвард.

Она шмыгнула носом. Отчего-то сделалось очень тоскливо, словно сейчас она потеряла частичку своей души.

Пора было возвращаться. Бетти сделала шаг и чуть не упала, наступив на край платья. Что за ерунда? Девушка с удивлением посмотрела вниз. Как такое могло произойти? Платье болталось мешком вокруг неё. Она подняла руки, и в свете огней, раскрашивающих небо в яркие цвета, принялась с удивлением рассматривать свои тонкие кисти и маленькие ладошки с изящными пальчиками. Внезапная догадка вспыхнула в голове миллиардами огней.

— Эдвард, ты был принцем? Да? — Бетти посмотрела вслед улетевшему дракону и рассмеялась от счастья.

****

Бетти никому ничего не стала рассказывать о том, что произошло. Вернувшись, она разделась и первым делом бросилась к зеркалу. И там увидела настоящую себя. У неё было стройное тело с длинными ногами и узкой талией. И никаких толстых щёк. И шея у неё тоже имелась. Именно такой, принцесса всегда себя и представляла.

Девушка юркнула в постель, но до утра не спала. Сначала оттого, что внутри бурлило счастье, а потом вдруг навалилась грусть. Бетти тосковала. Прошло всего несколько часов, как улетел огромный дракон, а принцессе уже не хватало того, с кем можно было бы просто поговорить, а потом взобраться на крышу одного из самых высоких зданий в городе и помечтать о несбыточном.

Но разве это не прекрасно? Вернётся ли Эдуард? И каким он стал? Почему-то Бетти была уверена, что мужчина тоже возмужал и теперь не похож на подростка. Но даже если Эдвард остался прежним, всё равно пусть возвращается. Принцессе не хватало родственной души рядом.

****

— Бетти, дочка! — счастливый король влетел в комнаты дочери. — Прошло всего несколько дней, а к тебе посваталось уже три принца. Ты рада?

— А что случилось, па? — принцесса с насмешкой взглянула на сияющего отца. Она только вернулась с прогулки по зимнему парку и даже ещё не успела раздеться до конца. Служанка помогала ей избавиться от мехового манто. — Ты забыл изменить мой вес в приданном? Там так и указано трёхзначное число?

— Э-э-э… — Его Величество на мгновение задумался. — Пожалуй, ты права. Этот пункт можно уже убрать. Нечего растранжиривать королевскую казну.

— Папа, прекрати устраивать балы. Это тоже поможет тебе экономить, — улыбнулась Бетти. — Вот зачем ты сегодня опять приказал устроить бал?

— А как же! Я хочу, чтобы все знали, какая у меня красавица-дочь! А ты разве не рада? Это же чудо, что ты так похудела за одну ночь. Старая жаба Брунгильда оказалась не так сильна, хоть и знатно попортила мне кровь.

— Папа, прекрати обзывать тётушку! Не хватало ещё, чтобы она тебя услышала.

— Да пусть слышит! Её колдовство разрушилось, и ты теперь можешь запросто выйти замуж за любого принца, — продолжил мечтать отец. — Да что там принца! Теперь мы тебе и короля можем присмотреть. Так… Надо подумать. Если не ошибаюсь, недавно у нас овдовел король Фридрих. Точно! Надо немедленно послать к нему гонца. Нет! Напишу и отправлю по магической почте. Так быстрей.

— Папуля, — сморщилась Бетти, — мне никого не надо. Можно я пока не буду выходить замуж?

— Что значит не надо?! Что значит, не будешь?! — возмутился Его Величество. — А наследники? Я на кого королевство оставлять должен?

— Тогда можно, я выберу себе мужа сама? — попросила Бетти.

— Сама? Это же бред! Ты сильно молода, дочь, и не можешь правильно оценить политическую обстановку. Так что мужа я тебе сам присмотрю. Всё как полагается. Ты у меня теперь товар хоть куда.

— Я не согласна быть товаром! — топнула ногой Бетти.

— Ах так! — Его Величество тоже стукнул каблуком. — Значит, сидишь взаперти без бала. Мадлен, выйди вон! — приказал Его Величество служанке, и Бетти в очередной раз закрыли в её апартаментах.

