"При всём уважении, Магистр!"

– При всём уважении, Магистр. Их осталось мало, мы сметём их и так.

Капитан невежливо ткнул бронированным пальцем латной перчатки в редкий и неровный оборонительный строй русских. Иссечённые щиты, пробитые стрелами и болтами хоругви – жалкий вид. Обманчиво жалкий, Магистр Ордена понимал это лучше капитана. Понимал он и мотивы, толкавшие рыцаря в бой. Желание отомстить. Предыдущие шесть часов боя отняли слишком много жизней. Магистр одёрнул себя и тут же уточнил – жизней рыцарей, кнехтов. Одним словом, людей. Что до павших от немецких мечей славян… Какая разница? Чем больше, тем лучше! Капитан надеется смести остатки защитников железным кулаком? Капитан глуп, и, пожалуй, на следующем Совете стоит поднять вопрос о его низложении. Отправляясь на тот свет, русские заберут с собой ещё многих. Хватит напрасных жертв!

– Допустим, сметём. Скажите, Капитан, до Новгорода ещё далеко?

Мягкий вкрадчивый голос Магистра звучал неестественно в окружающей воителей зимней стуже.

– Порядочно.

– И сколько раз за это время мы будем вступать с русскими в бой?

Капитан всё ещё не понимал, к чему ведёт Магистр, но звериное чутьё покрытого шрамами опытного рубаки заставляло насторожиться и тщательно подбирать слова.

– Немало. Что Вы имеете в виду, Магистр?

Ответом послужил короткий, полный скорби вздох, или капитану показалось? Как бы там ни было, считать это за ответ он отказался.

– Что Вы хотите сказать?

– Да всё же просто, капитан! Бой за боем, бой за боем. Истощение наших запасов, сил, невосполнимая потеря воинов. Как итог, к Новгороду мы подойдём ослабленными.

– Так ведутся войны. Наши силы рассчитаны, запас есть, город мы всё равно возьмём.

– Вы совсем не думаете о жизнях наших людей, капитан. Цените ли Вы их вообще?

– При всём уважении, Магистр, я не позволю…

– Довольно!

Негромкий, но острый и жёсткий окрик Магистра рубанул сквозь стылый воздух и доспехи словно гибельный меч. Нездешним холодом капитана проняло до костей, даже кровь в его венах опасно замедлила свой ток. Вдохнуть получилось с третьего раза, ответить не вышло вовсе. Ещё несколько секунд Магистр пристально смотрел на своего оппонента по диспуту, а затем снизошёл до объяснения.

– Хватит терять воинов. Хватит растрачивать силы. Более того, мы даже не будем всех этих недочеловеков добивать. Пусть бегут. Пусть страх растекается волной, сметая преграды на нашем пути и делая руки наших врагов вялыми и безвольными. Я сказал – так тому и быть. Прикажите своим людям найти ближайшее кладбище. Чувствую, оно есть неподалёку. На юго-запад отсюда, если не ошибаюсь.

Кладбище нашли быстро – там, куда и указал Магистр. Подготовка заняла половину ночи. И всё это время крохотная и тонкая линия русских воинов оставалась готовой к бою, теряя остатки сил и бодрости. «Ещё один вклад в грядущую победу!», – удовлетворённо отметил про себя капитан. Он не спешил озвучивать свои планы. Магистр сказал, что русских нужно оставить живыми, дать им убежать? Мало ли, что там придумал и сказал Магистр! Рыцари отомстят за своих павших братьев!

К утру поднятых покойников вооружили и выстроили клином. Впервые с начала нелепой и упорной битвы Магистр позволил себе лёгкую торжествующую улыбку и бросил короткую команду, отправляющую мертвецов в бой.

Прогнозы оказались почти верными – страх хищно, нежданно и беспощадно рухнул на ряды славян, стиснул их сердца когтистой лапой, выжал из бледных уст крики и причитания. Но, в остальном предположения Магистра не оправдались – русские не пустились в бегство. И страх сменился в них на упрямую готовность биться до конца. «Значит, так тому и суждено быть. Пополню ряды новобранцев. Даже не придётся тратить время на то, чтобы вооружить их. Любой исход несёт нам триумф!».

Горизонт за спинами славян залило багрянцем готовящееся к пробуждению Солнце. Будто кровью умыло холодное и чистое небо. Мертвецы неуклонно приближались к русским, и в неживых шагах поднятых не было ничего, кроме готовности выполнить приказ Магистра. Русские уже успели помолиться. И теперь прощались с родной землёй последней песней. Нестройно начатая, вскоре она оказалась подхваченной всеми, и теперь лилась плавно и так искренне. Магистр поразился способности диких варваров на такое. А песня всё крепла, она взлетала в небеса, багрянец которых постепенно сменялся золотом – край Солнца показался из-за горизонта. К хору поющих добавлялись всё новые и новые голоса. И с запоздалым удивлением Магистр понял, что прощальную песню славян подхватили мертвецы. А затем поднятые развернулись лицом к ладным шеренгам рыцарей. И сорвались в стремительную атаку. Бег мертвецов был на удивление лёгок. В нём было что-то много сильнее, и намного безусловнее, приказов Магистра. Павшие предки славян вновь шли в бой. За свою землю, за своих потомков – погибших и ещё живых.

Страх бежал впереди отступающих рыцарей. И не было тому страху ни конца, ни края. А за их спинами, постепенно сокращая дистанцию, без устали бежала купающаяся в золотых лучах Солнца гибель.