"В СССР маньяков нет!"

19 мая 1968г

13:55

Странная пара сидела за столом, в той квартире.

Совсем юная девушка с тугими косичками, в коротком, клетчатом платье. На конце каждой из косичек красовался пышный голубой бант. И мужчина далеко за 50.

Ссутуленный, нервный.

Его нижняя губа подрагивала при каждом взгляде под стол. Туда, где виднелись длинные и стройные ноги юной гостьи.

Девушка пригубила вино предложенное ей мужчиной, и слушая хозяина квартиры вполуха, обернулась к дневному свету, сочившемуся сквозь стекло.

Из окна старинного дома на Таганке, виднелась и сама улица.

Быстрая, оживленная.

Десятки граждан СССР спешили по своим делам, не замечая окружающих. Столичная суета казалось была заложена в фундамент этого города, и шагала с ним от самого основания.

Многие из прохожих были одеты одинаково. В то, что предлагали универмаги с их скудным ассортиментом. Выглядели одинаково, и спешили одинаково.

Но, на уме…

На уме у каждого из них было разное.

- Лидочка! – слащаво, но громко окликнул её мужчина – Вы совсем меня не слушаете? – его дрожащие губы расплылись в масляной улыбке.

Девушка вздрогнула, и вернула взгляд к собеседнику.

- Внимательно слушаю! – белоснежно и мило улыбнулась она в ответ.

Хозяин квартиры слегка замялся, снова бросая косые взгляды под стол, а потом протянул руку и прикоснулся к коленке Лиды.

- Давно хотел спросить – не сводя взгляда с нежного и милого лица девушки, произнес он – Это чулочки на вас надеты, или колготочки?

- Чулки! – стеснительно ответила та. Она искренне пыталась покраснеть, но не получилось. Все-таки смущение, это неуправляемый процесс.

Дыхание мужчины участилось, и он придвинул тяжелый, деревянный стул ближе к своей гостье. Лида почувствовала как её обдало запахом касторки и ветоши. Аромат был не из приятных.

Она с трудом сдержалась чтобы не поморщиться.

- Вы обещали мне показать свою коллекцию, Петр Валентинович! – бойко напомнила девушка – Где же она? – оглядывая квартиру наполненную тяжелой мебелью и фотокарточками, спросила Лида.

Мужчина замер, еще пару секунд погладив колено гостьи, а потом кивнул и поднялся со стула.

- Прошу за мной – нервно улыбнулся он – Все здесь, в этой комнате! – Петр Валентинович указал на дверь, выкрашенную облупившейся зеленой краской – Вам, точно понравится, проходите вперед – уже тише добавил он.

Лида поднялась со своего места, и пригладив руками короткое платье, прошагала вперед. Взялась за ручку двери, но открыть не успела.

События начали развиваться стремительно.

Хозяин квартиры грубо втолкнул её внутрь комнаты без окон, и включил красный свет лампы фотолаборатории.

- Только попробуй заорать! – прошипел ей в спину Петр.

Лида обернулась, и заметив блеснувший в руках мужчины нож, попятилась назад. Окинув взглядом стены помещения, девушка едва не потеряла дар речи.

По всей комнате были расклеены фотокарточки девушек. Жуткие фотографии. Возле каждого снимка висела косичка с бантиком.

Отрезанная, и прибитая гвоздем к стене.

Это он. Ошибки быть не могло.

- Раздевайся! – грохнув дверью за спиной, прорычал Петр – Быстрее! – взмахнув ножом, добавил он.

Лида медленно опустила руку, и взявшись за край платья приподняла его. Сунула пальцы под край чулка, и на секунду застыла оценивая обстановку.

В следующее мгновение, в комнате снова сверкнуло лезвие.

Но, на этот раз, в её руке.

Петр взревел от боли, хватаясь за располосованную руку и роняя нож на пол.

Лида двумя точными ударами под дых и в горло, уронила мужчину на пол. Затем, сев верхом, пригвоздила кисть его руки ножом к полу.

Не успокоившись на этом, девушка подхватила другой нож, и пробила вторую руку маньяка, распяв его на полу.

Быстро встав на ноги, Лида сняла с мужчины ботинки, а потом и носки. Один из носков, она грубыми толчками запихнула в рот Петра, лишив того возможности орать.

Второй взяла с собой, и вернулась в зал.

Извиваясь и мыча, маньяк все-таки смог выплюнуть носок изо рта.

- Лида! Лидочка за что?! – завыл он, обливаясь слезами от боли и страха – Ты все не так поняла! Это же шутка, розыгрыш!

Девушка не слушала его.

Открыв дверцы хозяйственного ящика, она подхватила из него бутылку с керосином, и щелчком открыла пробку.

- Для тебя урод! – ответила она, не оборачиваясь – Не Лидочка, а оперативный работник КГБ.

С этими словами, девушка впихнула носок в горлышко бутылки, и прошагав на кухню, взяла коробок спичек. Без эмоций хлопнув одной из них, девушка подожгла носок, превращая керосин в зажигательную смесь.

- Да, за что?! – истошно заорал Петр, осознав что происходит – Разве у вас так поступают?! А как же суд?! Следствие!

- Суд? – повела бровью Лида – Следствие? – удивленно нахмурилась она – Ты о чем? В СССР маньяков нет!

Сказав это, девушка забросила керосин в комнату где лежал Петр, и бутылка грохнувшись об стену, тут же наполнила помещение жидким пламенем.

Уже через пару минут, жилище пылало полностью.

Сжигая и улики, и воспоминания.

***

Никто из прохожих не обратил внимания на симпатичную, темноволосую девчушку, которая быстрым шагом удалилась прочь по оживленной Таганке.

Вернувшись домой, Лида переоделась сменив платьице на более строгую одежду. Расплела косички, и собрав волосы в хвост вышла на улицу, подхватив со стола рабочий портфель с документами.

Волга-такси уже ждала её у подъезда, поблескивая шашечками на крыше. Лида процокав каблуками по мостовой, опустилась на заднее сиденье автомобиля.

- На Лубянку! – махнула она водителю, и перевела взгляд на улицы за окном.

Так много прохожих. И на уме у каждого из них, было разное…

Попутно здороваясь с коллегами, Лида поднялась по лестнице на второй этаж, и прошагав по коридору остановилась.

Прежде чем зайти в этот кабинет, ей всегда требовалось собраться с духом.

К своим 19-ти годам, Лида была уже опытным работником, в звании лейтенанта. Провела немало успешных операций, и отправила на тот свет добрый десяток «клиентов».

Не боялась смерти, да и жизни не боялась.

Но этот кабинет, а точнее его хозяин. Снова и снова нагонял на нее страх. Каждый раз.

Дубовая дверь открылась, и в коридор вышел майор Акимов, едва не сбив Лиду с ног. Могучий, 50ти летний майор КГБ с добродушной усмешкой оглядел девушку.

- Опять боишься зайти?! – улыбаясь, спросил он, глядя на Лиду сверху вниз.

- Всегда боюсь – теребя в руках ручку портфеля, ответила та.

- Там вроде все нормально. С настроением порядок! – Акимов указал большим пальцем через свое плечо, на дверь кабинета – Заходи смело! – офицер напутственно хлопнул девушку широкой ладонью по плечу, и удалился по коридору, пожимая руки коллег.

- Легко тебе сказать… - вздохнула Лида, глядя ему вслед, а потом вернула взгляд к двери, и наконец, собравшись с духом, рывком её открыла.

Перед ней как обычно предстал длинный стол, обставленный стульями для заседания по бокам. В дальнем конце столешницы, у стены, стоял алый флажок с изображением герба СССР.

Строго смотревший с портрета Дзержинский, встречал всех гостей недобрым взглядом. Но еще менее добрый взгляд, был у хозяйки кабинета.

- Проходи! – с громким звуком бросая ручку на стол, пригласила её Татьяна Исаева, ныне полковник Комитета Государственной Безопасности – Дверь закрой за собой!

Лида прикрыла дверь, и неуверенно прошла вперед отодвигая для себя самый крайний стул.

- Ближе садись! – строго проговорила женщина, которая совсем не выглядела на свой пятый десяток – Садись и назови мне хоть одну причину почему я не должна тебя выгнать отсюда, пинками!

- Мам… я – замялась Лида.

- Теперь, ты меня мама называешь?! – хлопнув ладонью по столу, подскочила Татьяна – А вот это что?! – полковник потрясла в руках подхваченным со стола листом – Давай я тебе прочитаю!

- Мам… - опять промямлила Лида, опуская взгляд.

- Нет, ты сядь, и послушай! – погрозила пальцем Татьяна, и перевела взгляд на печатные буквы – Вот это например… - полковник подхватила со стола свои очки, и встряхнула рукой расправляя дужки. Надев их, Исаева начала читать – В связи с новыми обстоятельствами по делу группы Дятлова, прошу отправить меня на перевал, для проведения более тщательного расследования… Это что?!

- Прошение – глядя в стол ответила Лида, не смея смотреть в глаза матери.

- А почему на имя Шилова?! – сбрасывая очки, нахмурилась Татьяна.

- Потому что ты, меня не отпустишь – вздохнула Лида, понимая, что все её планы отправиться на расследование, покатились к черту.

Полковник резко встала со своего места, и обойдя стол села рядом с дочерью.

- Ты читала последние отчеты исследователей?! – стуча по столу спросила Татьяна – Ты хоть немного представляешь своей головой, с чем тебе предстоит столкнуться?!

- Читала – спокойно ответила Лида.

- Лидочка, милая, послушай… - поглаживая ее по волосам, продолжила говорить полковник – Ты моя единственная дочь. Ты знаешь, я была против твоего поступления на службу. Но ты влезла, ладно. Я была против назначения тебя на оперативную работу, но ты и тут нашла лазейку. Но на верную смерть, я тебя отпустить не могу! Никак. Понимаешь? Ты моя дочь!

Лида вздохнула, продолжая теребить в руках ручку портфеля.

- Мама, я пойду не одна – отозвалась девушка, разглаживая рукой край пиджака – Бояться нечего.

- Ну чего тебе в конторе не сидится, а? – переходя на жалобный тон, спросила её Таня – Тихо, спокойно. Зачем тебе этот Урал? Горы, леса, звери дикие. Ну сама подумай…

- Мама, ты сама только что сказала что я твоя единственная дочь… - наконец взглянув в глаза матери, отозвалась Лида.

- Вот именно – с надеждой улыбнулась Таня.

- Вот именно поэтому, я и должна туда пойти! – отрезала девушка, и встав со стула вышла прочь громко хлопнув дверью.

Татьяна еще немного посмотрела на дверь, потом оперлась руками на стол и со вздохом запустила пальцы в свои волосы.

- Вся в меня… – покачала головой она, и плеснула в стакан воды из графина. Но уже через мгновение передумав, прошагала к сейфу, и отперев его вытащила коньяк…

Лида быстрым шагом шла по коридору, все еще психуя после разговора с матерью.

Сергей Носов, высокий парень в форме, который обсуждал работу с коллегой, быстро отвлекся от беседы, и извинившись проследовал за девушкой.

- Лида! – окликнул он её на ходу, проталкиваясь через суетливо шагавших по коридору «аппаратчиков» - Лид, стой!

Та, резко остановилась и прижав портфель к груди закатила глаза в потолок.

- Ну что там? – паренек указал назад, на кабинет Татьяны – Все нормально?

- Ничего не нормально! – выдохнула Лида – Ты со мной или нет?

- С тобой, как договаривались – развел руками парень – Ты получила направление?

- Нет – недовольно буркнула она – Сами поедем, за свой счет. На поезде! Ты готов? – Лида повернула голову и пристально посмотрела в глаза Сергея.

Носов, исподлобья поглядел на напарницу, а потом со вздохом скрестил руки на груди.

- А мы не вылетим отсюда за такие вольности? – сморщившись, напряженно спросил он.

- А мне почем знать? – хмыкнула Лида – Тебе самому что важнее? Родина или погоны?

- Вопрос на сто рублей! – засмеялся парень – Ладно… Куда я без тебя? На поезде, так на поезде… - Сергей еще чуть подумал, оглядываясь вокруг, а потом спросил уже увереннее - Когда выдвигаемся?

- У меня все вещи собраны. Пойду домой за рюкзаком, потом сразу на вокзал. Сядем на ближайший поезд и двинем с пересадками – вздохнула Лида – Встретимся у входа на Казанский.

- Почему именно там? – развел руками Сергей.

- Потому что я, в отличие от тебя, не сидела без дела! – перехватывая портфель в руку, сообщила Лида – И не тешила себя надеждой, что двух молодых оперов отправят за Урал. Для расследования дела на котором сдались самые опытные сотрудники!

- И поэтому что? – вскинул брови лейтенант Носов.

- И поэтому уже купила нам два билета на Свердловск, через корочки! Правда мест нет, но этот вопрос тоже видимо мне решать – девушка похлопала себя по нагрудному карману, из которого выглядывало удостоверение сотрудника КГБ – Жду через час! – добавила она – Опоздаешь, уеду.

Сказав это, Лида Исаева застучала каблуками по ступенькам, удаляясь вниз.

- Слушаюсь – усмехнулся Сергей, и покачав головой зашагал прочь, попутно выдумывая повод для отпуска без содержания.

- Андрей, зайди ко мне! – коротко бросила Татьяна в телефонную трубку, и со звоном вернув её на место, замахнула еще полстакана коньяка.

Без закуски.

Акимов вошел буквально через несколько секунд, и застал полковника Исаеву, уткнувшейся носом в рукав.

Майор покосился на коньяк, а потом со вздохом отодвинул стул и усевшись на него, замер.

- Ты чем сейчас занят? По работе в смысле – еще раз выдохнув и поморщившись от выпитого, спросила Таня.

- Ну… - развел руками Акимов – У меня несколько дел в работе. А что тебя интересует? Все отчеты я сдавал как положено…

- Да не об этом речь! – отмахнулась Татьяна, вставая из-за стола – Сможешь на недельку освободиться?

- Так я недавно только из отпуска – нахмурился майор – Мне не положено еще…

- Какой же ты зануда Акимов! – покачала головой женщина, подходя к окну.

Она отодвинула штору, и поймав взглядом удаляющуюся Лиду, вздохнула.

- У Лидки характер весь в меня – проговорила она, глядя вслед дочери – Поедет, и никто её не остановит…

- Хорошо, что не в отца характер! – усмехнулся Акимов, но тут же осекся и примолк. Убедившись, что не задел Татьяну за живое, спросил – А куда Лида собралась?

- На Северный Урал, в Сибирь почти – ответила полковник, возвращая штору на место – Высота 905.

- Чего?! – Акимов аж подскочил – На кой черт ей туда? По Дятлову пройтись решила?

- Угадал – кивнула Исаева – Слыхал про последние подробности?

- Нет – покачал головой майор – У меня допуск не позволяет.

- Я тебе дам допуск, под свою ответственность – усаживаясь за стол и взяв ручку проговорила Татьяна – Материалы прочитаешь, и поедешь вслед за ней. Только… – тут она подняла взгляд и воткнула его в Андрея – Только незаметно. Хорошо?

- Понял. Сделаем! – кивнул майор, принимая из рук Исаевой документ заверенный печатью.

В назначенное время, Сергей и Лида проталкивались по платформе к поезду на Свердловск.

Из-за огромных чемоданов со столичными подарками, и тряпками от фарцовщиков, толпа пассажиров становилась слишком плотной.

Не продохнуть.

- Аленка! – раздался мужской голос совсем рядом с Лидой – Алена, доченька, ты где?!

- Вы дочь потеряли? – учтиво поинтересовался у него Сергей, поправляя на плечах рюкзак – Как она выглядит? В чем одета?

Грузный мужчина лет 50ти, в полосатой рубахе, поправил кепку на голове и обернувшись кивнул.

- Да, девчушка маленькая, вот такая! – она показал рукой в районе пояса – Не видели? Не пробегала тут? Платьишко на ней такое простенькое, белое без рисунка.

- Гриша?! – полная женщина, пыхтя помахала им рукой из толпы – Ты чего там? Залезай в вагон!

- А Аленка где?! – отозвался мужчина, обращаясь к ней.

- Со мной она, успокойся! В поезд садись! – ответила женщина, и продолжила прорываться к проводнице.

- Ну вот! – виновато улыбаясь, развел руками мужчина – Извините, зря побеспокоил!

- Да ничего – улыбнулась в ответ Лида, и махнув Сергею, прошла вперед, к посадочным ступенькам.

Пахнуло прокуренным тамбуром, мазутом, и сыростью вагонного туалета.

- Билетики ваши! – обратилась к ним, женщина в форме проводника.

- Сейчас, сейчас – кивнула Лида, и протянув билеты, принялась рыться в карманах, как бы ненароком вытащив удостоверение КГБ СССР.

Побледневшая проводница попыталась было возразить, что мест нет, однако увидев алый документ окинула взглядом парочку, и отступила в сторону.

- А вы знаете! – сказала сотрудница советской железной дороги – Я вам на слово верю! Потом как найдете места свои, скажете.

- Ой спасибо! – приложив руки к груди, благодарно улыбнулась Лида, и закинула рюкзак в тамбур.

- Места то свои помните? – натянуто улыбнулась проводница ей вслед.

- Нет – пожала плечами девушка, чувствуя, что вся её незамысловатая ложь, всплыла наружу.

Сергей молча стоял у ступенек с укором глядя на напарницу.

- Ну выбирайте места товарищи, сами – продолжая нервно улыбаться проговорила проводница – Какие свободны, те и занимайте! Проходите!

- Благодарю! – коротко кивнул Носов в сторону женщины, и поднялся по ступенькам вслед за Лидой.

Сразу у входа, в первом же купе им встретилась кампания картежников. Мужчины мало того что играли уже далеко не первую партию, так еще и были изрядно пьяны.

Когда успели?

Загадка.

Посадка ведь началась всего десять минут назад.

- Даже не думай – не оборачиваясь, бросила Лида Сергею, шагая по проходу – Играть ты с ними не будешь!

- Да я и не собирался как-то – развел руками Носов, прикусив губу.

- Не ври, знаю я тебя – так же не глядя ответила девушка, рывком открывая дверь очередного купе.

Пусто.

Напарники вошли внутрь, и достав книжки закинули рюкзаки наверх. Сергей улегся на полку, и Лида, следуя его примеру, прилегла тоже.

Не успели они устроиться, как дверь купе открылась снова.

На пороге возник тот самый Гриша в белой кепке, который на перроне разыскивал дочь.

- О! – усмехнулся мужчина, колыхнув округлым животом под рубахой – Какая встреча! Стало быть попутчиками будем! – рассмеялся он, и боком пролез в помещение.

- А где дочка ваша? – заглядывая за спину Григория, в недоумении спросила Лида – И жена?

- А! – отмахнулся, мужчина – То не жена, это сестра моя! А дочка моя с ней едет, они в другом вагоне. Билетики вразброс достались, вот незадача!

Попутчик с пыхтением водрузил свой чемодан на верхнюю полку, и присел опираясь на свои колени.

- Уф! – вытирая пот со лба проговорил он, и сбросил кепку на столик – Может по маленькой? У меня имеется!

- Ну… - развел руками Сергей – Путь неблизкий. Отчего бы и нет?!

- А девушка ваша, выпивает? – учтиво улыбаясь поинтересовался Гриша.

- Нет – виновато улыбнувшись, и недовольно покосившись на Носова, ответила Лида – Я не пью, спасибо!

- Ну, за знакомство! – хохотнул мужчина, и водрузил на стол бутылку белой, с двумя стаканами в придачу...

В это самое время, в соседнем купе разгорались нешуточные страсти.

Обыгранный в карты гость столицы, ни в какую не хотел расставаться с добром, нажитым непосильным трудом.

Нарастал скандал.

Не обращая внимания на звуки ссоры проводница закрыла дверь, и уже через минуту, поезд загрохотав двинулся с места…

*

Глава 2

Поезд набрал скорость, и теперь летел среди лесов мерно постукивая колесами.

Скандал в соседнем купе переместился в коридор.

- Я видел, что ты, мухлевал! И дружок твой! – отбивался гость столицы, с пеной у рта.

- Какой дружок? – хищно улыбался в ответ картежник – Да я его вижу в первый раз, так же, как и тебя!

Проигравшийся покосился на второго попутчика, и наткнулся на прохиндейскую улыбку. Понимая, что шансов переспорить этих шулеров у него нет, пассажир протолкнулся мимо картежника и постучал в комнату проводницы.

- Гражданка?! – прокричал он сквозь дверь каморки – Гражданка, вызовите милицию, немедленно!

- Проигрались, платите! – ответила проводница через дверь – Я вас, с ними играть не заставляла! Сами ввязались, сами расхлебывайте!

- Это же… Беспредел какой-то! – возмутился пассажир.

Хмель из его головы моментально выветрился.

- Милиции тут нет, до станции ждите! – добавила проводница, чванливо позвякивая ложкой в стакане с чаем.

Работяга отступил, чувствуя, как в вагоне становится невыносимо душно. Расстегнул воротник рубахи, и осмотрел лица уголовников.

"Гастролеров", которые при знакомстве представились ему уральскими вахтерами. Монтажниками!

- Мужик, слушай… – подходя к нему вплотную, ухмыльнулся шулер – Ожерельице с супруги отдашь, и на том квиты – он указал назад, в сторону стройной женщины, которая все это время пыталась отговорить мужа от игры.

- Можешь просто супругой поделиться. Дорога длинная, баба красивая, отдохнем все вместе! – выглядывая из дверей купе, поддакнул второй, взмахнув руками, покрытыми тюремными татуировками.

- Вы что серьезно?! Ну это уже ни в какие ворота! – работяга окончательно растерялся, и заглянув назад в купе, наткнулся на взгляд жены – Лена вставай! – позвал он супругу – Уходим в другой вагон!

В татуированной руке шулера сверкнул нож.

Женщина, которая собиралась встать и выйти, немедленно отодвинулась назад и прижалась к окну.

В глазах её читался страх…

Лида, слышала весь этот разговор сквозь болтовню Носова и Григория, и наконец не выдержала.

Она, конечно, понимала, что этот горе картежник-работяга сам виноват. Но долг сотрудника не позволял ей остаться равнодушной.

- Серега! – позвала она парня, но тому явно было не до вагонных уголовных разборок.

Носов даже не услышал её, да и происходящего снаружи, наверное тоже.

- И в общем тот тип, ТТ выхватывает! – напарник Лидии, увлеченно рассказывал Григорию историю из своей службы – А на улице мороз, зима лютая! Ну и пистолет у него заклинило… ТТха она этим грешит, когда холодно!

- Ну! – история явно увлекла попутчика и тот заслушался, перестав хрустеть огурцом а закуску – А ты что?!

- А я ему и говорю… – активно жестикулируя, продолжал Носов.

Лида, слышала эту историю уже не меньше десяти раз.

Девушка встала со своего места и со вздохом похлопав Сергея по плечу, открыла дверь купе выглядывая в проход.

- Что тут происходит? – закрывая за собой дверь спросила она, обращаясь к работяге и картежникам.

- Девочка, иди погуляй! – коротко обернувшись, бросил шулер.

Второй, тот что с татуировками, окинул фигуру Лиды масляным взглядом, и вышел из купе.

- Не, не, погоди красавица! Поболтаем – по-хамски улыбнулся он – Ты одна едешь или с родителями?

На улице темнело, и теперь пролетающие березы смешались со светом фонарей. Просветы окон, быстро пролетали по проходу, отбрасывая блики на лица, дверные ручки, окаемку.

И на нож в руках уголовника.

Лида инстинктивно потянулась рукой под свой пиджак. Туда, где на наплечных ремнях висела кобура с заряженным Стечкиным. И в этот самый момент, её взгляд упал на дверное стекло вагона, за спиной шулера.

Через окна, сквозь два тамбура, она увидела незнакомое лицо. Человек в черной шляпе и длинном сером плаще, неотрывно смотрел на неё.

Прямо в глаза.

Рубленные, грубые черты лица и пронзительный взгляд из-под полей шляпы, застыли словно бледная маска, нелепо натянутая на голову.

Девушка резко сунула руку под пиджак, щелчком расстегивая кобуру, и не сводя взгляда с незнакомца в шляпе.

Человек в соседнем вагоне, который до этой секунды стоял недвижимо как статуя, отрицательно покачал головой.

- Уходи! – тонким, почти безгубым ртом произнес он.

Пара разбитых фонарей вдоль дороги, сделали свое дело, и поезд погрузился в темноту.

Через пару секунд вспыхнул электрический свет внутри вагонов, но за стеклом виднелся только пустой проход...

***

Татуированный скользнул взглядом по груди Лиды, обтянутой футболкой. А потом проследил за её рукой, под полой пиджака.

- Чего у тебя там, родная? – упершись руками в стенки прохода, спросил шулер – Конфетки? – оскалился картежник в неприятной улыбке – Угостишь меня? – наступая, добавил он.

Слово, которое она прочла на губах незнакомца в шляпе, не выходило у Лиды из головы.

Чувство долга приказывало ей немедленно выхватить оружие и взять этих отморозков под стражу.

Желание выполнить свое задание, и загадочный силуэт который она видела за стеклом, твердили обратное.

- Уходи! – вновь прошептал голос в голове девушки – Уходи прямо сейчас!

Пальцы на рукоятке «Стечкина» разжались, и кисть Лиды скользнула во внутренний карман пиджака.

- Кошелек! У меня здесь кошелек! – вытаскивая бумажник, пожала плечами она – Сколько вам должен этот человек? Я хочу заплатить за него.

Оба шулера обернулись, глядя на то, как она расстегивает замок на кошельке.

- Богатая что ль? – с ухмылкой подмигнул ей татуированный – Может тоже сыграешь с нами?

- Нет, я не играю! – развела руками девушка, кисло улыбнувшись в ответ – Так сколько денег надо?

- Девушка, да не нужно! – вмешался работяга – Это же мошенники, не надо им ничего платить. Дождемся станции и вызовем милицию!

- Слышь ты… – зарычал татуированный, наступая на «клиента».

Дверь позади Лиды с грохотом открылась, и в проход вышел изрядно поддатый толстяк Григорий.

- Здорова народ! – махнул рукой мужчина.

Гриша мутным взглядом оглядел присутствующих, а потом, расталкивая всех на своем пути животом, пыхтя двинулся к туалету…

В этот же момент, поезд резко ударил по тормозам. Заблокированные колеса с визгом заскребли по рельсам, высекая из них снопы искр. Состав остановился среди поля, сиреневого от сумерек.

Гидравлика выдохнула, и свет погас.

На стеклах вагонов отражались только огни одинокого села, стоявшего рядом, на пригорке.

Поезд погрузился в темноту…

На подмосковном стрельбище, среди весенней зеленой поросли посыпанной лепестками цветущих яблонь – спорили двое.

Пожилой инструктор по снайперской стрельбе старшина Валентин Павлов. И молодой, но уже опытный снайпер и разведчик, комвзвод Егор Тарасов.

Разговор шел на повышенных тонах.

Спорили офицеры прямо над головой, красивой, русой девушки, которая нахмурившись сидела на траве и в разговор не вмешивалась.

- Ну не хочет она прицелом пользоваться, пусть в медсестры идет! – кричал старшина Павлов – В разведроту её все равно никто не возьмет без снайперских навыков! Что ты с ней возишься?!

- Она и без прицела стреляет получше многих наших – указывая на девушку, спорил Егор Тарасов – Ты сам глянь! Танюха, а ну, покажи ему!

- Наорал на меня, обозвал деревенщиной, а теперь я развлекать его должна? Не буду ничего делать! – не поднимая головы, насупившись ответила Таня Исаева - Пусть ему жена показывает!