— Ну и, пожалуйста, — сказала она в сторону захлопнувшейся двери. — Мне всё равно не очень-то и хотелось. Да, Додо? Так даже лучше. А то сейчас должна была явиться модистка со своими помощницами, срочно подгонять платье. Шум, суета, несколько примерок. Устать можно. А потом ещё и мастер по причёскам. Ну нет! Лучше уж посидеть в тишине. Или?..

Бетти встала и пошла к гардеробной. Очень многие её вещи унесли перешивать. Принцесса достала свой наряд служанки. К сожалению, платье стало слишком большим. Теперь туда запросто могло влезть три таких принцессы. Девушка вздохнула. Идти гулять, было не в чем. Она в сером платье тогда еле вернулась. Пришлось всё дорогу поддерживать подол руками, чтобы не споткнуться.

Бетти, вообще-то, уже раздумывала попросить Мадлен, чтобы та принесла ей свою одежду. Но воплотить в жизнь свою задумку она ещё не успела.

Девушка вернулась в комнату и уселась на диван. Два часа она промаялась, а потом решила, что в темноте никто не станет обращать на неё внимание. Тем более плащ скроет её от чужих глаз. А в таверну она заходить не будет.

Бетти снова подбежала к гардеробной и принялась смотреть, что у неё есть. И с удивлением обнаружила среди светлых нарядов синее шёлковое платье. Судя по всему, его принесли недавно, потому что Бетти его ещё не примеряла. Да она такое и не заказывала. Похоже, оно попало к ней случайно. Когда так много заказов, модистка иногда путала наряды. Случалось это нечасто, но пару раз было. Конечно, помощницы вскоре прибегут за ним, но Бетти уже про это не думала. Это было то, что надо.

Она сняла своё недавно перешитое персиковое платье. Хорошо, что когда она была полной, все её наряды делали с застёжками спереди, чтобы Бетти могла снимать их сама. А вот с синим платьем пришлось повозиться. И всё равно некоторые пуговки на спине остались не застёгнутыми.

Но Бетти было всё равно. Она накинула платок, сверху плащ и ушла через потайной ход.

****

Ноги сами несли её к стенам городской ратуши. Ей хотелось снова попасть на крышу, где принцесса пережила столько незабываемых мгновений. Бетти легко проскользнула в лаз и побежала к лестнице.

Принцесса торопилась. Сердце бешено стучало в груди. Ей казалось, что стоит ей оказаться наверху, и она встретит там Эдварда. Но там, кроме каменных гаргулий, никого не оказалось.

Одинокая девушка стояла и смотрела на город. Он был всё так же прекрасен, как и в ту, праздничную ночь. Бетти подошла к краю и залезла на парапет. Теперь она не боялась.

Площадь была пустой. Только одинокие прохожие спешили по своим делам, да редкие кареты пересекали площадь.

Бетти всматривалась в даль. Однако, куда ни глянь, всюду тянулось чистое небо с россыпью сияющих звёзд. Никаких драконов видно не было. Неожиданно стало холодно. Сердце сжалось от тоски. Неужели Эдвард совсем забыл про неё? Девушка спрыгнула с парапета и медленно побрела к лестнице.

— Ты ещё не передумала угостить меня картошкой, Бетти? — раздался за спиной знакомый насмешливый голос.

Принцесса развернулась и на миг замерла. Перед ней стоял высокий мужчина. Он был похож и вместе с тем не похож на того Эдварда, с которым она познакомилась несколько дней назад.

— Ты вырос, — пролепетала Бетти, не зная, что сказать. У неё просто захватывало дух от того, какой Эдвард красивый. А может, ей это только казалось? Но разве это имело значение?

— А ты, наоборот, стала меньше, — улыбнулся он, не сводя с неё пристального взгляда, в котором светилось что-то похожее на нежность.

— Ты меня спас, — призналась принцесса.

— А ты меня, — он сделал шаг к ней и оказался совсем рядом. У дракона были необыкновенные глаза. Только сейчас Бетти рассмотрела, что в зрачках сияют звёзды.

— Ты хочешь картошки? — спросила Бетти, только чтобы не молчать. Новый Эдвард её смущал и волновал одновременно. Ей хотелось так много ему сказать. Например, рассказать, как долго она его ждала.

