"Среди пространств, сошедших, казалось, из стран..."

Если быстро исчезнут надежды,

другие ли флаги сошьют такие же

не в поле-лугов ярких,

то их можно станет увидеть в ямах-

в бесстыжих, смертных позах.

Но кто же один с самомнением своим

из триады сунется туда,

где есть начало и конец...

А были они у всех-

всё те же разговоры, слова, эмоции и жесты.

Знакомое смерти одиночество,

в величине, в которой её нет.

К понятиям земным, где многие живут

своим неведеньим и ремеслом.

"Среди пространств, сошедших, казалось,

из стран великолепия воедино,среди

пересечений линий света и глубины,

восставших из неожиданностей."

Вера, Надежда, и Любовь по одной

не ходят в гости.

Кто же тратил, не имея?

зримо ими защищался;

что б отдать, оставшимся поле своего притяженья,

в полях, где один лишь для валькирий

считается своим.

Их даже сам Господь не мог учить.

Он Созидатель, но не имеющий глагола "созидать", то есть чист пред утром.

Одушевлять слова. Фантазия? Осушить правду,

раздеть зло, пришло бы в голову,

и малая толика забот с сожаленьем,

хлопотала б сверху над эпиграммой.

Что б принцем нищий становился;

глупец добрался б до могущества-

управлять словами, прежде, чем толпой,

уже готовой, стать рабами,

когда опять кому-то без любви

станет не нужна его фамилия.

В Вере, Надежде, и Любви оружье Бога

в их несочетаемости.

Каждый становится беден от их применения-

делать одинаково. Тот и за свою природу

не уйдёт в их календарном Мирозданьи.

... Нужно ли человеку доказывать свою целостность,

своё совершенство;

такое вряд ли,где-то ещё возможно-

зодиак в спорах с судьбою,

хоть суть в бравадах скрывает современность.