Егор тяжко выдохнул, и упер руки в бока.

Парень перевел взгляд и покосился на мишени в дальнем конце поля. Каждая из них, была пробита точно по центру.

Все выстрелы сделала Татьяна, собственноручно.

И без оптического прицела.

- Это у вас в тундре на глаз стреляют! – продолжал отчитывать её Павлов – А тут понимаешь Красная Армия! Это вам… не это, не оленей пасти! – потряс он кулаком в воздухе, поправляя усы.

- Не пасла я никаких оленей! И в тундре не была! – не выдержала Таня, вскакивая на ноги – Меня дед учил стрелять! Охотник сибирский! – вспылила девушка, взлохмачивая волосы на своей голове - А он, стрелял лучше любого из вас! – Исаева ткнула пальцем в грудь сначала Егора, а потом и старшину - Хоть с биноклем, хоть с подзорной трубой палите. Все равно никто из вас, лучше чем он, белку не собьет со ста шагов!

- Я с двухсот сбивать – раздался знакомый голос якутского снайпера, у них за спиной.

Инструктор обернулся на голос, и смерил чукчу оценивающим взглядом.

- Ну вот! – усмехнулся старшина Павлов – О чем я и говорил. Еще один гость из тундры! Миграция! – вновь оборачиваясь к Татьяне, добавил он - Полюбуйтесь на земляка!

- Кимен, привет! – девушка обрадовалась, увидев знакомое лицо, и шагнула навстречу якуту – Ты какими судьбами тут?!

- Отплавлен на повысение квалификации, за тобой следом – с улыбкой ответил чукча – Надо плойти инстлуктаж по немецким подлывным устлойствам, я в них нисего не понимать.

- Знакомцы! – хмыкнул старшина, пихнув локтем Егора – Видать вместе оленей пасли! В тундре!

- Я не из тундры! – настойчиво повторила Таня – А с Кименом, знакома еще со штрафной роты Шилова!

- И как он туда попал? – все также с усмешкой спросил Валентин – В своих шмалял небось? Или рыбу воровал на пищеблоке? – старшина рассмеялся уже громче, довольный своей шуточкой.

- Зря смеетесь – с упреком проговорила Таня – Он любому из ваших разведчиков фору даст! А в штрафные угодил, потому что у него нет понятия дисциплины. Как привык так и воюет, уходит в леса и делает свое дело молча. А такие как вы – она ткнула пальцем в грудь старшины – И разбираться не стали, записали его в дезертиры!

- Леса все знать – кивнул Кимен – Пло всех нас, и пло немцев. Лес никого не пощадить, если его обидеть. Но, если ты к нему с доблом, то лес от врага укрывать, и помогать тебе.

- Ага, только свистни, и все на бой с фашистами сбегутся! – хохотнул Павлов – И зайцы, и медведи и волки! Как в сказке.

Татьяна промолчала в ответ…

В тот же день, ближе к вечеру. Егор и Кимен, оставшись на стрельбище, обучали девушку пользоваться оптикой. Павлов к счастью ушел по своим делам, и в процесс обучения не вмешивался.

- Тут такое дело... – Тарасов прилег рядом с Таней на траву, и указал пальцем вдоль ствола «Мосина» - Из-за прицела, расстояние эффективной стрельбы сильно увеличивается. Это как в бинокль глядеть и стрелять одновременно.

- Ты видис фашиста, а он тебя нет! – вставил свое слово чукча – Быстло стреляешь, и на длугое место уходить успеес! С рузьем так не выйдет, заметят и убивать тебя будут. Насмерть! – якут провел ребром ладони по шее – Но сколее всего снасяла пытать начнут! Нозом или…

- Хватит! – оторвавшись от прицела, оборвала его рассуждения Таня – Перестань каждый раз описывать эти подробности! От них желания воевать, не прибавляется.

- Извинять Кимена – разочарованно пробормотал чукча, и со вздохом сел рядом на траву.

- Так вот – продолжил Егор – На прицеле есть разметка. Центр это то место куда ударит пуля, но… Ты же сама знаешь, про ветер и расстояние?

- Знаю конечно – кивнула девушка.

- Так вот, тут увеличение в 3,5 раза, потому и поправку на ветер, и полет пули, делать надо больше – закончил Тарасов.

- Я попробую! – вздохнула Таня, и заняла позицию для стрельбы.

Со стороны тропинки послышались голоса. Снайперы обернулись, и увидели группу людей. Впереди, суетливо улыбаясь и что-то подробно объясняя, шел Павлов.

Завидев Татьяну с винтовкой, он прибавил шагу и подскочил к Тарасову.

- Егор, комиссия приехала! Забери у нее винтовку, покажи класс! – подмигнул Валентин, с презрением покосившись на девушку и якута – С самого верха люди, не подведи! А ты деревенская - обратился он уже к Тане - Иди спрячься от греха подальше!

Несколько человек в строгих костюмах, и с папками в руках подошли вплотную к снайперам. Вместе с ними был и военный, лет тридцати на вид.

Без погонов, без знаков отличий. Только гимнастерка.

- Останься! - окликнул он, собиравшуюся уйти Татьяну.

Девушка замерла, в недоумении глядя на военного.

Его лицо было абсолютно бледным. Настолько, что казалось он полностью обескровлен. Сцепив руки за спиной, военный вышел вперед других, и замер, выжидающе глядя на Татьяну.

- Ты! Стреляй – кивнул он ей, в сторону мишеней.

- Да это новенькая! – засуетился Павлов – У нас вот Егор настоящий мастер, пусть он пока…

- Стреляй, стреляй барышня. Чего смотришь? – повторил военный Тане, перебив назойливого инструктора - Я жду!

Девушка неуверенно посмотрела в глаза Егора, и тот стиснув зубы, одобрительно кивнул головой. Валентин же молчал, не смея спорить с начальством, и в душе молился, чтобы эта «пастушка оленей» не промахнулась.

Таня на миг закрыла глаза, потом легла на траву, набрала в грудь воздух и задержав дыхание прильнула к прицелу.

- В самую дальнюю бей – без эмоций проговорил военный – Сразу в голову.

Исаева поймала мишень в перекрестие прицела, и потянула курок.

- Белка… - прошептала она вместе с грохотом «Мосина», бросившего пулю в цель.

Несмотря на весеннее время, затянутое тучами небо не пропускало лунный свет. Сумерки превратились в сплошную темноту.

Остановленный стоп-краном поезд замер среди поля. Лишенный электричества, состав теперь только изредка шипел гидравликой, и скрипел обшивкой вагонов.

Среди пассажиров нарастала суматоха, гремели двери купе, звучали вопросы.

Проводница почти на ощупь нашла рычаг и разблокировав выход, спустилась на дорожную насыпь.

- Тамара?! – окликнула она проводницу одного из передних вагонов, которая тоже вышла из поезда – Чего там?

Та лишь отмахнулась, а потом, подворачивая ноги на каблуках, быстро подошла к первой.

- Петровичу, машинисту нашему, плохо, с сердцем что-то. Вроде жив, но плохой совсем – прошептала она – А помощник его вообще пропал!

- Мне этот Коля-помощник сразу не понравился! - покачала головой проводница – Говорила же не брать его… - добавила она задумчиво - А что с Петровичем? Скорую вызвали?

- Не работает радиоприемник – вздохнула вторая – Беда не приходит одна. Застряли мы тут похоже. Надо врача из пассажиров искать. Или до села бежать – женщина указала в сторону деревенских огней вдали на пригорке.

Лида, дослушав разговор проводниц через приоткрытое окно, развернулась и постучала по двери купе.

- Серега, Носов выходи, ты мне нужен! – позвала она.

- Да не суетись ты девочка. Пойдем, с нами посидишь – не унимался татуированный, в полумраке касаясь её руки – Переждешь пока шум да суета. Отдохнём, пообщаемся. У тебя хахаль то молодой поди? А я тебе покажу, что мужик умеет взрослый, опытный! – шулер оскалился снова, сверкнув золотой фиксой в полумраке.

Нож, все еще поблескивал в руке отморозка.

Из его рта, пахло свежей водкой.

Дверь купе открылась. На пороге показался помятый, полусонный Носов.

- Пригляди за ними Сергей, а то весь поезд обчистят! – распорядилась Лида, теперь уже без сомнений вытаскивая «Стечкин», и вручая его в руки напарника – Я до деревни добегу, врач нужен.

- Понял! – кивнул парень, хмуро покосившись на картежников – Руки поднимайте, товарищи так чтобы я их видел, и в купе по одному заходим!

- Так вы че это? Менты чтоль?! – отпрянул уголовник – А?! Вы че?!

- Выбирай выражения, мразь! – процедила Лида, прямо в лицо татуированного, и оттолкнув его с дороги вышла, спрыгнув на дорожную насыпь у рельс.

Шулеры прошли в купе, с ненавистью поглядывая на Носова, и ствол направленного на них оружия.

- А где Гриша? – опомнился Сергей, пытаясь отыскать взглядом своего попутчика, и собутыльника.

- Толстый этот чтоль? – хмыкнул татуированный, усаживаясь на полку – Тут он был. Когда поезд затормозил, он своей тушей чуть не задавил меня нахрен!

Однако, Григория не было.

Ни в проходе вагона, ни в купе, ни в туалете, дверь которого болталась распахнутой.

Большой и полный мужчина в кепке, будто сквозь землю провалился…

***

Глава 3

Лида подошла к беседующим у вагона проводницам, и на всякий случай еще раз махнула красными корочками КГБ. На этот раз подставив их вплотную к лицам сотрудниц железной дороги.

- Я схожу в село сама – кивнув в сторону огней, проговорила она – Смотрите за порядком. И еще, в этом вагоне двое уголовных, за ними особое внимание. Иначе обчистят весь поезд по темноте.

- Хорошо – настороженно кивнула женщина, проводив взглядом удостоверение, которое исчезло под полой пиджака Лиды.

- Фонарь есть у вас?

- Что? – все еще растерянно переспросила проводница.

- Фонарь, светить! – жестами показала лейтенант госбезопасности – Что непонятного?

- Фонаря нет, есть лампа старенькая – вмешалась вторая женщина, увидев растерянность коллеги – Со старых времен еще, со свечой. Такая сойдет?

Лида усмехнулась и оглядела темное поле, а заодно и край черного леса.

- Любая подойдет – махнула рукой она – И спички дайте пожалуйста.

- Минутку! – ответила проводница, и привычным движением ухватившись за поручень, вернулась в поезд.

- Гриша! – послышался женский окрик из окна вагона – Гриша?!

- Вы кого ищете? – спросили её в ответ, из темноты вагона.

- Мужчина, полный такой, в кепочке, в рубахе. Не видели?

- Только что заходил, дочь искал свою Аленку – отозвался пассажир – Вроде вышел на улицу он!

- Да что б тебя… Вот же беда какая! – запричитала женщина, и поспешила к выходу.

- Гражданочка, что случилось? – снова показав корочки, поинтересовалась Лида встретив её у вагона.

- Брат мой пропал… Он дурной, заблудится или покалечит себя! – шмыгая носом в платок, пожаловалась пассажирка.

- Успокойтесь, он с нами в купе ехал. Найдем. А где племянница ваша? Аленка – спросила девушка, приобнимая плачущую женщину – В такую темень не оставляли бы её одну, тут всяких элементов хватает – припоминая картежников добавила девушка.

- Да какая племянница, помилуйте! Нет у него дочери давно уже! – всхлипывая, ответила пассажирка – Пожар был жуткий еще в сороковые, в войну. Там он и жену, и дочь потерял. С тех пор ему все чудится, что они живы. То одну, то другую разыскивает!

Лиде стало сильно не по себе.

Она вспомнила, с каким упоением и счастьем в глазах, попутчик рассказывал про успехи своей дочери.

Про её оценки, рисунки, линейки в школе. Про бантики и платья.

И о том, какая у него красивая жена.

- Моя вечно молодая Светка! – обронил Григорий в разговоре с ними – Сокровище мое!

- Твою мать… - выдохнула Лида, возвращаясь из жутковатых воспоминаний в реальность – И где он может быть сейчас? – она оглядела окрестности, но в темноте не было и намека на движение.

Вернув взгляд к поезду, девушка обомлела.

Тот самый человек в сером плаще и шляпе, которого Лида видела через стекло перед тем как поезд затормозил.

Незнакомец вышел из первого вагона.

Спустившись по насыпи, он уверенно зашагал через темное поле, сунув руки в карманы плаща.

Лида уже не слышала причитаний женщины. Она еще раз погладила сестру Григория по плечу, а потом отстранилась взяв её за руки.

- Мне нужно идти – уверенно сказала она – Я поищу вашего брата, сделаю все что смогу! – заверила лейтенант.

- Вот, возьмите лампу – слабо улыбнулась проводница, протягивая девушке старый светильник с зажжённой внутри свечой.

- Спасибо! – кивнула Лида взяв светильник за рукоять.

Еще раз успокоив плачущую пассажирку, девушка быстрым шагом спустилась на поле, и зашагала вслед за таинственным незнакомцем…

***

Таинственный мужчина уверенно шагал к лесу, ускоряя ход.

Громоздкая лампа, полученная от проводницы поезда, поскрипывала в руке девушки спешащей следом.

Человек в шляпе точно слышал, что Лида бежит за ним. Но, никак не реагировал.

- Стойте! – наконец решившись, окликнула его Лида, уже на входе в лес – Вы кто?!

Незнакомец на мгновение обернулся, сверкнув бледным лицом в слабом свете луны. А затем, шагнул в непроглядную черную стену леса, будто за кулисы. Окончательно скрываясь из виду.

- Вот черт… – прошептала девушка, и бросилась вперед, боясь потерять его из поля зрения.

Почти сразу же, нога Лиды зацепилась за корень и она не вошла, а влетела в лес кубарем, больно врезавшись плечом в ствол дерева.

Застонав, лейтенант схватилась за ушибленное место, и потянулась к лампе, упавшей в траву. Подхватив светильник, она поморщившись от боли в плече подняла его освещая окрестности.

Огонь свечи, пробивавшийся через засаленные стекла старенького фонаря, тут же наградил кустарник и деревья жуткими тенями.

- Тетенька! Помогите! – раздался детский голос совсем рядом, заставив Лиду подскочить от испуга.

Лейтенант на автомате сунула руку под пиджак, но кобура была пуста. «Стечкин» остался у Носова. Моментально обернувшись, Исаева младшая увидела перед собой маленькую девчушку.

Лет 10 не больше, на вид.

Отблески свечи из прокопчённого фонаря, плясали по старенькому платью, и грязному лицу девочки, будто языки пламени.

Ребенок стоял вытянувшись по струнке, не мигая глядя в глаза лейтенанта.

- Помогите! – повторила девочка, не сдвинувшись с места, и продолжая смотреть на Лиду.

Девушка облегченно выдохнула, и отряхиваясь от сухой травы, встала на ноги.

- Ты чего тут делаешь? Заблудилась? – склоняясь над девочкой, спросила она – Ты из села?

Та, молча кивнула в ответ.

- Ну значит по пути нам! – все еще настороженно оглядываясь с улыбкой проговорила Лида, и взяла ребенка за руку – Идем, не бойся. Найдем твоих папу с мамой.

Девушка подняла фонарь перед собой, и держа его на вытянутой руке, осторожно двинулась вперед, увлекая за собой девочку.

Ей было чертовски досадно от того, что она упустила незнакомца. Но, бросить потерявшегося ребенка в лесу, да еще и в такой темноте, просто не могла.

Уже через несколько шагов Лида осознала, что и сама понятия не имеет, как через этот лес пройти к деревне.

Остановившись, лейтенант в растерянности огляделась вокруг, пытаясь понять направление.

- Я вспомнила дорогу! – увидев сомнения Лиды, вдруг произнесла девочка, босыми ногами вышагивая вперед – Идемте!

- Ты уверена? – нахмурилась лейтенант, окончательно запутавшись в происходящем.

- Да! – твердо ответила девочка, на этот раз улыбнувшись.

Сердцем чувствуя, что тут творится что-то неладное, девушка все же пошла следом. Но не перестала жалеть о том, что при ней нет огнестрельного оружия.

Наоборот, чувство опасности внутри неё только нарастало.

Так же, как и в сердце её матери Татьяны. 20 с лишним лет тому назад…

Таня отбросила с лица надоедливые пряди волос, и снова заняла боевую стойку.

Молодой разведчик, которого она отделала в рукопашной, поднялся и держась за отбитую спину поплелся к скамейкам. На его место тут же вышел следующий новобранец, уже без насмешек.

Не смотря на то, что перед ним стояла девушка, паренек видел на что она способна, и начал переживать за собственное здоровье.

Но приказ есть приказ, и разведчик поднял кулаки…

С того дня, когда она, Кимен, и Егор осваивали оптический прицел, прошла неделя. Через несколько точных выстрелов, произведенных Исаевой на стрельбище, комиссия во главе с бледным военным молча ушла.

Уже на следующий день, в каморке инструктора Павлова прозвучал звонок, после которого он сильно побледнел, и начал жадно пить воду.

Приказом сверху, ему было поручено немедленно перевести «оленеводку» на усиленный режим обучения.

Затем, в самые короткие сроки предоставить отчет о проделанной работе.

Старшина Валентин Павлов, дрожащей рукой продолжал вписывать результаты в потрепанный блокнот, вздрагивая от каждого звука.

Телефон мог снова зазвонить в любую минуту.

И больше всего ему не хотелось что-то упустить.

Татьяна, все еще сражалась на присыпанной песком арене. Она ловко перехватила руку нападавшего, и подставив подножку, швырнула парня в сторону.

Разведчик-курсант застонал, выгибаясь от боли в спине.

Боевая ярость внутри девушки немного утихла, и она выдохнув склонилась над новобранцем.

- Больно? – сморщившись от жалости, спросила Таня.

- А сама как думаешь?! – психанул тот, потирая ушибленный бок - Бешеная!

Девушка подала ему руку помощи. Но курсант отмахнулся, и встав с песка, присоединился к побитым сослуживцам, уже сидевшим на скамейке.

Все трое с ненавистью поглядывали и на Павлова и на Таню, которая мало того что побила их, так еще и опозорила.

Девчонка ведь! И такие выкрутасы…

- Хватит! – махнул рукой Валентин – Ты мне всех бойцов так искалечишь! Привыкла там, в тундре у себя… - снова начал ехидничать старшина, но осекся на полуслове. Его прервал звук двигателя приближавшегося автомобиля.

К тренировочной площадке, по тротуару подъехал служебный ГАЗик.

За рулем сидел тот самый военный, побывавший здесь чуть раньше во главе комиссии из «верхов».

Человек поднял руку, и не выходя из машины, поманил пальцем Павлова.

- Старшина, подойди сюда! – окликнул бледный чиновник – Отчитайся, время поджимает!

Валентин судорожно сглотнул, и поглядев на курсантов будто прощаясь, зашагал к машине, теребя в руках блокнот.

О чем они говорили, ни Таня ни новобранцы не слышали.

Но видели как бледный, пробежавшись взглядом по запискам Павлова, расплылся в довольной ухмылке.

В тот же вечер. Татьяна с вещами, отбыла из снайперской школы по новому назначению...

Звуков вокруг почти не было, лес молчал.

Лида, все так же настороженно оглядываясь, спешила вслед за девочкой, которая накрепко вцепилась в её руку.

- Как тебя зовут? – спросила её лейтенант, в душе умоляя небо, чтобы та, не назвалась Аленкой. Именно так, звали дочь душевнобольного Григория.

- Марина! – не оборачиваясь ответила девочка, и Лида выдохнула, чувствуя, как огромный камень страха у нее на сердце, стал чуть меньше.

- Мариша – обратилась девушка к ребенку – Ты не подскажешь, у вас в деревне врач есть? Или хотя бы фельдшер?

- У нас, дедушка Иван за врача! – отозвалась девочка, продолжая утягивать Лиду за собой, в темные заросли густого леса – И за папу, и за маму! - вдруг добавила она, уже громче и смелее.

- Иван, это твой дедушка? – нахмурилась лейтенант, снова чуя неладное.

- Не только мой! – спокойно ответила девочка – Всем нам дедушка!

Лида резко остановилась, и вырвала руку из цепких пальцев девчонки.

Марина остановилась тоже.

Когда девочка обернулась, Лида отпрянула.

Лицо ребенка было буквально перекошено от злости. И без того маленький ротик, теперь сжался в напряженный комок. Послышался скрежет стиснутых зубов.

- Куда ты меня ведешь?! – осветив лицо девочки, спросила лейтенант, прислушиваясь к звукам леса – Может я и не местная, но точно не дура! Село, в другой стороне!

Девчонка еще мгновение смотрела в глаза Лиды, а потом набрала в грудь воздуха и со всей мочи закричала.

- ДЕДУШКА!!!

И лес будто ожил...

В кустах послышался шорох и движение.

Звуки доносились со всех сторон, но ни людей, ни зверей по-прежнему не было видно.

- Кто это?! – Лида рванулась, вперед собираясь схватить девочку за руку, но та ловко увернулась и нырнула в заросли папоротника

– КТО ЗДЕСЬ?! – уже обращаясь к лесу, громко спросила девушка – Я сотрудник госбезопасности! – прокричала она, выхватывая удостоверение – Только посмейте меня тронуть хоть пальц…

В следующую секунду, удар палкой в висок отправил Лиду в глубокую отключку…

***

Глава 4

Весна 1942г:

Москва

Военный в гимнастерке без опознавательных знаков, широким шагом двигался по бетонным коридорам.

Стены гулким эхом отражали чеканный шаг. Топот звучал будто удары тяжелого маятника, скрытого в стенах, этого подземного бункера.

Татьяна семенила следом, шагая почти бесшумно, несмотря на то, что тоже была одета в кирзовые сапоги.

Но без подбоя.

- Видите ли в чем дело Татьяна… - проговорил военный не сбавляя шаг – Как вас по отчеству, простите?

- Владимировна – ответила Исаева, с любопытством рассматривая агитационные плакаты на стенах.

Все эти надписи на стенах, были в духе - «Не болтай!», «Болтать, врагу помогать!» и так далее.

Чувствовалась гнетущая атмосфера. Казалось, что здесь прячут все, что только можно.

Документы, чертежи, взгляды.

И тем не менее чувствовалось, что эти стены умеют говорить. Стоит только оступиться, и стены тут же доложат куда следует о твоей провинности.

Или предательстве.

- Так вот, Татьяна Владимировна! – продолжил военный, потирая свое бледное как полотно лицо – Сейчас, наша Советская Родина, как никогда нуждается в таких как вы!

- В каком смысле, как я? – отвлекшись от чтения плакатной пропаганды, переспросила Таня.

- Вы девушка видная, смелая. Обладаете боевыми навыками – сцепив руки за спиной, перечислял военный – Отлично стреляете. И главное умеете, и хотите сражаться с этой фашисткой нечистью!

- Все так – кивнула Исаева, пытаясь не отставать, от быстро шагавшего по коридорам собеседника – Но у нас в стране миллионы людей, готовых встать на её защиту. Почему вы считаете, что я особенная?

Военный остановился. Да так резко, что Татьяна едва не налетела на него.

Человек перевел взгляд немигающих, поддернутых поволокой глаз на девушку, и еще раз оглядев её, произнес.

- Вы гражданка Исаева, как я уже сказал выше, красивая женщина – твердо произнес он – И интересуете наше ведомство не как солдат, а как сотрудник для специальных заданий… - тут он чуть замялся – С мужчинами общаться умеете?

- Ну – раскинув руки усмехнулась в ответ Таня, не обращая внимания на пронзительный взгляд незнакомца – Во первых у меня два брата, во вторых я последние пару недель провела в роте штрафных. Цела, здорова. Как вы думаете, умею я или нет?

- То, что вы умеете постоять за себя, я понял с первого взгляда – натянуто улыбнулся военный – Меня интересует, насколько хорошо вы можете поладить с противоположным полом как… Как привлекательная девушка?

До Тани начало доходить, что имеет ввиду незнакомец.

- Не пугайтесь! – заметив её смятение, коротко усмехнулся бледный – Спать по приказу ни с кем не придется. Меня интересует именно внедрение в тыл врага. Как вы считаете, эта задача вам под силу?

На лице Исаевой отображался целый ураган мыслей и эмоций.

Несмотря на все объяснения, в её голове застряли только одни слова этого незнакомца – «Можете ли вы, поладить с мужчиной, как девушка?».

Она и сама не знала ответа на этот вопрос. До сих пор не пробовала, и даже не задумывалась о подобных вещах.

Может время пришло?

Сама Татьяна, красивой себя не считала. Но если её внешность, может стать оружием в этой проклятой войне…

То пусть будет так.

- Под силу! – взяв себя в руки выпалила она – Смогу, если так нужно.

- Очень хорошо! – снова улыбнулся военный – Тогда не будем терять время. Прошу за мной!

Сознание вернулось к Лиде не сразу, сначала был звон в ушах и пронзительная боль. Ощущение кляпа во рту.

Девушка с трудом разлепила глаза, чувствуя, что руки и ноги её связаны. Резкая боль сменилась на толчки в висках вторившие ударам сердца.

Чуть поодаль, сквозь листву виднелись отблески костра. Доносились голоса.

В основном мужские.

Лида приподняла голову и осмотрела себя. Лежала она на траве. Руки и ноги опутаны толстыми ремнями, похожими на деревянные. Кругом лес, кустарник.

А еще, эти люди у костра.

С такого расстояния, да еще и в темноте, она не могла разглядеть их лиц. И слов не слышала.

До нее доносились только обрывки фраз.

«Дедушка знает…», «Не будут искать…», «…уже много лет».

Лида повернула голову, и зацепившись кляпом за камень, вытянула тряпку изо рта.

- Вы очнулись? Очень хорошо! – раздался незнакомый голос, совсем рядом от Лиды.

Девушка вздрогнула, и перевернувшись на спину огляделась. Незнакомец из поезда, в сером плаще и шляпе сидел поблизости, на корточках.

Он постучал краем пачки о палец, выбив сигарету.

Затем тщательно прикрывая руками огонь спички, прикурил, и выпустив струю дыма в землю, пристально оглядел Лиду.

После этого, человек перевел взгляд в сторону костра, возле которого собрались те, кто пленил лейтенанта.

- Может, объяснитесь уже?! – тихо, стараясь не шуметь, спросила его Лида.

Ей не хотелось привлекать к себе внимание захватчиков, так как шанс выбраться отсюда, все еще был.

К тому же, несмотря на то, что именно этот незнакомец заманил её сюда, девушка все еще не была уверена, на чьей именно он стороне.

- Конечно, конечно… - словно возвращаясь из своих размышлений, вздохнул человек с бледным лицом – Дело в том, Лидия… - тут он на секунду призадумался – Простите, как вас по отчеству?

- Это действительно важно сейчас?! – зашипела в ответ девушка, едва не сорвавшись на полный голос – Что тут происходит? Вы кто?! – сказав это, Исаева младшая принялась вновь извиваться в веревках, пытаясь вырваться.

- Не шумите – человек наклонился вперед, и положил руку на плечо пленницы – Еще не время.

- Не время для чего?! – Лиду начинало трясти от злости. Страх давно ушел на второй план – Вы можете объяснить без этих загадок?!

- Пожалуй да! – задумчиво кивнув прошептал незнакомец, продолжая сквозь листву, наблюдать за людьми у костра.

Он докурил, и сделав последнюю затяжку, вытащил из кармана коробок.

Смяв, и убрав в него окурок, человек перевел взгляд на Лиду. Достав из внутреннего кармана плаща красное удостоверение госбезопасности, человек поднес его к лицу девушки, а потом убрал назад.

