"Рапунцель"

Платон, уткнувшись в компьютер, шарил в интернете. Талян, у противоположной стены, сидел в своей любимой позе – вытянув ноги и забросив руки за голову. Они бездельничали, находясь в состоянии ожидания. Это было первый раз, когда они привели Наташу в «Омут». Наташа ходила по хранилищу, играя любимой тряпишной куклой, прыгая ею с сундука на сундук, со стеллажей на голову Таляна. Ей было скучно. Она поставила локти на колени Таляну, уперевшись в ладони подбородком.

- Деда, ну когда уже Деля придет…?

- Не Деля, а Аделаида. Проявляй уважение и субординацию. Не дома.

- А что такое субординация?

- Это когда один главнее другого.

- А Деля главнее тебя? Или ты ее?

- Мы друзья.

- А это главнее субординации…?

- Главнее….

Прошло пять лет с первого появления Аделаиды в гостях у Таляна. Прошло пять лет с последнего посещения Таляном «Омута». На днях отметили День рождения Наташи. Он периодически спрашивал себя – не скучает ли он по «Омуту»? Сейчас его двери были открыты. Прийти он мог в любое время. Но желания не было. А вот когда «Омут» был закрыт для него сто лет, вот тогда он скучал по нему, даже очень.

А сейчас что – Лоранс была рядом, Юлий Капитонович помог открыть ей кабинет нетрадиционной медицины. Правда она всегда попёрхивалась на слове «нетрадиционная» и вместо большой вывески на входной двери висела табличка – «иглотерапия», «шиацу», «тайский массаж». На надпись «гирудотерапия» не хватило места. И Лориных рук. Но банка с пиявками в холодильнике стояла. На всякий случай.

Платон погрузился в грязь. В самом прямом смысле. После того, как большую Наташу свозили к бабе Дуне, и она стремительно пошла на поправку, Платон ощутил на себе близость, дыхание слов «гениальный Ай-Болит». Он дневал и ночевал в Малых Озерках, досконально изучая лечебные свойства грязи из каждого озера, из каждого болота. Немецкая диаспора душевно приняла его к себе, признав в нем своего.

Платон постоянно был на связи с Эльзой, своей матерью, выслушивал от нее советы, и постоянно обсуждал с ней какие-то бизнес-планы.

Маленькая Наташа росла, становясь смышленой не по годам. Аделаида почти ежемесячно посещала их, поправляя и настраивая Наташину защиту. А сейчас пришло время пройти ей большое обследование. И они ждали Аделаиду, сидя в своем хранилище.

- Платон, расскажи мне сказку, - Наташа бросилась к Платону, и повисла у него на коленях.

- Вон иди к деду, он расскажет, - не отрываясь от экрана, проговорил Платон.

- Нууу, я все его сказки знаю, - канючила Наташа, - Ну что тебе жалко…?

Поняв, что он не сможет от нее отделаться, и она точно не даст ему спокойно смотреть в компьютер, Платон сдался, подхватив Наташу на колени.

- Ну вот слушай…. В некотором царстве, в некотором государстве….

- Втридевятом, втридесятом…?

- Нууу… наверно…

- Жил-был царь…?

- Мммм… царь там тоже конечно был….

- Тогда дед с бабкой и курицей…? Или с колобком…?

- Подожди, колобок тут совсем не причем…! Давай лучше начнем так – за морями, за лесами….

- За высокими горами…? Так?

- Так.

- Жил-был царь…! В большом дворце! Нет – в замке! Нет – спящая Принцесса в хрустальном Дворце…!!!

- Наташ, подожди, не перебивай, я начать никак не могу….

- Хи-хи-хи, Платон – ехидно засмеялась Наташа, тыча в него пальцем, – У тебя в голове каша-мала. Ты все сказки перепутал и даже свою позабыл, как начинается…!

- Так ты мне слова не даешь сказать…! Помолчи минутку… и не каша-мала, а куча-мала.

- Ну ладно, только минуточку.

Наташа спрыгнула с колен, терзая свою тряпишную куклу.

- Когда-то, давным-давно, на всем белом свете….

- А черный свет бывает? Ну если есть Белый Свет, то должен быть и Черный…? А там что одни злые колдуны живут…?

- Наташ… - в очередной раз начал Платон, едва сдерживаясь и теряя терпение, – А ты знаешь, что злыми колдунами не рождаются? Вот родиться просто чародеем или феей там… или волшебницей можно, а злыми они потом становятся….

- Так они все рождаются добрыми…?!

- Ну да. Только потом кто-то из них плохо учился, у кого-то сердце почернело от зависти, кто-то людьми был сильно обижен или близкими…. А кто-то и по наследству ядом мести пропитался.

- А как может человек обидеть волшебника? Ведь волшебник сильнее?