— Нет, — покачал головой мужчина.

— А я не видела, как ты прилетел, — сказала Бетти.

— А я и не летел. Я поднялся по лестнице. Я уже несколько дней каждый вечер жду тебя здесь, Бетти, чтобы сказать: спасибо.

— Я думала, что ты придёшь ко мне во дворец, — призналась принцесса.

— Ненавижу дворцы, — поморщился он.

— А если бы я не пришла? — испугалась девушка. — Ты бы так и не навестил меня?

— Говорят, что твой отец ищет тебе жениха? — не ответил на её вопрос Эдвард. — Это правда?

— Правда, — вздохнула принцесса. — Мне иногда кажется, что ему больше заняться нечем. Раньше он искал принца, чтобы снять заклятье, а теперь решил найти для меня короля.

— А ты? Ты чего хочешь?

Бетти чуть не сказала, что она хочет найти любовь. Но так же говорить принцессам было не принято. А с другой стороны, если всегда говорить что надо, то главное можно и не сказать?

— А я хочу увидеть мир, — произнесла Бетти и про себя добавила: и быть рядом с тобой.

— Я могу тебе его показать, — Эдвард не сводил с принцессы глаз. — Ты стала очень красивой, Бетти.

— Ты тоже… — прошептала принцесса и вздохнула.

— Хочешь, я покажу тебе мир, принцесса Бетти, дочь Его Королевского Высочества Генриха Филиппа Артура Джорджа, герцога Кордоульского, герцога Ротсейского, графа Каррикского и так далее и тому подобное.

— Как? — с придыханием спросила принцесса. Всё внутри требовало, чтобы она ответила: да, но принцесса молчала, потому что мужчинам так сразу не говорят. Её учили тянуть время. А ещё она боялась показаться навязчивой и невоспитанной.

— Ты забыла, что я дракон? — спросил Эдвард. — Соглашайся!

Бетти смотрела на него во все глаза. Какие у него губы! Так и тянет прикоснуться к ним пальцами. Как же ей хотелось согласно кивнуть. Но что скажет отец? Что же ей делать?

— И долго ты будешь думать? — раздался сбоку сварливый знакомый голос. Бетти подпрыгнула от неожиданности. Она его не слышала много лет, но очень хорошо помнила.

— Тётушка Брунгильда! — воскликнула Бетти, ошарашенно взирая на непонятно откуда взявшуюся ведьму. Та стояла и строго смотрела на неё. Казалось, что и не прошло так много лет с их последней встречи. — А как вы здесь оказались?

— Ну что за глупая нынче пошла молодёжь? Ты хочешь посмотреть мир? — спросила ведьма, и Бетти кивнула. — Ты хочешь быть с тем, кто запал в твоё сердце? — щёки принцессы вспыхнули, и она снова кивнула. — Тогда чего же ты ждёшь? Мне пришлось специально превратить тебя в тыкву, чтобы твой ненормальный папаша раньше времени не выдал тебя замуж за какого-нибудь старого хрыча, старше его самого. Лети! А я обрадую Генриха, что у тебя теперь всё хорошо. Представляю его лицо.

— Правда, тётушка Брунгильда? — воскликнула радостно принцесса, а потом бросилась к своей родственнице и крепко обняла всё такую же полную ведьму. — Спасибо.

— Пожалуйста, племянница. Я обещала сестре, что ты будешь счастливой. Слышишь, дракон? Надеюсь, ты не будешь её обижать, а то я наведаюсь в гости и проверю.

— Никогда, — улыбнулся Эдвард. — Обещаю всю жизнь носить её на руках.

Он легко подхватил Бетти и пошёл с ней к парапету. Через мгновение огромный изумрудный дракон взмыл в ночное небо. На спине у него сидела стройная женская фигурка. Принцесса оглянулась и помахала рукой своей тётушке.

— Ну вот и всё, — сказала старая ведьма Брунгильда, провожая их взглядом. — Теперь девочка в надёжных руках. И можно за неё не переживать. А я сейчас пойду к старому придурку Генриху и попью ему кровь. Будет знать, как обзывать меня толстой жабой.