Легче от этого, Лиде не стало.

Ход мыслей в её голове, превратился из маленькой головоломки, в огромный лабиринт без выхода.

Только тупики.

На каждом повороте.

- Это, так называемое духовное сообщество - произнес незнакомец кивнув в сторону костра - Зовут себя «Дедовцы». Проще говоря, секта – незнакомец кивнул головой в сторону костра – Они ведут незаконную деятельность на территории владимирской области уже несколько лет. Похищения, многоженство, тяжкие телесные, изнасилования. Однако, обнаружить их логово, мне удалось буквально на днях. И я был поражен...

- Отлично! – перебила его Лида – При чем тут я? Вызывайте опергруппу, у меня нет времени возиться с ними! Я на задании!

- Я знаю это. И еще много чего кроме – спокойно кивнул человек в шляпе – К счастью для вас, я смог оказаться в нужном месте, в нужное время. Иначе… - тут он замолчал, прислушиваясь к голосам у костра.

- Иначе что?! – переспросила его Лида.

- Иначе, вас ждала неминуемая смерть – пожал плечами незнакомец, вставая на ноги.

- От них что ли? – самоуверенно усмехнулась лейтенант – Пусть только подойдут, я им все ноги переломаю, и руки заодно!

- Нет, не от них – отозвался человек, все так же с прищуром глядя на собеседников у костра – В конце пути, там куда вы идете. На перевале, вас ждет неминуемая гибель, если не будете следовать моим инструкциям. У лидера этих сектантов есть именно то, что спасет вашу жизнь и обеспечит успех операции в целом.

- Каким инструкциям? О чем вы? – чуть успокоившись спросила девушка – Освободите меня пожалуйста. Мой напарник в поезде, с двумя уголовными, и машинисту плохо, я должна привести врача!

- С машинистом все будет в порядке – при этих словах, лицо незнакомца слегка потеплело – Он оказался слишком упрям. Отказывался останавливать поезд, несмотря на мои аргументы, и пришлось его успокоить – человек в шляпе вынул из кармана футляр со шприцем и показал его Лиде – Вот этим. При помощи этого же препарата, я успокою и их «дедушку» если так будет нужно - он кивнул в сторону костра – Вам нечего бояться, я буду рядом. Постоянно.

- Если все это связано с моей поездкой на перевал, почему нельзя было просто выдать мне направление сюда? Или хотя бы предупредить? – снова возмутилась Лида.

- Я здесь так же неофициально, как и вы – усмехнулся человек в шляпе – Все что происходит, полностью моя инициатива. К сожалению, пытками от них ничего не добьешься – он снова указал в сторону людей у костра – А потому мне нужны вы, Лидия… Как вас по отчеству?

- Девка очнулась! – внезапно, раздался мужской голос за кустами – Дед Ваня!

- Мне пора! – встрепенулся незнакомец – Помните, ничего им не рассказывайте! Не говорите кто вы и откуда. Не задавайте вопросов по делу. Вы обычная девушка. Это ясно?

- Слушайте... – открыла рот Лида чтобы возразить, но человек воспользовался моментом, и запихнул ей в рот кляп.

Еще раз похлопав её по плечу, мужчина добавил.

- В этой поездке, я ваш единственный союзник и помощник. Как и для вашей матери когда-то давно - загадочно добавил он - Доверьтесь мне, Лидия… - сказав это, незнакомец отпрянул назад и растворился в листве...

***

Раскидав руками кустарник, к Лиде шагнул высокий парень, лет 25ти. Принюхавшись, он с подозрением поглядел на связанную девушку.

- Откуда табаком несет?! – хмуро спросил он – У нас никто не курит!

Лейтенант замычала сквозь кляп, и паренек тут же осознав свою ошибку, выдернул тряпку из её рта.

- Лешка?! – окликнул парня голос, со стороны костра – Ну чего ты там?!

- Сейчас приведу! – отозвался он, и склонившись над Лидой, рывком поставил её на ноги – Пошли давай, разговор есть к тебе!

Леха втолкнул девушку на поляну.

Туда, где вокруг танцующего пламени собралось несколько мужчин и женщин. С ними были и дети, в том числе Марина, которая позвала на помощь «дедушку».

Все присутствующие, как один обернулись к Лиде.

- Леша, не груби! – послышался голос из темноты за костром.

Паренек моментально отдернул руки от пленницы и отступил назад, покорно склонив голову.

- Дед Вань, привел её, как ты просил! - тихо проговорил Леха, себе под нос.

В круг света шагнул могучий, седовласый старик, на вид лет шестидесяти.

Смерив взглядом Лиду, он костер обошел и размахнувшись влепил парню затрещину. Да такую, что тот кубарем полетел по земле.

- Я тебя просил, веди себя по-людски! – гулким басом произнес дед, с характерным выговором – Ну груби никогда!

- Прости дед! – виновато потирая затылок, отозвался Лешка – Забылся я, каюсь.

- Смотри у меня! – пригрозил ему пальцем старик, и вновь обернулся к девушке. Оглядел её, путы на руках, а потом перевел взгляд на остальных у костра – Вы зачем её ремнями спеленали?! – прикрикнул он – Это что, по-вашему, враг какой-то?! Не живется вам спокойно? Беды ищете?!

- Она сама пришла, и беду принесла! – вмешалась одна из женщин в цветастом платке, покрывающем голову – У нее беда за пазухой, я сердцем чую. Сам глянь, коли нам не веришь!

- Проверь дед, Тома правду говорит! – поддакнул другой мужчина, сидевший рядом с ней, видимо муж.

Старик нахмурился сдвинув густые, седые брови к переносице. Еще разок окинув лица людей суровым взглядом, подошел к Лиде.

- Чего скрываешь? – спросил он у девушки в упор – Если утаиваешь что, говори добром и решим дело миром.

Голову Лиды, пронзила жуткая мысль.

Ей действительно было что скрывать.

Под пиджаком висела пустая кобура от «Стечкина», а во внутреннем кармане лежало удостоверение КГБ.

Она могла бы решить, что это просто провал, но…

Учитывая, что тот тип в шляпе рассказал про этого деда, ей просто конец. Оружия Лида ни у кого не заметила, значит повесят, или камнями забьют по старинке.

Ни один из этих вариантов, не казался ей радужным.

- Нечего мне скрывать! – твердо ответила девушка, глядя в глубокие и темные глаза старика – С поезда иду, машинисту плохо. Врача искала. Вот и вся история.

- Врет! – снова вмешалась женщина в платке – Под одеждой у нее глянь! Там вся правда и кроется!

- Как и у тебя! – усмехнулся старик ей в ответ.

Вокруг костра послышался смех.

- Смейтесь, смейтесь! – огрызнулась Тамара в ответ на смех – Приведет сюда дружков своих из милиции, погляжу как вы захохочете тогда!

- Не обессудь дочка – вздохнув проговорил старик, и протянув руки взялся за полы пиджака Лиды.

- Только попробуй ко мне прикоснуться, убью – глядя исподлобья, сквозь зубы процедила лейтенант.

- Касаться мне тебя нет нужды – басом ответил дед Иван, не обращая внимания на агрессию в голосе девушки – А вот проверить обязан, извиняй уж! – все с тем же церковным говором добавил он.

Стиснув пальцами полы пиджака, старик резким движением, с треском разорвал их в стороны.

Стараясь не касаться тела девушки, и даже её рубашки, дед Иван прощупал внутренние карманы и выдохнув, обернулся строго глядя на людей.

- Ну что теперь скажешь?! – обратился он к Тамаре – Что с тобой делать за клевету такую на человека?

Когда Иван разорвал пуговицы, сердце Лиды буквально ушло в пятки. Жизнь перед глазами полетела.

А сейчас…

Сейчас она опустила взгляд, и увидела, что нет при ней ни кобуры, ни удостоверения. И даже наручники, которые она всегда носила за поясом – пропали без следа.

- Охренеть… – пересохшими от страха губами, прошептала лейтенант.

Дед Иван подхватил нож с широким лезвием, лежавший у костра и развернулся к Лиде.

Взяв ее огромной пятерней за запястья, старик одним движением рассек путы на руках пленницы, и потянул её за рукав.

- Снимай одежу! – уже спокойнее попросил он – Тамарка тебе пуговицы пришить хотела обратно.

- И не подумаю! – возразила Тамара - женщина в платке. Она скрестила руки на груди и отвернулась надменно глядя в темноту.

- А тебя никто не спрашивает! – тихо, но убедительно произнес дед – Провинилась, исправляй! – с этими словами, он бросил пиджак в её сторону.

Муж Томы подскочил с места и поймал одежду на лету, не дав ей упасть в костер.

- Мы сделаем, дед Вань – заверил он – Не злись на Тамарку!

- Сделайте, а там поглядим – вздохнул старик – Ну и натворили вы делов. Как предатели поступили, вот истинный крест! – продолжал отчитывать их старик – Раньше только слухи ходили, которые власти распускали. А теперь и взаправду мы такими стали! Людей воруем, и мучаем!

Все происходящее не укладывалось у Лиды в голове. Если эти люди жестокие сектанты, то зачем этот цирк для одного зрителя? Если они порядочные люди, то для чего скрываются в этой непроглядной чаще?

- Идем дочка – старик обернулся к Лиде, и махнул ей рукой, призывая идти следом – Чайку выпьем, заодно и поговорим. Думаю, ты имеешь право знать, куда попала, и за что с тобой так поступили.

- Старый дурак! – почти неслышно прошептала Тамара с ненавистью глядя в след старику и чужачке. Потом выхватила пиджак из рук мужа, и отправилась к своему шалашу…

Старик провел девушку через поляну, а потом в уютный уголок скрывавшийся под большим тентом. Кусок брезента натянутый сверху, как видно сохранился еще с военных времен и выглядел очень обшарпанным. Под этой импровизированной крышей, скрывался пенек с закопчённым котелком и пара кружек.

Выглядело все это, как место для уединенных бесед.

- Присаживайся – старик указал Лиде на подушку возле пня – Отдохни немного.

Лейтенант пригнулась, и шагнув под брезент, устало опустилась на предложенную седушку.

- Ты извини нас, что так с тобой обошлись – церковный выговор старика, продолжал удивлять девушку, и казался ей голосом из далекого прошлого – Времена такие, лихие. Надо быть настороже.

- От кого вы скрываетесь? – оглядывая крепкую фигуру деда Ивана, спросила Лида – И зачем?

Котелок с водой был совсем горячим, от него исходил пар.

Иван сыпнул щепотку сбора из трав в свою, а потом и в кружку девушки. Прихватив посудину с кипятком рукавицами, дед залил его в кружки и присел напротив, с другой стороны пня.

- Мы – проговорил старик, отхлебывая травяной чай – Люди духовные. Может и последние такие в этих краях. Живем в Боге, и по законам Божьим. Нынешняя Власть не одобряет наших взглядов. Клевету на нас возводит, что мы мол людей воруем, женщин силой берем, и даже… - тут дед Иван рассмеялся, тихо в бороду – Чего только не придумают чтобы очернить нас!

- А вы этого не делаете? – уже совсем успокоившись, спросила Лида. То ли голос этого старика и его забавный выговор так расслабляюще на нее действовал, то ли этот отвар, пахнущий мятой и клубникой, этого она не знала.

Но страх уходил прочь, вместе с паром от кипятка в её кружке.

- Не делаем – пожал плечами старик – Все кого ты видела у костра, сами пришли. И пары у нас повенчаны. Может это и без документов (старик сделал ударение на букву «у», чем снова позабавил Лиду) сделано, но такой брак истинный, пред лицом Божьим заключен, и отречься от него уже нельзя – дед Иван вздохнул словно вспоминая прошлое – Это не бумажки которые порвать можно, и не печать которая от дождя расплывётся и растает.

Чем дольше Лида смотрела на этого могучего старика, с выбеленной бородой и волосами, тем больше понимала, почему тут держится народ.

Он говорил красиво, и очень убедительно. Настоящий лидер. Прирожденный пастырь. И самое главное, "Дед" совершенно точно, до глубины души верил в то, что в каждом его слове истина.

Эта поразительная преданность идеалам, на минуту подкупила и Лиду, и девушка не сразу смогла взять себя в руки, чтобы вернуться к мыслям о задании.

Надо все-таки выяснить, о чем говорил незнакомец. Что именно прячет этот старик? И где?

И что с ним черт побери не так...

Он явно что-то скрывает, и чем быстрее лейтенант выяснит что именно, тем скорее отправиться на перевал Дятлова.

- А почему вы не уйдете в другое место? Я так понимаю, тут вашу общину гоняют и обвиняют в преступлениях – осторожно спросила лейтенант, пытаясь найти хоть какую-то зацепку.

- Скоро сама все увидишь – сунув руку в карман залатанных холщовых штанов, ответил дед – Иди к костерку погрейся пока – добавил он, вытаскивая часы и бросив взгляд на потрепанный циферблат.

Девушка послушно кивнула, и встав отправилась в сторону поляны.

Присутствующие снова встретили её недружелюбными лицами. Но, по крайней мере, на этот раз в их глазах Лида не увидела ненависти, и боязни к чужим.

Разговоры вместе с её появлением, стихли.

Лейтенант госбезопасности зябко кутаясь в пиджак, присела на край бревна, и уткнув взгляд в танцующее пламя, замолкла вместе с остальными.

На несколько минут повисла полная тишина. Собравшиеся вокруг костра размышляли каждый о своем. Треск дров под языками огня и оранжевые отблески на лицах людей, придавали этому собранию загадочный оттенок.

Казалось что из плотного столба дыма, тянувшегося от кострища на север, вот-вот появится фигура шамана.

- Полночная! – раздался гулкий бас деда Ивана, позади бревна.

Присутствующие встрепенулись, и шумно поднялись со своих мест. Вслед за ними встала и Лида.

Обернувшись назад, девушка потрясенно замерла, оглядывая старика.

Потрепанная дорогами одежда, которую носил старик, исчезла.

Теперь, он был одет в чистый, черный балахон. Одежда смотрелась как новая, и даже в темноте был виден блеск дорогой ткани.

На шее деда Ивана, прихваченный широкой золотой цепью, висел массивный символ странной формы.

Тоже из золота.

В правой руке деда Ивана блестело золотое, украшенное драгоценными камнями кадило.

Преобразившийся старик, шагнул к костру и присев на корточки подхватил куском коры пригоршню углей. Засыпав их в кадило, он обернулся и с улыбкой поглядел на Лиду.

- Пойдем с нами! – кивнул он в сторону тропы – Отстоишь службу, глядишь и на душе легче станет – церковный выговор, теперь слышался в его голосе особенно отчетливо.

На миг, Лиде показалось, что глаза старика излучают теплый, умиротворяющий свет.

И в эту же секунду, бросив короткий, случайный взгляд за плечо деда Ивана, девушка вновь увидела его.

Человека в сером плаще и шляпе.

Мужчина с бледным, как мел лицом, стоял в тени, там, где отблески костра были совсем слабыми. Лейтенант видела только его силуэт, но этого было достаточно.

Глаза незнакомца, сверлили её пристальным, немигающим взглядом, будто приказывая повиноваться старику.

- Доченька? – заботливо окликнул её Иван – Ты чего это? – оглядываясь назад, хмуро переспросил её старик – Что тебе померещилось?

- Все хорошо – с трудом отводя взгляд от силуэта, слабо улыбнулась девушка – Идемте на службу.

- Идем – с улыбкой кивнул старик, и взяв девушку под локоть, повел её лесной тропой, в чащу.

Шел он не спеша, помахивая ароматным кадилом.

Воспитанная в строгости и патриотизме Лида, понятия не имела как пахнет ладан. Но этот запах, который вился вместе с дымком из под руки Ивана, очень нравился ей.

Он словно обволакивал душу и сердце.

О том, что этот запах не имеет никакого отношения к церковным благовониям, она узнает значительно позже.

Через сотню метров, девушка и старик достигли новой поляны.

В самом её центре, высилась внушительная постройка. Крышу здания украшала массивная, деревянная конструкция из палок и металла. Тот же символ, что висел на груди "деда Ивана".

- Это вы построили? – потрясенно глядя, спросила Лида, останавливаясь

– Да, наш Храм – кивнул дед Иван, поглаживая бороду – Но самое главное внутри, идем, увидишь все сама…

***

Теперь, уже все кто сидел у костра, собрались ко входу в церквушку. Дед Иван, все с той же легкой улыбкой подтолкнул Лиду вперед, в центр круга из прихожан. Кадило в его крепкой руке продолжало дымить, все сильнее и сильнее. Теперь легкий дымок, превратился в настоящий столб дыма. Запах стал удушливым.

Дым кружил голову, сводил с ума.

Опьяненная неведомым благовонием Лида, растерянно оглядывалась в поисках незнакомца. Но заросли становились только темнее и недружелюбнее с каждой секундой.

- Голову покрой! – Тамара, та самая женщина, которая настаивала на обыске, протянула Лиде платок – Негоже в Храм без косынки входить!

Девушка послушно хоть и с трудом повязала платок на голову, слегка пересилив странное состояние.

Она была почти уверена что дело именно в снадобье, которым окуривал её Иван. Но сопротивляться этому не могла. Как и все присутствующие, девушка глубоко и с наслаждением вдыхала синеватый дым.

Старик шагнул вперед, и распахнул перед Лидой дверь церквушки.

Света внутри не было.

- Входи! – как обычно, сделав ударение на «о», коротко проговорил он.

Девушка еще раз неуверенно огляделась, и наткнувшись на суровые взгляды членов общины, все-таки вошла внутрь.

Вслед за ней проследовал старик.

В ту же секунду, дверь за ними с громким хлопком закрылась. Прогремел деревянный засов, окончательно закрывая выход. Осталась только темнота. Лида слышала собственное дыхание, и громкие удары своего сердца, которое работало будто паровой молот. Несмотря на кромешную тьму, обхватившую со всех сторон, девушка ощущала головокружение.

Деревянные стены и пол, которых она не видела, незримо вращались где-то там во мраке, набирая разгон. К горлу подступил комок, и Лида опустилась на колени, чтобы не упасть.

На миг она закрыла глаза, пытаясь привыкнуть к темноте.

И это сработало...

***

Обступившая Лиду темнота - вздрогнула, и начала постепенно обретать очертания. Но не стен. Всколыхнувшись, тьма словно вытянулась, с гулом закручиваясь в бесконечный тоннель. И из его самого дальнего конца, послышался вой.

Чудовищный, громкий.

Он набирал силу с каждой секундой, до боли вонзаясь в уши. Лида закрыла уши ладонями, пытаясь укрыться от звука, но это не помогало. Ужас внутри девушки достиг своего предела.

Сердце работало на грани разрыва. Широко распахнув глаза, Лида поднялась на ноги отступила назад, но почти тут же уперлась спиной в преграду. Мягкую, сильную.

Дед Иван, накрепко схватил её за плечи, и не давая развернуться к себе лицом, толкнул ко входу в тоннель, навстречу наступающему ужасу.

- Боишься, дочка? – тихо спросил старик.

Лиде это стоило невероятных усилий. Ужас сковал её тело и голос до паралича, но она все же нашла в себе силы ответить.

- Очень…

- И мы боялись, доченька. Все боялись. Пока в сердце Веру не впустили! – спокойно ответил Иван – Шагай, смелее. Погладь зверя, пусть он тебя боится.

- Я н… нне мммогу…. – содрогаясь от нарастающего воя и могильного холода исходящего из тоннеля, ответила девушка - Мне страшно…

- Можешь! – твердо произнес Иван, и отпустив плечи девушки, вышел вперед.

Кадила в его руках больше не было, только самодельное, священное писание. Несмотря на кромешную тьму, витиеватый золотой символ на груди деда сиял ярче прежнего.

Старик поднял перед собой потрепанную книгу, и перекрестив воющий провал во мраке, проговорил.

- Если я пойду и долиною смертной тени, не убоюсь зла, потому что Ты со мной!

Голос старика становился все громче, и сильнее, уже перекрывая мрачный вой доносившийся из глубины

- Ты приготовил предо мною трапезу в виду врагов моих; умастил елеем голову мою; чаша моя преисполнена! – договорил Иван, и вновь поднял руку, еще раз перекрестив черную бездну.

Вой усилился до невероятной силы, Лида буквально чувствовала, как её барабанные перепонки в ушах ходят ходуном, почти лопаясь от напряжения.

Все закончилось мгновенно.

Порывы ледяного ветра оборвались, и холодная дыра захлопнулась, поглотив сама себя.

Простояв на ногах еще секунду, девушка покачнулась и потеряла сознание. За миг до падения она еще успела ощутить сильные руки старика.

- Отдыхай доченька – тихо произнес дед Иван – Набирайся сил. Путь у тебя впереди, очень тяжкий! И важный для всей земли нашей...

Мама, высокая и красивая в лучах утреннего солнца, ведет её за руку.

Кругом народ, шум.

Старушка с коробкой навязчиво предлагает купить горячие пирожки.

Лида и Татьяна встречают отца. Девочка видит только его высокие, начищенные сапоги и статную фигуру. Так всегда, в каждом сне. Она не может рассмотреть его лица.

Мама выпускает её руку, и обнимает папу. В это же самое мгновение, старушка продающая пирожки, склоняется к Лиде.

- Какая красивая девочка! – говорит она – Угощайся вот! – протягивая пирожок, добавляет старушка.

Девочка чувствует запах жаренного теста, картошки и видит перед собой крестик выпавший из под рубахи продавщицы. Лида тянет руку этому серебряному, потускневшему от времени украшению…

Как вдруг мама перехватывает её руку, а продавщица поспешно прячет крест назад под рубашку.

Папа, что-то говорит, но девочка не разбирает его слов. Она запрокидывает голову, и видит над собой стаи утренних облаков, проплывающих в сиянии рассвета.

- Лида! – раздается встревоженный мужской голос в толпе – Лида?! – снова повторяет он.

Вдруг, на фоне рассветного неба, возникает лицо майора Акимова. Он будто разрывает сон руками, врезав Исаевой-младшей пару пощечин.

- ЛИДКА?! ОЧНИСЬ! – седой офицер КГБ тряхнул её за плечи.

- Андрей Васильевич?! – растерянно хлопая глазами, девушка приподнялась на локте и огляделась вокруг.

Чистое поле, лес остался где-то вдалеке. Акимов хмуро оглядел на ее наличие травм. Затем бесцеремонно взяв Лиду за голову, проверил реакцию зрачков на свет.

- Не тошнит? Головокружение может? – пристально вглядываясь в глаза девушки, спросил майор.

- Голова немного побаливает – отмахнулась она, усаживаясь на траву – А где все? – оглядываясь по сторонам, спросила лейтенант.

- Кто все? – недоуменно переспросил Андрей – Я ваш поезд ждал на станции, битых полтора часа! Поехал навстречу, Носов мне ситуацию объяснил. Собрался было искать тебя и тут девчушка эта… - майор нахмурился, вспоминая имя - Маринка, во! – просиял он – Подбежала к нам, говорит, что ты провожала её, и упала, головой ударилась. Ну я бегом сюда и двинул!

Лида на мгновение призадумалась, оглянувшись в сторону леса. Потом осмотрела себя. Пиджак и пуговицы на месте.

Она медленно подняла руку облаченную в рукав к своему лицу. Не спеша, словно боясь получить ответ. Собравшись с духом, Лида резко поднесла рукав к носу, и втянула ноздрями воздух.

Одежда насквозь пропахла кадильным дымом…

***

Черная «Волга» стояла на дороге, проходившей вдоль железнодорожной линии.

Несмотря на то, что автомобилей мимо сновало не мало, майор Акимов даже не закрыл служебную машину, точно зная, что ни у кого не хватит смелости в такую лезть.

- А где поезд? – глядя на пустые пути, спросила Лида.

- Как где? Укатил давно, нельзя ему путь занимать. У них там все четко по времени! – звякнув ключами зажигания, отозвался Андрей – Прыгай в машину, поедем друга твоего заберем. Носова. Он в сельском участке, картежников сторожит.

- Вещи, снаряжение, он все забрал из купе?

- Да, все при нем, переживать сейчас не об этом надо – загадочно отозвался Акимов.

Майор КГБ сел за руль, и когда машина тронулась, продолжил разговор.

- Ты мне расскажи лучше, как тебя угораздило так головой удариться, что ты всю ночь в поле пролежала? – повернувшись в пол-оборота, спросил Андрей – Что-то тут не сходится Лидок! Припоминай. Голоса может слышала перед падением? Или снилось что-то пока в отключке была?

Девушка на минуту погрузилась в раздумья. Потом скрестила руки на груди и проговорила.

- Я расскажу. Но вы мне пообещаете, что мы не будем разворачиваться, и ехать разбираться в ситуации прямо сейчас. Хорошо? – глядя на Андрея сквозь пряди темных волос, спросила она.

- А есть с чем разбираться? – вскинул брови Акимов.

- В общем, тут такое дело… - вздохнула Лида – Я повстречала общину. Судя по их поведению и речам главного - это деструктивная секта. Там и провела ночь.

От услышанного Акимов натужно закашлялся, едва не потеряв управление.

- Ну ты дала, Лидок... - майор ударил по тормозам, и свернув на обочину повернулся к девушке - Давай-ка в подробностях. В поле как попала? Это они тебя бросили?

Взяв Лиду за подбородок, он оглядел след от удара в висок.

- Не все так просто, Андрей Васильевич. Дайте договорить! – отбрасывая его руку, отозвалась девушка – Мне кажется этот старик, который главный там… Он что-то знает про перевал. Помните отчеты нашей последней группы?

- Те, которые рассказывали чертовщину? – усмехнулся Акимов – Ты ведь знаешь заключение психиатра? Ребята просто струсили. Правду не говорят, выдумывают про голоса и прочие страхи.

- Что-то я очень сомневаюсь, чтобы опытные оперативники, которые прошли подготовку, а потом огонь и воду, просто струсили! – покачала головой Лида – Этот старик чем то напоил меня, или может быть окурил травами. Я не знаю точно – продолжила девушка – Но он показал мне жуткие вещи. Очень похожие на то, что описывали наши сотрудники. А потом… Якобы прогнал эти страхи молитвами – закончила она.

Майор откинулся спиной на дверь машины, и внимательным взглядом изучил лицо Лиды.

- Ты издеваешься надо мной? – развел руками Акимов – Ты очень сильно ударилась Лида, и поэтому мы едем домой...

Тут он взялся за ключ зажигания, но девушка быстро перехватила его руку, и заглянула в глаза.

- Это еще не все. Выслушайте меня! – быстро проговорила она – Был еще один человек. Бледный как мел, в пальто и шляпе. Это он меня заманил в ту общину.

- Бледный как мел? – Андрей прищурился, на лице его отразилось напряжение – А точнее?

- Он не представился, но при нем были корочки ГБ это раз – напряженно думая, и пытаясь вспомнить детали, проговорила Лида – А во вторых, он сказал мне, что в общине я найду то, что спасет мою жизнь. И мне кажется, я понимаю, о чем он говорил… Худощавый, среднего роста. На голове шляпа.

Андрей Васильевич на пару мгновений задумался, а затем сменился в лице.

- Как выглядел глава секты?

- Старик - нахмурилась Лида вспоминая - Лет за 60. Высокий, сильный.

- Ну тогда все сходится. Дуэт снова в деле значит... Старые черти! – выругался Акимов, врезав кулаками по рулю – Вылез все-таки! Гаденыш!

- В чем дело? – нахмурилась Лида – Вы кого-то из них знаете?