- Еще как может. Вот когда-то, давным-давным-давно люди и волшебники жили все вместе. Ну понятно, что волшебником не каждый мог стать и их было значительно меньше, чем людей. Но в каждом селении или городке был свой волшебник. А то два или три. И жили они все в мире и согласии. Волшебник помогал людям лечить болезни, строить дома, растить урожай, учил детей читать и писать, устраивал всякие красивые чудеса на праздники и свадьбы, защищал от врагов…. К нему шли даже за помощью в спорах и сложных вопросах.
И не один маг, чародей или волшебник не стремился стать королем или вождем, потому что самое главное для них было – это делать людям добро и постоянно учиться чародейским знаниям.

Талян даже заслушался, удивленно понимая – «А ведь вырос мальчик, и с языком все в порядке, если даже так образно сказки сочиняет».

- Но добро всегда быстро забывается и люди стали считать, что так было всегда, и нет в том заслуги волшебников. Да ведь и не всегда получалось у волшебников. Ну например спасти от засухи урожай, или спасти город от эпидемии чумы…. И вот некоторые люди, по злобе своей и зависти, стали обвинять их во всем плохом, что случалось в городах и селениях. Даже во всех своих ошибках, нерадивости и лености стали люди несправедливо винить волшебников.

Вот тогда люди и стали называть волшебников колдунами и ведьмами. Почернели люди душой, стали прогонять колдунов и ведьм из городов и селений. И даже убивать их или сжигать живыми на кострах….

Возмутились тогда волшебники такой несправедливостью и неблагодарностью людей и собрали большой Совет всех волшебников мира. Не одну ночь и не пару дней спорили они и решали – как быть дальше? И в спорах тех приняли решение – уйти и не возвращаться к людям и не помогать им, пока они не осознают свои ошибки и не станут добрее сердцами. И пусть каждый сам для себя решит – где ему быть и где ему жить. А если кто решит вернуться к людям, то при одном условии, что все секреты и волшебное мастерство останется втайне от людей. Все эти условия и правила внесли в Закон. И каждый подписался под ним.

И разбрелись-разлетелись волшебники по Белому Свету. Кто поселился в неприступных горах, в одиночестве совершенствуя свое волшебство. Кто забрался в болота непролазные, устраивая людям мелкие пакости, и пугая одиноких путников. Кто поселился в лесах с птицами и зверями дикими, изучая их язык и повадки. Гномы навечно ушли в пещеры, добывая себе на потеху драгоценные камни и золото. Были и самые-самые упрямые, которые не послушались Совета, и стали скитаться по Свету одинокими рыцарями, помогая бедным и защищая слабых.

А некоторые из волшебников, самые-самые добрые и веселые, вернулись к людям и решили попробовать изменить людей, сделать их чуточку добрее. Купили лошадей, повозки, и стали ездить от города к городу, устраивая веселые представления, вызывая у людей улыбки на лицах и доброту в сердце….

- Это что – Цирк? – спросила, чуточку улыбаясь Наташа, усаживая куклу вместо себя на колени Платону.

- Ну да.

- Не люблю цирк. Там животных мучают. И не смешно совсем, когда клоуны дерутся.

- А ты хоть раз была в цирке?

- И не собираюсь. Мне телика хватает…, - и помолчав добавила, - Аха… понятно… Но все равно, Платон, грустная у тебя сказка получилась. И несправедливая.

- А ты бы как ее закончила? – с удивлением встрял в разговор Талян.

- Я бы…, - задумалась Наташа, - Я бы… собрала большое войско колдунов, и пошла биться…. Туф, туф, туф…, - Наташа размахивала своими маленькими кулачками, представляя битву, - За наших ведьмочек…! Нечего их на кострах жечь! Туф… по мозгам… аааа…! – и Наташа растянулась на полу, в позе поверженного врага.

Талян удивленно смотрел на ребенка, а Платон встал и подошел к сундукам. Наташа тут же вскочила и подбежала к Платону.

- Дед, скажи Платону, чтобы мое место не занимал, - крикнула она капризно, - Здесь мой сундук стоять будет!

- Вырасти сначала, - улыбнулся Талян, - Я тебе самое лучшее место отдам.

Платон извлек из сундука небольшой бархатный альбом с тисненой золотой надписью на обложке «CHARIVARI».

- Что это, Платон?

- То была…, - Платон задумался, подбирая слово, - Только при-сказке.… А сказка еще только начинается – улыбнулся он.

- …Ну давай скорее…!

Платон сел обратно в свое кресло, Наташа примостилась рядом, упираясь ему в колени и заглядывая в альбом.

- Висако-висако в неприступных гарах, на самом краю Света – начал он с кавказским акцентом, поднимая кверху указательный палец и обнимая за плечи Наташу….

- Это там где за морями, за лесами…?