- Да уж, доводилось познакомиться! – с недоброй ухмылкой кивнул майор – Бледный, это скорее всего Петр Савин. Наш полковник в отставке.

- Как в отставке? – недоуменно спросила девушка.

- По дороге расскажу! Времени у нас теперь совсем нет, Лидок… Я должен проверить. И если это Савин, надо брать его пока горячий. Второго такого шанса может и не быть! – Акимов повернул ключ зажигания, и машина двинулась вперед по дороге, раскидывая колесами пыль…

Татьяна стояла в углу горницы, сцепив руки за спиной.

Плотно облегающая, женская форма СС, казалась ей тесной и неудобной. Туфли на каблуках, тоже не добавляли удобства. Прежде она никогда не носила такую обувь, и понадобилось немало тренировок, прежде чем у нее вообще получилось ходить.

Не говоря уже о изящной, соблазнительной походке, над которой пришлось работать почти месяц.

Сейчас, в эту минуту, она выглядела как само совершенство. Мечта Рейха о настоящей арийской воительнице.

Идеальная фигура, черная форма, строгая прическа и ледяной взгляд.

Этого было достаточно для того, чтобы при первой же встрече привлечь к себе внимание Петера Кляйна. Одного из ключевых командиров СС, Центрального фронта. А железобетонная легенда которую слепил Савин, стала последним аргументом.

Исаева показала немцам, что может драться, улыбаться, и вовсе не глупа.

Но самым неприятным было совсем другое.

Тот, кто так долго рассказывал ей про осторожность. Про мастерство разведчика и сотни уловок. Этот самоуверенный и пафосный Савин, валялся сейчас подвале, тут же под домом. Измученный допросами и пытками.

Но еще не сломленный.

Он нарушил правила, которые установил сам. Татьяна задержала сеанс связи на неделю, из-за того что квартира «засветилась». И Савин глупо попался, отправившись на проваленную явку, с двумя подручными.

Подручные погибли при задержании.

А Савина взяли живьем, ценой троих эсэсовцев.

Таня вытянулась по стойке смирно, с ненавистью глядя на затылок Петера Кляйна. Офицер работал за своим столом, перебирая накладные снабжения. Исаева провела уже месяц в обществе этого человека. Но смириться с тем, что здесь творилось, так и не смогла. Её ненависть только росла.

Росла с каждой секундой.

Кроме ненависти, она чувствовала и легкую прохладу. Холод стального клинка, который скрывался на её бедре.

Таня уже много раз представляла себе, как однажды вытянет его на свет. Шагнет к Петеру, и медленно введет тонкое лезвие в позвоночник гитлеровца.

По самую рукоять.

Но время еще не пришло. Бесценная информация что Исаева раз в неделю передавала в штаб, спасала жизни советских солдат и партизан.

Каждый день.

Под окнами раздались торопливые шаги. Постучав по досчатой двери, внутрь вошел Вальц. Молодой эсесовец, который только и делал, что пялился на Таню, при каждом удобном случае.

Но сейчас, он пришел по другому вопросу.

Выбросив руку в приветствии, унтерштурмфюрер Дитрих Вальц как обычно слащаво оглядел фигуру Татьяны, а потом обратился к Кляйну на немецком.

- Мой фюрер, в окрестностях захвачен пленник. Я решил, что он может быть интересен вам – доложил пришедший.

- Скажи лучше, что там с этим русским комиссаром? – не поднимая головы ответил Петер – Удалось что ни будь вытрясти из него?

- Пока нет. Честно говоря, я впервые вижу такого упрямца. Кажется, что мои кулаки пострадали больше чем он – покачал головой Дитрих – Так что с новым пленным? Привести его?

- Если ты считаешь что это важно, то приведи – так же глядя в бумаги, отозвался Кляйн.

Лейтенант СС развернулся на месте, подмигнув Татьяне, и вышел прочь.

Через пару минут он вернулся, ведя впереди себя бородатого и длинноволосого мужчину, лет сорока с виду.

Вальц втолкнул пленника в дом, и замер, с довольной ухмылкой на лице.

- И что это за оборванец? Зачем ты приволок этого крестьянина?! - развел руками Кляйн, оглядывая пленного.

Тот, был одет в потрепанную холщовую рубаху, и залатанные штаны. Давно немытые волосы, сальными лохмотьями свисали вниз, обрамляя измученное лицо мужчины, украшенное густой бородой.

Несмотря на внешнюю усталость и вялость - крепкие мышцы, выдавали в этом человеке бывалого, и очень выносливого работягу.

- Ты кто такой есть?! – обратился гитлеровец к пленнику, на ломанном русском языке.

- Я отец Иван! – мрачно глядя исподлобья, отозвался мужчина – Сын Никифора, и пастырь Божий села Антипино...

***

- Что это значит? Кому отец, кому сын? Я не понимаю! – развел руками Кляйн, оборачиваясь к Татьяне – Это какая-то игра слов в русском языке?

- Это значит – с сочувствием глядя на измученного пленника, проговорила Таня – Что он называет себя местным священником. Служителем церкви.

- Хм... – Петер поскреб щетину на своем подбородке и перевел взгляд на Дитриха – Зачем ты его привел? Я тебя еще раз спрашиваю.

- Вы только послушайте мой фюрер, что несет этот олух! – Вальц не сдержал смеха, и обошел бородатого мужчину, заглядывая ему в лицо – Повтори для штандартенфюрера то, что ты рассказывал мне на улице! Поживее! – гитлеровец толкнул отца Ивана, в грудь рукой – Ну!

- Это святые места... – твердо глядя в лицо фашиста, проговорил пленник – Если не уйдете, горе вам будет. Гибель найдете здесь.

- Вот, слыхали?! – рассмеялся Вальц, раскидывая руки, и оборачиваясь к Татьяне с Петером.

Исаева натянуто улыбнулась в ответ, слегка кивнув.

Она продолжала стоять вытянувшись по стойке смирно, и молча сверлить взглядом происходящее.

- Это все? – хмуро отозвался Петер, не оценив юмора подчиненного – Мне нужно вернуться к работе – перебирая бумаги, проговорил он – Уведи его, и расстреляй. А заодно и чертового, упрямого комиссара!

- Нет, нет! – засуетился Дитрих, размахивая руками – Это еще не все! – тут он снова обернулся к бородатому – Ты расскажи, отчего смерть нас ждет?! – Дитрих врезал Ивану пощечину – Быстрей говори! – еще пощечина – Быстрей!

Священник стойко выдержал все удары, даже не моргнув глазом.

Облизнув разбитые губы, он направил взгляд на Кляйна, и спокойно произнес.

- Найдете гибель, от своего самого большого страха – тихо сказал Иван – Он придет за вами, и скрыться будет некуда. В самый темный час, он каждого из вас найдет. Выйдет из преисподней, и не будет спасения.

- О чем он говорит? – нахмурился Кляйн, наконец, заинтересовавшись пленником – Он что-то знает про диверсии русских? Я не понимаю. Дитрих, объясни мне.

Наконец заинтересовавшись, Петер поднялся из-за стола и подошел к священнику вплотную, всматриваясь в глаза.

- Понятия не имею, мой фюрер, потому и привел его к вам – пожал плечами Вальц, отступая в сторону.

- О чем ты гоффорить?! – коверкая слова акцентом, спросил Петер у пленника – Рассказывать подробнее!

- О каре Божьей… – сурово глядя из под бровей, проговорил мужчина – Чего ты боишься, немец? Ответь? – священник перевел взгляд, и вонзил его в лицо Кляйна – Чего ты боишься на самом деле? Боишься так, что в детстве забивался под одеяло, и содрогался в ужасе – тихо продолжал Иван – Что заставляло тебя дрожать так, что ты не успевал добежать до ночного горшка? – последние слова, священник произнес с кривой усмешкой на губах.

Лицо Петера дрогнуло, не выдержав взгляда пленника. Пожалуй, больше всего немца задела уверенность с которой вещал чокнутый русский.

- Уводи. Не хочу слушать эти бредни. Он просто чокнутый пьяница! – судорожно сглотнув и отшатнувшись назад, приказал Петер - И больше не тащи сюда разный сброд!

Теперь уже всем было заметно, что слова Ивана сумели посеять зерно страха в душе штандартенфюрера.

- Кошмар придет за тобой! – сквозь зубы процедил Иван, уже у двери – ЛЮТЫЙ кошмар. В самый темный час! Запомни мои слова! – громко добавил мужчина, и Вальц вытолкнул его прочь из дома.

Твердость и леденящий холод который слышался в голосе пленного, до глубины души пронял и Татьяну. Она поневоле вздрогнула, выслушав речь Ивана, и почувствовала, что в его словах нет ни капли шутки.

Он действительно верил в то, что говорит. Петер еще несколько секунд стоял молча, глядя на закрытую дверь, а потом обернулся к Татьяне. Лицо его, выражало крайнюю тревогу.

- Ну что ты смотришь?! Сделай кофе! – на русском приказал он, и с грохотом отодвинув стул, сел на место.

- Слушаюсь – кивнула Таня, и прошагала к тумбочке.

Поставив воду для кипячения и чуть повозившись с туркой, Исаева вздохнула размышляя о своем. Однако, уже в следующую минуту взгляд её случайно упал за окно, и она увидела горькую картину.

К стоявшей во дворе виселице, вели двоих.

Уже знакомого ей пленника Ивана, и Савина, которого вытащили из подвала.

Офицер советской контрразведки щурился от яркого солнца, совсем отвыкнув от света.

Видимо просто решив поразвлечься, Дитрих принял решение повесить пленных. Стиснув кулаки от отчаяния и бессилия Татьяна замерла, продолжая наблюдать за происходящим.

***

Загнав пленных на эшафот Вальц накинул петли и ловко спрыгнул на землю. Вальяжно покуривая, немец несколько раз обошел вокруг деревянного помоста.

Оба приговоренных не обращали на него никакого внимания. Савин стоял с закрытыми глазами, а Иван глядел в небеса.

- Счастливого пути! – докурив усмехнулся немец, и дернул рычаг на себя.

Пол под ногами висельников с грохотом провалился.

Однако, смерть не пришла.

Вся конструкция, затрещав повалилась на бок, едва не придавив ошарашенного Дитриха. Лейтенант Рейха отскочил в сторону и неловко споткнувшись, упал в пыль.

Потирая шею, шокированный Савин поднялся на четвереньки. Следом за ним, раскидав поломанные доски, из петли вылез и Иван.

Ошарашенно оглядев их, немец поднялся на ноги и выхватил пистолет.

- Тут такое дело, фашист... - ухмыльнулся бородатый висельник, вставая из обломков - Меня только Богу дано забрать. Как и судить. А ты, собака паршивая, больно много на себя берешь! Того и гляди, хребет надломится под таким грузом.

- Сейчас мы посмотреть, даффать ли твой Бог второй шанс! – нервно усмехнулся он, приставляя пистолет к груди Ивана.

Щелчок…

«Люгер» заклинило.

Не веря своим глазам, Дитрих попытался дернуть затвор, но у него не получилось.

- Ганс, дай мне автомат! - с усмешкой отступая назад, выкрикнул немец в сторону караула - В обойме 32 патрона. Посмотрим, сколько из них пройдет мимо! - Вальц рассмеялся.

Таня крепилась как могла, наблюдая через окно за происходящим у эшафота.

Однако в конце концов, ее нервы не выдержали.

- Я на минутку! Прошу меня простить! – коротко улыбнулась Таня Петеру, и быстрым шагом вышла на улицу.

Прошагав через двор, девушка схватилась за шмайссер в руке гитлеровца, и резким движением вырвала его.

- Хватит! – резко сказала она, без страха глядя в глаза лейтенанта – Я хочу допросить их. Сама!

Дитрих слегка опешил, а затем скривился в усмешке и развел руками.

- Напрасно... Хотя... Твое сердоболие мне понятно! - пожал плечами он - Но... - лейтенант вскинул брови и сморщился - Я ведь все равно прикончу их. Зачем оттягивать неизбежное?

- Просто дай мне время до завтра - тяжело дыша ответила Таня, возвращая ему автомат - Утром делай что хочешь!

Немец усмехнулся, и махнув рукой побрел к накрытому столику.

Тем временем, потрясенный всем произошедшим Савин, перевел загнанный взгляд на Ивана.

А затем на странный символ, висевший на его груди.

- Какого хрена тут происходит?! - тихо спросил контрразведчик.

Однако, "священник" казалось не слышал.

Недобро усмехнувшись в бороду, он поднял руку и зажал свой амулет в ладони. Рука Ивана дрогнула от напряжения, и в пыль под его ногами упало несколько рубиновых капель.

- Сегодня, ночь страшного суда - сменив улыбку на злобу, выдохнул он в спину немца - Да начнется жатва...

***

- ...вот в ту ночь, Савин похоже и поссорился с головой – майор постучал пальцем по виску - И это несмотря на то, что раньше был ГБшником старой школы. Даже крутился одно время возле Сталина – проговорил майор, похлопывая по рулю авто.

- В каком смысле? – нахмурилась Лида – Он начал делать глупости, или что?

- Ну как тебе сказать… - усмехнулся Андрей Васильевич – Начал пропадать без вести надолго. Даже пытался вербовать сотрудников тогда еще НКВД, а потом и СМЕРШа для этого «Деда Ивана». Естественно, что из ведомства вылетел пинком под зад. Даром что в «дурку» не закрыли – сбежал! – Акимов мрачно посмеялся.

Выслушав рассказ майора, Лида примолкла. Скрестив руки на груди, она молча смотрела на дорогу.

- Я не знала, что мама работала в СС под прикрытием – поникшим голосом произнесла девушка в ответ – Она что, стреляла в своих?

- Да нет, не стреляла – вздохнул Андрей – Этот тот счастливый случай, когда легенда разведчика оказалась дороже крови. В этом заслуга Савина. Сработал на совесть – покосившись на неё, проговорил Акимов.

Несколько минут ехали молча. Мимо проносились деревья и редкие, покосившиеся столбы. А за ними бесконечные, русские поля.

- Андрей Васильевич? – нарушила тишину Лида – Скажите, а что имел ввиду тот «священник» когда угрожал немцам?

Акимов покосился на девушку, и пожал плечами закладывая руль вправо.

Свернув на проселочную дорогу, он тяжело вздохнул и произнес.

- Правильные вопросы задаешь Лидка – загадочно усмехнулся он – Но точно сказать не могу. Дело там темное… Очень темное – уже без улыбки добавил Андрей.

Офицер КГБ помолчал еще с минуту, словно пытаясь вспомнить или проанализировать случившееся больше 20ти лет назад.

– В отчете твоей матери о тех событиях, написано коротко - «Массовое помешательство и агрессивное поведение привели к гибели живой силы в расположении противника. Точных данных о причинах данного явления, предоставить не могу». А с ее слов так и вообще - беспорядочная пальба, агрессия…Чертовщина какая-то! – вздохнул Акимов.

Лида вздрогнула, вспоминая видения прошлой ночи. Черный провал, из которого веяло могильным холодом, и жуткий пронзительный вой.

Видение, которое напугало её до полусмерти.

Или не видение?

Выехав на проселочную дорогу «Волга», сбавила ход из-за ухабов и въехала в поселок не спеша. Вокруг совсем рассвело, но улицы не казались оживленными. Изредка мимо пробегала собака или курица. Не более того.

Людей видно не было.

Местный участок милиции, в отличие от покосившихся домов, выглядел аккуратным и ухоженным. Хотя, выведенная краской на стене постройки надпись «Милиция», -смотрелась немного нелепо.

На площадке возле участка, и притормозил Акимов. Хлопнув дверями черной «Волги», офицеры поднялись по крыльцу и вошли внутрь прохладного помещения.

В приемной тоже было пусто.

- Где все? – развел руками майор. Он бросил планшет на край рабочего стола – Есть кто ни будь?! – позвал Андрей заглядывая в подсобное помещение, по совместительству служившее «обезьянником».

- Носов?! – позвала Лида своего напарника – Серега, ты тут?!

Громыхая тяжелыми шагами по деревянному полу, Акимов пересек помещение и подошел к окну. Откинув занавеску в сторону выглянул на задний двор.

Тоже пусто.

Пусто, да не совсем.

Метрах в двадцати от участка, на задворках стоял человек. Раскрасневшийся под солнцем, полный. Голова его подрагивала будто от нервного тика. Стоял не шевелясь, и упрямо глядя перед собой.

В окна участка.

По спине Акимова прошел легкий озноб.

Даже с такого расстояния, майор видел его бессмысленный взгляд.

- Какой странный тип… – хмыкнул Андрей Васильевич, указывая за окно и продолжил рассуждать – Может дурак местный? Да что-то одет по-городскому. Подтяжки… И рубахи такие недавно в ГУМ завезли. Очередь за ними я запомнил.

Лида прильнула к окну, и на миг оторопела, узнав в этой фигуре Григория. Их попутчика и соседа по купе.

Толстяк загадочно сгинул сразу после остановки поезда, и Лида обещала сестре мужчины, помочь с поисками.

- Я его знаю! – выдохнула Исаева-младшая и почти бегом двинулась к выходу.

- Ты куда?! – растерялся Акимов.

- На минуту, Андрей Василич. Сейчас вернусь! – на ходу бросила девушка и выскочила на улицу.

Офицер КГБ снова откинул занавеску, и поглядел в сторону незнакомца.

Того и след простыл.

Поразмыслив еще секунду Акимов сунул руку под пиджак. Щелчком проверив патроны в магазине, майор ударом ладони загнал его в рукоять...

Выбежав на задний двор, и не обнаружив Григория, Лида огляделась вокруг. Вниз по склону вела узенькая тропинка, которая, петляя, обходила небольшой овраг и упиралась в колодец.

Скинув неудобные туфли, девушка быстрым шагом засеменила по траве вниз.

- Гриша! – позвала она – Григорий, это я, попутчица ваша, Лида! – внутри девушки пульсировал не только служебный долг помочь душевнобольному человеку, но и элементарное сострадание. Мало ли куда такой забредет?

- Григорий?! – снова позвала она сложив руки рупором.

В ответ деревья тихо прошелестели листьями на летнем ветру. Других звуков не было.

В растерянности остановившись у колодца лейтенант шагнула к краю обрыва, и осторожно наклонившись, заглянула вниз.

Пусто.

Только коряги, и стойкий запах падали. Черт побери, кому хватило ума пить из этого колодца? И для чего его вообще выкопали у оврага? – мелькнула мысль в голове оперативницы.

- ГДЕ ОН?! – вместе с этим вопросом, цепкие и сильные пальцы вонзились в плечо девушки, разворачивая её на 180 градусов.

Лида развернулась, лицом к лицу столкнувшись с разъяренным попутчиком. Лицо Григория буквально перекосило от ярости и бешенства.

Вздрогнув от неожиданности, лейтенант потянулась к пустой кобуре, и в который раз не обнаружила в ней пистолета.

- Я знаю, ты встречалась с ним! – вновь заорал Гриша– ВЫ ВСЕ ЗАОДНО! – из глаза его брызнули слезы – Говори, где он держит их?! – сумасшедший все сильнее сжимал пальцы, причиняя Лиде боль.

- О ком вы?! – пытаясь вырваться из цепкой хватки, спросила Лида – Я не понимаю!

- Где Иван?! – срываясь на хрип прорычал пожилой мужчина – Я видел его из поезда. ВИДЕЛ!

Нервы оперативницы сдали, и она вцепилась в запястье сумасшедшего. Быстро взяв его на излом с хрустом вывернула.

Гриша взвыл от боли, и на подкосившихся ногах, попытался сделать шаг. Однако, девушка тут же завернула его руку за спину, и бросив мужчину на траву сняла с пояса наручники.

- Посидите в браслетах, до выяснения обстоятельств! – защелкивая замки проговорила она, и пристегнула Григория к колодезной цепи.

Тяжело дыша Лида отступила назад.

Но пленник и не думал успокаиваться.

Вскочив, он словно цепной пес прыгнул вперед. Однако тут же завизжал остановленный цепью, и крутанувшись по инерции упал лицом в траву.

- Твою же мать – выдохнула Лида, и опустилась на землю вытирая со лба пот…

Петер Кляйн еще раз глубоко затянулся сигаретой, провожая взглядом удаляющегося Ивана. Косматый, русский бородач шагал по тропе удаляясь в сторону закатного солнца.

Выпустив струю сизого дыма, немец отпустил занавеску и обернулся к Татьяне. Девушка задумчиво пила чай в углу комнаты.

- Конечно, вряд ли этот безумец опасен… – вздохнул Кляйн – Но, мне непонятна твоя жалость. Чем раньше мы очистим эту землю от мусора, тем проще будет нашим семьям устроиться тут – прищурившись спросил Кляйн у своей помощницы.

- Долго он не проживет. Сумасшедший фанатик. Скорее всего получит пулю от наших патрулей – проговорила Исаева, продолжая смотреть в одну точку, и отхлебывая горячий чай.

Сегодня, она перечеркнула все, чему её учили в разведшколе. Плюнула на осторожность и пошла «ва-банк», отпустив отца Ивана на свободу.

Имела ли она право так рисковать?

Нет.

Савина конечно вернули в подвал, допросили еще раз. С пристрастием. И на этот раз не обошлось без переломов. Он сидел в погребе соседнего дома, прямо сейчас. Измученный, голодный. Лишенный единственной радости в виде избавительной пули.

- Я иду спать – вздохнула Таня, поднимаясь из-за стола, и направляясь к двери.

- Татьяна! – окликнул её Петер – Погоди!

Девушка остановилась, не отпуская дверную ручку, и обернулась к немцу.

- Мы оба очень устали – развел руками Кляйн – И знакомы с тобой уже давно. Может скоротаем этот вечер за бутылкой вина? – улыбнулся немец.

- Петер... – устало усмехнулась она – Давай отложим это до завтра? У меня был тяжелый день.

- Обещаешь? – с надеждой и почти без акцента переспросил немец горько усмехнувшись – Я так долго жду этого вечера, что кажется прошла вечность! Ты же знаешь, что я даже выучил русский только ради тебя. Мне ненавистен этот язык...

- Обещаю, Петер – натянуто улыбнулась Исаева и вышла прочь.

Уже на ходу, во дворе, ее буквально передернуло от мысли о близости с «этим». Если до завтра не получится сбежать вместе с Савиным, то лучше смерть.

На том и порешив, она зашла домой и скинула ненавистную черную форму. Раздевшись, Таня с тяжелым вздохом легла на кровать и почти сразу уснула.

Но ненадолго.

Проспала она часа два, может чуть больше. Проснувшись от чудовищного шума стрельбы и криков ужаса, Таня сонно вскочила с кровати. Метнувшись к окну, она раздвинула занавески и обомлев от зрелища застыла.

Снаружи творился настоящий хаос.

Охваченная пламенем и застеленная дымом деревня, буквально сходила с ума. Гремело ржание лошадей проносившихся мимо, скрипели телеги, визжали женщины и дети.

Беспорядочная стрельба солдат перекрывала крики ужаса. Одетые в нижнее белье немцы агрессивно палили в сторону дымной пелены ползущей по улице. Те, у кого не было в руках оружия отмахивались палками, или бросали камни.

Никаких команд или приказов.

Только проклятия и молитвы.

Казалось, что там, в этой стене наступающего дыма скрывается враг. Беспощадный, неуязвимый и смертоносный.

Атака Красных? Нет…– эту версию Таня отмела сразу – По данным разведки, до советских войск было не менее двухсот километров. О наступлении, ее бы наверняка предупредили.

Тогда что это?

Безумие?

- Аленка?! Алёнушка?! – раздался пронзительный, истошный вопль. Прозвучал он так громко и отчаянно, что перекрыл все остальные – Доченька! Аленка! Светик, миленькая! – продолжал вопить человек.

Таня прилипла к стеклу пытаясь рассмотреть кричавшего, и вскоре ей это удалось.

Кричал местный полицай Гришка.

Самый лютый и беспощадный из всех несмотря на свои юные годы. Тот, что казалось не способен на чувства и жалость. И сейчас, этот цепной пес эсэсовцев заходился в истошном вое скорби.

Его сестра, стоявшая рядом, пыталась оттащить обезумевшего от горя парня, от пылающей избы.

Но тот продолжал рваться вперед.

Даже с такого расстояния Таня видела ожоги и черные опалины на коже Григория. Но его не останавливали раны. Продолжая выкрикивать имена жены и дочери, полицай продолжал рваться вперед.

Прямиком в бушующее пламя.

«Надо осмотреть избу, возможно Света и Аленка успели спрятаться в подпол» – с этими мыслями Татьяна оделась и толкнув плечом дверь выскочила в сени.

Дальше она не смогла сделать и шагу. Перед ней, в танцующих отблесках пожара, стоял «отец Иван».

- Куда прешься?! Не видишь, гибель там! – пробасил он, и невероятно сильным толчком руки отбросил Исаеву назад.

Упав спиной на пол, Таня по инерции пролетела еще пару метров и врезалась в стол. Тяжело шагая, Иван вошел следом, и закрыл за собой дверь. Бросив короткий взгляд на оружие выпавшее из рук Татьяны, он поднял «люгер» с пола.

Чуть покрутив его, и разглядев в оранжевом свете пожаров, «священник» перевел ствол на девушку.

- Смирно сиди, худого тебе не сделаю! – сказал отец, усаживаясь на табурет – Переждем сколько требуется, и пойдем второго вытаскивать – в голосе Ивана отчетливо сквозил старорусский говор.

- Какого еще второго?! – потирая ушибленный бок Исаева вскочила на ноги и снова метнулась к окну.

Изба Гришки-полицая наконец обрушилась, не оставив никаких шансов тем, кто был внутри. Грохот обожжённых бревен снова перекрыл вой парня.

- АЛЁНКА! – истошно прокричал он, и упав на колени вцепился пальцами в свои волосы.

- Второго, которого фрицы со мной вешать хотели – невозмутимо пробасил Иван – Чую, что с него толк выйдет хороший. С собой позову, пущай помогает мне – он шмыгнул носом, и отер закопчённое лицо рукавом.

- Что там вообще происходит?! – Таня врезала ладонью по стеклу – И зачем ты назад пришел? Я тебя кое-как от расстрела спасла! Идиот, чокнутый!

- За тобой и пришел. За тобой и за вторым – спокойно ответил бородатый гость – А чего происходит-то? - Иван перевел взгляд, на хаос за окном – Так черти за фашистами пришли, как я и обещал! - с недоброй усмешкой добавил он…

Поднявшись на холм в поисках Лиды, майор Акимов посмотрел вниз. И тут же стал свидетелем картины, которая заставила содрогнуться даже его. Бывалого оперативника и фронтовика.

Прикованный наручниками к колодезной цепи человек, будто бешенный пес кидался на Лиду, изрыгая проклятия и отборный мат.

Длины цепи, не хватало и он, обдирая запястья в кровь тянул руки к горлу девушки, издавая жуткие хрипы.

- Ненавижу вас, мрази! – рычал прикованный пленник - Убью! Убью! Ребенка загубили! Жинку из-за вас потерял! ВЕРНИ!– надрывно хрипел Гришка исходя клочьями пени изо рта – ВЕРНИ ИХ!

Ободранные пальцы мужчины, с переломанными ногтями, мелькали буквально в нескольких сантиметрах от лица лейтенанта.

- Это еще что такое?! – на ходу спросил Акимов, быстрым шагом спускаясь вниз – Лида, кто этот человек?!

Увидев майора, Гришка сорвался на безумный смех. Запрокинул голову и упал лицом в траву содрогаясь то ли от хохота, то ли от рыданий. Через пару мгновений он скорчился и вдруг затих.

- Лида, кто это черт побери?! – вновь спросил Акимов, попутно прощупывая пульс у потерявшего сознание мужчины – Может, объяснишь уже?!

- Объясню, когда сама разберусь – продолжая смотреть Григория, ответила Лида – Вы не нашли Носова?

- Да я и не искал – развел руками майор – Услышал крики, потом увидел этого у колодца и тебя. Сразу сюда двинул!

Из рощи послышались отчетливые хлопки выстрелов.

Два подряд, а затем еще один после короткой паузы.

Опера быстро переглянулись и столкнув обмякшего Григория в тень, бросились на звуки стрельбы….

***

Просидев еще минут пять на полу, Татьяна отняла руки от ушей. Крики Гришки смолкли, теперь слышались только звуки общего бедствия.

Не говоря ни слова, Исаева собрала волосы в хвост на затылке и прихватила их куском тонкой проволоки.

Бросив еще один короткий взгляд на улицу сквозь занавески, она решительно направилась к выходу.

- Погоди – пробасил Иван – Рановато будет!

- Кроме фашистов, там и мирные люди страдают – остановившись у дверей ответила Таня – Мне плевать что там, даже если ты открыл ворота в ад!

- Ты почти угадала – недобро усмехнулся в бороду Иван – Не торопись, коли жизнь дорога. Подождем еще часок, покуда черти пропляшутся.

- Можешь оставаться, если сам боишься того, что натворил – ответила Таня, не обращая внимания на его ухмылку – Отдай оружие!

Девушка протянула руку, и взяв люгер за ствол, выхватила его из пальцев Ивана.

Покрепче стиснув рукоять пистолета, Таня прошагала через двор, и рывком открыв калитку, вышла на пылающую улицу деревни.

Позади себя, она услышала скрип крыльца.

Безумец вышел следом.

Исаева обернулась и увидела, что Иван сильным рывком разорвал надвое тряпицу. Отбросив одну из половин, он обмотал лицо второй. Затем протянул руку и смазал двумя пальцами сажу со стены.

Размашистым движением начертил на своей маске черный крест.

В руке Ивана как и прежде блестел топор.

- Шагай, чего встала?! – не отнимая тряпки от лица, пробубнил тот – Теперь уже поздно сворачивать! Заодно и поглядим, кого я спас. И не ошибся ли в тебе?!

Таня не поняла ни слова из того что сказал Иван, но сердце подсказывало, что ей самой, вот-вот придется увидеть «чертей».

Взяв себя в руки, она зашагала вперед, выставив перед собой ствол люгера.

Обезумевшие от страха перед невидимым врагом, немецкие солдаты и селяне продолжали в ужасе проноситься мимо.

Дым ползущий от большого костровища на холме, чётко отдавал запахом пряностей. Незнакомым, дурманящим ароматом, который казалось вползает прямо мозг.

Исаева обернулась назад.

Шагавший следом Иван, развязал свою наплечную сумку, и молча вытащил небольшой мешочек. Запустив в него пальцы, он достал изнутри несколько сушеных грибов, и сжал ладонь.

Сушенки с хрустом рассыпались в пыль.

Бормоча нечто невнятное, Иван шагнул ближе к пылающей ограде соседской избы, и бросил толченые грибы в огонь. Широким, размашистым жестом.

Так, будто развеивал прах.

Пыль вспыхнула тысячей искр, и вместе с порывом ветра накрыла Татьяну.

Девушка открыла рот словно от недостатка воздуха, и полной грудью втянула уже знакомый аромат пряностей. Обогнув ее, поток отравленного дыма потянулся дальше по улице, наполняя легкие перепуганных жителей и солдат.

Заметив этот вдох, Иван усмехнулся, и опершись на топор с любопытством уставился в сторону девушки.

Глаза его над тряпкой, хитро прищурились.

Таня со страхом поглядела в смеющиеся глаза Ивана. Затем напряглась, и вскинув пистолет осмотрелась.

Понесло паленой шерстью. Мерзкий, удушливый запах быстро заменил в ее носу все остальные.

- Что со мной будет?! - продолжая переводить ствол из стороны в сторону окликнула она Ивана - ЧТО МНЕ ДЕЛАТЬ, ГОВОРИ!

- Помолись! - вздохнул тот, и закинув длинное топорище на плечо, принялся наблюдать за паникой вокруг.

Запах шерсти стал невыносимым, и Татьяна поймав его направление застыла. Пистолет в дрожащих руках ходил ходуном, ноги подкашивались.

Она всмотрелась в клубы дыма, и вскоре уловила очертания. Очертания неизвестности. Темной, пугающей.

И неизвестность зарычала в ответ.

Прямо из пламени пожара соседней избы, гулко сотрясая землю могучими лапами, вышел огромный бурый медведь.

Шерсть зверя была опалена и скрючилась черной коркой.

Распахнув слюнявую пасть, он принюхался и не обращая внимания на пробегавших мимо людей, направил взгляд на Татьяну. Из-за клыков гиганта понесло смрадом, и эта вонь была куда хуже прежней.

Огласив улицу громогласным рыком, зверь тяжело двинулся вперед набирая разгон.

Таня растерянно оглянулась назад, но Ивана уже и след простыл. Не придумав ничего лучше, она прицелилась в морду зверя и открыла огонь.

Вспышки выстрелов освещали пыльную дорогу, лицо Татьяны, и даже обугленные доски валявшиеся кругом.

Все, кроме зверя.

Пули вонзались в шерсть, оставляя все новые раны на теле громадного медведя, однако, он словно не чувствовал их. Разъярившись до предела, тлеющий углями хозяин тайги набрал разгон, и прыгнул вперед замахиваясь лапой для смертельного удара.

Таня метнулась в сторону, чудом увернувшись от когтей.

Грузно опустившись на землю после прыжка, зверь с удивительной скоростью развернулся на месте и снова пошел в атаку.

Расстояние было очень мало, и шансов увернуться судьба не оставила. Девушка попятилась назад и зажмурилась от страха.

- Говорил я тебе, рано полезла! – пробасил Иван у нее над ухом, и обхватив за талию рывком поднял Таню на ноги - И еще и свежака хапнула. Дуреха!

Она открыла глаза, и увидела, что зверь остановился в нескольких шагах за спиной безумца. Он замер, но продолжал смотреть.

Прямо в глаза Татьяне.

И только сейчас она заметила шрам на море бурого гиганта. Длинный, от носа и до правого глаза. Тот самый, который сама оставила неосторожным выстрелом. Еще до войны. На охоте вместе с дедом.

Тот медведь, который увел ее в самую гущу тайги.

- Медведь… - растерянно проговорила она, пытаясь показать Ивану на зверя, но безумец казалось не слышал её - Это тот же медведь, что я видела в детстве. Это он! ОТКУДА ОН ЗДЕСЬ?!

- Говорил тебе обожди, нет полезла дурная… - вздохнул он – Показывай давай! В каком доме второго держат?

- Медведь... Я знаю его! - не унималась Таня, и вновь вернула взгляд к зверю - Знаю!

Однако образ могучего хозяина тайги растаял вместе с уплывающей пеленой дыма.

Будто мираж.

- Где Петр?! - снова тряхнул ее Иван - В КАКОМ ДОМЕ?!

Девушка перевела растерянный взгляд на безумца, а затем огляделась.

- В этом... – указала пальцем Таня, до сих пор не веря в происходящее.

Запах паленой шерсти, стойко полз по улице, вслед за ней…

***

С опаской оглядываясь назад, Татьяна толкнула дверь в нужный дом.

Внутри помещения все было перевернуто вверх дном. Бездыханные тела двух немецких офицеров лежали в центре комнаты. Из-за дыма и темноты, рассмотреть их лиц, она не смогла.

В дальнем углу помещения, угадывался силуэт еще одного человека. Живого.

Он сидел на табурете, упершись в колени локтями.

В руках его , среди отблесков пожара сверкало лезвие ножа. Грязное, в потеках и зазубринах.

Тяжелое дыхание человека было слышно даже тут, у двери. Несмотря на ужасающие крики и треск огня доносившийся снаружи.

- Петер? Это ты? – окликнула его девушка, не решаясь сделать шаг дальше, в темноту.

Таня закашлялась.

Удушливый дым, и запах гари доносившиеся снаружи, проникали в дом.

Иван замер в дверях, охраняя вход от нежеланных гостей.

Таня, наконец решилась и подошла ближе к человеку в углу.

- Сейчас, когда все кончено... – вдруг проговорил тот – Ответь мне, Иван... Ведь так тебя зовут? – продолжил говорить он – Можно ли то, что случилось, назвать судом? Или это бойня?

Девушка придвинулась вплотную к очертаниям тени. И перед Исаевой, в свете танцующего пламени предстало лицо Савина.

Таня резко обернулась к телам на полу.

Петер и Вальц.

- Что тут случилось, Петр Николаевич?! – обеспокоенно спросила Исаева, придвигаясь вплотную к командиру.

- Он распылил какую-то отраву – Савин махнул ножом в сторону Ивана, стоявшего на входе – Поначалу я поверил в его чудеса, когда фашисту не удалось казнить нас. Но теперь, глядя на все это… - он кивнул в сторону окна – Теперь знаю что нет чудес, чертей, ада… Только один умник, который научился пускать пыль в глаза!

С этими словами, Петр резко встал со своего места и шагнул в квадрат оранжевого света.

Татьяна отпрянула назад от увиденного.

Нижнюю половину лица Петра скрывала влажная тряпка, обмотанная вокруг головы. Руки по локоть, да и оставшаяся часть лица, были забрызганы алыми потеками.

Полковник выглядел будто мясник. Пламя за окнами на мгновение вспыхнуло ослепительно ярко, осветив соседнюю комнату. Она была буквально завалена телами немцев. Большинство лежало у входа.

Казалось, что они видели гибель своих товарищей, но продолжали бросаться вперед. Бессмысленно. Без оружия.

Как мотыльки на огонь.

- Они кричали, что видят свет! – указав ножом на тела, усмехнулся Савин – Каждый хотел прикоснуться к какому-то сиянию! Я работал ножом, до тех пор, пока поток ублюдков не закончился... – равнодушно развел руками полковник – И знаешь что? – обратился он к Тане – То, что они описывали, вовсе не похоже на кошмар. Наоборот, на лицах этих бедолаг – счастье!

Немного придя в себя от увиденного, девушка медленно повернулась к Ивану.

Тот продолжал стоять в дверях, тревожно вслушиваясь в ночь.

- Ты говорил, что покажешь им страх! - пафосно усмехнулся Петр - Пугал кошмарами! Обещал, что выживут только святые и чистые! - он перевел взгляд на комнату с немцами - И вот, что я тебе скажу, чокнутый ты хрен... Получается... Что каждый из них был чист душой! - прошептал полковник в лицо Ивана - Все до одного видели ангелов! ВСЕ!

Глаза Савина блеснули безумием. Как и его улыбка в оранжевых отсветах.

- Ты отравил всех, так ведь? – покачала головой Таня, обращаясь к Ивану – Всю деревню... Никого не пожалел, от мала до велика. Всех! Из-за своих идиотских бредней которым грош цена!

- Те кто чист душой, спасутся. Не увидят Зла – спокойно ответил Иван – Дети так точно. Не о чем переживать! – вздохнул он так, будто только что выполнил очень тяжелую работу - Все к добру!

Сорвавшись с места, Татьяна бросилась к нему, и схватив за руку толкнула к окну.

- Посмотри что ты наделал! – сотрясаясь от злости и отчаяния, выкрикнула она - СМОТРИ!

Однако ожидаемого эффекта не получилось. Вместо этого, Татьяна с ужасом обнаружила, что ветер унес дым в сторону. Солдаты постепенно приходили в себя, растерянно оглядывая друг друга и происходящее. Кто-то уже успел схватиться за оружие.

Токсин прекратил свое действие.

Савин подошел следом, и оборвав занавеску уставился на улицу. Один из немецких лейтенантов поднял мутный взгляд. Заглянул в избу, и встретившись глазами с разведчиком - застыл.

Простояв так пару секунд, он набрал в грудь воздуха, и что было сил закричал, призывая на помощь.

Все еще слегка покачиваясь от отравления, немцы сориентировались. И уже через пару секунд бросились к избе, где скрывалась Таня, Иван и Савин.

- Уходите, я их задержу сколько смогу – пробасил Иван, поудобнее перехватывая топор – До того приговор был, а теперь исполнение – лицо его исказила недобрая усмешка.

- Пойдем! – Савин взял Таню за руку, попутно разматывая тряпку на своем лице – Пусть убедится, что он не святой. Хотя бы перед смертью – с усмешкой добавил полковник.

Снятую с лица тряпку, полковник намотал на кулак, и несколькими сильными ударами, выбил раму окна вместе со стеклами. Очистив её от осколков, он выбрался сам, и подал руку Тане.

Иван замер у дверей словно каменное изваяние. Вскоре во двор, а потом и на крыльцо вбежали несколько немцев.

- Не убоюсь я Зла! - закрыв глаза прошептал Иван, а затем нанес удар чудовищной силы - Потому, что Ты со мной! - выдохнул он.

Топор прошел через солдата будто сквозь масло и врезавшись в косяк - застрял. Немец натужно захрипев повалился назад.

Бежавшие вслед за ним, отшатнулись.

- Заходите, гости дорогие! – проорал им Иван – Угощения на всех хватит! - он тут же ушел с линии огня, скрывшись в сенях.

- Entzünden! (поджигай) - скомандовал лейтенант.

Подхватив стоявшую у ворот канистру с бензином, один из бойцов СС облил стены дома. Затем, хлопнув спичкой бросил ее вперед, и избу почти сразу же охватило трескучее пламя.

Остальные солдаты окружили дом, и взяли на прицел окна. Хата вспыхнула как факел. Крыша рухнула уже через пару минут.

Но изнутри не донеслось ни звука...

***

Тем временем Татьяна и Савин, выбравшись за пределы села, бежали по ночному полю. Отблески огня от поселения, все еще отбрасывали блики на траву и деревья.

- Я видела чем он травит! – на бегу бросила Исаева, попутно скидывая форменный пиджак – Это какие-то грибы, или трава. Точно рассмотреть не смогла.

- Слышал о подобном, в конторе - на бегу отозвался Петр - Судя по тому, что я видел, сходство полное. Но есть одна загвоздка.

- Какая? - остановившись отдышаться спросила Таня.

- Насколько я знаю. - Савин склонился упираясь в колени - Эта отрава. Кажется она называется "Cinis de sanctorum". Растет только на Уральских горах...

- Разделимся тут – полушепотом проговорил Акимов на подходе к роще – Возьми мой ствол – он вытащил Макаров, и протянул его Лиде.

- Хорошо - кивнула девушка, привычным движением проверив наличие патронов – Если что, дам предупредительный в воздух. Если два… значит беда – усмехнулась она.

Затем собирала волосы в хвост и прихватила тонкой проволокой.

- Внимательнее будь, и беды не будет! – подмигнул Андрей Васильевич, и отодвинув кусты в сторону растворился в зарослях.

Исаева-младшая перехватила поудобнее пистолет, и двинулась навстречу деревьям, по высокой, сочной траве. Лиде было не по себе. В последний раз, когда она входила в лес, за несколько километров отсюда, кончилось это настоящей чертовщиной. Это даже приключением не назовешь, просто безумие из прошлого, которое вплело свои нити в настоящее.

И теперь ей снова стало страшно.

Первая половина истории, складывалась в её голове в цельную картинку. И теперь соединяя части головоломки, Лида вполне могла понять, что происходит. Особенно благодаря истерике Григория.

Его невнятные вопли смогли пролить свет на многое.

Осторожно ступая и оглядывая каждый куст, Лида сосредоточилась. На событиях прошлого и настоящего, выстраивая их в единую цепь.

"Отец Иван", как он себя называет, человек явно глубоко верующий. Но это не мешает ему проливать кровь. Девушка сильно сомневалась в том, что свой титул священника, этот громила получил от церкви, скорее всего присвоил его себе сам.

Он обладает огромной силой, и сильнейшим даром убеждения.

По рассказам получается, что этот человек выходец с Урала. И во Владимирскую область, прибыл либо во время войны, либо чуть раньше.

Это объясняет наличие токсина. Он привез его с собой, с гор.

Зачем?

Скорее всего он просто сумасшедший, и искренне верит в то, что через эту отраву показывает людям их собственные грехи и страхи. А дальше, либо казнит, либо милует молитвами.

Для чего тут Савин?

Этот ответ очевиден - он ищет токсин.

Но что означают его слова о том, что у Ивана есть нечто способное спасти жизнь в конце пути? Неясно.

Что это в конце концов? Грибы? Трава? Где он берет эту дрянь?

Эти ответы еще впереди, как и ответ на главный вопрос.

В кустах раздался тихий стон, и Лида замерла прислушиваясь.

Стон повторился...

Девушка уже не раздумывая двинулась на звук, раскидывая руками кустарник и высокий папоротник. Молодой паренек, лет двадцати в милицейской форме, лежал среди зарослей. Гимнастерка намокла от ран. Несколько ножевых.

Лида мгновенно оценила обстановку - кобура участкового пустовала. А значит, надо быть вдвойне осторожнее.

Опер быстро опустилась на колени, разорвала китель и оглядела раны милиционера.

- Что здесь произошло? – махнув удостоверением, коротко спросила она.

- Эти двое… - с трудом проговорил тот в ответ, зажимая рукой рану – Которых привел один из ваших… - он кивнул на удостоверение Лиды – Мы немного отвлеклись… Точнее они отвлекли нас. И...

- На что отвлекли? – нахмурилась Лида.

- На партию в карты- виновато вздохнул участковый и закашлялся.

- Не поняла – потрясла головой лейтенант – Вы с ними играли? Или не запирали арестованных?

– Запирали. Потом ваш этот Носов, повелся на уговоры сыграть... Тот, что покрепче, улучил момент и об решетку меня, ключи вырвал и оружие – сморщился милиционер - Виноват… Был бы жив… - опустил глаза паренек.

- Идиоты… – прошептала она потирая лицо – Будешь жив, куда ты денешься? – вздохнула Лида, снова оглядывая раны – Ничего важного не задели. Скажи лучше, в какую сторону они рванули? И где Носов?

- Гнались мы за ними… Меня второй вырубил исподтишка. Потом ножом… - молодой поморщился от боли – А ваш… Серега, он за ними побежал. Туда… – парень указал вглубь рощи.

- Продержишься еще минут десять? – поглядывая в указанном направлении, спросила Исаева.

- Думаю да – кивнул милиционер.

- Я мигом – заверила его Лида, и поднялась во весь рост, выставив перед собой ствол Макарова.

Чем дальше она ступала в рощу, тем темнее и гуще становился лес. Небольшой островок зелени со стороны, внутри оказался настоящей чащей.

Звуков почти не было, и от того напряжение внутри Лиды росло. Она готова была открыть огонь на любой шорох или треск ветки.

Учитывая то, что у беглых имелось оружие, ей было чего бояться. Треск веток, которого она так напряженно ждала, раздался сзади. И почти сразу же в плечи Лиды вцепились сильные пальцы.

Выстрелить или закричать она не успела.

Нападавший повалил девушку на землю и сильным ударом по затылку, лишил её возможности сопротивляться. Обессиленно цепляясь за траву, Лида попыталась вырваться, но силы были явно не равны.

- Ты мне сразу понравилась! – вспарывая на ней одежду ножом и обдав зловонным дыханием, прохрипел татуированный – Хорошая, ладная. Порезвимся немного, а потом отправлю тебя к праотцам. Тут и кладбище рядом, так что в обиде не будешь!

Треснула юбка, вместе с ней и все остальное.

Лида отчаянно пыталась дотянуться до пистолета, или хотя бы позвать на помощь, но её рот, будто удила прорезал кусок ткани, не давая произнести ни звука.

Послышался звон пряжки на ремне уголовника, дыхание его участилось. Расстегнув молнию ширинки татуированный довольно оскалился.

Все прекратилось в один миг, вместе с глухим звуком удара.

Потеряв сознание, а может и испустив дух, шулер свалился с Лиды на траву, словно тюфяк. Исаева перевернулась на спину, и слегка придя в себя, рассмотрела знакомое лицо.

Над ней, сжимая в руках увесистую корягу, стояла Тамара. Та самая женщина с которой она виделась у костра. Та, которая отказывалась зашивать её порванный пиджак и настаивала на допросе.

Та, которую Лида невзлюбила с первого взгляда.

- Вот мразь какая! – Тамара с ненавистью плюнула на уголовника. Тот лежал со спущенными штанами, уткнувшись лицом в землю – Сволочь каких поискать! – добавила она, и отвесила несостоявшемуся насильнику, пинок под ребра.

Отбросив в сторону тяжелую корягу, Тамара протянула руку Лиде.

- Вставай, дело есть. Потом поблагодаришь! – настороженно оглядываясь вокруг, проговорила она.

- Тамара? – нахмурилась Лида – Ты откуда тут? Я думала вы ушли всей общиной!

- Кому Тамара, а кому Алена Григорьевна! – хмуро ответила та – Уходить надо, потом все вопросы…

***

Тем временем, у колодца где лежал Григорий, объявился еще один гость.

Могучий, седой старик с пышной бородой. Он осмотрел прикованного Гришку, и присев рядом на корточки, хлестанул того по лицу.

Не помогло.

Подхватив колодезное ведро, отец Иван выплеснул воду в лицо пленника, и упер руки в бока, ожидая когда тот очнется.

Григорий с трудом разлепил глаза и потирая ушибы, приподнялся.

- Ну здорово, старый друг! – зычным басом проговорил Иван – Загораешь?!

Увидев кто перед ним, Гришка моментально вскочил на ноги не смотря на свой возраст и вес.

Ошалело глядя на деда, он затрясся от ярости.

- Вижу что признал! – по-доброму захохотал Иван – Пойдем, пора нам с тобой в путь! – шагнув ближе, спокойно произнес он.

- В какой еще путь, паскуда?! – нахмурился Григорий, попутно осмотревшись в поисках камня или палки - Ты поближе подойди! БЛИЖЕ! - он опять рванулся как пес на цепи - Убью за Аленку! За Светку убью! ГАД!

- В последний путь, дружище. В последний… Туда, где все началось! – мрачно отозвался священник, и рванув колодезную цепь к которой был прикован пленник, оборвал её будто нитку.

Григорий бросился вперед рыча от ненависти. Увернувшись от атаки Иван нанес удар обухом, снова лишив Гришку сознания. Молча развернувшись, он зашагал по тропинке, волоком утаскивая за собой Григория.

Будто сани на веревке...

***

Прикрываясь лохмотьями порезанной одежды, Лида поднялась на ноги, и застегнула шулера в наручники.

- У нас нет времени – поторопила её Тамара.

- Я очень благодарна тебе – вытирая пот со лба, и тяжело дыша после схватки ответила Лида – Но у меня тут раненный участковый, напарник на погоне идет за вторым уголовником, и еще один у колодца. Тот, у которого целая куча ответов на мои вопросы.

- Ты наверное не поняла меня! – резко подступив вплотную к девушке, произнесла Тамара – Иван со своими молодчиками загреб и твоего напарника, и... отца моего. У нас нет времени, надо остановить их!

- Как это... – недоуменно развела руками Исаева – Зачем они им?!

- Твоему Сергею и этому второму, он промоет мозги, как и всем остальным! Ты не заметила, что деревня опустела? – повысив голос, наступала Тамара – Этот человек опасен, и его надо остановить немедленно! Пока он не натворил дел!

- Подожди! – Лида подняла ладони в останавливающем жесте, пытаясь разобраться в происходящем – Зачем ему люди? И почему отпустили меня?

- Он знает куда ты едешь, этот ваш… - женщина напрягла память, пытаясь вспомнить имя.

- Савин? – подсказала Лида.

- Да! – кивнула Тамара – Он с ним заодно, и это он выдал ему твою цель. Еще задолго до того как остановился поезд. До того как ты вообще в него села! Идем же. Скорее! - она опять потянула Лиду за собой.

- Зачем это все? - лейтенант ГБ нахмурилась, чувствуя, что запуталась окончательно. И вырвала свою руку из цепких пальцев женщины.

Тамара тяжело вздохнула и с тревогой огляделась.

- Еще в военные годы, когда немцы вошли в нашу деревню... - наконец произнесла она - Мой отец сразу пошел в полицаи. Он и все остальные жители сдались без сопротивления. Все, кроме местного батюшки...

- Ивана?

- Да - кивнула Тамара - Ну те естественно говорить с ним не стали особо, и приказали моему отцу отвести семью Ивана на расстрел - на лице женщины мелькнула горечь - Он приказ выполнил. Только вот Иван выжил, и сбежал. Не знаю где его носило, но через год он вернулся. Руководство немецкое к тому времени сменилось, да и солдаты тоже. Его никто не узнал.

- А дальше? - прищурилась Лида.

- А дальше, он вошел в поселок - вздохнула Тамара - Пришел спокойно, разведал что и как. Его даже схватили, правда отпустили потом. Осмотрелся, а ночью... Ночью пришел к нам домой. Отца оглушил обухом, мать тоже. Меня спеленал. Мать и меня уволок на задворки, а хату поджег. И только потом я начала понимать, что вместе с огнем и дымом от нашей хаты, он по деревне дурман пустил.

- Так это все из-за мести? - повела бровью Лида.

- Сначала мстил за семью - кивнула женщина - А затем возомнил себя Высшим Судьей. Видать после той ночи поверил в силу свою.

- А почему отца твоего не убил сразу?

- Говорит - "Жить с этим больнее, чем умереть" - вздохнула Тамара - Мол я живу страдаю, и он пусть тоже. Только вот вышел срок видимо. И Иван отца сюда заманил не случайно. В этом году на Перевале созрел урожай.

- Урожай? - мозаика в голове Лиды складывалась, но очень медленно, нехотя - Урожай чего?!

- Дурмана, которым он пользуется. Уральский. Там он его и нашел в своих скитаниях - ответила Тамара - Только он еще много чего говорил. Говорил, что в этом году дурмана хватит, чтобы Москву судить. Главную обитель Греха.

Лида напряглась пытаясь анализировать.

Если этот Иван не дурак, то костры по Москве жечь не станет. Значит у него есть другой план.

Вода?

Мука?

Что?!

- Нам надо спешить - поторопила ее Тамара - Иван говорил, что мой отец станет последней жертвой. Станет тем, кто откроет дорогу к угодьям. И я уверена, что Иван уже заполучил отца.

- Твой отец прикован наручниками в надежном месте - отозвалась Лида - Лучше ответь, как Иван заманил его сюда?

- Поддельное письмо от родни - ответила Тамара - Я сама выдумывала его и писала. Потом ваш Савин остановил поезд в нужном месте, и Иван... Ему достаточно было мелькнуть на глазах у отца, чтобы тот бросился на поиски.

Лида усмехнулась. Она видела множество убийц, маньяков, садистов.

Но настолько изощренных схем, ей еще не попадалось.

Что ж, звучит как вызов! - усмехнулась про себя Лида.

- Нам лучше подыграть ему – в глазах девушки блеснул хищный огонек – От своей цели я не отступлюсь. Но узнаю, где он берет эту дрянь!

- Нет! – глаза Тамары наполнились страхом – Нет, ты не понимаешь! К угодьям на Перевале нельзя пройти без жертвы. Иван твердил об этом сотни раз. Ты погибнешь!

- Ты была там? – прищурилась Лида – Расскажи мне... – она взяла женщину за плечи, и встряхнула глядя в глаза. В голосе Исаевой прозвучали маниакальные нотки – Расскажи, что там? Чего мне бояться?! ЧТО ТАМ?!