- Именно там… где горы своими снежными вершинами упираются в небо, и на плечах этих гор спят облака, уставшие скитаться по свету…

Платон раскрыл альбом с фотографиями.

- Где солнце начинает свой утренний бег, лаская землю своими лучами….

«Блин, сказочник, где вот нахватался, да ведь красиво как…» - думал по-отечески тепло Талян, слушая сына.

- Стоял древний Замок с небольшим городком. И вот, на том же Всемирном Совете волшебники решили, что нужно сделать из этого затерянного на краю Света городка Всемирную школу волшебства, где должны быть собраны все тайные знания магов и чародеев за всю историю человечества. И в эту школу, каждый год, должны приниматься самые одаренные и способные к волшебству дети. И в ней должны быть самые умные, добрые и терпеливые учителя.

А чтобы не было у людей соблазнов мешать юным волшебникам постигать знания, или навредить чем-нибудь жителям, заколдовали самые сильные волшебники тот городок и сделали его невидимым для людского глаза.

- Да фигня, лехкотьня…. У Дели «Омут» тоже заколдован от людей. Она меня научит.

- Только два дня в году, в одно и то же время, появляется он из тумана горных вершин и становится доступен для внешнего мира. Только самые посвященные знают об этом и еще родители, удостоенные чести отдать своих детей на обучение в эту школу….

А Замок? Замок не стали колдовать, а решили оставить его, как Маяк, как место сбора для посвященных, и место ожидания. За многие века древний Замок разрушился и пришел в негодность. Вот видишь, только пару башен осталось, да старый герб на воротах.

Платон листал первые страницы, показывая фотографии Наташе. Она замерла, вглядываясь и вслушиваясь. Ей было интересно.

- Длинная и трудная та дорога к подножию замка. Непростая дорога и к самой вершине знаний. А Город спит где-то в предрассветной дымке. Не спешит показываться, распахивать свои ворота пришедшим. Только надежные ночные стражи стерегут его покой.

- Платон, ты вот этих котов называешь стражниками?

- Конечно. Они ночью спать не любят. Да и зрение у них знаешь какое?

- Знаю. Как у меня. Я могла бы стражником в этом городе быть. Платон, а зачем город охранять, если он все равно невидим...?

- За много веков люди так и не стали добрее или умнее. Они изобрели столько нового оружия, столько совершенных способов убивать друг друга, что могут нечаянно взорвать эту гору бомбой, или будут добывать здесь руду.... Были уже такие случаи. Вот кошки и стерегут вход в Город. Если что, сразу поднимают тревогу и будят волшебников, чтобы они вовремя запутали дороги злым людям... ну или немного замутили им разум, отняли память.... Хотя... у военных разум и так достаточно сильно замутнен.

Город просыпается. Умываются утренней росой камни мостовых...

- Платон, а как они умываются, если у них рук нет...?

- В этом Городе весь день светит солнце, а вечером, на разогретые камни мостовых опускается туман и окутывает их, как одеялом...

- Чтобы ночью не замерзли?

- Ну да. А утром, с рассветом, туман превращается в маленькие капельки росы.

- Аха... поняла... туман их и спать укладывает и утром умывает....

Платон перелистнул очередную страницу.

- А это кто?

- Вот этот седовласый старец – Ректор академии, а молодой и кудрявый – мэр городка. Они встречают вновь прибывших.

- А вот эти?

- Да кого тут только нет. И прибывают, и подъезжают, и подлетают…. И те кто учился здесь, и рыцари, и циркачи, и колдуны всех мастей…! День открытых дверей.

- Ух ты…! – разглядывала фотографии Наташа, - А ты не боялся с ними встречаться?

- Нет.

- И я никого на свете не боюсь. Знаешь, как я быстро бегаю?! – хитро улыбнулась Наташа, ей не терпелось посмотреть другие фотографии, - Платон, а ты там учился?

- Да.

- А как ты думаешь, меня туда возьмут? – она вопросительно оглянулась на деда.

- Шари-Вари…? - Спросил у Платона Талян.

- Угу…

- Ну с твоей дисциплиной тебя вряд ли туда возьмут….

- Тогда я из дома убегу…! – топнула ножкой Наташа, - Буду вот скитаться по свету! Как лыцари.

- Неучем…..

Дверь хранилища отворилась.

- Тетя Дэля…! Тетя Дэля…! – бросилась девочка навстречу, обнимая колени Аделаиды.

- Что еще за тетя…?- Аделаида вопросительно взглянула на Таляна.

- Дедушка сказал – субординация. Ты же главней меня? – Наташа подняла глаза.

- Ах так…. Еще и выслуга лет. Тогда отставить субординацию.

- Я хочу учиться в Шари-Вари…. Меня туда возьмут?

- Пойдем, девочка моя. Нас Совет ждет. А после Совета обсудим, где тебе лучше учиться.