- Там… - начала говорить Тамара, но тут же вздрогнула и широко распахнула глаза.

Через мгновение она обмякла и повалилась в траву к ногам Лиды.

Иван опустил топор, и вытер лезвие о широкую штанину.

- Я ведь тебя по-доброму отпустил, дурочка! – усмехнулся в бороду Иван – Зачем полезла разнюхивать? – обращаясь к лейтенанту, спросил он - Это мой край! Мои люди! Мои Законы!

Судорожно сглотнув, Лида перевела взгляд с зияющей раны в спине женщины, в безумные глаза старика. Тот, стоял молча, но в каждом его движении и вздохе, чувствовалась неуловимая, могучая сила.

Нечеловеческая.

- Я тебя не боюсь! – неожиданно для самой себя, выдала Лида – И еще одно… - шагнув навстречу, и выпуская из рук клочья своей одежды, добавила она – Нам с тобой, по пути!

Татуированный уголовник лежавший у ног девушки, пришел в себя. Будто почуяв близость наготы он принюхался. Натужно застонав, шулер вздрогнул и попытался перевернуться на спину.

Иван с кривой усмешкой поглядел в смелые глаза Лиды.

А потом, резко взмахнул топором, и обрушил его на голову шулера, закованного в наручники.

В лицо Лиде полетели горячие брызги.

Уголовник вздрогнул, и дернувшись еще пару раз, затих навсегда.

- По пути говоришь? – мрачно спросил старик, вытирая лезвие о рукав своей рубахи – Ну показывай дорогу тогда!

Девушка молча оторвала клочок от своей располосованной юбки, и вытерев с лица капли, шагнула вперед...

Татьяна постукивала по столу карандашом, глядя на свое отражение в полированной поверхности.

Вырвавшись из прически, тяжелая прядь седых волос упала, повиснув перед лицом женщины.

Она сдула навязчивую прядку в сторону, но та вновь вернулась на свое место.

- Ну за что мне это все, а?! – обращаясь к портрету Брежнева, спросила она – Леонид Ильич, ну скажи? Ты ведь все знаешь! – тяжело вздохнула Татьяна, и хлопнув ладонями по столу, резко встала со скрипом отодвинув стул.

Исаева ткнула в кнопку на коммутаторе и наклонившись к микрофону спросила.

- Света, ты тут?

- Слушаю товарищ полковник? – отозвался тонкий женский голос из динамика.

- От майора Акимова есть новости?

- Никак нет! – ответил тот же бодрый голос.

Таня отпустила кнопку, и выпрямившись устало потерла лицо руками. Прошагав к окну, она отодвинула штору и окинула взглядом Москву.

Как всегда. Суета, беготня, движение.

- Света! – нажав кнопку снова, проговорила Исаева – Организуй мне самолет.

- Так точно… - слегка растерянно ответила секретарь – А куда?

- В Красноярск для начала – вздохнув ответила Татьяна – Я лечу в Сибирь…

- Почему ты не дал ей договорить? – угрюмо глядя перед собой, на ходу спросила Лида – Что там, на Перевале? Что там такого, что заслуживает убийства?

Иван продолжал идти вперед, с топором на плече.

- Сила там дикая… – проговорил он после долгого молчания - Тамарка батю своего опознала, больше она мне без надобности. А ты еще молодая, бодрая, поживи пока. Сгодишься еще.

На дороге, у выхода из рощи виднелся грузовик с людьми. Многие лица были уже знакомы девушке, но не все. Группа оказалась намного больше чем тогда у костра.

Григория держали на цепи, будто пса.

Носов стоял связанный, на коленях, у заднего колеса ГАЗ-63 с кузовом предназначенным для перевозки скота.

- Ты это все устроил ради того чтобы Гришке отомстить? – Лида остановилась, потрясенная своей догадкой.

Иван расхохотался.

- Дуреха ты! – поглаживая бороду, проговорил он – Неужели ты думаешь, что эта мразь заслуживает хотя бы одного моего движения?

- Тогда зачем?

- Ну, тут я двух зайцев убить хочу! – снисходительно посмеиваясь продолжил Иван – Во первых точно знаю, что душа у него темная, и поганая. Такая же, как у сволочей тех нацистских, которые с мечом сюда приходили. Так что не жаль его будет, впереди пойдет, туда куда человеку вход заказан…

- Немцы понятно, и Гришка этот бывший полицай который от правосудия укрылся! – дерзко перебила его Лида – Но ты ведь убиваешь и простых людей! Берешь их силой и навязываешь свою Веру, свои принципы. Бог всегда дает выбор, в отличие от тебя!

Иван остановился, и пристальным взглядом из под густых бровей оглядел лицо Лиды.

Дерзкая девчонка, смелая. А может молодая и от того безрассудная.

Жаль такую.

- Ты не права – пробасил старик, поправляя топор на плече – Напротив, я даю выбор каждому из них. Это истинное правосудие, по высшей воле. Страшный Суд, прямо здесь, на земле, а не где-то там среди облаков. Суд, свидетелями на котором выступают живые люди, а не души усопших предков. Это ли не справедливость для нас?

- По какому приговору ты зарубил Тамару? – не отступала девушка, глядя в глаза могучего старика.

- У нее тоже был выбор, пойти со мной и исполнять Волю, или сбежать. Её выбор тебе известен – спокойно ответил Иван – Выбор был, и она его сделала.

Члены общины стоявшие у грузовика, примолкли и начали вслушиваться в разговор. Заметив это, старик схватил Лиду за локоть и оттащил подальше в сторону.

- Это не Воля Бога! – усмехнулась Лида – Ты просто травишь их какой-то дрянью! Галлюциноген может вызвать любые видения, и это не значит что они все грешники или отступники. Ты совершаешь преступления, а не творишь Высший Суд!

- Ты так ничего и не поняла! – разочарованно вздохнул Иван – Честно говоря, я ожидал от тебя большего…

- Скажи, скольких еще ты намерен судить?

- ВСЕХ– твердо ответил старик, и в глазах его блеснул огонек ярости – Я слишком долго готовился к этому. Почти тридцать лет я ждал этого дня. И теперь меня никто не остановит, ни ты, ни твои дружки в погонах. Суд состоится.

Лида напряглась.

Мысль наконец сформировалась, и поразила девушку будто молния. Мысль простая, но до сих пор непонятная - перед ней террорист.

Опасный и сумасшедший религиозный фанатик, который не имеет никакого отношения ни к церкви ни к христианству вообще.

У него своя Вера, которая несет только кошмары и смерть.

Надо остановить его, немедленно. Но как?

- Ты отпустил меня в первый раз – стараясь говорить как можно убедительнее, осторожно проговорила девушка – Может отпустишь снова? Знаешь, я никогда не была слишком верующей.

- Может я и старый! – усмехнулся Иван – Но не дурак!

Сказав это, он скинул с плеча топор и резким ударом обуха, отправил Лиду в отключку.

Мир вокруг потемнел, и лейтенант повалилась на бок в мягкую, зеленую траву.

- Молодая, глупая – подхватывая её за талию и закидывая на плечо, проговорил Иван – Ну ничего, ничего...

***

- Твою мать! – сквозь зубы процедил Акимов, который наблюдал всю эту сцену из-за деревьев.

Конечно, он мог вмешаться. С огнестрельным оружием ему было нетрудно застрелить старика да и всех остальных тоже.

Но какой от этого толк?

Чутье бывалого опера, подсказывало Андрею, что живыми эти фанатики не дадутся.

Оставалось только следить.

Да это риск.

Да, Татьяна снимет с него башку, если что-то случится с Лидой.

Но выбора не было.

Единственное о чем он сейчас мечтал, это добраться до телефона и сообщить о происходящем в Москву.

Когда Иван погрузил Лиду в грузовик, а потом вместе с остальными сел следом, майор убрал оружие в кобуру и вернувшись к раненному участковому подхватил его на плечо.

- Телефон работает у вас?

- Работает – кивнул молодой милиционер, который уже едва шевелил губами от кровопотери.

- Вот и отлично! – отозвался майор, с кряхтением шагая вперед – Будет тебе помощь. И мне тоже – добавил он…

***

Пилот грузового вертолета сбавил ход.

Ми-8 застыв на мгновение в воздухе, пошел на снижение. Внизу виднелся небольшой якутский поселок. Большинство местных жилищ терялось среди огромных и размашистых сосен.

По периметру поселение было обнесено надежным деревянным забором из толстых бревен, с отточенным верхом.

Местные жители уже издалека услышали шум лопастей и теперь собрались к посадочной площадке, сжимая в руках добычу на обмен. В основном шкуры и меха.

Однако, и вяленой рыбы было в избытке.

- Мы договорились? Без проблем, если что? – обернувшись к Татьяне спросил пилот, предварительно выключив микрофон.

- Товарищ Зиновьев, мне все равно какие дела вы ведете и куда товар сбываете... – вздохнула Исаева – Следить за вами я не собираюсь. И без того хватает забот. Просто подождите пока я тут разберусь, и вернемся на аэродром.

- Хорошо – кивнул летчик, и Ми-8 покачнувшись, сел на траву.

Татьяна отстегнула ремень безопасности, и подхватив сумку с вещами шагнула к выходу.

Сбросив металлическую подножку, она уперлась руками в дверной проем. Зажмурилась, и с наслаждением вдохнула лесной воздух.

Родной воздух Сибири.

- Только один вопрос – повернувшись к пилоту, проговорила она – Насколько честный обмен вы ведете с местными?

- Если считать в деньгах, то я конечно в выигрыше – сбрасывая шлем ответил пилот – Они не получают от меня ни копейки. А вот если по ценности, то в выигрыше они – усмехнулся летчик, указывая на собравшихся к площадке якутов – У меня в ящиках патроны, спирт, спички, инструменты. Для местных все это, дороже любого золота!

- Поняла – кивнула Таня - Делайте свои дела – добавила она, и легким движением спрыгнула на мягкую траву.

Винт все еще вращался, заставляя полевые цветы и траву колыхаться волнами на ветру. Впрочем как и волосы якутских женщин, которые с добродушными улыбками лукаво щурились, глядя на долгожданных гостей из цивилизации.

- Здравствуйте товарищи! – улыбнулась, и помахала в ответ Исаева – Как промысел охотничий? – собирая поседевшие волосы в хвост на затылке, спросила она.

- Идет понемногу! – раздался знакомый голос, который Таня не слышала уже много-много лет – А как твоя охота на людей? – тут же последовал вопрос.

- Кимен! – еще до того как обернулась на голос, проговорила Таня – Ну здравствуй! – усмехнулась она, раскидывая объятия.

Старые друзья обнялись, на виду у удивленных местных жителей. Селяне тут же принялись шептаться и обсуждать происходящее.

- Дай, я на тебя погляжу! – Татьяна отодвинула якутского охотника и окинула его взглядом.

Все тот же невысокий, подвижный. Только сильно постаревший Кимен, с неизменным хитрым прищуром. Якут по доброму смотрел на свою бывшую однополчанку.

- Ты тут наверное Вождь уже?! – она подняла руки над головой и потрясла пальцами изображая перья – Большой Карась! - засмеялась Исаева оглядывая якута.

- Нет – покачал головой тот – Сталсый охотник! Сам узе не ходить охотиться только молодых учить.

- В этом, ты точно лучший. Сама проверяла! – кивнула Таня – Ну идем, присядем, разговор есть!

Пилот Зиновьев открыл грузовой отсек, и местные с шумом ринулись к нему начиная торговаться за бесценные припасы.

Протолкавшись через суматоху, Исаева вместе с Кименом достигли края леса.

Вопреки ожиданиям Тани, деревня состояла не из индейских вигвамов, а из вполне крепких домов. Сруб был выполнен на отлично, плотно. Уж в этом она хорошо разбиралась с самого детства. С тех пор когда еще девчонкой помогала деду и братьям выстроить дом, после пожара.

Или поджога.

- Подозди здесь – Кимен указал Татьяне на небольшой камень устланный шкурой медведя – Мне тозе надо на обмен сходить, спички кончились и спилт. Я быстло! – заверил её якут.

- Хорошо, жду – кивнула полковник, и устало присела на шкуру, направив свой взгляд на беспокойную гладь озера.

Мелкая рябь от теплого летнего ветра, приносила вместе с собой прохладу, а заодно и давно забытые запахи.

Ей так хотелось просто остаться здесь, больше никуда не спешить. Но Татьяна не имела на это права, особенно сейчас, когда её родная дочь полезла в чертовски опасную авантюру.

И самым страшным было то, что помочь ей грубой силой, Исаева не могла. До тех пор пока нет ответа, можно отправлять на перевал хоть целые армии, толку не будет.

Тут нужен тот, кто поддержит в минуту опасности. Какой бы она не была. Других кандидатов в проводники на такое дело - не было. Просидев в своих размышлениях несколько минут, Татьяна вздрогнула и обернулась на всплеск воды.

В нескольких шагах от берега, по пояс в воде, стоял рослый мужчина.

Широкая спина и бугристые мышцы выдавали в нем настоящего воина. Сильного, умелого. Между его лопаток, красовалась мастерски выполненная татуировка в виде волчьей морды.

Немолодой, с виду лет пятидесяти. Борода покрывающая лицо, не скрывала волевого подбородка и пронзительного взгляда ледяных глаз северянина. Обветренная кожа и несколько рваных шрамов, только дополняли общую картину, подчеркивая суровый нрав человека.

Из десятка рубцов покрывающих тело незнакомца, в глаза Татьяне бросился только один. На плече. Было видно, что эту отметину оставил зверь, и судя по прикусу, этим зверем был матерый волк.

Вожак Мертвой Стаи.

- Артем?! – привставая со своего места, окликнула его Татьяна – Артем, это ты?!

Мужчина на мгновение замер, а потом не спеша обернулся, встретившись с ней взглядом...

***

Посмотрев на Таню несколько секунд мужчина вновь отвернулся, и занялся своими делами.

Северянин сгреб рыбацкую сеть распутыванием которой был занят. И повесил её конец на один из прибрежных кольев.

Закончив со снастью, он медленно вышел на берег, и подобно зверю встряхнулся, скидывая с себя воду.

- Здравствуй, Танюха – без улыбки, и даже как-то сурово, поприветствовал её Артем Марченко. Молодой снайпер в прошлом, и суровый мужчина теперь – Сколько лет, сколько зим?!

Все еще не веря своим глазам, Исаева продолжала потрясенно смотреть на своего бывшего мужа.

Наконец убедившись в том, что не ошибается, Татьяна протянула руку и коснулась знакомого шрама на плече северянина.

Артем вздрогнул от прикосновения, и осторожно перехватив её запястье, отвел руку Тани в сторону.

- Что ты, тут делаешь? – хмуро спросил он, глядя в глаза Исаевой, с расстояния в несколько сантиметров.

- У меня, к тебе тот же вопрос – твердо глядя в ответ, проговорила Татьяна – Как ты сюда попал, и почему?

Марченко наконец отвел взгляд, и выпустив её запястье из своих сильных пальцев, вздохнул. Чуть постояв так, он наклонился, и подобрав пригоршню гальки, принялся бросать камешки в воду.

Молча.

С каждым броском, морда волка набитая на его спине, хищно скалилась вместе с движением мышц.

- Не хочешь говорить? – развела руками Татьяна – Я могу уйти, без проблем! У меня здесь дело. И с тобой оно никак не связано.

Мужчина прекратил бросать гальку, и повернулся лицом к полковнику Исаевой.

- Знаешь, когда я увидел тебя, пару минут назад – мрачно усмехнувшись, проговорил он – То решил, что ты явилась за мной. Арестовать. Ты ведь все еще служишь этим..? - Артем брезгливо похлопал себя по плечам, намекая на погоны.

- Служу – кивнула Таня, не отреагировав на издевку – Я не знала, что ты здесь, а значит никто не знает. И прилетела сюда не за тобой. Наша встреча случайность.

- Я все еще в розыске? – опуская взгляд, спросил тот – Или дело закрыто за сроком давности?

- Никто не закроет за давностью дело об убийстве четырнадцати человек – усмехнулась Таня, подходя к краю прозрачной, озерной воды – Но… знаешь, я подумала… Ты, можешь искупить свою вину! – она обернулась и с хитрим прищуром поглядела в глаза Артема – Что скажешь?

- Ты знаешь, что в той банде, я состоял только ради вас – резко поднимая взгляд, отозвался Марченко – Времена были тяжелые, лихие…

- Тебя никто не просил воровать, и убивать! – нервы Татьяны не выдержали и она сорвалась – Мы не просили тебя кормить нас и приносить безделушки, омытые кровью! Мне жаль, что ты не видел лица Лидки, когда ей сказали что папа вор и убийца, которого застрелили милиционеры!

Мужчина какое-то время глядел в лицо бывшей жены, а затем отвернулся.

- Многие фронтовики пошли по кривой дороге. Все что я умел - это убивать… - начал оправдываться Артем, но Татьяна тут же перебила его.

- А грабить, тебя тоже война научила? Фронтовики пошли работать! – Исаева перешла на крик – Страну поднимать! А ты?! Ты из тех, кто никогда не исправится, и занимается только тем, что ищет оправдания для своих поступков!

- Визу, вы узе поговолить! – тихо засмеялся Кимен , неслышно подошедший сзади – Не думал, сто так выглядеть встлеча челез двасать лет!

И Артем и Татьяна замолчали, заметив присутствие якута.

- Танюса! – Кимен положил руку на плечо полковника – Я тебе так сказать. Он сюда приходить давно узе, и бесполезный силавек был. Ни к сему не приспособлен! Загнанный как звель – якутский охотник, склонился и с добродушной улыбкой заглянул в глаза Тани - Я его всему наусить. Он исплавиться давно, нисего не красть, много лаботать, дома нас строить усить.

Исаева подняла взгляд и смотрела могучую, покрытую шрамами фигуру бывшего мужа.

Невооруженным взглядом было видно, что в этих краях он провел уже немало лет. Закален, прошел огонь и воду.

Конечно, люди не меняются.

Но может быть…

- Плости его. Давно узе пола! – вновь похлопал её по плечу Кимен – Сильный плостит, слабый мстить будет. Я знать, сто ты - не слабый силавек. Найдес в себе силу для плосения Алтема.

- Ладно... – выдохнула Таня – Сейчас, это все не имеет значения. Мне нужна ваша помощь – она испытывающим взглядом посмотрела на Артема – Я ехала к Кимену, но раз уж ты здесь…

- Что случилось? – нахмурился Марченко.

- Лида в беде – тихо произнесла Татьяна и отвела взгляд.

Артем моментально изменился в лице, в его глазах мелькнула тревога.

- Что случилось? – отбросив прошлую ссору, тут же спросил он – Что с Лидкой?! Где она сейчас?!

- Пока не знаю. Но если вы мне поможете, то вместе мы сможем найти ее. И обеспечить безопасность – переходя на официальный тон, произнесла Исаева.

- И куда нас путь лезит? – прищурился Кимен, переглянувшись с Артемом.

- К Уралу, на перевал Дятлова – ответила Татьяна – Но по пути надо заехать еще в одно местечко. Сердцем чую, что без моей дорогой сестрицы нам тут не обойтись. Едем за Ольгой…

Единственным транспортным средством которое нашлось на аэродроме близ Ужовки, оказался полуразвалившийся ГАЗик. Совсем старый, времен Второй Мировой.

Завести этот хлам не получилось несмотря на все усилия. В итоге Татьяна приняла решение отправиться до родной деревни пешком.

Закаленные севером Кимен и Артем спорить не стали. Оба бывалые охотники, и ходить на дальние расстояния им было не привыкать.

Исаева поправила на плечах рюкзак, и уверенно зашагала вперед.

Мужчины двинулись следом, также молча как и всю дорогу.

- Расскажешь, как тебя занесло к Кимену? – оглянувшись к Артему спросила Таня – Или это секрет?

- Да какой уж тут секрет... – вздохнул Артем, расправив широкие плечи под тяжестью рюкзака – После того налета на сберкассу, когда всех ребят наших менты постреляли, подался в бега. Вот и занесло!

- Далеко же ты бежал – покачала головой Таня, сурово глядя вперед, на извилистую тропинку – Страшно стало?

- Да не то чтобы страшно… - пожал плечами мужчина, в ответ – Просто в сердце надежда была, что смогу еще все исправить. Мне эта дорога кривая, бандитская никогда не нравилась.

- Просто поверить не могу в то, что ты проворачивал все это у меня за спиной – горько усмехнулась Татьяна – Ты поступил очень подло. Но в то же время и очень умно. Разве станет, кто ни будь подозревать мужа сотрудницы НКВД? Конечно нет! Хитер ты Артем, хитер и опасен как сам черт…

- Понимаю, что мог подставить тебя, но ты же знаешь… - начал было оправдываться тот, но Татьяна резко остановилась, и посмотрела на Артема в упор.

Её изрезанные морщинами уголки глаз, на миг вздрогнули, а потом поползли вверх, вместе с легкой улыбкой.

- Не хочу ничего больше знать! – тихо произнесла она – Тебе не рассказывала, но до нашей встречи, еще совсем девчонкой, я была влюблена – Исаева обернулась и окинув взглядом лес, продолжила говорить – Он был настоящим мужчиной! Сильным, смелым. И знаешь что еще?

- Что? – на лице Артема читалось искреннее раскаяние.

- Он, не предал своих принципов несмотря ни на что – твердо проговорила Татьяна – И погиб в бою с собственным братом. Защищая меня и других из нашего отряда. Погиб здесь, в этих лесах!

Лицо Исаевой дрогнуло от воспоминаний о Игнате. Она умолкла, и уперев руки в бока тяжело вздохнула.

Кимен молча покосился на Артема, а затем пихнул его локтем в бок и подтолкнул к Татьяне.

- Мне жаль, что так вышло... – Марченко шагнул ближе и приобнял Исаеву за плечи.

На этот раз она не отбросила его руки, продолжая молча смотреть в траву.

- В тебе, я тоже поначалу увидела мужчину... – продолжила Таня – Но ошиблась. И я не хочу, чтобы ты льстил себе, думая, что я если родила дочь от тебя, то ты ей отец. Лида моя, и только моя. Поэтому прошу тебя, избавь её от откровений и признаний в своей отцовской любви. Пусть все остается так, как есть – она вновь твердо посмотрела в глаза бывшего мужа - Ты просто мой старый знакомый. На этом все!

Артем промолчал в ответ, и обогнув Таню, зашагал вперед по дороге.

- Ты понял меня?! - бросила ему вслед Исаева - Лидке, ни слова!

Марченко вновь ничего не ответил.

Кимен подошел к Татьяне и остановился глядя вслед Артему

- Это не мое дело, но он осень пелезивать все эти годы – произнес старый охотник – Увелен, сто он все осознать. И достоин если не плосения, то хотя бы плимеления.

Таня невесело усмехнулась, и обернувшись ответила.

- Ты хороший человек, Кимен... Спасибо тебе за то, что согласился помочь. В последние дни прошлое догоняет меня. Но, это мой крест, и нести его тоже мне. Сама разберусь, не обижайся.

Якут вздохнул, и покачав головой зашагал следом за Артемом...

***

Природа вокруг набрала свою летнюю силу, и теперь благоухала невероятной красотой. Тяжелые гроздья ягод на кустах, и яркие цветы украшали окрестности, напоминая путникам о том, что сюда еще не добралась цивилизация.

Дикое, нетронутое великолепие.

И непроходимый лес.

До деревни добрались на закате. Знакомый дом стоял на прежнем месте, только уже без забора. Впрочем и отгораживать было нечего. Запущенный полисадник и пустой огород давно не приносили ни цветов, ни плодов.

Или Ольга совсем забросила хозяйство.

Или ее просто нет в живых.

Исаева ускорила шаг, надеясь на лучшее, и уже на подходе к дому, все опасения развеялись как дым.

Внутри избы раздался громкий, заливистый женский смех. Да такой задорный, что еще можно было позавидовать бодрости и здоровью его обладательницы.

Артем остановился у поваленного забора, и скинув с плеча рюкзак, тут же принялся поднимать ограду. Будто по привычке.

Кимен недолго думая присоединился к нему.

- Настоящий мужик! – залихватски махнув рукой, одобрила Таня работу Артема – Еще бы сберкассы не грабил, цены б тебе не было!

- Может хватит?! – бросая ограду обратно в заросли травы, психанул Артем.

Забор упал прямиком на ногу Кимена, больно ударив того по лодыжке. Якут взвыл от боли и повалился на траву.

Прикинув что старый солдат и охотник просто так кричать не станет, Таня быстро склонилась над ним, и осмотрела ногу.

Так и есть. Гвоздь прорвал штанину и глубоко пропорол голень.

Исаева бросила полный негодования взгляд на бывшего мужа, а потом спешно поднялась по крыльцу и постучала в дверь дома.

- Ольга?! – позвала она – Ольга, это я Татьяна! Открой!

Смех и голоса звучавшие внутри дома, моментально стихли. Послышались тихие шаги, и лязг отъехавшего в сторону засова.

Старшая сестра Татьяны, открыла дверь и предстала перед ней…

Почти не изменившись за все эти годы.

Та же рыжая шевелюра. Взгляд с огоньком, гладкая кожа, статная фигура. Разве что в глазах читалась усталость от прожитых лет.

Полковник потрясенно оглядела сестру с головы до ног.

На лице Тани читалось изумление и недоумение. Настолько хорошо сохранилась Ольга. Может прибавила во внешности пару лет, не больше.

Все та же девушка, с виду лет двадцать пять.

И шестьдесят по документам.

- Ну здравствуй, ведьма… - выдохнула наконец Татьяна. Лицо её осветила улыбка – Давно не виделись!

Ольга хитро прищурилась. Её пухлые девичьи губы растянулись в ответной улыбке.

Молча шагнув вперед, она обняла сестру, обдав Таню ароматом трав и сушеных грибов, который исходил от её старенького платья.

Кимен вновь застонал, и Татьяна встрепенулась, сбрасывая рюкзак с плеча на крыльцо.

- Оль?! – она указала на якута – Эти двое забор хотели твой подлатать, и поранился он в общем… Поможешь рану обработать? Никто лучше тебя, этого здесь не сделает.

- Конечно! – кивнула Ольга, тряхнув рыжей копной – Ведите его в дом. Я на минутку, настойку и тряпки приготовлю! – запахнувшись цветастым платком, добавила она, растворяясь в полумраке избы.

- Артем, помоги мне! – махнула рукой Таня, поднимая Кимена с травы.

Однако мужчина не шевелился, глядя куда-то назад, за плечо Татьяны.

Исаева проследила за его взглядом, и обернулась ко входу в дом.

Лучи закатного солнца пробились сквозь могучие лапы сосен, и осветили крыльцо. Отблески света алым и оранжевым играли на двух золотых звездах Героя.

И золотой расшивке генеральских погон.

- Шилов… - потрясенно выдохнула Таня.

Иван в очередной раз занес топор, и с силой обрушил его на ствол сосны.

Этот удар стал последним для векового дерева, и оно с треском повалилось, попутно сминая более молодую поросль.

- Ствол почистить, потом меня позовете! – скомандовал он членам общины, и смахнув пот со лба прошагал к Лиде.

Девушка сидела связанной у самого берега реки.

Дочь Татьяны уже давно смирилась с тем, что просто сбежать от этих фанатиков не получится. Её охраняли день и ночь.

Зачем? Этого она так и не поняла. Зато она отлично поняла, для чего отец Иван таскает за собой Григория, и эта мысль пугала её все больше.

Конечно, этот пухлый и пожилой мужичок не лучший человек. Преступник который ушел от закона. Но все же, никто не заслуживает той участи, которую Иван приготовил для своего давнего врага.

- Руки не затекли? – обратился к ней старик, бросая топор рядом, на гальку.

- А тебе, не все ли равно?! – хмыкнула Лида.

- Вообще-то нет. Убивать тебя, я не собираюсь. Тебе еще жить и жить с этими руками! – проговорил Иван, вытаскивая краюху хлеба и ломая её пополам – На вот, поешь немного. Путь неблизкий предстоит...

Отказываться девушка не стала, и взяв в руки хлеб, отхватила от него изрядный кусок. Действительно очень хотелось есть. Вся дорога сюда, больше напоминала гонку от преследователей. Быструю и агрессивную.

Времени отдыхать, не было.

Савин больше не появлялся. Зато она видела кое-что более обнадеживающее.

Силуэт Акимова, то и дело мелькал среди деревьев. Иногда майор делал ей знаки, указывая на свое присутствие. От этого становилось легче.

Носов продолжал сидеть закованным. Иван все еще ничего не предлагал ему. Просто держал на привязи, как и Григория. Грохотавшие топоры членов общины понемногу стихли, и вместе с последним ударом раздался крик.

- Готово, дед Иван!

Старик хлопнул себя по коленям, и поднявшись во весь рост зашагал назад к поваленному дереву.

- Пополам пилите – с церковным выговором проговорил он – Вот тут! – старик провел лезвием по стволу, указывая место для распила.

Двое мужчин подхватили «Дружбу», и через несколько минут ствол развалился пополам под ритмичными движениями пилы.

Снова застучали топоры, потом молотки. А затем началось самое страшное.

Иван отвязал Григория, и подгоняя тычками обуха, пригнал его к огромному деревянному кресту.

- Ложись! – приказал он, указывая бывшему полицаю на изготовленное распятие.

Глаза Гришки округлились от ужаса, он вновь попытался бежать, но цепь от колодца, которая все еще связывала его руки, сделать этого ему не дала.

Иван рванул пленника к себе будто псину, и уже силой повалил на крест.

В следующую секунду воздух разрезал свист молота, и вместе с его ударом по гвоздю, лес огласил дикий крик боли…

***

Лида зажмурила глаза попытавшись на миг представить, какую боль испытывает сейчас Григорий. И жилы в ее запястьях зазвенели, словно порванные струны.

Но она и предположить не могла того, что будет дальше.

До последнего мгновения, девушка надеялась, что сумасшедший старик просто бросит своего врага на произвол судьбы здесь.

Но ошиблась.

Охваченный застарелой, и укрепившейся ненавистью, Иван рывком перевернул крест вместе с Григорием. Отдышавшись, и молчаливо переждав оглушительные крики бывшего полицая, старик опустился на одно колено и склонившись к уху Гришки – спросил.

- Ты, все еще любишь жизнь? – негромко пробасил он.

Обливавшийся слезами мужчина, руки которого были прикованы к кресту, исступленно закивал головой. Помощники отца Ивана, стояли полукругом, молча наблюдая за происходящим. Никто из них и не подумал вмешаться.

Глядя на эту молчаливую сцену, Лиде больше всего на свете хотелось получить ответ только на один вопрос.

Где предел человеческой глупости?

Насколько сильным даром внушения и убеждения нужно обладать, чтобы довести людей до такого равнодушия?

Что нужно сделать, или сказать в оправдание такой жестокости?

- Люблю… - прохрипел Гришка, кусая губы в кровь от отчаяния и боли – ЛЮБЛЮ ЖИТЬ!

Старик одобрительно кивнул.

- Скажи мне... А мой сыночек Васька, или жена моя Мария Денисовна. Они, просили тебя о пощаде? -спокойно и рассудительно спросил Иван – Говорили что жить хотят, когда ты их на прицеле держал?!

Гришка, бывший деревенский полицай, затрясся от волны рыданий, которая захлестнула его в очередной раз.

Зажмурив глаза, он мучительно пытался отрешиться от боли, но у него не получалось. Старик то и дело покачивал прижимавший его к земле крест, напоминая о ранах.

Лида видела, что Иван наслаждается происходящим. В те минуты, её останавливали не связанные руки, а полное бессилие.

И самым страшным было то, что старик прав в своей мести. Пусть и перегибал палку с жестокостью. Конечно, сама она не была на войне. Не видела, что вытворяли здесь немцы или их прихвостни. Но сейчас, глядя на все это, Лида постепенно начинала осознавать жестокость той бойни, длинной в четыре года.

Гришка продолжал орать, и лейтенант КГБ Лидия Артемовна Исаева приложила все усилия чтобы испытать к нему хоть каплю жалости.

Но не смогла...

Опираясь на покосившиеся перила крыльца, выбеленный сединой генерал медленно спустился по ступенькам вниз.

Бросив косой взгляд в сторону Артема и Кимена, он криво усмехнулся и не спеша, опираясь на трость подошел к Татьяне. Глаза боевых товарищей встретились. Татьяна тут же вытянулась и отдала честь, но скорее для формы.

- Здравия желаю, Виталий Сергеевич! – отчеканила Исаева.

- Да брось ты это... – отмахнулся тот.

- Слузу Советскому Союзу! – подал голос Кимен, усаживаясь на траве.

- Запомнил что ли, как надо?! – вновь усмехнулся генерал, оглядывая якута – Смотрю, не зря ты двадцать лет потратил!

- Так тосьно, запомнил! – подтвердил тот, поднимаясь из травы.

- А это, что за викинг? – кивнув на бородатого Артема, спросил Шилов.

- Марченко это… – вздохнула женщина, отводя взгляд – В деревне у Кимена прятался! – упирая руки в бока добавила она, и обернулась, глядя на бывшего мужа.

- Ну здравствуй, коли так! – махнул ему в приветствии генерал – Давно не виделись!

- Здравия желаю, Виталий Сергеевич! – виновато вздохнул Марченко, но улыбка все же тронула его лицо. Из воспоминаний об особисте курировавшем штрафбат, у него остались только хорошие.

В этот момент из избы быстрым шагом вышла Ольга. Она держала в руках полотенце намоченное в настойке, и полоски ткани для перевязки.

Быстро прошагав к Кимену, Оля без особых разговоров вспорола ножом остаток порванной штанины на его ноге, и точными движениями обработала рану.

Якут несколько раз вздрогнул. Щипало.

- Так какими судьбами вы тут? – спросила Татьяна, у генерала, который молча наблюдал за действиями её сестры.

- Да ты понимаешь какое дело! – взмахнул Виталий свободной рукой. Той, что не сжимала массивного набалдашника трости – Спину все сильнее с годами ломит. Уже и ходить могу с трудом. Застудил все, пока в окопах ползали! Всех врачей обошел… И тут вспомнил, про сестренку твою! – просиял генерал – Решил сгонять сюда, подлечиться! Как думаешь, правильно сделал?

Татьяна закатила глаза, и всплеснула руками.

- Виталий Сергеевич, я ведь серьезно спрашиваю! – вздохнула она – Насколько я знаю, со здоровьем у вас действительно плохо, потому и живете в санатории последние лет пять!

- Исаева... – твердо глядя в глаза Татьяны, проговорил Шилов. С тем самым взглядом, который она могла узнать из тысячи других.

С тем самым взглядом, который войны мелькал в глазах майора перед самыми отчаянными авантюрами и сражениями.

– Вот ты скажи мне... – мрачно усмехнулся генерал – Я похож на того, кому суждено помереть в санатории?

***

- Я так понимаю, вы знаете зачем мы здесь? – смирившись с упрямством старого офицера, спросила Таня.

- Знаю – кивнул Шилов, продолжая с хитрецой смотреть в глаза Исаевой.

- Путь предстоит трудный, даже для здорового человека – вздохнула она – Не думаю, что вам будет по силам его пройти. Извините Виталий Сергеевич, при всем уважении, годы у вас уже не те...

- Шо-то ты воду мутишь, Танюха! – из-за угла времянки вышагнул Прохор, сжимая в руках летный шлем – Командира обижаешь! Неужто думаешь его пешком отправить лазить по горам, с такими-то погонами?! Может он по твоему и сюда пешкодрапом добирался?! Ай-яй-яй...

- Прохор?! – Исаева отшатнулась назад, недоуменно глядя на старого знакомого – Ты тут откуда?!

- Известно откуда! По поручению гражданской авиации, где я меня угораздило трудиться последние года – развел руками бывший вор – Виталий Сергеевич трубочку взял, дзинь-дзинь и на тебе! Я тут нарисовался! – годы шли а распальцовка Шевченко никуда не делась – Картина маслом, Прохор за штурвалом!

Теперь он выгибал пальцы просто мастерски.

Да и акцент одессита усилился в разы, что придавало ему еще больше шарма.

- А чего ты прятался там? – нахмурилась Таня, поглядывая на угол летней кухни.

- Да присматривался, мало ли шо... – пожал плечами бывший вор, а нынче пилот грузового вертолета - Профессиональная привычка!

- Он Акимова побаивается – усмехнулся Виталий – Сто раз переспросил меня, будет Андрюха или нет!

- Будет, будет. Но потом! – отмахнулась Таня – Может и не встретитесь. А вот пилот нам нужен! Очень нужен. Так что не переживай, если что прикрою.

- Ну тогда, добро пожаловать на борт, граждане милиционеры и уголовники! – изящно поклонился Прохор, и указал назад за двор.

Туда, где на обширной поляне ожидал своего часа старенький Ми-4...

1968 год

Свердловская область: перевал Дятлова:

Путь на вершину, для группы Ивана был не из легких.

Но хуже всего пришлось Григорию. Массивный крест из цельных стволов пригибал его к земле, и лишал сознания раз за разом.

- Притомился поди? - с деланной заботой на лице спросил Иван, когда пленник упал в очередной раз - Но ты не грусти! - дед похлопал по кресту, заставив Гришку снова взвыть и прийти в себя - У меня для тебя хорошая новость. Обратно идти не придется!

Среди сектантов послышались смешки.

В конце концов Григорий окончательно выдохся, и никакие угрозы уже не помогали. Он застыл, лежа лицом в грязи. По команде Ивана, четверо крепких мужчин подхватили распятие за концы, и подняли над землей.

Гришка безвольно обвис, так и не придя в себя.

Совершив рывок в двести метров группа Ивана наконец остановилась. Сам старик отбросил топор, и с прищуром оглядел местность. Меньше всего его интересовал роскошный вид на уральские горы.

Он слушал.

- Готовьте яму! - махнул рукой дед, и указал топорищем место - Тут поставим!

Послушно подхватив инструмент, сектанты взялись за работу. И уже через пятнадцать минут лунка была готова. Не особо сговариваясь, помощники старика подтащили огромный крест к ее краю, и обвязали стволы канатами.

Выдохнув будто команда моряков, мужчины натянули тросы и водрузили распятие на вершине. Нижняя часть ствола послушно скользнула в яму, встряхнув Гришку.

Бывший полицай снова пришел в себя, и мутным взглядом осмотрел мучителей.

И дед Иван посмотрел в ответ.

Старик отступил на десяток шагов назад, и с наслаждением полюбовался своей работой. Черным контуром громадного креста на фоне серых, поддернутых туманом гор.

- Красота! - усмехнувшись в бороду кивнул он, и вернувшись к подножию распятия притоптал землю ногами.

- Пошел ты к чертовой матери... - из последних сил прохрипел Гришка, наблюдая за действиями старика - Я тебе сказать забыл. В тот день когда расстрел был, я ведь тебя специально не добил... Видел, что ты дышишь, а ушел все равно.

- Ну что сказать - вздохнул Иван поудобнее перехватывая топор - Тем хуже для тебя! - развернув лезвие обухом, старик описал сверкающую дугу в воздухе, и еще глубже загнал гвоздь в крест.

Гришка вновь огласил горы своим воплем. Его голос эхом отразился от каменных склонов, и вернулся назад.

Но не один.

Вместе с эхом, вернулся и гулкий, свирепый рык зверя.

Эхо стихло, но рычание повторилось снова. На этот раз гораздо ближе.

- Молодец Гришка! – приговаривал Иван, утрамбовывая землю под крестом, ударами сапога – Погромче кричи, для того я тебя и привел! ГРОМЧЕ ОРИ! - новый удар по гвоздю вырвал из груди пленника очередной вопль.

Эхо.

Рычание.

- Будь ты проклят... - на издыхании прошептал Григорий немеющими губами - ПРОКЛЯТ!

Лида, которой не повезло сидеть лицом к этой жестокой расправе, невольно поморщилась. Черный, исполинский силуэт распятия высился над перевалом, будто над могилой. Пронизывающий ледяной ветер, которым все еще веяло холодное утро, не добавлял оптимизма.

Старик вытер руки об засаленную тряпку и сунув её в руки одного из помощников подошел к Лиде.

- Ну что доченька, вот и твой час пришел! – тяжело вздохнул он, вынимая нож.

- Ты ведь обещал не убивать меня – ехидно произнесла Лида, с опаской поглядывая на нож.

- Я и не собираюсь – развел руками старик – Ты мне живой нужна – он присел рядом, не торопясь избавить девушку от пут – Ведь у всей этой истории есть один простой секрет, доченька. Сама-то не догадалась?

Лида молчала, и старик присел рядом, прямо на землю. Тяжело вздохнул, затем обвел взглядом горы.

- Мы с тобой когда чаевничали у костерка - вздохнул он - Я ведь тебе чистый дурман заварил. Не разбавил даже - Иван повернулся и многозначительно поглядел на Лиду - Никто из ныне живущих, не сможет сохранить рассудок после такого... По крайней мере я таких не встречал. Многие спятили на этом Пути. Многих я проверил. Никто не осилил. И стало быть никто кроме тебя, собрать Урожай не сможет.

- А ты? - горько усмехнулась Лида.

- А я и не пробовал - спокойно пожал плечами старик - Негоже Пастырю сено жрать. Сама как думаешь? В первый раз еле ноги унес из пещеры этой. Да и не лазил глубоко, так, щепотку ухватил по случайности. И как видишь, этого оказалось достаточно для просветления многих!

***

Это заявление слегка шокировало Лиду, но она быстро взяла себя в руки.

- Я думаю... - девушка с отвращением покосилась на обагренный крест - Что ты просто трус. И вдобавок, сумасшедший маньяк... - взгляд ее стал холодным и презрительным - Все что ты делаешь, Иван, это жалкое оправдание для твоего безумия. У тебя Церковь Вранья и Крови. В ней не живет Бог, только страх и насилие.

Старик посмеялся в бороду и кивнул.

- Умные слова говоришь, девонька. Непонятные, современные... - он с любовь оглядел лезвие топора - Только я по старинке живу. Из тех времен я, когда сила и страх миром правили. На этом все и держится - продолжил старик - Но ты в одном ошиблась. Я защищаю людей от истинного кошмара, и они благодарны мне за это - он указал на группу сектантов, возившихся у креста - Посмотри, разве я привел их сюда силой?

Лида не посмотрела. Вместо этого она закрыла глаза собираясь с мыслями.

- Ты наплел им какую-то чушь про Высший Суд. Про чертей и грехи... Ты сам внушил им страхи, и сам якобы избавляешь от них. Это идеальная схема... - усмехнулась девушка - Ты, отлично разбираешься в людях, Иван! Только сам как человек - абсолютное дерьмо!

Дед Иван тяжело вздохнул, и поднявшись разрезал путы на руках пленницы. Сунув нож за пояс он отступил назад.

- Мне жаль, что мы не подружились – с наигранным прискорбием отозвался Иван – Кстати, ты слышишь?

- Слышу, что? - нахмурилась Лида.

- Причину, по которой я отпустил тебя в первый раз - расплылся в улыбке дед - Твои дружки из КГБ! Они явились с большим опозданием. Мне удалось выиграть достаточно времени - он склонился вперед, и показал крошечное расстояние между пальцами - Тютелька в тютельку! - старик рассмеялся.

Посмотрев за спину безумца Лида увидела, что над сосновым массивом, прямиком к ним летит вертолет.

Шум лопастей нарастал, прорываясь сквозь порывы холодного ветра.

– Точно по расписанию! – довольно сообщил Иван кивнув на вертолет – Ребятушки?! – быстро обратился он к своим помощникам – Вскрывайте землицу! – старик очертил топором квадрат, у подножия холма.

Несколько сектантов отделились от общей группы, и поднявшись на пригорок подцепили ломами дерн. Через пару минут, общими усилиями им удалось сбросить пласт, который оказался плоским камнем, закрывающим вход в пещеру.

Вой ветра моментально наполнил внутренности природного тоннеля, порождая жуткий вой. Лида вздрогнула, глядя на вход. По коже пошел пронизывающий мороз.

Это была именно та картина, та сцена которую она видела в церквушке, когда осталась с Иваном наедине. Воющий, черный провал от которого веет ледяным, могильным холодом и пронизывающим страхом.

Утробный вой ветра давил на перепонки также, как и тогда.

- Скажи, ты любишь грибы? – внезапно спросил Иван, и тут же задумчиво почесал бороду - Жена моя дюже грибочки любила. Правда чистить не хотела, а собирать так за милую душу! - старик посмеялся снова, но с легкой тоской.

Повисли секунды молчания.

- Мне жаль, что так вышло с твоей семьей – глядя на старика, который сейчас выглядел жалко, проговорила Лида – Но нельзя мстить всему миру. У тебя есть виновник - она указала на крест - Забери его и успокойся. Еще есть шанс одуматься...

Послышался пронзительный звон, и воздух рассекло лезвие топора. Остановившись в сантиметре от горла девушки, оно медленно приподняло подбородок Лиды.

- Заткнись... - медленно и по слогам прошипел старик - Ты слепа, как и все остальные. Но я заставлю эту землю прозреть. И начну с Москвы. Не тебе меня отговаривать - он схватил Лиду за локоть и бросил ко входу в пещеру - Лезь внутрь!

Исаева застыла над бездонным, черным провалом. Лицо омывал холод.

Над перевалом снова пронеслось рычание.

На этот раз уже совсем близко. Казалось, что до неведомого зверя остается не больше сотни метров.

Сектанты у креста взволнованно переглянулись и взяли в руки огнестрельное оружие.

- У тебя будет три минуты. Спускаешься, и собираешь грибы. Как Красная Шапочка! - уже громко и твердо проговорил Иван - Если ты не вернешься за это время - я убью твоего дружка. Если ты вернешься без грибов - я убью твоего дружка. А теперь ответь мне - старик схватил Лиду за ворот пиджака и встряхнул - Что будет, если ты меня не послушаешься?

- Ты убьешь моего дружка - мрачно ответила Лида, продолжая смотреть в провал.

- Все правильно! - усмехнулся старик - Пошла!

С треском подняв Лиду за ворот, Иван швырнул ее в темный провал пещеры...

***

- Видишь там, внизу? – Шилов указал Татьяне на черный провал – Возле креста, чуть правее.

Прильнув к иллюминатору, полковник рассмотрела заросшие мхом и травой холмы. Наконец ее взгляд наткнулся на рослую фигуру Ивана у входа в пещеру.

Лицо старика она не видела, но насмешку чувствовала даже издалека.

- Вижу – кивнула Исаева.

- Твой старый знакомый. По операции "Матильда"! – продолжил Шилов – Иван Черемухин, бывший служитель Христианской церкви.

Не поверив своим ушам, Исаева вновь резко прильнула к стеклу, и жадно всмотрелась в фигуру снизу.

Теперь, она понемногу узнала эту надменную, и самоуверенную позу.

С топором на плече.

- Но этого не может быть… - растерялась Татьяна, глядя на Шилова – Я думала, что он пропал давно! Что тут...

- Так и было, пропал - кивнул генерал откидываясь на спинку сиденья. Виталий достал папиросу из золоченого портсигара, прикурил, а затем продолжил - Пока не всплыл в сводках полтора года назад. По делу о множественных случаях пропажи людей.

- Зачем? - оборачиваясь, повела бровью Таня и тут же нахмурилась - ...ооо, нет! - замахала руками она - Только не говори мне, что он каннибал! Если с Лидой что-то случилось...

При этих словах, сидевший напротив Артем вздрогнул и прищурился вслушиваясь в разговор.

- Нет, нет! Спокойно, мать! - мрачно усмехнулся Шилов, и глубоко затянулся в полумраке - Цели у него совсем другие! Думаю, он просто собирает небольшую армию. И знаешь, что? - генерал снова постучал пальцем по иллюминатору - У него даже начало получаться! По данным Акимова, у этого психа не меньше двадцати последователей. Все вооружены.

- Двасать тли - опуская бинокль вставил свое слово Кимен - Тли лаза пелезалядить винтовку.

- Это еще не все – отозвался Шилов – Вместе с ним и твой приятель по разведшколе. Петр Савин. Андрей видел их вместе.

Таня вновь побледнела.

Таинственное исчезновение Савина после того пожара, до сих пор никак не задевало ее. Он просто ушел под нелепым предлогом, и не явился на точку эвакуации.

Вообще не вернулся.

- Погоди – покачала головой Таня – А он что там делает?!

- То же, что и Иван - пожал плечами Шилов - Насколько я понял, он больше двадцати лет вился вокруг этого чокнутого "батюшки" ради одной только цели - генерал прикурил следующую - Нашел по старым связям стукача в нашем отделе, и информировал Ивана обо всех облавах и операциях ГБ. Выслуживался. Кстати, с группой Дятлова тоже ходил Савин. Правда по дороге сбежал. Почувствовал слежку.

- Ради какой цели? - нахмурилась Таня.

- Целью Савина было найти это место. И заполучить отраву. Не знаю, как Петру хватило воли, но судя по всему, он уже много лет корчит из себя истинного последователя этого чокнутого деда. И судя по всему, Черемухин не слишком-то умен, раз поверил этому пройдохе! Думаю все решится здесь и сейчас - улыбнулся Виталий, и выпустил струю дыма - Все, что написано в твоих отчетах по операции "Матильда", идеально подходит под описание действия токсина "cinis de sanctorum". Очень редкая, и чертовски сильная штука. Помню в 55-м в Париже, мы с Андрюхой...

- Погоди, Виталий Сергеевич! Остановись! - вскинула руки Исаева - Сейчас не время для мемуаров! Надо найти Лиду, и понять, зачем он ее сюда приволок! - женщина снова встревожено посмотрела на фигуру Ивана внизу.

- Насколько я понимаю, этот псевдосвященник случайно наткнулся на источник токсина, когда бродил тут в бегах – покачал головой Шилов – Почувствовав действие галлюциногена на себе, он либо сразу спятил, либо быстро смекнул как можно это использовать.

- А почему погибла группа туристов? – нахмурилась Таня - Это как-то связано?

- Чего не знаю, того... - начал было Шилов.

Однако ответом ему был новый, раскатистый рев зверя пролетевший над горами.

Все присутствующие в вертолете быстро переглянулись.

- Прохор, сажай вертолет! Что-то намечается- скомандовал Виталий, хлопнув пилота по плечу - Я почти уверен, что он забросит Лидку в пещеру с токсином. Скорее всего, он боится войти в нее сам. Тут нужен железный самоконтроль.

- И что она должна сделать? – тревога в глазах Тани, достигла предела – Зачем он отправил туда, именно её?

- Поиграет в Красную Шапочку - генерал достал из кобуры именной ТТ - В любом случае, чем быстрее мы ее оттуда вытащим, тем лучше. Длительное воздействие в таких дозах, может быть необратимым.

- Где садиться?! – обернувшись, и сдвигая шлем на затылок спросил Прохор, не выпуская штурвала из рук.

- Погоди пока садиться – остановил его генерал – Ольга, ты приготовила противоядие?

- Приготовила – кивнула сестра Татьяны, подхватывая свою сумку и развязывая тесемку на ней.

- Вы что же это, все знали заранее?! – развела руками Татьяна.

- Для этого я и приехал – кивнул генерал – Информация об этом деле, до сих пор хранится под грифом «совершенно секретно». И так будет еще многие годы. Я и сам получил доступ к ней только после того, как надел эти погоны – Виталий хлопнул себя по плечу – Ни у кого нет полномочий задействовать в этой операции штатных оперативников. Ни у меня, ни у тебя. Так что придется обойтись своими силами.

Ольга плеснула в стакан настойку из трав и протянула её Тане.

- Выпей. Там внизу очень опасно. Я бывала в местных пещерах, недавно – вздохнула она - Еле ноги унесла. По действию похоже на белену, только в сотню раз сильнее. Потому и заготовила отвар защитный.

- Засем тебе плотивоядие, если только тут такое ластет? – недоуменно спросил Кимен - Для сего ты его сделала тогда?

- Засем, засем! – передразнил его Шилов – Сказано тебе, травы она тут собирает. Постоянно. Вот засем!

Якут тяжело вздохнул и осуждающе покачав головой, вернулся к иллюминатору.

- Зля ты так командил – вздохнул он.

- Ну все, не дуйся – похлопал его по плечу Виталий – Ты сам-то как? Стрелять не разучился?

- Не лазусился! – коротко ответил Кимен.

- Вот и молодец – одобрил генерал – Готовься, покажешь мастерство. Сегодня будет лучший трофей в твоей жизни!

Якут спорить не стал, и быстро расчехлив винтовку, передернул затвор.

Татьяна выпила предложенную настойку. Её примеру последовали и остальные.

Только Артем долго смотрел в стакан, прежде чем опрокинуть жидкость в себя.

- Не бойся, не отрава – усмехнулась Ольга – В этом, я хорошо разбираюсь!

- Да просто на душе как-то тяжко... – вздохнул в ответ Артем – Бесполезную жизнь я прожил. Там внизу моя дочь родная, точнее наша с Танькой, а я с ней даже поговорить не могу по-отцовски…

Ольга перевела изумленный взгляд на Татьяну.

- Чего? – нахмурилась рыжая сибирячка.

- Долгая история – отмахнулась Таня – На досуге расскажу. Прохор, сажай вертолет! – глядя на движение внизу, проговорила она.

Еще до того, как летающая машина приземлилась, Татьяна рывком открыла дверь и выглянула наружу.

До земли оставалось буквально несколько метров, когда округу вновь огласил могучий звериный рев.

Полковник все еще не могла увидеть, что именно там происходит из-за деревьев, но заметила, как помощники Ивана в ужасе бросились врассыпную.

- Стражи проснулись - потрясенно выдохнула Ольга, вслушиваясь в рычание - Плохо дело.

- Все нолмально - отозвался Кимен, глядя вперед - Эти люди холосо подготовились - якут вытянул руку и указал на распятие - Плиманка у них отлисьная! Минут десять у нас есть. Плавда музыка на клесте созлут. Надеюсь, он осень плохой силавек. Потому сто то, сто с ним сделают...

- Кимен?! - рявкнула Таня.

- Сиво?

- Замолчи.

Вокруг загремели затворы. Группа прильнула к иллюминаторам Ми-4.

- И что нам делать? – развел руками Артем – Мы не можем просто вытащить Лиду, и перестрелять этих чокнутых?

– Пока что все идет по плану. Приманка Ивана работает – с этими словами, генерал указал на Гришку, который огласил округу новым истошным криком – Главное успеть до того, как сожрут этого изменника Родины.

Пленник на кресте заорал снова.

На этот раз, вместе с болью, в крике Григория чувствовался нечеловеческий ужас, перед приближавшимся зверем...

***

Плашмя упав на сырую землю, Лида тут же услышала с десяток хлопков. Словно крошечные воздушные шарики наполнили своими взрывами пространство вокруг нее.

И вместе с этим звуком, в легкие девушки ворвался знакомый, пряный запах.

Тот самый, который так не похож на ладан.

Застонав от боли в отбитых боках, Лида приподнялась и взглянула наверх. Туда, где чернел силуэт Ивана у края пропасти.

- Дай мне факел, тут ничего не видно! - выкрикнула она. Одновременно с этим, рука девушки вцепилась во что-то угловатое и длинное. Странный предмет похожий на корягу.

- Не советую там огонь жечь! - присев на корточки отозвался старик - Пещера стояла закрытой два десятка лет. Может рвануть. Собирай быстрее! Как закончишь, я сброшу веревку.

- А ты... - поднимаясь простонала Лида - Слово "противогаз" тебе знакомо?! Долбаный дикарь! На кой черт ты меня сюда приволок?

- Если ты внимательно посмотришь под ноги, то поймешь... - отозвался Иван - Что люди лежащие на полу в этой пещере делятся на два вида. Тех, кто носил противогаз, и тех кто пытался обмануть Стражей!

- Каких еще Стражей... - Лида опустила взгляд, и тут же вскрикнула разжав пальцы. Предметом, который сжимала её рука, оказалась длинная, берцовая кость.

Она отступила на шаг назад, и под ногой тут же хрустнуло.

Высохшие, белесые ребра.

Заплетаясь между ними, извиваясь будто черная змея, торчал сморщенный шланг противогаза.

Волна паники захлестнула Лиду с головой. Она быстро сжала кулаки и зажмурилась пытаясь восстановить контроль над собой.

С первого раза не вышло, и девушка хватанула ртом воздух. Вместе с новой тысячей витающих в воздухе грибных спор.

И одновременно с этим, во мраке пещеры послышался тяжелый, протяжный вздох.

Темнота перед глазами Лиды дрогнула, словно раскаленный воздух.

- Лидка? Это ты?

Из сырой стены за спиной девушки послышался тихий, вкрадчивый шепот...

***

Блеснув топором в рассветном солнце, старик обернулся на рев.

Из подлеска, медленно и величаво ступая, вышел зверь. Громадный, белый тигр охваченный дымным пламенем серых полос.

Иван недобро оскалился, и жестом приказал остальным отбежать от креста. Уговаривать никого не пришлось. Буквально спотыкаясь на бегу, сектанты взбежали в гору укрывшись за камнями.

Вслед за первым белым тигром, из подлеска вышли еще двое. Такие же большие, изящные и матерые. Внушительный размер грациозных зверей, повергал в страх, как и их тихое рычание.

Заметив их, Гришка вновь истошно заорал. Но на этот раз не от боли, а от страха.

Самый крупный из зверей, мягко по-кошачьи ступая, направился к вершине холма. Туда, где, возвышаясь над всем происходящим, стоял крест.

Достигнув подножия распятия, огромные кошки принялись расхаживать вокруг кричащего от ужаса и боли Григория. Круг за кругом они обходили жертву, держась на равном расстоянии друг от друга.

- Стражи явились! Время пошло! – крикнул Иван в темноту пещеры - Собирай быстрее!

Тигры зарычали громче. На морде каждого из них был написан трепет. Наслаждение запахом от алых лужиц у подножия креста.

Как долго они ждали этого здесь?

Годы, десятилетия?

Еще минута и начнется пир...

***

- Бери под корень! - у входа в пещеру раздался голос Ивана. Одновременно с этим, старик бросил вниз холщовый мешок - Гляди, чтобы не лопнули. Они мне целыми нужны!

- Лидка, это ты?! - снова прошептала стена. Вслед за этим, тихим шепотом раздался еще один, а потом и еще. Стены словно ожили и наперебой зашептали одно и тоже.

Мешок упал к ногам Лиды.

Путаясь между реальностью и галлюцинациями, она вскинула руки и зажала уши. Но это не помогло. Шепот, казалось, стал только громче. Просвет наверху резко померк.

За спиной Ивана мелькнула еще одна тень.

Подняв взгляд, Лида заметила, что рядом со стариком застыл силуэт. Высокий, худощавый, одет в походную куртку с капюшоном.

Однако сам Иван, казалось не замечал чужого присутствия. Он жадно всматривался в темноту пещеры, ожидая когда Лида придет в себя.

И придет-ли...

Тихо щелкнул затвор, и в затылок Ивана уперся вороненый ствол ТТ.

Вздохнув с невыносимой усталостью, Савин опустил палец на спусковой крючок и прикрыл глаза.

- Господи, как же ты меня достал за эти годы... - выдохнул отставной полковник, и перевел взгляд на седой затылок Ивана - Ты, даже не представляешь, сколько раз я репетировал этот момент...

Иван выронил топор.

На лице старика мелькнула растерянность и отчаяние. Однако все это быстро сменилось жалкой, нервной усмешкой. Медленно обернувшись, Иван Черемухин поднял взгляд.

- Петь, ты чего? - в голосе деда звучало искреннее непонимание - Я ж тебе жизнь спас... От немца спас. Чего ты творишь-то, родной? Или память короткая? - старик начал вставать.

Петр мягко взял его за плечо и усадил обратно, на край провала.

- Сиди, сиди... Не вставай - вновь вздохнул Савин. Не его бледном, худом лице читалось истинное наслаждением моментом. Бывший офицер НКВД покосился на тигров, на вертолет и снова посмотрел на деда - Ответь мне лучше, Вань. Сколько раз я просил тебя по-хорошему? Сколько раз умолял тебя рассказать координаты этого места? Без всего этого дерьма про твое Высшее правосудие.

До Черемухина с трудом, но начало доходить то, о чем говорил его помощник. Однако злости не было, напротив, в глазах старика читалось еще большее отчаяние и даже обида.

Иван снова выглядел жалким, как и двадцать с лишним лет назад.

- Ты ведь и сам в Вере жил! - улыбнулся дед, и тут же тайком покосился на топор лежавший у ног - Сколько раз мы с тобой мечтали люд от Греха очистить? Али забыл? А, Петенька?! Родной!

Савин молчал глубоко вдыхая горный воздух.

В глазах его дрожала влага.

Было видно, что Петр балансирует на самом краю нервного срыва. Однако, отставной полковник продолжал сжимать рукоять пистолета, и зубы.

- Ты чего расслабился? Петь? - осторожно протягивая руку к топорищу, улыбнулся старик - Ты ведь офицер боевой. Бывший полковник НКВД! Это же сила, а, Петь? Стальное сердце! А ну, возьми себя в руки...

Губы Савина задрожали еще сильнее, и он наконец вернул взгляд к лицу Черемухина.

- Запомни, паскуда - твердо произнес Петр потянув крючок ТТ - Не бывает отставных комиссаров. Бывают только задания... - Савин нервно сглотнул и горько усмехнулся - Задания длинною в двадцать пять лет.

До Ивана начало доходить, что уговаривать бесполезно.

Перестав корчить сожаление, он несколько раз кивнул и помрачнел лицом.

- Так а чего ты раньше-то меня не повязал? - наплевав на опасность, старик встал на ноги, волоком подтаскивая к себе топор - Верил мне стало быть?

- В то, что ты можешь убить сотни людей? - вскинул брови Петр - Охотно верил! - кивнул он и ткнул стволом теперь уже в лоб Черемухина - А почему не повязал... - Савин на миг умолк погружаясь в давние воспоминания по пожаре - Потому, что тебя пытать и ломать бесполезно... Это я понял еще тогда, у Кляйна.

- Это верно ты подметил. Бесполезно... - мрачно ухмыльнувшись, старик без страха поднял топор и провел лезвием по своему предплечью. Даже не поморщившись, он оставил на коже глубокую, багровую борозду - А чего не пристрелил меня?

- Если бы ты, не был сумасшедшим идиотом - отозвался Савин, с опаской отступая назад от безумца - Знал бы... То, что тебе удалось найти в этой пещере - полковник кивнул на провал в земле - Называется не "дурман-трава", и даже не "прах святых".

- Правда? - перехватывая топор покрепче, безумно усмехнулся Иван - Тогда как? А ну, просвети меня!

- Токсин массового поражения - сквозь зубы процедил Савин - С остро выраженным галюциногенным эффектом. И он не должен попасть в твои руки, или любого другого чокнутого - бывший офицер НКВД гордо вскинул подбородок и произнес давно забытые слова - Поэтому я, именем Советской власти, обязан запечатать этот грот вместе с содержимым. Немедленно.

Дрожь исчезла с губ полковника, в глазах блеснул огонь. Вместе с последними словами плечи его расправились, черты лица заострились словно камень.

Савин говорил по старой форме, будто гость из далеких, военных лет.

- Также я, как оперуполномоченный особого отдела. За многочисленные преступления против Партии и народа! Приговариваю тебя, Черемухин Иван Афанасьевич к высшей мере наказания...

Грохнул выстрел.

Глаза Савина вдруг округлились и он, зажимая простреленную артерию отшатнулся назад.

Алые струи пробивались сквозь пальцы полковника, заставляя ворот и мех на его куртке сменить цвет на темно-бурый.

Иван обернулся в сторону холма, и одобрительно кивнул. За камнем, сжимая ружье улыбался Алешка. Бывший муж ныне покойной Тамары.

В миру Аленки-дочери Гришки полицая...

- Петенька? - усмехнулся Иван - Вот веришь или нет... - старик поднял топор и повернув лезвие плашмя, погладил Савина по бледной щеке - Жаль мне тебя! Искренне говорю. Какую же ты бесполезную жизнь прожил, дурачок! - он покачал головой с сожалением - Двадцать пять лет терпел, чтобы сдохнуть тут, среди камней... - старик вздохнул - Так кто из нас идиот получается?

- Я не договорил... - обагренными губами прохрипел Савин падая на колени - ...к высшей... - он закашлялся - Мере наказания...

Старик пинком выбил пистолет из рук Савина, и полковник упал на пожухлую траву.

- Да заткнись ты уже! - брезгливо плюнул Иван - Помолись лучше перед кончиной-то. Да грехи попроси отпустить тебе, душа твоя окаянная! - он сказал это нарочно громко. Так, чтобы слышали члены общины.

- ...высшей мере... - как в бреду продолжал шептать Петр, теряя сознание - Наказания...

- Расстрел! - закончил за него Шилов, и нажал курок.

Пуля со свистом разрезала горный воздух. Пробив спину Черемухина она прошла сквозь сердце старика, и на излете выбила искры из камней. Увидев алый всплеск на своей рубахе, Иван ошарашенно обернулся, и в недоумении посмотрел назад.

Несмотря на то, что вертолет КГБ все еще висел в воздухе, среди камней виднелись трое вооруженных людей.

Покачнувшись, Черемухин рухнул лицом в землю.

На группу Татьяны тут же обрушился свинцовый град со стороны сектантов, и Виталий закрывшись руками ушел за камень.

Грохот пальбы полетел над перевалом вместе с туманом порохового дыма.

Завязалась ожесточенная перестрелка...

***

- Лида?! – повторил голос

Испуганно отшатнувшись вбок, девушка больно врезалась головой в каменный свод, но боль ушла на второй план уступив место животному ужасу.

- Кто здесь?! – вздрогнула она – КТО ЗДЕСЬ?!

В голову Лиды не приходило и мысли о том, что все это только плод воображения и отравы. Только страх, бесконечный и угнетающий. Ледяное прикосновение руки похолодило её плечо.

Лида отшатнулась, упав на спину.

Охваченная паникой она принялась отползать назад, слыша, как голосов становится все больше.

- Мы слышим тебя! – звучало со всех сторон - МЫ ВИДИМ ТЕБЯ! - каждый возглас сопровождался прикосновением. Руки гладили, щипали, хлестали ее по лицу.

Холодные, цепкие пальцы тащили одежду и кожу в разные стороны, будто пытаясь порвать на части.

Чувствуя, что сходит с ума от ужаса, лейтенант Исаева снова зажала уши руками, но это не заставило замолчать жуткий хор.

Напротив, он стал только громче.

Руки в темноте цеплялись за плечи, лодыжки и запястья, пытаясь оттащить ладони от головы, и еще глубже впиться в уши.

Закричав от отчаяния и страха, Лида вскочила на ноги и выставив перед собой руки, бросилась вперед. Однако, не пробежав и нескольких шагов, она споткнулась.

Пролетев пару метров, Исаева-младшая рухнула в гору костей. Хор безумия моментально стих.

Холодные руки с шипением расползлись обратно, в стены.

Пролежав пару минут без движения, Лида наконец решилась открыть глаза. Под веки тут же ворвался свет.

Теплый и нежный.

Лейтенант медленно открыла глаза, увидев вокруг себя смутные очертания. Поначалу размытые, но уже через несколько мгновений они сложились в четкую картину.

В летний день на площади Белорусского вокзала.

Её детский сон, в котором они с мамой встречают отца. Как и тогда, в детстве мама держала её за руку.

Стоял погожий полдень.

Вокруг шумел народ.

Приезжающие и отбывающие наполнили вокзал, торопясь по своим делам, или просто скучая в ожидании.

Тот самый сон, который всегда обрывался на одном и том же месте. В момент, когда она пыталась рассмотреть лицо своего отца.

Все повторилось, как и прежде. Старушка предложила ей пирог. Затем, из-под платья пожилой женщины выпало распятие на веревочке.

Лида посмотрела на него в сотый раз, и перевела взгляд на лицо папы. И на этот раз, оно не исчезло. Напротив, эти черты были ярче и отчетливее всего вокруг. Его улыбка, ясный взгляд.

То, с какой любовью и нежность он смотрит на маму.

Отец перевел взгляд на неё и мягко улыбнулся. Очень красивый, высокий. Пожалуй, самый красивый мужчина из всех, что ей доводилось видеть.

- Лидка? – он присел на корточки и улыбнулся – Ты чего грустишь?!

Она молчала, не веря своим глазам.

- Пойдем – вставая махнул он – Я куплю тебе пряник!

С этими словами, папа указал ей на вход в вокзал. Лида послушно шагнула вперед, и взялась за массивную ручку двери. От реальности происходящего захватывало дух, и она от неожиданности вдохнула полной грудью, на миг застыв в оцепенении.

Вместе со вздохом, токсин тоннеля врезался в её мозг еще глубже, снова бросая на дно кошмаров.

Светлый сон треснул и рассыпался как стекло, погружая её во тьму, наполненную воем и омерзительным запахом разложения. Реальность схлопнулась снова, но Лида нашла в себе силы подняться.

Вместо входа на Белорусский, перед ней открылся черный, зияющий провал. Стоя на дрожащих ногах, и боясь опереться на стену, Лида вгляделась во Тьму.

Снова могильный холод и ужасающий вой.

- Шагая долиной смертной тени… - прошептала она молитву, которую читал Иван когда-то в церквушке – Не убоюсь я Зла…

Вой на мгновение стих, но снова вернулся через секунду.

- Шагая долиной смертной тени. Не убоюсь я Зла! – уже увереннее произнесла Лида, поднимаясь с колен – Потому что Ты со мной!

Тьма дрогнула отступая назад.

- Потому что Ты со мной! – громко проговорила Исаева, поднимая перед собой руки.

Вой в бездне достиг своего пика, а потом словно провалился назад, отдаляясь и падая вниз. Задрожав как раскаленный воздух, черный провал схлопнулся и пропал.

Лида обессиленно упала на колени.

Упираясь ладонями в обломки костей, она отдышалась и подняла голову. Лицо омывал свежий, прохладный воздух.

Впереди виднелся еще один выход...

***

Перестрелка на перевале не стихала.

Члены общины, вели огонь как умели по позиции Татьяны и Артема.

Грохот выстрелов наполнил горы сплошным гулом, снова и снова отдаваясь эхом среди холмов.

- Обойдите их! – скомандовал Алешка, прячась за камень и перезаряжая винтовку – Вы трое вправо, остальные за мной!

Артем вместе с Татьяной, хоть и снайперы в прошлом, но под таким натиском отстреливаться не могли. Все что им оставалось это пригнувшись сидеть за камнями оставшимися после обвала.

- Поднимай велтолет! – прокричал Кимен Прохору, сквозь шум лопастей.

- Ты шо это, на лету палить собрался? – развел руками пилот – Это же невозможно ни в кого попасть!

- Невозмозно конесно! – кивнул якут – Поэтому меня и позвали! ВЗЛЕТАЙ!

Прохор покачал головой, и взяв на старт, потянул рычаг на себя. Грохот винтов усилился и Ми-4 оторвавшись от земли взмыл в воздух.

Примотав себя ремнем к бортовому ребру, Кимен свесился из дверей и открыл прицельный огонь по позиции сектантов. Промахивался он редко. С каждым выстрелом, становилось на одного вооруженного фанатика меньше.

Ольга, недолго думая легла на пол, и прикрылась рюкзаками со снаряжением.

Однако, свист пуль, то и дело бивших по обшивке вертолета, продолжал пугать сибирячку.

- Береженого Бог бережет! – вздохнула она, и забаррикадировалась в грузовом отсеке.

Получив пространство для огня, Татьяна и Артем отстреливались уже более уверенно, а вскоре и вовсе перешли в наступление.

- Танюха?! – проговорил запыхавшийся от бега Артем, забивая патроны в магазин винтовки – А у тебя был кто нибудь после меня?

Полковник молча покосилась на бывшего мужа, и в очередной раз пригнувшись под визгом пули, загнала магазин в рукоять.

- Никого – ответила она, оглядев лицо Артема.

- Ждала? – с надеждой спросил он.

- Ждала – кивнула Исаева, и поднявшись во весь рост, разрядила пистолет вслед убегавшей троице, последней из всей группы Ивана.

Оставшийся в одиночестве Алешка, прижался спиной к камню, и перевел взгляд на тигров, которые закончив трапезу, обратили свои хищные взоры на него.

Напряжение внутри сектанта росло, и он развернувшись к провалу пещеры, громко позвал.

- Вылезай, глупая ты девка! – проорал он – Быстрее ,черт тебя побери!

Тигры, облизывая выпачканные в багровом морды, не спеша двинулись в его направлении.

- Ну чего уставились, твари?! – проорал мужчина, и сделал несколько выстрелов в сторону огромных кошек. Однако звери, словно чуя, моментально метнулись в стороны, позволяя пулям взрыть землю – Пошли вон! – вновь заорал он.

За его спиной послышался хруст камней.

Цепляясь пальцами за края провала, наружу показалась голова Лиды. Грязная и измотанная лейтенант, ломая ногти подтягивалась вперед.

Выбравшись, она прикрыла глаза от солнца и тут же угодила в цепкие лапы сектанта.

Лешка волоком оттащил Лиду в сторону.

Ухватив её за шею, мужчина моментально приставил ствол к виску Лиды и развернул лицом к наступающей Татьяне.

- Отвлеките этих тварей! – он махнул стволом в сторону тигров – Быстрей, или клянусь я ей башку прострелю!

Таня замерла, отчаянно пытаясь найти выход из положения. Тигры подступали к Лиде и сектанту все ближе. Даже если она прямо сейчас выстрелит, и попадет в голову чокнутого, то дочь не успеет добежать до вертолета.

И когти тигров её просто разорвут.

- Подержи! – Артем сунул в руки Татьяны свое ружье.

- Ты чего задумал?! – нахмурилась она, с недоумением глядя на бывшего мужа.

- Сделаю то, что должен! Выплачу долги перед Лидкой, у меня их немало накопилось, за двадцать-то лет! – с этими словами, Артем расстегнул на себе куртку и сбросив её на землю, побежал вперед

– Сюда, твари! – закричал он в сторону тигров, размахивая руками – Я тут! СЮДА!

Звери остановились, и перевели взгляд на безумца, махавшего им руками. В эту же секунду, в висок Алешки врезался конец трости подкравшегося Шилова.

Покачнувшись, сектант выпустил Лиду, и отступил назад, пытаясь прийти в себя. Однако Виталий не дал ему этого сделать. Размахнувшись тростью, будто битой для лапты, он с силой обрушил новый удар на голову противника.

Лида отступила назад, и упершись спиной в камень замерла, наблюдая за круговоротом событий вокруг.

Тигры развернулись, и с рычанием бросились в сторону Артема. Тот понимал, что далеко не убежит, и завилял меж редких деревьев, пытаясь отвести зверей как можно дальше от дочери и Татьяны.

Один из тигров рванулся вперед и прыгнув, повалив беглеца лапами на землю. Почти сразу же, Страж Перевала нанес могучий удар лапой, рассекая артерию на шее жертвы.

Остановившись, троица зверей обступила раненного кругом, и оскалились с тихим рычанием, готовые наброситься в любую секунду.

Кимен тщетно пытался прицелиться, свисая из вертолета, и наконец нажал курок.

Однако, зверь как заколдованный отскочил в сторону увернувшись от выстрела.

И в это мгновение над горами пронеслось трубное гудение рога.

Громкое, раскатистое.

Звук был настолько сильным, что перекрыл все остальные, заглушив и шум лопастей вертолета...

***

Оторвавшись от прицела, Кимен медленно перевел взгляд на вершину горы.

Туда, где все еще звучало эхо рога.

Закутанный в шкуры, и обвешанный амулетами незнакомец прогудел в рог снова и тигры застыли как вкопанные. Человек раскинул руки, и застыл взирая на побоище внизу. Фигура его выглядела выше обычного человеческого роста, и оттого смотрелась вдвойне величаво.

Попятившись назад от раненого Артема, тигры перешли на бег, и быстро достигнув хозяина легли у его ног.

Повисла гробовая тишина.

- Это священная земля! – громовым голосом выкрикнул незнакомец, обращаясь к застывшим внизу чужеземцам – Земля, которую мы хранили тысячелетиями! Пока вы, не пришли сюда, и не осквернили её!

- Это шо за фрукт? – задвигая шлем на затылок, нахмурился Прохор, который слышал слова, даже сквозь грохот винтов.

- Шаман-манси... – тихо проговорила Ольга, выбравшаяся из своего укрытия.

- Убирайтесь отсюда немедленно! – продолжал говорить Хранитель Земли – И передайте всем своим сородичам, что мы не отдадим вам ни одного метра этих лесов и гор! - шаман умолк оглядывая чужаков, а затем продолжил - Я сын Имрына и внук Лелекая. Именами своих предков клянусь вам! Каждый, кто придет сюда, найдет смерть! Больше никаких машин, и никакого оружия здесь быть не должно! Никогда! Я убивал, и убивать буду каждого, кто ступит здесь.

Тигры угрожающе зарычали, словно в подтверждение его слов.

Больше шаман не сказал ни слова. Молча развернувшись, он шагнул вниз за холм. Огромные белые кошки, изящно поднявшись с земли, последовали за ним.

И снова повисло молчание.

Несмотря на ясную погоду, среди камней завывал холодный ветер. Скользя по склону горы, порывы поднимались в небо, разрывая легкие, белые облака.

- Артем! – опомнившись прошептала Таня, и убрав пистолет в кобуру, бросилась к подлеску.

- Иди за ней... – кивнул Шилов Лиде, указывая на бегущую Татьяну – Ты должна быть там, сейчас – спокойно глядя, добавил генерал.

Девушка послушно кивнула, и направилась вслед за мамой, попутно с омерзением покосившись на Лешку...

***

Добежав до Артема, Татьяна сходу упала на колени проехавшись ими по сырой земле. Склонившись над бывшим мужем, она осмотрела рану, и поморщившись закрыла глаза, судорожно сглотнув.

Никаких шансов, тем более на таком расстоянии от города. Слишком много потерянно крови, и её поток не прекращался.

Артем закашлялся, покрывая алыми брызгами лицо Татьяны.

Лида уже издалека почуяла неладное. Сердце её набирало темп разгоняясь все сильнее. В душе родилась тревога. Чем ближе она подходила к этому незнакомому, раненному мужчине, лежавшему у ног мамы, тем сильнее её трясло.

Уже начиная понимать, что именно происходит, она набралась мужества, и перегнувшись через плечо матери, взглянула в лицо человека.

Узнав этот взгляд из детского сна, Лида тут же бросила профессиональный взгляд на рану. Рассмотрев - прижала руки к лицу, начиная понемногу содрогаться от слез.

- Знаешь, Лидка… - начал было Артем, но тут же закашлялся.

- Не разговаривай – погладила его по груди Таня – Тебе нельзя.

- Дай сказать, женщина! – наигранно строго прохрипел тот – Пока еще могу. Я и так слишком долго молчал…

Татьяна поднялась на ноги и отошла назад, уступив место дочери.

- Лидка – прикоснувшись к её лицу и оставив на нем багровые следы, прошептал Артем – Я тебе честно скажу. Если бы у меня был такой отец как у тебя, я бы... Я бы его нахрен пристрелил! - сказав это, он хрипло засмеялся, и тут же закашлялся снова.

- Неправда! – сквозь слезы улыбнулась Лида – Я горжусь тобой. Жаль, что у нас почти не было времени чтобы узнать друг друга.

Таня молчала, отвернувшись в сторону.

Ни Лида ни Артем не видели её глаз...

***

Отбросив в сторону посох, Акимов с кряхтением взобрался на холм и остановился. Осмотрев поле боя, майор тяжко вздохнул и почесал затылок.

- Опоздал я, или кажется... - проворчал Андрей и направился к посадочной площадке.

Молча усевшись рядом с Кименом на подножку вертолета, Прохор наблюдал за сценой в подлеске.

- Шо там происходит? – пожал плечами бывший вор, с прищуром вглядываясь в лица воссоединившейся семьи.

- Любовь! – ответила Ольга, отодвигая мужчин в сторону, и спрыгивая на траву - Жизнь и смерть, начало и конец. Что еще сказать вам? - взгляд ее зеленых глаз устремился к рассвету - Вечный цикл!

Подхватив свою тряпичную сумку, женщина наклонилась и покрепче затянув кожаные шнурки на мокасинах обернулась.

- Уходишь? – со вздохом спросил Прохор – Может подвезти?

- Нет – с улыбкой отмахнулась Ольга – Я пешком дойду. По дороге еще дела есть.

Вечно молодая сибирячка зашагала вниз по склону, но через несколько шагов остановилась, и обернулась назад.

- Эй, вы! – прокричала она, сложив руки рупором у рта.

Отряд обернулся на голос.

- Храни вас Бог! – прокричала рыжая ведьма.

- Оль?! - окликнул её Акимов оставшийся не при делах - Погоди на минутку! - усмехнулся он, и еще раз оглянулся назад, на отряд - Оль, разговор есть! Как там Белый, слышишь?! Жив?

- Жив, жив! - уже издалека посмеялась Ольга - Про тебя спрашивал!

Чуть подумав, майор залихватски махнул рукой, скинул с плеча кобуру и сунул её в руки Кимену.

- Принимай полномочия! - усмехнулся Андрей, и хлопнул якута по плечу. Затем развернулся, и вновь окликнул Ольгу - Оль, я тебе сказать кой чего хотел, еще тогда, в 43м! Слышишь?!

Сибирячка оглянулась, и увидев бегущего Андрея, со смехом бросила в него тряпичной сумкой. Акимов схватил котомку на лету, и прибавил шаг удаляясь вслед за ведьмой.

Через минуту они оба скрылись внизу.

Смех Ольги еще был слышен какое-то время, а потом все стихло вновь.

Тем временем солнце встало в зенит, и золотыми отблесками заиграло на верхушках деревьев. В его лучах, перевал казался теплым и живым как никогда прежде.

И никогда после…

Если вы прочли произведение впервые и оно вам понравилось, то знайте, творчество и силы автора держаться только на поддержке читателей. Поддерживают нечасто, так что не стоит надеяться, что это сделает кто-то другой.

Номер карты Сбербанка: 4276330016102568 (карта на имя И.М) или по номеру телефона: +79058344381 на то же имя. Подойдет любая сумма и 10 и 50р.

И огромное спасибо тем, кто поддержал творчество в этом месяце. Низкий вам поклон!